Holt Meyer. Games of Mourning: The Concept of «Punctum» in the Roland Barthes’ Theory of Photography and its Relationship to the Viktor Shklovsky’s “Defamiliarization”

↑

▷ Содержание

Стр 1 из 7Следующая ⇒

В этой статье я обращаюсь к вопросу о том, какой тип историографии демонстрирует русский формализм, в частности формализм Шкловского. Этот вопрос я рассматриваю в общем виде в контексте истории семиотики, которая находит завершение в написанной Роланом Бартом незадолго до трагической гибели книге «Camera Lucida», где отразились взгляды позднего (пост)структуралиста на теорию медиа.

Я также ставлю вопрос о применимости модели историографии Шкловского к тем историографиям, которые удалось обнаружить в ходе этой археологической экспедиции. Называя свой экскурс «археологической экспедицией», я отсылаю к концепции Мишеля Фуко, согласно которой археология знания — это восстановление дискурсов, игнорируемых господствующей конфигурацией власти, но тем не менее входящих в публичную сферу или приносимых в нее кем-либо, вследствие чего они становятся читаемыми, видимыми, слышимыми.

Также в область этого вопроса попадают различные структуры власти. Первым приходит на ум собственно официальный советский формализм, но это лишь один из многих ему подобных административных институтов. Не менее мощный фильтр сформирован официальной историей структурализма и семиотики, с их разнообразными телеологическими тенденциями, где, например, остранение принимается за отправную точку, позже преодоленную более «серьезными» и предположительно более систематичными категориями, что скрывает из виду другие линии развития.

Целью своего текста я полагаю отход от созданной невидимости в области фотографии — сфере, где буквальная визуальность стоит под вопросом, в частности, в ее связи с кинематографом.

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров