Художественный фильм «СП*ЗДИЛИ».

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 13 из 18Следующая ⇒

Глава 13.

« Вы знаете, что обозначает слово «Возмездие»? Возмездие — это акт отмщения, это месть, осуществляемая любыми средствами. В данном конкретном случае это осуществит оху*нная сволочь. Я.»

 Ночь прошла беспокойно. Даша регулярно просыпалась и просила воды, нарушая мой и без того тревожный сон. В итоге, встал я поздно, невыспавшийся и хмурый. Совершив утренний моцион, (да, горячая вода – это круто), я уселся на скамейке возле очага, чтобы привести в порядок скачущие мысли и составить примерный план задач и действий на сегодня. Правда, очень скоро я пришёл к выводу, что никаких действий мне совершать, в общем-то, не хочется. Даже есть не хотелось, а ведь привычка начинать день с плотного завтрака была со мной столько лет! Похоже, вчерашние потрясения просто так не прошли, совсем не прошли…

 Однако, день начинать всё-таки придётся. Заварив кофе и сделав бутерброд с чёрной икрой, я подумал, что раз уж мы тут играем в аристократов, то надо оттягиваться по полной, и совершил святотатство: плеснул в кофе полуторастолетний коньяк.

 - Сколько коньяку нужно добавить в кофе, чтобы утро было добрым? – пробормотал я себе под нос, делая ещё один бутер с икрой. Ведь, как известно, аппетит приходит во время еды.

 - Чтобы утро было добрым, количество коньяка в кофе должно достигать ста процентов. – заявила Даша, приподнимаясь на кровати и пытаясь отодвинуть Бегемота. – Ты всю икру сожрал?

 - Нет, ты что! Наоборот оставил, тебе восстанавливаться нужно! – я отрицательно замахал руками, что, при наличии в них здорового ножа, выглядело так себе. – Сделать тебе? Будешь завтракать? Как себя чувствуешь, в целом?

 - Хочу есть. И пить. И в туалет… - подруга упала обратно на постель. – Бегемот, слезь с меня, ты и так-то неподъёмный, а сейчас мне тебя даже не сдвинуть… В целом – получше, чем вчера, но слабость всё равно осталась… Ты-то как? Мы вчера твои раны так и не обработали.

 - Я? – я удивлённо принялся осматривать себя, вспоминая, что вчера получил кучу порезов от джинна-фехтовальщика. – Я про них и думать забыл!

 Похоже, чудо-остров работал: порезы надёжно затянулись и не болели, только зудели немного, хотя до полного заживления ещё не дошло. Ну и то хорошо, подумал я, помогая Даше выбраться из кровати. В туалет её пришлось вести, на ногах девушка держалась с трудом. Правда, потом она чуть расходилась, и, когда чистила зубы, поддерживала вертикальное положение уже без моей помощи.

 Пока я кормил даму завтраком – волчий аппетит подруги никуда не делся – Бегемот, по обыкновению, удалился на болото охотиться. Вернулся он, таща двух уток, но выглядел взъерошенным и обеспокоенным.

 - Бег, что такое? Нарвался на что-то? Или кого-то?

 Бегемот задумался. Потом протянул лапу в сторону КПК, лежащего на столе, и требовательно мяукнул. Я хмыкнул, включил прибор и положил перед хвостатым. Тот, действуя когтем, как стилусом, включил карту, смасштабировал экран на болоте, сделал точку с текстовым описанием и вбил туда: «Миртвеки».

 - Охренеть. – покачала головой Даша. – Рисуешь ты лучше, чем пишешь… Много их там?

 - Мяуууу! – обиженно заявил котяра и показал четыре когтя.

 - Дарья, не требуй от Бегемота слишком многого, в конце концов, у него лапки, и упражняться в правописании ему ну вот вообще не с руки… Бег, там мертвяки какого типа? Скелеты, зомби? Ещё кто похуже?

 Котяра снова принялся стучать когтем по экрану. «Зомбьи. Медлиные. Миня непаймать, ха-ха». Победно посмотрел на нас, добавил: «З балота ниходют. Тама тусьят».

 - Это хорошо. – выдохнула подруга и погладила кота. – Прости, пушистик, тебе с грамотой действительно должно быть сложно…

 - Значит, они дислоцируются на болоте. – резюмировал я. – Это действительно очень хорошо. Было бы хреново, если бы они разбрелись по острову.

 - Плохой звоночек. – Даша отхлебнула кофе и вгрызлась в бутерброд. – На острове резко увеличилось поголовье всякой мерзости, очень опасной, зачастую – смертельно опасной… А я скорее недвижимость, и неизвестно, когда восстановлюсь

 - Дилемма. И одну тебя оставлять нежелательно, и мне одному сейчас по острову шариться небезопасно, хрен его знает, какой ещё гадости они наспавнили…

 - Мяя! – заявил Бегемот и опять придвинул КПК. Выведя, на этот раз, карту всего острова, он когтем провёл по экрану, как бы указывая маршрут.

 - Ты хочешь провести разведку? – всплеснула руками подруга. - Обойти остров и посмотреть, есть ли изменения? Один?!!

 - Мяя? - заявил хвостатый, как мне показалось, озадаченно. Мол, что со мной-то может случиться?

 - Дарья, я так подозреваю, что если кто-то и может провести детальную разведку, то это Бегемот. Он тут знает каждый камень, отлично чует опасность, и отличит безобидный куст борщевика от мухоловки-убийцы… Только, Бег, прошу тебя, не лезь на рожон! Если с тобой что-то случится, Дарья Игоревна меня сожрёт! Договорились?

- Мяяя! – утвердительно ответил котяра и исчез, как будто его и не было.

 - Ну что ж, остаётся ждать. Посмотрим на диспозицию, и будем думать, что делать дальше. Что-то мне подсказывает, что относительно спокойная жизнь кончилась, и народ требует зрелищ… В любом случае, без брони и оружия из дома не выходим, даже в сортир. Надо в двери смотровую щель проколупать, чтобы можно было оценить обстановку, не поднимаясь на балкон…

 - Вася… - голос Даши перешёл на шёпот. – Тебе не кажется, что происходящее начало выходить за грани разумного?

 - В смысле? – удивился я. – Вроде пока всё вполне разумно. Орги играют с нами, не оставляя без двухполюсной подпитки.

 - Да я не про то. Ранее происходящее хоть как-то можно было притянуть за уши к неизвестным нам технологиям! Но джинн… И, главное, моё воскрешение! Это уже по ведомству каких-то сказок! – Дашу била дрожь, мне показалось, что подруга на грани истерики, и только слабость не даёт ей сорваться.

 - А что такое? – я постарался как можно натуральнее удивиться. Взял девушку за руку. – Джинн. Просто клубок силовых полей плюс спецэффекты. А твоё, эмм, воскрешение – вообще не проблема, даже У НАС людей реанимировали после куда более длительной клинической смерти.

 - А две дыры в груди, зарастающие в пять секунд? – Даша вырвала ладонь из моих рук, но её, вроде как, уже начало отпускать.

 - Эмм… Ну, пускай Мёртвая Вода – заживляющий биораствор, стимулирующий взрывной процесс размножения клеток повреждённых тканей? В конце концов, что там повредило? Мышцы и лёгкие, а не мозг. Фигня, по большому счёту.

 - У меня ощущение, что сердце тоже зацепило… Хотя, это тоже мышца.

 - Вот видишь, и никаких чудес. – заявил я, сооружая для Даши ещё один монструозный бутерброд. - Не придумали такой фигни, под которую подкованный инженер не сможет подвести материально-технический базис.

 - Спасибо, утешил. – подруга впилась в бутер. – А что у нас сегодня на обед будет?

 - Завидный аппетит. – засмеялся я. – Ещё завтрак не съела, а уже про обед думаешь. Хочу сварить утиную похлёбку, раз уж Бегемот дичь притащил, с двух птиц очень наваристо будет. Ох, блин, а котик-то у нас с утра не кормленый! Надо хоть за рыбой сходить.

 - Только будь осторожен! – всполошилась подруга, вешаясь на меня и целуя в щёку. – Утащит тебя какая-нибудь озёрная тварь, будешь потом ей про базисы рассказывать… На дне.

 - Маловероятно. – сказал я, отстранившись от девушки и надевая сапоги. – Если в озере поселить что-то, что создаст реальную опасность – а такая штука обязана ныкаться под водой, то есть, быть незримой и непредсказуемой – это поставит крест на посещении Запретного Острова, а нас недвусмысленно туда направляют.

 - Шоу должно продолжаться. – резюмировала Даша. – Поставь, пожалуйста, горшок с водой для супа на печь, пока не ушёл. Я, боюсь, не удержу.

 Пока я разбирался с катиской и чистил рыбу, подруга умудрилась ощипать уток, чем несказанно меня удивила – процесс этот довольно тяжёлый и требует не только некоторой сноровки, но и просто физической силы. Стало быть, процесс восстановления идёт гораздо быстрее, чем мы рассчитывали, и это очень хорошо. Потом Даша хлопотала на кухне, а я занялся домиком, точнее – повышением его обороноспособности. Мой дом - моя крепость, и всё такое. Перевесил ставни, наконец, нормально и соорудил небольшой, но толстый щит, которым можно было бы закрыть окно изнутри. Входная дверь получила смотровое отверстие, достаточное для того, чтобы через него можно было посветить фонариком и оценить обстановку снаружи в тёмное время суток. Самое сложное же было оборудовать боковые стены парой бойниц, чтобы, в случае чего, можно было вести через них огонь по противнику снаружи. Причём, сложность была не в том, чтобы эти бойницы проделать физически (пила рулит), а в том, чтобы убедить Дашу перевесить картины, находящиеся в наиболее удачных местах для организации этих отверстий. Такие вот пироги.

 К обеду вернулся Бегемот, мокрый и растрёпанный, но донельзя довольный, он сразу громко затребовал КПК и принялся елозить когтем по экрану. Сначала котяра отметил вчерашний злостный сорняк, а затем – сделал ещё три такие же отметки. Одна у водопада, где у нас раньше был садок с мидиями, одна – у входа в Пещеру, и ещё одна – на Хуторе.

 - Такие же? – хмуро спросила Даша. – Понятно. И как раз в тех местах, где мы более-менее регулярно бываем... Логично, что. И всё? Ну, кроме болота?

 - Мяууу! – подтвердил котяра, однако снова ткнул лапой в болото и показал пять когтей.

 - Уже пятеро? – уточнил я. – Хреново, этак они заполонят всё болото и сожрут всю дичь... Придётся зачищать. И сорняки тоже. Мало ли, они начнут разрастаться.

 - Я тебя одного не отпущу! – тут же заявила Даша. – Даже и не думай!

 - Я не планирую лезть врукопашную. – обняв возмущённую подругу, сказал я. – У нас есть тяжёлое вооружение и броня. Кроме того, я постоянно буду на связи, ты же помнишь, что в наших новых шлемах есть рация? Заодно проверим, как далеко она действует. Эх, жалко, что огнемёта нет, против этих саморостов самое то было бы... Ну да обойдусь, чем есть.

 - Бегемота возьми, он хоть твой труп из зоны поражения вытащит, если что. – подруга поняла, что переубедить меня будет сложновато, и принялась упражняться в чёрном юморе.

 - Хорошо. А ты закройся в доме и не пытайся выходить, лады?

 ...

 После обеда, подкрепившись и основательно экипировавшись, мы с Бегемотом вышли на «прополку» территории. Наказав хвостатому бдить и, если что, немедленно ставить меня в известность о любых опасностях любыми способами, я решил начать с ближайшего сорняка, у водопада. Если вы помните, к нему был выход сверху, с каменного плато, примыкающего к лагерю и на котором располагалось наше стрельбище. Взяв с собой пулемёт, именно туда мы и направились.

 Красавец сидел именно там, где и указывал наш пушистый разведчик, и отлично просматривался сверху. Я предусмотрительно не подходил близко, но и так всё было как на ладони. Тварь была точно такая же, как и та, что атаковала Дашу, только из-за каменистой почвы не могла нормально укорениться, и толстые, зелёные, бугристые отростки стелились по камням, цепляясь за всё, что можно. Я зарядил «циркулярку» и принялся садить короткими очередями сверху вниз, последовательно отстреливая монстру все выступающие части его зелёного организма. Оставив его без боевых «усов» и листьев, я влупил по цветкам, тут уже - от души, длинной очередью. Зеркально-фасеточная поверхность повела себя, скорее, как животное, а не растение – стеклянные гранулы лопались, из них разливалась красно-коричневая бурда, а на дне цветков пульсировали какие-то трубки и отростки, чрезвычайно гадкого вида. Запах в воздухе пошёл тоже далеко не благоухающий. Последними пулями я начисто срезал мерзкие цветы, и остатки растения (растения ли?) сразу как-то скукожились и опали, моментально потеряв сочно-зелёный цвет и начав чернеть.

 - Даша, приём. – сказал я в микрофон. – Слышишь меня?

 - Здесь Даша, приём. – ответ от подруги пришёл чёткий, без помех. - Слышу хорошо. Что у вас там? Стрельба была знатная.

 - Первый готов. Похоже, если отстрелить этой твари бошки, тьфу, цветки, она сразу дохнет. Сейчас обойдём по ручью и проверим. Здесь не спуститься.

 К тому моменту, как мы окружным путём пришли к водопаду, останки монстра уже полностью почернели и скукожились. На всякий случай я собрал то, что осталось, в кучу, полил огнесмесью и сжег от греха подальше. Биомасса сгорела практически полностью, оставив лишь горсть мелкой золы, но и её я закопал в песок – не приведи Ктулху, попадёт в Ручей, а мы оттуда воду берём, чёрт его знает, какая дрянь там содержится. Да и вообще, даже мысль о том, чтобы поганить ЭТОТ ручей, казалась кощунственной.

 Отчитавшись Даше, мы двинулись дальше, к входу в Пещеру. Там всё повторилось, с той лишь разницей, что я не стал тратить лишние патроны и просто отстрелил цветки. Результат оказался ровно такой же – тварь почернела и сдохла. И опять я сжёг и закопал останки.

 - Даша, приём. Мы закончили у Пещеры, сейчас двигаем на Хутор и оттуда – на Болото.

 - Здесь Даша. А разве до тропинки не ближе? Где вчерашняя тварь растёт.

 - Ближе. Но его я оставлю на сладкое. Так просто он у меня не отделается.

 - Вася, ты меня заинтриговал. Продолжайте. Отбой.

Без эксцессов закончив на Хуторе, мы с Бегемотом вышли к болоту. Не приближаясь к берегу, я выбрал небольшой холмик к северо-востоку от Рыжего леса, уселся на нём и принялся осматривать топь в бинокль. Картина выглядела, в принципе, именно так, как и описывал Бегемот – по болоту медленно бродили пять… а, нет, уже шесть мертвяков. Хреново.

 - Даша, здесь Василий. Вышел к болоту, веду наблюдение. Обычные мертвяки – медленные, оборванные, безоружные, выглядят хреново. Но их уже шесть…

 - Здесь Даша. Даже не знаю, что меня больше пугает: то, что мертвяки, эээ, размножаются, или то, что они у нас уже «обычные». Что думаешь предпринять? 

 - Хочу понаблюдать с полчасика. Может, удастся выяснить, откуда они берутся.

 - Лады. Будь на связи.

 Однако, ни через полчаса, ни через час размножаться у нас на глазах зомби не пожелали. А может, количество мобов в локации просто достигло максимума? Это можно было проверить только одним методом, и я, сняв с плеча Дашину снайперку, приступил к аккуратному и методичному отстрелу зомбей.

 Как оказалось, ни на гремящие на весь остров выстрелы, ни на смерть (если так можно выразиться) своих «товарищей» мертвяки не реагировали, продолжая свой печальный променад через болото, медленно и бессистемно бродя по колено в воде, иногда проваливаясь в неё, а то и падая и погружаясь с полностью. Однако, точный выстрел в голову заставлял монстров упасть в болотную жижу, и там и остаться. Только один раз из шести тварь поднялась обратно – я попал не очень точно, и из черепа просто вырвало часть, а не разметало его по сторонам. В любом случае, второй выстрел завершил начатое, а семь выстрелов на шесть целей – это вам не хухры-мухры. Именно так я и объявил Бегемоту, и тот склонен был со мной согласиться. Мы понаблюдали за территорией ещё полчаса, но новые зомби не появились. Доложившись подруге и убедившись, что у неё всё хорошо, я взялся за сладкое.

 Говорят, что месть – это блюдо, которое подают холодным. Возможно, где-то и так, но я планировал для твари, ранившей Дашу (технически, конечно, убившей – но разум категорически отвергал всякое использование данного термина), просто огненный вечер. Во всех смыслах.

 - Ну что, сучара, растёшь? – обратился я к супостату, всё также расположившемуся на тропинке. – Сиди, сиди, недолго тебе осталось.

 Тварь повернула ко мне все свои цветки и грозно зашевелила ловчими стеблями. А я поудобнее пристроил пулемёт на ближайшем пне и принялся короткими, по два-три патрона, очередями отчекрыживать все выступающие части противника, которые показались мне сколь-нибудь опасными. В итоге, оставив только листья и цветки, я отложил пулемёт и принялся собирать по округе хворост – для моей задумки, его нужно было довольно много. Натаскав достаточное, на первый взгляд, количество, я принялся выкладывать дрова кольцом вокруг супостата, отступив от него чуть меньше пары метров. Бегемот, сначала смотревший на мои действия с недоумением, в какой-то момент понял, что я хочу сделать, и зло засмеялся. Учитывая те звуки, которые у него сходили за смех, мурашки пошли даже у меня. Потом котяра показал мне жестами – мол, повыше складывай, и даже принял посильное участие, принося сухие ветки в пасти. Со сторон это должно было, в теории, выглядеть забавно – кот приносит палочку, как пёс – но в реальности выражение морды хвостатого было такое, что смеяться почему-то не хотелось. И правильно.

 Когда я закончил складывать костёр, уже начало темнеть. Ну, и хорошо, так костёр будет лучше видно. Выяснив у подруги, что она уже достаточно окрепла, чтобы более-менее нормально перемещаться по местности, я вернулся в лагерь, забрал Дашу и довёл её до места.

 - Я думаю, ты должна это видеть. Заслужила. – я усадил девушку на пенёк. – И у тебя места в первом ряду. Рассаживайтесь согласно купленным билетам.

 - Ты уверен? – Даша посмотрела на меня с некоторой тревогой. – Вася… Это же просто безмозглое растение.

 - Мне так не кажется. – ответил я, деловито поджигая сушняк со всех четырёх сторон. – В любом случае, шоу должно продолжаться. Только не говори, что тебе жаль эту погань.

 - Могу тебя заверить, ничего подобного я не испытываю. – сообщила подруга, достала КПК и принялась фиксировать процесс на камеру. - Да, такой ролик набрал бы до черта просмотров!

 А меж тем, дрова уже занялись, повалил дым, и тварь забеспокоилась. Цветки принялись беспокойно крутиться в разные стороны, уже проклюнувшиеся снова ловчие щупальца зашевелились, листья начали сворачиваться в трубку, пытаясь дистанцироваться от дыма и огня. Куда там! Сухое дерево занялось моментом, огонь вспыхнул выше трёх метров, обхватив супостата со всех сторон. Почерневшие листья отваливались и сгорали, вот один из цветков словно взорвался изнутри – видимо, закипела наполнявшая его жидкость. Мы отошли подальше – ко всё усиливающемуся жару прибавилась чудовищная вонь. Вот лопнул второй цветок, третий… Когда же цветы закончились, уже и так перекрученный и почерневший стебель моментально опал, как и в предыдущих случаях. А мы сидели у угасающего огня, прихлёбывая коньяк из фляжки, которую захватила с собой предусмотрительная подруга, слушали звуки осеннего вечера и молчали. Говорить не хотелось, да и голова была пустая. Наконец, огонь понемногу угас, я встал и принялся методично затаптывать угли – только лесного пожара нам не хватало, погода стояла довольно сухая, и одного небрежно оставленного уголька будет достаточно, чтобы спалить к чертям весь остров. Хмм, а это интересная идея. Только зачем?

 - Спасибо. – Даша поднялась на ноги. – Теперь, как ни странно, я чувствую себя гораздо лучше. Предлагаю продолжить этот вечер с того, от чего нас вчера столь беспардонно отвлекли.

 - В смысле? – не понял я.

 - Помыться бы, говорю, надо! – засмеялась подруга. – Я вчера хоть в ручье искупалась, а ты как был поджаренный после схватки с джинном, так и остался. Я всю ночь не могла понять, откуда копчёным салом пахнет!

 - Вот не нужно грязных инсинуаций! – парировал я. – Сала во мне совсем немного, особенно теперь.

 - Да шучу я! Но баня бы действительно не помешала.

 Возражений с моей стороны не последовало. Но подходили мы к старой землянке с опаской – Бегемот, конечно, провёл разведку, но это было утром, и за это время в бане вполне могло завестись всё, что угодно. Однако, ничего опасного не обнаружилось, и мы с удовольствием вымылись и попарились, хоть я опять не стал разводить обычный огонь, обошёлся жаром Камней. Ну да и ладно, главное – результат.

 Пока я шарился по болотам, отстреливая мертвяков, Даша приготовила роскошный ужин – томлёная бобрятина с луком, картофелем и кучей каких-то трав и корешков. Зверский аппетит подруги уже малость поубавился, но она всё равно уничтожила порцию втрое больше моей. А потом мы сидели на балконе, потягивая коньяк, заедая остатками вчерашней колбасы и любуясь догорающим закатом.

 - «Я вижу, как закат, стёкла оконные плавит. День прожит, а ночь оставит тени снов в углах…» - процитировал я легенду русского рока.

 - Нет у нас никаких стёкол. – не оценила девушка моего романтического настроя. – Нечего плавить…

 - Неверно. – не согласился я и указал на кусок стекла, закрывающего смотровую щель в бронедвери. – Номинально, стекло у нас таки есть, и оно как раз сейчас плавится закатом. В фигуральном смысле.

 - Кажется, в нашем клубе зануд опять новый председатель. – покачала головой подруга, повернулась к коту и протянула ему включенный КПК. – Бегемот, друг мой, раз уж ты оказался способен к связному общению, может, объяснишь нам, что за херня здесь, собственно, происходит? И не надо прикидываться ветошью и убегать на крышу! Всё равно не отвертишься!

 Котяра выглядел смущённым. Он долго медлил, потом отцарапал : «Нимагу. Прастити».

 - «Не могу» это как? – наседала Даша, просто так от неё не отделаться. – Сам не знаешь? Не поверю! Или тебе запрещено?

 «Нимагу. Блокь. Очинь сложна пейсать». – вымученно отстучал хвостатый и грустно развёл лапами.

 - Значит, скорее запрещено. – разочарованно резюмировала Даша. – А про себя можешь что-нибудь сказать, тьфу, написать? Тоже нет? Жаль, жаль…

 - Ну, логика, в принципе, железная: пешкам не полагается знать, что задумали гроссмейстеры. – задумался я. – Вопрос: а кто же в нашем случае наш хвостатый друг? Гроссмейстер? Или тоже пешка? А, Бегемот?

 - Мяууу… - грустно сообщил котяра. Потом протянул лапу к блюду, на котором лежала порезанная колбаса. Аккуратно наколол на коготь ТРИ кружка колбасы и не торопясь отправил в рот. Мы с подругой быстро переглянулись.

 - Думаю, пушистику нет аналогий на шахматной доске. – Даша тоже подцепила кружок колбасы. – Блин, какая же она вкусная! А Бегемота максимум можно сравнить с болельщиком, который выглядывает из-за плеча игрока и орёт: «Лошадью ходи!».

 - Так он же не пешкам это говорит. – я тоже приложился к колбасе. – Хотя, сравнение с шахматами, скорее, некорректное: наши действия иногда стараются направить в нужное ИМ русло, но предугадать нашу реакцию на сто процентов они не могут. Просто потому, что мы сами, зачастую, не знаем, как отреагируем в том или ином случае.

 - Однако, способы влияния довольно, я бы сказала, топорные: прямые и не очень подсказки в виде сообщений либо предметов, да подсовывание проблем в виде разных тварей. Всё.

 - Даша, это ПОКА всё. Может, завтра половина острова вместе с нашим лагерем уйдёт под воду. Или ещё какая-нибудь, абсолютно непредсказуемая хрень? Ты заметила, что правила игры неуловимо меняются в сторону всё большего усложнения?

 - Да, о милом островке в Ладоге остаётся только мечтать. – подруга грустно посмотрела на бокал с коньяком и одним глотком осушила его наполовину. – Ладно, прорвёмся. В конце концов, пока мы живы – смерти нет, а когда смерть придёт, нас уже не будет...

 - Это при условии, что нас обоих не станет одновременно. – я взял Дашу за руку. – Я вчера тебя чуть не потерял, и могу тебе сказать, что это крайне хреновый опыт, и я не хочу его повторять. И это последнее, чего я бы желал тебе.

 - Значит, желаешь мне самого лучшего? – Даша взглянула на меня, её глаза сияли. И отнюдь не от выпитого коньяка. – Докажи.

 Точных данных о том, как возвращение из Полей Вечной Охоты сказывается на либидо, у меня нет, да и навряд ли кто-то проводил подобные исследования, это даже для британских учёных, на мой взгляд, перебор. Однако, деликатному Бегемоту удалось вернуться на своё законное место только под утро. Я же, который пока ни разу не умирал, такой бодрый натиск выдержал с трудом, и уснул в состоянии выжатого лимона.

 ...

 Проснулся я ещё позже, чем вчера – сказалась бурная ночь. Подруга безмятежно спала, наверху храпел Бегемот. Я постарался вспомнить, когда у меня последний раз были подобные марафоны (да и были ли?). По всему выходило, что разве что в дни бесшабашной юности, когда студентом можно было гулять до пяти, а в семь как ни в чём не бывало встать и идти на учёбу. К тому же, подобные увеселения обычно сопровождались дикими дозами алкоголя.

 - Ух, ёпта. – я попытался сесть и понял, что давние времена прошли бесследно, а ночь половых излишеств – напротив, бесследно не прошла, и никакие живые воды вкупе с курортным воздухом никак не помогают пояснице сгибаться так, как ей определено природой. Морщась и тихо матерясь, я начал вылезать из кровати, пытаясь одновременно не потревожить Дашу. Потом вспомнил, что для посещения сортира нужно полностью облачиться в защиту, и тихо взвыл. Про себя, разумеется.

 Посмотрев на костюм и поборовшись с собой некоторое время, я принял соломоново решение: натянул куртку и штаны на голое тело, влез в сапоги, накинул кобуру с верным «Маузером». Перед выходом задействовал последние разработки в области наружного наблюдения – а именно, осмотрел местность в проделанный накануне в двери глазок. Не обнаружив снаружи видимых опасностей, я вышел наружу.

 Утро – а уже было около десяти утра – выдалось на редкость тёплым. Ветра почти не было, по абсолютно чистому небу уже вовсю работало солнышко – уже вполне себе осеннее, но всё ещё ласковое – не обжигающе-жгучее летнее и не слепяще-равнодушное зимнее. Туман давно рассеялся, но на траве ещё лежала обильная роса. Я глубоко вдохнул чистый, прохладный воздух – такой воздух может быть только около больших озёр, его ни с чем не спутаешь – ни с солёным воздухом морского побережья, ни с пряным, густым, настоявшимся воздухом осеннего леса, ни со звенящим воздухом гор... Я уже молчу про городской смог. Не верилось, что этим тихим, чудесным утром где-то рядом могут скрываться зомби, растения убийцы и прочие бобры-мутанты. Я выдохнул и с сожалением направился в туалет. Там, увы, воздух заметно проигрывал даже городскому смогу.

 Полюбовавшись утром и размявшись, я решил, по старой памяти, посидеть с удочкой, чего давно уже не делал. Оставив подруге послание, нацарапанное углём на рейхсмарке (ни нормальной бумаги, ни пишущих принадлежностей у нас до сих пор не было), в котором расписал, где потерялся, я выдвинулся к приснопамятной сосне и на час выпал из жизни. Зато по результатам у меня в садке плескалось пара десятков здоровых рыб, и я предвкушал наваристую уху. За этим меня и застал Бегемот, вышедший на берег и громогласно меня приветствующий.

 - И тебе доброе утро, бро. Даша уже встала?

 - Мяууу! – Бегемот завалился на спину и потянулся, показывая, что наша барыня уже проснулась, но из постели вылезать не желает. Затем пробежался по сосне до меня, заглянул в садок, довольно осклабился, сделал хитрую морду и тихо, без единого звука сиганул в озеро, моментально занырнув и скрывшись где-то в глубине. Через минуту голова кота показалась метрах в двадцати от берега, тот отфыркался, посмотрел на меня, проорал «Мяуу» и нырнул снова.

 Вылез на берег хвостатый, уже когда я закончил ловлю и чистил пойманную рыбу. Бегемот сел рядом и положил передо мной свою добычу – самую натуральную форель, здоровую, килограмма на два, наверное. Неожиданно, вот чего-чего, а красной рыбы мне здесь ещё не попадалось!

 - Однако! – оценил я добычу кота. – Похоже, сегодня у нас рыбный день! А чего ты раньше форелей не ловил? Их тут мало?

 Жестами, ужимками и междометиями Бегемот объяснил, что форель тут есть, но ныкается в глубине (что логично, отметил я про себя, на мелководье вода тёплая, а форель этого не любит). Кроме того, он, Бегемот, форель не особо жалует, а вот Дарье должно понравиться.

 - Ха, а вот здесь ты прав, красную рыбу она любит. О, а давай поржём: отнеси свою добычу к Даше и положи ей на кровать. Заодно вытащим нашу красавицу из постели.

 Бегемот заржал, однако исполнять данный замысел наотрез отказался, показав знаками, что, мол, не враг своему здоровью. Я был с ним, в целом, согласен, поэтому предложил котяре пока прошвырнуться по острову на предмет детектирования новой гадости, а сам я пока дочищу рыбу и вообще займусь хозяйством.

 Когда я вернулся домой с шикарным уловом, Даша уже встала, привела себя в порядок и даже сварганила завтрак, что пришлось как нельзя кстати. За едой попытались строить планы на день, но решили предварительно дождаться Бегемота, мало ли опять какая-нибудь погань отрастёт. Поэтому решили, что нужно, как минимум, вытащить из Пещеры Джинна оставшееся там оружие – всё-таки, денег оно стоит немалых, а позже там может завестись ещё какая тварь. Также было решено особо жирных окуней отложить для котика, а из остальных сварить нажористую уху. Форель же разделили надвое – половину Даша вызвалась засолить по особому рецепту, а вторую просто запечь с луком и травами. Я был не против.

 - Ну, а если Бегемот ничего не обнаружит? – подруга вместе с кружкой чая уползла на кровать и села там по-турецки. – Что будем делать? Оружие мы до обеда перетащим.

 - Надо будет постараться переправиться на Запретный Остров. – со вздохом сказал я. – Ничего другого нам не остаётся...

 - Вася, я не слышу в твоих словах энтузиазма. – девушка посмотрела на меня с удивлением. – Куда вдруг пропал твой дух авантюризма?

 - После позавчерашнего мне почему-то не хочется больше влезать ни в какие авантюры. – хмуро сообщил я.

 - А после вчерашнего? – подруга одарила меня очень многозначительным взглядом.

 - Даша, не подумай чего... – я попытался высказать то, что сам толком не мог сформулировать. – Понимаешь, мне почему-то кажется, что, ступив на Запретный Остров, мы пройдём какую-то точку невозврата, и что-то радикально изменится...

 - И ты это утверждаешь, основываясь ни на чём? – девушка недоумённо подняла бровь. Отставила кружку, проникновенно посмотрела мне в глаза. – Вася, мы эти точки проходим постоянно, ты не заметил? С каждой новой загадкой, с каждой новой посылкой, с каждой побеждённой тварью мы всё глубже и глубже погружаемся в... Игру. И у нас только один шанс отсюда выбраться: выиграть! Выиграть так, чтобы ни у кого сомнений не было в нашей победе!

 - При условии, что джентльмены соблюдают правила игры. – так же хмуро парировал я. – Пока же, я такого не наблюдаю. Они, эти правила, меняются по ходу...

 - Возможно, они неизменны с самого начала. – парировала Даша. – Просто нам их не до конца озвучили... Хотя, это тоже так себе. С другой стороны, если бы нам сразу обозначили весь размер и глубину задницы, в которой мы оказались, мы могли запаниковать и натворить глупостей.

 - Тоже верно. – вынужден был согласиться я. – Ладно, давай нашего разведчика дождёмся.

 Бегемот явился минут через двадцать. С ходу затребовав КПК, он ткнул на карте в болото когтем и показал: четверо. Потом ткнул в Монолит и написал на отметке: «Гарит агонь». Победно посмотрел на нас, а потом сконцентрировал внимание на рыбе.

 - Так, на болоте опять зомби? – Даша положила перед котом окуней.

 - Мяууууррррр! – утвердительно прорычал хвостатый, вгрызаясь в рыбину.

 - А горящий огонь, это вроде пожара? – вмешался я. – Или светится сильнее обычного?

 - Мыырр… - не отрываясь от рыбины, котяра показал два когтя.

 - Ясно, фонарик повесили. – резюмировала Даша. – Видимо, какой-то важный апдейт прилетел. Сходим посмотрим?

 - Давай. Всё равно планировали хабар из Пещеры вытащить. Собирайся потихоньку, Бегемот как раз позавтракает спокойно.

 К Монолиту подходили, на всякий случай, с опаской – мало ли какой сигнал там горит. Однако, никаких опасностей не обнаружилось. Просто обычное, бледно-зелёное свечение, едва видимое днём, сменилось на ярко-красное, заметно большей интенсивности, видимое бы даже из лагеря – при условии, конечно, что Монолит был бы из него виден…

 - Да, только восклицательного знака светящегося не хватает! – засмеялась Даша. – Походу, у него для нас квест!

 - Ну, давай посмотрим, что эта каменюка может нам предложить. – я воткнул в КПК шнурок, и действительно пошла загрузка обновления. – Давай свой, подзарядим заодно.

 Пока наладонники заряжались, мы сползали в Пещеру Джинна и удостоверились, что там не завёлся кто-то враждебный, и перетащили гору оружия к входу. Я поднялся наверх и вытаскивал груз, который Даша привязывала на верёвку внизу. По итогу, куча раритетов оказалась большая только с виду – оружие было навалено в живописном беспорядке, и после грамотного складирования, объём уменьшился в разы, и удалось без проблем вытащить всё в три захода. Управившись буквально в полчаса и оставив добычу на скале, мы вернулись к «Монолиту».

 - Ну, и что-тут у нас? – я заглянул в экран. – Так, обновление «Биосканера», и сообщение.

 В приложении «Детектор жизненных форм» появилась вкладка «Объекты», в которой можно было ставить галки напротив пунктов «Био», «Некро» и «Конструкты». Там же можно было настроить цвет, которым должны отображаться каждый тип, эм, целей. Также, судя по градуировке шкалы, увеличился радиус действия – до полусотни метров. Я немедленно проверил окрестности – кроме нас, никого заметного вокруг не было.

 - Так. С «Био» и «Некро», в принципе, понятно. – Даша склонилась над экраном. – А «Конструкты» это что за звери такие?

 - Скорее всего, всякие непонятные штуки вроде джинна. – я пожал плечами. – В любом случае, рекомендую держать включенными все типы объектов. А что у нас за сообщение? О, вот это уже интересно: «Задание: зачистить зомби на болоте. Срок: до заката. Приз: 10000000 и лутбокс». Охренеть.

 - В принципе, всё понятно. А что такое «лутбокс»?

 - Эээ… - я удивлённо воззрился на подругу. - Ты что, в юности не увлекалась онлайн-играми?

 - Ну, в юности у меня были немного другие увлечения. – засмеялась Даша. – Мальчики, пиво и всё такое.

 - Ааа, у тебя была реальная жизнь… Понятно. А «лутбокс» - это, в широком смысле, «чёрный ящик» с чем-то. Обычно падает с поверженных противников. И наполнение такого чемодана, как правило, случайное – от очень крутых штук до откровенного мусора.

 - Не, мусор нам не надо, у нас его и так полные закрома. Предлагаю болотом заняться после обеда, а пока перетащим барахло в лагерь. Ещё надо уху сварить.

 На том и порешили. Пока Даша готовила двойную уху по всем правилам, я перенёс добычу на склад – сумма, зачисленная на предварительный счёт, оказалась гораздо весомее, чем можно было подумать, похоже, среди кучи оружия были реально дорогие экземпляры. А затем принялся готовиться к вылазке на болото – что-то мне подсказывало, что за простых зомбей нам кучу денег просто так никто не отвалит, и что дело будет гораздо интереснее. Поэтому я отобрал и подготовил пулемёт, два «МП-40», Дашину «снайперку», кучу патронов и десяток гранат. Подумал и вытащил ящик фаустпатронов. Я, конечно, надеялся, что они нам не понадобятся, но, с другой стороны, откуда-то ведь эти мертвяки там берутся постоянно?

 Тут Даша заявила, что обед готов, и попросила к столу. Уха удалась на славу – ещё бы, такая куча рыбы! Заморив червячка, мы склонились над картой, раздумывая, с какой стороны заходить. Я склонялся к тому, чтобы зайти со вчерашнего места – позиция хорошая, оборудована и пристреляна, всё болото – как на ладони. Но потом подруга заметила выпадающую менюшку «Задания». Собственно, задание там было только одно – «Мертвяки на болоте». При активации оного на болоте появлялся белый круг, предположительно указывающий цель. И он был смещён к северо-востоку, на противоположном берегу от нашей позиции.

 - В «Сталкере», как правило, цель задания находится точно в центре круга. – сообщил я. – Думаю, логично будет зайти с дальнего берега. Правда, тащить фаустпатроны далековато…

 - Зачем? – удивилась подруга. – Ты думаешь, из болота выползет старинный немецкий танк с экипажем мертвяков?

 - Ты знаешь, я бы предпочёл ржавый «Тигр», чем неведомая грёбаная хтонь. – вздохнул я. – После позавчера я предпочту перебдеть, чем недобдеть.

 - Может, ну и хрен с ними, с этими мертвяками? – жалобно протянула девушка. – Нехай себе бродят.

 - Забивая на прямые задания оргов, мы Игру точно не выиграем. Кроме того, зомбаки могут разбрестись по всему острову, лови их потом. И дичь всю распугают.

 - Наверное, ты прав. Пушистик, твоё мнение?

 Бегемот показал, как мог, что мертвяков он страсть как не любит, аж кушать не может, как хочет их всех извести под корень. На том и порешили.

...

 Путь к северному берегу и так не особо близкий, а гружённые кучей оружия, мы к финишу реально подзапарились. Даша объявила, что если фаустпатроны не пригодятся, то обратно тащить их мне предстоит в гордом одиночестве. Я молча пожал плечами и принялся осматривать предполагаемый театр военных действий.

 Театр особо не изменился. Болото всё так же было подёрнуто сизой дымкой, в которой едва проглядывал противоположный берег. В качестве актёров-статистов в воде всё так же бродили мертвяки, но их количество выросло до семи голов. В остальном, никаких бросающихся в глаза отличий я не узрел.

 - Так. – я сверился с КПК. – Судя по карте, наша цель лежит как раз между островком, на котором мы взорвали крокодила, и вооон той здоровой корягой.

 Искомая точка находилась примерно метрах в шестидесяти от берега, и ничем особым не выделялась – разве что, это было самое свободное от суши и растительности место болота, поэтому, теоретически, самое глубокое. Да и вода там, при рассмотрении в бинокль, выглядела чисто чёрной, а не серо-зелёной, как в остальных местах. Подтверждая мою мысль, зомби там не ходили, и предпочитали тусоваться на мелководье, если этот термин применим к болоту.

 Подумав, мы передислоцировались севернее – там, примерно метрах в двадцати от берега, возвышался небольшой холмик, увенчанный несколькими камнями. Оттуда болото было как на ладони, при этом сам берег, заросший густыми кустами, затруднял подход к нашей позиции. Притащив туда же несколько стволов павших деревьев, нашедшихся поблизости, мы оборудовали наблюдательный пункт, откуда, при необходимости, можно было вести прицельную стрельбу на сотни метров.

 Полчаса наблюдений ничего не дало. Мертвяки вяло бродили по болоту, не увеличиваясь и не уменьшаясь в численности, в точке «ноль» ничего не происходило, короче – мир и идиллия. Но что-то же, или кто-то, порождает зомбей? Непонятно.

 - Какая-то фигня. – резюмировал я. – Когда мы наблюдаем за болотом, решительно ничего не происходит. Бегемот, может, у тебя есть какие-то мысли, ощущения, предложения? Нет? Так я и знал. А жаль... Придётся опять на живца ловить.

 - В смысле? – включила дурочку Даша. – Какого живца? Ты туда лезть собрался? Крокодила с джинном тебе мало, да?

 - Ты стреляешь лучше меня, поэтому обеспечиваешь прикрытие. – отрезал я. – И лезть не пойми куда я не планирую, ты же помнишь, что у нас теперь есть продвинутый сканер? А в воду я не пойду, она сырая и мокрая, двину вон по той цепочке островков, Бег, там ведь всё нормально, никаких подводных камней нет? Ну и хорошо. Когда кадавры на меня поведутся, я попробую их на берег вывести, и тут уже смотри в оба. Главное – заставить как-то среагировать то, Не-Знаю-Что. Но оно точно есть…

 Сказано - сделано. Я вышел на болото, перебрался на первый из цепочки островков и потихоньку продвинулся вглубь метров на десять. В непосредственной близости находился только один мертвяк, он медленно брёл по своим мертвячьим делам, что-то бормоча и не обращая на меня внимания. Я прикинул в руке заранее подобранный камень, размахнулся и бросил в зомби. Не попал – расстояние было, всё же, значительным, и камень упал перед носом у супостата. Но и этого хватило.

 - Солдааат! – засипел мертвяк. Увидев меня, он тут же протянул ко мне руки и двинулся в мою сторону, завывая при этом. – Сооолдат, солдаааааат!

 - Вася, снимать его? – голос подруги звенел, даже через рацию было слышно, как она напряжена. – Вася!?

 - Отставить! Всё в порядке! Контролируй территорию!

 Честно говоря, было страшновато. Мертвяк двигался довольно бодро, даже с учётом сопротивления воды и ила. Я быстро оценил диспозицию: остальные зомби тоже, как по команде, развернулись и направились ко мне. Но они были далеко, а этот – практически рядом. Я поднял «МП» и дал короткую очередь по ногам мертвяка. Тот рухнул, как подкошенный, однако продолжил барахтаться в грязи, вот он перевернулся со спины на брюхо, поднялся на руках и двинул таким манером ко мне, волоча перебитые ноги, практически не потеряв скорости.

 - Э нет, приятель, так не пойдёт. – я глянул на остальных зомбаков, но они находились ещё далеко. Тогда я просто одиночным выстрелом в голову вбил противника в грязь, и он больше не подавал признаков жизни… или смерти, я не силён в некробиотике, так-то.

 Остальные зомбаки приближались. Однако, теперь они шли не просто по так, а разворачивались в редкую цепь, огибавшую меня полукольцом, как бы беря «в клещи». И вот это мне уже не понравилось – ранее у этих кренделей не наблюдалось какого-либо подобия командной работы – они просто пёрли по прямой.

 - Вася! – в голосе Даши проскакивали истерические нотки. – Отходи! Они тебя пытаются окружить!

 - Спокойно, подруга, спокойно, вижу. Походу, нашим друзьям завезли мозги… Их-то нам и надо найти. Сними двух крайних по флангам.

 Прогремели два выстрела. Два наиболее бодрых зомбака, уже практически дошедшие до берега, внезапно пораскинули мозгами и решили, что идти куда-то ни было они больше не хотят, лучше полежат тут. Оставшиеся тут же скорректировали строй и увеличили скорость, пытаясь навалиться на меня кучей. Я поднял ствол, упёр приклад в плечо и двумя точными очередями отправил содержимое черепных коробок двух центральных мертвяков в болото. Даша «сняла» двух оставшихся.

 - По сектору чисто. – доложила Даша. Теперь голос её звучал ровно.

 - Принято. – ответил я. – Продолжай наблюдение, я пройдусь со сканером. И спасибо.

 - Всегда пожалуйста. – девушка отключилась, но мне наяву послышалось, мол, куда ты без моего прикрытия, болезный, полезешь.

 Ну да ладно. Над болотом стояла тишина, только в дальнем конце тревожно кричали напуганные стрельбой птицы. В остальном – ничего, ни движения, ни всплеска воды, ни выхода болотного газа, просто пастораль. Люблю с ружьецом побродить по болоту, как говаривал классик, блин. Откуда же вы лезете-то, а? Мрази раскисшие.

 Я достал КПК и задействовал сканер. Ничего живого, как, впрочем, и неживого в радиусе полусотни метров он не показывал. Только белыми точками были рассыпаны отметки тел поверженных зомбей – а вот это хорошо, можно потом будет облутать, вдруг что-то полезное найдётся, а то в жиже их не видно. Я вернулся на берег и медленно обошёл болото по дуге, от северной оконечности «Линии Маннергейма» до начала Ржавого Леса. Сканер молчал, только добавилось несколько отметок трупов зомбаков, сражённых вчера. Я вернулся к Даше и Бегемоту.

 - Ничего. – констатировал я, закуривая. – Придётся идти к «точке ноль» поближе, хотя бы сканером проверить.

 - Там посуху не пройдёшь. – тут же забеспокоилась подруга.

 - Ближайшая суша – метров тридцать. Достаточно. Правда, быстро оттуда не отступить, поэтому прикрывай меня, если что – хватай пулемёт.

 - Ага, завалить тебя нафиг, чтоб не мучался. Бегемот, и ничего смешного тут нет!

 Хорошо, что я догадался захватить болотники – в паре мест вода доходила до колен, хотя котяра и набросал на карте наиболее удобный маршрут, естественно, заметно отличающийся от прямой линии. И если хвостатый отменно скакал с места на четыре-пять метров, то я таких способностей не имею, и приходится по старинке – ножками. Однако, расстояние было, всё же, небольшое, и я быстро достиг цели. Включил сканер. Отметка горела прямо в «точке ноль». Здоровая, несколько метров в поперечнике. Зелёным у меня отмечалось живое, жёлтым – мёртвое. Отметка на экране была красная.

 - Даша, приём. – сказал я в микрофон. – У нас конструкт. Судя по всему, что-то крупное.

 - Вася, не дури. – отозвалась подруга. – Вали оттуда, пока оно не вылезло и не оторвало тебе что-нибудь.

 - Сейчас, проверю кое-что.

 Я достал из кармана камень, прикинул расстояние до цели. Около тридцати метров, почти предел для броска, но я докинул. Камень упал в чёрную воду, раздался тихий всплеск, и всё. Я ждал несколько минут, но ничего не происходило, и отметка на сканере не двигалась. Тогда я дал по воде короткую очередь. Ничего. И ещё одну, и ещё. Магазин опустел, и я машинально сменил его. Поставил оружие на предохранитель и вынул из кармашка разгрузки гранату.

 - Вася, ты сдурел?! – заорало в шлемофоне, но я уже выдернул кольцо, размахнулся и швырнул гранату, одновременно падая в сухую, жёсткую траву и вжимаясь в крохотный островок.

 Громыхнуло. На меня пролились какие-то капли болотной воды – никакого сравнения с крокодилом. Заряд взрывчатки в немецкой гранате был маленький, а расстояние – наоборот, большое. Я моментально встал в полный рост, до боли в глазах всматриваясь в болото и пытаясь понять, дал ли мой экспромт хоть что-то. Даша увидела результат раньше меня – за движением воды от взрыва на поверхности, я не увидел движения ПОД ней.

 - Вали оттуда! Бегом! – заорала рация. – Вася, БЕГИ!!!

 Но было поздно. Из болота уже поднималась самое странное создание из всех, что мне когда-либо попадались (хотя, если подумать, много ли я вообще подобного видел?)

 Больше всего это походило на здоровенную бочку, сплетённую из корней и веток. Метра два в ширину и три в длину. Внутри что-то пульсировало, но что – решительно непонятно. Над водой эта хрень держалась на четырёх ногах-щупальцах, свитых из тех же корней и толщиной с доброе бревно. Четыре подобных конечности выходило и из верхней части «туловища», и заканчивались тонкими гибкими хватательными «пальцами». Венчало это чудо природы приплюснутая голова наподобие рыцарского шлема, по которому долго били молотом, тоже из корней-веток. В смотровой щели «шлема» горела полоса алого света. Тварь вскинула конечности к небу и, и окрестности наполнился низкий, раскатистый гул-рёв, как будто исполинские деревья тёрлись друг о друга, сдирая кору. А потом болото зашевелилось, и я понял, что пора тикать. Потому что по всей поверхности из воды поднимались зомби. Десятки зомби.

 Как я оказался на берегу, я не помню. Однако магазин «МП» был пуст, а впереди грохотали выстрелы Дашиной «мосинки». Я оглянулся, выматерился и ломанулся сквозь кусты на позицию, моля всех известных богов, чтобы подруга меня с зомбёй не спутала – удирая, я с головой нырнул в болото, и выглядел, наверно, не сильно лучше.

 Пронесло. Я влетел к пулемёту, взводя затвор и одновременно оценивая диспозицию. Ситуация, впрочем, была не самая плохая: в непосредственной близости все мертвяки были уже выбиты, а задние ещё не подошли. Жуткая тварь сидела на месте, шевеля щупальцами и подвывая.

 - Что ты, черт побери, такое? – заорал я, выцеливая ближайшего зомбака. Тут тварь, казалось, взглянула прямо на меня – алый глаз-щель так и полыхнул.

 - Яяяя еессссть Груууут! – заревело создание и со всей дури ударило верхними конечностями по воде, чем пробудило ещё дюжину мертвяков.

 - Охренеть! – заорала Даша, заряжая винтовку. Голос подруги, впрочем, показался мне восторженно-весёлым. Ещё бы, такая развлекуха! – Вася, помогай, я их не сдержу!

 Пришлось включаться. MG-42 – хороший пулемёт, точный, мощный и скорострельный. Но это, всё-таки, пулемёт, а не снайперская винтовка, и оптического прицела у него нет. Поэтому я принялся валить наиболее близкие цели, огрызаясь короткими очередями и целя в головы. Через несколько минут поголовье зомби было основательно прорежено, осталось около полутора десятков мертвяков у дальнего края болота. И только я выдохнул и хотел сказать что-нибудь оптимистичное, как дико заверещал Бегемот, сидящий на ближайшей сосне, а болотная тварь пришла в движение и направилась к берегу.

 Так ничего и не сказав, я молча заменил ленту, зарядив зажигательные, и перевёл огонь на монстра. Куда там! Пули ударяли в сплетение корней и веток, выбивали щепки, брызгали в стороны фонтанчики зелёного сока, но тварь это, казалось, нимало не заботило. Даша, судя по всему, засадила две обоймы в «глаз», и тоже без каких-либо зримых результатов.

 - Даш, наши пули ему – как слону дробина. – сказал я, открывая ящик с фаустпатронами. – Выноси лучше зомбей.

 Честно говоря, я сомневался, что кумулятивная граната нам поможет. Она, всё-таки, совсем для другого предназначена, а именно – для прожигания в броне сравнительно небольшого отверстия. В нашем случае, отверстий и так было более чем достаточно, единственное, на что я надеялся – что удастся повредить какие-то жизненно важные части этого чуда-юда. Поэтому подхватил заряд под мышку, поставил его на боевой взвод, поймал тварь в прицел и выстрелил.

 Граната по дуге устремилась к цели и взорвалась. Монстр уже подошёл довольно близко – нас разделяло не более полусотни метров, промазать было трудно. Как я и предполагал, кумулятивная струя прожгла торс и вышла сзади, оставив в твари небольшое обугленное отверстие, и немного разворотив верхний слой веток. Однако противнику это не понравилось, он остановился и заревел, снова ударив по воде щупальцами. Впрочем, на этот раз зомбарей поднялось меньше десятка.

 - Не нравится, значит. – я отшвырнул пустую трубу и потянулся к новому заряду. – Сейчас мы тебя, голубчик, размотаем…

 - Вася, ты задание помнишь? – Даша отвлеклась от методичной стрельбы. – Уничтожить всех зомби! Нужно, чтобы эта ходячая клумба их всех призвала!

 - А если он решит предварительно выйти на берег и пустить нас на компост? – я с сомнением отложил фаустпатрон и стал заряжать в пулемёт новую ленту. – Я предпочитаю существовать одним куском.

 - Выйдет – забросаем гранатами. – подруга повернулась ко мне, глаза сверкали, лицо раскраснелось, голос звенел от восторга. – Блин, чисто тир! А чтобы он никуда не ходил, попробуй отстрелить ему эти, эээ, ногочлены. Не зря же этот пулемёт зовут «циркулярной пилой».

 Я не вполне разделял энтузиазм Даши, однако поймал в прицел переднюю правую «ногу» и принялся садить по ней короткими очередями. Опять брызнули щепки, кора и сок. Сначала ничего не происходило, а потом тварь снова попыталась двинуться вперёд, и тут «нога» подломилась, и вся туша едва не рухнула в воду, выправившись в последний момент. Повреждённая конечность висела плетью, монстр заорал и принялся бессистемно лупить щупальцами по воде.

 Зомби ещё некоторое время появлялись из болота, но их в сумме едва набралось на десяток. Я отстрелил твари ещё одну ногу, а потом пулемёт перегрелся и заклинил. Даша методично продолжала отстреливать зомбей, и когда голова последнего разлетелась, как гнилая тыква, в кармане пиликнул КПК. Открывая сообщение, я уже заранее знал, что там будет, и не ошибся: «Зачистить зомби на болоте – выполнено».

 - Даша, мертвяки – всё. Осталось этому кусту веточки поотрывать.

 Тварь лежала на боку, наполовину погружённая в болотную жижу. Две «ноги» волочились плетьми, но сдаваться супостат не собирался – напротив, хватаясь верхними конечностями за всё, что можно, он активно полз в нашу сторону и уже почти вылез на берег. Даша уже взялась за гранатомёт, но я рукой опустил ствол вниз.

 - Погоди немного, пусть вылезет на берег. Дерево в воде горит плохо.

 Мы дождались, когда противник вылезет на сушу, и только тогда ударили фаустпатронами – одновременно, практически в упор. Двух зарядов за раз тварь переварить уже не смогла, торс разорвало пополам, но верхняя часть ещё продолжала шевелить конечностями – впрочем, уже малоосмысленно. Только огненный глаз продолжал гореть так же ярко, и именно туда подруга и всадила ещё один заряд, и на этот раз всё было кончено. Плети-щупальца конвульсивно дёрнулись последний раз и замерли, а из развороченного гнезда на месте головы курился дым.

 - Знаешь, что я думаю? – Даша присела на камень и закурила.

 - О том, что хорошо бы оказаться отсюда подальше? Дома, в уютном кресле, с книжкой? – я достал фляжку и отхлебнул добрый глоток коньяку. Передал фляжку Даше. Закурил. – Чёрт, сигареты опять заканчиваются... Сто лет столько не курил.

 - Нет. – подруга приложилась к горлышку. – Надо бы ещё фаустпатронов из бункера привезти, и лучше сегодня, пока там популяция мертвяков не восстановилась. И эту падаль надо сжечь. Сходишь за канистрой? Хотя, я одна не хочу здесь оставаться.

 - Пойдём вместе. Не думаю, что эти отходы вегетативного земледелия куда-то денутся.

...

 Мы докурили, собрали оружие и пошли в лагерь. Голова была пустая и звонкая, думать ни о чём не хотелось совершенно, после такой-то веселухи. А ведь нам тут куковать ещё больше недели, что нам эти оригиналы ещё подкинут? Я вспомнил мутантов из «СТАЛКЕРа» и вздрогнул. А ведь можно придумать вещи и поинтереснее. Я бы, например, точно придумал.

 Горели останки плохо, несмотря на целую канистру огнесмеси, вылитую сверху. Кроме того, монстр раскинул свои оковалки далеко в стороны, а по весу и гибкости они после смерти твари мало чем отличались от дерева соответствующего размера. Хорошо, что я догадался захватить пилу, и оперативно нарезал одеревеневшее дерево щупалец на куски. Только тогда удалось сложить какое-то подобие костра, и всё равно горело как-то вяло, без огонька. Тем не менее, если вы что-то не можете сжечь с помощью огнесмеси, вы просто используете мало огнесмеси, и через полчаса от твари осталась только куча углей. Что нас, в общем-то, вполне устраивало.

 До бункера добрались без происшествий. Пароль на входе не изменился, новой охраны не появилось. Поэтому мы просто взяли ещё три ящика фаустпатронов и, до кучи, ящик других боеприпасов – больше, как показала практика, не меньше. Даша залезла было в хранилище антиквариата, покопалась там, плюнула и забила на культурное наследие.

 Вернувшись в лагерь и притащив припасы к дому, мы обнаружили две вещи. Во-первых, на КПК пришли сообщения о зачислении вознаграждения за задание на счёт, причём, не на предварительный, а на персональный, что бы это не значило. А во-вторых, нам доставили так называемый лутбокс.

 Выглядел он как обычный деревянный ящик, с ребром где-то полметра и длиной в метр. Отлично сбитые крепкие доски, даже струганные. И ни малейших следов крышки. Пришлось брать ломик и аккуратно – с приличными досками у нас жуткий дефицит – вскрывать посылку.

 - Ух ты! – как только из-под досок показался автомат характерного вида, он тут же оказался в руках у подруги. – Это же «Винторез», да? Бесшумная снайперская винтовка?

 - Нет. – сказал я и быстро продолжил, пока Даша не успела расстроиться. – Точнее, не совсем. Это «Вал», автомат специальный. Практически то же самое, что и «Винторез», только приклад складывается и оптического прицела по умолчанию нет. Но его можно поставить, и тогда эти два ствола, в общем-то, равнозначны. Я думаю, для тебя эта «пушка» будет удобнее. Так, а для меня что-то тут есть? Ба, да это же «Вихрь»!

 Однако, здесь орги удивили. СП-3 «Вихрь», по сути, укороченный вариант «Вала», без глушителя и возможности установки оптики. Однако нам подогнали СП-3М, на который можно навесить и то, и другое. Но если «глушак» для «Вихря» лежал здесь же, то прицел – какая-то версия ПСО, вроде как (я в них не волоку), был только один, и я без сожаления отдал его девушке. Кто из нас снайпер, сегодняшний бой показал вполне красноречиво.

 Тут же нашлись патроны для наших новых стволов в количестве тысячи штук – 9*39 СП-6, бронебойные, и не в «цинке», а в пачках, поскольку калибр малораспространённый, да и применяется подобное оружие обычно спецназом и прочими элитными войсками, поэтому и производство боеприпасов не слишком массовое. Ну и набор расходников и средств для ухода тоже положить не забыли, как и магазины – по десять штук, на два и три десятка патронов соответственно.

 - Неплохо. – резюмировала Даша. – Теперь немецкие МП-40 можно выкинуть на свалку истории, им там самое место, с их-то весом.

 - Да, «Вихрь» легче в два раза. – согласился я. – Перед ужином надо опробовать, а завтра уже пристреляем по-взрослому. А что тут у нас ещё есть?

 Ещё в посылке нашлись: два десятка гранат Ф-1; коробка консервов – мясных, рыбных и сгущенки, как будто мы голодаем; коробка сладких галет – а вот это хорошо, достало чай с сухарями пить; гигантский рулон туалетной бумаги – такие обычно в общественных заведениях используют; и блок «Данхилла».

 - Ну, теперь можно не экономить. – засмеялся я. – Ни бумагу, ни курево, должно хватить на оставшееся время.

 - Главное, чтобы хватило патронов. – пошутила подруга. – Тогда будут и сигареты, и бумага... О, ты погляди, наконец-то положили нормальную зажигалку! Даже две! Отлично, а то спички заканчиваются.

 - Да, геологов у нас здесь пока не было, спички добывать не у кого. У меня ощущение, что ты зажигалке радуешься больше, чем жратве и оружию.

 - Жратвы и оружия у нас уже столько, что впору отдельно делать склад и арсенал. – парировала Даша. – А зажигалки только две. Да, курить «Данхилл» ТАМ меня жаба душила.

 - Надеюсь, когда мы отсюда выберемся, цены на сигареты нас будут волновать в последнюю очередь. - оптимистично заявил я. – Давай уже распихивать добычу по закромам, проверим оружие и пойдём ужинать, а то у меня уже кишки к позвоночнику присохли, да и Бегемот, того и гляди, упадёт в голодный обморок.

 Проверка новых стволов вылилась в их полноценную пристрелку. Дозвуковой патрон 9*39 хоть и имеет пробивную способность, сравнимую с обычным армейским 5.45*39 для «калаша», по дальности с ним соревноваться не может – у «Вала», например, прицельная дальность около 400 метров. Зато останавливающее действие тяжёлой девятимиллиметровой пули заметно выше. А поскольку мы здесь имеем дело, в основном, с живой силой (ну, и с не совсем живой тоже), то такой боеприпас для нас предпочтительнее. Но если для «Вихря», который редко используется на дистанциях свыше ста метров, это не проблема, то к «Валу» надо привыкать.

 - Блин, что же он так занижает-то? – ругалась Даша, пытаясь подстроиться к новому оружию. – Как из рогатки стреляю, такое ощущение, что пуля начинает падать, только вылетев из ствола!

 - Ну, у нас здесь практически нет условий, где нужна большая дальность боя. Да и «мосинку» твою никто не отменял.

 - Нет уж, я лучше к этой волыне приноровлюсь. После сегодняшнего у меня вся ладонь об затвор стёрта, а это – автоматика. И отдача ниже, и точность не хуже. Опять же, гораздо легче. И по ушам не давит, глушитель – вещь! Правда, приклад не особо удобен.

 Подруга и дальше бы радовалась новому «стволу», пережигая патроны, но тут внезапно наступило тёмное время суток. Пришлось сворачиваться и отправляться ужинать. Запечённая форель была великолепна, а коньяк – ничуть не хуже, чем вчера.

 - Ну, и что у нас завтра по плану? – Даша расслаблено отвалилась от стола. – Если, конечно, нам сюрпризов опять не подбросят?

 - Завтра? Ну а какие варианты? Тянуть кота за... – я посмотрел на навострившего уши Бегемота. – ...за усы больше нельзя. Завтра – Запретный Остров.

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров