Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Настя не верила сама себе. Она стояла с самым близким человеком на этой непостижимой высоте, и видна ей была вся её страна, огромная и могучая.
Содержание книги
- Шестой класс четырнадцатой школы.
- Вопрос: «где корова, а где коза. ».
- Девочка молчит и глазами хлопает. А сама дрожит.
- Развалкина всерьёз гордилась этим проектом.
- Настя не верила сама себе. Она стояла с самым близким человеком на этой непостижимой высоте, и видна ей была вся её страна, огромная и могучая.
- Любочка, между прочим, тоже не питала иллюзий насчёт предстоящей игры. Но её класс был обязан в ней участвовать (хотя чего было участвовать, если и приза за это самое «участие» не дали. ).
- И, немного поколебавшись, психологичка написала, что Любочка – «лунатик».
- А потом оно вдруг испугалось и побежало от нашей парочки. Всё-таки с двоими ему не справиться.
- И шестиклашки, оторвавшись от уравнения, вставали, копались в результатах, смотрели чужие и выбирали свой. На это ушло ровно полчаса.
- Звонкий голос. Пронзительный взгляд. Смешное и очаровательное личико. Приподнятое настроение.
- Любочка не обратила на него никакого внимания и сейчас. Она бежала по коридорам, пока, наконец, не вбежала в класс. По расписанию, был русский язык.
- Так спасал Чекалдин город. Не знаю, была ли от этого польза городу, стало ли от этого меньше пожаров, но самому чекалдину от этого была польза, и притом большая.
- Госпожа развалкина тоже радовалась, ибо нет более подходящего политика, который сможет воспользоваться её проектом продолжения школьной реформы, чем Чекалдин.
- Но Анастасия Михайловна прервала этот процесс глотания.
- Но на биостанции, к сожалению, биологией не занимались.
- Что же тут делать. Пришлось встать со своих мест, сложить портфели и устремиться к выходу, где уже стояли параллельные классы, среди учеников которых резко выделялся ерастыч.
- И Томка рассказала ему про далёкую подружку Машу, про её оригинального парня и её письмо.
- И Испик спрятался в лёгкий зиночкин пакетик, сразу же добавив туда лишний вес.
- Матч мог продолжаться и дальше, но на мяч село что-то жёлтое, после чего с громким шипением начал он сдуваться, этот плотный оранжевый шар.
- Зато под каруселями стояла девушка с фиолетовыми губами, жёлтыми ресницами, зелёными ногтями и в пёстром платке. В руках у неё была огромная кипа газет.
- Женщина стояла и ждала. А люди нарочно старались проходить мимо неё, ибо до доброты Любочкиного папы им было далеко.
- Сама бы она ни за что так не оделась, её так одели. Её так одели потому, что в школу должны придти журналисты и взять у неё интервью.
- Пока он писал и мечтал, фёкла Дежурова шла с «отличницей дашей» из школы.
- А Зиночка показала Дежуровой фотографию.
- Надеюсь, теперь вы подумаете, прежде чем написать «сабака» вместо «собака».
- Звонок прозвенел не «скоро», а сейчас. Началась перемена.
- Пока блузкина переобувалась, Ерастов уже успел втащить в школу маленькую пятнистую собачонку. Еле-еле ползёт она по коридору, жалобно скуля. И со всех сторон окружают её любопытные школьники.
- Тётя Дуня перекрестилась и подумала: «надо бы мне давно на пенсию. А то уже двадцатый год в этом бестолковом заведении работаю. Поневоле начнёт мерещиться всякая бесовщина. ».
- И опять опоздалов начал думать и выражение лица опять у него стало, как у замёрзшего. «что можно ещё про деда мороза и табуреточку. »
- Вскоре Футболыч притащился с двумя пачками. Одна пачка – пачка печенья и другая пачка – пачка фломастеров.
- И Виталик зачеркнул это странно-таинственное «о» индейского имени и поставил обыкновенное «а».
- Юлашка сразу же оживилась. На круглом личике загорелся румянец, а в зелёных задумчивых глазах появился игривый огонёк.
- А ёлка – если это можно назвать ёлкой – началась.
- Кто бы снял их оттуда, с дерева. К тому же в зале вот-вот начнутся танцы. Ради чего они тогда вообще пришли на ёлку. Чтобы с ёлки – на клён попасть. Безобразие полное.
- И вместо Наклейкина увидела она целое серое тряпичное живое облако, окутывающее её подруг – дрожащую от холода галю, томку с растрёпанной причёской и зиночку с размазанной от слёз косметикой.
- А про себя Анастасия Михайловна подумала: «ох и хорошее дело сделает для школы Чекалдин, если заберёт у нас психолога. Лучшего подарка от него и ждать не приходится. »
- Во всех вопросах помогают они ей.
- И, как в который раз, вытолкнула одна вторая его из экрана.
- Мишик поставил кассету. И через три секунды всю школу начал сотрясать апокалипсический грохот и ужасный рёв. Причём на иностранном языке.
- И поэтому к одной второй с лимонадом и печеньем вышел не только забегалов, но ещё и Димчик. А потом ещё подошла и «отличница» Даша с коробкой конфет.
- И шестиклассницы обратились уже в «Супер гёрлз».
- И ук слетел с вербы и своими космическими лапами выхватил у парня наушники.
- Словом, Ука Чекалдин и психологичка тоже взяли в полёт.
- Кто она. Добрая волшебница. Сама весна. Нет – всего-навсего лидочка, любимая ученица анастасии михайловны. И она идёт в школу любимой учительницы, чтобы стать психологом.
- Но, как вы думаете, о ком думала лидочка в первую очередь, когда шла работать в свою бывшую школу. О любимой учительнице, анастасии михайловне.
- Он никогда не учился в этой школе. Но он с этого дня будет в ней работать. Организатором. Впервые за многие годы эта должность в школе не совмещалась с должностью психолога.
- И понурый серенький Испик в буквальном смысле слова пополз к доске. А так как рук у пришельца не было, то мел ему пришлось держать во рту, как младенцу соску.
- Она попыталась присесть на деревянный стульчик ручкина. Стульчик разлетелся в щепки.
Ей были видны и тёмно-зелёная стена тайги, в которой она удесятерившимся зрением видела не то что каждое высокое огромное дерево, но и каждую белку, словно рыжий лучик солнца, носящуюся от дерева к дереву. Видела вечно белоснежные льды Крайнего севера и тундру с её светло-зелёными, словно игрушечными, карликовыми ивами и берёзами. Видела оживлённые шумные города в непрерывной череде трамваев, автобусов, прохожих и автомобилей. Видела такие заманчивые и прекрасные пляжи юга, такую волнующую воду и цветы зонтиков на побережье. Всё сливалось у неё в какую-то неповторимую феерию.
Они стояли на радуге, все сияющие дождевыми украшениями на солнце, прекрасные, как их ровесницы-песни, и держали красный зонт высоко над головой.. От высоты и счастья захватывало дух, уже не могли удержаться два любящих сердца на радужном краю, и… оба проснулись. И день после свадьбы оказался в общем-то первый.
Многое с того времени изменилось в жизни Насти, теперь уже пожилой серьёзной Анастасии Михайловны. Теперь не любит она гулять в дождливую погоду, ибо вместо торжественного марша природы мочащие всех подряд капельки настукивают теперь песенку: «Я без тебя пропаду, а с тобой с ума сойду», и наглым дискотечным ведущим разгуливает ветер. А где теперь Анастасия видит настоящую радугу? Виден ей теперь лишь её ошметок на платье певицы Ньюрашкиной, похожей на жирный кусок резины со вставленными туда стёклышками-глазами и дрянным механизмом, который позволяет резине петь до отвращения сладеньким голосочком песенку: «Мама, не бросай меня в колодец!» и давать страшно глупые ответы на страшно глупые вопросы журналистов…
Всё изменилось, всё перевернулось … Когда молоденькая Анастасия Михайловна впервые пришла работать в школу, встретил её насквозь пронизанный сентябрьским солнышком класс. Словно в сказочном саду очутилась она, видя на каждой парте бесчисленные букеты цветов. Высокая зеленоглазая Варя прочла ей стихотворение, а её сосед по парте вручил новой учительнице коробку конфет. А какой дождь вопросов посыпался на неё! Нет, устоять перед этими любознайками и неугомонными почемучками невозможно!
А один из мальчиков, кажется, веснушчатый Федька, смастерил специально для неё указку… Указка, правда, вышла кривая, но он сам эту указку сделал, даже к папе не обращаясь! Не забыть тот день, не забыть!
И Анастасия Михайловна не забывает, как и не забывают этот день первые её ученики. Уже стали серьёзными дяденьками и тётеньками, разлетелись, как в песне, кто куда – иные и за границей оказались (если страны СНГ можно считать заграницей), а всё равно не забывают учительницу – шлют письма, открытки, посылки. А оставшийся в городе Федя – тот самый, что указку смастерил, каждый День Учителя приносит ей цветы и коробки конфет. Теперь он работает на машиностроительном заводе, отец двух взрослых детей… а его детские веснушки на взрослом лице, всё равно, выдают прежнего Федьку.
Сколько лет прошло с первого школьного дня Анастасии Михайловны как учительницы! Всё с новыми и новыми джинсовыми бандами приходится ей иметь дело, с каждым годом всё более наглыми (сейчас принято говорить: «раскованными»). Чего только не увидела Анастасия Михайловна за эти годы – вплоть до того, что пришлось ей несколько раз расследовать школьные преступления – от краж верхней одежды до… отдельный детектив можно писать, короче! Да не один, а сразу семь…
И всё равно – вот ведь удивительная какая женщина эта Анастасия Михайловна, нечеловеческой стойкости человек! – она и после всего этого продолжает работать, ибо кто останется сейчас работать в школе, если не она? Причём обучает она детей, как и в молодости, на высоком уровне. Преподаёт она, забыла я вам сказать, русский и литературу. И ведут на её уроках ученики не то, чтобы идеально, а всё-таки лучше, чем на других предметах. И Любочка из всех учителей больше всего уважает её, а из всех предметов – её предметы.
Но не в этом дело, читатели. Просто, хочу я вам сказать, не может она принять реформу Развалкиной, ибо видела она НЕЧТО ЛУЧШЕЕ. Нечто более достойное для школы… А об её отношении к игре и говорить нечего. В более интересные игры довелось играть ей в детстве… и сравнить-то нельзя. Дистанции огромного размера…
|
