Brandon (Брендон).| Dzhudas (Джудас).| Envy (зависть)

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 7 из 11Следующая ⇒

A Perfect Circle - Judith

Brandon (Брендон).| Dzhudas (Джудас).| Envy (зависть)

*

Гордыня – Мельян (24).

Лень – Саймон (12).

Жадность – Оскар (30).

Голод – Бобби (22).

Зависть – Брендон (21).

Блуд – Вильгельм (20).

Гнев – Дуэйн (36).

Почему у некоторых есть всё, а у некоторых – ничего? Почему люди не ценят то, что у них есть, и продолжают играться. Теряют приобретённое и приобретают потерянное.

Друзья, семья, деньги, возможности, вещи, жизнь…

У меня была жизнь, у меня были возможности, дорогие вещи, семья, друзья. Теперь я всё чаще оглядываюсь, представляя свою прошлую жизнь. И чего мне, черт подери, не сиделось.

Разбиться на машине, которую сам же и угнал. Брендон, да ты, прости меня, идиот. Эту историю тысячу раз переврали те, кто, по большому счёту, вовсе не знал сути. Всю жизнь я о чём-то мечтал, и всю жизнь я видел, как это получали другие. Все кроме меня. Вечно второй. Вечно: Брендон, подай \ принеси. Вечно: Брендон, когда-нибудь это будет и у тебя. Но второе – уже моё, личное утешение.

Подарки тем, кто не заслуживает.

Внимание для тех, кому это не нужно.

Сплошное лицемерие. И я смотрю на это со стороны, предпочитая верить в невозможность данного факта.

«Я бы ценил это больше, будь я на его стороне.»

«Если бы у меня было то, что есть у него, я бы нашёл этому более достойное применение.»

Я проклинаю это вечное чувство опустошённости.

Я завидую, ведь у вас есть то, о чём мне остаётся только мечтать.

Но в тот момент, когда скрежет метала и звон стёкол выпроводили мою душу из тела, когда ремень безопасности сдавил грудную клетку почти так же прочно, как передняя панель – ноги, когда запах дыма заполнил горящий салон… Я был счастлив. Я получил то, что предназначалось не мне. Подарок. Этого не было у хозяина злосчастного автомобиля. Этого нет ещё у шести миллиардов людей.

Умысел. Загадка. Судьба. Почему именно в тот день какому-то козлу вздумалось перерезать тормоза у весьма презентабельного авто?

Даже теперь, во время перемещений, я всегда чувствую этот удар. И лишь в редких случаях могу устоять на ногах. Моя «памятка» о последнем моменте.

Я ускоряюсь. Ещё быстрее сквозь пространство и время. Тело уже не кажется мне обузой. Яркая вспышка на мгновение ослепляет, и я прикрываю глаза рукой. По инерции поток ещё толкает меня в спину, и я делаю шаг вперёд. Небольшой. Неосознанный. Радужный, яркий свет рассеивается - и вот я уже там, где меня меньше всего ждут. Или, как знать.

Тарелка падает со стола, и на сей раз не я этому причина. Если только отчасти. Парень часто моргает, уставившись на меня. В его руках полотенце. На полу - осколки.

-О, сервировка стола! Как мило!

-Откуда… откуда ты взялся? Как ты попал в дом? Убирайся, пока я не вызвал полицию, Брендон. - Святоша весьма болтлив для своего положения. – Если всему виной тот контракт… то ты оказался прав. Я не получил деньги за свою работу. Надеюсь, ты доволен?

-Думаешь, я следил за тобой? Из-за подобной дешёвки? – Смеюсь, и парень нерешительно делает шаг назад. Подумать только. Я могу убить его, прямо здесь и сейчас. Не отвечая на глупые вопросы, не играя в странные игры. Моя скромная месть. Но тогда Мельян найдёт себе новый объект для ненависти, и им стану я. О, а что со мной сделает Люцифер, если узнает, как я «помог» испортить репутацию его сынишки. – На самом деле, я хочу подружиться, Том. Тебя ведь зовут Том?

-Ты прекрасно слышал тогда, как Дезмонд обращался ко мне… по имени.

-Верно. И для кого же ты, Том, стараешься быть «нормальным»?

-Что за цирк, Брендон?!

-Это уже не моё имя.

-Ты разыграл собственную смерть, сменил документы и скрываешься от властей? И как же тебя теперь…

-Добиться желаемого участь достойных.

-Что?! Твой отец так переживал… а ты… здесь…

-Твоё желание выпроводить меня – похвально. Но зависть. Она так просто не уходит. Верно? Не растворяется в воздухе. О да, здесь всё буквально пропитано скользкой горечью. Несколько лет назад ты стоял здесь, на этом же месте, где стоишь сейчас, и завидовал дворовым мальчишкам, с которыми отцы играли в мяч. Но твой отец… Знаешь, в этом мы даже похожи. Папаши. Им всегда наплевать.

-Нет…

-Они думают, что им ещё дадут шанс. Но смерть порой столь бесцеремонна. Вот и твой отец попал в её сети.

Странный звук: словно посуда начинает позвякивать на полках. Словно столовые приборы меняются местами в ящиках.

-Ты лжёшь. – Шепчет парень, и люстра над кухонным столом начинает мигать.

-О, нет. Твой отец сейчас и впрямь страдает, как настоящий мученик. Надеюсь, сегодня за завтраком ты успел попрощаться с ним должным образом? - В гостиной что-то разбилось. Затем снова и снова. Фарфоровые фигурки-самоубийцы прыгают со стеллажей. – Ну… так как, Том, ты всё ещё хочешь, чтобы я ушёл?

-Где мой отец!? – Тарелки гремят всё громче, словно мечтая повторить судьбу фарфоровых статуэток. Но парень словно и не замечает.

-Это делаешь ты? – Люстра начинает качаться, пока лампочка в плафоне доживает последние мгновения своего гарантийного срока. - Брось, Том. Неужели ты не догадывался, что когда-нибудь всё будет именно так. Твои светлые приятели не рассказывали о «нас»?

Всё, что сейчас происходит, явно превышает рамки обычного, бесконтрольного волнения. На улице в радиусе километра, наверно, у всех машин включилась сигнализация. Вся эта какофония звуков… возможно, даже пугает меня. Не это ли повод отбросить блеф, который придумал Мельян, и свалить? Даже в нашу первую встречу, этот парень показался мне… чем-то большим. Кем-то, кто сильнее меня, кем-то, кто не причастен к лику святых. У него есть сила, и он, пускай неумело, даёт ей выход.

-Где мой отец? – Повторяет парень, а меня всё сильнее беспокоит моё пребывание в чужом доме.

Представляю завод по производству мебели, где на данный момент находятся остальные, и уже готовлюсь совершить «прыжок», но парень хватает меня за руку. Свечение вокруг нас, и я уже не могу контролировать это.

Мы приземлились, разлетевшись в разные стороны. Меня словно ударило током: сильный заряд прошёл сквозь тело, прожигая рукав кожаной куртки.

-Чёрт, Брендон. Я же просил, чтобы ты привёз его на автобусе. – Мельян подходит ближе, протянув мне ладонь, но через мгновение, он, словно опомнившись, развернулся на 180 градусов. Мы все здесь расходный материал. Лень потягивается в кресле, голод обшаривает свои карманы, словно проверяя, не завалялся ли где шоколадный батончик. Гнев и жадность довольно улыбаются, а я только сейчас замечаю, что переместил «святошу» прямиком в начертанную ловушку. Парень, в свою очередь, кажется, только сейчас пришёл в себя. Мои инстинкты бьют в набат. Я хочу переместиться как можно дальше отсюда. Бежать без оглядки, стирая подошвы. – Чего-то не хватает, вам так не кажется? Жаль, что наш блуд не увидит крах своего задания.

-Мельян… я хочу уйти. – Шепчу на ухо гордыне.

-О, хочешь привести сюда похоть?

-Нет. Я хочу уйти. Что-то не так. Круг не светится. Мельян. Ты же знаешь, ловушка должна светиться, если захлопнулась.

-Что происходит? Где мой отец? – Парень медленно поднимается на ноги, и я делаю шаг назад, пытаюсь спрятаться за гордыню. – Я что, сплю?

-Это не сон. Начинай молиться, если хочешь попасть на небеса. Но прежде, чем я убью тебя, ответь… как ты это сделал?

-Сделал что?

-Усыпил сам знаешь кого. Ты не можешь иметь власть над тем, кого все просто имеют. – Кажется, святоше эта реплика понравилась ещё меньше, чем понравилась бы Девону.

-Откуда ты знаешь, что в моих силах? Кто ты такой?

Дотронувшись до плеча Мельяна, я показал рукой в пол. Парень стоял уже за очертанием круга. И ничего. Ничего не произошло. Это могло убить его. Расщепить, оглушить, растворить, изничтожить. Ах, если бы моё сердце билось, оно бы наверняка пропустило удар.

-Я… я сваливаю. – Делаю шаг назад, представив центральное, городское кафе, где я когда-то часто бывал с отцом. Мужской туалет.

Яркая вспышка. Гордыня цепляется за меня в самый последний момент, и вот я снова чужое, несанкционированное средство для передвижений.

Оказавшись на нужном месте, отталкиваю от себя гордость. Парень сам делает шаг назад, часто дышит. Пытается понять - где мы. Пытается снова взять ситуацию под контроль. И через какое-то время он, распрямив плечи, надевает привычную маску надменности и превосходства. Я, в свою очередь, даже не пытаюсь скрыть собственный «страх».

-Нужно… вернуться. Остальные, они же…

-Ты прав. Возвращайся. – Мельян безразлично повернулся к зеркалу, пальцами зачёсывая назад русые волосы.

-Трус.

-При… при чём здесь это!?

-Это твоя вина. Даже неумело поставленная ловушка сработает, если рядом окажется тот, кому она предназначена. Но если этот парень на самом деле демон, если всё это было игрой Люцифера, чтобы проверить Девона… Знаешь, что это значит? Покушение! Люц найдёт новых искусителей, тем более что двадцатилетний срок подходит к концу. И нам… сгореть отныне суждено.

-Нет, этот парень не может… Я перерыл весь его дом. Там все двери запечатаны защитой. За ним следит светлая сторона. Он ангелочек!

-Если ты так в этом уверен, почему сбежал? Почему прицепился ко мне?! Я видел его силу, ещё тогда. Помнишь задание, которое я провалил? Конечно, помнишь, ты первый унизил меня за столь невинный промах. Тогда этот парень запросто обратил мой дар убеждения. И люди вокруг стали странно себя вести… лень, гнев, жадность. Вас не было рядом, но все словно спятили по вашему приказу. Нужно вернуться, и, если я прав, извиниться.

-Чтобы я молил кого-то меня простить?

Представив завод, я протянул руку Мельяну. Не ответив, он лишь отрицательно качает головой, растворяясь в моём ярком сиянии.

Пронзительный плач. Свет всё ещё окружает меня, и я отмахиваюсь от яркой дымки, свалившись на колени. Цепляясь за коробки, пытаюсь подняться на ноги, осмотреться.

Лень кричит, спрятавшись за диван, мальчишка закрывает лицо руками. Тело не слушается, невероятная усталость сковывает решительность, которая переполняла меня с самого начала столь грандиозной ошибки. В соседнем складском помещении – странный шум, и вряд ли это из-за начала работ. Подползаю к мальчишке, непослушными руками хватаю его за худые плечи.

-Что произошло? – Саймон пытается меня оттолкнуть, что-то кричит, хочет ударить. – Дуэйн, Бобби, Оскар, где они?

Поднимаюсь на ноги и тяну за собой лень. Никогда прежде я не видел его таким.

-Забери меня. Забери меня, пожалуйста. – Шепчет мальчишка, вцепившись в мою руку. Пытаюсь переместиться, но ничего не выходит. – Вы оставили нас! Вы оставили! Мельян! Мельян!!

-Успокойся, тише, его здесь нет.

-Перемести нас!

-Не могу… - Пальцы мальчишки сильнее сжимают моё запястье, и лень толкает меня к соседнему цеху. Упаковочные материалы. Плёнка, картон и пенопласт. Склад за стеной - наш шанс уйти на своих двух.

-Тот, кого ты привёл, – Саймон стоит рядом, пока я пытаюсь открыть дверь. – Он не человек. Это не рай. Не ад. Остальные… они стояли ближе.

Цепь, намотанная на перекладину, съезжает с петли и с жутким грохотом валится на пол. Мальчишка выжидающе смотрит, ждёт, пока я сделаю первый шаг, но даже по эту сторону я могу разобрать всё, что слышу.

Нескончаемый поток боли и ненависти. Гнев.

Саймон толкает дверь, и то, что я вижу, практически заставляет меня сделать шаг назад.

Они словно сошли с ума. Они все.

Под звуки ударов, два десятка мужчин выкрикивают одинокие реплики. Все они работают здесь. Об этом говорят именные бейджики и синие комбинезоны. И все они сейчас словно пытаются друг друга убить.

<<Ты спал с моей женой, ублюдок!>>

<<Твой сын сегодня ударил мою дочь!>>

<<Я знаю, что это ты поцарапал мою машину!>>

-Он забрал гнев Дуэйна. Ненасытность Бобби и жадность Оскара. Моего Оскара. – Мальчишка снова плачет. Закрыв рот рукой, он испуганно смотрит на людей, которые нещадно пытаются выбить друг из друга собственные обиды. – Я спрятался. Яркая вспышка, а потом появился ты. И никого. И тишина. И только моя вечная усталость… но есть ещё кое-что. Ты не представляешь, как я голоден. Ты просто не представляешь. Я несколько лет не чувствовал этого, а сейчас я словно ненавижу тебя. И я словно хочу обладать всем. Эти люди… они чувствуют то же самое. Понимаешь? Это всё он. Брендон, это сделал он.

<<Тот, кто рождён нести грех, тот, чей дар приносит лживое благо. Тот, чьи руки испачканы кровью, перевернёт само естество понятий……. И имя ему дано от рождения. И «слава» его неоспорима. Ведь имя ему Легион. Лишённый единого Господа и отвергнутый нами.>>

-Нет. Не может быть. Сын Люцифера? Но ведь Люц приказал Девону убить этого парня!

-Откуда ему было знать! Светоносный рассказывал мне, но это были сказки… я думал, это сказки. Сам дьявол не предавал значения своим словам, ведь в очередной попытке выжил лишь Вильгельм… то есть Девон! Никто даже и не надеялся, что такое возможно. Но он здесь, он жив и его невозможно убить. Чёрт возьми, Брендон, он не просто «сын». Он тот, кому судьбою уготовлено отца на небеса вернуть. На вид ему лет двадцать… а значит – Девону он брат.

-И… и что с того?

-Идиот! Легион – это одно целое. Все семь пороков. Но у нашего нового знакомого - всего шесть. О нет. Нет. Не говори, что ты не догадывался. Внутри этого парня словно вакуум. И он, сам того не зная, ищет недостающий элемент.

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США