Не всегда оживают слова…». В нависанье узорных ветвей…». Иннокентий Анненский. Две тени)
Содержание книги
- Вянут дни… Поспела земляника…»
- Я видел бедного Орфея…». Есть стихи лебединой породы…». От былинного кораблика…»
- Зашлепал дождь. Но осторожно…»
- Если что вспоминать, я бы вспомнил лесные озера…»
- В дожде, асфальтом отраженный…»
- Подари мне молчание, лес, подари!..»
- Лежит земля в священной немоте…»
- Да, старость надо принимать, как дар…»
- Широко заря разлилась в поднебесье…»
- На стрелке острова, где белые колонны…»
- От пестроты цветов и лугового зноя…»
- Всю ночь шуршало и шумело…». Это было… когда это было. . . ». Вижу себя уже издали…»
- Девятнадцатый век. Ты пришел откуда. . . ». Ну как же я тебя найду. . . ». Бывает так, — слабеет тело…»
- То ли пчелы гудели невнятно…». Всё глубже в Поэзию я ухожу…». Я знаю — все пройдены дни и пути…»
- У нас под снегом сфинксы, и закат…»
- Нет, судьбой я не пленен иною…»
- Тебя не по пристрастью своему…»
- Пойдем со мной вдоль тихого канала…»
- Всё, что было предназначено…». О вещах обыкновенных…». Еще одно несказанное слово…»
- Остаться одному на всей земле…»
- Пусть то будет как сон или бред…»
- Встречайте свежесть ледохода…»
- Порою, заставляя долго ждать…»
- Любовь, любовь — загадочное слово…»
- Я их пустил на волю. Пусть слова…»
- Не всегда оживают слова…». В нависанье узорных ветвей…». Иннокентий Анненский. Две тени)
- Незадачлив я стал на подарки…»
- Разбег его стихов подобием прибоя…»
- Родословное древо? Оно у меня…»
- Заблудились старые преданья…». У волн Атлантики, бегущих неустанно…»
- Юность, юность! Ты ушла до срока…»
- В те дни я видел мир впервые…»
- На книге «тихие песни» ин. Анненского
- На книге А. Ахматовой «белая стая»
- Блажен, кто вдалеке от городских забот…»
- Пора, красавица, пора кончать томленье…»
- Вольтер. Дистих. Написанный на статуе амура). Итак, былой министр смещен…». Вы говорите, что я мертв…». Ты знаешь, почему Иеремия…». Дени дидро. Эпитафия («лежит здесь антиквар — он стал комочком грязи…»). Эварист Парни. Эпитафия («лежит здесь сомневавший
- Расхвасталась пчела: „Я выше всех летаю…“»
- Всё есть в моих стихах; внимай же им, прилежным…»
- И я бы мог любить. Ужель я жду напрасно!..»
- Читателю двух томиков моих стихов
- Как грустно наблюдать повсюду корни зла…»
- Когда ты здесь скользишь печально и лениво…»
- Дней прошлых мудрецы — мы не умнее их…»
- Не говори, что жизнь нам радует сердца…»
- В дни юности моей, возвышенная лира…»
- У старой мельницы осеннею порою…»
- Подростком-девочкой с подстриженною челкой…»
- Если к вам подкралась старость, голова у вас седая…»
- Если б в небесный я плащ был одет…»
372. «Не всегда оживают слова…»
Не всегда оживают слова
В этих книгах старинной печати,
А была ведь когда-то жива
Свежей мысли и чувства листва,
Прорастая сквозь титла и яти.
Разбуди же угаснувший стих
В мерной поступи ямбов тяжелых,
Чтобы гул их победный не стих
И сказал о пиитах своих
В париках и расшитых камзолах.
Оживай, Восемнадцатый век,
Проповедник особой породы,
Укротивший Пегаса разбег,
Рассыпающий, как фейерверк,
Громогласно-фанфарные оды.
Ты любил поученья, псалмы,
Разум басен, трагедий котурны,
По линейке ровняя умы,
Ты в сугробах российской зимы
Не взрывался погодою бурной.
И хотя ты был выдуман весь,
Но в боренье с грамматикой узкой
Нес отечеству добрую весть,
Что у нас еще будет — и есть! —
Честь и слава Поэзии русской.
И, сменяя камзол на халат,
Остывая к чинам и наградам,
Из Фелицыных выйдя палат,
Ради пиршеств и сельских услад
Ты онежским гремел водопадом.
Август 1976
373. «В нависанье узорных ветвей…»
В нависанье узорных ветвей
И таинственном шорохе сада
Что-то есть от тревоги моей,
О которой и думать не надо.
А не то наплывет, как туман,
И земное погасит сознанье
Тяжкий сумрак летейских полян,
Где душе не хватает дыханья.
Там, в обители скорбных теней,
Не доступной ни стону, ни крику,
Не услышит она, как Орфей
Стоном лиры зовет Эвридику.
Возвратиться на солнечный свет
Ей нельзя уже в рощи и нивы,
И останется тенью ответ
На тоскующей лиры призывы.
Октябрь 1976
374. ИННОКЕНТИЙ АННЕНСКИЙ
(Две тени)
Ахматовой учителем он был,
Он вел ее на строгие ступени
Под сводом лип и пушкинской сирени,
Где пруд колонну Славы отразил,
Заставил смело поглядеть в лицо
Всем искусам разлуки и тревоги
У страстных испытаний на пороге
И подарил старинное кольцо.
В него не камень вставлен, а печать
Из темных недр откопанного века
С двустишием неведомого грека:
«Цени слова, но дай им срок молчать».
Она подарок вещий приняла
С крупицею античной горькой соли
И в одиночестве неженской доли
Безропотно сожгла себя дотла.
|
