Нацистский «порядок» в действии

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 8Следующая ⇒

В середине сентября 1941 года из Нюрнберга и Вюрцбурга прибыла группа сотрудников гестапо для выявления среди плен- ных «особо опасных элементов» — комиссаров, политруков, евреев. В тот приезд гестаповцы с подачи лагерного руководства отобрали более 600 таких «опасных». В сопровождении охраны их отправили в лагерь смерти, находившийся в Дахау, где они и были уничтоже-

ны. Говорили, что военнопленных, переданных в гестапо, в лагерные списки не включали. Они словно никогда и не существовали.

Механизм истребления советских военнопленных чётко от- работан, полное взаимодействие в «работе» гестаповцев, служб вермахта и абвера — они расстреливали, мучили, изощрённо из- девались над людьми. В этом отношении арсенал был богатый: на длительное время запирали военнопленных в карцеры — камен- ные мешки, где нельзя было ни прилечь, ни присесть; подвеши- вали к столбу в виде креста, лицом к солнцу и в таком положении человека оставляли висеть целый день, а то и сутки. Это называ- лось «Христово распятье». И ещё был «молебен», когда приказы- вали стоять неподвижно на одном месте с поднятыми вверх ру- ками. Как долго может находиться в таком положении избитый, истощённый голодом человек? Он падал, а «недомолившегося» обычно пристреливали. А на поясных пряжках истязателей кра- совалась надпись-девиз «С нами Бог».

С каким наслаждением гитлеровцы унижали достоинство человека и советского командира! Как-то на построении комен- дант, прохаживаясь вдоль шеренги пленных командиров, внима- тельно всматривался в их лица — искал евреев. И хотя в лагере прошла не одна «еврейская чистка», нацистское рвение не давало ему покоя. А вдруг ещё уцелел какой-нибудь «жид»?!

Комендант остановился напротив черноволосого статного лейтенанта-артиллериста, ткнул пистолетом в грудь:

— Еврей?

— Нет, грузин, — с достоинством ответил лейтенант.

— Еврей! Еврей! — уверенно сказал комендант. — Не под- делывайся под грузина, жидовская морда! Не обманешь. Выходи!

Лейтенант вышел из шеренги и сделал несколько шагов. Ко- мендант скомандовал:

— Кругом! — Подленько ухмыляясь, приказал: — Опусти брюки. Сейчас посмотрим, какой ты грузин, а не обрезанный жид.

— Да как вы смеете! — возмутился лейтенант. — Грузин я, грузин из Тбилиси. Какое право…

Договорить ему комендант не дал. Он рявкнул:

— Молчать! Опускай штаны или тебе помочь? — Хмыкнул:

— Действительно, не еврей. Не обманул. Ну, застёгивайся, грузин из Тбилиси.

Немец был явно раздосадован, что ошибся, но выход нашёл.

— Ну, грузин, а это тебе за то, что не сразу выполнил мою команду.

И он хладнокровно выстрелил в красивую голову советско- го командира.

Помахивая пистолетом, обратился к пленным с вопросом:

— Так есть среди вас евреи? — Сам с ухмылкой ответил: — Конечно же, нет! Скрываете? — И, наливаясь злобой, заорал: — Всем расстегнуться и спустить брюки!

Пленные растерялись. Замешкались. Комендант выстрелил вверх:

— Спустить брюки немедленно!

Унизительную команду выполнили. Стояли понуро, не под- нимая глаз от чувства унижения и своего бессилия. А комендант, похохатывая, отпускал непристойности и не спеша вышагивал вдоль шеренги. Обнаружил пять евреев, их увели солдаты. Боль- ше этих командиров мы не видели.

Наконец, последовала команда застегнуть брюки. Однако

на этом издевательства не закончились, последовала команда:

— Ложись!

Через несколько минут:

— Встать!

И опять: Ложись! Встать! Ложись! Встать!

Недостаточно быстро выполнявшего команду комендант пинал ногами, а сопровождавшие его солдаты кололи штыком. Издевательство продолжалось долго…

В бараке мы написали протест о несоблюдении Междуна- родной конвенции по правам военнопленных, о побоях и униже- ниях, о мизерной норме питания, о скотском содержании. Про- тест передали руководству лагеря. Похоже, это вызвало у них не- доумение и удивление — впервые появился протест подневоль- ных в лагере военнопленных.

На очередном аппеле нам разъяснили:

— Всем вам следует забыть о том, что когда-то вы были офи- церами. Были, а сейчас вы пленные. Только пленные, а потому обя- заны беспрекословно выполнять всё, что от вас требуется. Букваль- но всё! Всякое неповиновение повлечёт самое тяжёлое наказание, даже смерть. И ещё: Международная конвенция на советских во- еннопленных не распространяется, так захотел ваш Сталин. Я всё сказал. Понятно, бывшие товарищи офицеры? Повторять не стану. Надеюсь, все всё уяснили, — и, обращаясь к старшему дежурному по лагерю, с издёвкой сказал: — Ведите в темпе этих офицеров в барак. На этом «мирные» переговоры закончились, и мы поняли,

что судьба советских военнопленных по своим меркам и харак- теру не вписывалась в общепринятое понимание плена. В отно- шении нас господствовал нацистский режим. Его соблюдали и

гестаповцы, и охрана из солдат вермахта. Они упивались своей безнаказанностью и властью над пленными. Особенно усерд- ствовали низшие чины. Они получили власть над советскими офицерами. Он, немецкий солдат, может ткнуть офицера кула- ком в лицо, ударить дубинкой, плёткой, прикладом, избить до полусмерти, застрелить, и ему за это ничего не будет — ни ответ- ственности, ни наказания!

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии