Каким же на самом деле был Тед Банди.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 7 из 22Следующая ⇒

Каким же на самом деле был Тед Банди?

Я не знаю. Он сочетал в себе черты от многих людей. Он был актёром, лжецом, вором, убийцей, интриганом, льстецом, охотником на женщин. Образованным, но не с выдающимся умом. А ещё он был обречён на страдания.

Я думаю, он сам не знал точно, каким был на самом деле.

И сейчас пора перейти к истории человека по имени Тед Бани с самого начала.

Энн Рул, сентябрь 2008.

ПРОЛОГ

Лет шесть назад эта книга задумывалась совершенно не такой, какой вышла в итоге. Она задумывалась, как репортёрская криминальная хроника серии необъяснимых убийств молодых красивых девушек. По своей природе она должна была стать беспристрастным анализом проделанного обширного исследования. Конечно, она могла и не стать частью моей жизни. Но вместо этого книга переросла в нечто для меня личное, в необыкновенную историю дружбы. Историю, которая каким–то образом шагнула за пределы простого исследования. Через несколько лет я узнала, что неизвестный человек, фигурировавший в суматохе постоянно разрастающегося полицейского дела, вовсе не был безликим. Он был моим другом.

Писать книгу о неизвестном подозреваемом это одно дело, но писать о том, кого ты знаешь в течении 10–ти лет, и кто тебе не безразличен, совсем другое. А ведь так и получилось. Я заключила контракт на написание этой книги за много месяцев до того, как Тед Банди стал главным подозреваемым в более дюжины убийств. Мне не суждено было написать книгу о безликом имени из газет, о неизвестной личности среди миллионного населения Сиэтла и его окрестностей. Книга должна была быть написанной именно о Теде Банди.

Мы могли никогда не встретиться. Если мыслить логически или исходить из статистики, да даже демографически шансы на то, что Тед Банди и я встретимся и станем друзьями были настолько прозрачны, что их практически невозможно разглядеть. Мы жили в одних и тех же штатах в одно и то же время, причем не раз. Но благодаря десятилетней разнице в возрасте не встретились раньше.

А встретились мы в 1971 году. Я была тридцатипятилетней матерью четверых детей на гране развода. Теду было 24. Он был выдающимся привлекательным выпускником Университета Вашингтона. Судьба свела нас в одной смене ночного дежурства службы психологической поддержки Кризисной клиники Сиэтла, а почти мгновенное взаимопонимание и согласие сделали нас друзьями.

Я работала добровольцем на телефонной линии, принимала звонки. А Тед, как студент-практикант, за свои труды получал по 2 доллара в час. Он возлагал надежды на поступление в юридическую школу, а я надеялась, что моя начинающаяся карьера независимого писателя вырастет в нечто большее и позволит моей семье жить только на доходы от писательства. У меня была степень бакалавра Университета Вашингтона по писательскому мастерству. Я немного занималась сочинительством до 1968 года, когда стала сотрудником журнала «Тру Детектив Мэгазин» и ряда других изданий, специализирующихся на правдивых детективных историях. Я специализировалась на наиболее громких делах на обширной территории от города Юджина, штат Орегон до канадской границы и это говорит о том, что я неплохо справлялась.

В пятидесятые годы я служила в полиции Сиэтла, где в работе нашли применение мои познания в правоведении и писательском мастерстве. В университете психопатология[11] не была у меня основной дисциплиной, поэтому мне пришлось пройти дополнительный курс соответствующей полицейской подготовки, что позволило выносить экспертные заключения по расследованиям. К 1980 году я поработала над более чем 800-ми дел (в основном убийства) по всему северо–восточному побережью. Сработалась с сотнями следователей, один из которых одарил меня сомнительной похвалой: «Энн, ну ты мужик!»

Я уверена, что наши общие с Тедом интересы в сфере права сблизили нас и дали почву для обсуждений. Собственно, так же, как наш общий интерес к психопатологии. Но мне всегда казалось, что-то ещё было в наших отношениях. Что-то мимолетное, неуловимое. Тед и сам однажды упомянул об этом в письме, написанном в тюремной камере, одной из многих камер, в которых ему довелось побывать.

«Ты назвала бы это кармой. Может, это она и есть. Некие сверхъестественные силы, что свели нас вместе, сплели наши судьбы в ситуациях, выходящих за рамки сознания. Я должен верить эта невидимая рука ещё разольет для нас охлажденное шабли[12], когда уйдут тревоги и настанут безмятежные времена. С любовью, Тед.»

Письмо было датировано 6 марта 1976. Мы больше ни разу не встретились лицом к лицу за пределами тюремных стен и тесных охраняемых судебных залов. Это чудно̒е послание так и осталось просто словами.

В хорошие и плохие времена Тед Банди оставался моим другом. Я оказалась привязана к нему на многие годы, надеясь, что всё, в чем его обвиняли было неправдой. Полагаю, найдутся люди, которые меня поймут. Но так же будут те, кого это здорово разозлит. Тем не менее, история Теда Банди должна быть рассказана. И если это поможет проявиться светлым моментам на фоне тех ужасных лет с 1974 по 1980, – должна быть рассказана максимально подробно и целостно.

На протяжении длительного времени у меня были неопределенные чувства в отношении Теда. Как профессиональный писатель, я должна была быть полностью сосредоточена на его истории. Истории, о которой любой автор может только мечтать. Скорее всего, нет других писателей, лично столкнувшихся со всеми аспектами истории Теда Банди. Но я не стремилась к этому. Я провела много одиноких ночей, искренне желая, чтобы все пошло иначе. Чтобы я написала книгу о неизвестном человеке, который не был бы частью моей жизни. Хотела вернуться назад в 1971, стереть все те события из действительности, чтобы Тед остался для меня улыбающимся молодым человеком, которого я знала.

Тед знает, что я пишу о нем книгу. Знал с самого начала. Он продолжает мне писать и звонить. Подозреваю, он понимает, что я попытаюсь составить о нём максимально полную картину.

О Теде говорят он был примерным сыном, идеальным учеником, бойскаутом, вступившим во взрослую жизнь, гением, обаятельным, как кинозвезда, лучом надежды Республиканской партии, соцработником с особым чутьём, многообещающим юристом, верным другом, просто молодым человеком, который в будущем не мог не добиться успеха.

Так и есть, и одновременно – это всё не о нём.

Тед Банди вовсе не был примером для подражания, но вы бы не смогли сказать с уверенностью, посмотрев его показания на видео: «Это было неизбежно, что он выберет такой путь».

По сути, о нём невозможно было судить однозначно.

Энн Рул, 29 января 1980.

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии