Размышления об одиночестве и отчуждении

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 20 из 33Следующая ⇒

Размышления о несчастье

Даже в промышленно развитых странах можно встре­тить множество несчастных людей. Они ни в чем не нуж­даются, не отказывают себе в пользовании всевозможны­ми жизненными благами — и тем не менее считают себя достойными лучшей участи. Они ощущают себя несчаст­ными из зависти или по множеству других причин. Неко­торые постоянно живут в ожидании какого-нибудь все­ленского катаклизма, другие не могут отделаться от мысли о близком конце света. Отсутствие у таких людей способ­ности к здравомыслию является причиной того, что они создают свои беды собственными руками. Стоит лишь изменить свой взгляд на вещи — и все тревоги развеются сами собой.

Есть и такие, у которых имеются все основания для того, чтобы ощущать себя несчастными, — те, кто действи­тельно немощен, прозябает в крайней нищете, жертвы катастроф, люди, несправедливо обделенные обществом. Но, повторяю, они часто имеют все возможное для того, чтобы помочь разрешению своих жизненных трудно­стей. С материальной точки зрения им следует уделять должное внимание собственному здоровью, предъявлять справедливые претензии притесняющим их, при необ­ходимости настаивать на справедливом правосудии, ра­ботать не покладая рук, если отсутствие или недостаток средств не позволяет обеспечить себя пищей или одеж­дой. С точки зрения духовной в их силах обеспечить себе положительный внутренний настрой.

Степень нашего несчастья определяется нашим духов­ным настроем. Например, если мы ощущаем себя нездо­ровыми, то нашим единственным разумным побужде­нием- будет стремление использовать все возможные способы исцеления — обращение к врачу, следование его рекомендациям, прием предписанных лекарственных средств, выполнение определенных упражнений... Но ча­ще всего мы сами усугубляем собственные страдания, жалуясь на судьбу, таким образом лишь добавляя к физи­ческому страданию страдание душевное.

Если наша болезнь серьезна, то мы чаще всего склонны рассматривать ее с самой неблагоприятной точки зре­ния. Жалуясь на головную боль, мы думаем' «Это самое худшее из несчастий, которое только могло со мной при­ключиться! По меньшей мере, было бы несравненно луч­ше, если бы у меня отнялись ноги». Вместо того чтобы убедить себя в том, что в мире есть ещё множество людей, страдающих, по меньшей мере, в одинаковой степени с нами, мы жалуемся так, словно на нас свет клином со­шелся.

Между тем вполне возможно отнестись к нашим страда­ниям совершенно по-другому, например, убедить себя, если наши руки парализованы: «Пусть я лишен возмож­ности пользоваться руками, но я еще могу держаться на ногах». Или, если парализованы наши ноги: «Пусть я не держусь на ногах, но тем не менее я могу передвигаться с помощью инвалидной коляски и, кроме того, у меня есть руки, которыми я могу пользоваться при письме». Таких простых рассуждений вполне достаточно для того, чтобы помочь себе обрести душевное равновесие.

В каком бы положении мы ни оказались, его всегда воз­можно оценить с благоприятной точки зрения, в частно­сти в наше время, когда благодаря современным техно­логиям у нас появились дополнительные основания для надежды. Представляется немыслимым не суметь найти никакого разумного способа облегчения страдания, виной которому — обстоятельства реальной жизни. Случаи, ко­гда мы волей не зависящих от нас обстоятельств обречены на страдание, не имея реальной возможности помочь се­бе, крайне редки. Чтобы помочь себе справиться с телес­ным недугом, думайте о благоприятном исходе, сосредо­точьте на этом все ваши мысли, и это, несомненно, помо­жет вам облегчить ваши страдания.

Даже если наша болезнь продолжительна и серьезна, не­сомненно, есть способ, помогающий нам не впадать в от­чаяние. Если вы исповедуете буддизм, скажите себе: «Да поможет мне мое страдание очиститься от греха моих неблаговидных деяний в прошлом! Пусть мои страдания усугубятся страданиями других и помогут мне оказаться на их месте!» Подумайте и о том, что многочисленные живые существа страдают подобно вам, и молитесь о том, чтобы ваши страдания смогли облегчить их муки. Если у вас не хватает духовных сил рассуждать так, то да­лее осознание того, что вы не одни в своем несчастье, что многие другие тоже претерпевают страдания вместе с вами, поможет вам преодолеть вашу болезнь. Если вы исповедуете христианство и верите в Бога — твор­ца Вселенной, то утешайте себя мыслью: «Я не желал себе этого страдания, но оно, должно быть, имеет свои причи­ны, ибо Бог в своем сострадании ниспослал мне жизнь». Если вы не придерживаетесь никакой веры, то подумай­те о том, что ваше страдание, каким бы страшным оно ни было, не является исключительно вашим уделом. Даже ес­ли вы ни во что не верите, попытайтесь вообразить себе над частью тела, причиняющей вам страдание, прони­кающий свет, в котором словно растворяется ваша боль, и убедитесь, что это приносит вам облегчение.

Существуют внезапные лишения, неотвратимые беды — такие, как, например, смерть близкого человека. Конеч­но, речь не идет о том, чтобы устранить причину. Но в са­мом деле, если уже ничего нельзя поделать подумайте о том, что отчаяние бесплодно и способно лишь усугубить вашу боль. Я думаю прежде всего о тех, кто не исповедует никакой веры.

Важно изучить природу вашего страдания, выяснить его причину и, если возможно, устранить ее. Как правило, мы полагаем, что в наших страданиях нет доли нашей ответ­ственности. Мы страдаем по чьей-то вине или по каким-либо иным причинам, не зависящим от нас. Но я со­мневаюсь, что дело обстоит на самом деле всегда именно так. Мы немного похожи на студентов, которые, прова­лившись на экзамене, и слышать не желают о том, что они могли бы сдать экзамен блестяще, если бы прилагали больше усилий к учебе. Мы направляем наш гнев на ко­го-то, мы провозглашаем, что обстоятельства словно ополчились против нас. И что может быть хуже, если это второе зло, душевное страдание, усугубляет первое?

Многочисленные распри в человеческом сообществе во­обще и в наших собственных семьях, не говоря рк о вра­жде государств и народов, даже внутренние конфликты каждой отдельной личности... все конфликты и противо­речия происходят от несогласованности идей и мнений, внушаемых нам нашей разумностью. Таким образом, на­ша разумность, к несчастью для нас самих, может вверг­нуть нас в дурное состояние духа. В этом случае разум­ность становится для человека лишь дополнительным ис­точником страдания. И все же мне кажется, что наша ра­зумность в то же время — единственное средство, которым мы располагаем, позволяющее нам преодоле­вать всевозможные трудности и разногласия.

Даже теряя близкого вам человека, например, отца или мать, вы должны уметь держать себя в руках. Подумайте о том, что по достижении определенного возраста жизнь неизбежно подходит к концу. Когда вы были ребенком, ваши родители сделали все возможное для того, чтобы вос­питать вас. Сегодня вам не о чем жалеть. Разумеется, если они ушли из жизни в расцвете сил, если причиной их смерти стал несчастный случай, например, происшествие на дороге, то это гораздо трагичнее.

Размышления о пессимизме

Я хочу сказать всем пессимистично настроенным и недо­вольным собой людям: «До чего же вы глупы!» Однажды в Соединенных Штатах Америки я встретил женщину, ощущавшую себя несчастной без видимых на то причин. Я сказал ей: «Не будьте несчастной! Вы молоды, вам в жизни отпущено еще немало лет, вам совершенно не о чем печалиться!» Она спросила меня, по какому праву я вмешиваюсь в ее дела. Я был опечален. Я ответил ей, что ее слова лишены всякого смысла. Я взял ее за руку, друже­ски похлопал ее по плечу, и ее настроение переменилось. Таким людям можно помочь, лишь проявляя по отноше­нию к ним любовь и внимание. Не показную любовь, вы­раженную в напыщенных фразах, а нечто, идущее от сердца. Когда мы ссоримся, мы взываем к разуму, но ко­гда мы хотим проявить по отношению к кому-то истин­ную любовь и нежность, мы искренне говорим то, что у нас на душе. В конце концов настроение этой женщины переменилось. И она от всей души рассмеялась.

Если вы не верите в возможность изменений к лучшему, то подумайте о том, что вы живете в обществе людей, ко­торым, по сути, свойственно чувство взаимной любви. Вы всегда найдете среди людей того, с кем вам бы хотелось связать свои надежды на будущее, кого-либо достойного стать примером для подражания. Ваши терзания не мо­гут вам помочь.

Направьте ход ваших мыслей в положительное русло. Попытка убедить себя в том, что мир несовершенен, — за­блуждение. Конечно, есть непорядочные люди. Но есть и огромное число людей благочестивых и щедрых.

Есть люди с определенным типом мировосприятия, ко­торые никому не доверяют и ощущают себя одинокими. По существу их чувство одиночества проистекает из того, что они недостаточно думают о других. Когда мы в доста­точной мере не задумываемся о других, мы судим о них по себе и считаем, что они воспринимают нас такими же, ка­кими их воспринимают остальные. В этом случае чувство одиночества неизбежно.

Однажды в Дхарамсалу приехал человек, поддерживаю­щий хорошие связи с коммунистическим Китаем. Мно­гие здесь, узнав о его прибытии, заранее постарались со­общить о нем и очернить образ этого человека. В резуль­тате во время встречи в воздухе словно витало ощущение безнадежности. Лично я ничего не имел против этого человека, считая его представителем рода человеческого, и думал о том, что ес­ли он доверяет китайцам, то это лишь результат его недос­таточной осведомленности. С первой же встречи он обращался ко мне полемическим тоном, но я рассматривал его подобным себе и дружески беседовал с ним о Тибете. На второй день его отношение полностью изменилось. Если бы я тоже вел себя возбужденно, то мы бы проявляли все большее и большее упорство в отстаивании наших по­зиций. Я бы не слушал его доводы, и он не придавал бы ни­какого значения моим словам Рассматривая его как пред­ставителя человечества, убеждая себя в том, что все люди равны, что они все иногда испытывают недостаток ин­формации, проявляя дружелюбие, мне наконец удалось вызвать моего противника на откровенность.

Есть люди, которые способны видеть во всем лишь дур­ную сторону. Это удивительно. В общине выходцев из Ти­бета, например, мы все ощущаем себя беженцами, мы все находимся в одинаковом положении. Но среди нас есть такие, кто полностью доволен жизнью и постоянно рас­сказывает забавные истории, поддерживая наш дух, а есть другие, которые, напротив, ни в чем не видят чего-либо по­ложительною. Они плохо отзываются обо всем и посто­янно предаются внутренним терзаниям.

Как написано в буддистских текстах, мир может являть­ся другом или врагом, полным недостатков или полным достоинств, — все зависит от нашего способа мышления. В общем, ничего не существует такого, у чего не было бы своих недостатков или достоинств. Все, что мы использу­ем, — пища, которую мы едим, одежды, в которые одева­емся, наши дома — у всех, с кем рядом мы живем — чле­нов наших семей, друзей, наших наставников и наших подчиненных, наших учителей и наших учеников есть одновременно свои достоинства и свои недостатки. Это так. Чтобы грамотно оценить реальное положение ве­щей, нужно признать природу этих достоинств и этих недостатков.

С определенной точки зрения возможно все восприни­мать в радужных тонах. Даже страдание может быть бла­гоприятным. Замечу, что те, кто по жизни сталкивался с многочисленными трудностями, обычно ни на что не жа­луются и не испытывают ни малейших затруднений. Ли­шения, которые претерпевали эти люди, закалили их ха­рактер, расширили их кругозор, сделали их более уравно­вешенными, более приближенными к реальности, доведя до совершенства свое умение беспристрастно смотреть на вещи. Те, кто не сталкивается с трудностями, проводят жизнь в довольстве — отдаляются от реальности. Сталки­ваясь с любыми, даже самыми незначительными трудно­стями, такие люди способны лишь «обрести пристанище в стране сожалений».

Я лишился своей родины, я провел большую часть жизни в изгнании, на долю моего народа выпали жестокие ли­шения и гонения, наши храмы были разрушены, наша культура была уничтожена, страна — разорена и разграб­лена, ее богатства — расхищены. Не было ни малейшего повода для радости. Тем не менее я сумел значительно ду­ховно обогатиться за счет общения с представителями других народностей, других религиозных конфессий, других культур, другого научного мировоззрения. Я смог познать доселе неизвестные мне проявления свободы и приобщиться к ранее незнакомым мне формам миро­воззрения.

Среди наиболее жизнерадостных и внутренне непоколе­бимых в своей целеустремленности членов обреченной на изгнание тибетской общины часто можно найти лю­дей, на долю которых выпали самые жестокие испытания. Проведя двадцать лет в ужасающих условиях тюремного заключения, эти люди говорили мне, что с точки зрения духовного возмужания это были лучшие годы их жизни. Одного монаха из монастыря, в котором мне довелось служить настоятелем, в течение многих лет тюремного заключения подвергали жестоким пыткам, дабы прину­дить его отречься от своей веры. Когда этому послушнику наконец удалось бежать в Индию, я спросил у него, не ис­пытывал ли он чувство страха. Он мне ответил со всей ис­кренностью, что он больше всего опасался утратить чув­ство сострадания к своим палачам.

Те жители Франции, Германии, Англии и других стран, которым довелось познать ужасы Второй мировой войны и последующий трудный период крайней нищеты, не покорились малым потрясениям. Они довольны своей участью, потому что они были свидетелями худшего. На­против, те, кого жизнь не столкнула с лишениями этой войны, те, кто жил беззаботно, словно в детском саду, со­дрогаются и почти теряют самообладание перед труд­ностями. Когда счастье близко, они не могут его распо­знать.

Некоторые из числа представителей нынешних поколе­ний, будучи не в силах справиться с требованиями, навя­зываемыми постоянно развивающимся миром матери­альных ценностей, стремятся обратить свои взоры в об­ласть духовной жизни. Это стремление мне кажется поло­жительным. Как бы то ни было, постарайтесь осознать, что мир создан из хорошею и плохою, и то, что мы часто принимаем за истину, чаще всею оказывается лишь по­рождением нашего рассудка.

Размышления о страхе

Есть некоторые люди, которые с самого момента пробуж­дения ощущают себя объятыми чувством необъяснимой тревоги. Это ощущение может возникнуть в силу целого ряда причин. Некоторые из таких людей в раннем детстве испытали недоброжелательное отношение к себе со сто­роны родителей, братьев и сестер. Другие стали жертва­ми сексуального насилия. Они терпели надругательства, но не смели об этом говорить. Мало-помалу в душе заро­ждается страх, который и является причиной страданий. Когда этим людям, в конце концов, удается выразить то, что они пережили, если рядом с ними найдется кто-либо, способный им внушить, что все эти отрицательные пере­живания остались в прошлом, то таким людям удается поставить конечную точку в этой главе их жизни. В Тибе­те говорят, что нужно раскрывать раковину, подув внутрь.

Когда я был юным, я всегда боялся темных комнат. С тех пор прошли годы, и этот страх исчез. То же самое касает­ся и общения с людьми: чем в большей степени ваш ра­зум будет закрыт, тем в большей степени вы будете боять­ся и тем в меньшей степени будете ощущать себя в без­опасности. Чем более открытыми вы будете, тем неприну­жденнее будете ощущать себя. Это — плод моего личного опыта. Когда я встречаю кого-нибудь, для меня не важно, идет ли речь о великом человеке, о нищем или о совер­шенно заурядной личности. Самое главное — с откры­тым и добрым лицом просто улыбнуться этому человеку.

Если вы испытываете угнетение из-за того, что утратили веру в себя, и считаете, что все ваши начинания обречены на неудачу, — поразмыслите немного. Попытайтесь по­нять, что вас повело с самого начала по неправильному пути. Вы не найдете никакого веского основания. Ведь сложность заключается в вашем способе мышления, а не в действительной неспособности что-либо изменить.

Истинное сострадание неотделимо от осознания того, что и другие так же, как и мы, имеют право на счастье. Из такого осознания чувства сострадания рождается наше чувство ответственности. Рассуждая подобным образом, мы тем самым повышаем степень доверия к себе. Это, в свою очередь, поможет избавиться от страха и обрести ве­ру в себя. Если вы с самого начала приняли твердое реше­ние выполнить какую-либо трудную задачу, то для вас не будет иметь значения ваша неудача в первый, второй, третий раз. Ваша цель ясна, и вы будете прилагать все усилия для ее достижения.

Действенный способ побороть уныние — уделять боль­ше внимания другим, нежели себе самому. Когда мы яс­но осознаем трудности, с которыми приходится сталки­ваться окружающим, наши собственные проблемы отхо­дят на второй план. Когда мы предлагаем кому-нибудь на­шу помощь, возрастает наше самоуважение, а наши тревоги уходят. Разумеется, необходимо, чтобы ваше же­лание помочь другому было искренним. Если мы таким образом преследуем цель лишь избавить себя от страда­ний, то наши тревоги и сомнения лишь лягут на нас тяж­ким грузом.

Размышления о самоубийстве

О самоубийстве говорить очень трудно. Есть огромное множество поводов лишить себя жизни. Некоторые лю­ди добровольно уходят из жизни, будучи не в силах побо­роть одолевающее их чувство беспокойства или тревоги. Некоторых доводит до самоубийства отчаяние. Некото­рые сводят счеты с жизнью, осознавая себя оскорбленны­ми в своем самолюбии из-за осознания обиды, нанесен­ной окружающими, или долга, который окружающие не выполнили по отношению к ним Есть люди, убежденные в том, что им не дано преуспеть в этой жизни. Есть люди, одержимые страстным желанием, которые готовы по соб­ственной воле уйти из жизни, одержимые гневом из-за того, что это желание не исполнено. Есть те, кто не в си­лах справиться с печалью, и много-много других...

Вообще человек, принимая решение добровольно уйти из жизни, таким образом избавляет себя от необходимо­сти решения своих проблем. Даже если до сегодняшнего дня он сталкивался лишь с трудностями, никто не может утверждать, что однажды он сможет найти способ их разрешения.

Большинство самоубийств совершается в момент край­него душевного волнения. Как человеческие существа, мы не можем принять такое крайне серьезное, ради­кальное решение лишь под влиянием приступа гнева, сиюминутного желания или тоски. Если мы будем прини­мать решения под влиянием сиюминутного порыва, нам не избежать опасности впасть в заблуждение. Так как мы являемся разумными существами, то попытаемся заста­вить себя обрести состояние покоя и равновесия, прежде чем принимать решение совершить непоправимое.

Мой духовный наставник Триян Ринпоше рассказал мне историю одного очень несчастного человека родом из провинции Кхам, который решил покончить с собой, бросившись в реку Тсангпо, в местечке Лхаса. С собой он взял бутылку вина и сказал себе, что он бросится в реку, как только осушит бутылку до дна. Вначале он был весь во власти волнения. Очутившись на берегу реки, он чуть-чуть передохнул, сидя на берегу. Все еще не решаясь бросить­ся в реку, он отпил немного из бутылки. Чувствуя, что это не добавило ему достаточно храбрости, он отпил еще не­много. В конце концов он вернулся домой, сжимая рукой опорожненную бутылку.

Прочитав результаты опроса, я узнал, что большинство американцев считают себя одинокими. Четверть взросло­го населения признались в том, что в последние две недели ощущали по отношению к себе крайнее отчуждение. Это явление представляется сегодня распространенным. На улицах городов — тысячи людей, не удосуживающие­ся удостоить друг друга взглядом. Даже встречаясь взгля­дами, они не улыбнутся друг другу, разве что случайно увидят знакомое лицо. В поезде люди могут часами нахо­диться рядом, но при этом даже не обменяются словом. Разве это не кажется странным?

У меня складывается впечатление, что чувство одиноче­ства проистекает из двух основных причин. Первая за­ключается в том, что население стало слишком многочис­ленным. Когда численность населения в мире была мень­ше, то наше осознание принадлежности к единой семье человечества было острее, у нас была потребность лучше узнать друг друга и помогать друг другу. В наши дни в /ма­леньких деревеньках люди еще связаны близкой друж­бой, сообща распоряжаются орудиями труда, машина­ми, выполняют тяжелые работы. Раньше эти люди часто встречались, вместе посещали храмы и молились. У лю­дей было гораздо больше возможностей общаться. Сегодня, когда наша планета перенаселена, миллионы людей вынуждены скученно жить в больших городах. Присмотревшись к этим людям, можно подумать, что их единственные занятия — это работа и получение зара­ботка. Создается впечатление, что каждый из них живет сам по себе. Современные машины предоставляют нам большую самостоятельность, и у нас возникает ощуще­ние, — разумеется, ложное, — что окружающие нас люди играют в нашей жизни все более и более второстепенную роль. Такая ситуация лишь усугубляет безразличие и ощущение отчужденности.

Вторая причина одиночества, на мой взгляд, кроется в том, что в современном обществе мы испытываем посто­янную крайнюю загруженность. Если мы решим обра­титься к кому-то даже для тою, чтобы просто поинтере­соваться у него: «Как дела?», у нас непременно возникнет ощущение, что мы при этом потеряем две драгоценных секунды нашей жизни. Едва управившись с работой, мы уже погружены в чтение газет: «Что новенького?» Пого­ворить с другом — значит попусту убивать время.

В городе мы часто сталкиваемся с другими людьми. Нуж­но приветствовать друг друга. Избегая завязывать разго­вор со случайными прохожими, мы поступаем неосмот­рительно. Мы стараемся избегать общения и считаем вмешательством в нашу жизнь желание кого-либо заго­ворить с нами.

Причина одиночества жителей больших городов заклю­чается не в отсутствии людей, способных на снисхожде­ние, а в отсутствии человеческой привязанности. Это от­рицательно сказывается на нашем духовном здравии. В то же время разум и чувства тех, кто с детства был окружен заботой и нежностью, развиваются более гармонично.

В современном обществе отношения людей друг с дру­гом все более и более теряют в своей гуманности, посте­пенно приобретая формальный характер. Утром мы ухо­дим на работу. После работы, вечером, позволяем себе расслабиться в ночном кабачке или на улице. Мы развле­каемся, возвращаемся домой поздно, оставляя для сна не­сколько часов. На следующий день, еще не пробудившись от сна, с затуманенной головой снова приступаем к рабо­те. Разве не так городские жители проводят значитель­ную часть жизни? Каждый становится похожим на де­таль некоего огромного механизма, каждый волей-нево­лей должен подчиняться работе всей системы. По про­шествии некоторого времени это становится невыноси­мым, и мы замыкаемся в полном безразличии.

Не предавайтесь излишнему веселью вечером. По окон­чании рабочего дня лучше вернуться домой. Не спеша поужинайте, выпейте чашку чаю или чего-либо еще, по­читайте книгу, расслабьтесь и в таком состоянии прият­ной расслабленности отходите ко сну. Утром вставайте пораньше. Если вы отправитесь на работу бодрым и со свежей головой, то я думаю, что вы вскоре ощутите в ва­шей жизни перемены к лучшему.

Всем известно, что чувство одиночества ни благотворно, ни приятно. Мы должны побеждать его сообща. Но, учи­тывая, что оно проистекает из огромного количества причин и условий, включиться в эту борьбу нам следует как можно раньше. Именно семья, как основная ячейка общества, призвана стать местом, где можно ощутить се­бя счастливым, где можно самосовершенствоваться в ат­мосфере любви и нежности.

Если вы одержимы ненавистью и злобой к окружающим, то вполне возможно, что они по отношению к вам испы­тывают те же чувства. Подозрение и страх создадут пре­пятствие между вами, и вы ощутите себя одиноким и по­кинутым. Конечно, не все люди вашего круга разделят эти пагубные чувства по отношению к вам, но некоторые будут смотреть на вас с негативной стороны, учитывая ваши чувства по отношению к себе.

Если доброжелательная обстановка окружает детей не только дома, но и в школе, то, вступив во взрослую общест­венную жизнь, у них возникнет потребность помогать другим Встречая кого-нибудь впервые, они не будут испы­тывать смущения и смогут обратиться к прохожему без страха. Они будут способствовать созданию нового обще­ства, в котором ощущение одиночества не будет столь распространено.

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Тактические действия в защите

История Олимпийских игр

История развития права интеллектуальной собственности