Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Стертые лица. Перейду площадь Мариньян. Я осторожно выдираюсь из потока и
Содержание книги
- И он стал уговаривать меня поехать с ним. С какой целью, я теперь и сам не
- Ничего не беру, ничего не даю. Самоучка не в счет. Есть, конечно, франсуаза,
- Совершенно ясно, что я зашел слишком далеко. Наверно, с одиночеством нельзя
- Неизъяснимого, я не девица и не священник, чтобы забавляться игрой в
- Горе понемножку, именно понемножку, капельку сегодня, капельку завтра, она
- Едва ли не слишком много. Но этим свидетельствам недостает определенности,
- Самому себе. Дудки. Мне это ни к чему. Не стану я также перечитывать то, что
- Только жалкую лужицу вокруг своей подставки. Гашу лампу, снова встаю. На
- Черным отливом, потому что у маркиза была густая борола, А он желал бриться
- Они раздражают меня своим ослиным упрямством, кажется, будто они,
- Позже. И все же это самая старая пластинка в здешней коллекции -- пластинка
- Разваренного старика. Щеки его фиолетовым пятном выступают на коричневой
- Вспыхивают огнями, отбрасывая на мостовую светлые прямоугольники. Я еще
- Убивают -- за отсутствием и убийц и жертв. Бульвар Нуара неодушевлен. Как
- Ублаготворенно косятся на статую гюстава эмпетраза. Вряд ли им известно имя
- Полкам: он приносит оттуда два тома и кладет их на стол с видом пса,
- Ковыляя, уходит дальше, останавливается, заправляет седую прядь, выбившуюся
- Только обрывочные картинки, и я не знаю толком, что они означают,
- Книга, мсье, об этих статуях в звериных шкурах и даже в человечьей коже. А
- Приключений. Но я больше ни слова не вымолвлю на эту тему.
- Страны. Я никогда больше не увижу эту женщину, никогда не повторится эта
- Через полтора десятка лет все они на одно лицо. Иногда -- редко -- вникаешь
- Них бывает в дни мятежей: все магазины, кроме тех, что расположены на улице
- Рядом с колбасником Жюльеном, славящимся своими горячими пирожками, выставил
- Представить тебе доктора Лефрансуа; ах, доктор, я так рада с вами
- Стертые лица. Перейду площадь Мариньян. Я осторожно выдираюсь из потока и
- Госпожа Гранде ответила лишь улыбкой; потом, после минутного молчания,
- Жена задумчиво произносит, растягивая слова, с гордой, хотя и несколько
- Мирились с тем, что с ними рядом идут, Иногда даже наталкиваются на них и
- Они, наверно, говорили об острове кайбот, его южная оконечность должна
- Домой после бесплодного воскресенья, -- оно тут как тут.
- Происходит, по-моему, вот что: ты вдруг начинаешь чувствовать, что время
- Или крупный плут. Я не так ценю исторические изыскания, чтобы тратить время
- Руанской библиотеки. Хозяйка ведет меня в свой кабинет и протягивает длинный
- Официантка, громадная краснощекая девка, говоря с мужчиной, не может
- Он садится, не снимая своего позеленевшего от времени пальто. Потирает
- Удивленно и смущенно щурит глаза. Можно подумать, он пытается что-то
- Служанка приносит кальвадос. Кивком она указывает доктору на его
- Действовать, как торговые автоматы: сунешь монетку в левую щелку -- вот тебе
- Вдруг мне становится ясно: этот человек скоро умрет. Он наверняка это знает
- Звука. Молчание тяготило меня. Мне хотелось закурить трубку, но не хотелось
- Скрипели сами собой. Мсье Фаскель все еще спал. А может, умер у меня над
- Вид у него был усталый, руки дрожали.
- Другие объясняли, что в мире сохраняется неизменное количество энергии, Да,
- Двенадцать пар ног медленно копошатся в тине. Время от времени животное
- Книги, которую читал старик, -- это был юмористический роман.
- Керамике и прикладному искусству. Господин и дама в трауре почтительно
- Изгнаны из соображений приличия. Однако в портретах Ренода, который
- Серо-зеленый громадный старик в кресле -- начальник. Его белый жилет на
- Незнакомо. Должно быть, я много раз проходил мимо этого полотна, не обращая
Вдруг рядом со мной из черной шляпы выскакивает голова, принадлежащая,
бесспорно, человеку из хорошего общества. Это муж дамы в синем. О!
Великолепный длинный череп долихоцефала, поросший короткими жесткими
Волосами, великолепные американские усы с проседью. Но в особенности хороша
Улыбка, дивная, учтивая улыбка. Вдобавок на носу у господина примостилось
Пенсне.
-- Это новый чертежник с нашей фабрики, -- говорит он, обернувшись к
Жене. -- Не понимаю, что он может здесь делать. Славный мальчуган, очень
Робкий, он меня забавляет.
У витрины колбасника Жюльена молодой чертежник, только что вновь
Накрывший голову и весь еще розовый от смущения, с упрямым видом потупив
Глаза, являет все признаки сладострастного восторга. Нет сомнения, в это
Воскресенье он впервые отважился пройтись по улице Турнебрид. Вид у него
Такой, будто он побывал у первого причастия. Сцепив руки за спиной, он
Отвернулся к витрине с выражением стыдливости; он глядит, не видя их, на
Четыре сосиски в блестящем желе, раскинувшиеся на гарнире из петрушки.
Из колбасной выходит женщина и берет его под руку. Это его жена: она
Еще очень молода, хотя кожа у нее шероховатая. Сколько бы она ни бродила на
Подступах к улице Турнебрид, никто не примет ее за даму -- ее выдает
Бесстыдный блеск глаз и рассудительный, осведомленный вид. Настоящие дамы не
Знают что почем, они любят красивые безрассудства, глаза их -- прекрасные и
Простодушные цветы, расцветшие в теплицах.
Бьет час, я вхожу в пивную "Везелиз". Старики, по обыкновению, уже там.
Двое из них принялись за еду. Четверо играют в манилью, потягивая аперитив.
Остальные ждут, пока им подадут, и стоя наблюдают за игрой. Самый длинный из
Них, с густой бородой, -- биржевой маклер. Второй -- отставной инспектор
Военно-морского ведомства. Они пьют и едят как двадцатилетние. По
Воскресеньям они заказывают кислую капусту. Те, кто пришел позднее,
окликают, тех кто уже жует:
-- Привет! Как всегда -- верны воскресной капусте?
Они рассаживаются, с облегчением вздыхают:
-- Мариэтта, малышка, кружку пива без пены и кислую капусту.
Эта Мариэтта -- бойкая бабенка. Когда я сажусь за столик в глубине,
Пунцовый старик, которому она наливает вермут, вдруг заходится злобным
Кашлем.
-- Наливай полнее, -- говорит он, не переставая кашлять.
Но тут разозлилась Мариэтта -- она ведь еще не кончила наливать.
-- Да я же еще лью. Разве я что вам сказала? Вы как та девка, -- ее еще
Не лапают, а она уже вырывается.
Остальные смеются.
-- Один -- ноль!
Биржевой маклер, идя к столику, обнял Мариэтту за плечи:
-- Сегодня воскресенье, Мариэтта. Пойдешь вечером в кино со своим
Дружком?
-- Как бы не так! Сегодня смена Антуанетты. А я за нее отдуваюсь -- вот
тебе и ходи в кино!
Маклер сел против бритого, несчастного с виду старика. Бритый старик
Сразу начинает что-то рассказывать. Маклер его не слушает, он корчит гримасы
И дергает себя за бороду. Они вообще никогда не слушают друг друга.
Я узнаю чету, сидящую рядом со мной: это живущие неподалеку мелкие
Торговцы; по воскресеньям их прислуга выходная. Вот они и приходят сюда и
Садятся всегда за один и тот же столик. Муж ест роскошную розовую отбивную.
Он внимательно разглядывает ее вблизи, время от времени обнюхивая. Жена
Ковыряет в своей тарелке. Это плотная сорокалетняя блондинка с красными,
Покрытыми пушком щеками. Под атласной блузкой торчат крепкие красивые груди.
Она, что твой мужчина, за каждым обедом выдувает по целой бутылке бордо.
Почитаю-ка "Евгению Гранде". Не то чтобы это доставляло мне большое
Удовольствие -- но надо же чем-то заняться. Открываю книгу наугад -- мать с
Дочерью ведут разговор о зарождающейся любви Евгении.
"Евгения поцеловала ей руку.
-- Какая ты добрая, мама, милая!
От этих слов увядшее за годы страданий лицо матери просияло.
-- Он тебе нравится? -- спросила Евгения.
|
