Глава 7. По следу. Глава 8. Странная путаница. Глава 9. Преступники в масках

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 5 из 11Следующая ⇒

Глава 7. По следу

Элен призналась, что им с братом неловко оставаться в доме Дрю без разрешения возместить расходы адвокату. Ранее они предлагали оплатить проживание, но получили вежливый, но решительный отказ.

– О, пожалуйста, перестаньте беспокоиться об этом, – сказала Нэнси. – Нам просто нравится, что вы здесь, и вы можете многое сделать, чтобы помочь мне в этом деле.

Анри немного просветлел.

– Нэнси, есть одна вещь, которую я мог бы сделать, чтобы отплатить тебе за твою доброту, но мне понадобится твоё сотрудничество.

– Я согласна, – сказала Нэнси, улыбаясь.

Анри объяснил, что до приезда в Америку он был не только танцором, но и художником-портретистом. Его искусство не было широко известно, но он сделал несколько приемлемых портретов. Он предложил нарисовать портрет Нэнси в награду за всё, что она делала для него и его сестры.

– О, это замечательно! – обрадовалась Нэнси. – Папа долгое время пытался уговорить меня написать мой портрет. Он будет в восторге.

– Тогда всё решено. Как только позавтракаем, выберем подходящее место, и я начну работать.

Полчаса спустя швейная комната Ханны наверху, в которой было окно на крышу, была превращена в студию. Нэнси, одетая в изящную льдисто-голубую блузку, тихо сидела, пока Анри делал несколько примерных карандашных набросков. Наконец он выбрал тот, который, по словам Элен, выглядел в точности как Нэнси.

– Мне нравится здесь выражение, потому что оно серьёзное, и всё же у Нэнси есть лёгкая улыбка, – объяснила девушка. – Для меня она выглядит именно так. Пожалуйста, используй этот набросок.

Анри пообещал, что постарается передать это выражение маслом. Спустя два часа Нэнси была рада немного размяться и пройтись. Она позвонила в школу танцев и выяснила, что всё идёт гладко, и никто из подозрительных личностей не объявлялся.

Когда она закончила разговор, появилась Джорджи.

– Боже, Нэнси! – воскликнула она. – Я думала, ты будешь в постели. Где ты научилась падать с целого лестничного пролёта и отделываться только несколькими синяками и слегка подвёрнутой лодыжкой?

Нэнси озорно посмотрела на подругу.

– Ну, Джорджи, – рассмеялась она, – это требует большой практики.

– В любом случае, – сказала Джорджи, – я рада, что твоей лодыжке лучше. Я заскочила узнать, не могу ли я побыть для тебя шофёром на случай, если тебе понадобится выполнить какие-нибудь задания.

– Я бы, конечно, хотела выехать и немного поработать над этим делом, – ответила Нэнси. – Предлагаю пообедать у нас, и мы начнём сразу после этого.

Джорджи согласилась, и четверо молодых людей очень вкусно пообедали. Ханна просияла, когда все они похвалили её томатный крем-суп, сырное суфле и персиковые тарталетки.

В два часа Нэнси и Джорджи выехали из дома. Их первой остановкой было полицейское управление, где Нэнси попросила найти детектива Пензера.

К счастью, офицер был на месте и сразу же приступил к работе над таинственными числами. Двадцать минут спустя он покачал головой и отложил карандаш.

– Мне понадобится больше времени, чтобы разобраться в этом. В конце концов, это может быть и не код, – сказал он, подтверждая подозрения Нэнси.

Она поблагодарила его и вернулась к машине. Следующая остановка была в Гражданском центре, куда Джорджи забежала, чтобы сказать миссис Парсонс, что Нэнси не сможет репетировать несколько дней.

– О боже, я так и знала! – воскликнула женщина. – Всё приходит тройками. Теперь Нэнси – последняя жертва. Что ж, передай ей, что я сожалею, пусть она позаботится о себе.

Джорджи вернулась к машине.

– Эта женщина никогда не должна быть председателем! – заявила девушка. – Она слишком беспокойная. – Джорджи села за руль. – Теперь куда?

– Я бы просто хотела проехать по одной улице и спуститься по другой, – сказала Нэнси, – на случай, если я увижу миссис Джадсон или того мужчину, который остановил меня ночью.

Хотя Джорджи ездила по окрестностям в течение получаса, девушки не заметили никого из тех, кого они искали. Следующими в списке Нэнси были фойе отелей и рестораны.

– Но ты не можешь сделать это сама, – возразила Джорджи, – а я не знаю этого мужчину.

– Вот что я тебе скажу, – придумала Нэнси. – Ты зайдёшь, и если найдёшь кого-нибудь, кто мог бы соответствовать описанию, я посмотрю!

Джорджи была согласна и начала исследовать различные отели. Она не видела никого, кто напоминал бы миссис Джадсон или таинственного мужчину. Затем они посетили несколько ресторанов в городе, осматривая клиентуру и спрашивая кассиров и гардеробщиц, подходит ли кто-нибудь, кто обедал там, под описание. Но ближе к вечеру у Нэнси начала болеть лодыжка, да и отрицательные ответы разочаровали девушек.

– Давай попробуем последний раз, – сказала Нэнси, и Джорджи остановилась перед небольшим заведением под названием «Королевский Ресторан».

На этот раз они обе зашли внутрь и поговорили с кассиром. Нэнси дала полное описание людей, которых они искали, объяснив, что они не обязательно должны были быть вместе. Женщина-кассир подумала несколько секунд, затем ответила:

– Прошлой ночью здесь была пара, которая могла быть теми двумя, которых вы ищете. Женщина американка, кричаще одета, разговаривала громко и капризно. Мужчина похож на француза, по крайней мере, говорил с французским акцентом.

Нэнси была взволнована.

– Вы случайно не расслышали их имена? – спросила она.

– Женщина назвала мужчину Роулем – или что-то в этом роде.

– Роул? – повторила Нэнси. – Это, вероятно, был Рауль. О чём они говорили?

Молодая женщина за кассой на мгновение задумалась, затем ответила:

– Я не слышала начала беседы. Очевидно, они заканчивали разговор, который начали до того, как пришли сюда, наконец, женщина сказала: «Тебе лучше принести мне красивое украшение, иначе я проболтаюсь!».

– Это похоже на женщину, которую мы ищем, – призналась Нэнси. – Вы помните что-нибудь ещё?

– Я не могла слышать остальную часть их разговора, но женщина передала мужчине письмо, когда они ели десерт.

В этот момент кассирша подозвала молодую официантку, которая обслуживала эту пару. Девушка смогла добавить интересную информацию.

– Когда мужчина прочитал письмо, – сказала она, – он выглядел совершенно взбешенным. И он ужасно отчитал женщину за то, что она потеряла марку.

– У вас есть какие-нибудь идеи, где они живут? – спросила Нэнси.

Официантка сказала, что слышала, как они смутно упоминали большой многоквартирный дом на Оквуд-авеню.

– Хотя я не знаю, живут ли они там, – добавила она.

Нэнси подумала, что, возможно, так оно и есть. По крайней мере, она могла бы получить кое-какую информацию о них от управляющего. Она поблагодарила кассира и официантку, и девушки поспешили уйти.

Когда подруги подъехали к многоквартирному дому, Нэнси просмотрела имена на почтовых ящиках. Ни на одном из них не было имени Джадсон. Она позвонила в звонок управляющему. Ответа не последовало, но в следующий момент открылась входная дверь и вышла женщина. Нэнси спросила, живет ли в этом здании пара по фамилии Джадсон. Женщина покачала головой.

– Мистер Джадсон – француз, – пояснила Нэнси с улыбкой. – Это что-нибудь значит?

– Здесь есть француз. Он живет в комнате 1А. Может быть, люди, которые вам нужны, навещают его.

Девушки прошли по коридору и постучали. Дверь открыл худощавый мужчина с бледным лицом и навощёнными усами.

– Ах, шармант[1], – сказал француз. – Такие хорошенькие американские девушки. Пожалуйста, входите.

– Нет, благодарю вас, – ответила Нэнси, видя, что квартира маленькая и Джадсонов внутри нет.

– Но у вас же была причина прийти, – напомнил мужчина. Он щёлкнул каблуками, низко поклонился и сказал: – Месье Гийон, к вашим услугам.

Девушек позабавили его преувеличенные манеры, и Джорджи спросила:

– Есть ли в этом здании ещё один француз, который может использовать фамилию Джадсон?

– Я вижу, вас не интересует бедный Гийон, – сказал мужчина, и на его лице появилось разочарование. – Но да, мистер и миссис Джадсон были здесь, – объяснил он. – Они съехали сегодня утром.

Мистер Гийон сказал им, что Дэвид Джадсон снимал квартиру в этом здании в субаренду на несколько недель, пока владелец был в Канаде. Но вскоре они внезапно уехали и никому не сказали, куда направляются.

Нэнси попросила описать эту пару. Когда мужчина детально описал их, Нэнси убедилась, что женщина была миссис Джадсон, а её муж вполне мог быть тем человеком, который остановил её на пустынной дороге.

Нэнси была в восторге от фактов, которые она узнала. Мистер Джадсон и его жена определённо были двумя людьми, которых она должна была найти.

Джорджи высадила Нэнси у её дома.

– Увидимся завтра, – сказала она и помахала рукой на прощание.

Когда Нэнси открыла входную дверь, Ханна встретила её с улыбкой.

– У тебя гость.

Нэнси нетерпеливо захромала в гостиную. Там сидел Нед Никерсон. Он вскочил и сказал:

– Привет. Скажи, что это я слышал о сломанной лодыжке?

Нэнси засмеялась и сказала ему, что это всего лишь лёгкое растяжение.

– Тогда, если ты в порядке, – сказал он, – как насчёт двойного свидания сегодня вечером с Фонтейнами?

– Хорошо. Но нам придётся остаться здесь, – сказала Нэнси. – Для них было бы опасно выходить из дома. Как насчёт того, чтобы поужинать с нами? Я могу обещать яблочный пирог.

– Это свидание, Нэнси.

Шторы на первом этаже были задёрнуты, и Фонтейны спустились вниз. Неду они сразу понравились.

За ужином Нэнси рассказала отцу и всем остальным о том, что узнала в многоквартирном доме на Оквуд-авеню. Адвокат похвалил её за результаты расследования и сказал, что в течение последнего часа был занят, отвечая на телефонные звонки своей дочери. Полиция не нашла ни малейшего намёка на истинную личность мистера Варта, который продал повреждённые статуэтки, а детектив Пензер не мог предложить решения по загадочным цифрам.

После ужина мистер Дрю извинился и ушёл в свой кабинет.

Четверо молодых людей сидели в гостиной и разговаривали. Беседа только перешла к сравнению обычаев подростков во Франции и в Соединённых Штатах, когда в дверь позвонили несколько раз.

– Кому-то не терпится попасть сюда, – заметил Нед.

Фонтейны выглядели встревоженными, и Нэнси посоветовала им спрятаться на кухне. Когда пара поспешила уйти, Ханна пошла открывать дверь.

Нэнси и Нед напряжённо наблюдали из гостиной, как экономка открыла дверь. К всеобщему изумлению, мужчина среднего телосложения, прикрывая лицо носовым платком, ворвался внутрь. Он протиснулся мимо Ханны и быстро закрыл за собой дверь!

Глава 8. Странная путаница

Нед Никерсон стремительно выпрыгнул в холл, намереваясь схватить незваного гостя, но мужчина остановился и убрал носовой платок от своего лица.

– Что за идея вломиться сюда силой? – спросил Нед.

Нэнси доковыляла до холла и стояла, уставившись на мужчину в полном изумлении. Он был тем, кто сидел напротив неё в самолёте – мужчиной, которого они подозревали в том, что он послал предупреждающую записку Фонтейнам!

Он сразу узнал Нэнси и, казалось, был поражён не меньше девушки.

– Вы здесь живёте? – спросил он.

Прежде чем она успела ответить, раздался отчаянный стук во входную дверь.

– Никого не впускайте! – закричал незнакомец. – За мной следили!

В этот момент мистер Дрю выглянул из своего кабинета. Когда он спросил, что происходит, стук во входную дверь повторился.

– Впустите меня! – крикнул девичий голос, в котором Нэнси сразу узнала голос Джорджи.

Нэнси открыла дверь, и её подруга ворвалась внутрь.

– О, я пыталась предупредить вас! – воскликнула она. – Но этот человек… он пришёл сюда раньше меня!

– Предупредить их о чём? – спросил незнакомец.

– Что вы придёте сюда, – ответила Джорджи. – Я не хотела, чтобы Нэнси или кому-либо ещё здесь нанесли вред. Нэнси, вызови полицию!

– Вред? Полиция? – спросил мужчина. Он казался встревоженным. – Я не знаю, что всё это значит, но я пришёл сюда не для того, чтобы причинить кому-либо вред.

– Тогда зачем вы здесь? – спросила Джорджи.

– Я пришёл повидаться с мистером Карсоном Дрю, – ответил мужчина. – Я понимаю, что он адвокат. У меня есть к нему дело.

Мистер Дрю вышел вперёд и представился.

– А ваше имя?

– Иоганн Кофф.

– Отец Милли Кофф? – воскликнула Нэнси.

– Да.

– Я поняла от миссис Парсонс, что вы с Милли уехали из города, и никто не знал куда, – сказала Нэнси.

Мистер Дрю добавил:

– Вы простите нас, ваше таинственное исчезновение показалось нам подозрительным?

– Я прощаю вас, – сказал мистер Кофф, – и я всё объясню.

– Вы хотите сказать, что я следила за вами напрасно? – воскликнула Джорджи, безвольно привалившись к дверному косяку. – Вы имеете в виду, что вы...

Мистер Кофф рассмеялся. Теперь он узнал в Джорджи одну из девушек, которые остановили его на улице позавчера вечером. Он сказал, что просто вышел прогуляться и был поражён их действиями.

– Уверяю вас, семья Дрю не нуждаются в защите от меня, – сказал посетитель. Повернувшись к мистеру Дрю, он добавил: – Поскольку мне нужно ваше доверие, я хотел бы подтвердить свою личность.

Он достал бумажник и несколько писем, которые показал адвокату. Так как мистер Дрю остался этим доволен, мистер Кофф добавил:

– А теперь мы можем поговорить наедине?

Мистер Дрю провёл его в свой кабинет и закрыл дверь. Нэнси пошла на кухню и объяснила Фонтейнам, что произошло. Она посоветовала им оставаться там до тех пор, пока мистер Кофф не покинет дом.

Они согласились, и Нэнси присоединилась к Джорджи и Неду в гостиной. Пять минут спустя мистер Дрю подошёл к двери кабинета и позвал дочь.

– Пожалуйста, входи, Нэнси, – сказал он. – Я хочу, чтобы ты услышала удивительную историю.

Он указал на стул рядом со своим столом. Когда Нэнси села, он добавил, что посетитель пишет для газет и журналов.

– Я пришёл к вашему отцу, – объяснил Кофф, – с юридическим делом, которое также может потребовать небольшой детективной работы.

– Нэнси, – сказал её отец, – у мистера Коффа произошёл странный случай, который, я полагаю, тебя заинтересует.

Мистер Кофф откинулся на спинку стула, потом начал повествование:

– Я нервничал на самолёте, опасаясь, что будет катастрофа, а у меня много работы, которую надо сделать для моей родины Сентровии, из которой я сбежал. Я был так расстроен, что взял портфель, который, как я думал, был моим собственным, с верхней полки. Когда я добрался до отеля «Клеймор», то обнаружил, что он принадлежит кому-то другому. Внутри были бумаги, в которых указывалось, что владельцем был мистер Базби из Нью-Йорка, поэтому я сразу же отправил ему портфель специальной авиапочтой. Потом начались неприятности. На следующий день мне позвонил мужчина из Ривер-Хайтс и сказал, что портфель принадлежит ему. Базби уведомил его об этом и переправил всё ему. Этот мужчина – Дэвид Джадсон с Оквуд-авеню.

Нэнси была поражена, услышав знакомое имя, но сочла за лучшее пока не раскрывать, что она знает миссис Джадсон и её мужа.

– Этот Дэвид Джадсон, – продолжал сентровианин, – сказал мне, что мистер Базби – его конкурент. В результате просмотра конфиденциальных материалов в портфеле он узнал несколько деловых секретов и извлёк из них выгоду, получив несколько крупных заказов. Мистер Джадсон утверждает, что из-за этого он понёс значительные финансовые потери, и требует от меня возмещения ущерба.

– Папа, он может взыскать этот ущерб? – спросила Нэнси.

– При определённых обстоятельствах, – ответил адвокат. – Но послушай остальную часть истории.

Кофф продолжил:

– В общем, Джадсон был воинственным и агрессивным. Он напугал меня, поэтому мы с дочерью сразу же собрали вещи и уехали в отель в Клиффвуде.

– Но он узнал, где вы? – вставила Нэнси.

– Да, он выследил нас, и сегодня вечером выдвинул новое требование по телефону. Он сказал, что у него есть доказательства того, что я намеренно взял его портфель. Девушка в самолёте рядом со мной поклялась бы в этом.

Нэнси быстро подняла глаза. Джадсон имел в виду её? Другой девушки поблизости не сидело.

– Если мистер Джадсон предъявит эту свидетельницу, – твёрдо сказала Нэнси, – она окажется фальшивкой. Так что не беспокойтесь об этом.

– Я чувствую, что всё это обман, – заявил мистер Дрю. – Этот Джадсон надеется получить немного денег лёгким способом. Мы постараемся немедленно положить конец угрозам. Предположим, вы отправите записку мистеру Джадсону, сообщив ему, что передали это дело мне. Если он всё ещё захочет подать на вас в суд, я соглашусь принять это дело.

– Но я понял от друга, который разговаривал с управляющим, что мистер Джадсон покинул Оквуд-авеню и не сказал, куда направляется, – возразил Кофф.

– В почтовом отделении могут знать, – предположил мистер Дрю.

– И вы могли бы также попробовать общую доставку, – добавила Нэнси.

– Я так и сделаю. Спасибо, – согласился сентровианин.

Нэнси решилась уточнить:

– Вы получили свой портфель обратно?

– Нет. Мистер Базби написал, что он ничего не знает о нём. В нём было моё имя и адрес, но его так и не вернули. – Лицо Иоганна Коффа помрачнело. – Я очень встревожен. В нём много ценных вещей, и я обеспокоен тем, какой вред может быть нанесён мне и моей дочери, если информация попадёт в чужие руки.

– Вред? – повторила Нэнси.

– В моём портфеле, – объяснил Кофф, – было несколько писем из сентровианского подполья в разных странах. Через них оккупационные власти могут отследить лояльных людей, которые работают на нас. Я просто устал от беспокойства.

Когда Кофф замолчал и печально уставился в пол, Нэнси стало его жаль. Она постаралась утешить его:

– Я надеюсь, что скоро всё наладится и ваша дочь Милли сможет вернуться на благотворительное шоу. Я знаю, что она замечательная балерина.

– Да, – согласился Кофф, на мгновение расслабляясь. Затем он помрачнел, и его голос взволнованно повысился. – До оккупации в Сентровии было много замечательных танцоров. Но больше нет. Больше ничего нет. Сердца наших людей разбиты. У них нет ни времени, ни настроения петь и танцевать.

– Вы знали многих знаменитых сентровианских танцоров? – спросила Нэнси.

– Действительно знал, – ответил Кофф. – Большинство из них были убиты, но некоторые бежали из страны в то же время, когда и я это сделал. Я бы хотел их найти. Я особенно помню одну семью, Провак, которая уехала в Париж. Мать была изысканной красавицей. Она и её муж умерли там. Я часто задавался вопросом, куда делись их дети.

– Как их зовут?

– Они известны как Элен и Анри Фонтейны. – Голос Коффа поднялся до высокого тона. – Если вы когда-нибудь услышите о них, немедленно дайте мне знать!

Нэнси восприняла эту информацию со смешанными чувствами. У неё мелькнуло давнее подозрение, что Кофф, возможно, играет двойную роль. И всё же этот мужчина казался искренним. Должна ли она позвать Фонтейнов?

Юная сыщица взглянула на озадаченное лицо своего отца. Очевидно, он тоже пытался правильно понять роль Коффа в этой необычной ситуации. Поймав взгляд Нэнси, он медленно покачал головой, как бы говоря: «Ничего не говори!».

Но решение скрыть местонахождение своих гостей было внезапно изменено. Элен и Анри Фонтейны вбежали в кабинет!

В течение следующих нескольких минут в кабинете мистера Дрю царило настоящее столпотворение. Мистер Кофф и Фонтейны говорили на сентровианском во весь голос, сверкая глазами и размахивая руками.

Пока Нэнси и её отец беспомощно стояли рядом, в комнату ворвались Нед Никерсон, Ханна и Джорджи.

– Я знала, что будут неприятности! Я просто знала это! – воскликнула Ханна.

Судя по возбуждённым голосам сентровиан, зрители вполне ожидали, что Кофф и Анри подерутся. К их изумлению, ничего подобного не произошло. Но когда мистер Дрю уловил слово Джадсон, он шагнул вперёд и взял Анри за плечо.

– Пожалуйста, говорите по-английски.

Молодой человек выглядел пристыженным. Он слегка поклонился и сказал:

– Прошу прощения, сэр. Мы, сентровиане, – легковозбудимые люди. Уверяю вас, мы не говорили ничего такого, чего вам не следовало бы слышать.

Это вмешательство успокоило троих сентровиан. Элен и мистер Кофф также извинились, объяснив, что они говорили об условиях в Сентровии. Кофф узнал от подполья, что брат и сестра находятся в серьёзной опасности. Анри также упомянул о подозрениях Нэнси относительно Джадсонов.

Элен и Анри, которые подслушали часть разговора своего соотечественника с Дрю, не смогли оставаться в укрытии, когда услышали, как мистер Кофф упомянул их имена.

Нэнси обратилась к Фонтейнам и откровенно спросила их:

– Вы хотите рассказать мистеру Коффу всю свою историю?

– О, да, – ответил Анри.

Из внутреннего кармана пиджака он вытащил записку с предупреждением, оставленную в школе танцев, и показал её собеседнику. Прочитав её, мистер Кофф заметил:

– Это только доказывает то, что я говорил Провак – они в опасности.

– Мы думали, вы отправили эту записку! – выпалила Джорджи.

– Я!? – воскликнул Кофф. Затем он улыбнулся Джорджи. – Так вот почему вы следили за мной?

Она признала, что так оно и было.

– Что ж, я рад, что мы всё уладили, – сказал Кофф. – А теперь я должен идти. – Он повернулся к мистеру Дрю. – Вы по-прежнему согласны вести моё дело против мистера Джадсона?

Адвокат кивнул, затем произнёс:

– Поскольку я согласен вести ваше дело, я хотел бы, чтобы вы кое-что сделали. Во-первых, всё, что произошло в этом доме сегодня вечером, должно храниться в строжайшей тайне.

Кофф кивнул.

– Кроме того, – продолжал мистер Дрю, – я не вижу причин, по которым вам и дальше стоило бы скрываться. Если вы захотите вернуться в отель «Клеймор», я думаю, это упростит дело. Так можно выманить мистера Джадсона, а я бы очень хотел с ним встретиться.

– Мы с дочерью завтра вернёмся в Ривер-Хайтс, – пообещал мистер Кофф. – Я знаю, что Милли будет довольна. Она сможет возобновить своё участие в благотворительном представлении.

Нэнси улыбнулась.

– Миссис Парсонс будет рада это услышать. Я скажу ей.

Сентровианин пожелал спокойной ночи и вышел из дома. Остальные сели, чтобы обсудить новейший поворот в тайне.

– Я просто не могу составить своё мнение об этом человеке, – решительно выступила Джорджи. – В одну минуту я ему доверяю, а в следующую – нет.

Это замечание смутило Фонтейнов. Они безоговорочно доверяли этому человеку.

Мистер Дрю и Нэнси сказали, что они немного настороженно относятся к мистеру Коффу. Тайные агенты бывают очень умны. Элен и Анри признали, что, возможно, рассказали слишком много.

– О, что же нам делать? – нервно воскликнула Элен.

У Нэнси был готовый ответ.

– Я считаю, что мы должны перевести вас в другое место.

– Мы согласны, – сказал Анри. – Но куда? Кажется, мы создаём проблемы себе и всем остальным, где бы мы ни находились.

В этот момент заговорил Нед.

– Я знаю идеальное место для вас. Никто из ваших врагов никогда не додумается о нём. Моей семье принадлежит небольшой коттедж на Кедровом озере, которым они сейчас не пользуются. Уверен, мои родители будут рады, если вы поживёте там.

– Это отличная идея, – заявила Нэнси. – Нед, узнай об этом прямо сейчас, хорошо?

Он сразу же позвонил своей матери. Когда Нед объяснил ситуацию, миссис Никерсон сказала, что будет очень рада, если Фонтейны воспользуются коттеджем.

– Всё улажено, – объявил он, возвращаясь к остальным. – Когда бы вы хотели отправиться?

Нэнси ответила на этот вопрос, сказав, что, по её мнению, Фонтейнам следует уехать немедленно. Она предложила им упаковать одежду, пока они с Ханной наполняли несколько картонных коробок едой, чтобы они могли взять её с собой.

Втайне Нэнси и Джорджи были удивлены реакцией Ханны на происходящее. Она, казалось, была рада, что гости уезжают, и с помощью Нэнси упаковала большое количество еды.

Нед заехал на подъездную дорожку и припарковался у задней двери. Чемоданы и коробки были уложены в багажник, затем Фонтейны забрались на заднее сиденье и присели на корточки. Нед и Нэнси забрались на переднее сиденье.

Как только они уехали, мистер Дрю сел в свою машину и отвёз Джорджи домой. Он уже вернулся и снимал пальто, когда зазвонил телефон. Ханна, направляясь в гостиную, услышала, как адвокат произнёс:

– Я буду там, как только смогу.

Когда он положил трубку, Ханна спросила:

– Ты уезжаешь?

– Да, Ханна. Звонок был от мистера Коффа. Он получил хорошую зацепку в связи со своим делом и хочет, чтобы я присоединился к нему в Нью-Йорке. Он как раз вылетает, и я должен встретиться с ним там. Я полечу следующим самолётом. Он отправляется примерно через час.

После того, как адвокат вышел из дома, Ханна села в гостиной, чтобы почитать. Прошло около десяти минут, когда она услышала шаги на крыльце.

«Нэнси и Нед, – подумала она. – О, Боже, должно быть, что-то случилось, и они не смогли продолжить путь к озеру».

Зная, что у Нэнси есть ключ, Ханна не встала. Но мгновение спустя, когда прозвенел звонок, она подумала, что Нэнси, должно быть, забыла ключи.

«Что ж, я не могу винить её за это, у неё и так забот хватает», – сказала себе экономка. Она встала и направилась к двери.

Открыв её, Ханна Груин застыла на месте. На пороге стояли мужчина и женщина в масках! Они ворвались внутрь, захлопнули дверь, и мужчина хрипло сказал с французским акцентом:

– Вам нечего бояться, если вы будете делать то, что мы говорим. Где Фонтейны?

Ханна вздрогнула. Затем она взяла себя в руки и храбро сказала:

– Вы совершаете серьёзную ошибку. Это резиденция Дрю. Здесь нет никого по имени Фонтейн.

– Так получилось, что у нас другая информация, – заявила женщина. Она говорила без акцента, гнусавым тоном.

В этот момент произошла неожиданная заминка. Того, терьер Нэнси, выбежал из кухни и прыгнул на мужчину. Молниеносным движением незнакомец в маске бросил собаку на пол, сдёрнул штору с окна холла и быстро завернул в неё терьера.

Теперь Ханна приступила к делу.

– Убирайтесь отсюда! Вы, оба! – крикнула она и поспешила к телефону.

Незваные гости, очевидно, догадались, что было на уме у экономки. Мужчина грубо схватил её за плечи и втолкнул в гостиную. Он огляделся, затем сказал своей спутнице:

– Иди и найди какую-нибудь верёвку!

Женщина исчезла в направлении кухни. Ханна слышала, как она открывает и захлопывает дверцы шкафов. Наконец она вернулась с мотком бельевой верёвки.

Ханну быстро привязали к стулу, а затем пара направилась к лестнице. Очевидно, они тщательно обыскивали дом, потому что Ханна слышала, как они поднялись на третий этаж.

Убедившись, что Фонтейны не прячутся в доме Дрю, незнакомцы в масках бросились вниз по лестнице. Мужчина вошёл в гостиную и встал перед Ханной Груин. Свирепо глядя на неё и потрясая кулаком, он закричал:

– Ты скажешь нам, где Элен и Анри Фонтейны, или будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь!

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии