Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
s Мордовцев Д. Л. Идеалисты и реалисты. Исторический
Содержание книги
- О Русской литературе конца XIX- начала XX века
- На эти две линии в отношении к петру и его реформам ука- йывает Е. Шмурло в кн. : петр великий в оценке современников и потомства. Спб. , 1912, вып. 1 (XVIII век), С. 37.
- См. : устрялов Н. История царствования петра великого спб. , 1859, Т. 6, С. 457.
- Приятный брег! Любезная страна!
- О! прежде дебрь, се коль населена!
- Что ж бы тогда, как пройдет уж сто лет?
- Л итературно-художсствеішые альманахи издательства «шиповник». Спб. , 1910, кн. 13, С. 287—288.
- См. Сб. : судьбы русского реализма начала XX века. Л. , 1972, С. 153.
- Здесь и далее роман белого «петербург» цитируется гто первому отдельному изданию (спб. , 1916), переизданному в 1981 году в серии «литературные памятники».
- Блок А. Собр! соч., т. 5, с. 496 (многоточие принадлежит Блоку).
- Достоевский переносит здесь в роман собственные впечатления
- Лесков Н. С. Собр. соч. в II-ти тт. М., 1957, т. 3, с. 466
- s Мордовцев Д. Л. Идеалисты и реалисты. Исторический
- Куда ты скачешь, гордый конь,. И где опустишь ты копыта. . О, мощный властелин судьбы. . Не так ли ты Над самой бездной на высоте уздой железной россию поднял на дыбы.
- И внезапно — в эту бурю, в этот адский шепот,
- Над темной равниной взмутившихся волн;
- Над крышей вздыбился воздушный копь.
- Анненский в стихотворении «Петербург» прямо пишет о «сознанье проклятой ошибки», которое испытывают люди XX века, говоря о петровских реформах.
- Янсон Ю. Э. Сравнительная статистика России и западноевропейских государств. СПб., 1878, т. 1, с, 1—3.
- Ключевский В. О. Соч. в 8-ми тт. М., 1958, т. 4, с. 221.
- Ключевский В. О. Письма. Дневники. Афоризмы и мысли об истории. М. , 1968, С. 392.
- Немецкое написание имени Витте — Witte (по названию начальной буквы А. Белый и создает имя своего персонажа).
- Соловьев В. С. Собр. соч, СПб., б/г, т. 6, с. 134, 136.
- Впоследствии, в 20-х годах, Мережковский эмигрировал и занял крайне антисоветскую позицию.
- Да. . . Пусть бессилен Я. Пускай во мраке глухо замрет мой вопль, — как раб, не сдамся я судьбе.
- Стальных машин, где дышит интеграл,
- См. Рукопись поэмы в архиве Блока (ирли, Ф. 654, ON. 1, ед. Хр. 139).
- И мглою бед неотразимых грядущий день заволокло.
- Востока страшная заря В те годы чуть еще алела..,
- О Русь! В предвиденье высоком Ты мыслью гордой занята;
- См.: Белый А. Петербург, с. 513.
- Белый А. Между двух революций. Л., 1934, с. 94.
- См. Главу 2, подглавка «бегство»: «над заснувшим под своей косматой шапкой гренадером недоуменно выкинул конь два передних копыта. . . Упадая от шапки, о штык ударилась бляха».
- Белый А. Петербург, с. 613—614.
- Иванов вяч. Вдохновение ужаса. — в его кн. : родное и вселенское. Статьи. М. , 1918, С. 92.
- Рассказ «чистый понедельник». В системе творчества И. Бунина эмигрантского периода
- На это же указал в своих примечаниях О. Михайлов (см. :9, 569—570).
- Ленин В. И. Поли. Собр. Соч. , т. 20, С. 102.
- Лихачев Д. С. Поэтика древнерусской литературы. Л., 1971, с. 243.
- Иофьев М. Профили искусства, с. 313.
- К а т а е в В. Святой колодец. Трава забвенья. М., 1969, с. 214, 338
- См. : волков А. Проза ивана Бунина. М. , 1969, С. 358.
- Цит. По кн. : максимов Д. Поэзия и проза ал. Блока. Л. , 1975, С. 500—501.
- Боровский В. Литературная критика. М., 1971, с. 64.
- Цит. По кн. : редскср X. Отражение и действие. М. , 1971, С. 63.
. s Мордовцев Д. Л. Идеалисты и реалисты. Исторический
роман. СПб., 1878,с. 82—83.
5 Мордовцев Д. Л. Похороны. Исторический роман. СПб., 1886, с. 243.
пусту!.. Быть пусту, быть пусту! К черту в болото провалится! Как вырос, так и сгинет, гриб поганый. И места его не найдут, окаянного!»
Эпиграфом к стихотворению «Петербург» (1915) берет эти же слова Поликсена Соловьева в сборнике «Последние стихи» (1923). Они верно вложены здесь в уста царицы Авдотьи. С тревожным вопросом обращается поэтесса к городу: «Проклятьем женщины томимый, ты умер?» — и отвечает: «Нет, не умер, — спишь». В том же 1915 году известный библиограф Л. Поляков пишет в письме издателю Л. Э. Бухгейму: «...Москва, действительно, сердце России, а Петроград... вы думаете, голова, увы нет! Это геморроидальная шишка коллежского асессора, которого (который?) Петроград принимает за Россию. «Быть ему пусту», — недаром говорили старообрядцы». 1
0 грядущем неизбежном исчезновении Петербурга пишет в своем романе и Белый. По он неизмеримо глубже своих предшественников подходит к этой теме. Его «союзники» здесь — Достоевский и Пушкин. Для Белого грядущее «исчезновение» города — символическая фигура, смысл которой может быть раскрыт с помощью его идеи о завершении «петербургского» (то есть западного) периода русской истории. Период этот завершается вот сейчас, на глазах. То, что даже для Достоевского было будущим (не столь отдаленным, но все-таки будущим), для Белого — настоящее. И себя, и своих современников он воспринимал именно как деятелей завершающего этапа петербургского периода русской истории.
И он не просто опирается в восприятии Петра и Петербурга на Достоевского и Пушкина, он мистически и символически перетолковывает их. Причем это перетолкование происходит в самом важном и для Пушкина и для Белого вопросе (для Белого — роковом) — о том к чему должны привести петровские реформы в более отдаленном будущем. По сравнению с Пушкиным Белый уже был в будущем, но он сам воспринимал и Пушкина и себя в границах одного исторического периода, Что придет на смену ему?
Вопрос о судьбе петровских нововведений и, следовательно, об исторической судьбе России возникает г «Медном всаднике» тогда, когда оба плана поэмы (ве
1 ИРЛИ, ф. 611, № 22, лл. 7 об. 8. (На письмо это указал мне М. Эльзон.—Л..Д.)
личие самого дела Петра и трагическая судьба «маленького человека») не только обрисовались, но и пришли в столкновение, породив главное противоречие поэмы. Как бы голосом Евгения, находящегося на грани безумия, но и высшего прозрения, от его лица во всяком случае, но уже и вытесняя его и занимая его место, хотя прочно опираясь на весь пережитый Евгением ужас и окончательно прояснившийся к этому времени драматизм его судьбы, Пушкин обращается с вопросом к Петру:
|
