Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Все ученики внимательно смотрели на поднятую с пола. Огромную мышь, не понимая к чему клонит Иуда.
Содержание книги
- Она обернулась на звук открывшейся двери.
- От нетерпения Наташа стала дёргать металлическую ручку, двери лифта.
- И после этого тётка стала неистово молиться , крестясь широким крестом и кланяясь во все стороны.
- Серафим обнял Иисуса и аввадона, притянув их ближе к себе , - и мне пора, туда же.
- С высоких стен, в тридцать локтей высотой, и восемь локтей шириной, на протяжении всего периметра, на всю собравшуюся людскую массу взирали воины десятого римского легиона.
- Пилат нехотя и тяжело поднялся с ложа, встав на ноги.
- Ты этого хочешь Великий Прокуратор?
- Так почему же ты здесь, если ты царь.
- Гул начал стихать и через минуту площадь затихла.
- Вдруг Иуда увидел, что Анан преобразился, как в тот миг , когда он был на аудиенции с ним и каиафой.
- Вся дорога ведущая к месту казни, уже была отцеплена римскими воинами, стоящими вдоль неё, по обеим сторонам, на расстоянии двадцати метров друг от друга.
- Под тяжестью бревна, Иисус колыхнулся вперёд, но был подхвачен руками солдат и поставлен обратно на ноги.
- Припав к камню он просидел так некоторое время, поглядывая то на вершину Голгофы, на которой вовсю суетились воины, прибивая к перекладинам, двух казнимых преступников.
- Опять застучал молоток, вгоняя гвозди в ноги Назарея.
- Только теперь, все трое висели тихо, не дёргаясь, не ругаясь и не подавая признаков жизни.
- Командиру легионеров, стоящих в отцеплении, поручаю исполнение моего приказа.
- С напускным весельем , и небрежностью поинтересовался первосвященник.
- Это уже не важно,- решил он, начав потихоньку сползать в низ , по скользким камням горы.
- С ним вместе, будто в обнимку, до слуха первосвященника долетел, первый в эту ночь крик петуха.
- После этих слов Марка, стон сорвался с губ учеников.
- Богатые горожане бродили меж рядов , выбирая необходимое, для повседневной жизни.
- Анан замолчал, молчал и зал, он ещё раз прикинул кошелёк в руке, будто раздумывая , отдавать или не отдавать деньги предателю.
- Третий ухватив предателя за ногу, помогал второму волочить Искариота по полу.
- Из уст в уста передают люди твои приметы по всему городу, что бы предотвратить возможную беду, от общения с тобой.
- Пётр нагнулся, схватил с пола нож , которым хотел поразить предателя, и направил его остриё в сторону своего горла.
- Все ученики внимательно смотрели на поднятую с пола. Огромную мышь, не понимая к чему клонит Иуда.
- Над телом Иуды роились неотвязчивые мухи и слепни.
- Верёвочная петля уютно расположилась на шее предателя. Ладони густо испачканные льющейся кровью изо рта, липли к бокам камня , обвязанного веревкой.
- Александр протянул руку, что бы коснуться ворона слетевшего на лавку и склёвывающего окровавленный снег.
- В голове поплыли воспоминания, навеянные неожиданно возникшим предметом.
- А если, это не старая мебель, а портал. ну значит не судьба мне понять что, да как.
- Фуу упрел, жарища, надо раздеться.
- Была глубокая ночь, все вокруг отдыхало от дневной суеты, только кошки под фонарями на асфальте перед домом, устроили свадебную беготню.
- Разве нужен смысл тем брызгам света разлетевшимся в разные стороны и создавшим гулкую непроглядную темноту окутавшую всё и вся, на бесконечно - бесконечное расстояние.
- Она стояла над могилой и смотрела на останки тела.
- В темени чердака он не сразу обратил внимание на свою куртку.
- Как то на уроке пения, Сашка с товарищем по классу, по фамилии козлов, перекидывался записочками.
- Через несколько секунд из толстого резинового конца заструилась вода.
- Что то начало проясняться, логика стала связывать концы с концами.
- И всё он такой же как был, сутуловатый , не высокий, в своих любимых засаленных ватных штанах и байковой рубахе в клетку.
- Не нравится не пей, другого у меня всё равно нет, - Никанкин с видимым удовольствием глотал напиток из большой алюминиевой кружки.
- У меня четыре уха , два здесь и два там, и всеми четырьмя я слышу отлично.
- Присев, он улыбаясь, подмигнул саньке своим черным как вороново крыло глазом.
- Запомнил. - беря монету из руки внимательно слушающего парнишки,
- Значит мы всё таки ещё встретимся?
- А того чертёнка, которого высек кузнец, перевили обратно в Ангелы, его действительно высек вакула, эту историю , я лично рассказал николай васильевичу, когда он приезжал на сорочинскую ярмарку.
- Ну как тебе мой фильм, понравился. - спросил абаддон, у мальчишки стоящего перед ним.
- И даже много больше теперь, я видел, я знаю.
- И только слова, Абаддон, Бог, церковь, зависть, продолжали смерчем крутиться в покрытой пылью головке, постепенно ослабевая и опускаясь, куда то в низ глубин души мальчишки.
- Конечно, все так и должно быть, не материальное не оставляет материальных следов, - мелькнула мысль в голове путешественника.
Одна мышь, это случайность, но две мыши, это уже подозрительно.
Вы все ели и пили и все живы? Но я смотрю, на столе стоит кувшин вина, из которого ни кто ещё не пил.
Откуда вино?, - спросил Иуда.
Марк встал со своего места и подойдя к столу, взглянув на кувшин, сказал.- я принёс, мы ночью возвращались с Марией и Мамой, и мне этот кувшин преподнёс хозяин гостиницы в честь праздника.
Иуда, взял кувшин за горловину и внимательно принюхался к нему.
До его чуткого обоняния, донёсся, еле уловимый, но знакомый ему, запах цикуты.
Вино отравлено! В нём яд!
Теперь, вы все, не в безопасности, вам нужно быть предельно осмотрительными в вопросе, что есть и пить, с кем общяться.
А это вино, надо вылить.
Хотя нет, у меня возникла идея!
Не пропадать же добру.
И в следующее мгновении со словами, - я пью Его кровь!,- залпом, не отрываясь, в одно дыхание, Иуда влил содержимое сосуда в свой рот.
Тишина повисла в комнате, все всматривались в лицо предателя, ожидая, что вот сейчас он в корчах падёт на пол.
Но ни чего такого не случилось.
Бог тебе судья!- только и сказала, Мама Иисуса.
Иди с миром!
Дай нам оплакивать нашего Христа!
Иуда повернулся, отёр рот рукой, и быстрым шагом вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
…………………………………..
Где кувшин с вином? – донесся до слуха Иуды, чей то голос, из открытой двери, соседней комнаты.
Вино? Я его передал Его ученикам, как вы и приказали!
Срочно забрать, под любым предлогом!
Ааааа, если они уже выпили его?
Ну, тогда, будем считать, что так было угодно Всевышнему!
Во оно как, понятно!,- про себя подумал Иуда, идя к выходу.
…………………………………
Стоять! Ты куда?, - услышал он чей то окрик, когда выходил из дверей дома.
К нему подошли двое, крепких мужей, со строгими лицами, чёрными словно смоль волосами и стриженными бородами.
Я, Иуда Искариот, я ухожу, мне не место среди них. Они прогнали меня от себя.
Ааа, ты один из учеников Назарея, предавший Его, странно, что они тебя не убили!, - усмехаясь, сказал один из черноволосых.
Но избили тебя славно!- добавил другой.
А вонь то какую ты источаешь! Фууууу…
Били, но не убили, но не они.
Это награда от первосвященников.
Они тоже хотели убить, вот след от удара ножа, - и откинув грязный ворот своей накидки, он показал место, из которого до сих пор, не сильно сочилась кровь.
Моя проклятая кровь запачкает их светлые души!
Но вам не нужно расстраиваться, что я ещё жив, я сам уже убил себя.
Пусть идёт, приказ Пилата, охранять только учеников, а этот предатель, не ученик, он свинья и шакал!
Пошёл отсюда! – крикнул один из надзирателей, с силой пнув Иуду ногой в живот.
Глава 52.
Высоко над Иерусалимом, на горе, вцепившись в край обрыва, своими узловатыми, сухими корнями, будто коршун в добычу, стояло вековое, кряжистое, кривое дерево.
Мощные ветра, камнепады, палящее солнце, смогли всё же, погубить его.
Все ветви на нём засохли, одна самая толстая и кривая ветка, словно длань нуждающегося в милости умирающего старика, была протянута в сторону Вечного города. Она как бы просила о пощаде и спасении.
Три дня тому, как Иуда присмотрел эту гору и это засохшее дерево, в качестве своего последнего пристанища.
Он много раз прикидывал в уме, как будут болтаться под порывами ветра, его жалкие, ни кому не нужные, всеми проклятые, останки.
И вот наступил час расплаты.
В груди Иуды горело и резало, в глазах плыли круги, и от выпитого вина, и от начавшей действовать отравы.
Он торопился взобраться на вершину горы к тому самому дереву, которое избрал своим последним пристанищем.
Яд, выпитый вместе с вином, мог оборвать его жизнь в любую минуту.
На пол пути подъёма к дереву, страшная резь в животе, скрутила его, он не мог даже шелохнуться от прострелившей его, от мозга, до пят, боли.
Пот лился градом по его телу, он был каким то розовым на цвет, горьковатым на привкус.
Солнце, всё так же не милосердно, забеливало всё, своими лучами, делая и без того каменистый пейзаж вокруг вечного города, ещё более не земным.
|
