Позиция адвентистов седьмого дня

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 149 из 606Следующая ⇒

1. Неоортодоксия

Неоортодоксы стремились обратить внимание на важность отчуждения от Бога и в то же время отвергали некоторые аспекты падения и греха, на которых настаивало традиционное богословие. Карл Барт (1886–1968), говоря о своей приверженности принципам Реформации и Библии, определял грех как «небытие», «противоречие ясно выраженной воле Божьей и нарушение Божественного завета». Каждый человек вновь и вновь повторяет путь наших прародителей в Едеме, пожиная испорченность и греховность. Грех затрагивает все стороны человеческого естества: в человеке не живет ничего доброго. В человеческой природе не остается никакого стремления к Богу, поэтому Дух должен создать точку соприкосновения, прежде чем люди смогут обрести веру.

Эмиль Бруннер (1889–1966) утверждал, что понятие первородного греха абсолютно чуждо библейской мысли. Он считал, что каждый человек совершает личный грех и внутри каждого есть определенная способность, позволяющая понимать Евангелие и отзываться на него; (199)в противном случае не было бы никакого смысла в проповеди.

Рейнхольд Нибур (1892–1971) считал, что у людей парадоксальным образом уживаются свобода и предопределенность. Они одновременно свободны и несвободны. Они чувствуют тревогу, а это есть внутренняя предпосылка ко греху. Нибур отрицал теорию Августина о первородном грехе, но также оспаривал и либеральную точку зрения, согласно которой грех — это слабость. С его точки зрения, первородный грех — это не наследственная предрасположенность ко злу, а жизненный факт. Нибур утверждал, что корень греха лежит в эгоистичном стремлении доказать независимость и быть подобным Богу.

2. Социальное Евангелие

Приверженцы социального Евангелия по–разному отвергали традиционное представление о грехе. Ричль считал грех индивидуальными поступками, вытекающими из невежества или неспособности понять этические ценности, из стремления к второстепенному. Хотя Христос дарует оправдание, оно может принести благо только в случае примирения, а это уже дело человека. Другие сторонники социального Евангелия усматривают корень греха в экономической эксплуатации и классовом гнете.

3. Теология освобождения

Теология освобождения рассматривает грех через призму гнета, эксплуатации и социальной несправедливости. Грех гордости лишает людей человеческого достоинства и заставляет их быть алчными, то есть это в большей степени не индивидуальное, а общественное явление. Грех следует понимать не с религиозной точки зрения, а оценивать его в свете социального, политического и экономического угнетения бедных. Это эксплуатация бедных богатыми, эксплуатация обездоленных собственниками. Она включает в себя не только социальную несправедливость, но также и насилие над окружающей средой. Таким образом, грех передается через продажные учреждения, корыстные взаимоотношения. Особую роль в этом процессе играет коллективный эгоизм.

В течение 20 веков после того, как Иисус умер на кресте за грехи рода человеческого, учение о грехе принимало самые разные очертания — от полного отрицания его реальности до безразличия к его порочности и смертоносной хватке. В промежутке находится широкий спектр учений: от буквального понимания Библии до причудливой смеси философских умствований и социальных предубеждений.

На этом фоне обратимся к учению адвентистов седьмого дня о грехе. Еще до официального создания церковной организации в шестидесятых годах девятнадцатого века адвентисты седьмого дня были серьезно озабочены вопросом греха. Большинство были миллеритами, ожидавшими возвращения Иисуса в 1844 году. Поскольку они с нетерпением ожидали этого события, для них был характерен акцент на духовно–нравственной готовности, которая понималась как послушание Закону Божьему. Когда Иисус не вернулся в 1844 году, одна группа продолжала исследовать Слово Божье, обнаружила в нем истины о субботе и святилище и впоследствии стала официально называться — адвентисты седьмого дня. Открытие истин, таких как суббота и следственный суд, который начался в 1844 году, а также непрерывная проповедь о неизбежности и близости Второго пришествия Христа, побуждала первых адвентистов седьмого дня быть готовыми к заключительной кульминации в истории. Если дух приготовления выражался в их практической озабоченности проблемой греха и в жизни по Десяти Заповедям, то их методистские корни поддерживали у них интерес к совершенствованию.

Понимание адвентистами греха уходит корнями в библейское учение о великом противоборстве, вселенской борьбе между сверхчеловеческими силами добра и зла. Конфликт начался на небе с восстания Люцифера, в результате чего он был изгнан с неба вместе с третью примкнувших к нему ангелов (Ис. 14:12–14; Откр. 12:3–9). Основная борьба ведется прежде всего вокруг характера Бога: является ли Он Богом любви или тираном, требующим от Своих творений беспрекословного послушания? После изгнания сатаны центр противостояния переместился с неба на землю, которая с тех самых пор превратилась в арену борьбы двух сил. Адвентисты седьмого дня верят, что крест Иисуса не только сделал спасение возможным, но и стал гарантией победы Бога над сатаной. Грех, сатана и его приверженцы будут искоренены из нашей Вселенной в конце тысячелетнего царства, когда завершится великое противостояние (см. Великая борьба V. D. 1–3).

Понимание адвентистами греха, его происхождения и Божьих действий по его искоренению лучше всего изложено в сочинениях Елены Уайт. Ее понимание раскрывается в первых нескольких главах книги «Патриархи и пророки». Весь раздел посвящен объяснению библейского учения о грехе и отражает адвентистскую трактовку библейского учения о грехе. Это разъяснение включает в себя девять основных постулатов: 1. Бог есть любовь, и Он надеется, что все Его творения признают Его и будут выражать Ему свою преданность, источник которой в любви. 2. Люцифер, предводитель ангелов, движимый гордыней, стремился обманом добиться почитания, которого заслуживает только Творец. 3. В результате была разрушена совершенная гармония, царившая на небе, и Люцифер был изгнан с неба вместе со своими последователями. Грех зародился в Люцифере. 4. После сотворения нашего мира Бог поставил Адама и Еву, созданных по Его образу, управителями Своего творения. При этом их тесные взаимоотношения с Богом были обусловлены послушанием Его открытой воле. 5. Адам и Ева под влиянием сатанинского искушения восстали против Бога и заявили о своей независимости. 6. Это положило начало греху на земле со всеми его последствиями, включая нравственную испорченность и смерть. 7. Бог тут же объявил план, принятый Им задолго до творения земли, согласно которому Его Сын искупит падший род человеческий, предложив Себя в жертву за грех. 8. Те, кто примет Сына, (200)получат прощение и жизнь вечную. 9. Бог окончательно искоренит грех во время эсхатологического суда, связанного с возвращением Иисуса по окончании тысячелетнего царства и восстановлением нового неба и новой земли.

Это основные положения, вокруг которых строится адвентистское учение о грехе. Адвентисты не делают акцент на идее первородного греха в том смысле, что «на потомках Адама лежит личная, нравственная вина по причине его [Адамова] греха. Вместо этого они подчеркивают, что грех привел к состоянию отчуждения от Бога, в котором рождается каждый человек. Это отчуждение включает в себя внутреннюю склонность ко греху» (11, с. 1351).

В 1888 году в адвентистское понимание греха и праведности были внесены важные пояснения. До этого времени в адвентистских книгах и периодических изданиях очень мало внимания уделялось оправданию по вере. Акцент на послушании закону был настолько силен, что когда Э. Дж. Ваггонер и А. Т. Джоунс решительно заявили на всемирной сессии Церкви в Миннеаполисе в 1888 году о том, что человек оправдывается только верой, многие, в том числе и руководство Церкви, поначалу не приняли это учение.

История развития этой доктрины в адвентистском обществе развивалась вокруг вопроса о совершенстве. Сосредоточенность на этом объяснялась тем, что первые адвентисты отождествляли себя со 144 000, упомянутыми в Откр. 14:1 и 7:4, — особой группой спасенных, о которых сказано, что они не имеют пятна или порока. Это, наряду с новозаветной идеей о том, что в последнее время у Бога должна быть Церковь без «пятна, или порока, или чего–либо подобного» (Еф. 5:27), побуждало некоторых адвентистов отстаивать возможность достижения совершенства здесь, на земле. Другие не соглашались с такой трактовкой, высказывая мысль о том, что безгрешного совершенства можно достичь только во время Второго пришествия. Оно будет даровано как дар Божьей благодати тем, кто пребудет верным Ему до конца. Однако это не означает, что адвентисты не верят в возможность победы над грехом в этой земной жизни. Это далеко не так. Они разделяют точку зрения апостола: «Дети мои! сие пишу вам, чтобы вы не согрешали; а если бы кто согрешил, то мы имеем ходатая пред Отцом, Иисуса Христа, праведника; Он есть умилостивление за грехи наши, и не только за наши, но и за грехи всего мира» (1 Ин. 2:1,2).

Вера адвентистов в окончательное торжество Бога и эсхатологическое искоренение греха выражена в следуют щих обнадеживающих словах: «Великая борьба окончена. Греха и грешников больше нет. Вся Вселенная чиста. В бесчисленных творениях бьется один пульс согласия и радости. Во все концы безбрежного пространства текут потоки жизни, света и радости от Того, Кто сотворил все. От мельчайшего атома до величайшей галактики — все одушевленное и неодушевленное в своей неомраченной красоте и совершенной радости провозглашает: „Бог есть любовь"» (Великая 6орьба, с. 678)

Познавательные статьи:



Психологические особенности спортивного соревнования

Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрации

Занятость населения и рынок труда

Социальный статус семьи и её типология