Нарушение тайны совещания судей при постановлении приговора является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 5Следующая ⇒

Процессуальные вопросы

Согласно части 1 статьи 31 УПК РФ уголовные дела о преступлениях, за совершение которых максимальное наказание не превышает трех лет лишения свободы, за исключением отдельных преступлений, перечень которых установлен названной нормой, подсудны мировому судье.

Приговором Первомайского районного суда г. Новосибирска от 24 декабря 2018 г. Д. был осужден по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (2 преступления) на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к штрафу в размере 50000 рублей.

В апелляционном порядке приговор не пересматривался.

Судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции пришла к выводу об отмене приговора по следующему основанию.

Рассмотрение уголовного дела с нарушением правил о подсудности относится к существенным нарушениям уголовно-процессуального закона, последствием которых является процессуальная недействительность самого производства по уголовному делу.

Исходя из положений ч. 2 ст. 31 УПК РФ, районному суду подсудны уголовные дела о всех преступлениях, за исключением дел, указанных в ч. 1 (в части подсудности уголовных дел мировому судье) и ч. 3 ст. 31 УПК РФ.

Д. признан судом виновным и осужден по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, которая не входит в перечень исключений из общих правил о подсудности и предусматривает наказание в виде лишения свободы до одного года.

Таким образом, дело по обвинению Д. было принято к производству и рассмотрено по существу с вынесением приговора судьей Первомайского районного суда г. Новосибирска с нарушением подсудности.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-318/2020

При решении вопроса о территориальной подсудности уголовного дела о преступлениях, предусмотренных статьями 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 УК РФ, судам следует исходить из положений статьи 32 УПК РФ и при этом учитывать пункт 1 статьи 5 Договора об особенностях уголовной и административной ответственности за нарушения таможенного законодательства Таможенного союза и государств - членов Таможенного союза.

Приговором Ленинского районного суда г. Томска от 28 августа 2019 г. Р. осужден по ч. 1 ст. 226.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Томского областного суда от 14 октября 2019 г. приговор суда оставлен без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы адвоката и возражений на нее, судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции отменила состоявшиеся судебные решения, в том числе по следующему основанию.         

Согласно приговору Р. осужден за контрабанду сильнодействующих веществ, то есть незаконное перемещение сильнодействующих веществ через государственную границу РФ с государствами - членами Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС.

В соответствии с ч. 1 ст. 32 УПК РФ уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления.

Вместе с тем согласно разъяснениям, содержащимся в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 2017 г. № 12 «О судебной практике по делам о контрабанде» при решении вопроса о территориальной подсудности уголовного дела о преступлениях, предусмотренных ст. 200.1, 200.2, 226.1 и 229.1 УК РФ, судам следует исходить из положений ст. 32 УПК РФ и при этом учитывать п. 1 ст. 5 Договора об особенностях уголовной и административной ответственности за нарушения таможенного законодательства Таможенного союза и государств - членов Таможенного союза, согласно которому уголовное дело возбуждается и расследуется по месту совершения преступления, а в случае невозможности определения места совершения преступления - по месту обнаружения преступления.

В частности, если предмет контрабанды перемещается на таможенную территорию под видом товара посредством регистрируемого международного почтового отправления (заказным письмом, бандеролью, мелким пакетом), местом совершения такого преступления является место, по которому с таким товаром совершаются операции, связанные с его выпуском (место международного почтового обмена).

Если указанный предмет контрабанды перемещается на таможенную территорию простым (нерегистрируемым) международным почтовым отправлением и установить точное место перемещения через таможенную границу либо государственную границу такого почтового отправления невозможно, то местом совершения преступления следует считать: почтовый адрес получателя - в случае, когда почтовое отправление получено адресатом; адрес почтовой организации - в случае, когда почтовое отправление вручено получателю в почтовой организации или изъято в ней сотрудниками правоохранительных органов.

Из материалов дела усматривается, что сильнодействующее вещество, приобретенное осужденным в Республике Беларусь, было направлено через таможенную границу в Россию регистрируемым международным почтовым отправлением. Местом международного почтового обмена является Москва - Казанский вокзал. 

При таких обстоятельствах отделение почтовой связи в г. Томске, где осужденным Р. было получено регистрируемое международное почтовое отправление местом совершения преступления не является, и уголовное дело было рассмотрено Ленинским районным судом г. Томска с нарушением правил подсудности.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-167/2020

Положения статей 317.1 - 317.5 УПК РФ, регулирующих порядок заключения досудебного соглашения о сотрудничестве, не предусматривают обязанности прокурора заключать новое досудебное соглашение в случае изменения обвинения лицу, с которым оно ранее было заключено.

Постановлением Яшкинского районного суда Кемеровской области от 31 июля 2019 г. уголовное дело по обвинению С., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 30, п. п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 (4 преступления), п. п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, возвращено прокурору Кемеровской области в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Апелляционным постановлением Кемеровского областного суда от 27 сентября 2019 г. постановление оставлено без изменения.

В кассационном представлении заместителя Генерального прокурора РФ был поставлен вопрос об отмене состоявшихся судебных решений в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона.

    Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационного представления, судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции пришла к следующему.

Направляя уголовное дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, суд первой инстанции указал, что в досудебном соглашении о сотрудничестве, заключенном с С., изначально обвиняемым в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, тогда как в дальнейшем ему было предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 30, п. п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (4 преступления), п. п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, не содержится описания преступных деяний, не перечислены смягчающие обстоятельства, не разъяснены положения ч. 2.1 ст. 317.3 УПК РФ.

Ссылаясь на положения ч. 5 ст. 317.4 УПК РФ, суд пришел к выводу о том, что увеличение объема обвинения и изменение его на более тяжкое, не предусмотренное заключенным с С. досудебным соглашением о сотрудничестве, является основанием для заключения нового досудебного соглашения в порядке, предусмотренном ст. 317.3 УПК РФ.

Вместе с тем данные выводы суда противоречат нормам уголовно-процессуального закона.

Как следует из материалов дела, С., обвиняемый в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, обратился с письменным ходатайством о заключении с ним досудебного соглашения о сотрудничестве, которое было удовлетворено первым заместителем прокурора Кемеровской области.

07 сентября 2018 г. заключено досудебное соглашение, которое соответствует требованиям ч. 2 ст. 317.3 УПК РФ, С. разъяснены его права и обязанности, предусмотренные главой 40.1 УПК РФ, положения ст. ст. 317.4 и 317.5 УПК РФ, регламентирующие процедуру проведения предварительного следствия, составления прокурором представления об особом порядке проведения судебного заседания, а также вынесения судебного решения в отношении обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение.

В результате реализации С. взятых на себя обязательств, а также дачи им показаний по обстоятельствам произошедшего, в последующем С. было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 30, п. п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1, п. п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ.

Согласно протоколу допроса в качестве обвиняемого, С. по каждому эпизоду обвинения признал вину, дал развернутые, изобличающие его и других лиц показания относительно преступной деятельности организованной группы, в судебном заседании ходатайствовал о постановлении приговора в порядке, предусмотренном главой 40.1 УПК РФ. Сторона защиты возражала против возвращения судом уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Согласно ч. 5 ст. 317.4 УПК РФ прокурор вправе вынести постановление об изменении или прекращении действия соглашения о сотрудничестве в случаях сообщения подозреваемым или обвиняемым, с которыми заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, лишь сведений о собственном участии в совершенном деянии или сведений, уже известных органам предварительного расследования, в случае отказа от дачи показаний, изобличающих других соучастников преступления, либо в случае выявления других данных, свидетельствующих о несоблюдении подозреваемым или обвиняемым условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве.

После предъявления обвинения в совершении преступлений предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 30, п. п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1, п. п. «а, г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ, позиция С. о намерении продолжить сотрудничество со следствием не изменилась.

Согласно ч. 1 ст. 317.5 прокурор рассматривает поступившее от следователя уголовное дело в отношении обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, а также материалы, подтверждающие соблюдение обвиняемым условий и выполнение обязательств, предусмотренных данным соглашением, и при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением в случае утверждения обвинительного заключения выносит представление об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по данному уголовному делу.

Данные положения уголовно–процессуального закона были соблюдены как органом предварительного расследования, так и прокурором.

Судебная коллегия по уголовным дела Восьмого кассационного суда общей юрисдикции также не согласилась и с выводами суда первой инстанции о том, что отсутствие в досудебном соглашении ссылки на ч. 2.1 ст. 317.3 УПК РФ является препятствием к рассмотрению дела.

При заключении досудебного соглашения С. были разъяснены последствия, предусмотренные ст. 63.1 УК РФ, кроме того содержащие обязанности для обвиняемого лица положения закона могут быть дополнительно разъяснены подсудимому в ходе судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах постановление о возвращении уголовного дела в отношении С. прокурору в порядке ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом и апелляционное определение отменены, дело передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-617/2020

Адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на защиту по уголовному делу, не вправе занимать по делу позицию, противоположную позиции доверителя, и действовать вопреки его воле, за исключением случаев, когда адвокат - защитник убежден в наличии самооговора своего подзащитного.

Приговором Читинского районного суда Читинской области от 5 апреля 2006 г. Д. и О. осуждены по ч. 3 ст. 30, п. п. «а, б» ч. 2 ст. 158 и п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ к различным срокам лишения свободы.

В апелляционном порядке приговор не пересматривался.

Судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приговор отменила по следующим основаниям.

Согласно ст. 48 Конституции РФ каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи.

Исходя из положений ст. 49 УПК РФ, защитник - это лицо, осуществляющее в установленном уголовно-процессуальным законом порядке защиту прав и интересов подозреваемых, обвиняемых, осужденных, и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу.

В соответствии с ч. 7 ст. 49 УПК РФ адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозреваемого, обвиняемого.

Как следует из материалов уголовного дела, осужденные Д. и О. на протяжении всего судебного разбирательства вину по предъявленному обвинению признавали частично, совершение грабежа не признавали.

Между тем адвокаты М. и Л., осуществлявшие защиту соответственно Д. и О., полностью позицию осужденных не поддержали и в судебных прениях заявили о том, что не оспаривают квалификацию их действий.

Таким образом, адвокаты, полностью соглашаясь с инкриминируемыми их подзащитным преступлениям, вопреки позиции последних о несогласии с квалификацией одного из преступных деяний, фактически нарушили обязательства по принятой на себя защите обвиняемых.

Суд первой инстанции на нарушение закона со стороны адвокатов не отреагировал, что повлекло нарушение права Д. и О. на защиту.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-380/2020

В соответствии с частью 2 статьи 271 УПК РФ суд, выслушав мнения участников судебного разбирательства, рассматривает каждое заявленное ходатайство и удовлетворяет его либо выносит определение или постановление об отказе в удовлетворении ходатайства.

Приговором Гусиноозерского районного суда Республики Бурятия
от 4 октября 2019 г. Р. осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 1 год.

Апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Бурятия от 5 декабря 2019 г. приговор оставлен без изменения.

Судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приговор суда и апелляционное постановление отменила по следующему основанию.

Из материалов уголовного дела следует, что в суде первой инстанции потерпевшей В. было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела за примирением сторон. Данное ходатайство было поддержано подсудимым.

Однако суд ходатайство потерпевшей о прекращении уголовного дела, поддержанное стороной защиты, оставил без рассмотрения, ограничившись его приобщением к материалам дела, допустив тем самым существенное нарушение уголовно-процессуального закона, повлиявшее на исход дела и повлекшее отмену судебных решений в отношении Р.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-584/2020

По уголовным делам, рассмотренным в особом порядке судебного разбирательства, наряду с доводами жалобы, представления проверке подлежит соблюдение судом требований части 7 статьи 316 УПК РФ.

Приговором Черногорского городского суда Республики Хакасия от 26 октября 2017 г. О. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 166,  ч. 1 ст. 161 УК РФ на основании ч. ч. 2, 4, 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам 3 месяцам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 4 месяца 13 дней.

Апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Хакасия от 10 января 2018 г. приговор оставлен без изменения.

Проверив материалы уголовного дела по кассационной жалобе, судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции отменила состоявшиеся судебные решения по следующему основанию.

Как усматривается из материалов уголовного дела, приговор в отношении О. постановлен в особом порядке судебного разбирательства при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением.

В силу положений ч. 7 ст. 316 УПК РФ суд постановляет обвинительный приговор в особом порядке судебного разбирательства в том случае, если придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами.

Органами предварительного расследования О. предъявлено обвинение, в том числе в совершении 7 мая 2016 г. открытого хищения чужого имущества.

Вместе с тем, судом установлено и отражено в приговоре, что О. виновен в совершении указанного преступления 7 мая 2017 г., то есть О. осужден за преступление, обвинение в котором ему не предъявлялось.

Установление даты совершения преступления имеет существенное значение для правильного применения судом уголовно-процессуального закона и в соответствии со ст. 73 УПК РФ является одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Изменение фактических обстоятельств обвинения, в том числе и даты совершения преступления, означает, что суд поставил под сомнение обоснованность обвинения, что в соответствии с ч. ч. 6, 7 ст. 316 УПК РФ является основанием для прекращения особого порядка судебного разбирательства и назначения уголовного дела в общем порядке.

Вышеуказанные обстоятельства не были приняты во внимание судом как при назначении уголовного дела к рассмотрению, так и при его рассмотрении в особом порядке судебного разбирательства.

Судом апелляционной инстанции указанное нарушение уголовно-процессуального закона устранено не было.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-499/2020

Одними из обязательных условий постановления приговора в особом порядке судебного разбирательства по правилам главы 40 УПК РФ являются понимание обвиняемым существа обвинения, осознание им характера и последствий заявленного ходатайства о применении особого порядка судебного разбирательства.

Приговором Онгудайского районного суда Республики Алтай от 1 октября 2019 г. Т. и К. осуждены по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год, с возложением ряда обязанностей.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Алтай от 26 ноября 2019 г. приговор оставлен без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в кассационном представлении, судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции отменила приговор и апелляционное определение по следующим основаниям.

Уголовное дело в отношении Т. и К. рассмотрено судом в особом порядке принятия судебного решения в соответствии с главой 40 УПК РФ.

Вместе с тем, как следует из заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, у осужденной К. имеются и имелись в период деяния, в котором она была признана виновной, признаки «легкой умственной отсталости». В период инкриминируемого деяния К. во временном болезненном психическом состоянии не находилась, но имеющееся у нее психическое расстройство оказало влияние на ее поведение в период деяния и лишало ее способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период деяния, она нуждается в применении принудительных мер медицинского характера в виде амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра по месту жительства.

Кроме того, согласно материалам уголовного дела осужденная К. имеет четыре класса образования и состоит на диспансерном учете у врача-психиатра с диагнозом - «умственная отсталость легкой степени».

Изложенное ставит под сомнение то обстоятельство, что К. могла в полной мере осознавать характер и последствия заявленного ею ходатайства о рассмотрении дела в особом порядке принятия судебного решения.

В нарушение требований ст. 316 УПК РФ суд первой инстанции не дал должной оценки заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы и данным о личности осужденной К. и рассмотрел дело в особом порядке судебного разбирательства.

Суд апелляционной инстанции данное нарушение закона не устранил.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-615/2020

Изменение категории преступления возможно только при постановлении приговора, после того, как осужденному назначено наказание с учетом предусмотренных Уголовным кодексом РФ правил назначения наказания.

Постановлением Железнодорожного районного суда г. Читы от 16 мая 2019 г. после изменения категории преступления, на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон было прекращено уголовное дело и уголовное преследование в отношении Д. и В.

В апелляционном порядке постановление не обжаловалось.

Проверив материалы уголовного дела по кассационному представлению, судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции отменила постановление, указав следующее.

В соответствии с требованиями, предусмотренными п. 6.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, вопрос об изменении категории преступления подлежит разрешению при постановлении приговора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 мая 2018 г. № 10 «О практике применения судами положений части 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации», изменение категории преступления возможно только после того, как осужденному назначено наказание с учетом предусмотренных УК РФ правил назначения наказания, при условии, что вид и срок назначенного наказания отвечают требованиям части 6 статьи 15 УК РФ.

Вместе с тем в нарушение приведенных положений уголовного и уголовно-процессуального закона вопрос об изменении категории совершенного Д. и В. преступления был разрешен судом первой инстанции без постановления приговора и назначения наказания.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-98/2020

Приговором Бийского районного суда Алтайского края от 14 августа 2019 г. Н. осужден по ч. 1 ст. 134 УК РФ на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ к 3 годам 9 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В апелляционном порядке приговор не обжаловался.

В кассационном представлении был поставлен вопрос об отмене приговора в части, касающейся назначенного судом наказания. 

Судебная коллегия по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции приговор отменила по следующим основаниям.

Согласно ст. ст. 295, 298 УПК РФ суд, выслушав последнее слово подсудимого, удаляется в совещательную комнату для постановления приговора. Таким образом, в период нахождения суда в совещательной комнате исключается его участие в производстве по другим делам.

Из протокола судебного заседания по настоящему уголовному делу усматривается, что 13 августа 2019 г. после заслушивания последнего слова Н. суд в составе председательствующего по делу Ю. объявил об удалении суда в совещательную комнату для постановления приговора. Время провозглашения приговора определено на 16 часов 14 августа 2019 г.

14 августа 2019 г. в 16 часов 30 минут судом провозглашен приговор.

Вместе с тем, как следует из представленных суду кассационной инстанции материалов, тайна совещания при постановлении указанного приговора была нарушена.

Так, 14 августа 2019 г. в период времени с 13 часов до 14 часов 50 минут под председательством судьи Ю. проведено судебное заседание по другому уголовному делу: оглашено обвинение, определен порядок исследования доказательств, допрошены участники судопроизводства.   

Несоблюдение взаимосвязанных положений ст. ст. 295, 298, 310 УПК РФ, регламентирующих порядок удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора с соблюдением тайны совещания судей, провозглашения приговора, повлекло отмену приговора в отношении Н.

Определение судебной коллегии по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции № 77-277/2020

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США