Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Вскоре Футболыч притащился с двумя пачками. Одна пачка – пачка печенья и другая пачка – пачка фломастеров.
Содержание книги
- Шестой класс четырнадцатой школы.
- Вопрос: «где корова, а где коза. ».
- Девочка молчит и глазами хлопает. А сама дрожит.
- Развалкина всерьёз гордилась этим проектом.
- Настя не верила сама себе. Она стояла с самым близким человеком на этой непостижимой высоте, и видна ей была вся её страна, огромная и могучая.
- Любочка, между прочим, тоже не питала иллюзий насчёт предстоящей игры. Но её класс был обязан в ней участвовать (хотя чего было участвовать, если и приза за это самое «участие» не дали. ).
- И, немного поколебавшись, психологичка написала, что Любочка – «лунатик».
- А потом оно вдруг испугалось и побежало от нашей парочки. Всё-таки с двоими ему не справиться.
- И шестиклашки, оторвавшись от уравнения, вставали, копались в результатах, смотрели чужие и выбирали свой. На это ушло ровно полчаса.
- Звонкий голос. Пронзительный взгляд. Смешное и очаровательное личико. Приподнятое настроение.
- Любочка не обратила на него никакого внимания и сейчас. Она бежала по коридорам, пока, наконец, не вбежала в класс. По расписанию, был русский язык.
- Так спасал Чекалдин город. Не знаю, была ли от этого польза городу, стало ли от этого меньше пожаров, но самому чекалдину от этого была польза, и притом большая.
- Госпожа развалкина тоже радовалась, ибо нет более подходящего политика, который сможет воспользоваться её проектом продолжения школьной реформы, чем Чекалдин.
- Но Анастасия Михайловна прервала этот процесс глотания.
- Но на биостанции, к сожалению, биологией не занимались.
- Что же тут делать. Пришлось встать со своих мест, сложить портфели и устремиться к выходу, где уже стояли параллельные классы, среди учеников которых резко выделялся ерастыч.
- И Томка рассказала ему про далёкую подружку Машу, про её оригинального парня и её письмо.
- И Испик спрятался в лёгкий зиночкин пакетик, сразу же добавив туда лишний вес.
- Матч мог продолжаться и дальше, но на мяч село что-то жёлтое, после чего с громким шипением начал он сдуваться, этот плотный оранжевый шар.
- Зато под каруселями стояла девушка с фиолетовыми губами, жёлтыми ресницами, зелёными ногтями и в пёстром платке. В руках у неё была огромная кипа газет.
- Женщина стояла и ждала. А люди нарочно старались проходить мимо неё, ибо до доброты Любочкиного папы им было далеко.
- Сама бы она ни за что так не оделась, её так одели. Её так одели потому, что в школу должны придти журналисты и взять у неё интервью.
- Пока он писал и мечтал, фёкла Дежурова шла с «отличницей дашей» из школы.
- А Зиночка показала Дежуровой фотографию.
- Надеюсь, теперь вы подумаете, прежде чем написать «сабака» вместо «собака».
- Звонок прозвенел не «скоро», а сейчас. Началась перемена.
- Пока блузкина переобувалась, Ерастов уже успел втащить в школу маленькую пятнистую собачонку. Еле-еле ползёт она по коридору, жалобно скуля. И со всех сторон окружают её любопытные школьники.
- Тётя Дуня перекрестилась и подумала: «надо бы мне давно на пенсию. А то уже двадцатый год в этом бестолковом заведении работаю. Поневоле начнёт мерещиться всякая бесовщина. ».
- И опять опоздалов начал думать и выражение лица опять у него стало, как у замёрзшего. «что можно ещё про деда мороза и табуреточку. »
- Вскоре Футболыч притащился с двумя пачками. Одна пачка – пачка печенья и другая пачка – пачка фломастеров.
- И Виталик зачеркнул это странно-таинственное «о» индейского имени и поставил обыкновенное «а».
- Юлашка сразу же оживилась. На круглом личике загорелся румянец, а в зелёных задумчивых глазах появился игривый огонёк.
- А ёлка – если это можно назвать ёлкой – началась.
- Кто бы снял их оттуда, с дерева. К тому же в зале вот-вот начнутся танцы. Ради чего они тогда вообще пришли на ёлку. Чтобы с ёлки – на клён попасть. Безобразие полное.
- И вместо Наклейкина увидела она целое серое тряпичное живое облако, окутывающее её подруг – дрожащую от холода галю, томку с растрёпанной причёской и зиночку с размазанной от слёз косметикой.
- А про себя Анастасия Михайловна подумала: «ох и хорошее дело сделает для школы Чекалдин, если заберёт у нас психолога. Лучшего подарка от него и ждать не приходится. »
- Во всех вопросах помогают они ей.
- И, как в который раз, вытолкнула одна вторая его из экрана.
- Мишик поставил кассету. И через три секунды всю школу начал сотрясать апокалипсический грохот и ужасный рёв. Причём на иностранном языке.
- И поэтому к одной второй с лимонадом и печеньем вышел не только забегалов, но ещё и Димчик. А потом ещё подошла и «отличница» Даша с коробкой конфет.
- И шестиклассницы обратились уже в «Супер гёрлз».
- И ук слетел с вербы и своими космическими лапами выхватил у парня наушники.
- Словом, Ука Чекалдин и психологичка тоже взяли в полёт.
- Кто она. Добрая волшебница. Сама весна. Нет – всего-навсего лидочка, любимая ученица анастасии михайловны. И она идёт в школу любимой учительницы, чтобы стать психологом.
- Но, как вы думаете, о ком думала лидочка в первую очередь, когда шла работать в свою бывшую школу. О любимой учительнице, анастасии михайловне.
- Он никогда не учился в этой школе. Но он с этого дня будет в ней работать. Организатором. Впервые за многие годы эта должность в школе не совмещалась с должностью психолога.
- И понурый серенький Испик в буквальном смысле слова пополз к доске. А так как рук у пришельца не было, то мел ему пришлось держать во рту, как младенцу соску.
- Она попыталась присесть на деревянный стульчик ручкина. Стульчик разлетелся в щепки.
-Слава Богу, всё. – усталым голосом сказал он Юле. А сам – глаз с неё не сводил. Её длинные волосы цвета простого карандаша и ёлочно-зелёные глаза… Стройная, красивая девчонка. Вот только эти браслетики, юбка «куда ещё короче» и ногти цвета шубки Санта-Клауса…
-А стенгазету выпускать-то будем? – спросила вдруг она, когда надоел ей его пристальный взгляд.
Все бросились к столу, Виталик поставил на стол печенье, а под стол – «Пепси-колу».
-Я вам щас магнитофончик заведу. – Юлька вставила кассету, нажала кнопку.
Музыку было слышно и кошкам из подвала, и голубям с крыши. Кошки с мяуканьем выскакивали на снег, а голуби улетали, шелестя крыльями.
-Классненько! – произнёс Футболкин, – Не то, что в этой школе. И кто это вообще придумал – в школе учиться?
-В детском садике – и то интересней. – высказалась Дежурова.
-Конечно. Воспиталка сидит где-нибудь на скамеечке, с книжечкой, а мы на головах стоим. Ах, как хочется вернуться! – вздохнул Футболкин.
-Вернёмся. Будем ещё на головах стоять. – ласково утешила Футболкина Юля.
И все принялись стоять на головах, как в детском садике. Футболыч прыгал по комнате на одной ножке (самый модный танец далёкого будущего). Дежурова визжала и её визг сливался с музыкой, а Юлашка всё так же хохотала своим неповторимым девчоночьим смехом. Стояли на головах основательно, целых полчаса.
Вдруг кто-то из ребят спохватился (в таком бедламе не поймёшь, кто):
-А стенгазету выпускать кто будет?
Стенгазета лежала в углу в виде чистого листа ватмана почти снежного цвета, свёрнутого в трубочку. Её вспомнили, развернули. Музыка же продолжала греметь.
-Давай напишем про то, как Новый Год раньше праздновали. – предложила Юлашка.
-Кому это надо? Давай лучше про то, как сейчас празднуют. – Футболыч всё-таки возразил подружке.
-Это и так все знают, как сейчас празднуют! – недовольно ответила на это Дежурова.
-Знаешь, Футболыч, давай пофантазируем. Напишем о том, как Новый Год будут праздновать. Ну, через несколько лет… – умоляюще просит Виталика Юлёк.
-Фига? Не знаем мы этого. Ну напишем что-то, а в жизни всё будет не так. – опять критикует Дежурова.
-Давай нарисуем что-нибудь такое… новогоднее. Ёлки, к примеру.– опять предлагает Юбочкина.
-Ну и рисуй свои ёлки, да ёлки-палки! – по-прежнему зло отвечает Дежурова.
И Юля с неподдельной старательностью начала вырисовывать ёлки. Вырисовывать до тех пор, пока на ватмане и свободного места почти не осталось. Ёлки выходили у неё стройненькие, аккуратненькие и похожие одна на другую.
-А как мы назовём стенгазету? – спросил вдруг Виталик.
-Новогодняя газета. – подсказывает Дежурова.
-Футболыч! Эй! Пиши: НА! – кричит ему Юлаха.
-А дальше-то чего?
-ВА! – подсказывает Дежурова.
-А дальше-то чё?
-ГОДНИИ.
-Ну а дальше?
-ГО.
-Ну а дальше что?
-ЗЭ.
-А дальше?
-ТА!
И на листе бумаги Футболыч слитно крупно написал: НАВАГОДНИИГОЗЭТА. Слово похоже на какое-то имя, то ли индейское, то ли испанское, то ли итальянское, то ли вообще инопланетянское.
Футболкин, написав это зубастое, жуткое слово, сам подпрыгнул, как футбольный мяч:
-Круто-о-е названьице!
-Ха-ха-ха! Ну-ка исправляй! – насмешливо зазвучал голос его подружки. Она хохотала, как заведённая:
-Зачёркивай, вместо «А» пиши «О».
«А» зачёркнуто. Над ним – как солнышко, кругленькое «О».
И тут неожиданно вмешивается незаменимо-необходимая Дежурова:
-Ты чё зачеркнул, двоечник? «А» пишется! Ставь вверху «А», а «О» на фиг зачеркни.
-Да. По-моему, точно «А». – Юля согласилась с Дежуровой, ведь её мама работала в библиотеке.
Круглое солнышко «О» перечёркнуто. Зачёркнутая буква стала напоминать теперь то ли мяч с полосочкой, то ли дорожный знак. И над обеими несчастными зачёркнутыми буквами гордо красовалось «А».
-И в конце «А» – подсказала Юля своему несчастному другу.
Дежурова, слава Богу, не возражала. Но она заметила другую ошибку:
-Почему ГОЗЭТА? Надо ГАЗЭТА.
|
