Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Высокомерный. Его приятель, кряжистый толстяк с пушком над губой, подтолкнул
Содержание книги
- Живописных святилищах, прощайте, прекрасные лилии, наша гордость и
- Маркиз де Рольбон только что умер во второй раз.
- Великое предприятие под названием Рольбон кончилось, как кончается
- Всех ощущений, которые гуляют внутри, приходят, уходят, поднимаются от боков
- Лебединым крылом бумаги, я есмь. Я есмь, я существую, я мыслю, стало быть,
- Бьется, бьющееся сердце -- это праздник. Сердце существует, ноги существуют,
- Самоучка вынул из бумажника два картонных прямоугольника фиолетового
- Отвлеченная, что я ее стыжусь.
- Двоих, медленная, тепловатая жизнь, лишенная всякого смысла -- но они этого
- Он смотрит на меня умоляющим взглядом.
- Найти что-нибудь другое, чтобы замаскировать чудовищную бессмыслицу своего
- Взглядом, казалось, раздевая им меня, чтобы выявить мою человеческую
- Неистовую ярость. Да-да, ярость больного: руки у меня стали трястись, кровь
- Слегка разочарован, ему хотелось бы побольше энтузиазма. Что я могу
- Я знаю, что кроется за этой лицемерной попыткой примирения. В общем-то,
- На улице. Для вас они всего только символы. Вас умиляют не они, вас умиляет
- Я молчу, я принужденно улыбаюсь. Официантка приносит мне на тарелке
- Тут я замечаю, что в левой руке по-прежнему держу десертный ножик.
- Вдруг здание исчезло, осталось позади, ящик заполнился живым серым светом,
- Расслабиться, забыться, заснуть. Но я не могу: я задыхаюсь, существование
- Переваривающий пищу на скамье, -- в этой общей дремоте, в этом общем
- Неподвижный, безымянный, он зачаровывал меня, лез мне в глаза, непрестанно
- Удивительная минута. Неподвижный, застывший, я погрузился в зловещий
- Определенная идея. Все эти крошечные подрагивания были отделены друг от
- Башмаки, А другие предметы были похожи на растения. И еще два лица: той
- Решение принято: поскольку я больше не пишу книгу, мне незачем
- Поднимаю глаза. Анни смотрит на меня даже с какой-то нежностью.
- Это знание прошлого меня сокрушает. По Анни даже не скажешь, что она
- Анни смотрит на меня, усердно выказывая заинтересованность.
- Красном ковре, который ты всюду с собой возила, и глядела бы на меня
- Неизменной, покуда Анни говорит. Потом маска спадает, отделяется от Анни.
- Обвиняешь меня в том, что я все забыл.
- Насчитать, и в конце концов предположила, что они неисчислимы.
- Кожа у меня на редкость чувствительна. Но я ничего не чувствовала, пока мы
- Я поднимаю взгляд. Она смотрит на меня с нежностью.
- Загляну в Париж, я тебе напишу.
- Завтра дневным поездом я вернусь в Бувиль. Я останусь в нем не больше
- Вся моя жизнь лежит позади меня. Я вижу ее всю целиком, ее очертания и
- Их город, проникла повсюду -- в их дома, в их конторы, в них самих. Она не
- Своих ног город, поглощенный утробой природы. А впрочем, Какая мне разница.
- В половине пятого пришел Самоучка. Мне хотелось пожать ему руку и
- Высокомерный. Его приятель, кряжистый толстяк с пушком над губой, подтолкнул
- Разглядеть то, что разыгрывается в двух шагах от меня в этой тишине. Я
- Куда люди приходят набраться знаний, случались вещи, от которых в краску
- Но едва я опустил коротышку на пол, тот снова почувствовал себя
- А что такое вообще Антуан Рокантен? Нечто абстрактное. Тусклое воспоминание
- И голос поет и не может умолкнуть, и тело бредет, и есть сознание всего
- Нечего, А наложить на себя руки не хватит духу.
- Неприглядности, и мне стыдно за себя и за все то, что перед ней существует.
- Им глотки, и на них всей тяжестью навалится бесконечный знойный сон. Но
Его под локоть и что-то сказал. Малыш не ответил, но чуть заметно улыбнулся,
Спесиво и самодовольно. Потом оба небрежно сняли с полки какой-то словарь и
Направились к Самоучке, который устремил на них усталый взгляд. Они делали
Вид, будто не обращают на него внимания, но уселись как раз с ним рядом --
Черноволосый малыш слева от Самоучки, а кряжистый толстяк слева от малыша.
Оба сразу принялись листать словарь. Самоучка обвел рассеянным взглядом зал,
Потом снова углубился в чтение. Никогда ни один читальный зал не являл собой
Зрелища более мирного, я не слышал ни звука, кроме одышливого дыхания
Толстой дамы, я видел только головы, склоненные над большим словарем
Inoctavo. И однако, с этой минуты я почувствовал, что вот-вот случится
Какая-то беда. Все эти люди, с прилежным видом опускавшие глаза, словно бы
Разыгрывали комедию: за несколько мгновений до этого на нас как бы дохнуло
Жестокостью.
Читать я кончил, но уйти не решался: я ждал, делая вид, что продолжаю
Читать газету. Мое любопытство и тревогу в особенности подогревало то, что
Другие ждали.тоже. Мне показалось, что моя соседка стала быстрее
Перелистывать страницы своей книги. Прошло несколько минут, потом я услышал
Шепот. Я осторожно поднял голову. Подростки закрыли свой словарь.
Черноволосый малыш молчал -- он повернулся направо, и лицо его выражало
Почтительный интерес. До половины скрытый его плечом, белобрысый навострил
уши и тихонько посмеивался. "Но кто же это говорит?" -- подумал я.
Говорил Самоучка. Склонившись к своему юному соседу, глаза в глаза, он
Ему улыбался. Я видел, как шевелятся его губы, его длинные ресницы
Трепетали. Я не узнавал его помолодевшее лицо, в нем появилось едва ли не
Обаяние. Но временами он умолкал и пугливо озирался. Подросток, казалось,
Впитывает каждое его слово. В этой маленькой сцене не было ничего
Необычного, и я уже хотел было вернуться к чтению, когда увидел, как рука
Мальчишки, которую он завел за спину, медленно заскользила по краю стола.
Скрытая от глаз Самоучки, она некоторое время ощупью продвигалась вперед,
Потом наткнулась на локоть белобрысого толстяка и сильно его ущипнула. Тот,
Молчаливо наслаждавшийся словами Самоучки, был настолько ими поглощен, что
Не заметил, как к нему подобралась рука приятеля. Подскочив на стуле, он
Широко разинул рот от неожиданности и восторга. Но лицо черноволосого малыша
Хранило все то же выражение почтительного интереса. Трудно было поверить,
что шаловливая рука принадлежит ему. "Что они хотят ему подстроить?" --
Подумал я. Я понимал, что должна совершиться какая-то подлость, я видел
Также, что еще есть время ей помешать. Но чему следует помешать, я угадать
Не мог. На мгновение у меня мелькнула мысль встать, подойти к Самоучке,
Хлопнуть его по плечу и завязать с ним разговор. Но тут наши взгляды
Встретились. Он мгновенно умолк и сердито поджал губы. Смутившись, я быстро
Отвел глаза и для вида снова взялся за газету. Толстая дама, однако,
Отодвинула книгу и подняла голову. Она была как зачарованная. Я явственно
Чувствовал: сейчас она взорвется -- они все ХОТЕЛИ, чтобы произошел взрыв.
Что делать? Я покосился на корсиканца -- он уже не глядел в окно, он стоял
Вполоборота к нам.
Прошло четверть часа. Самоучка зашептал снова. Я не смел поднять на
Него глаза, но ясно представлял себе его ласковое, помолодевшее лицо и
Устремленные на него тяжелые взгляды, которых он не замечает. В какую-то
Минуту вдруг раздался его смех -- звонкий мальчишеский смех. У меня сжалось
Сердце -- мне казалось, что дрянные юнцы хотят утопить котенка. И вдруг
Шепот умолк. Тишина показалась мне трагической -- это же конец, смертный
Приговор. Я низко склонился над газетой, делая вид, будто читаю, но я не
Читал: вздернув брови, я старался как можно выше поднять глаза, чтобы
|
