Срединный путь» вне крайностей

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 48 из 73Следующая ⇒

Большой переход

Вызов карты «Смерть» касается принятия ограничения или лишения для последующего перехода к новому – и зачастую пока неизвестному – этапу. Это то самое предчувствие тайны, загадочность и неизвестность всего того, что нас ждет за пеленой… Перехода. Поэтому Смерть и мыслится как Великий Освободитель, Трагизм Великого Перехода способен быть сакрально осмысленным: похороны отмечаются как значимое событие в память о покойных и в подтверждение их значимости для живых. Также он обыгрывается трикстерски: на похоронах и поминках не только горюют, но зачастую (в некоторых культурах) радуются и веселятся вновь признавая важность события и оберегая живых от следования за ушедшими. Постоянным напоминанием о Смерти в Новое время становятся не только печально-мрачные сюжеты и сцены, но и комические: Смерть кланяется и гримасничает, вкрадчиво манит и соблазняет, улыбается, глумится, смеется и шутит. Это также помогает и перейти Рубеж, и помнить о нем, но не бояться.

Мы не можем вспомнить подобного оттенка смысла в известных нам и хорошо проработанных колодах Таро, они более ориентированы на величественное представление о смерти. И, тем не менее, тема Перехода (не Великого, но Большого) там существует. XIII аркан способен дать возможность подготовиться к испытанию конца одного периода жизни и началу нового.

В «Алхимическом Таро» XIII аркан, конечно, являет символ Смерти как скелета со стрелой в руке и с вороном на левом плече. Он (или она) стоит на черном солнце посреди полного мрака и клубов тумана, символизируя самое погружение в стадию черноты и гниения. Эта карта может соответствовать алхимическому этапу mortificatio – процессу ухода в смерть, от любых внешних проявлений, в глубину, в мир «теней», в мир психической сущности. Это стадия отмирания, когда первоначальные элементы «умирают» и перестают существовать в прежней форме.

Глава 21

«УМЕРЕННОСТЬ» (XIV)

Умеренность – одна из четырех античных добродетелей, три из которых представлены в Старших арканах Таро. Как правило, на карте изображается аллегория Умеренности. В кроулианской традиции, как наиболее последовательном развитии современной системы Таро, «Умеренность» сменяется алхимическим «Искусством» – благодаря символике смешения жидкостей в сосудах и трансформации их содержимого.

Классическая иконография. Женская фигура, иногда с крыльями (что необычно для добродетели, которая не является ангельской силой), переливает жидкость из одного сосуда в другой. Одной ногой она стоит на суше, другой касается воды.

Сдержанность эмоций

Умеренность – четвертая из основных античных философских добродетелей. (Отметим тут, что две из четырех добродетелей – Умеренность и Справедливость – снабжены символами равновесия – весами и двумя сосудами) С ее пониманием обычно не возникает сложностей. Она предназначена контролировать неуемные аппетиты и сдерживать бурные желания. В Древней Греции вино разбавляли водой, считая, что пить чистое вино – варварский обычай, свойственный диким скифам. Это был своего рода культурный индикатор, ставший не просто признаком бытовой и социальной культуры, но и неким эстетическим, философским мерилом человека. Цивилизованный человек Эллады умеет правильно смешивать вино и воду, умеренно соотнося свои влечения с целесообразностью.

Принцип умеренности возвел в культ великий философ, мистик и математик Пифагор. Платон в диалоге «Федр» представляет душу состоящей из двух начал: врожденного, стремящегося к удовольствиям и приобретенного, стремящегося к нравственности. Оба могут находиться в согласии, а могут – в борьбе, и тогда одно преобладает над другим. А необузданность и невоздержанность, по мнению Платона, делают невозможным созерцание божественного. Ему следует Аристотель, который полагал, что в душе содержатся страсти, способности и устои. Страсти влекут за собой чувства удовольствия или страдания, способности делают человека подвластным страстям, а нравственные устои позволяют контролировать их. Добродетель же может содержаться лишь в нравственных устоях, определенном складе души, скитающемся в страстях и поступках. А поскольку переживания и действия чреваты как избытком, так и недостатком, которые оба губительны для добродетели, то лучшим исходом является середина. Добродетель по Аристотелю скорее вообще некое обладание серединой. Так, скорее Умеренность для Аристотеля является наивысшей и основной добродетелью, включающей в себя остальные.

По Платону, умеренность предполагает самопознание, которое открывает человеку принцип различения добра и зла, совпадает с нравственным совершенствованием. Умеренность проявляется, когда правильное мнение о благе управляет поведением человека. Платон также считал умеренность добродетелью государства, когда «ничтожные вожделения большинства» подчинены «разумным желаниям меньшинства» и когда большинство и меньшинство согласны на это распределение ролей. Умеренность государя как гармония пронизывает все государство целиком.

Мы видим продолжение этого античного взгляда на Умеренность в «Таро Элементов», XIV аркан не похож ни на какой другой подобный аркан другой колоды. Здесь это «Примирение/Справедливость». XIV аркан этой колоды связан с темой, как Справедливости, так и Суда (лозунг карты – «Я – Суд, и я же – Оправданье»). В этой системе темой суда оказались охвачены арканы XI («Закон/Система»), XIV («Примирение/Справедливость») и XX («Суд/Прощение»), а тема привычных добродетелей практически не прослеживается. Здесь именно та Умеренность Аристотеля и Платона, которая предполагает систему нравственных устоев и самосознание. Примечательно, что в обычаях на пиру в Древней Греции пропорции вина и воды могли варьироваться, но никогда не были случайными: участники пира, симпосия, сами решали, в какой степени разведено будет вино и к какому состоянию это их приведет, какому расположению духа будет способствовать. Во время симпосиев обычно не ели, а именно пили разбавленное водой вино и ублажали себя искусствами и беседой (или иными удовольствиями), что создавало определенную атмосферу каждого данного общества взрослых мужчин. Так соотношение воды и вина на пиру могло предопределять дальнейшее поведение и план действий в системе сообщества и, наоборот, характер сообщества предопределял степень разведения вина и план действий на сборище.

В христианской трактовке умеренность определяется высшей целью самоотверженного служения Богу. Содержание умеренности включает правильное отношение к миру и мирским благам. Умеренность предполагает уже не разумность «срединного пути», а исключительность отношения к земному миру. Обладающий умеренностью смиренен и удовлетворен, не подвержен гневу, тщеславию и отвергает «мирские похоти». В отношении к телесным потребностям умеренность выражает такое господство духа над человеческой природой, при котором тело является послушным орудием духа. Христианство интериоризировало человеческую жизнь, добродетели и пороки которой воплотились не столько и не только в деяниях, но и в помыслах, фантазиях, желаниях. Микрокосмос стал намного опаснее реальной обыденности, потому и Умеренность из вполне социальной античной добродетели превратилась в мерило индивидуальной нравственности.

На карте «Умеренность», как правило, изображена аллегория добродетели, льющей воду (или некую другую жидкость) из одного кувшина в другой. Иконография карты почти не изменилась со времен ранних колод. Сейчас уже расписана значительная и богатая интерпретация этой карты. Как правило, она связана со сдержанностью «несмотря ни на что» («Ну да, будем заниматься скромным, хотя и бессмысленным занятием»); с различными алхимическими аллюзиями («Слушайте, а вдруг получится что-то еще?»), иногда встречается связь со временем (очевидно, через ассоциацию с поговоркой «переливать из пустого в порожнее»). Однако почему Умеренность занимается всем этим? Ответ в символике иконографии XIV–X V веков. Тогда думали по-другому. Не то чтобы намного проще, но вкус и привкус того символического подхода (отличного от теперешнего) ни с чем не спутаешь. Женская фигура на карте разбавляет вино водой. Кстати, впоследствии «Умеренностью» назвали одно трезвенническое движение в Америке.

Аллегория Умеренности того времени еще изображалась с удилами во рту или в руке (символ жесткого сдерживания), с часами (тема размеренности жизни) – в том числе на голове, а также с перевязанным мечом (на фреске Джотто она лукаво и стеснительно держит завязки), а также на олене, рядом со слоном и горностаем (все эти животные также ассоциируются с умеренностью, например, слон – потому что большой, а ест немного; горностай – потому что белый и пушистый). Кроме того, достаточно широко использовалась аллегория Умеренности эпохи Возрождения – с факелом и кувшином, что означало «вода тушит огонь вожделения».

Появление крыльев у фигуры Умеренности в Марсельском Таро – одна из загадок истории Таро. В христианской иконографии не существует никакого ангела, переливающего воду из одного сосуда в другой. И аллегория Умеренности никогда не изображалась сидящей на троне, что могли бы счесть на стертых колодах крыльями и неправильно перерисовать. Некоторые исследователи (Том Тэдфор Литтл) полагают, что это связано с представлением об ангельских силах, которые доставляют душу человека прямо от смертного одра туда, куда положено, а в Марсельской колоде и многих других эта карта занимает позицию между Смертью и Дьяволом. Кроме того, они считают, что это может быть связано с тем, что эта добродетель – именно в соседстве с угрожающими фигурами – призвана заботиться о душе человека в наибольшей степени, оттого у нее и крылья.

Новое время и век Просвещения принесли новую идею, «культуру себя», принцип согласованности душевного и телесного здоровья, которое обеспечивается согласованностью желаний души и тела. Умеренность обеспечивала человека независимостью от всего того, над чем он властен. Это была своего рода самозащита от опасности безумств и расточительства, как телесного, так и душевного или духовного. Экстатика была уже не в чести, сдержанное благополучие протестантизма задавало и тон Умеренности.

В колоде Уэйта мы видим фигуру ангельскую, а значит, не мужскую и не женскую, переливающую из одного кубка в другой «субстанцию жизни». Карты Таро одномоментны, потому судить о происходящем можно лишь по запечатленному мгновению. Здесь также присутствует дорога, ведущая между горами, ввысь к сверкающей короне, – это очевидный символ «срединного пути», ведущего к просветлению духовности. Ирисы соответствуют богине радуги Ириде, в то время как само слово «радуга» на древнееврейском было также обозначением зодиакального знака Стрельца, знака этой карты. Толкование этой карты в данной традиции говорит о «пассивной сдержанности», «приоритете золотой середины», скорее особой динамике процесса в сочетании со смирением перед обстоятельствами.

Потомок колоды Уэйта, «Романтическая Викториана», созданная Карен Махони и Алексом Уколовым по картинам художников Викторианской эпохи, символистов и сентименталистов, предлагает интересный вариант видения этой карты. Здесь ангельская фигура с нимбом и крыльями балансирует на самом краю лодки, успокаивающим жестом, будто примиряя лодку с морем. Значение карты в этой колоде связано также со «срединным путем», сдержанностью и балансировкой, но подчеркивается гармония именно гибкости, подвижности (а не лишь стойкости), сочетание порядка и естественности течения событий, некий дзенский способ восприятия мира. Таково развитие идеи Умеренности в уэйтовской традиции современных колод.

Прекрасным метафорическим образом к этой карте для меня оказались многие песни и стихи украинской группы «Флер» (Fleur) Вот, например, песня «Шелкопряд» (из альбома 2006 года «Все вышло из-под контроля»):

Я незаметно на дереве в листьях

Наполняю жизнь свою смыслом,

Пряду свою тонкую нить.

Нас очень много на дереве рядом,

И каждый рожден шелкопрядом,

И прядет свою тонкую нить.

А моря до краев наполнялись по каплям,

И срослись по песчинкам камни,

Вечность – это, наверное, так долго.

Мне бы только мой крошечный вклад внести,

За короткую жизнь сплести

Хотя бы ниточку шелка. <…>

Я не умею чего-то еще,

Я – маленький червячок,

Мир безумный проносится мимо.

А мы создаем своими руками

Невесомые тонкие ткани,

Красота вполне ощутима. <…>

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США