У нас под снегом сфинксы, и закат…» 


Мы поможем в написании ваших работ!



ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?

У нас под снегом сфинксы, и закат…»

Поиск

330. ГОРОД ПУШКИНА

 

 

Нет, не мог он остаться в былом!

Неподвластный обычным законам,

Бывший некогда Царским Селом,

Стал он царственных муз пантеоном.

 

Видел город сквозь грохот и тьму

Над собой раскаленное небо,

Вражьей злобой прошло по нему

Беспощадное пламя Эреба.

 

Но над пеплом есть праведный суд,

И ничто не уходит в забвенье.

Музы, в свой возвращаясь приют,

За собою ведут поколенья.

 

Сколько струн, незабвенных имен

Слышно осенью в воздухе мглистом,

Где склоняются липы сквозь сон

Над бессмертным своим лицеистом!

 

К белым статуям, в сумрак аллей,

Как в Элизиум древних видений,

Вновь на берег эпохи своей

Возвращаются легкие тени.

 

На любимой скамье у пруда

Смотрит Анненский в сад опушенный,

Где дрожит одиноко звезда

Над дворцом и Кагульской колонной.

 

А старинных элегий печаль

Лечит статуй осенние раны,

И бросает Ахматова шаль

На продрогшие плечи Дианы.

 

Юность Пушкина, юность твоя

Повторяют свирели напевы,

И кастальская льется струя

Из кувшина у бронзовой Девы.

 

Декабрь 1973

 

331. «Я отвыкаю от вещей…»

 

 

Я отвыкаю от вещей,

С которыми всю жизнь был связан,

Всечасной власти мелочей

Повиноваться не обязан.

 

И прохожу сквозь тесный строй

Обыкновений и привычек,

Всё то, что радует порой,

Обозначая без кавычек.

 

Владеет мною простота,

Живая правда без пристрастья…

Прости, старинная мечта,

Именовавшаяся «счастье»!

 

Декабрь 1973

 

332. СТРОКА

 

 

И у бессмертия есть приметы,

Верь же им — разуму вопреки.

Могут томиться мечтой поэты

Всю свою жизнь для одной строки.

 

Пусть остается лишь горстка праха,

Не говори, ее вороша:

«Кончила дело старуха Пряха,

Срезана нить, и ушла душа».

 

Нет, лишь душа недоступна тленью,

Плачет, смеется, тревогой жжет,

Неуловима, как дуновенье,

И тяжела, как созревший плод.

 

Жизнь не течет, как вода сквозь сито,

Может, и вправду твой миг настал:

Всё пережитое перелито

В сгусток единый, в живой металл.

 

Непобедимо заклятье словом!

Переживает года, века

И воскресает в обличье новом

Эта единственная строка!

 

Декабрь 1973

 

333. «Дождался я этого мига…»

 

 

Дождался я этого мига…

Один я здесь, в лодке ночной.

Раскрытая звездная книга

Вверху и внизу подо мной.

 

К щеке прикоснулась лениво

Полночной прохлады струя,

И лунная скатерть залива

Как рыбья блестит чешуя.

 

Зачем и напрасно, и поздно

Мне этот привиделся сон,

Когда и широко и звездно

Весь мир подо мной отражен?

 

Неслышно колышется лодка,

А ночь бесконечно светла,

И падают мерно и четко

Последние капли с весла.

 

 

334. ЦЫГАНКА

(Под гитару)

 

 

«Если б нас с тобой

Да судьба свела,

Ох, веселые пошли бы

На земле дела!» [35]

 

Только мне о том

Говорить не след —

Ведь не сбросишь с плеч

Столько трудных лет.

 

Но одно хочу

Я сказать тебе:

(Догорай костер,

Вперекор судьбе!)

 

Мне от губ твоих

Быть в огне дотла.

Что уж спорить тут,

Раз твоя взяла!

 

Не цыганка ты —

Русской крови хмель,

Светлый праздник мой

Средь страстных недель.

 

Может, ты права,

Может, я не прав.

Рви мои слова,

Жизнью жизнь поправ.

 

Сердцем сердцу я

Посылаю весть,

Пред тобой стою,

Весь стою, как есть.

 

Коль строптива ты,

Не ответишь мне,

Всё равно к тебе

Я приду во сне!

 

 

 

 

У нас под снегом сфинксы, и закат

Как знамя рваное, и шпиль огнистый,

И полукругом врезанный Сенат,

Где у костров стояли декабристы.

Прожектором взрезая черноту

Подъемных кранов, якорей и тросов,

У нас под ветром взморья на мосту

Катил Октябрь бушлатный вал матросов.

О, сколько плещущих, взметенных рук,

И солнца майского, и на параде

Войска, и в Академии наук

Нетленные лицейские тетради!

Не говори: в кольце балтийской хмури

Конь на скале затянут в удила.

Мы посылали заревые бури

По всей стране звонить в колокола.

Прекрасный день! Россия как река,

Кипучий снег, шагнувший за плотины.

И есть у нас отныне на века

Отстой глубин, и голос лебединый,

Да верфь, оставленная кораблем,

Гранитный сад, незыблемый отныне.

Мы были первыми, и мы поем.

А город наш — как зарево на льдине!

 

Сентябрь 1923, <1974>

 



Поделиться:


Последнее изменение этой страницы: 2024-06-27; просмотров: 49; Нарушение авторского права страницы; Мы поможем в написании вашей работы!

infopedia.su Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав. Обратная связь - 216.73.216.198 (0.007 с.)