Бремя доказательства (лат.).. VI. Третий Рим

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 14 из 16Следующая ⇒

'Бремя доказательства (лат.).

VI. Третий Рим

2/15 августа 1922, Ялта

Светский богослов (горячо и вдохновенно): Да, разрушена родина, поругана святыня, оплевана народная вера, гонима Церковь. Паутина лжи, клеветы, подлогов и обманов со всех сторон затягивает нашу совесть. Но из всего мерзкого, страшного, подлого, хульного, изменнического, что совершилось и совершается непрестанно за эти годы, среди этого океана подлости и бесноватости, самое изменническое и самоубийственное, самое вредное и хульное есть то предательство веры, которое вы здесь, у этих священных стен Херсониса, совершаете. Ибо все это: и марксизм, и большевизм, и церковное бунтовщичество — признаки и однодневки в сравнении с тем страшным и последним врагом, который, по мудрому слову нелицеприятного свидетеля (Болотова), истребится лишь вместе со смертью. К нему вы зовете падши поклониться теперь. Но не пойдет Россия в сатанинскую вашу Каноссу...

Беженец: Без сомнения, вы совершенно правы. Все, что происходит в России, неважно и несущественно по сравнению с этим основным вопросом ее церковного самоопределения, который, как Сфинкс, стоял и стоит перед нею во все времена ее исторического бытия. Сфинксом-то, которого даже Тургенев совсем по-славянофильски увидел в русском мужике, был вовсе не он, а его Церковь или религиозная его судьба, которая есть действительно великая загадка, заданная нам Провидением. И теперь мы вплотную — и притом впервые за 1000-летнюю историю — подошли или подведены к ней железной рукой. Сфинкс русской истории говорит: разгадай меня или умри.

Светский богослов: Ведь эта мнимая, конечно, загадка Сфинкса разгадывается просто-напросто в том, чтобы признать Православную Церковь не-Церковью и отдаться под власть лукавого Рима, изменив и порвав со всей своей историей, и притом в такой степени и так радикально, как это не снилось и самому большевизму, повторяющему лишь под звуки Интернационала, правда в грандиозных размерах, так называемое Смутное время. А всякий бунт или революция не имеют в себе повторительных начал и потому сильны лишь своим разрушением, но действительно могуче и страшно может быть не разрушение, а только созидание.

Беженец: Совершенно верно. И самая революция есть свидетельство того, что повторительное творческое начало, которым для России является русское Православие, изжило себя, точнее, выявило свою относительность и ограниченность, а потому требует обновления. И действительно, речь идет не о новом, даже не догматическом и каноническом сдвиге, но о перемене всегоцерковного самоощущения, о новом чувстве церковности. К чему уменьшать размеры и значение происходящего перед нашими глазами на том «пиру богов», к которому призвано наше поколение, как оказывается, в еще более глубоком и решительном смысле, каким это мне казалось еще несколько лет тому назад. Папа, земной глава Церкви, наместник Петра, имеющий plena potestas*, — это не догмат только, это центральный нерв, это атмосфера, проникающая

Познавательные статьи:



Коммуникативные барьеры и пути их преодоления

Рынок недвижимости. Сущность недвижимости

Решение задач с использованием генеалогического метода

История происхождения и развития детской игры