Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Жена задумчиво произносит, растягивая слова, с гордой, хотя и несколько
Содержание книги
- Совершенно ясно, что я зашел слишком далеко. Наверно, с одиночеством нельзя
- Неизъяснимого, я не девица и не священник, чтобы забавляться игрой в
- Горе понемножку, именно понемножку, капельку сегодня, капельку завтра, она
- Едва ли не слишком много. Но этим свидетельствам недостает определенности,
- Самому себе. Дудки. Мне это ни к чему. Не стану я также перечитывать то, что
- Только жалкую лужицу вокруг своей подставки. Гашу лампу, снова встаю. На
- Черным отливом, потому что у маркиза была густая борола, А он желал бриться
- Они раздражают меня своим ослиным упрямством, кажется, будто они,
- Позже. И все же это самая старая пластинка в здешней коллекции -- пластинка
- Разваренного старика. Щеки его фиолетовым пятном выступают на коричневой
- Вспыхивают огнями, отбрасывая на мостовую светлые прямоугольники. Я еще
- Убивают -- за отсутствием и убийц и жертв. Бульвар Нуара неодушевлен. Как
- Ублаготворенно косятся на статую гюстава эмпетраза. Вряд ли им известно имя
- Полкам: он приносит оттуда два тома и кладет их на стол с видом пса,
- Ковыляя, уходит дальше, останавливается, заправляет седую прядь, выбившуюся
- Только обрывочные картинки, и я не знаю толком, что они означают,
- Книга, мсье, об этих статуях в звериных шкурах и даже в человечьей коже. А
- Приключений. Но я больше ни слова не вымолвлю на эту тему.
- Страны. Я никогда больше не увижу эту женщину, никогда не повторится эта
- Через полтора десятка лет все они на одно лицо. Иногда -- редко -- вникаешь
- Них бывает в дни мятежей: все магазины, кроме тех, что расположены на улице
- Рядом с колбасником Жюльеном, славящимся своими горячими пирожками, выставил
- Представить тебе доктора Лефрансуа; ах, доктор, я так рада с вами
- Стертые лица. Перейду площадь Мариньян. Я осторожно выдираюсь из потока и
- Госпожа Гранде ответила лишь улыбкой; потом, после минутного молчания,
- Жена задумчиво произносит, растягивая слова, с гордой, хотя и несколько
- Мирились с тем, что с ними рядом идут, Иногда даже наталкиваются на них и
- Они, наверно, говорили об острове кайбот, его южная оконечность должна
- Домой после бесплодного воскресенья, -- оно тут как тут.
- Происходит, по-моему, вот что: ты вдруг начинаешь чувствовать, что время
- Или крупный плут. Я не так ценю исторические изыскания, чтобы тратить время
- Руанской библиотеки. Хозяйка ведет меня в свой кабинет и протягивает длинный
- Официантка, громадная краснощекая девка, говоря с мужчиной, не может
- Он садится, не снимая своего позеленевшего от времени пальто. Потирает
- Удивленно и смущенно щурит глаза. Можно подумать, он пытается что-то
- Служанка приносит кальвадос. Кивком она указывает доктору на его
- Действовать, как торговые автоматы: сунешь монетку в левую щелку -- вот тебе
- Вдруг мне становится ясно: этот человек скоро умрет. Он наверняка это знает
- Звука. Молчание тяготило меня. Мне хотелось закурить трубку, но не хотелось
- Скрипели сами собой. Мсье Фаскель все еще спал. А может, умер у меня над
- Вид у него был усталый, руки дрожали.
- Другие объясняли, что в мире сохраняется неизменное количество энергии, Да,
- Двенадцать пар ног медленно копошатся в тине. Время от времени животное
- Книги, которую читал старик, -- это был юмористический роман.
- Керамике и прикладному искусству. Господин и дама в трауре почтительно
- Изгнаны из соображений приличия. Однако в портретах Ренода, который
- Серо-зеленый громадный старик в кресле -- начальник. Его белый жилет на
- Незнакомо. Должно быть, я много раз проходил мимо этого полотна, не обращая
- Реми Парротен приветливо улыбался мне. Он был в нерешительности, он
- Самые безвольные, были отшлифованы, как изделия из фаянса: тщетно искал я в
осудительной улыбкой:
-- Ну, знаешь, ты уж совсем!..
В ее тоне столько чувственности, что он приходит в волнение и
Поглаживает ее шею своей жирной рукой.
-- Шарль, прекрати, ты меня возбуждаешь, котик, -- улыбаясь шепчет она,
С полным ртом.
Я пытаюсь снова взяться за прерванное чтение:
"-- А где мне его взять?
-- Купи.
-- А если мне встретится хозяин?"
Но до меня снова доносится голос жены:
-- Ой, Марта обхохочется, я ей расскажу...
Мои соседи замолчали. После торта Мариэтта подала им чернослив, и
Теперь женщина кокетливо сплевывает косточки в чайную ложку -- словно кладет
Яйца. Муж, уставившись в потолок, выстукивает марш на краю стола. Похоже,
Что в обычном своем состоянии они молчат, а разговорчивость нападает на них
Как краткий приступ лихорадки.
"-- А где мне его взять?
-- Купи".
Я захлопываю книгу, пойду пройдусь.
Когда я вышел из пивной "Везелиз", было около трех: во всем своем
Отяжелевшем теле я чувствовал наступление второй половины дня. Не моего дня,
А их, -- второй половины дня, которую сто тысяч бувильцев проживут сообща. В
Этот самый час, после долгого и обильного воскресного обеда, они встают
Из-за стола -- и что-то для них уже умерло. Беспечная юность воскресного
Утра уже позади. Теперь пора переваривать цыпленка и торт а потом одеться
Для выхода в свет.
В ясном воздухе раздался звонок кинотеатра "Эльдорадо". Этот звон среди
Бела дня -- привычный воскресный звук. У зеленой стены стояли в очереди сто
Человек с лишним. Они жадно ждали того часа сладостных сумерек, когда можно
Расслабиться, раскрепоститься, того часа, когда экран, сверкая, как белая
галька под водой, будет говорить за них, за них мечтать. Тщетное желание:
Что-то в них останется зажатым -- они слишком боятся, как бы им не испортили
Их любимого воскресенья. Очень скоро, как и каждое воскресенье, они будут
Разочарованы: фильм окажется глупым, сосед будет курить трубку, сплевывая на
Пол себе под ноги, или Люсьен будет не в духе, слова ласкового не скажет,
Или, как нарочно, именно сегодня, когда в кои-то веки выбрались в кино,
Опять схватит межреберная невралгия. Очень скоро, как и каждое воскресенье,
В темном зале начнут нарастать глухие приступы мелочной злобы.
Я пошел по тихой улице Брессан. Солнце разогнало облака, был погожий
день. Из виллы "Волна" вышло семейство ее обитателей. Дочь, сойдя на
Тротуар, застегивала перчатки. Ей можно было дать лет тридцать. Мать, стоя
На нижней ступеньке лестницы, уверенно глядела вперед, всей грудью вдыхая
Воздух. Отец повернулся ко мне своей необъятной спиной. Склонившись над
Замочной скважиной, он запирал дверь на ключ. Теперь до их возвращения дом
Будет пустым и темным. В соседних домах, уже запертых и опустелых, тихо
Поскрипывает мебель и половицы паркета. Перед тем как уйти, хозяева потушили
Камин в столовой. Отец нагнал двух женщин, и семейство безмолвно двинулось в
Путь. Куда они шли? По воскресеньям бувильцы посещают величественное
Городское кладбище или наносят визит родственникам, а тот, кто свободен от
Всех обязательств, прогуливается по молу. Я был свободен -- я зашагал дальше
По улице Брессан, которая выходит на мол.
Небо было бледно-голубым: где-то дымок, где-то перистое облачко, иногда
Солнце скрывала набежавшая тучка. Издали мне виден был белый цементный
Парапет, ограждающий мол, сквозь просветы в нем сверкало море. Семейство
Свернуло направо, на улицу Казначея Илера, которая уходит вверх по Зеленому
Холму. Я видел, как вся троица медленно преодолевает высоту -- три черные
Точки на поблескивающем фоне асфальта. Я свернул налево и влился в толпу,
Прогуливающуюся вдоль моря.
Толпа была более разношерстной, чем утром. Казалось, все эти люди уже
Не в силах соблюдать безупречную социальную иерархию, которой они так
Гордились до обеда. Теперь бок о бок шли коммерсанты и чиновники; они
|
