Глава четвертая. Смысловая галлюцинация.

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 13 из 26Следующая ⇒

Он открыл глаза, и едва не прикусил губу от нахлынувшей на голову тяжести. Мир вокруг закружился. Стены в одночасье поменялись местами с потолком и полом. Королев ощутил, как проваливается в бездну, и застонал.

- Держи его, - прозвучал низкий рокочущий бас, больно ударивший по барабанным перепонкам.

- Он приходит в себя? - задал вопрос второй голос, чуть более высокий и не такой резкий.

- Приходит, - ответил первый, - но, видимо, слишком рано. Вестибулярный аппарат еще не до конца восстановился.

- Я выведу мощность работы медицинского комбайна на сто процентов. Теперь уже можно.

- Добро. Погрузи его в сон. Надо дать парню еще часов шесть, иначе он своей головой соберет здесь все косяки.

Ярослав собрался было возразить, но не успел. На него упала спасительная тьма, и сознание капитана отключилось.

Попытка прийти в себя за номером два оказалась более удачной. Он вновь открыл глаза и на сей раз никаких негативных ощущений, кроме сильной головной боли, не испытал. Ломило в висках, в ушах звенело. Затылок словно заковали в металлический замок.

- П-пить, - прошептал Королев, ощущая дикую сухость во рту.

Над ним склонилось сразу несколько голов, и Ярослав узнал Афанасия Тимофеева, Симеона Лидстрема и Соломона Канта. Немного в отдалении расположились Тара Вален, Хаас, Монтгомери и Ивантеев. Он возлежал на белоснежном ложе медицинского комбайна в медотсеке Координационного центра. Над головой и ногами были закреплены дуги, перемигивающиеся между собой несколькими лампочками. Еще одна дуга то и дело ездила вперед-назад. Ее нижняя часть светилась едва заметным голубоватым свечением. На самой границе слышимости ощущался какой-то гул. Иногда раздавались поскрипы, свисты и треск.

- П-пить, - повторил Королев, облизывая пересохшие губы.

- Мнимая жажда, - сказал Лидстрем. - Медкомбайн обеспечил тебя всем необходимым. Твой водно-солевой баланс находится в норме. Тебе просто кажется, что ты хочешь пить - следствие чудовищных нейропсихических перегрузок, которые ты испытал в крайние сутки.

«Кажется?- мелькнула мысль. - Какая-то чушь. Должно быть меня хорошенько потрепало.»

В следующую секунду Ярослав издал сдавленный протяжный стон. Память о том, что произошло с ним на нижних горизонтах Цитадели, причинила человеку самую настоящую физически ощутимую боль. Лифтовый холл. Противники, на его глазах переставшие быть людьми, и превратившиеся... в коварных и, что самое отвратное, очень опасных существ. Отчаянный бой. Враг, готовящийся нанести решающий удар. Смерть.

Смерть?

Как во имя всего святого он уцелел? Он должен был погибнуть! У него не было ни единого шанса выжить! Так что же это получается? Ребята успели ему на помощь? Что там произошло?

Он стиснул зубы, сдерживая резкие головные боли, нашарил глазами лицо Ивантеева.

- Ты... жив?

Алекс молча кивнул, подходя ближе к медицинскому комбайну.

- Жив-жив. Правда... - Он прервался, мельком взглянул на Монтгомери.

- Правда... что?

Тим едва заметно пожал плечами, но это не укрылось от взгляда Королева.

- Понятия не имею, кого за это стоит благодарить, - наконец договорил Ивантеев.

Ну, вот опять. Одни сюрпризы и непонятки. Хорошо еще, что ребята уцелели. Похоже, им удалось претворить в жизнь все, что он задумал.

- Мы... справились?

- Угу, - закивали головами Монтгомери и Ивантеев.

- Мы очень-очень больно пнули Ульфар, - сказал Лидстрем. - Настолько больно, что теперь Доминион не знает, что и делать. Его ядерного щита больше не существует. Несколькими параллельными ударами мы застопорили самые перспективные ульфарские военные программы. Они больше не смогут воспользоваться тем, на что раньше делали основную ставку. Стратегическая расстановка сил резко изменилась.

Эти новости, безусловно, радовали, но вопрос о его спасении все еще оставался открытым.

- Вы нашли меня?- спросил Королев, обращаясь к Ивантееву.

- Нашли, - пробурчал Алекс. - Черт, Яр, ну и мясорубку ты там устроил.

Королев имел огромное желание съязвить, но воздержался, ожидая продолжения.

- Когда мы вдвоем подоспели, - взял слово Монтгомери, - ты валялся на полу, возле лифтов, а вокруг тебя лежали разорванные, разрубленные, разрезанные, искромсанные тела. Кровь, кишки, мозги, кости... запах стоял такой, что выворачивало наизнанку. И ты... во всем этом дерьме. Без признаков жизни.

- Твой уникос оказался забрызган с головы до ног, - сказал Алекс. - В первое мгновение мы подумали, что тебя порвали на части. Что ты не успел продержаться до того момента, как эти... твари отключились.

- Что сделали?- не поверил услышанным словам Королев.

- Отключились, - повторил Ивантеев.

Капитан выдал несколько непечатных выражений.

- Вечно все самое интересное происходит без моего участия, - промолвил он. - Отключились... подумать только. Но, как это возможно? Они же... им было по силам одолеть нас. Задавить числом!

Ивантеев и Монтгомери переглянулись.

- Ты даже представить себе не можешь, насколько прав.

Брови на лице Королева сдвинулись. Однако объяснения он получил не от своих напарников по крайней спецоперации.

- Произошло... хм... заражение, - подал голос Афанасьев, - и вам очень повезло, что вы трое не стали жертвами применения биологического оружия.

- Чего? - переспросил Ярослав

Сейчас он выглядел одновременно смешно и трагично.

- Против местных применили инопланетную технологию, не доступную нам. Заражению подвергся весь комплекс. Цитадель, фактически, перестала существовать, а все, кто в тот момент находился внутри комплекса зданий ВВС, превратились... ну, вы видели, в кого они превратились. За считанные минуты люди трансформировались в тварей, наделенных мощнейшим парапсихическим потенциалом. Подозреваю, что нас ждали, и целью применения неизвестного нам вида ОМП были именно мы. Точнее ваша группа.

Биологическое оружие? Неизвестный вид ОМП? А откуда это все стало известно Тимофееву?

- Секретная информация, - прошептал уже Лидстрем, - которую, в прочем, сейчас не имеет смысла держать в тайне. В архивах СБЧЦ имеется ряд свидетельств столкновения людей с чем-то подобным. Все эти случаи в свое время, естественно, сразу секретили и не предавали огласке, но тем, кому это было положено по статусу, вплотную занимались их изучением. У нас у троих имелся соответствующий уровень допуска к тайнам СБЧЦ. К некоторым из них. Кроме того, кое-какой информацией располагал и Д-1, посему, когда Ивантеев рассказал нам о случившемся внутри Цитадели, ни у кого из нас не возникло ни малейших сомнений, откуда, так сказать, растут ноги. По всей видимости, нападение на комплекс ВВС и охоту, открытую на наших агентов, можно объединить в звенья одной цепи.

- И приплюсовать сюда ярое желание Доминиона развязать мировую войну, - добавил за всех Кант.

Лидстрем кивнул:

- И это тоже. Я вообще склонен полагать, что мы, прибыв на Цею, оказались на ней... как бы это правильнее выразиться... в положении гостей. Причем дважды. Система Сиал еще до нас находилась под плотным контролем... неких цивилизаций, преследующих неизвестные человечеству цели. Разумно предположить, что наше тайное посольство вызвало у них жгучий приступ раздражения, однако вопреки неким условиях, о которых мы не догадываемся, нас не выперли из системы тотчас же, а позволили развить в ней определенного рода деятельность. Мне кажется, что в процессе этой самой деятельности нами были затронуты некие интересы, преследуемые иными разумными цивилизациями, после чего и началась тайная война, выразившаяся в охоте на землян. И судя по последним событиям, наши противники перешли к активной ее фазе.

Голова шла кругом, и от возникавших вопросов Королеву сделалось дурно. К счастью, автоматика медицинского комбайна контролировала самочувствие, и он не успел потерять сознание. Минут через пять ему стало легче, и он оказался способен воспринимать тот поток вводных, который на него изливали.

- Охота на агентов, - продолжил Лидстрем, видя, что Королев может его слушать, - развязывание мировой войны, применение инопланетного биологического оружия массового поражения - это еще не все, что произошло за крайние сутки. Предвижу твой вопрос и сразу отвечу на него: ты пробыл в отключке пятьдесят один час. За это время неизвестная нам враждебная сила нанесла удар по крейсерам СБЧЦ «Честь» и «Отвага». Погибло много людей - и военных, и гражданских специалистов - однако оставшимся в живых удалось вернуть контроль над космическими кораблями. В настоящее время оба звездолета вновь подчиняются приказам секции Д-1. После своеобразной доукомплектации они продолжат выполнение задания.

Ярослав словно в тумане прослушал новость о нападении на звездолеты. Его нельзя было назвать наивным мальчишкой, но до сей поры капитан полагал, что в случае крайней нужды, если дела здесь, на Цее, пойдут прахом, небеса прикроют, предоставят необходимые ресурсы (если того потребует ситуация), подсобят огнем, обеспечат эвакуацию. И вот теперь выходило, что для землян вся звездная система целиком могла считаться враждебной.

«Космические корабли, невероятно защищенные и скрытные, - подумал капитан. - Если их смогли атаковать, наш враг опередил нас в развитии минимум лет на пятьдесят, а то и на сто».

- Как, - прошептал он, - как это произошло?

Лидстрем пожал плечами.

- Еще до конца непонятно, однако несколько физиков, состоящих в числе научных групп звездолетов, выдвинули ряд занимательных теорий. Согласно их расчетам выходит, что неизвестный нам враг осуществил своеобразный вариант абордажа. На борт крейсеров было совершено проникновение... эм... вирусного материала, который распространился по всем внутренним помещениям космических кораблей и произвел заражение... хм, - он стрельнул глазами в сторону Афанасьева, задал вопрос: - как это официально называется?

- Синтетическая форма жизни на полевой основе или синтетический организм, не суть важно.

- Спасибо, - кивнул Лидстрем. - В общем, экипажи наших звездолетов подверглись своеобразному заражению особым видом мыслящей материи, которая, развившись внутри человеческих тел, трансформировала их согласно заложенным в нее программам и принялась убивать всех без разбора. К счастью, противоабордажные команды сумели локализовать очаги заражения и, в конечном счете, устранили угрозу. Теперь тамошние ученые бьются над двумя проблемами. Первая - доскональное описание механизма проникновения вирусного материала на борт космических кораблей. Вторая - почему под удар инопланетного ОМП попали не сто процентов членов экипажей звездолетов. Насколько быстро они смогут докопаться до истины, никому неизвестно, но мы все надеемся, что времени у них на это уйдет немного. В конце концов, от результатов их исследований напрямую зависит наша миссия. И судьба цеян, кстати, то же. Они, конечно, дикари, но не стоит забывать, что они тоже люди. Мы им как старшие братья. Во всяком случае, я бы очень хотел, чтобы это было именно так.

Голова шла кругом от того, что ему рассказывали, но Королев поймал себя на мысли, что он уже ничему не способен по-настоящему удивиться. Да, каждая новость шокировала и, в то же время, заставляла мыслить, анализировать, искать пути решения тех или иных проблем. Даже сейчас, находясь не в оптимальной форме, он пытался работать. И не важно, что вся его работа до сих пор заключалась в сборе сведений о крайних сутках, что он провалялся без памяти.

- Симеон, - сглотнул Королев, - вы упомянули, что нашим противником в системе являются... цивилизации. Именно так, во множественном числе? Откуда вам это известно? Кто они? Откуда они? Чего хотят?

На лице Лидстрема отразилась едва заметная тень улыбки.

- Голоден до ответов? Это хорошо. Пытливость ума нам поможет, однако я вынужден тебя огорчить. Ты задаешь правильные вопросы, но у меня нет на них ответов. О том, что против нас действуют именно цивилизации, мне известно из тех же источников, из которых я узнал о вирусе, об этой синтетической форме жизни на полевой основе. Но мне не ведомо, чего добиваются наши враги, и что им нужно от человечества. Они не идут на контакт. Мы до сих пор толком не знаем, где они обитают, где располагаются их миры и сколько их вообще. Некоторые называют союз этих самых цивилизаций... Конклавом. Правда, нам от этого ни горячо, ни холодно. От того, каким именем названа проблема, она, как тебе известно, сама собой не решится. Разведка усилено занималась поиском наших агрессивных братьев по разуму. Ходили слухи, что в недрах СГРК создано особое подразделение, наподобие Д-1, занимающееся только ними. Так это или нет, точно сказать не могу. Слухи... они, знаешь ли, всегда остаются слухами.

«Видимо, это не просто слухи, - подумал вдруг Королев. - Доподлинно известно, что одиннадцать лет назад количество линейных разведывательных рейдов звездолетов СГРК увеличилось в разы. Уж не связно ли это с возникновением внутри Службы специального отдела, занимающегося поисками таинственного Конклава?»

Ярослав слегка скосил взгляд вправо, посмотрел на Ивантеева.

- Алекс, как думаешь, там... внизу... нам помогли?

Ивантеев потупился. Тим надолго закрыл глаза и отчего-то задержал дыхание.

- Это... одна из основных версий, - ответил за всех Глок.

- Одна из? - усмехнулся Ярослав. - Есть и другие?

- Есть. Это даже не версии, а, скорее, вариации на тему основной.

Капитан попытался привстать на руках, и ему это удалось. Легкое головокружение можно было не считать.

- Просветите меня? - предложил он.

Кант пожал плечами и сказал:

- Да, в общем-то, тут все просто. Основная версия: вам кто-то помог, и сделал это очень вовремя. Я даже могу предположить, что за вами вели наблюдение и до конца ждали, что вы сами со всем справитесь, но вам не хватило сил, и... доброжелателям пришлось вмешаться.

- Насчет такой трактовки я не согласен, - отчеканил Лидстрем, -но сути дела это не меняет.

- Да, не меняет, - сухо ответил Кант. - Что же до вариаций, то, как нам кажется, помощь вам могла быть оказана нецеленаправленно.

- Это еще как?- дивился Ярослав.

- Да так. Доброжелатели, если конечно они имели место быть, или неопределенная нейтральная сила, которой вообще на всех наплевать и которая преследует свои собственные цели, активировали некий процесс, побочным эффектом от которого можно считать ваше спасение. Но это все домыслы и предположения. У нас нет достоверной информации о том, что произошло внутри Цитадели. Некоторые из нас предполагают, что нам просто хочется верить в помощь неких поистине сверхъестественных сил. В этом случае получается, что мы не одиноки в своей борьбе и, возможно, располагаем неведомыми союзниками, которые, правда, отчего-то боятся пойти с нами на...

Внезапно все переменилось. Королев упал на спину, выгнулся дугой и закричал. Страшно. Пронзительно. Его тело начало ломать, содрогаться в конвульсиях, он извивался, очевидно, испытывая страшные муки, и никто не представлял, как избавить от них парня.

- Комбайн сходит с ума! - орали одни.

- Погружайте его в сон! - кричали другие.

- Срочная релаксация! - настаивали третьи.

А капитана сотрясала крупная дрожь. Изо рта потекла пена. Глаза закатились.

- Аномальная мозговая активность, - взвизгнула Тара. - Не может быть?! Неужели он... превращается?!

- К оружию, - призвал Лидстрем.

- А ну назад, - обложил всех матом Ивантеев. - Убью любого, кто к нему притронется. Это ясно?!

- Что, если он заражен?- Симеон, казалось, никак не отреагировал на угрозы Алекса.

- Если заражен, я сам его пристрелю, - рыкнул инженер.

Начавшуюся было перепалку прервала Маргарет.

- Смотрите, - окрикнула людей девушка, - он... его руки!

Вновь все уставились на Королева. Капитана перестало трясти. Сейчас он выглядел сосредоточенным. Он по-прежнему лежал на спине с закрытыми глазами, а его кисти рук двигались так, будто Ярослав писал что-то в воздухе или рисовал.

И это не укрылось от внимания землян.

- Лист, грифель, быстро! - скомандовал Лидстрем.

Требуемое нашли спустя минуту, вложили в левую руку Королева тонкий картон, а в правую цветной маркер. И тут же получили эффект. Ярослав принялся за работу. Очевидно, он пребывал в некоем подобии транса, на внешние раздражители практически не реагировал, сфокусировав всего себя на создании картины. Или чертежа. Рука с зажатым в ней маркером резкими выверенными до миллиметров движениями творила нечто, плохо подающееся описанию. Больше всего это напоминало карикатурное изображение полного солнечного затмения с гипертрофированными протуберанцами и неровным диском. Некоторые ленты звездного пламени, выглядевшие зловеще, поскольку были нарисованы черным, загибались вовнутрь, другие являли собой полную противоположность первым. Композицию черного солнца дополняли точки, круги и казавшиеся бесформенными кляксы, заключавшие центральную часть рисунка в своеобразную оправу или обрамление. И ни единой цифры, буквы или символа, которого хотя бы отдаленно можно было бы привязать к тексту. Ничего такого, лишь странный рисунок, созданный руками человека, все это время находившегося в состоянии полусна полуяви.

Едва Королев закончил с картонкой и маркером, его руки застыли на месте, а сам капитан словно бы выключился. Он обмяк. Все, что до сих пор было зажато в его пальцах, выскользнуло и упало на пол.

- Черт, - ругнулся Ивантеев, первым успев подобрать картонку со странным изображением.

- Состояние? - спросил Лидстрем.

- Улучшается, - спустя секунду ответила Тара. - Данные медицинского комбайна обнадеживают. Королев... спит.

Симеон предпочел лично удостовериться в ее словах. Прозрачный дисплей, толщиной в полмиллиметра, по которому ползли ровные строчки цифр и текста, предоставил землянину такую возможность. Некоторое время Лидстрем, не отрывая глаз, вглядывался в информацию, изобилующую специфическими терминами, затем отступил на шаг и окинул взором лежащего без движения Королева.

- Активность головного мозга снизалась до нормы, - признал он. Многим показалось, что нехотя. - Он... действительно спит. Как ни в чем не бывало.

- Эка невидаль, - пробурчал Алекс, до рези в глазах вглядываясь в изображение, нанесенное на картонку.

Позади него собралась изрядная толпа народа. Тим, две девушки и Кант с интересом разглядывали творение Ярослава, пытаясь разгадать задумку автора.

Выходило прескверно.

- У кого какие идеи?- спросил Ивантеев, вертя картонку вправо-влево. - Мне кажется, или наш товарищ нарисовал звезду с небольшими вариациями в виде всех этих кругов и точек?

- По мне, так портал, - предположила Маргарет.

- Ага, - закивала головой Тара, - или горловина кротовой норы.

- Вздор, - прыснул Монтгомери, - согласен с Алексом. Это звезда.

- Тогда что это за точки вкруг нее? - принялась спорить Тара.

- Понятия не имею, - пожал плечами Тим. - Подозреваю, что ты - тоже.

- Если это звезда, почему у нее такая... расплывчатая форма? - спросила Маргарет.

- Возможно, потому что Королев рисовал картину с закрытыми глазами, - предположил Ивантеев. - Если честно, я не знаю, какой из него художник.

- Это не рисунок, а нечто большее, - вмешался в спор Кант. - И дело даже не в том, что изображено на картине, а в том, какой в нее вложен смысл. Предлагаю дождаться момента, когда капитан проснется, и показать ему этот рисунок. Он его создал, наверняка ему он будет понятен.

- Что-то я сильно в этом сомневаюсь, - возразил Лидстрем.

И он оказался прав. Ярослав пришел в себя спустя четверть часа. Выглядел он каким-то вялым, заторможенным. Когда ему продемонстрировали произведение искусства, недавно созданное им самим, Королев долго вглядывался в изображение на картонке, после чего заявил, что ничего не помнит и понятия не имеет, что нарисовал.

- Знаешь, - сказал Симеон, - когда человек неожиданно впадает в транс и в таком состоянии начинает творить, обычно это что-то значит. Я, конечно, не сталкивался ни с чем подобным, до сего момента не сталкивался, но уверен на все сто, что твоему поведению стоит как можно скорее найти правильное объяснение. Подчеркиваю, не разумное, а именно правильное. Мы обязаны докопаться до истины, так что держи свою картину, думай о ней, пытайся понять, что ты там намалевал. Нам всем нужны ответы. Тебе, я полагаю, в первую очередь.

И не поспоришь. Королев готов был дать руку на отсечение, что его приступ, в процессе которого он создал рисунок, стал следствием недавно произошедших событий. Что если он также подвергся заражению, но по определенным причинам не обратился, а... А, собственно, что? Чем можно объяснить его поведение?

- Контакт, - прошептал вдруг Ярослав.

Слова, сорвавшиеся с его губ, стали большой неожиданностью. И, прежде всего, для него самого.

- Что? - спросил Лидстерм. - Что ты сказал?

- Контакт.

- Поясни?

Ярослав вновь посмотрел на рисунок, провел по одному из протуберанцев пальцем.

- Возможно, таким экстравагантным способом с нами, то есть с землянами, пытаются установить контакт. Цеяне оказались заражены, возможно, я тоже... только несколько иначе. Может быть, меня выбрали контактером, своего рода переводчиком.

Лидстрем сообразил мгновенно:

- Считаешь... та сила, которая с нами борется, желает вести переговоры?

- А почему бы и нет? - сделал предположение Ярослав. - Воевать они умеют, мы, по каким-то причинам, им сильно не нравимся, но я бы не решился приравнять агрессоров к чистому злу. Этот самый Конклав... умеет выжидать, вероятней всего, умеет просчитывать и уж точно умеет драться. Так почему бы не предположить, что инопланетяне способны вести дипломатическую работу? Да, скорее всего, она окажется очень странной, специфической, но это лучше, чем война.

Лидстрем с шумом втянул воздух в легкие.

- Бытует мнение, что война представляет собой особый вид дипломатии, - высказался он.

- Возможно, но это мнение родилось на Земле. Не стоит лепить его к каждому разумному существу во Вселенной. Я считаю, что если с нами хотят поговорить, надо это учесть и воспользоваться подвернувшимся шансом.

- А если нет? Если это ловушка? Наш враг коварен. Не забывай об этом.

- Прекрасно помню, - заскрежетал зубами Королев. - Нужно подстраховаться. Подготовиться. В конце концов, поводов затеять те или иные переговоры существует великое множество. Можно обсуждать мир или, на худой конец, перемирие, а можно...

- Объявление войны, - докончил за него Симеон.

- Именно, - согласно закивал капитан, - и что-то мне подсказывает, что... хм... черное солнце, которое я нарисовал, - это символ грядущей войны.

Люди с подозрением покосились на разукрашенную черным маркером картонку.

- Короче, чего гадать-то, - вздохнул Королев. - Дайте мне несколько... дней. Возможно, этого времени мне хватит, чтобы разобраться. В противном случае, соберемся и решим, что делать дальше.

- А если у нас нет этих нескольких дней? - спросил Кант.

- Тогда можете эвакуироваться прямо сейчас, - огрызнулся Ярослав. – Мне все равно.

Капитан не хотел никого обидеть, но его слова прозвучали чересчур зло.

- Меня посылали сюда отыскать вас и найти Светлакову, - начал объясняться Королев. – Вас я нашел, а где Диана, не знаю до сих пор. У меня еще остались дела на этой планете, поэтому, если вы решите эвакуироваться, то без меня.

Лидстрем усмехнулся. Несколько агентов неодобрительно загудели.

- Мы не собираемся эвакуироваться с Цеи, - жестким голосом произнес Симеон. – Если не последует прямого приказа сверху, мы останемся здесь. Конклаву что-то нужно на этой планете, и мы обязаны понять, что именно. Возможно, это даст нам шанс, переиграть цивилизации-агрессоры. В конце концов, мы - разведчики. Давайте заниматься своим делом. – Он ткнул пальцем в картонку с рисунком черного солнца. – Раскуси этот орешек, Королев. Сделай это. Возможно, это поможет уцелеть не только тебе или нам, но и твоей дражайшей Диане.

Ярослав до хруста сжал челюсти. Держать себя в рамках приличия оказалось очень трудной задачей.

***

- Что ты делаешь? – спросила Тара, с любопытством глядя на Королева, ушедшего в работу, что называется, по самые уши.

Тот, не замечая никого вокруг, порхал над огромным проекционным дисплеем, размером с добротный стол, и, используя набор виртуальных инструментов и пишущих средств, что-то чертил, вычислял, записывал.

- Ты третий день бьешься над этим рисунком, - не сдавалась Тара, пытаясь услышать от капитана хотя бы слово в ответ. - Есть какие-нибудь успехи?

И вновь молчание да сосредоточенное сопение. Королев набросил виртуальную линейку поверх солнечного диска, провел по ней воображаемым карандашом, записал несколько цифр, затем измерил пяток линий вдоль и поперек протуберанца. Вновь сделал пометки на полях.

- Ну не будь таким эгоистом, Яр, расскажи. Мне интересно!

- Что тебе интересно? – буркнул капитан.

- Как это что? – моментально вспыхнула девушка. – Все! Ты уже понял, что нужно делать?

- Может быть, - последовал односложный ответ.

Его холодность и обособленность лишь подогревали интерес к процессу разгадки тайны, и Тара продолжила наседать.

- Что ты измеряешь? Что это тебе дает?

- Надеюсь, что многое, - вновь скупо ответил Королев.

Тара замолчала на несколько секунд, пытаясь постичь хитроумные математические преобразования, осуществляемые Ярославом. Они не выглядели такими уж сложными.

- Это ведь не солнце, так?

- Так, - согласился Королев.

- Тогда что? Послание пришельцев?

Королев соединил линейкой две ближайшие кляксы, замерил расстояние между ними, затем соединил их с крайней точкой протуберанца, записал новые значения.

- Нет, - сказал он, решая какое-то уравнение. – Скорее всего, нет.

- Но как же так? Ведь ты сам выдвинул это предположение, а теперь отказываешься от своих слов?

- Не отказываюсь. Я же сказал, что до конца еще ни в чем не уверен.

- Но сейчас ты работаешь над рисунком, представляя, что он не является посланием?

- Посланием пришельцев… нет.

- Ага, - взвизгнула Тара, - значит это все же послание. Но если не от Конклава, тогда от кого?

Королев решил уравнение, и полученное значение записал в одну из ячеек большой трехмерной матрицы.

- Это сообщение от наших союзников на Цее, - сказал он, отходя от стола-дисплея на пару шагов. – Но как я тебе уже много раз говорил, я ни в чем не уверен.

Конечную часть фразы девушка, похоже, пропустила мимо ушей и накинулась на Ярослава с утроенной силой. Она, казалось, могла вечно допытываться до капитана, а у того не было ни сил, ни желания выпроводить ее взашей.

- Думаешь, они реально хотят нам помочь? Уверен, что они не преследуют своих собственных целей?

- Преследуют, даже не сомневайся.

- Значит, доверяя им, мы по-прежнему подвергаем себя опасности.

Предположение, не лишенное истины.

Ярослав вновь подошел к столу и принялся за вычисления. Работа, как он подозревал, подходила к концу

- Во всяком случае, эти хоть не пытаются нас убить.

Довод капитана ничуть не обрадовал девушку.

- Откуда мы знаем, - предположила Тара, - что наши союзники, если, конечно, они действительно есть, не пытаются нас обмануть, заманить в ловушку? Кстати, коль скоро они решили с нами связаться, почему избрали для этого столь сложный способ? Какой-то рисунок, не пойми как очутившийся у тебя в голове... Его еще и расшифровывать нужно. Зачем все настолько усложнять? Почему бы не передать сообщение прямым текстом? Ты об этом не думал?

- Угу, - кивнул Королев, заполняя последний пустовавший элемент трехмерной матрицы.

- Что угу?

- Думал, - сказал он. - Признаюсь честно, я тоже не нахожу ответа подобным действиям наших доброжелателей. Все слишком сложно, хотя...

- Что?

Порой любопытная Тара вела себя как маленькая девочка.

- Мы не видим всей ситуации целиком, - ответил Ярослав. - Вполне возможно, что с нами просто не возможно было выйти на связь как-то иначе. Кроме того, мы же не знаем, как на самом деле выглядят эти союзники. Что они собой представляют? Они могут мыслить совершенно иными категориями, абсолютно отличными от тех, что приняты у нас или тех, какими пользуется Конклав, про который я, кстати сказать, также ничего не знаю. Тут люди друг друга-то порой понять не в состоянии, а ты говоришь о межрасовых отношениях. Это межзвездная дипломатия, как-никак, которая у нас, если уж на то пошло, совсем не развита.

- И все-таки я бы не стала доверять тем, кто запихнул тебе в голову это солнце.

- А я и не собираюсь им доверять, но проверить нужно. От нас не убудет, если станем действовать осторожно. И... эм... это не солнце.

Он почесал за ухом, хрустнул пальцами и принялся за трехмерную матрицу. Применив к ней несколько простых математических преобразований, Королев получил стройный ряд цифр.

- Интересно, - пробубнил капитан, после чего подошел к другому дисплею, на которой висела физическая карта Цеи. - Координаты... но какие-то странные.

- Что? Что там?

Любопытство Тары в буквальном смысле слово било через край.

Королев молчал, с видом мыслителя изучая поверхность планеты.

- Ага... вот с какой стороны следует заходить, - сказал он вдруг и принялся вращать карту из стороны в сторону.

- Зачем ты это делаешь?

- Захотелось подурачиться, - отрезал Ярослав.

Девушка фыркнула.

- Тебе не говорили, что ты слишком заносчивый, грубый и невежественный?

- Говорили и много раз, - усмехнулся капитан.

- И как только твоя Диана тебя терпит, - прыснула Тара.

- Сам удивляюсь, - сказал Королев и щелкнул пальцами: - Готово!

На дисплее зависла картинка, на которой было изображена горно-лесистая местность, судя по всему где-то на севере или северо-западе континента Оспид.

- Это Ульфар, - безапелляционно заявила Тара Вален.

- Подозреваю, что да, - согласился с ней Ярослав.

- Точно тебе говорю!

Она во все глаза разглядывала карту, при этом ее губы чуть двигались, словно беззвучно шептали какие-то слова. Королев покосился на нее и заметил, как девушка нахмурилась.

- Знаю, где это, - сказала она. - Это совсем недалеко от того научного комплекса, часть которого мы так и не сподобились разведать. Как интересно, Яр. Ты точно ничего не напутал в своих вычислениях?

- Вот и мне это крайне любопытно знать, - раздалось за спинами молодых людей.

Королев и Тара как по команде обернулись. К ним приближался Лидстрем, донельзя сосредоточенный.

- Я, конечно, не светило математики, но с тем, с чем мне пришлось иметь дело, справился, - объяснил Ярослав.

- То, что справился, я вижу. Молодец, - вздохнул Симеон. - Мне не понятно только одно: каким образом ты догадался, что с этим твоим рисунком надлежит проделывать исключительно эти операции и никакие больше? Математические выкладки не были сложными, это я вижу, но, скажи мне на милость, как ты догадался, что следует делать? Если не знать, что не так с этим рисунком, ни за что не догадаешься, каким механизмом следует воспользоваться для его расшифровки.

Королев смущенно улыбнулся.

- Ну... я просто смотрел на него, смотрел, а потом вдруг осознал, что в нем сокрыто.

- Просто смотрел?- опешил Лидстрем.

- Да, просто. Кажется, именно этим вы, Симеон, и просили меня заняться.

- Но как такое возможно? Я больше чем уверен, что любому из нас, доведись ему хоть целый год пялиться в эту картонку, ни за что бы не удалось ее расшифровывать. Это же за гранью фантастики, не находишь?

- Нахожу, - пожал плечами Королев. - И у меня только одно объяснение.

- Очень бы хотелось его услышать.

- Ключ к пониманию шифра был передан мне вместе с самим шифром, - ответил Ярослав. - Ввиду специфики передачи эти две вещи проявились в моем сознании не одновременно. Сначала возник шифр, затем ключ.

Лидстрем с недоверием посмотрел на рисунок странного солнца, затем на изображение горной местности.

- Ты сам-то себе веришь?

- Отчасти.

Симеон скривился.

- Бред да и только. Зашифровать обычные координаты таким странным неочевидным способом. Кто на такое способен?

Королев пожал плечами. Он бы и сам с удовольствием узнал ответ на этот вопрос.

- Не нравится мне все это, - сказал Лидстрем. - Что намереваешься делать?

- Проверять, естественно, что ж еще?

- Это опасно.

- Не более чем оставаться здесь или разоружать не в меру агрессивных цеян. Я не прошу идти кого-то вместе со мной. Нас и так мало, а задач, стоящих перед нами, хоть отбавляй. Пойду один.

- Тобой нельзя рисковать, - возразил Симеон.

- Одно наше пребывание на этой планете - большой риск. Я не приемлю риск ради риска. Другое дело - цель, ради которой можно и нужно рисковать.

Лидстрема это не убедило. Этого человека было практически невозможно переспорить.

- Я иду с ним, - раздался голос Ивантеева.

- Исключено, - отрезал Лидстрем. - Ты нужен здесь. Кто лучше тебя управится со всем хозяйством Координационного центра?

- Кто угодно, - как ни в чем не бывало ответил Алекс. - Взять, к примеру, Монтгомери или Баха. Толковые ребята, дела делают не хуже меня.

- Я...

- Да, и это не обсуждается, Симеон. Вам известно, что иногда я превращаюсь в чрезвычайно вредного и своенравного человека, за что вы меня уже не раз собирались отдать под трибунал. Что ж, я готов отбыть наказание хоть двадцать раз подряд, но только после того, как мы выполним текущее задание и вернемся домой. Пока что мы на Цее и вынуждены выживать на этой чертовой планете. Королев дело говорит. Надо проверить место по указанным координатам. Конечно, это опасно, но в нашей работе по-другому и не бывает.

Он посмотрел на Ярослава, и на его лице расцвела задорная улыбка.

- Ты уже готов или тебе понадобится какое-то время на приготовления?

- Полчаса не больше, - ответил капитан.

Алекс кивнул, развернулся и пошел прочь.

- Подготовлю левап, - бросил он через плечо. - Если уж рисковать, то по-крупному.

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Организация работы процедурного кабинета

Области применения синхронных машин

Оптимизация по Винеру и Калману