Я видел бедного Орфея…». Есть стихи лебединой породы…». От былинного кораблика…»
Содержание книги
- Не торопи стихов. Им строгий дан черед…»
- Жарко рябины взметнулся костер…»
- Есть города — на пенсии у Славы…»
- Я начал день свой пушкинским стихом…»
- Нет, мне не говори, что трудно умирать…»
- Жизнь проходит… но, хотя и поздно…»
- О русской природе, о милой природе…»
- Раздвинул Киев крутые склоны…»
- В память горькой разлуки я в море бросаю монету…»
- Надо так, чтобы сразу запела строка…»
- Друзья мои. С высоких книжных полок…»
- Сквозь ветер походкой твердой…»
- В жизни много привычек, примет и обличий…»
- Тряхнула б ты, Память, кошелкою…»
- Не всем дано мечтою прорастать…»
- Куда же мне деться от этого сердца…»
- Зодчество. Немолчное море… века и века…». Дон-кихот
- Опять стихи со мной. Неровными рядами…»
- Не знаешь ты, в ком отзовется…»
- Нам снятся до сих пор нездешние закаты…»
- Рад я был с тобою породниться…»
- Разрыв-трава, разрыв-трава…». Иногда от случайного слова…»
- В родной поэзии совсем не старовер…»
- Любил и я волшебный мир кулис…»
- Вянут дни… Поспела земляника…»
- Я видел бедного Орфея…». Есть стихи лебединой породы…». От былинного кораблика…»
- Зашлепал дождь. Но осторожно…»
- Если что вспоминать, я бы вспомнил лесные озера…»
- В дожде, асфальтом отраженный…»
- Подари мне молчание, лес, подари!..»
- Лежит земля в священной немоте…»
- Да, старость надо принимать, как дар…»
- Широко заря разлилась в поднебесье…»
- На стрелке острова, где белые колонны…»
- От пестроты цветов и лугового зноя…»
- Всю ночь шуршало и шумело…». Это было… когда это было. . . ». Вижу себя уже издали…»
- Девятнадцатый век. Ты пришел откуда. . . ». Ну как же я тебя найду. . . ». Бывает так, — слабеет тело…»
- То ли пчелы гудели невнятно…». Всё глубже в Поэзию я ухожу…». Я знаю — все пройдены дни и пути…»
- У нас под снегом сфинксы, и закат…»
- Нет, судьбой я не пленен иною…»
- Тебя не по пристрастью своему…»
- Пойдем со мной вдоль тихого канала…»
- Всё, что было предназначено…». О вещах обыкновенных…». Еще одно несказанное слово…»
- Остаться одному на всей земле…»
- Пусть то будет как сон или бред…»
- Встречайте свежесть ледохода…»
- Порою, заставляя долго ждать…»
- Любовь, любовь — загадочное слово…»
- Я их пустил на волю. Пусть слова…»
- Не всегда оживают слова…». В нависанье узорных ветвей…». Иннокентий Анненский. Две тени)
291. «Я видел бедного Орфея…»
Я видел бедного Орфея…
Дыша отстоем душных смол,
Он в стеблях мяты и шалфея
Босые ноги исколол.
Он смотрит горестно и дико
На степь, сожженную дотла,
Зовет он: «Где ты, Эвридика?»
А Эвридика умерла…
И к ней, растаявшей, плывущей,
Как облако, в безвестный путь,
Он, на земле еще живущий,
Не смеет руки протянуть.
Что скрыто там, за дымной гранью,
Где всё уныло и темно?
Иль было светлое свиданье
Лишь на мгновенье им дано?
Редеет облако, редеет,
Роняя пряди на бегу…
Мне жалко бедного Орфея
На опустевшем берегу.
Октябрь 1967
292. «Есть стихи лебединой породы…»
Есть стихи лебединой породы,
Несгорающим зорям сродни.
Пусть над ними проносятся годы —
Снежной свежестью дышат они.
Чьи приносят их крылья, откуда?
Это тень иль виденье во сне?
Сколько раз белокрылое чудо
На рассвете мерещилось мне!
Но, как луч векового поверья,
Уходило оно от стрелы,
И, кружась, одинокие перья
Опускались на темя скалы.
Неуимчивый горе-охотник,
Что ж ты смотришь с тоскою им вслед?
Ты ведь знал — ничего нет бесплотней
В этом мире скользящих примет.
Что тут значат сноровка, терпенье
И привычно приметливый глаз;
Возникает нежданно виденье,
Да и то лишь единственный раз,
Но тоска недоступности птичьей
В неустанной тревоге охот
Всё же лучше обычной добычи,
Бездыханно упавшей с высот.
Ноябрь 1967
293. «От былинного кораблика…»
От былинного кораблика,
На котором плыл Садко,
До антоновского яблока
Чую слово глубоко.
И оно, с родного дерева
Вековой созревший плод,
Человечье или зверево,
Сразу за сердце берет.
Всё, что есть в народной памяти
Войны, мор, заря побед,—
Из времен летучей замети
Слово вынесло на свет.
То, что прожито, изведано,
Отстоялось в глубине,
Что от дедов заповедано,
Возвращается ко мне.
Я иду тропою торною,
Где когда-то предки шли,
И лесною, и озерною
Целиной моей земли.
Расстилаются, что простыни,
Поздней осени снега,
Но живая речь на росстани
Мне всё так же дорога.
Помню всё, что было пройдено,
Что собрала навсегда
Из глубин заветных Родина
В золотые невода.
И средь звездного сияния,
Видя Землю вдалеке,
Говорю слова прощания
На родном мне языке.
Декабрь 1967
|
