Аллегория добродетели (этической ценности)

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 41 из 73Следующая ⇒

Читающий знаки

О различии предсказания и прогностики в работе с Таро мы уже говорили. Здесь я хотела бы остановиться на следующем: работающий с Таро имеет дело со знаками линий судьбы. Это их чтение, распознавание и выбор. В случае самостоятельной работы здесь мало противопоказаний, а в случае работы с другим они присутствуют. Понимание этих знаков, силовых линий и направления колеса судьбы – это функция надличностная, приобщенная к миру божественного, к сфере сакральных смыслов. Сам человек для себя поднимается на иной уровень, а затем спускается (при обычном и нормальном течении дела). При работе с клиентом он является сам по себе посредником между миром людей и поступков и миром смыслов; он стоит как бы выше и вовне обычной сферы бытия. Это стоит учитывать и уметь, как принимать эту роль и проекцию (это данность), так и снимать ее. Кроме того, я обычно Не советую действовать из нее – с позиции выше – с людьми, с которыми вы состоите в иных отношениях в рамках иной системы; мать не может гадать дочери, и наоборот… не следует помогать своему супругу, если вы на грани развода, и пр. Я считаю, что следовать этому принципу более полезно, нежели надеяться на редкое исключение из вредных последствий, которые бывают в таких случаях. Исключением, которое я признаю, является работа в системе Таро на равных, когда оба знают и понимают систему примерно одинаково.

Учитывая свою роль посредника, стоит уделять особое внимание ответственности, приходящей с правами и властью. Обычно у каждого практикующего специалиста есть набор этических правил, возможностей и запретов, которым он следует. Таковой вряд ли может быть универсальным, хотя в рамках того или иного сообщества вполне очевидны общие положения. В своей практике я также придерживаюсь свода определенных правил: я не делаю предсказаний, а предоставляю только прогностику и диагностику; я не совершаю выбор за клиента; я не работаю с запросом, если в нем нет силы и смысла; я ориентируюсь на появление новых смыслов в жизни кверента, на осознание, способствующее принятию тех или иных значимых шагов и решений. Именно прояснение линии судьбы, освещение того перекрестка, на котором находится человек, я полагаю необходимой функцией в подобной работе.

Глава 18

«СПРАВЕДЛИВОСТЬ» (XI)

Карта «Справедливость» изображает аллегорию Справедливости. Иных названий она не имела: она всегда называлась «La Jasticia», «Justice» и другими однокоренными словами тех или иных языков. В русском переводе в отдельных колодах Justice перевели как Правосудие, но это неточный нюанс значения данной карты.

Классическая иконография. Женщина с мечом в правой руке и весами – в левой.

Эта карта обозначает Справедливость как человеческую добродетель, моральное качество, а вовсе не подразумевает некий внешний акт оценки действии и вынужденной расплаты (или вознаграждения), каким представляется Правосудие. Функцию же Правосудия, причем более жесткую, в Старших арканах Таро исполняет аркан XX – «Страшный суд». Хотя интересно, что в восточно-итальянской традиции игрального Таро Справедливость иногда помещалась между «Ангелом» (ныне – «Страшный суд») и «Миром», символизируя как раз Правосудие. В Марсельском Таро эта карта имеет VIII номер. Однако в свое время Мазере, руководитель магического ордена Золотой Зари, предложил поменять местами Силу и Справедливость, поэтому в колоде Уэйта и ее потомках «Справедливость» имеет XI номер.

Иконографически карта «Справедливость» почти неизменна. На ней изображена сидящая или стоящая женщина с весами в левой руке и мечом – в правой. Весами она отмеривает заслуги, деяния и проступки человека, а мечом способна покарать. Над фигурой Справедливости, начиная с самых ранних карт, присутствует фигура рыцаря на коне и с мечем. Полагают, что это – архангел Михаил (глава ангелов, стоящий на страже божественного закона). Аллегория Справедливости впоследствии именно Правосудия, богини Фемиды, и ее стали изображать с повязкой на глазах, символизирующей предвзятость суждений. Однако в Таро повязка на глазах у Справедливости – совершенно невозможная вещь. В символике Таро она символизировала бы духовную слепоту и беспомощность.

Добродетели в эпоху Возрождения, уже христианскую, были алегоризированы наравне с небесными сферами (Луной, Солнцем и Звездами). По статусу в драматических символических представлениях Ренессанса они приближены к силам ангельским и уступают по значимости трем теологическим добродетелям – Вере, Надежде и Любви. Потому «Справедливость» старых колод обычно интерпретируют как человеческую добродетель, а не божественную – то есть достаточно приближенную к античному представлению о справедливости как об этическом правиле социальных взаимоотношений.

Платон в «Протагоре» говорит о ней как об особой и возвышенной над другими добродетели, отличающей человека от всех других существ, однако осознанно воспитываемой и развиваемой:

«Когда же дело касается справедливости и прочих гражданских добродетелей, тут даже если человек, известный своей несправедливостью, вдруг станет сам о себе говорить всенародно правду, то такую правдивость, которую в другом случае признавали рассудительностью, все сочтут безумием: ведь считается, что каждый, каков бы он ни был на самом деле, должен провозглашать себя справедливым, а кто не прикидывается справедливым, тот не в своем уме. Поэтому необходимо всякому, так или иначе, быть причастным справедливости, в противном случае ему не место среди людей.

Вот я и говорю: раз считается, что всякий человек причастен к этой добродетели, значит, можно всякого признавать советчиком, когда о ней идет речь. А еще я попытаюсь тебе доказать, что добродетель эта не считается врожденной и возникающей самопроизвольно, но что ей научаются, и если кто достиг ее, так только прилежанием».

«Справедливость» в колоде Уэйта относится скорее к божественному персонифицированному Правосудию. У него это сама Фемида, сидящая между колонной Милосердия и колонной Суровости, – карта отчасти повторяет интерьер в «Жрице». Здесь актуализируется тема власти высшей судебной божественной инстанции нал человеком: «Это божественный судия, которому дано сокращать, урезать, корректировать и устранять, приводя к равновесию безудержное изобилие жизни» (Таро А. Э. Уэйта, с. 74). Обратим внимание, с одной стороны, на персонификацию, даже антропоморфизацию высшего судьи, достаточно характерную для «бытового христианства», с другой стороны – вынесение его за пределы «жизненного пространства» и, наконец, на преимущественно «карательную» фиксацию его функций.

«Сказочное Таро» Карен Махони и Алекса Уколова построено по системе Уэйта, однако благодаря ориентации каждой карты на свою отдельную сказку получилась уникальная колода, предполагающая достаточно причудливую систему с ней работы. К этой карте в колоде привязана немецкая сказка «Можжевеловое дерево» (записанная братьями Гримм). И хотя тема «высшего правосудия» проявляется здесь достаточно отчетливо, благодаря фольклорному источнику она оказывается в очень сильной степени продуктом коллективного бессознательного. И Справедливость предстает как связь наличия или недостатка этой добродетели у реальных людей (мачеха неприязненно относилась к пасынку), их благих и неблаговидных поступков (она убила пасынка и дала съесть его мясо отцу, а ее дочь оплакала его и не стада есть) вследствие этого и в результате ужасных и сверхъестественных последствий (мачеха была убита мельничным жерновом, свалившимся с неба, а сводная сестра получила красивые башмачки). Здесь мы связь реальной добродетели с безличным правосудием фатума. Представление о такой связи появилось в последнее время не только в религиозных и религиозно-мистических учениях, но и в психотерапевтической практике. Особенно сильно это заметно в долгосрочных исследованиях судьбы не только человека, его семьи и рода.

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США