См. Главу 2, подглавка «бегство»: «над заснувшим под своей косматой шапкой гренадером недоуменно выкинул конь два передних копыта. . . Упадая от шапки, о штык ударилась бляха».

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 33 из 45Следующая ⇒

' В прямом противоречии с воспоминаниями («Между двух революций», с. 94), Белый пишет здесь: «Громадное колесо механизма, как Сизиф, вращал Аполлон Аполлонович... проживающий на Английской набережной»..

Белый упоминает о них в тексте романа.¹ Этот же солдат встретился и сейчас, и именно слева, следовательно, ехать мог Николай Аполлонович только по направлению. .. к Николаевскому мосту.

В том же направлении движется и сенатор. Он видит перед собой «багровую, многотрубную даль», — это «Васильевский остров мучительно, оскорбительно, нагло глядел на сенатора». Васильевский остров глядел бы в спину сенатору, если бы он двигался к Гагаринской набережной. И никакой бы многотрубной дали Аполлон Аполлонович не увидел. Происходит какое-то странное топтание на одном и том же месте при видимой стремительности развития действия. Белого неудержимо тянет к Медному всаднику. Сенатская площадь для него — самый лакомый кусок. Все герои романа побывали здесь, все они соприкоснулись с Петром и ощутили роковую значительность этого соприкосновения. Поэтому Белый и не может расстаться с мыслью о расположенной тут же Английской набережной; она в большей степени, чем Гагаринская, притягивает его внимание, хотя мысль о ней гнездится в подсознании.

Но вот они оба, сын и отец, добираются до дома. Первым подъехал сын: «На каждой из сторон тяжелого домового крыльца он увидел по разъятой пасти грифона, розоватого от зари и когтями державшего кольца для древков красно-бело-синего флага... под грифонами из- ваялся на камне и герб Аблеуховых...» Ни на Английской, ни на Гагаринской набережной дома с таким крыльцом нет. Домовое крыльцо вообще редкость на петербургских набережных (мешает узость пешеходной части), так что дом с тяжелым крыльцом был бы заметен. Он заимствован Белым из другого места. И это уже третье нахождение сенаторского дома.

Так, объединяя разные детали и черты, но мало заботясь об общей бытовой достоверности, Белый создает условно-символический образ города. И поскольку он имеет дело именно с Петербургом, да еще с центром, где каждый шаг персонажа может быть прослежен, «разоблачение» Белого не окажется делом большой трудности. Но смысл не в этом «разоблачении». Смысл в том, чтобы уяснить характер художественного мышления автора

«Петербурга», в основе которого лежат две черты противоположного свойства: пристальное внимание к деталям, умение уловить и воспроизвести их с большой худо^¹ жественной выразительностью — и полное господство произвола, вымысла в общей картине, создаваемой с помощью этих же деталей.

Столь же фантастически-условный характер, как и дом сенатора Аблеухова, имеет Учреждение, в котором он главенствует. Оно находится одновременно и на Невском проспекте и в районе одной из набережных Невы. И в этом втором случае оно как будто напоминает Синод. Вот Аполлон Аполлонович садится в карету, покидая Учреждение: он «бросил мгновенный, исполненный равнодушия взгляд на вытянутого лакея, на карету, на кучера, на большой черный мост, на равнодушные пространства Невы, где так блекло чертились туманные, многотрубные дали и где пепельно встал неотчетливый Васильевский остров с бастовавшими десятками тысяч» (глава 6). Видно, что это здание не может находиться на Невском проспекте, как напишет Белый в следующей главе (главка «Будешь ты, как безумный»). Но куда же все-таки поехал сенатор, покинув Учреждение? А поехал он... на Невский, причем той же самой дорогой, какой в 1-й главе ехал из дому в Учреждение, — мимо Исаакия и памятника Николаю I!¹

Вместе с тем, несмотря на выразительный пересказ того, что увидел сенатор, садясь в карету, описанное в романе Учреждение не может быть ни Синодом, ни Сенатом. Против такой аналогии восстает одна важная деталь, неоднократно и с любовью описанная в романе Белым, — венчающая подъезд «козлоногая кариатида», изображающая «каменного бородача», локтями рук поддерживающего балконный выступ. Белый пишет о нем: «Иссеченным из камня виноградным листом и кистями каменных виноградин проросли его чресла. Крепко в стену вдавились чернокопытные, козлоподоб-'

Познавательные статьи:



Психологические особенности спортивного соревнования

Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрации

Занятость населения и рынок труда

Социальный статус семьи и её типология