В том любовь, что не мы возлюбили Бога, НО Он возлюбил нас и послал сына своего в умилостивление за грехи наши. »

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 43 из 45Следующая ⇒

Когда вы станете жить в полной за­висимости от Христа... то почувст­вуете, что никогда ещё не были так свободны от неуверенности в себе, которая то превращала вас в напы­щенного хвастуна, то заставляла жалеть себя до горьких слёз. Обе эти крайности были обусловлены одним и тем же — страхом перед мнением окружающих.

~-Майор Иан Томас.

«Спасительная жизнь Христа»

ОН МОЖЕТ РЯДИТЬСЯ в такие разные обличья, что обна­ружить его присутствие не всегда удаётся.

Он заставит вас и хвалиться достижениями, и находить виртуозные оправдания своим промахам.

Он обратит то, что есть просто дар Божий, в чувство пре­восходства над другими, но при первой же трудности задавит ощущением неполноценности.

Он может вознести вас на небеса в момент признания окружающих, но он же заставит быть совершенно несчаст­ным от самой незначительной критики.

Он подстёгивает вас к гонке за иллюзией успеха, которая никогда не приносит полного удовлетворения, и он же мо­ментально парализует мыслью о неудачах.

Он разрешает вам принимать в свой адрес даже незаслу­женные похвалы, но не обличает, когда вы слишком сурово судите других.

Вот он побуждает вас тешиться своей мнимой праведностью, а вот обрушивает на вас шквал вины и презрения к самому себе.

Страх позора — это, к несчастью, общечеловеческое на­следие, рождённое рабством греха. Этот страх преследует нас чуть ли не с рождения; и до тех пор, пока мы не избавимся от него силой любви Божьей, он будет, как раковая опухоль, распространять свои «метастазы» в наши дела и мысли.

Измерение собственного достоинства на основе дел, кото­рые мы производим, и мнений, которые о нас высказыва­ются, — тяжёлый труд! Пока вы прислушиваетесь к тому, что нашёптывает ваш страх, из вас уходят силы. Он извращает представление о том, что делает Бог внутри вас и окружающих вас людей. С того самого дня, когда Адам стыдливо прикрылся жёсткими фиговыми листьями, мы живём в этом страхе. Руко­водствуясь им, мы либо безуспешно пытаемся хоть чего-то до­биться в этой жизни, либо усердно маскируем его присутствие.

Но стоит войти под защиту Божьей любви — и голос страха сразу же разоблачается. Вы больше не играете по его правилам и не переживаете по поводу того, что о вас скажут. Вы опреде­лённо начинаете понимать, как живёт дитя Божье на земле.

ГОЛ ДЛЯ ИИСУСА

Он был высокооплачиваемым угловым, который играл за профессиональную команду американского футбола, и, разу­меется, находился под постоянным прицелом репортёров.

С тех пор как он стал служить коммерческому спорту, его личные достижения оставляли желать лучшего. Говорили, что ему слишком много платят и чересчур переоценивают. В последней игре его дважды обвели, и он знал, что в прессе будет жёсткий «разбор полётов». Но за несколько минут овер- тайма он принял пас и смог выиграть тачдаун.

В понедельник, во время вечернего обзора новостей, не сдерживая радости и широчайшей улыбки, он провозгла­сил в микрофон: «Я благодарю Господа моего Иисуса за то, что Он дал мне шанс утвердиться. Он открыл мне, что у меня достаточно веры, чтобы победить».

Пока он праздновал победу, я горевал по поводу его тео­логии. Объявив, что гол утвердил его в вере, он оголил перед всеми свой страх позора. Можете ли вы представить, что за существование влачит этот человек, если его доверие Богу напрямую связано с успехами на футбольном поле?

Мне всегда становится не по себе, когда я слышу, как про­фессиональные спортсмены говорят о Боге. У них Бог выри­совывается неким божеством успеха, награждающим предан­ного чемпиона победой. Один из спортсменов, которого я очень уважаю, сказал, что его выигрыш суперкубка стал следствием того, что он смирился и согласился играть за определённую команду. Ну, а как тогда насчёт других спорт­сменов, которых Бог привёл на игру и которые проиграли су­перкубок? Неужели их смирение не столь значимо или их жизни менее ценны для Бога?

Другие говорят, что Бог награждает победой тех, кто воздаёт Ему больше славы. Не потому ли мы видим, как на «очковой зоне» игроки падают на колени и воздают эту самую славу, но при этом жутко злятся, когда пропустят нападающего или когда мяч случайно уйдёт к сопернику, давая ему преимущество в очках?

Но это не их вина! Попав в высший эшелон спортивного противостояния, эти мужчины и женщины стали оценивать свою жизнь только с позиций успешной спортивной карье­ры. Им пришлось так измерять собственную ценность просто

потому, что все вокруг делали то же. Чтобы пробиться на высочайший уровень, им однозначно потребовалось доби­ваться немалого успеха. Но в дополнение к успеху они полу­чили целый воз искажённых представлений.

Возьмите, к примеру, какой-нибудь чемпионат или про­сто матч — вы не сможете не заметить, что высоты выигрыша слишком высоки, а глубины проигрыша непомерно глубоки. С равноценным успехом чемпионаты можно было бы назы­вать маниакально-депрессивными шоу. Умеренных чувств тут быть не может. Джон Мадден, уважаемый футбольный аналитик, однажды сказал так о профессиональном спорте: «Высоты побед никогда не сравнятся с потерями проигры­шей». Даже второе почётное место в мировом масштабе уво­дит команду в тень позора, и игроки переживают личную не­удачу месяцами. Болельщики также воспринимают ту же по­зицию гордости или унижения.

Я, конечно же, не пишу сейчас приговор профессиональ­ному спорту, просто вижу в нём наиболее подходящую ана­логию нашей внутренней жизни, где подобным же образом правят достижения и падения, хотя они и не так ясно видны, как по телевизору.

ЖИЗНЬ ПОД СТРАХОМ ПОЗОРА

Каждому знакомо всепроникающее чувство позора, которое охватывает человека от собственного поступка или чьих-то слов. Лицо вспыхивает, внутри всё съёживается — хочется лишь од­ного: скрыться от всех куда-нибудь подальше. Но это ещё не всё.

Стыд говорит нам, что никто никогда не смог бы по-на­стоящему полюбить нас и принять, если бы знал, чем мы когда-то занимались и какие нас мучают тайные искушения, сомнения и желания. Разве у вас нет таких грехов, которые — как вы надеетесь — никто никогда не обнаружит?

Всё это заставляет работать над своим внешним мифиче­ским образом, который, как нам кажется, сделает нас частью какого-то желанного общества. При этом мы даже не догады­ваемся о том, что так же поступают и все вокруг нас. Всякий раз, когда ко мне за помощью или консультацией обращается оступившийся, своё покаяние он начинает с преамбулы: «Я знаю, что с этим, наверное, никому не приходилось стал­киваться, но...». Стыд часто скрывает от нас правду о том, что не я один борюсь с этой проблемой.

Однако чувство несовершенства — лишь одна сторона этой медали. Люди, ведущие себя с чувством превосходства, а также те, кому есть чем похвалиться, представляют вторую сторону, и точно так же, хоть и в другой форме, реагируют на страх перед позором. Их поведение — всего лишь прикрытие сильнейшего чувства личного несоответствия, и это при­крытие обычно дорого стоит окружающим.

Страх позора делает нас беззащитными перед мани­пуляциями. Желание быть любимыми и принятыми, быть не хуже других, является как раз тем инструментом, посред­ством которого мир не только выкраивает нас по-своему шаб­лону, но и помогает нам в борьбе против других людей. Боль­шая часть рекламы тем или иным образом обращена именно к вышеуказанным мотивациям.

Организованная религия также может профессионально использовать их. Если от вас необходимо добиться опреде­лённых действий, то здесь тонко играют на ваших скрытых опасениях. Страх несоответствия не позволит вам ответить отказом — он же является движущей силой слухов и сплетен! Это от него исходит угроза унижения. Это он может поста­вить нас в сторону и отбраковать по критериям несоответст­вия ожиданиям окружающих. Но он же обещает похвалу и одобрение в случае нашего повиновения!

Такая схема поведения усваивается нами очень рано. Детей часто ставят в условия, когда любовь и похвала роди­телей напрямую зависят от того, насколько действия ребён­ка соответствуют родительским требованиям. А потом, когда дети подрастают, родители удивляются силе давления со стороны сверстников, замечая, что их чада вдруг начинают больше беспокоиться о мнении своих друзей, чем о реакции папы и мамы. А в основании всё то же самое — желание соответствовать!

Это желание способно удержать нас от правильных по­ступков и заставить сделать то, что нам однозначно навредит.

Помню, в возрасте одиннадцати лет мне вручили золотой значок в награду за беспрерывное посещение воскресной школы в течение двух лет. Похвала, которую я получил за такое достижение, аплодисменты взрослой аудитории церк­ви — всё это было поистине опьяняющим. Я вознёсся выше всех тех, кто был менее прилежен в посещении школы, и это открыло во мне жажду как можно чаще пить из колодца славы на своём жизненном пути.

Я полагал, что эта жажда была моим духовным другом, приближающим меня к Иисусу. Я не понимал, что более тридцати лет она толкала меня к служению стандартам, предъявляемым ко мне окружающими. Иисус же не исполь­зовал мои страхи, чтобы произвести великие дела, — напро­тив, Он хотел освободить меня от этих страхов.

ЖИЗНЬ БЕЗ СТРАХА «НЕ СООТВЕТСТВОВАТЬ»

Одна история в Писании всегда удивляла меня. Женщина, чья позорная жизнь была широко известна всем в городе, вошла в дом фарисея, где местные «святые» делили угощение с Иисусом. Ей потребовалось обойти стол, чтобы оказаться рядом с Ним и вылить дорогостоящие благовония на Его ноги, которые она затем вытерла своими волосами.

Как она посмела даже приблизиться к дому человека, который её глубоко презирал? И как она вообще решилась прикоснуться к Иисусу, когда практически все в помещении могли неправильно истолковать порыв её любви? Может, ей следовало бы постыдиться вообще здесь показываться? На­верное, да! Но, очевидно, она была настолько тронута Иису­сом и Его прощением, что её волновало только одобрение

Господа, которое читалось в Его глазах. Она не видела обра­щённых на неё негодующих взглядов.

То, что возникло ещё в Эдемском саду, у истоков сущест­вования человека, — глубочайшее чувство стыда — полно­стью теряет смысл в присутствии Спасителя. Женщина была освобождена от убийственной необходимости беспокоиться, что же о ней подумают окружающие. Она просто смогла сделать то, чего ей хотелось больше всего на свете.

Открывая для себя, насколько вы любимы Им, вы всё больше и больше привыкаете жить, не переживая по поводу того, что о вас могут подумать окружающие. Стыд действи­тельно удерживает от греха там, где действует буква Закона, но там, где есть власть присутствия Божьего, усилия стыда становятся бессмысленными.

Ваши грехи были полностью истреблены Иисусом на кре­сте, и потому нет уже никакого осуждения или обвинения против тех, кто живёт в Нём. Это чудо креста можно позна­вать ежедневно! Теперь у вас есть доступ к Отцу в том состо­янии, в котором вы есть сейчас, без необходимости прятать от Него свои недостатки. Вы можете открыть Ему самые страшные свои секреты и научиться жить без их бремени. Он знает, что вы не в состоянии преодолеть всё своими сила­ми и потому ждёт, когда вы признаете перед Ним свои слабо­сти и попросите помощи.

Он научит вас ходить перед Ним без чувства стыда, и одновременно вы вдруг обнаружите, что можете жить без страха «оплошать» в этом мире. После десятилетий, прове­денных под натиском этого страха, даже если вы не осозна­вали всю его скрытую силу, жизнь вдруг станет для вас неве­домым прежде удовольствием.

Это невероятный дар, который Даллас Уиллард описал в книге «Божественная тайна»: «Хотите ли вы не нуждаться в похвале окружающих и быть свободными от унижения, исходящего от их недовольства или осуждения? Разве вас не манят сила и просветление, которые позволят искренне и от чистого сердца благословлять тех, кто вас проклинает или обманывает, кто строит карьеру, наступая вам на голову, брызжет слюной, доказывая свою правоту, высмеивает вашу веру или культуру и даже убивает вас?»

Те, кто перестаёт жить под страхом стыда, могут нако­нец-то начать жить по-настоящему, когда снаружи то же, что и внутри. Это удивительное облегчение — быть тем, кто ты есть на самом деле, и показывать миру не только свои силь­ные стороны, но и слабые. Люди, свободные от страха несо­ответствия, ставят свою сущность выше имиджа, искрен­ность выше претенциозности, а честность выше обмана. Ко­нечно же, такая неподдельная жизнь в несовершенном мире нелегка, поскольку сразу же найдутся желающие ею восполь­зоваться. Но я не встречал ещё ни одного человека, который захотел бы вернуться к чему-то фальшивому, если хоть один раз попробовал настоящее.

БЕЗ РЕПУТАЦИИ

Я жил рабом своей репутации практически всю жизнь и нёс её, как тяжёлую ношу. Впервые я почувствовал облег­чение от этой тяжести во время беседы с одной моей знако­мой. Она попросила меня написать письмо, объясняющее мою роль в разрешении её конфликта с бизнес-партнёршей.

Этот бизнес когда-то начался как плод дружбы двух жен­щин, но потом они просто не смогли работать вместе. Подру­ги не могли прийти к решению, как поделить своё дело, и по­просили моей помощи. С самого начала я предупредил их, что мы вряд ли найдём вариант, устраивающий обеих, но за­то можем поделить всё так, что обе будут чувствовать себя в равной степени обманутыми. В результате нескольких ча­сов разбирательств решение наконец было найдено.

Полгода спустя моя знакомая (её зовут Джил) позвонила мне и сообщила, что бывшая партнёрша распространяет среди своего окружения слухи о том, как её обманным путём «сделали». Джил просила меня написать письмо, в котором был бы описан весь процесс, через который мы прошли. Да так, чтобы доказать, что эти слухи — просто ложь!

«Конечно, я могу это сделать, Джил! — сказал я ей по телефону. — Но сначала попробуй увидеть ситуацию с дру­гой точки зрения. Она может быть для тебя хорошей возмож­ностью избавиться от всякой репутации». Я помню, что даже мотнул головой: как это я так высказался, к своему собствен­ному удивлению.

Дело в том, что четыре предшествовавших тому года я тоже был жертвой слухов, распространяемых обо мне и моей семье людьми, которые хотели дискредитировать моё служение. Я очень часто писал опровержения на ложь, которую раз­носили обо мне, но всякий раз Бог не допускал мне их обна­родовать. «Я желаю, чтобы ты прекратил служение своей репу­тации и доверился Мне», — словно говорил Он. И я вспом­нил, что Иисус позволил себе жить без оглядок на репутацию.

Это был самый сложный период моей жизни. Как же я мог осмелиться предложить кому-либо ещё пройти аналогичный путь?

Но в то самое утро я вдруг осознал, насколько эти четыре года расширили в моей жизни степень свободы, исходящей от Небесного Отца. Если кто-то не понимал моего служения или верил в распространяемую обо мне ложь, то эта пробле­ма была не моей, она переходила в руки Бога. Моим делом было просто исполнять то, что Он мне поручал, не заботясь о том, чтобы защищать себя или нравиться всем в процессе. А теперь я наслаждаюсь плодами этой свободы.

Я хотел, чтобы и Джил обрела то же самое, несмотря на её искреннее удивление такому предложению. Я рассказал ей о себе и закончил такими словами: «Джил, пытаясь сохранить свою репутацию, ты всякий раз будешь становиться рабом любого, кто захочет распространять о тебе слухи. Тем, кто хорошо тебя знает, никакие письма не нужны. А те, кто тебя не знает, всё равно ничему не поверят».

Мне не пришлось писать писем, а Джил открыла для себя невероятную радость жить в свободе от общественного

мнения. Я знаю, насколько это трудно. Но когда вы пони­маете, что Бог возлюбил вас полностью и безоговорочно, и что ваша репутация в надёжных руках, то вы никогда больше не станете добиваться признания у других.

Эта свобода будет не только восхитительным благосло­вением на вашем жизненном пути. Она явится ключом к уме­нию любить людей настолько же, насколько вы возлюб­лены сами.

«Могущему же соблюсти вас от падения и поставить пред славою Своею непорочными в радости, Единому Премудрому Богу, Спасителю нашему чрез Иисуса Христа Господа нашего, слава и величие, сила и власть прежде всех веков, ныне и во все веки. Аминь.»

Послание Иуды 24-25

Глава 21 - В точности так же

Благодать не предназначена для то­го, чтобы продвинуть нас в жизни. Она существует, чтобы открыть доступ к неведомому — бескрайнему морю Божьей любви.МайкЯконелли. «Опасное любопытство»

ЛИШЬ ОДНО ОКАЗАЛОСЬ НЕВОЗМОЖНЫМ для Бога. Он не смог не разделить с нами великую красоту, которая царит в святых отношениях Отца, Сына и Святого Духа. Он настолько хотел приобщить к этому счастью многих, что создал Вселенную и поселил в ней нас, чтобы однажды пригласить наслаждаться этой красотой.

Такова истинная любовь. Открыв её радость, стремишься поделиться ею с другими. Удастся ли вам утаить любовь, если вы реально прикоснётесь к ней? Нет. Если уж Сам Бог не смог, разве вам под силу такая задача?

Ранние христиане, преображённые силой креста, не мог­ли скрыть эту любовь даже тогда, когда их хлестали бичами и забрасывали камнями. На приказания «не говорить и не учить» они отвечали так: «Мы не можем не говорить того, что видели и слышали» (Деян. 4:20).

В них вошла самая мощная сила Вселенной, и они не мог­ли удержать её внутри себя, даже осознавая, как дорого это будет им стоить. В этом сущность Божьей любви. И, как уже было сказано вначале, — поскольку ничего сильнее в этом мире нет, вы не сможете утаить её, если вдруг ощутите.

ИСТОЧНИК ЛЮБВИ

Должен признаться, что сам я вырос с пониманием любви как некой обязанности. Любить других означало быть к ним снисходительным — даже тогда, когда мне этого не хотелось. При недостатке сострадания я всё равно должен был прояв­лять сочувствие хотя бы в отношении других верующих.

Нести Божью любовь в мир оказалось ещё более запутан­ным и даже затруднительным делом. Нас учили, что необходи­мо делиться Благой Вестью с заблудшими душами. С другой стороны, люди мира, противящиеся Божьей воле, подлежали суду. Все мои попытки явить Божью любовь, в сущности, ос­новывались на страхе самому оказаться под судом.

При таком подходе мы мотивированы собственными ин­тересами, и говорить о любви к тем, кто является предметом евангелизации, просто не приходится. Этот факт, кстати, вполне очевиден для тех, к кому мы идём с Вестью. Вместо прикосновения любви они получают ощущение, что просто используются теми, кому нужен очередной «знак отличия на китель».

Мы взяли на вооружение призыв Христа евангелизировать мир, но почему-то не услышали Его завет любить дру­гих настолько, насколько любимы сами! И пока мы движимы не любовью, а соображениями «дела», люди будут понимать, что наши порывы рассказать им о Боге продиктованы лич­ными и конфессиональными интересами. Однако Бог знает, что мы не способны любить людей, пока сами не захвачены Его потрясающей любовью. Пока уверенность в Божьей заботе прочно не поселится в сердце, мы постоянно будем использовать окружающих в личных целях, как бы цинично это ни звучало.

Расцвет любви в нашей жизни может начаться, если мы глотнём из источника любви и получим её от Отца! «В том любовь, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши» (1-е Иоан. 4:10). Как только мы обретём любовь, как её предназначил Отец, мы не сможем не дать эту любовь окру­жающим точно так же, как она была дана нам.

Если Бог великодушен с вами, вы можете быть велико­душны с другими. Если Бог даёт вам почувствовать, как много вы значите для Него, то вы уже не ищете самоутверж­дения за счёт окружающих. И если Бог не замечает ваших недостатков, вы не видите их в других.

Иисус оставил нам заповедь: любить друг друга настоль­ко, насколько мы возлюблены Им. Павел даже ставил любовь выше духовного знания, отмечая, что знание легко возносит нас в собственных глазах, тогда как любовь способна подни­мать других (1 Кор. 8:1). Павел называл абсурдными споры верующих о том, что употреблять в пищу и какие праздники отмечать. Он считал, что этими спорами мы губим тех, ради кого Христос умер. К сожалению, столетия истории мало что изменили, а всё потому, что христианство из любви превра­щается в доктрину.

НАСТОЯЩИЕ ОТНОШЕНИЯ

Вы очень скоро обнаружите, что ваша уверенность в Божьей любви и долготерпении влияет на взаимоотноше­ния с окружающими вас людьми.

Вместо того чтобы ожидать от других соответствия ваше­му пониманию «правильного», вы позволите им самосто­ятельно двигаться к Богу. Прекратив подталкивать их к тому, что, по-вашему, для них лучше, вы оставите им возможность насладиться такой же свободой, какую Бог дал вам. Без ваших указаний они смогут выбирать свой собственный курс, основанный на ясности истины, которую однажды поймут. Это будет вопросом их доброй воли, потому что убеждать — привилегия Святого Духа, но не ваша.

Вместо того чтобы презирать людей, сломленных грехом, вы будете видеть силу связывающих их пут. Вам откроется, как Отец воспринимает их, и вы сами сможете воспринимать их также. Иногда потребуется отойти в сторону и позволить последствиям греха проявиться — то есть поступить также, как отец из притчи со своим блудным сыном. В другой раз необходи­мо будет вмешаться в ситуацию и помочь человеку найти выход.

Вместо того чтобы произносить добропорядочные речи, вы будете просто стараться быть честными с людьми. Чело­веческое понятие любви подразумевает: лучше комфорт, чем истина. Божья любовь — это комфорт в лоне истины. Бог не сглаживает углы и не поддерживает «худой мир» ради того, чтобы иметь добрую репутацию. Но при этом Он гово­рит с любовью. Приобретя это умение из общения с Ним, вы перестанете быть неискренними с окружающими.

И наконец, обращаясь к Богу как к единственному источ­нику решения всех ваших проблем, вы обнаружите, что уже не возлагаете на своих друзей таких надежд, которые могут оказаться неоправданными. Когда все наши чаяния обраще­ны к Богу и Его власти разрешать любые проблемы, мы уже не ждём этого от своих друзей. Безусловно, Бог часто исполь­зует других верующих для того, чтобы явить мне Свои дары и милость, но ведь не я выбираю в таком случае «сосуд» Его благодати! Другими словами, я всегда наблюдаю за тем, как Бог являет Себя через других верующих, но не пытаюсь фантазировать, рассуждая о том, что Его помощь должна прийти ко мне через того или иного конкретного человека.

Неоправданные ожидания разрушают взаимоотношения. Бог допускает эти крушения, желая, чтобы мы полагались на Него, а не на людей. Надежды на последних — основа для бесконечных разочарований. Однако, когда мы переста­ём ждать чего-либо от окружающих, Бог даёт нам в помощь таких людей, которые, казалось, менее всего готовы были протянуть нам руку. И вместо разочарования мы пережива­ем благодарность, снова и снова наблюдая, как Он говорит с нами языком обстоятельств, времени и людей.

ТИХАЯ ГАВАНЬ

Любовь не призывает исправлять чьё-либо поведение, но побуждает милосердно дарить свою помощь. Вместо того чтобы с видом знатока выкладывать перед кем-то банальные ответы, мы сможем вместе с этим человеком заглянуть вглубь его проблемы, потому что ощущаем себя такими же странни­ками, одолеваемыми грехами, как и он. Когда таково ваше отношение к миру, вы становитесь для него тем безопасным приютом, в котором души раскрываются, понимая наконец, что же означает полагаться на Бога во всём.

Христиане, которые служат образу требовательного Бога, даже желая добра, будут приносить вред там, где кто-то пере­живает боль. В те дни, когда мне казалось, что я должен усерд­но трудиться ради обретения Божьего расположения, я пола­гал, что любить людей — это подталкивать их к тому же, что делаю я сам. И в моменты, когда другие обращались ко мне за помощью, я указывал им на то, что они делали не так, и поощрял к большему усердию. Не удивительно, что страда­ющие и обременённые обходили меня стороной.

Это открылось мне несколько лет назад. Как-то я оказал­ся в кругу людей, каждый из которых проходил через очень сложный период своей жизни: потеря работы, кризис в семье, безнадёжно больные родственники, хронические заболева­ния и наркотические зависимости. В одном из разговоров с ними я отметил, что народ Божий, похоже, дожил до тяжких времён. Я добавил, что всего лишь несколько лет назад почти все мои верующие друзья были живым воплощением амери­канской мечты: стабильные семьи, здоровые дети и растущие доходы.

Мои слушатели переглянулись. «Может, стоит сказать ему?» — произнёс кто-то наконец.

«Сказать, что?» — спросил я.

«Несколько лет назад вы были просто небезопасны для людей „с проблемами". У вас были ответы на все вопросы — и этим вы только усиливали в других чувство отверженности и несоответствия. Трудности, которые вам пришлось перене­сти за последние несколько лет, изменили вас. Вы стали спо­собны сочувствовать страждущим и вселять в них веру, что Отец в Своё время тоже выведет их из тупика».

Должен отметить, что такое откровение привело меня в замешательство. Но если всё то, через что мне пришлось пройти, сделало меня звеном спасения для других, то оно того стоит! Но опять же, это всё изменил не я сам. Бесконечное терпение Божье, проявленное ко мне, простиралось через меня на окружающих без всяких усилий с моей стороны.

Я не перестаю удивляться тому, как любовь производит через людей чуть ли не подвиги, а они даже не думают о сво­их поступках как о жертве. Не так давно я познакомился с женщиной, которая когда-то развелась с мужем после того, как тот объявил ей, что он гей, болен СПИДом и намерен переехать к своему партнёру. Спустя несколько лет его забо­левание усугубилось. Ей стало жаль своего бывшего мужа, она чувствовала: Бог хочет, чтобы она позаботилась о нём, поскольку состояние его было безнадёжным.

Она так и поступила. Поговорив с ним, она вновь пере­ехала к нему — только теперь не как жена, а как сиделка, которая оказывала ему посильную помощь. Я не могу по­стичь такую жертву! Не думаю, что её пример может стать стандартной нормой для других, и тем не менее она отзыва­лась об этом периоде как самом удивительном в её жизни.

Перед смертью её муж и его сожитель оба пришли к пока­янию и вере. Но это ещё не всё. После того как умер её муж, эта женщина осталась ухаживать за его бывшим партнёром. Потом её помощи начали искать другие люди, заражённые СПИДом. За десять лет она позаботилась более чем о шес­тидесяти больных, приведя их всех к вере. В настоящее время она пытается обустроить заброшенную больницу, чтобы расширить оказание такой помощи, а также много путешествует, оказывая поддержку больным СПИДом и тем, кто за ними ухаживает.

Любовь может провести вас гораздо дальше, чем Закон. При этом всё, что вы будете делать, оживится дыханием той любви, которую вы получаете от Иисуса.

ПРЕВОСХОДНЕЙШИЙ ПУТЬ

Если сердце не наполняет Божья любовь, то, независимо от своих намерений, человек причиняет боль окружающим. Много лет я слышу о практике «иерихонских обходов» част­ных владений, которые необходимы церквям для более эф­фективного расширения Царства Божьего. При мне один пастор похвалялся историей о том, как заполучил для своей церкви домовладение, о котором давно мечтал. Хозяин про­дал свой дом церкви после того, как однажды в воскресенье всё собрание верующих прошло вокруг этого здания с песно­пениями и вознесением молитв.

Несколько лет спустя мне пришлось увидеть эту историю глазами противоположной стороны. У нас появились новые соседи. При знакомстве, узнав, что я пастор, они в предель­но точных терминах объяснили, что «не желают, чтобы им запихивали в глотку христианскую ,,кашу“». Мы заверили их, что не будем. Оказалось, что их прежний дом находился по соседству со зданием церкви и, согласно их версии, прихо­жане предпринимали всё возможное для того, чтобы их отту­да выжить. Они парковали свои машины на их парковочной площадке, топтали им цветы, а однажды даже устроили обход их дома с песнопениями.

Наши соседи были уже немолодой парой, поэтому пере­пугались всерьёз. Тем не менее они «держали оборону» доста­точно долго, не желая сдаваться. Когда решение переехать было всё-таки принято, их уже наполняла горечь от того, как с ними поступили. Они отвергали любое упоминание о существовании Бога.

Спустя тринадцать лет мы всё-таки смогли познакомиться с ними поближе, в основном благодаря возвращению им их почты, которую по ошибке бросали в наш ящик. Кроме того, случайно мне стало известно, что в силу болезни они не мог­ли сами брать почту из своего почтового ящика. Им приходи­лось ждать, когда вечером приедет сын. Я сказал, что мне не трудно заносить им почту по утрам, когда я буду выходить за своей. Четыре последующих года, до самого нашего переез­да, доставка почты стала для нас традицией. Казалось бы, пустяк, а для них — большое дело! И вот однажды, после то­го как эти пожилые супруги положительно отозвались о мо­ей статье, вышедшей в местной газете, разговор зашёл о ду­ховном. Им было интересно, но тема всё равно вызывала опасение.

Мне удалось познакомить их с Иисусом, мне даже выпа­ла честь вести похороны главы семейства. Эта пара была для нас не «миссионерским проектом», а просто друзьями и со­седями, о которых мы заботились по мере возможности.

Любовь, подобная Божьей, является самой мощной силой во Вселенной. С ней понятно утверждение Павла о том, что если любить так, как любит Бог, то можно не беспокоиться об исполнении Закона, ибо в этом он будет исполнен до по­следней буквы. Иисус говорил то же: «Кто любит Меня, тот соблюдёт слово Моё» (Иоан. 14:23).

Я знаю, что этот текст может быть истолкован двояко. Всю свою жизнь я следовал неверному истолкованию. Я думал, Иисус говорит, что если я буду любить Его, то ста­ну исполнять Его заповеди в доказательство своей любви.

Но всё остальное в Его действиях и учении не поддавалось логике этого толкования. На самом деле Он говорит, что если нам удаётся правильно любить, то соблюдение приходит са­мо собой. Те, кто любят Его так, как любимы сами, всегда пойдут за Ним, куда бы Он ни повёл. Это наполняет смыслом и слова Павла о том, что любовь исполняет весь Закон.

В данном случае разница очень большая, поскольку она определяет, куда будут направлены наши силы — на соблю­дение Закона или на любовь. И мы знаем, что никаких наших сил не хватит на «соблюдение», но зато изменение личности, которое производит любовь, может помочь жить в этом мире так, как жил Христос.

Вот почему Он оставил нам заповедь любить так же, как любит нас Он Сам.

Но пока мы не уверены в том, что Он любит, мы так лю­бить не можем.

А полностью убедившись в Его любви, мы не сможем удер­жаться, чтобы не любить в ответ.

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров