Этико-психологический анализ взаимоотношений в сфере экономики

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 18 из 76Следующая ⇒

ПСИХОЛОГИЯ КРИЗИСА

Наступившему в августе 1998 г. финансовому кризису предшествовал нравственно-правовой кризис. Ниже будут рассмотрены психологические механизмы этих явлений.

Поэт Дми'/рий Быков следующим образом выразил состояние российского общества после финансового кризиса: «На протяжении последних пяти лет Россия старательно делала вид, что жила. Она имитировала вхождение в цивилизованное сообщество. Как же! Все новые фильмы смотрим, долларами расплачиваемся, квартиры у нас не дешевле, чем в Нью-Йорке. Трагедия в том, что, во-первых, по этому поверхностно усвоенному стандарту жила десятая часть населения огромной несчастной страны — и притом "верхние" десятки тысяч человек не испытывали ни малейшего чувства вины перед остальными миллионами. А во-вторых, страна, которая ничего не производит, но с бешеной силой развивает рекламный, ресторанный, клубный и т. д. бизнес, не может ощущать себя гигантской декорацией»¹.

Взяв за основу валовые показатели производства, сопоставимые с развитыми странами Запада, лидеры перестройки связали надежды на скорое повышение уровня благосостояния людей с переходом на западную модель развития с ее ценностями и приоритетами: либеральной рыночной экономикой, индивидуализмом, частной собственностью и высокими стандартами потребления. Для этого им пришлось отказаться от государственного планирования экономики, строгого регламентирования всей жизнедеятельности общества, провозгласить политику открытых дверей, отказаться от идеологии коллективного выживания, что фактически явилось отказом от фундаментальных основ многовекового бытия России.

Политика открытых дверей без необходимой законодательной базы, регламентирующей деятельность иностранных компаний на территории России и защищающей отечественных производителей, сделала неконкурентоспособной ее продукцию даже на внутреннем рынке. По историческим меркам практически моментально оказались разрушенными промышленность и сельское хозяйство. Страна фактически существует за счет стратегических запасов, созданных СССР, и распродажи по демпинговым ценам природных ресурсов, способствуя тем самым ускоренной постиндустриальной модернизации многих стран мира. Катастрофично положение и бывших советских республик, лишившихся обширного российского рынка.

Сужение внутреннего рынка и насыщение западного дешевым сырьем и энергией делают экономически совершенно неэффективными вложения в российскую экономику, приводят к утечке капиталов за рубеж, к отсутствию инвестиций извне и как следствие — ко всеобщему коллапсу своеобразной российской цивилизации.

Финансовая система, обеспечивающая баланс между производством и потреблением, должна выполнять функцию регулирования и не допускать возникновения схем обогащения вне сферы производства. Технологическим регулирующим параметром выступает при этом национальная валюта. Объем денег в экономике устойчивого государства должен быть пропорционален мощности энергетической базы системы производства.

¹ См. Известия от 6 марта 1999 г

Положение дел усугубляется тем, что в кредитно-финансовой системе присутствует ссудный процент, ставка которого превосходит реальные темпы роста энерговооруженности системы производства. Именно он и является механизмом запуска инфляции, формируя, кроме того, дополнительные схемы наращивания покупательной способности без какой бы то ни было связи с производством, с увеличением объема создаваемых ценностей. Но даже создавая дополнительные средства платежа через МММ, ГКО либо через долларовые спекуляции — получить продукции больше, чем введено энергии в производственно-потребительскую систему, никогда НЕ УДАСТСЯ.

Правовой хаос в отношениях с регионами, неопределенность в распределении компетенций между исполнительными и законодательными властями всех уровней исключительно выгодны для центра. Пусть это окончательно размыло его управленческую вертикаль, зато дало неограниченные возможности договариваться приватно, сталкивая лбами провинциальных президентов, кабинеты министров, парламенты, субъекты Федерации и органы местного самоуправления. В ряде республик и областей это привело лишь к усилению откровенно авторитарных режимов.

Сначала либерализация цен, обанкротившая 99% населения. Затем раздача за бесценок большей части госсобственности оставшемуся одному проценту. Утрата контроля над остатками госсобственности. Отказ от государственной винно-водочной и внешнеторговой монополии. Льготные, фактически безвозвратные, кредиты коммерческим структурам. Внутренние заимствования через пирамиду ГКО-ОФЗ, приносящие этим же структурам прибыль под сто процентов годовых. Размещение бюджетных средств на счетах коммерческих банков. Прямые хищения из кармана трудящихся путем невыплаты зарплаты и неуплаты госзаказа. Многомиллиардные траты золотовалютных резервов на искусственное поддержание завышенного курса рубля. Последний источник подпитки «рынка» особенно показателен тем, что, во-первых, он действительно последний, и, во-вторых, тем, что позволяет более или менее достоверно оценить размер утекающих средств. В последнее время Центробанк тратил на искусственное поддержание существования «рынка» по полтора-два миллиарда долларов еженедельно. И делалось это уже целиком за счет зарубежных кредитов.

Но и они стремительно подошли к концу.

Ведущий западный консультант российских реформаторов Джефри Сакс, пытаясь объснить причины августовского кризиса российской экономики, писал: «Главное, что подвело нас, это колоссальный разрыв между риторикой реформаторов и их реальными действиями... И, как мне кажется, российское руководство прево-зошло самые фантастические представления марксистов о капитализме: они сочли, что дело государства служить узкому кругу капиталистов, перекачивая в их карманы как можно больше денег и поскорее. Это не шоковая терапия. Это злостная,

предумышленная, хорошо продуманная, имеющая своей целью широкомасштабное перераспределение богатств в интересах узкого круга людей»¹.

Все российские правительства игнорировали энергетический стандарт, формируя покупательную способность не в сфере производственного капитала, а в сфере спекулятивного капитала, не имеющего отношения к созданию материальных благ. Как только интенсивность предъявления к оплате «искусственно выращенной» покупательной способности превысит некоторый пороговый уровень, платежный оборот разрушится, создав финансовый кризис.

При проведении реформ не были учтены психологические условия радикальной трансформации общества, обеспечивающие оптимальный, не фрустрирующий фон напряженности психического состояния людей.

По ходу реформ не проводилась психологическая подготовка граждан к планируемым нововведениям. Общество нуждалось в «культурной модернизации», призванной формировать «культуру свободного рынка» и демократии, в условиях дефицита которой трудно создать рыночную экономику.

По мнению компетентного эксперта, почти за 8 лет народу России не было предложено ни одной конкретной цели, ни одной конкретной программы, кроме общих лозунгов о необходимости построения рыночной экономики.

К кризису в экономике добавился кризис в духовной сфере. Стране, обладающей самобытными, неповторимыми культурными традициями, навязываются образцы массовой культуры, проповедующей секс, садизм, насилие, низменные человеческие инстинкты.

Общественные преобразования традиционно для России были начаты и проводились без учета того, что до сих пор определяется технократически пренебрежительно как «человеческий фактор», «человеческий материал» и т. п. В этот мимоходом упоминаемый «фактор» входят между тем такие мощные составляющие социальных изменений, как традиции, социальный опыт, социально-психологические особенности личности и групп (например, адаптационная способность к резкому изменению социальной макросреды), социокультурные особенности различных регионов и многое другое из этого класса явлений. По существу, сейчас мы пожинаем плоды пренебрежения «руководящих инстанций» (в том числе и нынешних) к человеку, социально-психологическим закономерностям социального процесса.

Социальное расслоение, произошедшее в весьма краткий период времени и поляризовавшее российское общество более глубоко, нежели население индустриально развитых стран, неизбежно вызовет обособление экономических и политических интересов богатых и бедных.

От внимания людей не ускользает своеобразие формирования слоя «владельцев»: в эту когорту попадают главным образом люди, имеющие доступ к каналам распределения финансовых и материальных ресурсов или получившие каким-то способом льготы для осуществления предпринимательской деятельности.

Соотношение респондентов, рассчитывающих на конституционную защиту прав и социально-профессиональных интересов рабочих и крестьян и не рассчитывающих на это, выразилось в пропорции 1:6.

См. Независимую газету от 31 декабря 1998 г.

Идеализация и нетерпение, столкнувшиеся с реальным положением, в первую очередь экономическим, породили неизбежное разочарование и частичную фрустрацию. Деструктивные настроения доминировали над разумными конструктивными решениями. Последовала мощная защитная реакция — ностальгия по старым добрым временам с экономической определенностью и идеологической летаргией. Положение осложнялось постепенным осознанием непривычной ответственности за свободу выбора и множественностью возможных перспектив.

Наступает период глубокой фрустрации общества, сопряженной с распространением настроений апатии и безысходности для подавляющего большинства людей, в первую очередь по экономическим показателям. Даже небольшая прослойка преуспевающих не чувствует себя уверенно: опасность исходит как от властей, так и от неблагополучных соседей. Кроме того, плата за успех довольно высока: в психическом состоянии обнаруживаются многие трудноразрешимые проблемы, также приводящие к фрустрации.

Сегодня в России уровень тревоги и страха резко вырос, наблюдаются изменения в личности (кризис идентичности) в ответ на бурные изменения в российском обществе. Пациенты, обращающиеся за психиатрической помощью, испытывают агрессивность, деструктивный страх. Если мировая «норма тревожности» не более 15% (Крамник, 1995), то в России в нынешний период она достигла 60-75%. Не потому ли число выявленных и поставленных на учет психически больных в России в 1992 году выросло по сравнению с 1991 г. на 4,7%, а рост психических расстройств составил в 1993 г. по сравнению с 1992 г. примерно 12%? На 10,7% стало больше обращающихся к врачам-психиатрам за консультативной помощью. Количество госпитализаций с 1985 по 1995 г. выросло более чем на 15%. По мнению специалистов, около 30% населения России так или иначе нуждаются в психиатрической помощи для того, чтобы их состояние не переросло в хронические заболевания. В 3-4 раза увеличилось число алкогольных психозов. Когда рушится привычный уклад жизни, трудно избежать психологического перенапряжения.

Рост напряженности доводит часть людей до распущенности (депрессивного возбуждения) с преобладанием агрессивности по отношению к себе или окружающим. Это также способствует развитию состояния наркотической депрессии, чувства беспросветности, когда многие просто начинают ждать плохих вестей, испытывая нездоровое удовлетворение от того, что дела идут все хуже и никакого просвета не видно¹.

Аморален был сам способ этих действий, в которых не было любви к Истине: только мстительное и похотливое желание надругаться над вчерашними кумирами и жажда сенсаций. Все, чем руководствовался homo sovetikus в своей подвижнической философии, все, на чем зиждилось его доверие к миру, к власти, к себе, к людям, низвергалось и обращалось в руины. Взамен же он получил примат личного интереса, утилитарно-прагматического критерия, эмансипации. И ничего, что удовлетворяло бы потребность в смысле жизни, в ценностных ориентирах. Беда наша заключалась в том, что мы всем существом своим, до содрогания понимая,

'Советова О. С. «Инновации: теория и практика». СПБ., 1998.

160                                                                                                                                           ГЛАВА VI

как жить нельзя, решительно ничего не могли сообщить о том, как жить должно и можно. В части критики наша публицистика и даже массовое искусство были «на высоте», но как только речь заходила о том, чтобы высказать что-либо позитивное, выходило всякий раз нечто вроде «отпустите меня в Гималаи, а не то я завою, а не то залаю...»; в этом более всего проявилось убожество homo sovetikus: выяснилось, что ему нечего сказать не только миру, но и самому себе; выяснилось, что, освобожденный от гипноза коммунистической фразеологии, он находит внутри себя только ничтожество и пустоту. Поэтому его философией, его здравым смыслом и этикой стала «прагматическая эмансипация», т. е. мировоззрение, в котором господствует критерий выгоды, утилитарной пользы, так что человек считает возможным освободить себя от бесполезных, прагматически неоправданных нравственных обязательств, ценностей, дружбы, любви, родительских чувств, добродетели и пр., т. е. вообще от любого человеческого смысла¹.

Современная массовая культура несет в себе мощнейший заряд агрессии, и подпитка происходит и изнутри, и извне. В мультфильмах, которые показывают сегодня малышам, и сюжет, и изобразительная манера, и интонации героев, и даже частота кадров — все провоцирует агрессию.

Главной причиной является стресс, вызванный сменой мировоззренческой, духовной парадигмы. Если раньше я считал, что спекулировать — плохо, а быть профессором — хорошо, то сейчас мне говорят: спекулировать — это хорошо, а с профессора — какой толк? Смысл жизни потерялся. Это — ноогенные неврозы, вызванные именно исчезновением цели и смысла жизни. Кроме того, изменяется ощущение социальной реальности: ты никому в обществе не нужен. И тот и другой фактор — нравственно-мировоззренческой природы. В них — главная причина сверхсмертности².

Психология никогда не предназначалась для оправдания социально опасного и саморазрушительного поведения, которое мешает индивидууму максимально развить свой человеческий потенциал. Психология пытается объяснить причины того или иного поведения, но цель ее в том, чтобы помочь человеку совершенствовать себя, делать себя лучше и счастливее.

Проведение реформ «сверху», игнорирование психологических закономерностей социальных процессов и правовой беспредел привели к нравственно-правовому, а затем экономическому кризисам.

Основным содержанием следующей главы будет анализ этики и психологии экономической жизни общества.

¹ Большунов А., Лисин В., Тихоновский А. Станет ли в России жить хорошо? // Известия от 30 апреля 1999 г.

² См. журнал «Москва». 1998 г. № 4.

Глава VII. ЭТИКА И ПСИХОЛОГИЯ

ПРАВООТНОШЕНИЙ В СФЕРЕ

ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ

ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Вопрос о том, как лучше всего наладить снабжение людей товарами, обсуждается уже не одно столетие. Здесь возможны две полностью противоположные системы.

Первая предполагает наличие мудрого, справедливого, всезнающего руководителя, который централизованно планирует и определяет все сверху. Вторая система строится на утверждении, что существуют миллионы честолюбивых и эгоистичных людей, у которых лишь одна цель — выгода. Национал-экономист Адам Смит в 1776г. описал то, что происходит в этом случае, следующим образом: «Ими управляет невидимая рука, заставляя идти к цели, о которой они и не мыслили. Служа своим интересам, они способствуют всеобщему благу значительно эффективнее, чем они намеревались»¹.

«Невидимая рука» — это конкуренция. Она следит за тем, чтобы ни один предприниматель долгое время не мог получать неоправданные прибыли, так как сразу же находит ему подражателей, которые довольствуются меньшими доходами и тем самым заставляют его снижать цены, если он не хочет остаться с товаром на руках. Стремление к выгоде отдельных лиц ведет благодаря конкуренции к оптимальному снабжению товарами и к постоянному улучшению методов производства.

Последователей Смита современники называли либералами. Они были так очарованы своей идеей, что советовали государству не вмешиваться в экономические процессы. «Пусть оно в крайнем случае играет роль ночного сторожа», — говорили они с иронией. Либералы слишком увлекались, забывая, что их замечательная теория не могла объяснить природу банкротства, кризисов и порождаемых ими уродливых явлений. Лишь так называемые новые либералы этого столетия в 30-50-х годах

Цит. по кн.: Основные элементы демократии. СПб., 1993. С. 3.

снова подхватили идеи старых. Они, правда, считали, что государство должно делать нечто большее, чем просто играть роль ночного сторожа.

На их идеи ссылался после войны идеолог экономической реформы послевоенной Западной Германии Людвиг Эрхард. Основными звеньями системы остаются стремление к выгоде и конкуренция, но государство должно сознательно их развивать и ограждать от злоупотреблений. Для этого ему нужно создать'общие правовые условия и институты, которые могли бы поддержать того или иного слабого конкурента. К этим основным условиям относятся обязательное страхование, сильные профсоюзы и многое другое. Эту систему страхования в рыночной экономике можно лучше всего описать одним определением — «социально ориентированная рыночная экономика».

В силу известных идеологических положений, господствовавших в нашем обществе, проблемы предпринимательства в отечественной психологии практически не изучались. Поэтому для нас представляют интерес не только результаты новейших исследований, но и более ранние работы западных авторов.

Несмотря на давний и постоянно растущий интерес ученых к проблеме предпринимательства, пока не существует общепринятого определения этого вида деятельности. Объясняется это, видимо, тем, что данное понятие несло в себе в разные времена различное содержание. Возникло оно во Франции в Средние века и первоначально означало то, что по-русски можно назвать посредничеством. Для современных его определений и описаний характерно выделение, с одной стороны, специфических свойств поведения и личности предпринимателя, с другой — экономических последствий его деятельности. Так, например, К. Веспер пишет: «Для экономиста предприниматель — это тот, кто берет ресурсы, труд, материалы и другие активы и соединяет их в такие комбинации, которые увеличивают их первоначальную стоимость. При этом он также осуществляет какие-то перемены, внедряет новшества и создает новый порядок деятельности. Для психолога это человек, который находится под влиянием определенных сил, таких как потребность получить что-то или достичь чего-то, потребность экспериментировать и добиваться цели или, может быть, стремление избежать подчинения власти других»¹.

Основателем системы социально ориентированной рыночной экономики является Альфред Мюллер-Армак. Однако в политическую практику ее ввел Людвиг Эрхард, которого по праву чтят как создателя немецкого «экономического чуда». Этот особый экономический строй отличают в основном две идеи: во-первых, требование, чтобы государство создало основные условия для экономики, в остальном оно не должно вмешиваться в экономическое развитие. Во-вторых, пра-

Цит по кн.: Основные элементы демократии. С. 10.

вило, заложенное, например, в конституции Германии: «Собственность обязывает. Ее использование должно также служить всеобщему благу».

На основе этих двух идей сложились регламентации и институты, которые должны гарантировать функционирование социально ориентированной рыночной экономики. В принципе подобная экономика предполагает рынок, гарантирующий достаточное количество товаров по доступным ценам. Конкуренция между предпринимателями способствует экономическому, техническому и социальному прогрессу.

Но здесь государство сохранило за собой право на вмешательство. Если возникает опасность, что конкуренция между предпринимателями ослабнет (например, в результате договоренности или объединения), то государство должно вмешаться и помочь восстановить конкуренцию.

Социально ориентированная рыночная экономика означает также, что государство не смотрит безучастно на изменения в структуре экономики. Наоборот, оно, не сдерживая структурных изменений, смягчает негативные проявления. Когда, например, немецкая угольная промышленность стала испытывать затруднения в результате увеличения спроса на нефть, федеральное правительство Бонна приняло эффективные меры по оказанию помощи горнякам, чтобы они смогли освоить другие профессии. Однако то, что эта помощь выплачивается еще и сегодня, а это способствует сохранению слишком дорогой добычи немецкого каменного угля, является недостатком, если смотреть на это с идейных позиций социально ориентированной рыночной экономики.

Наконец, идеями социально ориентированной рыночной экономики оправдывается также то, что государство стимулирует накопление собственности в руках рабочих и служащих. Это касается прежде всего снижения налогов тем работникам, которые вкладывают свои экономические средства в предприятия, на которых они работают. В последнее время огромное значение в социально ориентированной рыночной экономике Германии приобрел экономический аспект. Даже самые радикальные представители этой ориентации экономического устройства совершенно не сомневаются в том, что государственные нормы максимально допустимого содержания серы и окиси азота в выхлопных газах грузовиков, ограничение крайнего уровня шумов на автобазах, определение пределов сброса ядов в реки химическими заводами являются необходимыми в такой экономике и не противоречат ее духу.

Свободная конкуренция, которая в условиях рыночной экономики призвана обеспечивать человека товарами и услугами в оптимальных количествах, базируется на странном противоречии: с одной стороны, экономическая система, основывающаяся на получении прибыли и извлечении личной выгоды, не только оправдывается, но и принимается как законный мотив предпринимательства. С другой — как раз конкуренция между предпринимателями должна способствовать тому, что-

бы никто не назначал сверхвысокие цены и не получал длительное время слишком высоких прибылей.

Конкуренция предполагает, что может быть много производителей одного и того же товара, которые соревнуются друг с другом. Они, однако, могут собраться и договориться о том, чтобы не составлять друг другу конкуренции при назначении цен. Появляется ценовый картель. Поскольку из-за отсутствия конкуренции каждый из членов этого картеля не может повысить цену, он ради повышения прибыли увеличивает производство. Но поскольку, вопреки ценовому картелю, повышение предложения при неизменном спросе приводит к снижению цен, должны быть заключены соглашения также по количеству производимого товара. Так появляется квотовый картель. Самый известный пример обоих видов картеля — организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК).

В ФРГ после многолетней борьбы удалось только в 1957 г., преодолевая сопротивление промышленности, принять так называемый закон о картелях. Контроль за слиянием фирм появился лишь в 1973г. С помощью этого «Основного закона рыночной экономики» Федеральное ведомство по надзору за картелями в Берлине при содействии земельных ведомств следит за ситуацией во всех федеральных землях. Действующее картельное право принципиально запрещает соглашения, ограничивающие конкуренцию. В отдельных случаях некоторые картели получают право на существование. Например, объединения средних предприятий, образованные с целью отстоять себя в конкуренции с большими предприятиями. Но и они во избежание злоупотреблений подлежат контролю.

Слияние предприятий может быть запрещено, если оно нацелено на завоевание ведущего положения на рынке. Перед покупкой фирмы крупные предприятия должны сначала справиться в ведомстве по надзору за картелями, могут ли они рассчитывать на разрешение. Таким образом ограничивается концентрирование экономической власти, которое могло бы привести к уничтожению конкуренции. Во всяком случае при проверке способности завоевания рынка инстанции по надзору за картелями должны учитывать также зарубежную конкуренцию, ведь конкуренция не останавливается перед национальными границами.

Классический предприниматель объединял в одном лице и собственника, и управляющего. Однако развитие и усложнение производства привело к разъединению этих функций, и появился особый класс менеджеров и управляющих со специфической психологией, особенности которой определяются тем, что, в отличие от собственника, менеджер является «человеком организации» и, следовательно, довольно жестко ограничен в своей деятельности набором норм, правил и традиций, свойственных любой организации и придающих ей бюрократический характер. Иногда менеджеры не хотят мириться с ограничивающими их рамками и пытаются действовать «по-своему», то есть проявляют инициативу, изобретают новые способы решения старых задач, предлагают новые пути развития организации

и т. д. В таких случаях менеджер в своей деятельности уподобляется предпринимателю. В этой связи на Западе появился даже новый термин — «intrapreneurship», который можно перевести как «внутреннее предпринимательство», то есть «предпринимательство», осуществляемое менеджером внутри организации.

Говоря о предпринимателе, мы имеем в виду прежде всего предпринимателей-производителей, «организаторов производства», а не спекулянтов-перекупщиков. Как по своей функциональной роли в экономике, так и по психологическому складу эти два типа не имеют между собой ничего общего. У первых в качестве ведущего мотива выступает стремление к самостоятельной творческой и созидательной деятельности, у вторых — желание быстро и легко обогатиться.

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов