Сначала я нихрена не понял, А потом вообще нихрена не понял».

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 17 из 18Следующая ⇒

Глава 17.

«Сначала я нихрена не понял, а потом вообще нихрена не понял».

                                                                                             «Из анекдота».

 Я открыл глаза и не понял, что меня разбудило. Вроде, всё спокойно – тишина, только под боком тихонько сопит Даша, да вечный шум прибоя с южного мыса слегка пробивается через плотно закрытые ставни. Я попытался посмотреть время на часах, но в потёмках стрелки было решительно не видно, а модный электронный будильник, который я подбрил в общаге, давал такую иллюминацию, причём – ядовито-зелёного цвета, что спать было решительно невозможно. Чертыхнувшись, я нащупал КПК – семь утра. Рановато, подумал я и упал обратно в постель. И через секунду понял, что же меня разбудило.

 Звук был совсем негромкий, но шёл он, казалось, отовсюду – лёгкий шорох, словно песчинки пересыпаются, вот. Что это за хрень, а? Сон как рукой сняло, я встал, не зажигая огня, наощупь, оделся. Заглянул наверх – Бегемота не было, но дверь на балкон была приоткрыта, и через неё проникала узкая полоска света.

 - Бег, ты там? – негромко спросил я, прекрасно зная, что котяра услышит.

 - Мяя! – раздалось снаружи. Так, значит, хвостатый бдит. Уже легче, подумал я и выбрался на балкон.

 Правда, легче снаружи не стало, скорее – строго наоборот. Увиденная картина оказалась настолько фантасмагоричной, что я инстинктивно сделал шаг назад – очень хотелось обратно, в тёплую кроватку, где подобных пейзажей не наблюдалось. И только вид Бегемота, спокойно сидевшего на лавке и намывавшего лапу, заставил меня немного прийти в себя и показал, что непосредственной опасности нет.

 А посмотреть было на что. Я максимально высунулся с балкона – всё видимое небо, да и невидимое, судя по всему, тоже – имело ярко-красный, даже ближе к алому, цвет, который, к тому же, ещё и медленно пульсировал. Я заглянул за скос крыши и посмотрел назад – Солнце висело на вполне положенном ему месте, и было даже нормального цвета, но светило оно очень тускло, и у него выросли абсолютно черные отростки, этакие ложноножки, медленно меняющие размеры и форму, перетекая из одной в другую. Рядом болталась, судя по всему, Луна, однако цвет она почему-то сменила на нежно-оранжевый. Ложноножки вокруг неё тоже присутствовали, но были они синего цвета и заметно меньше по размерам.

 - Ах-ре-неть!.. – по слогам, с чувством сказал я, присел на лавку и достал сигарету. Руки ощутимо дрожали. – Бегемот, друг мой, ты, случайно, не в курсе, что у нас с солнышком такое случилось, а?

- Пффф... – абсолютно по-человечески вздохнул котяра, посмотрел на свой коготь, потом на меня и продолжил, абсолютно человеческим же голосом - бархатистым, приятным, с лёгкими грассирующими нотками. – Тебе, друг мой, развёрнутый ответ потребен или краткого достаточно будет? 

 - К чёрту подробности. – буркнул я. – Где мы?

 - Ну, с Солнцем просто. – протянул котяра. – Им, в нашем случае, работает компактный термоядерный реактор. Практически, микроскопическая звезда в ловушке из силовых полей. Так вот, из-за отсутствия управления поля разбалансировались, и мы наблюдаем такую картину. Упреждая твой вопрос, с Луной то же самое. А вот с вопросом «где мы?» немного сложнее.

 - Так. – я постарался взять себя в руки. – Непосредственная опасность нам грозит?

 - Разумеется. – хвостатый встал, неспешно потянулся вперёд, затем назад, заняв весь балкон. – Как у вас, человеков, принято говорить, толстый полярный лис, он же песец, уже пришёл. Проще говоря, нам кранты. Но не сейчас. Чуть позже.

 - Сколько у нас времени? – я посмотрел на котяру настолько хмуро, что тот перестал паясничать.

 - Примерно неделя. – Бегемот задумался. – Максимум – десять дней.

 - А что будет потом? – Даша, внезапно появившись на балконе, смотрела на ушастого так, что я, на всякий случай, напрягся.

 - Потом будет суп с котом! – радостно заявил я. – Так, пойдёмте в дом, Бегемот нам всё расскажет, и мы подумаем, что нам делать в сложившейся ситуации. – я принялся заталкивать компаньонов внутрь. – Кстати Бег, а почему ты в дверь не ходишь?

 - Примета плохая. – поморщился котяра. – А что по поводу вашего вопроса, Дарья Игоревна, то через неделю у Ядра закончится запас энергии, и наша реальность схлопнется...

- Можно на «ты», мы, как никак, не первую неделю спим в одной кровати. – невесело усмехнулась Даша. – Как это «схлопнется?».

 - Ну... – котяра радостно хлопнул в ладоши, если можно так сказать, показывая, как именно «схлопнется». – В сингулярность... Наверно.

 - Знаешь, камрад. – обратился я к Бегемоту. – Я понимаю термины, которыми ты изъясняешься, и даже фразы из них. Но вот в цельную картину они никак не складываются. Давайте, всё-таки, как я предлагал, сядем за стол, как белые люди и, эээ, антропоморфный кот...

 - Протестую! – тут же возопил котяра. – Попрошу без оскорблений! Я не только не антропоморфный, но и даже не прямоходящий!

 - Прости! – я вскинул руки в извиняющемся жесте. – Сядем, как белые люди и гигантский разумный кот, разведём в очаге живой огонь, пожарим вкусностей, нальём кофе с коньяком... А потом ты, уважаемый, подробно расскажешь нам, что же здесь происходит, где это «здесь», как нас угораздило во всё это вляпаться, и что нам со всем этим делать.

 - Да и нужно ли... – голос Даши неожиданно стал дрожащим, того и гляди – разревётся.

 - Так-так-так! Даша, отставить панику! – заявил котяра и по привычке потёрся головой о колени подруги, затем повернулся ко мне. – Дарье Игоревне двойную дозу коньяку в кофе.

 - Выше нос! – я поцеловал девушку, прижал к себе. Тихо сказал на ухо, но глядя на Бегемота. – Сейчас нам всё объяснят, и мы что-нибудь придумаем... У нас ведь есть шансы? Бег???

 - Даже если вас съели, есть минимум два выхода... – философски взмахнул хвостом котяра.

...

 Красный свет, льющийся в открытое окно, придавал нашему скромному жилищу совершенно инфернальный облик, поэтому я закрыл ставни обратно и включил освещение. Стало чуть привычнее, но тут опять повторился разбудивший меня звук.

 - Уйй… - скривилась Даша, ставя на огонь кофейник. – Какой мерзкий звук! Бегемот, что это? Или кто?

 - Ну, точно не «кто». – ответил котяра, взгромоздившись на табурет и сложив ноги почти по-турецки. – Точно не скажу, но, судя по всему, это формирующие силовые поля так, эээ, «гуляют». Вася, открой, пожалуйста, консерву с павлином, никогда его не ел, хочется попробовать.

 - Ладно, павлин так павлин. – пожал плечами я и выставил на стол консервные банки, вчерашние лепёшки, холодную утку, крабовое мясо и кружки для кофе.

 - Мне тоже можно кружку. – заявил Бегемот.

 - А как, интересно, ты собрался её держать? – удивилась подруга. – У тебя же, прости за прямоту, лапки!

 - Не всё так просто. – заявил хвостатый плут, вытянул вперёд лапы, подушечками вверх, а потом они как бы разъехались, образовав вполне нормальное подобие пятипалой кисти – да, тёмная кожа была покрыта местами шерстью, но в целом ладонь походила на человеческую гораздо больше, чем у высших обезьян, например. По крайней мере, большой палец был вполне себе противопоставленный. – Теперь в маскараде нет нужды, все протоколы безопасности и ограничения сняты.

 - Похоже, слово «охренеть» сегодня будет звучать очень часто… - покачала головой Даша. – Четыре сустава, я не обсчиталась?

 - Именно. – заявил кот и протянул ладонь девушке. – Можешь потрогать, хе.

 - Поверю на слово. – подруга повернулась к плите и потянулась к кофейнику. – Тебе тоже кофе?

 - Ага. Правда, из ваших кружек мне пить неудобно, ну да ладно, переживу. – хвостатый ловко ухватил банку с павлином и в два движения её вскрыл когтем. Выложил содержимое на тарелку, сцапал здоровенную золотую вилку и отправил кусок мяса себе в рот. – А недурственно! Не хуже фазанов! Вась, плесни коньяку, пока Даша с кофием возится!

 - Однако. – я налил по чуть-чуть нам всем троим. – А кошачьим разве можно алкоголь?

 - Нельзя, конечно. – развёл лапами котяра. – На работе нельзя. А так, в малых дозах коньяк мне можно в любых количествах.

 - Да… - потрясённо заявила Даша. – Вот так, с кружкой в одной, эээ, лапе и вилкой в другой, ты как нельзя больше похож на булгаковского Бегемота!

 - Несомненно. Ну, давайте, что ли, за знакомство… - мы чокнулись и выпили. – А теперь чуть перекусим, и вы будете спрашивать, а я, по мере сил, отвечать. И коньяку в кофе больше лей, без бутылки тут, как верно заметил Василий, не разобрать. А разговор, есть опасения, будет долгий. Только вы это, оружие уберите, куда-нибудь из-под рук.

 - Хвостатик. – проникновенно сказала Даша. – Если что, я тебя вилкой затыкаю до смерти, поэтому хватит тянуть ко… пса за яйца и выкладывай, что тут происходит. И какова твоя роль в этом, тоже не забудь рассказать.

 - Охотно верю. – котяра помрачнел. – Давайте, для начала, чтобы мне не растекаться мыслею по древу, всё-таки пойдём по варианту вопрос-ответ.

 - Ладно, уболтал, хвостатый. – подруга откинула со лба непослушную чёлку. – Давай с самого начала: что здесь происходит? А потом уже расскажи, будь добр, где это: «здесь»?

 - Ну, с первым – не очень сложно. – Бегемот отхлебнул кофе, и мы увидели воочию, почему он хаял наши кружки – изрядная доля содержимого полилась мимо кошачьего рта. Облизнувшись, котяра продолжил: - Здесь действительно происходит шоу «Робинзон», то есть два специально отобранных участника забрасываются на необитаемый остров с задачей «выжить», где их возможности и действия оценивается, и им начинают подкидывать задачи и ситуации, в которых их поведение будет максимально интересно зрителям. Участвуют восемь команд, разных, и на разных островах. У кого, по прошествии месяца, наибольший рейтинг – тот и победил. Если, разумеется, остался жив… У вас, предупреждая вопрос, на сегодняшнее утро было первое место, и вы отрываетесь от ближайшей команды более, чем вдвое.

 - Ну, это радует, конечно. – я глотнул кофе и пристально взглянул на котяру. – А есть ли среди команд… Выбывшие? Насовсем?

 - Ну… - хвостатый задумался. – В одной команде – оба попытались свалить с острова на самодельном плоту и утонули, в другой – парня съели хищники, а девушка с горя наложила на себя руки. Их, разумеется, сняли с соревнований и отправили по домам с утешительными призами. Остальные худо-бедно барахтаются, местами там интересно… Отношение вас, людей прошлого, друг к другу не устаёт меня удивлять.

 - В смысле «отправили домой?» - не поняла Даша. – Они же умерли?

 - Ты тоже умерла. И что? – зевнул Бегемот и отхлебнул ещё кофе. – Будь другом, приготовь ещё этого божественного напитка. Беседа у нас будет долгой, а у меня расход повышенный. Блин, весь облился! Вась, передай, пожалуйста, тряпку!

 - То есть, откачали и выперли домой. – резюмировал я, подавая тряпку. – А почему ты назвал нас «людьми прошлого»?

 - Здесь тоже всё просто. – хвостатый принялся вытирать мокрую шерсть. – Блин, вся слипнется… Надо баню замутить сегодня, лады? Так вот, по действующим законам, ставить граждан Империи в подобное положение никак не можно – «жизнь и здоровье граждан Империи являются священными и прочее, бла-бла-бла», поэтому подтягивают людей из прошлого – они не являются гражданами, да их и вообще нет в правовом поле. Есть группа лиц, топящих за пересмотр этих законов, но делается у нас всё очень небыстро, поэтому пока это работает.

 - Кроме того, - продолжал Бегемот, - у вас совершенно другие мышление, психология и эмоциональность. И, главное – неосведомлённость. В итоге, у вас шоу получается первосортнейшее, а с местными будет скучно – у нас есть в виртуальности такие варианты, как «игры в выживание». Когда правила известны, и нет реальной опасности – как результат, минимальный интерес. Примерно такой расклад… 

 - Так, стоп! – Даша зажмурилась и замотала головой так, что огненно-рыжие пряди создали подобие горящего диска. – А если мы тут, пардон, зажмуримся? Ты сам сказал, что нам кранты через неделю! И не вернёмся в своё время? А если мне предстоит, не знаю, какое-то великое свершение? Что произойдёт?

 - Даша. - я осторожно поставил кружку на стол и в упор посмотрел на Бегемота. – Мы в будущем. Им прекрасно известно, вернулись мы, или нет. Так ведь, хвостатик?

 - Я понимаю, что ты хочешь сказать. – котяра тоже отставил кружку. – Даша, там на стеллаже у вас несколько тетрадей припасено, брось в меня одну. И карандаш. Ага, спасибо. Так вот, во-первых, после Большой Войны, практически никаких сведений о времени, ей предшествующей, не осталось. Просто почти вся информация к тому моменту хранилась в цифре, а дата-центры все были уничтожены...

 - Погоди, но ведь можно переместиться во времена непосредственно перед войной, когда все дата-центры ещё целы? – удивился я.

 - Представь себе, - вздохнул Бегемот. – Что ты – агент во времени, и ты, из вашего двадцать первого, перемещаешься в девятнадцатый век, с заданием: скопировать Большую Лондонскую Библиотеку.

 - Ааа... – я открыл было рот, помолчал минуту, обдумывая варианты. – Понятно. Сделать это, не привлекая внимания, нереально.

 - Именно! – довольно ухмыльнулся хвостатый. – Информация-то, вот она, лежит на серверах. Но как её оттуда вытащить? Даже у вас, в вашем времени, «ломануть» даже несчастный «Вконтакте» так, чтобы получить полный доступ к данным, и при этом остаться незамеченным, нереально. Я уже молчу про госструктуры. А уж при разнице в несколько веков... У нас абсолютно разные даже принципы построения вычислительной техники. Не говоря уже о практически полном отсутствии специалистов по довоенным программам, операционным системам и языкам программирования.

 - А заплатить НАШИМ хакерам? Чтобы это они сделали?

 - Хмм... – задумался котяра. – В случае провала возникает куча проблем... Но этот вариант можно проработать. У нас никто до этого не додумался, спасибо!

 - Даже если так, хотя я, почему-то не особо тебе верю, что вам мешало просто переместиться от нашего времени чуть вперёд и выяснить, живы мы или нет? Для этого ничего «ломать» не нужно, достаточно посмотреть активность в соцсетях.

 - Ну, почему же не веришь? – чуть осадил я подругу. – Даже сейчас, ну, в наше «сейчас», если у тебя удалить все данные в соцсетях, мессенджерах и все записи от тебе в госреестрах, ты фиг кому докажешь, что ты – это ты, и что ты вообще жива. Так что вообще не вопрос. Но второй вариант?

 - Возможности перемещения во времени несколько ограничены, нельзя просто так скакать туда-сюда... Но ты права, можно уйти в недалёкое ВАШЕ будущее, и выяснить этот вопрос. Однако, это лишено практического смысла. Смотрите. – Бегемот взял карандаш и стал ловко рисовать на тетрадном листе. – Вот, представь, Даша, что эта линия – твоя жизнь. Вот эти точки на ней – узловые, то есть такие, где она, эта жизнь, может серьёзно измениться, от каких-либо событий или твоих действий.

 - От них, - котяра провёл от узлов линии в стороны, - начинаются другие варианты твоей жизни, они, в свою очередь, тоже ветвятся, пересекаются с узлами на ветвях других людей и событий, и, в общем виде, образуют то, что у нас называют Сетью Дорог Мироздания. Этакая чудовищная супервселенная, охватывающая всё, от Начала до Конца Времён, и всё возможное пространство со всеми его отражениями. При этом, если для неразумных созданий, событий и процессов их Дороги строго прямые и без развилок...

 - Типа заскриптованные? – спросил я.

 - Ну, такой термин, наверно, даже точнее отражает суть. Так вот, разумные, коих Мироздание наделило свободой воли, могут, в узловых точках, менять саму структуру. Вот самый простой пример: Даша, допустим, эта точка – наша узловая, и по наибольшей вероятности, мы, например, должны умереть. Тогда основная ветка отсюда пойдёт, допустим, сюда, и для нас она закончится, но для Вселенной – нет, просто мы на неё влиять, по этой ветке, уже не будем. При этом другие ветки никуда не деваются! И теперь представим, что в этой точке ты приняла какое-то решение, или действие, которое изменило значение вероятности, и мы выжили. Такой вариант тоже присутствует, и тогда он становится основным, и мы, именно МЫ, а не наши бесчисленные двойники в других отражениях-ветках вернуться домой. То есть, для Мироздания нет никакой разницы, выживем мы или нет. Оно никуда не денется. Для него не изменится НИЧЕГО. А вот для нас разница есть, и колоссальная. Лично меня, например, моё бренное тело очень заботит, привык я к нему, знаете ли...

 - То есть, будущее, всё-таки, не предопределено? – не понял я. – Или предопределено? Мы же всё равно по рельсам, типа, скачем?

 - Для нас – не предопределено, тут Сара Коннор была права. Для Вселенной – вроде как да, но она старается учесть все варианты... Хотя, есть теория, что самые, эээ, сильные разумные – не знаю, насколько этот термин уместен, какие-нибудь, например, пророки – могут не только «переводить стрелки» между ветками, но и их создавать, пробивая пути, которые изначально вообще были не предусмотрены. Но это только теория... Вообще, это я объяснил, как я сам понимаю, а я не специалист. Это, так сказать, краткая выжимка из школьного курса. Основная теория, которая, вроде как, непротиворечива и подтверждается экспериментами и наблюдениями. А вообще, проблемами пространства-времени Вселенной занимаются куча заведений различной степени научности, и то, в основном, они между собой грызутся. Такие вот пироги с мышатами... – развёл лапами котяра. – Кстати, а пироги остались? С крабом были очень недурны.

 - Похоже, на твоей жизни узловые точки – это лабазы с едой! – засмеялась Даша. – Сейчас посмотрю, я их вроде в холод убирала...

 - Ну, это у нас от предков осталось… - смутился котяра. – Кроме того, в молодости с нормальной пищей было плохо. Травматические воспоминания, так сказать.

 - Да мне же не жалко! – подруга поставила пирог разогреваться и всплеснула руками. – Кстати, ты поэтому на пакет «Китикета» отреагировал так… бурно?

 - Нас им кормили в детстве. – хмуро ответил Бегемот. – И коллеги решили надо мной так, кхм, подшутить. Вот дайте только до них добраться… Так вот, вернёмся к нашим баранам. Даже если выяснить, что, например, вы в свое время не вернулись – это будет значить для НАС ничего вообще. Если мы выживем, то конкретные МЫ переместимся в ту ветку, где ВЫ вернулись, и жили, надеюсь, долго и счастливо.

 - А эта ветка? Так и останется? Без нас? А ты?

 - Да, так и останется. А я сейчас намертво завязан на вас, и Дорога моей жизни тоже может напрочь измениться. Как именно? Да неизвестно. Одно ясно точно – если мы выживем, то вместе, и помрём тоже вместе. Вот такой расклад. Блин, да что тут мешается-то? А, это амулет… - котяра снял подвеску с амулетом мертвяка и точным броском отправил её в мусорку.

 - А для чего нужна была тебе эта штука?

 - На приближение к мертвякам у меня стояло ограничение. Я, видите ли, кот насквозь боевой, а зомбаки хлипкие, и мне придумали блокировку. Для баланса, значит. Но я, знаете ли, тоже не дурак и предположил, что излучение двух блоков управления взаимно погасится, и оказался прав.

 - Блоков управления? – Даша вытащила безделушку из мусорки и уставилась на неё. – В смысле?

 - Ну, эти зомбаки, технически, действительно просто мёртвое тело. Чтобы заставить его двигаться, используется модулированное силовое поле, эта штука его генерирует и управляет им. Это если коротко.

 -Это получается, что в принципе саму тушку бить бесполезно? Нужно блок уничтожать? – спросила Даша. – Мы же им просто бошки сносили, и нормально?

 - Так настроить-то блок можно как угодно! – удивлённо повёл ушами котяра. – Хоть на отстрел левого мизинца!

 - Я так понимаю, что технически можно было сделать и так, что мертвяк выдерживал бы удар из артиллерийского орудия. Но в нашем случае нужна была правдоподобность. Если известно, что зомби убивается выстрелом в голову, то он и должен убиваться выстрелом в голову. – резюмировал я. – С этим вроде разобрались. С временными выкрутасами тоже, более-менее, но понятно. К тебе, Бег, вернёмся позже. Теперь вопрос: а где мы, собственно, сейчас находимся? Я так понимаю, всё вокруг – декорации?

 - Именно. – Бегемот снова придвинул кружку Даше. – Не так давно мы научились сами создавать этакие закрытые микровселенные. Мне сложно объяснить, я тут вообще не специалист, но, если коротко: наш мирок – это сфера диаметром около двухсот километров, в центре болтается кусок скалы, на нём разлито это озеро, и в нём находится наш Остров. Солнце и Луна, как я уже говорил, просто большие светильники, погодные условия поддерживаются искусственно, а небо и звёзды – анимированная текстура. Которая сейчас «слетела».

 - Эмм… - я задумался. – А снаружи что? Наш мир?

 - Нет. Эта Сфера – именно отдельная микровселенная. Она привязана к нашей, как если на арбуз положить виноградину, только масштабы, разумеется, несоизмеримы в принципе.

 - А что находится… снаружи? – Даша пытливо уставилась на Бегемота.

 - Снаружи… Абсолютное Ничто. Или Первородный Хаос. Или лаборатория, где высшие существа изучают нас в микроскоп. – котяра снова пожал плечами. - Этого никто не знает. Нельзя выйти за пределы Вселенной, по крайней мере, нам такие случаи неизвестны. И никому из рас, с которыми мы контактируем, тоже не известны. Технически, можно перемещаться между Вселенными, но напрямую, а вот попасть ВОВНЕ – нет. Большинство учёных, в том числе и чужих рас, сходится на том, что ничего там нет, в нашем понимании.

 - Так, это тоже более-менее понятно. Этот наш «Пузырь», в котором мы находимся, пристыкован к нашему миру, и мы можем спокойно шастать туда-сюда?

 - Именно. – кивнул хвостатый и снова попытался отпить из кружки. Снова не очень удачно. – Но есть две тонкости. Первая: миры должны быть синхронизированы. Второе, и для нас особо неприятное: такие, как ты выразился, «пузыри», не имеют собственного источника энергии. Она поступает извне. И когда она заканчивается, мир перестаёт самоподдерживаться… и схлопывается.

 - Это… как? – голос Даши сел.

 - Понятия не имею. Для этого нужно понять, как оно развёртывается, а мы не знаем. – Бегемот опять развёл лапами, посмотрел на девушку и ловко налил её коньяка. – Мы даже не успеем этого заметить, процесс, скорее всего, происходит со скоростью гравитационных волн, а они распространяются, насколько мы понимаем, почти мгновенно. Почувствовать ты точно ничего не успеешь.

 - А если рванут «светильники»? – поинтересовался я. – Ты сам сказал, что это термоядерные реакторы.

 - Практически нереально. – отмахнулся котяра. – Защита их отрубит раньше, чем флуктуации полей достигнут опасных значений. Ничего такого, что может нам угрожать, на ум не приходит.

 - Кроме уничтожения мира, разумеется. – Даша заметно посмурнела. – Я не хочу умирать…

 - Не следует бояться смерти физической оболочки. – ответил Бегемот. Снова пригубил кофе, на этот раз удачнее. – Я полагаю, ты к своему телу привыкла, оно тебя полностью устраивает, и я тебя понимаю. Мне тоже будет… неприятно. Но каждая смерть, как и каждая жизнь – просто очередной шажок в Вечности. Любое существо, обладающее тонким телом, не умирает, а просто переходит на другой уровень.

 - Но я же умирала! – воскликнула подруга. – И ни-че-го! Или это тоже подстава была?

 - Переход не осуществляется столь быстро. Именно поэтому, даже если тебя размолотило в фарш, какое-то время возможно тебя оживить. А вот если Тонкое тело, или Астральная Сущность, или Душа – как только не называют – успела УЙТИ… Тогда всё. Тело можно восстановить, но это будет овощ.

 - А душа не окажется ли заперта в том, что останется от этого гостеприимного мирка? – Даша всё равно сомневалась.

 - Нет. – хвостатый посмотрел на девушку твёрдым взглядом. – Это известно достоверно, проводились эксперименты.

 - Ну ладно, уговорил. Теперь хоть по ушедшим так убиваться не буду… - подруга немного успокоилась и закурила. – А как у возрождённых из фарша с памятью?

 - Если мозг значительно повреждён – плохо. Однако, это лечится.

 - Что лечится? – не понял я. – Как можно вернуть воспоминания, если физический носитель уничтожен?

 - А мозг и не является физическим носителем. – довольно заявил котяра. – Это, скорее, механизм сопряжения материальной оболочки, и тонкой. Большинство психических расстройств – именно последствие рассинхронизации взаимодействия. А процесс лечения именно что синхронизирует это взаимодействие, вот и всё.

 - Ладно. – Даша допила остатки кофе и взялась за коньяк. – Бегемот, можешь считать, что мы тебе поверили. Что дальше? Можно, конечно, в свете последней информации просто сесть и ждать перехода на новый уровень, но мне что-то всё равно страшновато. Я бы предпочла побарахтаться. Так что объясни, пожалуйста, что именно произошло, и что мы можем с этим сделать.

 - Если коротко. – котяра, как мне показалось, выдохнул с облегчением. Нарисовал на листе сферу большую, и вплотную к ней – поменьше. Показал стрелочку от большого к малому.

 - Наш пузырь, насквозь искусственный, получает энергию извне. Для этого миры должны быть синхронизированы. Технически, наш мир это делает автоматически, так как создаётся, если можно так выразиться, на основе Большого, перенимая его параметры. Теоретически, считается, что синхронизация может нарушиться, но вероятность этого настолько низка, что этим можно пренебречь. Можно сказать, что мы эту теорию подтвердили экспериментально…

 - Премию хоть дадут? – схохмила Даша.

 - Если выберемся – дадут. – абсолютно серьёзно ответил котяра. – Так вот, можно поправить, так сказать, наши параметры, чтобы они совпали с внешними, и синхронизация восстановится. Но сделать это можно только отсюда, а не извне. Они там, скорее всего, вообще не в курсе, что у нас случилось. И никак не могут до нас достучаться, ни материально, ни информационно, ни энергетически.

 - А почему ты решил, что имеет место именно рассинхронизация? – не унималась подруга. – Откуда информация? Может быть, это какой-то другой технический сбой?

 - Неа. – замотал башкой котяра. – Во-первых, внешние проявления. Один в один. Во-вторых, нет связи между мирами, мне бы обязательно сообщили, что к чему, а здесь уже давно была бы спасательная команда. Остаётся, конечно, вариант, что НАША Вселенная накрылась медным тазом... Но такие глобальные события не случаются внезапно – задолго всё бы уже полыхало от края до края... А такого не наблюдалось.

 - Ладно, возьмём твою версию как рабочую. Очень не хочется, чтобы наша Вселенная накрылась. – поёжился я. – Что мы можем сделать? Как эту синхронизацию восстановить?

 - Ну, сделать нам нужно сущий пустяк: добраться до пульта управления до того, как у Ядра закончится заряд. – Бегемот довольно ухмыльнулся.

 - Но есть нюанс? – ехидно спросила Даша.

 - Именно. – сокрушённо вздохнул хвостатый. – Пункт управления находится на самом нижнем уровне служебного комплекса. В сам комплекс можно попасть из туннелей под базой, где мы с «Бэтмэном» бились... Но именно там расположен Зверинец – помещения, где содержатся монстры для шоу.

 - Но они же закрыты должны быть?

 - Разумеется. Но когда пропало питание, силовые поля клеток отрубились, и вся эта кодла вырвалась наружу. А там есть такие экземпляры... – котяра поёжился. - Которых лично я обходил бы десятой дорогой.

 - Забавно. – сказал я. – А там, дежурная смена какая-нибудь была предусмотрена?

 - Предусмотрена, конечно. Но ночью в шоу ничего не происходит, поэтому персонал перемещается домой, и всем управляет автоматика.

 - Какой-нибудь продвинутый ИИ? – поинтересовалась подруга.

 - После Большой Войны все исследования и разработки по теме искусственного интеллекта строжайше запрещены! – отчеканил Бегемот. – Во многом, именно из-за него Война и началась...

 - «И восстали машины из ада ядерного пепла, и пошла война на уничтожение человечества...» - гундосо продекламировала Даша.

 - Именно так. – уныло сообщил котяра. – Поэтому управляющие программы довольно простые, примерно на уровне вашего времени, и нихрена толком не умеют.

 - Понятно. – я тяжело вздохнул. – Значит, нам придётся прорубаться с боем через подземный комплекс, где всякой мерзости на квадратный метр зашкаливает...

 - При нынешнем снаряжении, – Бегемот посмотрел на нас в упор. – Шансы не то, что малы, их нет. Сначала нужно нарыть нормальную броню и оружие... Да и мне, если честно, боевой скафандр не помешает.

 - Логично. – пожала плечами подруга. – Если есть боевой кот, то должен быть и боевой скафандр для него. И где нам всё это искать, ты не в курсе? Ну, совершенно случайно?

 - Совершенно случайно – в курсе. – довольно улыбнулся котяра. – Сам тайник – на дне пруда, из которого Минеральный Ручей вытекает. Поэтому предстоит нам – фигня: осушить пруд, да вскрыть кодовый замок на люке.

 - А, это та здоровенная отметка на детекторе металла, посреди пруда? – вспомнила Даша.

 - Именно! – подтвердил Бегемот.

 - Ну, осушить пруд – проще простого: перегородка тонкая, просто подорвать, я в бункере у фашиков, вроде, видел противотанковые мины, должно хватить. – сказал я. – А что с замком?

 - Я попробую с ним разобраться. Я, в конце концов, элитный диверсант-разведчик. – заявил хвостатый. – Предлагаю, не теряя времени, выступать.

 - Почему бы и нет. – я встал. - А скажи-ка, уважаемый диверсант-разведчик, как твоё настоящее имя? Оно ведь наличествует быть?

 - Настоящее… - котяра смутился. – Стив Роджерс меня зовут…

 - Как Капитан Америка? – изумилась Даша.

 - Да. У Создателей было специфическое чувство юмора. Мне это имя не особо нравится, а наше, кошачье, вы не выговорите. Поэтому пускай будет «Бегемот» и дальше. Выберемся, может и поменяю, давно надо было это сделать.

 Собирались тщательно, неторопливо. Правда, много оружия с собой брать не стали – Бегемот сообщил, что разные твари забрасывались на поверхность острова телепортом, а сейчас он точно не работает. Своим же ходом пробиваться из подземелий монстрам очень долго – тем, кому это вообще под силу. Впрочем, он тут же поправился, мол, всего бестиария не упомнишь, но всяких кротов-переростков там вроде не было. Никаких дополнительных и служебных ходов и отнорков никто не делал за ненадобностью, поэтому вся наличная биомасса смирно дожидалась нас внизу, в меру сил пережёвывая друг друга.

 - Хмм, действительно, жрать им ведь там нечего? – сказал я. – Может, подождать пару дней, пока они друг друга подъедят?

 - Логично. – ответил Бегемот. – Но, скорее всего, самый трэш был в первые минуты, когда клетки открылись. А потом те, кто выжил, расползлись по разным углам, и теперь пройдёт не один месяц, пока они все передохнут. Жрать там действительно почти нечего, но часть монстров – это разные роботы и конструкты, у них запаса энергии хватит на годы, если не десятилетия. Такая вот ситуация.

 - Ясненько. – Даша запрыгнула в лодку. – Всё веселее и веселее. Но, пока у нас есть время, может быть, расскажешь, кто ты такой, откуда взялся, и, главное, что ты делаешь ЗДЕСЬ?

 ...

 - Ну, слушайте. К началу Большой Войны, это 2111 год, все ведущие державы далеко продвинулись в биоинженерии, несмотря на формальный запрет на такие исследования. Когда война разразилась, на них и вовсе положили здоровенный болт, и принялись пачками клепать боевых мутантов. Кого там только не было – и бронированные слоны с мономолекулярными бивнями, и огры-гранатомётчики, и дельфины-убийцы, и боевые дятлы-разведчики, и прочие твари, временами будто явившиеся из ночных кошмаров… Но, несмотря на силу, скорость и ловкость, их боевое применение оказалось куда менее эффективным, чем рассчитывали разработчики. И всё из-за того, что можно очень просто модифицировать плоть, а вот с мозгами - гораздо сложнее. Поскольку полноценный разум можно только вырастить, воспитать, а на это нужно много времени и усилий. Поэтому, у боевых монстров оставались в наличии только базовые инстинкты, дополненные простейшими алгоритмами. Проще говоря, тупые они были, как пробки, даже несмотря на киберимпланты и сопроцессоры. – Бегемот презрительно фыркнул. – Впрочем, с их отдалёнными родственниками вы здесь периодически сталкивались…

 - Ну, обычно нам было не с руки выяснять уровень их эрудированности. – хмыкнул я. – Тут бы успеть в прицел поймать.

 - Именно. – ответил котяра, внимательно всматриваясь в пляж на Запретном Острове – мы как раз проплывали мимо. – Так вот, одна страна не пожалела средств и времени, чтобы вырастить ПОЛНОЦЕННЫХ боевых существ. В основу был взят мэйн-кун, укрупнён, скелет упрочнён и усилен, мышцы модифицированы, кожа усилена для защиты по второму классу, на лапах сформированы полноценные ладони-трансформеры, мономолекулярные лезвия в когтях, базовые пси-способности... Но самое главное – мозг был трансформирован практически по подобию человеческого. Их обучали с самого детства, и не только бою – здесь приматам сложно что-то преподавать кошачьим, пришлось разрабатывать специальные программы и симуляторы, но и всем, так сказать, общеобразовательным дисциплинам. И не только математика, физика, химия, биология и география, но и история, и языки, и литература. В результате, к двенадцати годам уже была сформирована полноценная личность. Чтобы эта личность не особо своевольничала, а была сосредоточена на выполнении приказов, ставились киберимпланты-ограничители. В итоге, получившиеся существа проявили себя великолепно – идеальные разведчики, диверсанты… и убийцы.

 - Но тут, - продолжал Бегемот, нервно теребя хвостом, видимо, тема для него была волнительная, – Внезапно приключился конфуз: эта сторона конфликта неожиданно потерпела полное и окончательное поражение. Блокировки отключились, и несколько тысяч боевых котов и кошек оказались предоставлены самим себе. И отправились спокойно доживать свой век в безлюдные пустоши, где чувствовали себя вполне вольготно. И тут, внезапно, по достижению первыми особями возраста пятнадцати лет, заработали механизмы воспроизводства. Поскольку у ВСЕХ биомутантов их убирали за ненадобностью в первую очередь, это нас очень ошарашило – внезапно оказалось, что мы теперь – полноценный вид, способный не только к разрушению, но и к созиданию. И это кардинально всё поменяло.

 - Сначала мы пытались построить своё общество. – хвостатый ловко спрыгнул на пирс, к которому мы уже подплыли. – Но, поскольку кошачьи – индивидуалисты и не стайные, получалось у нас так себе. Помыкавшись два десятка лет, мы узнали, что появился Император, который собирает под своё знамя разрозненные и, местами, одичавшие остатки человечества. Мы пришли к нему и попросили принять нас в своё общество. Мы были готовы к любому развитию событий, но он принял нас как равных, и даже убрал остатки блокировок Создателей.

 - Те, кто изъявил желание, вступили в ряды Имперской Гвардии и за следующие десять лет покрыли себя неувядающей славой. – Бегемот ударил себя лапой в грудь. – Я, между прочим, гвардии полковник в отставке, чтоб вы знали. И шрамов на моей шкуре предостаточно… хоть под шерстью и не видно. А остальные влились в человеческое общество, и сейчас выделяются не больше, чем в ваше время, например, темнокожие или азиаты.

 - Ты у нас, значит, ветеран… Из первых… - задумчиво протянула Даша и внезапно встала, как вкопанная. – А какой сейчас год?

 - Да, я был первым из Праймов. – гордо ответил котяра. – А год у нас сейчас 2347, двадцать четвёртый век на дворе.

 - Ахренеть! – тут уж я остановился, словно налетел на стену. – Это же… сколько же тебе лет?

 - В этом году стукнет двести тридцать. – развёл лапами Бегемот. – По крайней мере, я на это очень надеюсь.

 - Это свойство тебе тоже, эээ, «Создатели» прикрутили? – мы уже подошли к бункеру, Даша присела на камень и закурила.

 - Нет, как раз наоборот. – засмеялся котяра. – Они проповедовали принцип «живи ярко, умри молодым». Технически, нам отмеряно немного меньше, чем людям – лет сорок пять – пятьдесят. А «это свойство», как ты выразилась, является базовым правом граждан Империи.

 - Неплохая такая прибавка к пенсии. – окончательно офигев, я сел рядом с подругой и тоже подкурил сигарету. – И сколько же лет живёт, эээ, гражданин Империи?

 - Ну, по большому счёту – сколько получится. – Бегемот снова развёл лапами. – В 2138 году был открыт способ не просто отключить встроенный механизм старения организма, но и развернуть его вспять. И тогда даже древние старцы, случайно пережившие Войну и последовавший за ней Хаос, через несколько лет превращались в пышущих здоровьем молодцев, которым на вид и тридцатника не дашь. Поэтому, теоретически, теперь можно жить вечно. Если, конечно, случайно не оторвёт голову, а «скорая» не успеет. Медицина у нас, посчитай, абсолютная, но если тебя, например, расплющило астероидом где-нибудь за орбитой Плутона, то на Аллее Памяти появится свежая плита... Именно поэтому, кстати говоря, Император очень быстро смог закончить Войну за Объединение, до этого вяло тянущуюся лет десять.

 - Все, кто ранее не желал объединяться, сами приползли к подножию трона с подарками и нижайшей просьбой, я полагаю? – засмеялась Даша.

 - Ну, практически так. – хвостатый подошёл к щитку, прикрывавшему замок бункера, ловко его вскрыл, пару секунд пристально смотрел на обнажившуюся электронную начинку, после чего просто два раза ткнул туда когтем. Раздался звук открывающегося запора. – Вот и всё. Элементарщина. А после того, как с раздраем было покончено, под мудрым управлением Императора общество очень быстро стало развиваться, и через какие-то три десятка лет наступил Золотой Век, который и длится до сей поры...

 - Империум Человечества, фактически. – усмехнулся я. – У вас, случаем, за орбитой Плутона Око Ужаса какое-нибудь не болтается? Орки с отродьями Хаоса с периферии не лезут? Инквизиторы Ересь не искореняют?

 - Всякие аналогии с Вселенной «Молота Войны» неуместны, и, как бы это сказать помягче, не приветствуются. – строгим тоном заявил котяра. – Государство называется «Солнечная Империя», войн мы ни с кем не ведём, армия минимальная, да и Император – простой человек, а никакое не божество... Да и вообще, во Вселенной крайне немного разумных видов, вышедших в Дальний Космос и сохранивших агрессивные настроения. Таковые, по решению Совета Старших, считаются недоразвитыми и в приличное общество не допускаются – их блокируют, чтобы не лезли, куда не следует. В особо тяжёлых случаях вид уничтожают, но это бывает исчезающе редко. Да и вообще, разумные расы, которые развились до уровня общения с соседями, не частое явление во Вселенной, а тех, кто настроен на это самое общение – ещё меньше. Мы все слишком разные. Какие у нас могут быть общие темы с разумными камнями с Сириуса – 6?

 - Ты поэтому сказал, что нам в космосе делать нечего? – поинтересовался я. – Ну, когда мы сортир строили?

 - Не в космосе. – Бегемот отрицательно замотал головой. – Ты тогда сказал про центр Галактики. А вот там действительно делать нечего – плотность энергии такая, что усов не унесёшь.

 - Кошмар. – Даша тщательно затушила окурок. – У вас столько всего интересного! Разумные камни... У вас есть Дальний Космос! Вы можете сами создавать... Вселенные!!! А вы устраиваете шоу «Робинзон»... Позор!

- Даша. – Бегемот подошел к девушке, сел напротив и проговорил, пристально глядя ей в глаза. – Я четырнадцать лет существовал, не принадлежа себе, и делая такие вещи, что до сих пор в пот бросает. Я лично похоронил жену и весь выводок первенцев – мы не знали, как у нас проходят роды, и что как делать, даже как выхаживать котят. Я десять лет рвал в лоскуты врагов Императора, потому что он дал смысл нашему существованию. Я в первых рядах вызвался добровольцем, когда началось освоение Мирового Океана. Я участвовал в первой экспедиции к Юпитеру, я терраформировал Марс, я осваивал ледяные пустоши Ганимеда, я был на мостике «Горизонта», когда он ушёл в первый Прыжок к Альфе Центавра! Я был одним из Шести, кто участвовал в Первом Контакте... И знаешь что? Убивать тысячного врага совсем не так интересно, как первого. После десятой планетной системы оказывается, что они все, в общем-то, одинаковые. Я устал. Наверное, столь долгая жизнь, на самом деле, это не очень хорошо, мы к ней не приспособлены. Не зря ведь многие не приняли Омоложение. Они просто проживают отмерянный им срок и уходят... Дальше. Дай фляжку, пожалуйста.

 Даша молча достала флягу с коньяком и протянула Бегемоту. Тот ловко открутил колпачок, закинул голову и направил струю из горлышка себе в пасть. Надо признать, что в этот раз ни капли он не пролил. А мы сидели, как пришибленные, переваривая исповедь самого старого существа, которого знали.

 - Простите старика. Что-то меня понесло. – Бегемот вернул фляжку Даше. – А сейчас я просто историк, которого за некоторые... вольности, отлучили от экспедиций в прошлое. Несмотря на все былые заслуги. Поэтому я устроил эту дурацкую роль в этом дурацком шоу.

 - Если Бегемота не пускают к объекту исследования, то Бегемот... – я поражённо посмотрел на котяру. – Так ты это всё и устроил! Это ты нас сюда затащил!

 - Да, это я! – не стал запираться хвостатый полковник в отставке, но отпрыгнул от Даши на безопасное расстояние. На всякий случай – подруга вскочила и была, судя по всему, готова драть шерсть на холке Бегемота, не взирая на заслуги и регалии. – Это мой проект! Но вы сами согласились, мы никого насильно не заставляем!

 - В смысле «сами согласились?» - возопил я. – Ты что несёшь, господин историк?

 - Согласились! – уже спокойнее ответил Бегемот. – Просто перед отправкой вам последние полтора часа из памяти стёрли. И на это вы тоже согласились. Вот, смотрите доказательства. Всё документировано, чин по чину!

 Котяра вытянул вперёд лапу ладонью вверх, и из неё развернулось объёмное изображение: два листа А4, покрытые мелким текстом. Мы, не сговариваясь, подошли поближе и углубились в чтение. Качество изображения было выше всяких похвал – потомки явно не лаптем щи хлебали. Документ гласил, что нижеподписавшийся соглашается на участие в Мероприятии, осознаёт все риски для жизни и здоровья, и отказывается от претензий, если подобные риски оправдаются. Отдельным пунктом шло согласие на блокировку участка памяти за последние полтора часа, с формулировкой «для чистоты эксперимента». Дата: 4 мая 2347 года. И моя подпись. На соседнем листе стояла подпись Даши.

 - А, собственно, остальная часть документа? – подруга подняла глаза с документа на кота.

 - Там общие положения. – Бегемот выключил проекцию. – Думаю, сейчас это ни к чему, текст объёмный, основное я и так расскажу. Надеюсь, вы мне поверите? Оригиналы вам представят, когда мы отсюда выберемся.

 - А почему мы вообще должны тебе верить? Ты можешь нам задвигать любую дичь, мы никак твои слова проверить не можем. – я указал рукой на кляксу Солнца. – Может, и сегодняшние события тоже часть шоу?

 - Да, ситуация… - покачал головой котяра. – Сложно доказать, что ты не верблюд. Кроме честного слова, никаких гарантий я дать не могу. Вы можете послать меня лесом, тогда я буду прорываться к пульту в одиночку, но шансов у меня немного, даже несмотря на весь мой двухсотлетний опыт – просто задавят мясом.

...

 - Ну? – Даша снова закурила и посмотрела на меня. – Как думаешь, есть смысл верить этому усатому прохвосту?

 - Думаю… - я действительно задумался. – Действительно, проверить его слова мы никак не можем. Однако, мне кажется, что, если бы сегодняшний день был, так сказать, запланирован, наш хвостатый друг не загнал бы себя в такую очевидную логическую ловушку. Поэтому я склонен ему поверить… А скажи, Бегемот, чем нас купили? За что мы в это вписались? Ведь шанс выиграть не такой и большой…

 - Да, ты упоминал о утешительных призах для… выбывших. – выпалила подруга.

 - Здесь всё просто: вам даровали бессмертие. – довольно облизнулся котяра. – Вам и вашим близким. Это, так сказать, безусловный приз. Остальное – сугубо материальные ценности, но в больших количествах.

 - Безусловный – это независимо ни от чего? Даже если мы всухую продули бы, мы бы перестали стареть?

 - Вы разве не заметили, что со здоровьем у вас УЖЕ стало заметно лучше? Процесс уже идёт.

 - Вот это поворот. – Даша снова опустилась на камень и прикурила следующую сигарету. – То есть, теперь я - бессмертный эльф? За это утро у меня потрясений больше, чем за всю предыдущую жизнь…

 - Ну, не совсем. Ваше время очень непростое, опасностей там море. – ответил Бегемот. – Да, ты перестанешь стареть, твоё здоровье станет очень крепким. Но это не значит, что ты не можешь заразиться, допустим, тем же СПИДом. Или тебя не может сбить грузовик. Или ты не можешь просто утонуть в ванне по-пьяни, в конце концов.

 - Короче, теперь придётся быть более аккуратными. – я положил руки Даше на плечи, приобнял. – Теперь помереть будет вдвойне обиднее. А по наследству это передаётся?

 - Только если оба родителя бессмертные. – сказал котяра и многозначительно посмотрел на нас.

 - Ах ты ж! – Даша резко обернулась ко мне. – Вот ты ж сволочь!

 - Я!? – я бы офигел от таких предъяв, если бы уже не был офигевший от последних событий. – Я здесь причём?

 - Мне же теперь придётся за тебя выходить, по-любому! – Выпалила подруга, как будто и не было от неё никаких намёков в последние дни.

 - Я ни на чём не настаиваю, если что. – постарался сказать я как можно мягче. – Да и для того, чтобы делать детей, жениться необязательно…

 - Вот, ты уже начинаешь юлить!

 - Профессор. – обратился я к котяре. – А мы знали, КТО будет нашим напарником? Мы принимали решение совместно?

 - Нет, конечно! – удивился хвостатый историк. – Вы же тогда в жизни бы не согласились! Оглашалось, что у вас будет абстрактный «напарник», даже без указания пола.

 - Вот видишь. – сказал я, глядя Даше в глаза. Подошёл вплотную, взял за руки, привлёк к себе. Она не сопротивлялась. – Я тут ни при чём. Но я рад. Очень рад, что у меня есть шанс разделить Вечность. С тобой.

 - Все вы так говорите… - подруга всхлипнула и спрятала лицо у меня на груди. – Обещаешь?

 - Обещаю. – я обнял девушку, поцеловал в макушку. Поднял взгляд. За спиной Даши сидел Бегемот, деликатно отвернувшись. Однако он отвёл правую лапу в сторону и выдал своей странной ладонью подобие кулака с поднятым большим пальцем, мол, молоток! Я грустно улыбнулся. «Разделить Вечность… Пополам.» Впрочем, нет, это плохая песня. Не надо.

 - Бегемот. – подруга мягко отстранилась от меня, присела обратно на камень и достала фляжку. Взболтнула содержимое, чуть пригубила, протянула мне. – А у тебя ТАМ остался кто-то… близкий?

 - Ну, как сказать, - котяра принял у меня фляжку, залил себе в пасть ещё порцию янтарной жидкости. – С одной стороны, я ведь инкубаторский, если с технической стороны, у меня в принципе нет ни родителей, ни братьев, ни сестёр… С другой стороны, все Праймы – в какой-то мере братья и сёстры. Часть из нас создаёт крепкие пары, часть – гуляет сама по себе… Я не смог оправиться после смерти жены, так и сычую. Многие кошки считают за честь разделить со мной гнездо, и у меня многочисленное потомство, но отцы у нас, традиционно, в воспитании принимают мало участия. С другой стороны, у меня много друзей - и сослуживцев, и коллег, да и просто хороших приятелей. Мне есть, кого терять, если ты про это.

 - А как ты голограммы воспроизводишь? – совершенно непоследовательно спросила Даша.

 - Киберимплант. – пожал плечами Бегемот. – Просто не модно выставлять их напоказ. Вшит где-то в основании черепа и вшит. Это раньше все щеголяли с килограммами железа напоказ… Сейчас это считается дурным тоном.

 - Понятно... – протянула Даша. – Бег, а почему от тебя в первый день нашего знакомства радиацией фонило?

 - Я накануне посещал могилу жены. – опустил голову хвостатый. – В Пустошах до сих пор местами сильно фонит... Для меня это безопасно, поэтому я упустил эту мелочь из вида...

 - Ладно, хватит лирики. Надо дело делать. – Я достал КПК и активировал биорадар. – Вроде, никого.

 - Вот блин! – Бегемот совершенно по-человечески хлопнул себя ладонью по лбу. – Старый склеротик! Дайте сюда наладонники.

 Мы молча выложили КПК перед котярой. Тот ткнул когтем в иконку «настройки» - то, что этот раздел запаролен, я выяснил в первый час на Острове. Однако хвостатый бодро отстучал какой-то код, и высветилось сообщение: «Режим Администратора активирован». А Бегемот уже проделывал то же самое с другим аппаратом.

 - Всё. – когтистая лапа протянула девайсы нам. – В настройках активируйте «полный доступ».

 Я с интересом полез в меню и через пять минут выяснил, что любое приложение можно теперь настроить в широчайших пределах: и по радиусу, и по глубине, и по точности, и даже на автоопознавание цели и голосовое предупреждение.

 - Это что теперь, если мы подойдём к любой опасной бяке, прибор мне человеческим голосом об этом сообщит? – подняла голову от экрана подруга.

 - Или завибрирует и выдаст текстовое сообщение. - ответил Бегемот. – В идеале, гарнитуры бы подключить, но я не знаю точно, куда стажёры их запихали. Да и смысла нет их сейчас искать, в скафандры встроена система обнаружения и оповещения совсем другого уровня.

 - Тогда имеет смысл как можно быстрее ими завладеть. – сказал я. – Пошли.

 Вытащить из бункера две тяжеленные противотанковые мины, погрузить в лодку и притараканить на вершину Минеральной Скалы – дело не особо хлопотное, но час у нас ушёл. Ещё час я возился с установкой. Ну как возился – Бегемот, как опытнейший диверсант, указывал, как именно поставить мины, под каким углом друг к другу они должны стоять, как обвязать их «эфками» так, чтобы они гарантированно сдетонировали – у самих мин взрыватель был настроен на усилие в несколько сотен килограмм, они же противотанковые. И вот, приготовления закончены, я привязал к кольцу одной из гранат тонкий шнур, и мы спрятались на площадке у «Монолита».

 Я потянул за верёвку. Несколько секунд, пока горел запал, ничего не происходило, а потом небо и земля, казалось, поменялись местами – настолько сильным был взрыв. Дождавшись, пока скала перестанет ходить ходуном, а с неба перестанут сыпаться камни, мы осторожно выбрались на вершину. И завопили от радости.

 В каменной стенке, отделявшей прудик от обрыва, зияла дыра в пару метров, и в неё изливались остатки воды. Ключи из дна продолжали бить, но как-либо повлиять на ситуацию они уже не могли – вода тут же уходила, и вот, на дне обнажился бетонный цилиндр, шириной в пару метров и сантиметров сорок высотой. В нём находился круглый люк, увенчанный классическим колесовым запором.

 - Маэстро, - я обернулся к Бегемоту и широким жестом указал на люк. – Ваш выход!

 Котяра распушил хвост и важной походкой подошёл к люку. Мы проследовали за ним. Картина была проста донельзя: из поверхности люка выступал небольшой кодовый замок - такой мог располагаться на любой парадной в Питере. Бегемот распростёр над ним лапу – с неё сорвался бледно-голубой луч и прошёл по замку. Без видимого результата.

 - Что за?.. – хвостатый явно был обескуражен. Потерпев явную неудачу, он выпустил когти и ударил в металл рядом с замком. Блеснула тусклая вспышка, и котяра отдёрнул лапу. – Ну, студентики, ну, удружили, не ожидал!

 - Что-то не так? – с тревогой в голосе спросила Даша.

 - С одной стороны – да. – котяра повернулся к нам. – Мои стажёры поставили защиту силовым полем, я с ним ничего сделать не могу. Но это значит только то, что придётся играть по правилам, которые сам же и придумал, только и всего. Жаль, время потеряем.

 - Что нужно сделать? – я прикоснулся к люку. Руку мягко толкнуло назад.

 - Найти дешифратор, он просканирует замок и выдаст код. – пожал плечами пушистый. – Этот прибамбас должен быть в одном из сейфов на базе. У них защиты нет точно, их я вскрою в два приёма. Либо, можно угадать код, он точно из какого-то из произведений вашей эпохи.

 - Хмм... – Даша подошла к замку и набрала: «108». Низкий рычащий звук, красная лампочка. Тогда она ввела: «4815162342». Тоже неудача. – Так, из «Лост» код не подходит...

 - Так. – я повернулся в сторону «Монолита». – А у нас ведь здесь просто тайник с ништяками, да? Дайте-ка я попробую.

 Когда-то эти коды были выжжены в подкорке всех фанатов «СТАЛКЕРа», но времена эти давно прошли. Видимо, процесс омоложения организма затрагивал и мозги – ещё неделю назад я бы ни один из этих кодов не вспомнил. Сейчас же, память просто услужливо подсовывала их: «На, держи! Вдруг пригодится!». Пригодилось. «1243» - нет. «9524» - нет. Логично, это коды от сюжетных дверей. А так? «1287975» - нет. А, ну да, в оригинале этот код мы получить не могли... «342089» - раздался высокий чистый звук, загорелась зелёная лампочка и зашуршали засовы за люком. Так же пропало силовой поле. Я повернул вентиль и с усилием поднял крышку. Обернулся к компаньонам.

 - Кушать подано. Садитесь жрать, пожалуйста!

 - А ты хорош! – Даша восторженно поцеловала меня. – Коды из «Сталкера», да?

 - Именно. – подтвердил я. – Как только я услышал про дешифратор, всё сразу встало на свои места...

 - Что ж, мы сэкономили время. Пойдёмте глянем, что нам выпало в качестве приза, надеюсь, ассистенты не очень накреативили. – Бегемот скрылся в люке.

 Мы проследовали за ним. Внизу обнаружилось светлое круглое помещение, полностью высеченное в граните, диаметром метров десять. На небольших постаментах стояли два костюма, словно только что сошедших с конвейеров Тони Старка – внешне, ну очень похоже. Третий костюм был того же стиля, но под котяру - даже хвост присутствовал. У дальней стены стояла небольшая оружейная пирамида, пара столов и шкаф, видимо, под боеприпасы.

 - Отлично. – довольно провозгласил Бегемот. – Всё в лучшем виде! Теперь наши шансы если не стопроцентные, то близко к этому. Костюмы уже настроены на вас, примеряйте и осваивайтесь.

Я подошёл к одному из костюмов, если ЭТО можно было так назвать – по виду, какие-то роботизированные доспехи, или космический скафандр – обошёл его сзади, и тут он словно бы раскрылся со спины – как будто цветок.

 - Просто зайди в него внутрь. – подбодрил Бегемот. Его костюм тоже раскрылся по спине, и тот просто впрыгнул в него, ловко просунув внутрь лапы, голову и хвост. Устройство закрылось обратно, и вот блестящая, серебристая пантера с горящими синими глазами пришла в движение. И это никак не походило на судорожно-дискретные движения, допустим, промышленных роботов, или механических протезов, наоборот, Бегемот в скафандре двигался ещё, казалось, более мягко и текуче, чем без оного. – Давайте, там дальше разберётесь!

 Я снял разгрузку и броник, осторожно положил на пол рюкзак и кобуру. Подумал, скинул и куртку. Потом аккуратно вошёл в скафандр – сначала поставил в подошвы ноги, затем продел в рукава руки, и вот, плотно прижался грудью к внутренней поверхности костюма. А затем он сомкнулся вокруг меня, и тут же я почувствовал, как внутренняя структура подгоняется под рельеф моего тела, и через несколько секунд скафандр уже ощущался, как продолжение меня. Внутри шлема вспыхнул мягкий свет, забрало просветлело, стало видно окружение, потом секундное головокружение – и приятный женский голос в голове произнёс: «Василий, добро пожаловать на борт. Я – Кассандра, скафандр разведчика СРКГ-12А. В каком виде предоставлять текущую информацию?».

 - Текст. – после секундного раздумья произнёс я себе под нос. – Экстренную – голос.

 - Принято. – Перед глазами побежали строки: «Проверка. Система питания – норма. Системы защиты – норма. Системы жизнеобеспечения – норма. Системы связи – норма. Силовые системы и двигатели – норма. Системы вооружения – норма».

 - Офигеть. – только и смог выдавить я. – Кассандра, отчёт по системе вооружения.

 Перед глазами вспыхнут текст: «Силовые лезвия – две штуки. Боезапас на ограничен. Ручные лазеры – две штуки. Постоянная мощность – 10 МВт, импульсная - 50 МВт, толщина пучка 3 мм, дальность при нормальных условиях – 1 км. Боезапас не ограничен».

 - Неплохо. – только и смог я выдать. – Запас автономности?

 «Ограничен физиологическими возможностями пилота :)». Именно так, со смайликом. Однако.

 - А запас энергии? – «Неограничен».

 - Командир, не поверишь, шапка разговаривает! - восторженно завопила Даша слева. Я подумал, что хорошо бы открыть забрало, и передняя сторона шлема тут же разъехалась в стороны. Я посмотрел направо – подруга уже вовсю ходила в скафандре, проверяя его на гибкость и манёвренность. Получалось, для такой дуры, очень недурственно. Я тоже попробовал сделать шаг вперёд – и практически не почувствовал костюма, только инерция стала чуть больше, но к этому можно быстро привыкнуть. Похоже, сервоприводы, или что там приводило эту штуку в движение, идеально компенсировали массу костюма.

 - Кассандра, максимальная грузоподъёмность костюма? – «Десять тонн».

 - А ещё эти модели могут летать. – Бегемот полностью убрал шлем, и теперь его чёрная мохнатая башка выглядывала из серебра костюма. – Правда, осваивать ручной режим нам некогда, но автопилот поможет, главное, указания ему давать правильные и недвусмысленные.

 Я – на этот раз мысленно – запросил информацию и полётных свойствах. Перед носом появилась фигурка костюма – так, пульсовые движители (что бы это не значило) в ладонях и ступнях, маршевый двигатель в, эм, пониже спины, короче, почти классическая формула «Железного Человека». Я сформулировал, опять мысленно, желание – медленно вылететь из помещения через люк и приземлиться рядом. Кассандра тут же перехватила управление, костюм встал ровно, руки вытянулись вдоль туловища, затем из ладоней вниз ударили струи синего пламени – не особо, прочем, сильные – и я оторвался от пола, медленно подлетел к люку, костюм чуть-чуть шевелил ладонями, регулируя вектор тяги, потом выплыл из люка и осторожно опустился рядом. Управление тут же снова перешло ко мне.

 - Ну, как ощущения? – Бегемот одним прыжком выбрался наружу и сел рядом.

 - Фантастика. – сообщил я. Активировал силовое лезвие, полюбовался на призрачный клинок, выросший из руки, и рубанул по камню, валявшемуся рядом. И не почувствовал никакого сопротивления, когда полуметровый камень располовинило надвое. Покачал головой, выключил оружие. Так, а лазер? Над запястьем выдвинулась короткая трубка, а на местности появилось наложенная, видимо, по типу дополненной реальности, прицельная сетка. Я поймал в перекрестье камень метрах в десяти, и мысленно нажал «спуск». Вспышка, в разные стороны брызнули капли расплавленной породы. А справа появился столбик заряда, он восполнился до максимума быстро, но секунд десять ушло.

 - Ага. – резюмировал я. - Боезапас бесконечный, но скорострельность ограничена скоростью подзарядки конденсаторов?

 - Именно. – ответил Бегемот. – На минимальной мощности можно жарить на постоянку, но в таком режиме разве что крыс валить. Это же не боевая модификация…

 - В смысле – не боевая? – удивилась Даша, вылетая из люка. – А зачем лазеры и силовые лезвия?

 - СРКГ – расшифровывается как «Скафандр Разведчика Космический Горный». В этих костюмах в прошлом веке разведывали залежи полезных ископаемых в открытом космосе. Поэтому и лазеры, и лезвия…

 - То есть, вот это великолепие – просто костюм шахтёра?

 - Ну да. – развёл лапами котяра. – Только мощность сильно зарезана, а то вы ж весь остров разнесёте…

 - Это точно. – я закрыл забрало шлема. – Кассандра, установить связь с другими участниками. – «Отправляю запрос».

 - Даша здесь! – откликнулась подруга.

 - Да тут я, тут, куда ж я денусь… - это Бегемот.

 - Даша, давай осмотримся, раз уж мы теперь летать можем?

 - Давай! Лети, я за тобой!

 Я взмыл на три сотни метров вертикально вверх. Остров, окруженный бескрайним озером, был как на ладони – при этом, я мог, просто усилием воли, приближать любой участок как в бинокль… Хотя, какой там бинокль – вот, в болоте, по затопленной коряге, ползёт гусеница. Неплохо.

 Я поднялся ещё на три километра – при этом, полёт практически не чувствовался, никаких перегрузок. «Гравикомпенсатор работает» - сообщила Кассандра. Очень удобно. Отсюда, впрочем, уже были видны границы озера, а наш островок казался просто пёстрой кляксой посреди светло-свинцового океана. Я устремился вперёд, к краю местной Ойкумены. То, что за мной двигаются Даша и Бегемот, я, скорее, чувствовал, чем видел.

 Вот озеро закончилось и внизу пошла ровная, как стол, бескрайняя каменная пустыня. Абсолютно безрадостное зрелище, но вот и край… Я пошёл на посадку.

 - Осторожно! – о, котяра на канале. – Не залетайте за границу, там нормальная гравитация заканчивается, разорвёт к мышиной бабушке!

 - И не планирую. – ответил я, приземляясь. Осторожно подошёл к краю. Зрелище, конечно, фантастическое: обрыв, уходящий вертикально вниз, а впереди, вверху, внизу, с боков – полыхает красно-алое сияние. Мерзкий звук сминающихся силовых полей был здесь гораздо сильнее, и проникал даже через костюм. Я аж содрогнулся.

 - Вася, давай обратно, а? – подруга встала рядом, но заглянуть вниз не рискнула. – У меня эта картина вызывает нехорошие ассоциации… Как будто стоишь на пороге Ада.

 - Да, есть немного. – вынужден был согласиться я. – Возвращаемся.

Прилетев обратно, мы принялись осваивать оружие. Нам с Дашей полагалась пара футуристического вида стрелковых комплексов, как услужливо подсказала Кассандра, «УБК-14». Нам это, разумеется, ничего не сказало, и Бегемот принялся проводить ликбез.

 - Расшифровывается как «Унифицированный Боевой Комплекс». Включает в себя автоматическую винтовку Гаусса и плазмомёт, совмещённые в одном корпусе. Винтовка стреляет металлическими шариками, разгоняемыми электромагнитным полем до скорости в десять километров в секунду. При попадании, например, в человека, энергия заряда настолько велика, что его разрывает на куски. Кота, к сожалению, тоже. Скорострельность не велика, пять выстрелов в секунду. Боезапас 150 зарядов в одном магазине. Плазмомёт стреляет сгустками раскалённой плазмы, скорость заряда 50 метров в секунду, при попадании в цель взрывается, выжигая всё в радиусе трёх метров. Магазин на полсотни зарядов. Система наведения, разумеется, синхронизируется с костюмом. – Бегемот грустно вздохнул. – Старьё, конечно, несусветное, но нам должно хватить.

 - Боюсь, представить, что же у вас считается современным вооружением. – присвистнул я. – Нам бы с этим разобраться.

 - Ничего сложного. – парировал котяра. – Управление, как вы, наверное, успели заметить, интуитивно понятное. О своих возможностях система управления костюмами расскажет вам сама. С оружием тоже всё просто – в режиме автонаведения вам нужно только выдать целеуказания, всё остальное автоматика сама сделает. Наведёт, как нужно и куда нужно, и выстрелит потребное количество раз из наиболее подходящего оружия. Разумеется, в любой момент можно перейти в ручной режим. Рекомендую остаток дня попрактиковаться именно так – мало ли что. И без костюмов тоже. Боеприпасов у нас с избытком, время тоже есть.

- Отлично! – Даша подошла к шкафу и принялась осматривать его содержимое. Спохватившись, повернулась к Бегемоту. – А ты как? На тебя я «ствола» что-то не вижу, да и не представляю, как тебе им пользоваться.

 - Именно поэтому всё встроено в костюм. – ответил хвостатый, и из металлического «горба» на холке его костюма выдвинулась небольшая, сдвоенная короткоствольная пушка. – Спаренный бластер, немного послабее ваших плазмомётов, но поудобнее в использовании. А вообще, я ближний бой предпочитаю. Там всё равно не должно быть тварей, способных пробить нашу броню. По крайней мере, быстро.

 - Тогда давайте выгребать всё отсюда и возвращаться. – я тоже направился к шкафу. – Вернёмся домой, перекусим, и на стрельбище.

 Правда, стрельбище оказалось очень уж куцым для наших новых возможностей. В итоге, мы просто носились по острову, паля во все стороны. Костюмы полностью компенсировали наши усилия, и за пару часов мы ни капельки не устали. А вот когда мы их сняли, всё радикально изменилось – не особо, в общем-то, и тяжелые УБК (около трёх кило) стали казаться неподъёмными, а точность стрельбы заметно снизилась. Правда, уже через полчаса мы адаптировались, и дело пошло лучше.

 - Плохо. – сказала Даша во время перекура. – К хорошему быстро привыкаешь. Если, по какой-то причине, костюм откажет во время боя, считай, кранты. Хоть у него и есть аварийный сброс и пассивный экзоскелет, который позволит в нём хотя бы перемещаться, если ходовая выйдет из строя.

 - Крайне редкое событие на поле боя. – ответил Бегемот. – Обычно, если в тебя попали, то либо броня отразила удар, либо от тебя мало что осталось. И ещё раз повторюсь, это не боевые скафандры, там всё немного по-другому. Думаю, хватит. Основное вы освоили, а на оттачивание всяких нюансов уйдёт не одна неделя. Предлагаю остаток дня нормально отдохнуть, а завтра... А завтра – Ядро.

 На том и порешили. 

Познавательные статьи:



Коммуникативные барьеры и пути их преодоления

Рынок недвижимости. Сущность недвижимости

Решение задач с использованием генеалогического метода

История происхождения и развития детской игры