Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
А.Ш. Александр Петрович, раз вы уже затронули тему сотрудничества, давайте поговорим о сотрудничестве советских военнопленных с немцами.
Содержание книги
- Герой книги - советский разведчик, с 1938 по 1945 Г. Носивший мундир офицера СС. Участник польской и французской кампаний 1939-1940 гг. , арденнского наступления немецких войск в декабре 1944 Г.
- В 1945-1947 гг. Был уполномоченным советской миссии по репатриации во франции, затем занимался разведывательной работой в бельгии и франции.
- Теперь, благодаря встрече с этим человеком, на многие явления, факты, события, поведение человека в военные годы смотрю несколько иначе, чем раньше.
- Я прекрасно понимал, что он хотел сказать: Война проиграна.
- Вот, ваш земляк, фамилию забыл, (моими земляками А.П. называет евреев.- А.Ш.) написал гениальную вещь, которая соответствует правде:
- А. П. На евреев легко натравить. Допустим, сейчас в Америке появится гитлеровский антисемитизм. Почему там легко натравить на евреев. Командные высоты, интеллект в руках У кого.
- А. П. Шпигельглас был. И то узнал его по фотографии после. Других я незнаю. Когда попал на лубянку, последний Год, тогда иногда занимался с артузовым, иногда с пузицким.
- А. П. Да вы что. Это только идиоту штирлицу могли вызвать его жену, чтобы он засыпался на свидании.
- А.П. Командиром нашего танкового батальона был Кривошеин, ну тот, который потом вместе с Гудерианом фотографировался в Бресте.
- А. П. Но здесь я окончательно уверовал в то, что толстой зря не любил господ беннигсенов.
- А.Ш. А чем итальянцы не угодили?
- Во-вторых, У немцев был очень сильный отбор при продвижении по службе. Даже по нашим книгам дураков У них в верхах армии не было. Отсюда и уважение младшего к старшему.
- В лагерях военнопленных ничего подобного не было. Верховное командование не разрешало.
- А. П. Да не Майор меня интересовал. Меня интересовало, почему мои родные, ведь я же патриотом был, ведут себя так. Ведь я не был тем, кем был в глазах ермаченко.
- Вы не удивлены, что советский чекист хвалит немцев. Я уже много прожил и сейчас, слава богу, не стреляют за правду.
- А.П. В Уманской яме этого не было. Могу вас заверить.
- А. П. К счастью, меня бог миловал. Обошлось. А думать о провале - это уже путь к нему. Надо все предусмотреть, чтобы избежать его. Мне удавалось. Однажды ценой страшной ошибки.
- А. П. Все это деза для литераторов. Немцы прекрасно знали, что нас этим не обманешь. И наша авиация летала над германией, чаще, чем немцы над нами. И мы, и они не сбивали.
- А.Ш. А самое светлое воспоминание, кроме окончания войны?
- Во Флоссенбюрге было две рабочих команды: штайнбрух - каменоломня и самая большая команда 2004 - работала на заводе.
- А. Ш. За что на него набросились. За что убили.
- А. П. Самое главное, что лагерь Флоссенбюрг, был создан как режимный лагерь. Не случайно там и канариса придушили. Причем, работа первые несколько лет была только на каменоломнях.
- Мы - совершенно инородное тело в лагере. Мы лагерному руководству не подчинялись. Мы были частью производственного отдела заводов мессершмитта, основная база которого находилась в регенсбурге.
- Когда стали самолеты делать, паек значительно увеличили, да и человек меньше утомлялся, когда он заклепки вставлял. А каменоломня - камень, щебень, песок, солнце и капо с палкой.
- Я прибыл отобрать квалифицированную рабочую силу, различное оборудование с поврежденных предприятий.
- А. Ш. Вам приходилось бывать на восточном фронте.
- А. Ш. А что-нибудь еще интересное за эти три недели с Вами случалось.
- А.Ш. Ему, наверное, казалось, что у него условия будут лучше?
- А.Ш. Вы упомянули офицерский лагерь Хаммельбург. Что вас привело туда?
- В Ясенево, в Москве, архивы КГБ, может, там что-то есть, напишите.
- А. Ш. Абвер с первых дней плена курировал военнопленных.
- А.Ш. Александр Петрович, раз вы уже затронули тему сотрудничества, давайте поговорим о сотрудничестве советских военнопленных с немцами.
- Первая дивизия прагу освободила, несколько дней с немцами дралась. 9 мая наши пришли на готовое. Власовцы сами власова сдали. Сказки, что его в машине обнаружили.
- Маловероятно, чтобы так, как описано, выше поступил фон паннвиц - немецкий офицер. Александр Петрович мог и ошибиться. Такой поступок могли совершить русские генералы П. Краснов или А. Шкуро.
- Из письма Василия Недорезанюка.
- А. П. Сводили счеты. Помните, файнштейна убили. Убивали бывших полицаев, поваров, тех, кто имел малейшее отношение к дележке продовольствия в немецких лагерях. Почему. Попытаюсь объяснить.
- А.Ш. А почему в 1947-м году вы вернулись к тому, что происходило в 44-м?
- И не сдают. Кормят, поят. 3-тьи сутки не сдают. На четвертые - поднимают на палубу.
- А. Ш. А с кем из политиков были личные контакты.
- А. Ш. После небольшого перерыва вам вновь пришлось вернуться во Францию. В связи с чем.
- А. П. Совершенно верно. Помощников У нас было достаточно. Они тоже за нами, Конечно, следили. Что ж, иди и смотри, как я на кладбище святой женевьевы хожу. Смотри, пожалуйста.
- И вот в Сюрте потирают руки.
- А.Ш. А чем завершилась эта ваша последняя четырехгодичная командировка? Почему вас отозвали?
- Как Ленин, Сталин, Каганович и Молотов Гитлеру помогли.
- Король Михаил (Михаэл-Алтер) Давыдович (1890-1959).
А.П. Сотрудничество начиналось в самом лагере. Начиналось с выдачи, как по идейным, так и по шкурническим, антисемитским соображениям, так и за кусок хлеба, коммунистов и евреев. Отсюда масса доносчиков и лагерная полиция. Этого не было среди западных военнопленных, во-первых, они были сытые, а во-вторых, для них это было позором. А у нас, где в своей стране одна половина населения стучала на другую, донос - это норма.
Комментарий 20.
О том, что доносительство - "стукачество" было, действительно, делом миллионов советских людей есть интересные свидетельства. Один из соратников Ленина Гусев писал: " Ленин нас когда-то учил, что каждый член партии должен быть агентом ЧК, то есть смотреть и доносить. Если мы от чего-либо страдаем, то это не от доносительства, а от недоносительства... Можно быть прекрасными друзьями, но раз начинаем расходиться в политике, мы вынуждены не только рвать нашу дружбу, но идти дальше - идти на доносительство".
Можно допустить, что "стукачество" - это удел членов партии, но вот, как воспевает донос известный журналист М. Кольцов, сам ставший жертвой воспетого им доноса. Эти строки написаны им в 10-летнюю годовщину Октябрьской Революции.
"Если белый гость покажется подозрительным, им тревожно заинтересуется фракция жилтоварищества. На него обратит внимание комсомолец-слесарь, починявший водопровод. Прислуга начнет пристальнее всматриваться в показавшегося ей странным жильца. Наконец, дочка соседа, пионерка, услышит случайный разговор в коридоре, вечером не будет спать, что-то, лежа в кровати, взволнованно соображать. И все они сами пойдут в ГПУ и сами расскажут о том, что видели и слышали.
Не сорок, не шестьдесят, не сто тысяч человек работают для ГПУ. Какие пустяки! Миллион двести тысяч членов партии, два миллиона комсомольцев, десять миллионов членов профсоюза - свыше 13 миллионов (миллион "чертовых дюжин"!) по самой меньшей мере. Если взяться этот актив уточнить, несомненно, цифра вырастет вдвое". Черная книга Коммунизма. Преступления. Террор. Репрессии. Перевод с франц. Москва. 1999, с. 30-31
Не мудрено, что советские люди переносили привычные для них нормы жизни и в лагерную действительность.
А.Ш. В воспоминаниях бывших военнопленных я столкнулся с еще одним удивительным явлением. В лагеря засылались чекисты, но не для организации непосредственной борьбы, а для того, чтобы, пробравшись на службу в лагерную полицию, ухудшать условия, ужесточать лагерный режим, и вследствие этого вызвать еще большее озлобление, для того, чтобы усилить сопротивление. Один из военнопленных вспоминает, что после войны встретил начальника лагерной полиции в миссии по репатриации в форме майора.
А.П. Очень даже возможно. Я же, "бывший эсэсовец" был в Парижской миссии по репатриации, при генерал-майоре Драгуне. Вся она состояла из чекистов. Вся.
А.Ш. Кстати, лагерная полиция почему-то только в лагерях для советских военнопленных. В западных лагерях такого института не было.
А.П. Хотел бы я видеть, как почувствовал бы себя западный товарищ, который пошел бы охранять своих в лагере, или записался бы в немецкую армию.
А у наших, действительно, бытие определяло сознание: пока немцы у Сталинграда и на Кавказе, шло активное сотрудничество. А потом, у тех, кто сотрудничал с немцами, психология изменилась: Сталинград стал менять, а уж после Курской битвы... Они шкуру свою спасали и стали по-другому мыслить.
Все просто. Вот я, например, если бы в те годы пришлось умирать у немецкой стенки, вы меня немного уже знаете: героем казаться не хочу, но последнее, что я бы крикнул: "Да здравствует Сталин!" Теперь мне смешно, я бы этого не кричал. Меняется человек, он же не чурбан.
А среди советских пленных многое зависело от их положения в лагере, а они страшно голодали. Конечно, были и идейные, кто искренне хотел драться с большевиками. Правда, основная масса тех, кого немцы завербовали по лагерям, воевали с партизанами. Ведь эти части еще до Власова были.
Ну, а Власов какие части сформировал? Как правило, отдельные батальоны при немецких частях. Или ему передали те, что еще до него были. Немцы им все равно до конца не верили. А сам Власов всего две дивизии успел сформировать в конце 44-го - начале 45-го и то вторую не полностью.
|
