Перспективы развития военного дела и силовых структур будущего

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 46 из 46

Авиационный

На момент создания первых образцов атомного оружия единственным надёжным средством его доставки на значительные расстояния могли послужить самолёты дальней бомбардировочной авиации (подробнее об особенностях использования различных типов самолётов военной авиации см. в разделе "Военно-воздушные силы ").Именно по этой самой причине на её основе и происходило создание самых первых подразделений сил стратегического назначения.

Во многом основываясь на опыте использования самолётов обычных бомбардировочных авиаподразделений, лётчики сил стратегического назначения в то же самоё время оказывались вынужденными дополнять свою полётную тактику целым рядом дополнительных моментов, которые несли на себе отпечаток, накладывавшийся особенностями применения атомного оружия и обеспечивавшимися в связи с этим повышенными мерами безопасности. Всё это находило своё практическое выражение в установлении строгих правил, допускавших возможность задействования самолётов сил стратегического назначения С АЭРОДРОМОВ, находившихся В ГЛУБИНЕ СВОИХ ТЕРРИТОРИЙ. После осуществления взлётов лётчикам таких самолётов предписывалось сразу же производить ПОЛНЫЙ НАБОР ВЫСОТЫ (посредством задействования мощных авиационных двигателей и крыльев с большим размахом, которые оказывались способными обеспечивать значительную подъёмную силу) В СТОРОНУ, ПРОТИВОПОЛОЖНУЮ линиям ближайших ГРАНИЦ. Смысл осуществления подобного рода маневров заключался в том, чтобы не оставить возможность наблюдательным подразделениям сил ПВО государств потенциальных противников засечь и начать неотрывное слежение за всеми действиями поднимавшихся самолётов вплоть до моментов их обратной посадки. После того, как оказывалась набранной значительная высота (порядка 15 - 20 км), на которой за самолётами становилось очень сложно вести наблюдение с земной поверхности и на которой они оказывались недосягаемыми для зенитной артиллерии и истребительной авиации, группы стратегических бомбардировщиков отворачивали в ту или иную сторону и осуществляли в воздухе ряд полётных маневров. Суть таких маневров сводилась к тому, чтобы в конечном итоге (с обязательным учётом направления дувших на тот момент ветров и характера наблюдавшейся облачности) лечь на такой КУРС, который бы проходил ПАРАЛЛЕЛЬНО заранее определённым УЧАСТКАМ государственных ГРАНИЦ и на более близком к ним расстоянии. Попеременно проходя и разворачиваясь то в одном, то в обратном ему направлении, лётчики самолётов авиации стратегического назначения принимались ОЖИДАТЬ ПРИБЛИЖЕНИЙ ФРОНТОВ ПЛОТНОЙ ОБЛАЧНОСТИ и туманов. Как только группы стратегических бомбардировщиков оказывались отделёнными от земной поверхности плотным слоем облаков, они РЕЗКО ИЗМЕНЯЛИ свой КУРС - поворачивали на 90 градусов - И под его прикрытием УСТРЕМЛЯЛИСЬ В ГЛУБЬ воздушных пространств над территориями государств своих противников по направлению к заранее намеченным целям для производств бомбометаний. Подобные бомбометания производились с учётом той особенности атомных зарядов, что в случае сброса и стремительного достижения земной поверхности в свободном падении, они были способными поразить своими колоссальными разрушительными воздействиями не только наземные цели, но и сбрасывавшие их самолёты вместе с их экипажами. В целях недопущения случаев чего-либо подобного, первые атомные бомбы принимались СБРАСЫВАТЬ с больших высот НА ПАРАШЮТАХ, заходя на цели с подветренной стороны. За то время, пока сброшенный атомный заряд медленно приближался к земной поверхности, экипаж сбрасывавшего его бомбардировщика успевал отвернуть и переместиться далеко в сторону и таким образом обезопасить себя от его смертоносного поражающего воздействия.

Нарастание характера атомных угроз в скором времени приводило к выработкам мер ответного характера, находившим своё выражение в стремительном совершенствовании радиолокационных средств и создании зенитно-ракетных комплексов, способных поражать самолёты на большой высоте и значительном удалении от мест производившихся пусков. В свою очередь проектировщики и конструкторы атомного оружия отвечали на это созданием всё более совершенных его образцов, которые с одной стороны быстро уменьшали в своём весе, а с другой - начинали НАДЕЛЯТЬСЯ ЭЛЕМЕНТАМИ УПРАВЛЕНИЯ для пассивного или активного наведения на цели, а в последствии и обретать вид авиационных крылатых ракет, позволявших производить уничтожение заранее определённых целей с больших удалений - не входя в зоны поражения средств вражеских ПВО. С другой стороны из соображений наделения стратегических бомбардировщиков способностью находиться в воздухе ровно столько времени, сколько это было необходимо (в зависимости от ставившихся задач и характеров развития возникавших ситуаций) и введения противника в заблуждение относительно их полётных возможностей такие самолёты принимались оснащаться специальными устройствами, которые в случаях необходимости позволяли им производить неоднократные ДОЗАПРАВОК В ВОЗДУХЕ со специально высылавшихся к ним на встречу самолётов-заправщиков и продолжать выполнения полётных заданий без осуществления посадок на промежуточных аэродромах. Всё это приводило к тому, что такие бомбардировщики (попеременно сменяя друг друга) в случаях возникновений особой необходимости оказывались способными осуществлять круглосуточные ПАТРУЛИРОВАНИЯ огромных участков ПРИБРЕЖНЫХ И МОРСКИХ ПРОСТРАНСТВ и являться своеобразным сдерживающим фактором - фактом своего присутствия в воздухе заявлять обнаруживавшимся там силам кораблей и самолетов потенциальных противников о своей способности в любой момент нанести по ним мощный удар в случаях создания ими обстановки чего-то угрожающего и тревожного. В ситуациях же создания обстановки напряжённости стратегические бомбардировщики оказывались способными осуществлять патрулирование океанических и морских пространств вдоль границ государств своих потенциальных противников в целях предупреждения их о твердой настроенности и решительности намерений руководств своих государств в плане отстаивания своих жизненно важных государственных интересов.

Осознание той угрозы, которую представляли собой подразделения бомбардировочной стратегической авиации, приводило к тому, что каждая из противостоявших сторон приступала к созданию и постоянному использованию в борьбе друг против друга сложных систем радиоэлектронной разведки (в виде сверхмощных РЛС, самолётов-шпионов и военных спутников слежения за наземными и воздушными объектами). Помимо использования подобного рода средств в целях поиска и обнаружения всего опасного и тревожного на подлётах и в воздушных пространствах над территориями своих государств, противостоявшие стороны принимались задействовать их в целях организации круглосуточного слежения за воздушными пространствами над территориями государств своих противников вообще и аэродромами базирования стратегических бомбардировщиков своих противников и любыми воздушными перемещениями таких самолётов в частности с тем, чтобы иметь чёткое представление о том, где и в каких количествах они находятся на каждый данный момент времени и к каким территориям и объектам способны быстро подойти и нанести свои массированные удары. В целях обхождения столь глобальных систем глобального наблюдения и контроля государств своих потенциальных противников в стратегической авиации начинали прорабатываться специальные меры и шаги по введению их в заблуждение. Так на первоначальном этапе это заключалось главным образом сводилось к тому, что время от времени отдельные группы стратегических бомбардировщиков принимались СКРЫТНО (с использованием тёмного времени суток и непогоды) ПЕРЕГОНЯТЬ С ОСНОВНЫХ АЭРОДРОМОВ своего базирования на определявшиеся им в качестве временных (за которыми со стороны государств потенциальных противников не велось непрерывного и круглосуточного наблюдения) и таким образом обеспечивать в своих действиях определённый элемент неожиданности. Но по причине того, что подобные меры оказывались недостаточно эффективными военным в голову приходила мысль о возможности осуществления скрытных перегонок своих стратегических бомбардировщиков путём их РАСТВОРЕНИЯ в воздухе СРЕДИ общей массы САМОЛЁТОВ ГРАЖДАНСКОЙ АВИАЦИИ и создания целого ряда дополнительных военных аэродромов, которые бы располагались в непосредственности от аэродромов гражданского назначения. Но вся проблема заключалась в том, что самолёты гражданской авиации были винтовыми - имели достаточно невысокие скоростные характеристики и низкие потолки полёта - и специалистам в области радиоэлектронной разведки не составляло большого труда определить какой из обнаруженных ими в небе самолётов является гражданским, а какой военным. В целях устранения подобной загвоздки с середины 60х годов ХХ века наиболее промышленно развитыми государствами был осуществлён целый ряд комплексных мер, направленных на обеспечение ПЕРЕВОДА ПАССАЖИРСКИХ САМОЛЁТОВ НА РЕАКТИВНУЮ ТЯГУ и стремительное увеличение грузопассажирских авиаперевозок. Как только пассажирские самолёты по своему внешнему виду и полётными возможностями оказались во многом приближенными к самолётам стратегической авиации задача по обеспечению маскировки последних в общей массе первых в значительной степени оказывалась облегчена. (В то же самое время сознательно создававшийся элемент множественности и стихийности в организации воздушного движения с одной степени приводил к увеличению числа столкновений самолётов в воздухе, а с другой - таил в себе опасность того, что в случаях осуществлений незаметного проникновения в воздушные пространства над территориями государств той или иной стороны летательными аппаратами государств их потенциальных противников последние также смогут легко растворятся в общей массе одновременно движущихся самолётов и безнаказанно достигать указанных им объектов в разведывательных или каких-либо иных целях. Чёткое осознание угроз чего-либо подобного приводило к УСТАНОВЛЕНИЮ СТРОГИХ ПРАВИЛ И ЖЕСТКОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ авиационных ПОЛЁТОВ, факты любых нарушений которых резко выделялись на фоне всего производившегося упорядоченным образом благодаря организации круглосуточного слежения за воздушным пространством в пределах своих государств, установкам на самолётах, выполнявшие свои полёты вблизи границ или пересекавшие их в установленном порядке, специальных радиоопознавательных устройств и вменению всем военным и гражданским летчикам, а также авиационно-техническому персоналу в прямую обязанность СООБЩАТЬ по службе О любых ФАКТАХ ПОЯВЛЕНИЯ перед ними НЕОПОЗНАННЫХ ЛЕТАТЕЛЬНЫХ ОБЪЕКТОВ или непонятных атмосферных явлений).

Но рассмотренный выше способ запутывания потенциального противника относительно того какой из самолётов является гражданским, а какой военным мог быть применим главным образом в воздушных пространствах над территориями своих государств и местах прохождения активно используемых авиационных маршрутов над нейтральными водами морских и океанских пространств. А так как стратегическим бомбардировщикам в процессе несения своих дежурств и выполнения боевых заданий сплошь и рядом приходится летать в стороне от мест прохождения каких-либо авиалиний (или там где движение по ним оказывалось крайне редким), то в силу вполне понятных причин они быстро обращают на себя пристальное внимание и как правило тут же оказываются опознанными. В целях наделения стратегических бомбардировщиков способностью в любых ситуациях оказываться необнаруженными и беспрепятственно приближаться к интересующим их объектам в современных условиях на их поверхности принимаются НАНОСИТЬ СПЕЦИАЛЬНЫЕ светоотражающие и радиопоглощающие ПОКРЫТИЯ, КОТОРЫЕ ДЕЛАЮТ ИХ в значительной степени НЕВИДИМЫМИ как зрительно, так и для радиолокационных устройств.

В общем и целом современные стратегические бомбардировщики представляют собой мощный сгусток разнообразных технических средств, потенциальных возможностей и вооружения, которые делают их многофункциональными, всепогодными, способными неограниченно долго находиться в воздухе, уходить от средств ПВО и производить уничтожения разнообразных объектов и целей как на близких расстояниях, так и на значительных удалениях от себя. В то же самое время из некогда одной единственной и всеобъемлющей составляющей сил стратегического назначения современная стратегическая авиация давно утратила своё монопольное положение и превратилась в одну из многих её составляющих, которая на сегодняшний находит своё главное применение в ситуациях начал крупномасштабных военных действий против тех или иных государств и используется преимущественно для НАНЕСЕНИЯ с больших расстояний рассчитанных ТОЧЕЧНЫХ УДАРОВ по командным центрам, узлам связи и другим жизненно важным объектам противника в целях лишения представителей его государственного и военного руководства возможности обеспечивать эффективное оперативное руководство действиями своих сил. Помимо сказанного её самолёты достаточно часто используются на завершающих стадиях ведущихся войн - для производства УНИЧТОЖЕНИЯ специальными глубоко проникающими бомбами СВЕРХУКРЕПЛЁННЫХ ОБЪЕКТОВ (типа подземных бункеров и пещерных укрытий) с остатками сил наиболее непримиримых и фанатично настроенных противников, которые вопреки всему уже случившемуся не желают складывать оружия и признавать фактов своего поражения.

Авианосный

Хотя самолёты стратегической авиации и были предназначены для ведения действий на значительных удалениях от своих территорий, они не могли постоянно находиться в воздушных пространствах вдоль морских побережий государств своих потенциальных противников и оказывались вынужденными периодически отрываться от процессов выполнения поставленных перед ними задач в целях производства своих дозаправок, а затем возвращаться на свои аэродромы для обеспечения отдыха своим экипажей и осуществления технического обслуживания. В то же самое время те, государства, которые желали обеспечить себе господствующее положение в окружающем мире, в ситуациях возникновения особой напряжённости в отношениях с государствами своих наиболее вероятных противников достаточно часто начинали ощущать потребность в организации длительных присутствий соединений своих стратегических сил в непосредственной близости от их границ в целях выбора наиболее подходящих моментов для нанесения по ним сокрушительных ядерных ударов. Наиболее оптимальный вариант обеспечения возможностей осуществления чего-либо подобного находил свое выражение в идее о необходимости СОЗДАНИЯ большого количества ВОЕННЫХ БАЗ (на которых можно было бы размещать военные самолёты, способные нести ядерное оружие) ВОКРУГ ГОСУДАРСТВ своих наиболее ВЕРОЯТНЫХ ПРОТИВНИКОВ и их союзников. Но так как военные базы предполагалось создавать на территориях других государств, то процесс их создания не мог быть начат без получения на то формальных согласий со стороны их руководств и правительств. В случаях с государствами своих союзников наиболее могущественным державам второй половины ХХ века удавалось добиться желаемого достаточно легко и просто, но в ситуациях обращений с предложениями о достижении таких договорённостей к государствам так называемого третьего мира (у населения которых были свежи воспоминания о своём недавнем колониальном и подневольном прошлом) в подавляющем большинстве случаев они наталкивались на нежелания и отказы терпеть на своих территориях иностранное присутствие. Для того, чтобы убедить несговорчивых в чём-то для себя очень желательном, ведущим мировым державам требовалось предоставить очень веские аргументы своей правоты. В принципе такими аргументами могли послужить выражения властям слабо развитых государств со стороны великих держав предложений о предоставлении им взамен определённой экономической, политической и военной поддержки в плане решения каких-либо местных или локальных проблем, с которыми те не были способными быстро справиться без посторонней помощи. В целом ряде случаев обеим мировым державам удавалось достигать желаемого действуя именно таким образом. Однако среди государств находилось немало таких, власти которых проявляли завидное упорство и не соглашались предоставлять своих территорий под иностранные военные базы ни за какие коврижки. Другие, наоборот сразу поняв что к чему и быстро войдя во вкус дела, принимались вести политический торг сразу с обеими мировыми державами и требовать в замен за выражения своих формальном согласий о принятии стороны той или иной из них предоставлений чего-либо явно завышенного и совершенно чрезмерного. В общем и целом руководителями главных действующих сторон очень скоро становилось понятным, что НАИБОЛЕЕ УБЕДИТЕЛЬНЫМ АРГУМЕНТОМ в ситуациях подобного рода МОЖЕТ ПОСЛУЖИТЬ АРГУМЕНТ СИЛЫ и оказания грубого давления на всех несговорчивых.

В прямой связи со всем сказанным главные мировые державы начинали ощущать потребность в создании в структуре своих сил стратегического назначения таких дополнительных направлений, которые бы были в гораздо большей степени приспособленными для решения локальных проблем в тех или иных частях света - ОБЛАДАЛИ гораздо большей АВТОНОМНОСТЬЮ (или способностью вести свои действия на протяжении длительного времени, находясь при этом в полном отрыве от наземных баз своего снабжения) И ЖИВУЧЕСТЬЮ (при возникновениях неблагоприятных условий), чем самолёты стратегической авиации. В прямой связи со всем здесь сказанным особое внимание оказалось обращённым на авианосные корабли, успешный опыт задействования которых в ходе многих военно-морских сражений в годы второй мировой войны указывал на возможность расширения их использования и применения в качестве мощной ударной сил в ситуациях возникновений чего-либо крайне нежелательного и стремительно разрастающегося в своих масштабах. Но из-за того, что от авианосных кораблей требовалось принимать на свои борта самолёты, боеприпасы, топливо и запчасти к ним такие количества, которых бы в случая возникновений такой необходимости оказалось вполне ДОСТАТОЧНО ДЛЯ РАЗВЯЗЫВАНИЯ полномасштабных ЛОКАЛЬНЫХ ВОЙН в самых отдалённых уголках мира И САМОСТОЯТЕЛЬНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРОЦЕССА ИХ ВЕДЕНИЯ на протяжении всего отведённого для этого времени, их по причине неспособности принимать на свои борта столь огромные количества военных грузов требовалось отправлять к тем или иным берегам не по одному, а целыми группами. В то же самое время становясь перегруженными авиационной техникой и средствами обеспечения возможностей её применения в условиях открытого моря, они оказывались неспособными одновременно с этим размещать на своих бортах средства, способные обеспечить им надёжную защиту от поражения оружием противника. Для обеспечения сохранности групп авианосцев в процессе их перемещений между различными частями света и нахождения вдали от своих берегов им требовалось придавать целые эскадры боевых кораблей.

Но вся суть проблемы заключалась в том, что в результате постоянного совершенствования и появления новых видов противокорабельного оружия степень потенциальных угроз, создававшихся для авианосцев, начинала расти с невиданной ранее скоростью. Группы кораблей охранения, не поспевая своими боевыми возможностями за таким ростом, начинали обнаруживать свою неспособность обеспечивать полноценную защиту одновременно нескольким своим авианосцам, между которыми им приходилось рассредоточивать своё внимание. В прямой связи с этим у тех государств, которые в своих военно-политических доктринах принимались делать ставку на активное задействование и применение своих авианосных сил по всему миру, начинала возникать потребность в создании громадных авианосцев, каждый из которых мог бы легко заменить сразу несколько более мелких и оказаться единственным центром внимания для других кораблей своей группы. В принципе технические возможности для создания корпусов авианосцев столь огромной размерности к этому времени оказывались уже созданными. Но для обеспечения возможности их надежного и быстрого хода требовалось наличие сверхмощных двигательных установок. Решить возникшую проблему путём установки на столь огромные корабли привычных дизелей оказывалось невозможным - помимо чисто технических сложностей, связанных с созданием и текущей эксплуатацией соразмерных им дизельных двигателей, для обеспечения возможности работы последних на протяжении достаточно длительного времени требовалось совершенно непомерные количества углеводородного топлива. Для таких кораблей требовалось создать принципиально новый тип двигательной установки, который был бы гораздо более надёжен в своём конструктивном исполнении и отличался потреблением сравнительно небольших количеств какого-либо особенного высокоэнергетического вида топлива. Решение данной проблем оказалось найденным в виде начала использования в качестве двигательных установок уже существовавших ядерных реакторов, которые до этого времени использовались исключительно в целях получения высокообогащённых радиоактивных соединений, использовавшихся затем для создания атомных боезарядов. Именно так миру были явлены первые СТРАТЕГИЧЕСКИЕ АВИАНОСЦЫ с атомными двигательными установками на своих бортах, что в свою очередь послужило той основой, которая дала мощный импульс стремительному развитию АТОМНОЙ ЭНЕРГЕТИКИ.

Подходя к территориальным водам тех слаборазвитых государств, которые начинали вызывать их особое неудовольствие, отдельные атомные авианосцы и сопровождавшие их эскадры принимались неспешно курсировать вдоль их побережий и обеспечивать блокаду последних со стороны моря. Одновременно с этим с авианосцев то и дело принимались подниматься в воздух небольшие группы самолётов палубной авиации, которые принимались перемещаться в воздушных пространствах вдоль границ таких государств и осуществлять облёты их кораблей, осмеливавшихся выходить в открытое море. Цель регулярного осуществления подобных полётов заключалась в ДЕМОНСТРАЦИИ перед заведомо более слабыми явного превосходства своей СИЛЫ. Если руководства таких государств, испугавшись столь отчётливых демонстраций чужой военной силы у своих берегов, принимались идти на попятную и выражать согласия по поводу создания на своих территориях иностранных военных баз на вполне приемлемых условиях, те мировые державы, которые принимались во всю использовать "дипломатию" авианосцев, вскоре отводили свои военно-морские эскадры сил от их берегов к обоюдному удовольствию. Если же со стороны осаждавшихся государств не следовало чего-либо подобного и они вместо страха, принимались выражать решимость в плане отстаивания своей независимости, то самолёты палубной авиации, взлетавшие с авианосцев, принимались откровенно ВТОРГАТЬСЯ В ВОЗДУШНЫЕ ПРОСТРАНСТВА над территориями суверенных государств с тем, чтобы либо ещё больше их запугать либо наоборот СПРОВОЦИРОВАТЬ их НА ПРИМЕНЕНИЕ против себя ОРУЖИЯ, а затем под предлогом вынужденности себя защищать ПОДВЕРГНУТЬ их полномасштабным АГРЕССИЯМ И полным ЗАХВАТАМ посредством высадок на их побережья военно-морских десантов в целях обеспечения прихода к власти в указанных странах представителей тамошних оппозиционных меньшинств, которые в обмен на гарантии предоставления им всесторонней поддержки оказались бы готовыми согласиться с любыми условиями, навязанными им извне.

С другой стороны представители военных кругов известных сторон, прибывавшие в те якобы суверенные и формально независимые государства, в которых были организованы переходы власти в руки кого-то более для них предпочтительного, с целью организации на их территориях своих военных баз, нередко обнаруживали там ПРОМЫШЛЕННЫЕ ЗАПАСЫ различных ПОЛЕЗНЫХ ИСКОПАЕМЫХ и иных природных ресурсов, процесс добычи которых вёлся весьма примитивным и стихийным образом - сводился к сбору и получению всего наиболее легко доступного и лежащего на самой поверхности - т.е. не отличался своей эффективностью. Крупные промышленные корпорации тех держав, которые становились фактическими хозяевами положения во многих отдалённых уголках мира, узнавая через военных о чём-либо подобном, тут же отправляли туда своих представителей, которые обращались с предложениями к тамошним марионеточным правителям с заманчивыми предложениями о передаче им всех прав на добычу полезных ископаемых. Заманчивость подобных предложений заключалась в том, что в обмен на предоставление для себя чего-то желательного иностранные корпорации предлагали высшим представителям тамошней власти несколько большие суммы, чем те могли собрать с разрозненных местных добытчиков в виде налогов, не утруждая себя при этом процессом организации их сбора и борьбы со взяточничеством в среде мелких чиновников, бравшим со всех свою мзду за сокрытие истинных объёмов производившихся добыч. Но при всей заманчивости таких предложений, в них всегда содержалась одна серьёзная заковырка, суть которой можно выразить в следующем. Добыча имевшихся полезных ископаемых и иных природных ресурсов являлась там почти единственным источником дохода для большинства представителей тамошнего населения, которому исключительно благодаря его наличию удавалось кое-как сводить концы с концами и поддерживать своё скудное существование. Лишение же таких людей подобной возможности оказывалось равносильным фактическому поставлению их на грань вымирания от истощения и заразных болезней, что вынуждало их к взятию в руки оружия и вставанию на путь организации всенародных восстаний против своих правителей, предававших их общие интересы.

Само собой разумеется что всем был известен надежный способ избежания подобных коллизий, который заключался в создании для незанятого населения рабочих мест и возможностей для занятий в каких-либо других сферах деятельности. Но программы подобного рода требовали от иностранных корпораций вложения очень значительных средств, на что те совершенно не желали идти по той простой причине, что это им было невыгодно с экономической точки зрения. Гораздо дешевле и проще было добиться осуществления чего-то для себя весьма желательного путём организации ПОДКУПА ВЫСШИХ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ тамошней ВЛАСТИ и обещаний им предоставления надёжных убежищ в своих государствах в случаях создания таких ситуаций, когда дальнейшее продолжение их правления окажется более невозможным. Но так как всякому было понятно, что подавляющее большинство населения таких слаборазвитых государств не за что не согласится с условиями подобного рода, то крупные промышленные корпорации в целях обеспечения для себя условий стабильности (без которых не может успешно развиваться никакой бизнес) входили к высшим представителям власти своих держав с весьма заманчивыми предложениями. Суть таких предложений заключалась в идее долевого ВЛОЖЕНИЯ свободных ГОСУДАРСТВЕННЫХ СРЕДСТВ (наравне с участвовавшими частными капиталами) В СВЕРХПРИБЫЛЬНЫЕ ОПЕРАЦИИ, связанные с производством добычи и переработки различных видов сырья, с условием того, что в случая создания в местах производившихся добыч обстановки чего-либо критического и угрожающего вызвать их остановку, высшие представители власти таких держав в самые кратчайшие сроки обеспечат принятие политических решений об оказании поддержки угодным правителям зависимых от них государств и выделении из своих госбюджетов значительных средств на предоставление тем военной помощи в целях быстрого возвращения всего к чему-либо прежнему. При всей неприглядности подобного рода идей, они в то же самое время оказывались для высших представителей ряда великих держав весьма и весьма привлекательными. Суть такой привлекательности заключалась в обретении возможности для регулярного получения дополнительных средств в государственные бюджеты, которые затем можно было расходовать внутри своих государств на разного рода программы (в том числе и социальные). Помимо этого для обеспечения процесса добычи и переработки природных ресурсов в таких местах крупные промышленные корпорации нуждались в дополнительных количествах производственного оборудования и добывающей техники. Рост же заказов на промышленное оборудование и добывающую технику, основные производственные базы для создания которого были расположены на территориях великих держав, с неизбежностью бы способствовал увеличению занятости их трудоспособного населения и росту размеров оплаты его труда. В общем и целом узревая реальную возможность ОБЕСПЕЧИТЬ ВЫСОКИЙ УРОВЕНЬ ЖИЗНИ подавляющему БОЛЬШИНСТВУ СВОИХ ГРАЖДАН ЗА СЧЁТ фактического ОГРАБЛЕНИЯ основной массы ГРАЖДАН целого ряда ДРУГИХ ГОСУДАРСТВ и таким образом существенно увеличить свою популярность в глазах своего населения, высшие представители власти великих держав не могли устоять перед соблазном и принимались давать своё негласное добро на организацию всего для них столь выгодного таким образом, каким это более всего устраивало их наиболее крупные промышленные корпорации.

На практике всё это оборачивалось тем, что начиная ощущать потребность создания новых военных баз в тех или иных уголках мира, высшие представители ряда великих держав принимались подходить к данному вопросу не столько с военно-стратегической точки зрения, а рассуждая ГЕОПОЛИТИЧЕСКИМ ОБРАЗОМ. Выражаясь более простым языком, всякий раз когда начинала заходить речь о создании новых баз, они принимались интересоваться мнением руководителей своих крупных промышленных корпораций на предмет того, в какой именно стране (или конкретной её части) заранее определённого ими региона разумнее всего было бы их расположить с таким расчётом, чтобы, помимо создания прямой угрозы безопасности государствам своих наиболее вероятных противников, они оказались расположенными поближе к местам нахождения крупных запасов наиболее ценных сырьевых ресурсов. Взвешивая все за и против и находя наиболее оптимальное решение в плане определения желательного местоположения будущих военных баз, высшие представители власти "авианосных" держав принимались идти дальше и оказывать разного рода давления на руководителей тех или иных слаборазвитых государств не только в плане понуждения их к выражению своих согласий по поводу предоставления части своих территорий под иностранные военные базы, но и в смысле УКАЗАНИЯ тем КОМУ И НА КАКИХ УСЛОВИЯХ им СЛЕДУЕТ ПРЕДОСТАВЛЯТЬ КОНЦЕССИИ на добычу своих полезных ископаемых и иных природных ресурсов, а с корпорациями каких государств им вовсе не следует каких-либо дел. Прекрасно понимая, что в случаях покорного следования требованиям подобного рода, их государства в самом скором времени превратятся в подобия пороховых бочек и видя тому вокруг себя живые примеры, такие руководители нередко принимались ВСКИПАТЬ ПРАВЕДНЫМ ГНЕВОМ и выражать в ответ самые решительные отказы, не смотря на все сыпавшиеся на них угрозы. Но так как высшие представители "авианосных" держав с этого времени всё больше и больше начинали мыслить экономическими категориями и приходить к выводу о том, что немедленная присылка авианосцев к чужим берегам является достаточно дорогостоящим мероприятием, то вместо этого в целом ряде случаев они принимались опробовать нечто более дешёвое по стоимости своего исполнение, но обещавшее обеспечить не меньший эффект. Такое "нечто" представляло собой ВВЕДЕНИЕ против несговорчивых ЭКОНОМИЧЕСКИХ САНКЦИЙ. Выражаясь более простым языком, "авианосные" державы превратившись в фактических распределителей и регуляторов преобладающей части мировых поставок сырья и готовой продукции, своими негласными указаниями запрещали своим союзникам и марионеткам торговать с теми, кто становился им неугодным.

Оказываясь в международной изоляции, правителям "неугодных" слаборазвитых государств не оставалось ничего иного, как ОБРАЩАТЬСЯ С ПРОСЬБАМИ ОБ ОКАЗАНИИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ к государствам наиболее вероятных противников "авианосных" держав. Последние, из желания утереть нос своим конкурентам, в большинстве случаев охотно соглашались на выделение остро нуждавшимся всего им недостающего - при условии заявления руководствами тех о признании правоты их идеологии, главная мысль которой заключалась в открытом провозглашении верховенства принципов уравнительности и централизованного руководства всеми сферами общественной жизни. При виде начал чего-либо подобного, высшие представители власти "авианосных" держав приходили в страшное негодование и принимались открыто угрожать тем, кто открыто вставал на путь сотрудничества с их идеологическими противниками и фактическими врагами. В ситуациях, когда государства, провозглашавшие курс на обретение независимости от кого-то ставшего им ненавистным, начинали видеть факты начал подготовки к ним военных вторжений, им не оставалось ничего иного, как обращаться к своим новым союзникам С ПРОСЬБАМИ О немедленном ОКАЗАНИИ им ВОЕННОЙ ПОМОЩИ. Военные специалисты главного государства таких союзников, прикинув что к чему, быстро пришли к выводу о том, что для того, чтобы молодые государства третьего мира оказались способными хоть как-то противостоять агрессивным намерениям "авианосных" держав, их - с чисто технической точки зрения - требуется СНАБДИТЬ САМЫМИ СОВРЕМЕННЫМИ ВИДАМИ ОРУЖИЯ И ОБЕСПЕЧИТЬ высокую ПРОФЕССИОНАЛЬНУЮ ПОДГОТОВКУ ЗНАЧИТЕЛЬНОМУ ЧИСЛУ их ВОЕННЫХ. Что же касалось способности таких государств расплатиться за подобные поставки оружия и военное обучение, то всем было понятным и ясным, что в подавляющем большинстве случаев, что ни в настоящем, ни в сколько-нибудь обозримом будущем они не смогут этого сделать по причине своей финансовой несостоятельности. В прямой связи с этим в головах руководителей серпасто-молоткастой державы вставал непростой вопрос : либо бросить своих новоявленных и полунищих союзников на произвол судьбы (и фактическое растерзание государствами своих потенциальных противников), либо - в целях недопущения начала весьма нежелательного развития событий - за просто так передать сборищам необузданных и полудиких людей огромные количества современного оружия.

В силу того, что верх взяла точка зрения о необходимости организации крупных поставок оружия в целый ряд слаборазвитых государств и за каждым из них стала призывно маячить краснозвёздная фигура, "дипломатия" с применением авианосцев начала терпеть провал за провалом. Стремясь исправить своё положение и наверстать упущенное, "авианосные" державы принимались прибегать к дипломатии более изощрённого рода. Суть таких изощрений заключалась в отыскании среди сторонников независимости тех или иных слаборазвитых государств таких лиц, которые имели какие-либо основания быть недовольными высшими представителями своей власти. Посредством использования своих агентов они брались ФОРМИРОВАТЬ из таких лиц ОППОЗИЦИОННО НАСТРОЕННЫЕ КРУГИ И принимались ТАЙНО СНАБЖАТЬ их ОРУЖИЕМ с одной единственной целью - РАЗДЕЛИТЬ ВСЕХ активных представителей указанных государств по какому-либо КЛАНОВОМУ ПРИЗНАКУ И ВОЗБУДИТЬ между их группировками НЕПРИМИРИМУЮ ВРАЖДУ и кровавые резни. Если в ходе резни, специально возбуждённой внутри того или иного из слаборазвитых государств, верх брала оппозиционная сторона, то "авианосные" державы принимались выражать поддержку её приходу к власти и называть в качестве кого-то более "правильного", чем их предшественники. Если же в результате происходившей резни в явном проигрыше оказывалась оппозиция, то представители "авианосных" держав принимались именовать лидеров победивших сторон не иначе, как жестокими деспотами и кровавыми диктаторами и призывать в свидетели всю мировую общественность. В общем и целом результатом ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ТАЙНЫХ ОПЕРАЦИЙ в государствах третьего мира оказался тот факт, что большинство из них оказалось как бы ПОДЕЛЁННЫМ НА ДВА враждующих ФРОНТА. Их крупные города и равнинные части обычно находились под контролем более сильных сторон, которые обеспечивали содержание своих организационных структур за счёт сдачу в концессии крупных источников сырьевых ресурсов кому-либо для себя постороннему или самостоятельной организации их добычи. Более слабым же сторонам, которым в своё время приходилось спасаться бегством в разного рода окраины и труднопроходимые местности, не оставалось ничего иного, как брать под свой фактический контроль наиболее дикие уголки своих государств и обеспечивать содержание своих организационных структур с одной стороны за счёт организации выращивания и переработки наркотического сырья, а с другой - посредством осуществления перепродаж тайно поставлявшегося им оружия всем желающим лицам, которые оказывались способным за него заплатить. В общем и целом создавалась такая ситуация, когда главные действующие лица происходивших событий вместо вступления в открытую ядерную конфронтацию, на протяжении достаточно долгого времени находили для себя наиболее разумным и подходящим воевать между собой на чужих территориях, руками своих марионеток и с использованием обычных видов оружия.

Но как говорится, на свете не бывает ничего вечного. С развалом СССР многие приобретатели его оружия столкнулись с осознанием того факта, что ни им никто более не станет поставлять его за бесплатно или в обмен на предоставление чего-либо чисто символического. В то же самое время по причине того, что им за предыдущие периоды времени удалось собрать у себя достаточно большие количества вооружений и обрести надёжные финансовые источники для обеспечения возможности постепенного их обновления, руководители некоторых из таких государств решили, что настала пора прекратить пресмыкаться перед кем бы то ни было и начать вести самостоятельную политику, не беря во внимание мнения ни одной из наиболее сильных сторон. С другой стороны противники бывшего СССР, с едва скрываемой усмешкой взирая на остатки его былого величия, вскоре пришли к выводу о том, что во вновь сложившейся ситуации они более не нуждаются в сохранении особо доверительного отношения с большинством своих прежних союзников из числа государств третьего мира и по этой самой причине им следует прекратить баловать тех разного рода подачками по разным незначительным поводам. Столь лицемерное поведение и выражение пренебрежение со стороны высших представителей "авианосных" держав к тем, кто ещё вчера представлялся им во многом полезным и очень нужным, послужило того, что целый ряд их недавних союзников затаил на них немалые обиды и так же решил, что с этого времени он стал способным и вольным решать свои дела исключительно по своему усмотрению.

Однако единственная из оставшихся по настоящему сильных сторон решила всё по своему и посчитала, что БУДЕТ совершенно НЕГОЖЕ, ЕСЛИ какие-либо гораздо более слабые (или неядерные) государства ВОЗЬМУТ себе В ПРИВЫЧКУ ГОВОРИТЬ с ними НА РАВНЫХ и нисколько не уступать любым их давлениям. С тем, чтобы как следует наказать наиболее отъявленных строптивцев и примерами устроений чего-либо подобного быстро поставить на место всех прочих из их категории, высшие представители такой стороны пришли к выводу о необходимости существенного РАСШИРЕНИЯ ПРАКТИКИ ОКАЗАНИЯ ОТКРОВЕННЫХ ДАВЛЕНИЙ на всех непокорных С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ АВИАНОСЦЕВ. Но суть всей проблемы заключалась в том, что продолжая многократно уступать в своих военных возможностях, лидеры таких государств, благодаря имевшимся у них значительным запасам оружия, становились способными обеспечивать нападавшим достаточно ощутимые потери в живой силе и технике (пусть даже ценой обречения своих сторон на несравнимо большие потери). Чтобы избежать таких потерь и добиться желаемого "авианосным" державам требовалось произвести поэтапное уничтожение всех скоплений воинских сил и техники таких своих противников и их промышленного потенциала путём нанесения по ним прицельных воздушных ударов с больших высот и значительных расстояний и уже только затем производить на их территории высадки частей своих сухопутных сил. Для нанесения прицельных ударов по каким-либо объектам и целям прежде всего требовалось выявить их точное расположение. В спокойные периоды времени сделать это не составляло большого труда - на то имелись военные спутники и самолёты электронной разведки. Но в периоды стремительного нарастания напряжённости защищавшие себя государства третьего мира принимались осуществлять специальные меры, направленные на обеспечение скрытности своим наиболее боеспособным силам и военной технике. Суть таких мер заключалась в осуществлении разного рода подмен и размещений в местах их обычного нахождения имитационных макетов (которые производили своим внешним видом производили впечатление чего-либо настоящего) и незаметным рассредоточениям по различным укромным местам с соблюдением тщательной маскировки всего того, что требовалось скрыть от посторонних взоров. Обнаружить факты таких подмен и новые места нахождения всего тщательного замаскированного можно было с лишь только с достаточно небольших расстояний - прежде всего путём регулярного ведения воздушной разведки и детального изучения всех её результатов.

Но вести такую разведку оказывалось невозможным без осуществления РЕГУЛЯРНЫХ ВТОРЖЕНИЙ В ВОЗДУШНЫЕ ПРОСТРАНСТВА над территориями чужих государств. В качестве предлогов, который бы мог оправдать действия подобного рода, высшие представители "авианосных" держав принимались во всю использовать заявления о якобы наличии на территориях таких стран оружия массового поражения и создания реальной угрозы его бесконтрольного распространения в разные стороны или о неожиданно вскрывшихся фактах кровавых злодеяний и геноцида тамошних властей по отношению к кому-то оппозиционно к ним настроенного. Основываясь на таких заявлениях своих высших руководителей, небольшие группы самолётов палубной авиации принимались бесцеремонно вторгаться в чужие воздушные пространства и вести воздушную разведку. В целях обеспечения безопасности таким полётам групп своих самолётов их командование принималось заявлять о том, что в случаях обнаружения в небе самолётов тамошних ВВС или фиксации фактов своего облучения РЛС наземных пусковых установок зенитных ракет, они станут расценивать подобные факты, как приготовления к нападению и будут производить незамедлительное уничтожение таких объектов и целей, пользуясь своим превосходством в оружии и эксплуатационных возможностях своей военной техники.

После того, как все результаты многодневного ведения воздушной разведки оказывались изученными и обобщёнными, а всё население обложенных со всех сторон государств - в значительной степени деморализованным фактом неспособности своих властей противопоставить чего-либо реального коалициям тех сил, которые принимались развязывать против них свои агрессии - последними обычно принимались решения о началах переходов от подготовительных к решительным стадиям использования авианосцев и приданных им сил. Своё практическое выражение это находило в том, что в определённый день и час с кораблей и самолётов специально вызванной стратегической авиации из-за пределов зон их досягаемости для тех видов оружия, которые имелись у противостоявшей им стороны, производились МНОГОЧИСЛЕННЫЕ ПУСКИ КРЫЛАТЫХ РАКЕТ, которые были предназначены для поражения правительственных учреждений, командных пунктов и узлов связи сил оборонявшихся государств. Одновременно с этим с палуб авианосцев поднималось множество самолётов, по своей сути принадлежащих к их промежуточным типам. На данном этапе ими обычно оказывались истребители-бомбардировщики (которые, подобно истребителям, обладали сравнительно небольшой полётной дальностью и высокой степенью маневренности, а подобно бомбардировщикам, могли брать достаточно большую ракетно-бомбовую нагрузку). Поднимаясь на значительную высоту и легко уклоняясь от одиночных зенитных ракет, они принимались наносить массированные удары по предварительно выявленным сосредоточениям и позициям сил другой стороны. После того, как желаемый результат оказывался достигнутым, основные удары палубной авиации перемещались в сторону уничтожения промышленных объектов, транспортных узлов, баз снабжения и иных сооружений. После того, как воинские силы оборонявшейся стороны в значительной части оказывались уничтоженными и рассеянными, большая часть её военной техники брошенной или выведенной из строя, а её промышленный потенциал подорван самым серьёзнейшим образом, наступал очередь вступления в действие палубных штурмовиков. Располагая специальной броневой защитой и прекрасно осознавая тот факт, что противник более не способен противопоставить им чего-либо серьёзного, они без особого риска принимались действовать с небольшой высоты - заниматься отслеживанием любых перемещений по всем проходившим путям и дорогам и производить немедленное уничтожение любых обнаруженных малоразмерных целей (в качестве которых в таких ситуациях обычно рассматривалось всё, что имело хоть какое-то сходство с чем-либо военным).

Как только становилось ясно, что основные силы оборонявшихся сторон уничтожены или рассеяны и по этой причине более не способны организовывать сколько-нибудь серьезного сопротивления, происходил переход к завершающей стадии. Её суть заключалась в осуществлении СТРЕМИТЕЛЬНЫХ ВЫСАДОК ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ СПЕЦИАЛЬНОГО НАЗНАЧЕНИЯ на побережья и во внутренние части территорий В ЦЕЛЯХ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЗАХВАТА стратегически важных МОРСКИХ ПОРТОВ И АЭРОДРОМОВ, через которые можно бы было затем начать планомерную высадку основных частей сухопутных сил вторжения. После того, как сухопутные части, распределившись по заранее определённым направлениям, производили захваты важных ключевых пунктов во всех территориях таких государств, им предписывалось СОСРЕДОТОЧИТЬСЯ в городах ВДОЛЬ ОСНОВНЫХ МАГИСТРАЛЕЙ и обустроить там свои военные базы. Изредка покидая расположения своих баз для ПРОИЗВОДСТВ ЗАЧИСТОК окружающих территории от недружественных проявлений всего остаточного, большую часть времени солдаты размещавшихся на них сил проводили безвылазно - якобы из соображения обеспечения их безопасности. Однако главный смысл их своеобразного затворничества сводился к тому, чтобы ОСТАВИТЬ НА ПРОИЗВОЛ СУДЬБЫ ВСЁ МЕСТНОЕ НАСЕЛЕНИЕ - заставить его решать все свои текущие проблемы в условиях полного отсутствия институтов власти, полного развала своей экономики и неизбежно воцарявшегося на этой почве междоусобного насилия и бандитизма.

В общем и целом расчёт был достаточно прост. Как только местному населению станет невмоготу от воцарявшихся грабежей и насилия, оно станет направлять к своим захватчикам своих представителей с просьбами выступить в качестве благодетелей - оказать им помощь в организации выборов своей новой власти и налаживании элементарного порядка. Пользуясь высотой своего положения, высшие представители власти "авианосных" держав в таких ситуациях чувствовали себя вполне способными УКАЗАТЬ представителям местных общин КОГО они ЖЕЛАЮТ, А КОГО НЕ ЖЕЛАЮТ ВИДЕТЬ В ПРЕДВЫБОРНЫХ СПИСКАХ и таким образом при любых возникающих раскладах обеспечивать возможность прихода к власти только тех, кто представится им вполне приемлемым и угодным. После того, как такие угодные и приемлемые правители укрепятся во власти при прямом содействии со стороны внешних сил, представлялось вполне возможным вывести из таких государств основную часть размещённых там воинских контингентов и тем самым обеспечить себе возможность извлечения из достигнутого положения огромных политических и экономических выгод на все последующие времена. Но на практике все развивалось несколько иным образом. Насильственно упраздняя от власти кого-либо былого, который умел держать её в своих руках и быстро прекращать междоусобные споры, представители "авианосных" держав добивались того, что вместо него на территориях занятых ими государств третьего мира появлялось множество местных вождей и клановых царьков, каждый из которых видел себя самым главным в своей стране. Но так как большинство из таких лиц не имело хоть сколько-нибудь серьёзного влияния на всё общество в целом, то среди них находилось достаточно много таких лиц, которые в приватных беседах принимались заявлять своим захватчикам о том, что если последние обеспечат их приход к власти, то они в ответ пойдут тем на любые экономические уступки (т.е. будут действовать в ущерб прямым интересам широких масс граждан своих государств). А так как такие кандидаты во власть представлялись высшим представителям "авианосных" держав наиболее удобными, то вскоре появлявшиеся списки тех лиц, которым позволялось выдвинуть свои кандидатуры на избрание, сплошь и рядом оказывались составленными из их приспешников и холуев. В то же самое время все сколько-нибудь серьёзные и по настоящему авторитетные представители таких государств получали отказы по той простой причине, что своими взглядами на будущее своих государств не устраивали фактических хозяев создававшегося положения или говоря более простым языком - выражали нежелание делиться с кем-то для себя совершенно чужим всеми теми богатствами своей земли, которые по праву должны были принадлежать их племенам и народам.

В результате этого вместо предполагавшегося возврата к мирной жизни происходил дальнейший рост использования насилия и нестабильности или выражаясь более простым языком, ввергание таких государств в состояние гражданской войны и ненависти ко всему иноземному. В общем и целом современный мир в подобных ситуациях случае имеет то, что он имеет в случаях с Афганистаном или Ираком. При всей успешности практики применения авианосцев с чисто технической или сиюминутной точки зрения, её последствия в конечном итоге всегда оказывались и оказываются весьма губительными и чреватыми своими последствиями как для использующих её держав, так и для всех остальных государств мира. По сути дела она является ничем иным, как главной причиной, создающей условия для обеспечения постоянного воспроизводства и расползания идеологии терроризма в глобальных масштабах.

Наземный

Хотя практика создание военных баз и использование авианосцев давала широко задействовавшим их сторонам определённые выигрышные моменты в плане достижения своих стратегических интересов, она в то же самое время оказывалась неспособной обеспечить им достижения решительного превосходства над их наиболее вероятными противниками в силу того, что основывалась на использовании целого ряда достаточно узких и ограничивающих моментов. Самым узким местом являлся факт того, что в качестве основных средств доставки ядерного оружия к намеченным целям в каждом из указанных случаев предполагалось использовать самолёты стратегической или палубной авиации, которые в значительной степени оказывались уязвимыми для создававшихся высокоэффективных средств ПВО по причине обладания недостаточно высокими скоростными возможностями и ограниченным потолком полёта. Производившиеся при этом расчёты показывали, что в случае начала Третьей мировой войны и осуществления неожиданного нападения с применением ядерного оружия нападавшая стороны потеряет от половины до двух третей своих самолётов, а оставшихся сил окажется явно недостаточно для уничтожения всех стратегических объектов противника, что в результате приведет к нанесению им не менее разрушительных ответных ударов и созданию патовой ситуации. В своем стремлении быстро увеличить число своих самолётов, способных нести ядерное оружие и таким образом обеспечить возможность одновременного накрытия своими ударами всех стратегически важных объектов другой стороны той их частью, которой удастся преодолеть все рубежи ПРО, они наталкивались на ответное увеличения числа задействовавшихся зенитно-ракетных комплексов и других оборонных объектов. Не смотря на все предпринимавшиеся усилия и обоюдные вложения огромных средств и ресурсов на эти цели, достигавшееся соотношение сил оказывалось практически неизменным. Осознавая всю тупиковость и разорительность следования данным путём и в то же самое время, не желая прекращать своей борьбы за мировое лидерство, высшие представители каждой из противостоявших сторон принимались озадачивать себя проблемой создания таких средств доставки ядерных боеприпасов к намеченным объектам и целям, использование которых оказалось бы гораздо более эффективным, чем использование привычных самолётов.

Созданные к этому времени первые образцы баллистических ракет, которые оказывались способными преодолевать огромные расстояния за считанные минуты и проделывать основную часть своего пути на недосягаемой для других высоте от земной поверхности, оказались как нельзя лучше подходящими для использования в качестве высокоэффективных носителей ядерных боезарядов (подробнее об особенностях баллистических ракет и организации их боевого применения см. в разделе"Ракетные подразделения" ). По этой самой причине их принимались активно задействовать и совершенствовать. Идя от самого простого, ЗАПУСКИ таких ракет принимались производить С ОТКРЫТЫХ ПЛОЩАДОК и вертикально вверх. Но вскоре становилось понятным, что открытые стартовые площадки являются весьма уязвимыми с точки зрения нанесения по ним авиационных и ракетных ударов. Если в случаях с использованием тактических и оперативно-тактических ракет (с дальностью действия до 1000 км) оказывалось возможным как-то обходить данную проблему по причине того, что их достаточно небольшие стартовые площадки оказывалось возможным монтировать в течение суток, а затем скрытно перебазировать их в другие места, то со стартовыми комплексами баллистических ракет более тяжёлых классов что-либо подобное проделать оказывалось невозможным по причине их чрезвычайной громоздкости, сложности монтажа и осуществления процессов подготовки пусков. В скором времени это привело к тому, что тяжёлые классы баллистических ракет в целях обеспечения высокой степени защищённости их самих и их стартовых комплексов принимались ставить на боевые дежурства, РАЗМЕЩАЯ их под землёй - В специальных вертикальных ШАХТАХ - и прямо оттуда производя их пуски по заранее намеченным целям. Такими целями обычно оказывались важные промышленные объекты, аэродромы, места хранения и стартовые позиции ракет, расположенные на других континентах и в глубине территорий государств наиболее вероятных противников.

Так целей, уничтожение которых в случаях начал чего-либо глобального требовалось обеспечить в обязательном порядке, у каждой из сторон имелось великое множество, то каждая из баллистических ракет оказывалась нацеленным на что-то своё, определённое в соответствии с общим планом. Но всё дело в том, что в силу непредсказуемости всего происходящего в любой момент могли произойти неожиданные изменения обстановки, а значит и возникнуть потребности во внесении существенных изменений в планы чего-либо подобного. С другой стороны короткое время полёта баллистических ракет государств вероятных противников, за которое те могли достичь своих целей, вынуждало каждую из противостоявших сторон озабочивать себя проблемами ОБЕСПЕЧЕНИЯ БЫСТРОДЕЙСТВИЯ как в плане обработки всей поступающей информации и принятия новых решения, так и в смысле осуществления переназначения целей и изменения направленности ведения дальнейших действий для каждой из конкретных ракет. Всё это заставляло их приступать к осуществлению незамедлительных мер по объединению различных элементов своих сил стратегического назначения в единое целое и по обеспечению возможности УПРАВЛЕНИЯ всеми из них ИЗ ЕДИНОГО ЦЕНТРА.

Нервозность, возникавшая и разраставшаяся на почве чего-либо подобного, а также неизбежное увеличение количеств автоматизированных систем наблюдения и управления, задействовавшихся в целях увеличения оперативных возможностей и повышения уровня боеспособности различных элементов сил стратегического назначения, приводили к УВЕЛИЧЕНИЮ ВЕРОЯТНОСТИ разного рода ОШИБОК И СБОЕВ в их работе. Из-за того, что ситуации возникновений подобных ошибок и сбоев оказывались способными обернуться катастрофами для той или иной стороны, то каждая из них принималась озадачивать себя проблемой ПОВЫШЕНИЯ НАДЁЖНОСТИ использовавшихся технических средств путём МНОГОКРАТНОГО ДУБЛИРОВАНИЯ наиболее важных и ответственных их узлов. В то же самое время любая из таких ошибок могла оказаться чреватой НАСТУПЛЕНИЯМИ ГИБЕЛЬНЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ ДЛЯ ОБЕИХ противостоявших друг другу СТОРОН. По этой самой причине - ИЗ СООБРАЖЕНИЙ БЛАГОРАЗУМИЯ и спасения всего человечества от наступления угроз чего-либо гибельного - высшие руководства противостоявших держав оказывались вынужденными становиться на путь ПОИСКА ВЗАИМНЫХ КОМПРОМИССОВ И УСТАНОВЛЕНИЯ между собой постоянно действующей ПРЯМОЙ СВЯЗИ, благодаря наличию которой оказывалось возможным быстро устранять любые недоразумения и случайные моменты во взаимоотношениях между ними.

В одночасье оказавшись фактически лишёнными возможности в полную силу соревноваться между собой в области создания и совершенствования военной ракетной техники, две самые великие державы второй половины ХХ века оказались вынужденными В ПОКАЗАТЕЛЬНЫХ ЦЕЛЯХ ЗАНЯТЬСЯ МИРНЫМ ОСВОЕНИЕМ КОСМОСА с тем, чтобы таким завуалированным образом показать друг другу и всему остальному миру на сколько она превосходит другую в военно-технической области. А так как мирное освоения космоса, помимо военных технологий, предполагает использование множества самых разных моментов, не имеющего к ней непосредственного отношения, то желание во что бы то ни стало продемонстрировать друг другу (и всему миру) своё превосходство в военной сфере в самом скором времени превратилось в стремление обойти других во всех мирных областях жизни. Благодаря этому мир ОТ ПРОТИВОСТОЯНИЯ двух основных своих блоков В ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ОБЛАСТИ ПЕРЕХОДИЛ К их ПРОТИВОСТОЯНИЮ ИДЕОЛОГИЧЕСКОМУ и гораздо более мирному по своей сути. Происходившее разрастание взаимной враждебности вширь, которое оборачивалось возникновением конфронтации по самым разным поводам и вопросам, приводило к общему ослаблению степени её накала по тому или иному конкретному направлению, а значит и уменьшению вероятности осуществления всевозможных угроз, создававшихся для всего человечества.

Но так как вступление в процесс широкого идеологического противостояния не отменяло продолжения конкретных противостояний, которые существовали в тех или иных сферах, то их результатом в военно-технологической сфере явилось появление твёрдотопливных межконтинентальных ракет. Запуски таких ракет оказывалось возможным производить с ПОДВИЖНЫХ ПУСКОВЫХ УСТАНОВОК. Подобного рода деталь весьма существенным образом изменяла все предыдущие сценарии ведения войн с применением ядерного оружия. Если пусковые шахты и открытые стартовые комплексы предыдущих поколений ракет являлись стационарными (т.е. всегда находящимися в однажды определённых для них местах), местонахождения которых можно было достаточно легко выявить и заблаговременно нацелить на них свои ракеты, то с подвижными ракетными комплексами всё оказывалось гораздо сложнее по причине того, что было очень сложно определить конкретные места, в которых находятся те или иные из них и в которых они окажутся через то или иное время. Благодаря обладанию такими возможностями подобные пусковые комплексы становились достаточно неуязвимыми и способными заменить большие количества ракет шахтного типа. При общем возрастании потенциальных взаимных угроз и увеличении степени неопределённости подобного рода замены приводили как к УМЕНЬШЕНИЮ ЧИСЛА баллистических РАКЕТ (которые с этого времени становились не нужными в столь больших количества), находившихся на вооружении у каждой из противостоявших сторон, так к УМЕНЬШЕНИЮ ОБЩИХ ЗАТРАТ на создание ракетного оружия и содержание ракетных войск стратегического назначения. С другой стороны осознание факта возможности достижения взаимных компромиссов в ситуациях возрастания потенциальных угроз на практике оборачивалось вступлением недавних заклятых противников в активный ПЕРЕГОВОРНЫЙ ПРОЦЕСС по поводу установления ОГРАНИЧЕНИЙ НА КОЛИЧЕСТВА РАКЕТНЫХ ВООРУЖЕНИЙ и СОЗДАНИЯ МЕХАНИЗМОВ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ВЗАИМНОГО КОНТРОЛЯ, что на сегодняшний день способствует существенному увеличению степени их взаимного доверия и снижает риск вступления ими между собой в непримиримые и длительные конфронтации.

Подводный

Появление межконтинентальных баллистических ракет приводило к уравниванию шансов двух главных противостоявших сторон на взаимное уничтожение друг друга в случае начала кем-либо из них полномасштабной ядерной войны. Но в то же самое время факт наличия у одной из сторон большого количества военных баз, находившихся в непосредственной близости от территорий другой, открывал первой широкие возможности по размещению там РАКЕТ СРЕДНЕЙ ДАЛЬНОСТИ, подлётное время которых оказывалось гораздо меньше, чем у межконтинентальных баллистических ракет, находившихся от своих целей на весьма значительных удалениях. Определённые преимущества, возникавшие на данной почве, со временем могли обернуться созданием существенного перевеса одной из сторон со всеми вытекавшими из этого последствиями. В целях недопущения возможности развития ситуации по столь нежелательному для себя сценарию второй стороне также приходилось задумываться о возможностях строительства для своих сил стратегического назначения громадных авианосцев и создания по всему миру большого количества своих военных баз. Но после детального изучения всех сторон данного вопроса ей становилось понятным, что такое решение является чрезвычайно дорогостоящим и явно превышающим её экономические возможности. По этой самой причине указанной стороне не оставалось ничего иного, как озадачивать себя проблемой отыскания более дешевого, но не менее эффективного пути решения возникшей проблемы.

На первоначальном этапе осуществления разработок подобного рода выдвигались идеи по размещению стартовых комплексов баллистических ракет на бортах больших кораблей, которые в случаях возникновения особой необходимости можно было бы затем быстро перемещать в океанских и морских пространствах - поближе к территориям государств своих вероятных противников. Но идеи подобного рода не выдерживали никакой критики в плане того, что осуществление запусков огромных баллистических ракет в условиях неспокойного моря оказывалось делом весьма затруднительным и заключающим в себе значительных риск возникновения серьёзных аварий. С другой стороны в условиях открытого моря подобные корабли с тяжёлыми баллистическими ракетами были бы хорошо заметными и государствам потенциальных противников не составляло бы большого труда организовать процесс их отслеживания в морских пространствах, а в случаях возникновения особой необходимости - производить их уничтожения или выведение из строя путём нанесения неожиданных ударов мощным противокорабельным оружием. По этой самой причине особое внимание оказалось уделённой другой идее, суть которой заключалась в создании больших подводных лодок океанского класса, пригодных для осуществления ДЛИТЕЛЬНЫХ АВТОНОМНЫХ ПЛАВАНИЙ и способных находиться под водой неограниченно долгое время. Если проблема наделения подводных лодок способностью подолгу находиться под водой без осуществления всплытий в плане восполнения запасов воздуха для дыхания экипажей оказывалась достаточно легко решаемой - путём использования специальных химических реагентов, обеспечивавшего его очистку от углекислого газа и насыщение кислородом, то с обеспечением субмаринам большого резерва хода и наделением их способностью находиться в длительных автономных плаваниях (без заходов в какие-либо порты или подходов к своим кораблям в условиях открытого моря в целях пополнения своих запасов) возникали большие проблемы. Главная из таких проблем заключались в том, что в силу понятных причин подлодки могли принимать внутрь себя достаточно ограниченные запасы топлива, которое достаточно быстро расходовалось. С другой стороны для обеспечения надёжной работы дизельным установкам требовалось наличие постоянного притока свежего воздуха (кислород которого являлся окислителем и обеспечивал процесс сгорания топлива). По этой самой причине для наделения подводных лодок способностью хода в процессе нахождения подводном положении, их изначально принимались оснащать электрическими двигательными установками (подробнее об этом см в разделе "Военно-морские силы"). Но так как аккумуляторные батареи в процессе работы быстро разряжались, то достаточно часто требовалось производить их подзарядку - за счёт работы включавшихся дизелей.

В общем и целом возникал заколдованный круг, из которого в принципе был виден выход. Такой выход заключался в существовании принципиальной возможности использования для этих целей атомных двигательных установок (уже использовавшихся на крупных авианосцах), которые могли обеспечивать процесс движения подводных лодок как при нахождении их в надводном, так и в подводном положении, а использовавшееся в них топливо при своих достаточно незначительных объёмах оказывалось способным обеспечивать почти неограниченный резерв хода. Но вся проблема заключалась в том, что существовавшие атомные двигательные установки имели очень большие размеры - для обретения возможности установки таковых на подводные лодки их требовалось сильно уменьшить по своим габаритам и весу с таким расчётом, чтобы это не вызвало уменьшения степени безопасность их работы. Успешное решение комплексов таких проблем в достаточно скором времени приводило к появлению в составах сил стратегического назначения обеих из противостоявших сторон АТОМНЫХ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК. (Помимо чисто военного значения достижения подобного рода открывали возможность для быстрого становления АТОМНОЙ ЭНЕРГЕТИКИ - благодаря уже произведённым наработкам и первоначально полученному опыту задействования чего-либо подобного, использовавшиеся в ней реакторы оказывались в высокой степени безопасными в процессе своей работы и вполне рентабельны в плане покрытия эксплуатационных расходов).

Решив проблему создания для подводных лодок сил стратегического назначения двигательных установок с почти неограниченными возможностями, их создатели оказывались вынужденными вплотную браться за решение других проблем, которые были связаны с отработкой механизмов и процедур производства пусков баллистических ракет. Первые наименее совершенные образцы таких подлодок оказывались способными производить пуски своих ракет исключительно из надводного или полупогруженного положения. Но это оказывалось крайне неудобным со всех точек зрения. С одной стороны безопасные запуски баллистических ракет с таких ракетоносцев оказывалось возможным производить лишь при достаточно небольшом волнении. В то же самое время необходимость осуществления всплытий подлодок в моменты, предшествовавшие началам производившихся пусков, повышала степень их уязвимости - облегчала противнику возможность производства их своевременного обнаружения и уничтожения. В силу указанных выше причин было признано целесообразным наделить подводные лодки стратегического назначения способностью производить ПУСКИ своих баллистических ракет ИЗ ПОДВОДНОГО ПОЛОЖЕНИЯ. Достигалось это путём выталкивания таких ракет из ракетных шахт по направлению к водной поверхности огромными порциями сжатого воздуха, а после выскакивания их из воды происходило срабатывание ракетных двигателей, которые обеспечивали весь их дальнейший полёт.

Но наделение атомных субмарин одними лишь только возможностями для производств пусков баллистических ракет из подводного положения оказывалось явно недостаточно. Их требовалось наделить способностью НЕЗАМЕТНО ПЕРЕМЕЩАТЬСЯ в толщах морской воды И НЕСТИ ДЛИТЕЛЬНЫЕ боевые ДЕЖУРСТВА, НЕ ВЫДАВАЯ ПРИЗНАКОВ своего ПРИСУТСТВИЯ, в тех районах морей и океанских пространств, которые являлись наиболее подходящими и удобными для нанесения мощных ядерных ударов по заранее намеченным целям. В целях обеспечения возможностей чего-либо подобного прежде всего производилась выработка соответствующих тактических приёмов, которую можно выразить в следующих основных моментах. После выходов в открытое море командиры атомных подводных лодок ( АПЛ ) сил стратегического назначения должны были уводить свои субмарины подальше от любых берегов и мест прохождения всех существовавших морских путей, ДАЛЕКО СТОРОНОЙ ОБХОДЯ МЕСТА ИСХОЖДЕНИЯ ЛЮБЫХ ШУМОВ техногенного происхождения и всякий раз после случаев фиксации чего-либо подобного В ОБЯЗАТЕЛЬНОМ ПОРЯДКЕ и на протяжении достаточно долгого времени ОСУЩЕСТВЛЯЯ СЛОЖНЫЕ ЗАПУТЫВАЮЩИЕ МАНЕВРЫ. Смысл осуществления подобных маневров заключался в том, чтобы не оставить источникам исхождения возникавших шумов возможности (в качестве чего-либо ответного) каким-то образом проследить за всем ходом перемещений скрытно идущих подлодок и определить предположительный маршрут их дальнейшего движения. В дополнении к сказанному и в целях принятия мер особой предосторожности командирам АПЛ в процессе осуществления своих уходов в океанские глубины в маскирующих целях предписывалось строить свои маршруты с учётом обеспечения возможности постоянных прикрытий звуков работы двигателей своих подлодок фонами шумов от штормов и непогод, бушующих в это время на водной поверхности в самых различных её районах. Кроме этого их командиры обеспечивались подробными картами морского дна и существовавших морских течений. Делалось это в целях предоставления им реальных возможностей для осуществления незаметных перемещений в морских и океанских глубинах к заблаговременно определённым местам несения боевых дежурств путём прокладываний маршрутов своих ПРОДВИЖЕНИЙ У ДНА существовавших РАЗЛОМОВ, обрывистые склоны которых обеспечивали дополнительное поглощение звуков работы двигателей подлодок и увеличивали их шансы остаться никем не замеченными. Другая возможность незаметного проникновения в те или иные районы мирового океана заключалась в ИСПОЛЬЗОВАНИИ МОРСКИХ ТЕЧЕНИЙ, которые могли сносить атомные подлодки в нужных для них направлениях на режимах тихого хода и достигавшегося при этом существенного снижения шумности их работы без существенного снижения фактической скорости их продвижений.

После того, как те или иным подлодкам сил стратегического назначения удавалось незаметно пробраться в указанные им районы ПОСРЕДИ ОКЕАНОВ, они, предварительно отключив свои двигательные установки ЗАЛЕГАЛИ НА ДНО или просто ЗАСТЫВАЛИ ПОСРЕДИ ВОДНЫХ ТОЛЩ в местах определённых им для несения своих многомесячных боевых дежурств. Такие боевые дежурства начинались с ПРИВЕДЕНИЯ В ПОЛНУЮ БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ всех имевшихся в наличии ракет И НАВЕДЕНИЯ их НА предварительно указанные ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ ЦЕЛИ. Но в этом деле производился учёт целого ряда особых моментов, связанных с существовавшими на то причинами. Так основная концепция задействия АПЛ стратегического назначения в ходе начал ведения полномасштабных термоядерных войн предполагала их использование в качестве основной силы для НАНЕСЕНИЯ ОТВЕТНЫХ УДАРОВ по объектам и целям на территориях государств наиболее вероятных противников в ситуациях, когда тем в результате осуществлений чего-либо первоначального удастся нанести их государствам непоправимый урон и вызвать у их государственных руководств полную или частичную потерю управления различными госструктурами и подразделениями вооружённых сил. Из-за того, что осуществление массированных пусков подобных ракет предполагалось начинать в те моменты, когда значительная часть своих вооружённых сил и стратегических объектов оказалось бы уже фактически уничтоженной неожиданными ядерными ударами сил противника, возникала потребность сделать их способными вызывать максимально возможные разрушения и гибельные последствия даже при условиях нанесения ответных ударов весьма ограниченным числом глубоко затаившихся и уцелевших подлодок. По этой самой причине баллистические ракеты атомных подводных лодок изначально принимались оснащать боеголовками, обладавшими ЧРЕЗВЫЧАЙНО БОЛЬШОЙ РАЗРУШИТЕЛЬНОЙ СИЛОЙ - с таким расчётом, чтобы каждая из них была способной превратить в пепел самый крупный промышленный центр или огромный город. Но крупные промышленные центры и огромные города на случай создания таких ситуаций окружались комплексами и системами ПРО, которые оказывались вполне способными сбивать одиночно летящие баллистические ракеты. В силу этой самой причины баллистические ракеты АПЛ оказывалось наиболее разумным использовать не по далеко отстоящим друг от друга объектам и целям, а ВЫПУСКАТЬ их одновременным ЗАЛПОМ из всех имевшихся ракетных шахт ПО СКОПЛЕНИЯМ ГОРОДОВ или наиболее густо населённым и промышленно развитым районам на территориях государств потенциальных противников. Подобные промышленно развитые районы и скопления больших городов чаще всего окружались едиными для всех них системами ПРО, которые при виде одновременного приближения на них достаточного большого количества баллистических ракет могли давать просчеты и сбои и тем самым позволять подавляющему большинству последних успешно накрывать свои цели. Из соображений достижения ещё большей эффективности от применения таких ракет их принимались оснащать РАЗДЕЛЯЮЩИМИСЯ ГОЛОВНЫМИ ЧАСТЯМИ с возможностью индивидуального наведения каждой из них, что позволяло каждой подлодке сил стратегического назначения одним своим залпом и в считанные мгновения накрывать порядка 200 целей и превращать в безжизненную пустыню огромные земные пространства на территориях государств своих вероятных противников.

Со столь огромными угрозами, которые представляла собой каждая из АПЛ сил стратегического назначения, невозможно было не считаться. По этой самой причине каждая из противостоявших сторон принималась не жалеть своих средств и усилий, которые направлялись ими на расширение возможностей по обнаружению таких подлодок в условиях открытого моря и бескрайних океанских пространств. В ответ на это конструкторами стратегических подлодок и их отдельных систем предпринимались шаги по их техническому совершенствованию. Прежде всего это выражалось в начале создания для подводных лодок специальных МАЛОШУМНЫХ ДВИГАТЕЛЕЙ и использования для обшивки их поверхностей ЗВУКОПОГЛОЩАЮЩИХ ПОКРЫТИЙ, которые уменьшали возможность их обнаружения гидроакустическими и иными средствами. Другим слабым местом атомных подлодок, заступавших на боевые дежурства посреди океанов являлся факт того, что (исходя из оперативных соображений) им приходилось периодически обмениваться информацией и поддерживать связь со своими штабами. Но так как специальными подразделениями обеих сторон предпринимались усилия по организации непрерывного слежения за радиопространством, то в моменты сеансов связи такие подлодки можно было достаточно легко запеленговать, а значить и вычислить их текущее месторасположение. В целях сведения возможностей чего-либо подобного к предельному минимуму и обеспечения дополнительной зашифровки всех передаваемых данных, АПЛ сил стратегического назначения начинались оснащаться специальными система связи. Суть использования таких систем заключалась в использовании остронаправленных антенн и выстреливании (за доли секунд) предельно сжатых и закодированных порций или пакетов информации в моменты оказания над ними военных спутников связи, что оставляло большие шансы на то, что такие сигналы не окажутся зафиксированными службами радиоэлектронной разведки противника либо в случаях фиксации те на них попросту не обратят внимание в силу внешней схожести с импульсами радиовозмущений и помех, регулярно возникающих в магнитном поле Земли. (Выражаясь иным языком подводные силы стратегического назначения явились тем полигоном, который использовался для производства испытания специальных средств связи и протоколов передачи информации, без которых невозможно представить современных служб Интернета).

Помимо наличия особых средств связи АПЛ сил стратегического назначения нуждались в таких средствах, которые бы в любой момент и в кратчайшие сроки позволяли им определять своё текущее месторасположение на земной поверхности, без чего оказывалось невозможным определять точные расстояния до указанных им объектов и производить нацеливания своих ракет. Всё это приводило к созданию помимо военных спутников связи, специальных космических аппаратов для обеспечения работы автоматических навигационных систем и с течением времени начинало способствовать широкому внедрению таких достижений в повседневную мирную жизнь.

В довершение к уже сказанному следует особо отметить момент, что помимо уже описанного способа задействования АПЛ сил стратегического назначения, той стороной противостояния, которая в годы "холодной войны" делала основную ставку на использование подобных подлодок, был разработан дополнительный и достаточно часто применявшийся при наступлении особых случаев. Такие случаи как правило оказывалось связанным с ситуациями достаточно близкого подхода к морским побережьям её государств военных эскадр противостоявшей ей стороны, которая делала основную ставку на использование авианосцев. Смысл осуществления подобных подходов по своей сути являлся ПРОВОКАЦИОННЫМ И НАПРАВЛЕННЫМ НА ЗАБЛАГОВРЕМЕННОЕ ВЫЯВЛЕНИЕ у другой стороны наличествовавших ответных возможностей, мест их текущего базирования, скорости осуществления перемещений и сценариев их дальнейших действий. Информация подобного рода оказывалась весьма ценной в том отношении, что её было можно легко сопоставить со своими возможностями и использовать для определения основных направлений дальнейшего стратегического развития государств и военных отраслей (в целях ликвидации возникавших отставаний и увеличения достигнутых отрывов в сферах чего-то конкретного), а также - в процессе разработки планов ведения будущих войн. В свою очередь предохранявшаяся сторона, прекрасно понимавшая в чем заключается основной смысл таких провокаций и совершенно не желавшая выдавать своих военных секретов, в ответ на подобные шаги обычно лишь слегка ОБОЗНАЧАЛА своё ПРИСУТСТВИЕ присылкой пары своих самолётов или одного-двух своих кораблей. Если подходившие к её побережьям военно-морские эскадры при виде чего-либо подобного, не желали внимать таким предупреждениям о нежелательности своего присутствия в этих водах и продолжали курсировать вдоль берегов в ожидании дальнейшего развития событий, то по отношению к ним в качестве чего-то ответного предпринимались совершенно неожиданные и весьма НЕАДЕКВАТНЫЕ (с их точки зрения) ШАГИ. Если говорить более конкретно и коротко, то одна из стратегических подлодок, нёсших в это время боевое дежурство посреди океана, получала ПРИКАЗ сняться с места и ненадолго ВСПЛЫТЬ В ЧУЖИХ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ВОДАХ без наличия каких-либо опознавательных знаков - у берегов государств своих весьма назойливых противников - а затем опять уйти в глубину и растаять в океанских просторах. Зная о том, что факты осуществления таких всплытий с большой вероятностью будут замеченными наблюдательными береговыми службами таких государств, сторона, отвечавшая своим потенциальным противникам столь неожиданным образом, как раз рассчитывала именно на это. В свою очередь в штабах тамошних вооружённых сил, быстро определявших (по зафиксированным очертаниям контуров всплывавших подлодок), что это была стратегическая АПЛ и устанавливавших факт того, что в это время в данном месте не находилось никаких подлодок их государств, впадали в жуткую истерику. Причиной впадения в подобные истерики являлся факт осознания того, что за то время, пока их военно-морские эскадры устраивали провокационные игрища и демонстративные проходы в нейтральных водах вдоль чужих берегов, в их собственные территориальные воды удавалось незаметно пробраться атомной подлодке противостоявшей им стороны, которая в любой момент была способной в их сторону жахнуть всеми своими ракет и в считанные мгновения (по причине чрезвычайной близости своего нахождения) накрыть своим залпом как минимум пол их государства. От всего этого у устроителей подобных игрищ разом пропадал весь игровой запал и они в срочном порядке вызывали ушедшие было эскадры обратно к своим берегам с тем, чтобы как можно скорее присоединить их к своим основным силам и направить их совместные усилия на обнаружение и блокирование вторгавшихся к ним подлодок в целях их уничтожения или понуждения к всплытию в надежде таким образом скрыть свои явные промахи и просчёты в предыдущей игре.

В общем и целом всё это в конечном итоге приводило к тому, что атомные подводные лодки сил стратегического назначения к определённому моменту времени превращались в ничуть не меньшую угрозу для дальнейших судеб всего человечества, чем крупные авианосные корабли. Главное же их различие заключалось в том, что если последние несли основную угрозу для государств третьего мира, то основная угроза от воздействий первых оказывалась направленной в сторону государств, представлявших собой основные противоборствовавшие стороны.

Вряд ли у кого-либо может вызвать сомнение факт того, что для высокоразвитых государств современного мира преобладающее значение в плане дальнейшего развития военного дела будет иметь создание и совершенствование высокоточных видов оружия и надёжных средств их доставки. Массированное применение такого оружия по заранее определённым и выявленным целям противника делает возможным производство уничтожений его командных пунктов, узлов связи и сколько-нибудь заметных сосредоточений воинских сил и военной техники в самые кратчайшие сроки и в то же самое время позволяет обеспечивать сохранность многим промышленным и жилищным объектам (которые бы с неизбежностью оказались разрушенными при иных методах ведения войны). После этого может оказаться вполне достаточным осуществление высадок на захватываемые территории сил спецподразделений, главными задачами которых на первоначальном этапе явилось бы производство их зачисток и уничтожение очагов остаточного сопротивления, а на последующем - несение патрульно-постовой службы на основных транспортных магистралях и вокруг военно-административных объектов (что в свою очередь с неизбежностью приведёт к СНИЖЕНИЮ РОЛИ в войсках СТРОЕВЫХ - пехотных и мотострелковых - ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ И наоборот ВЫЗОВЕТ ПОВЫШЕНИЕ РОЛИ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ ЗАГРАДИТЕЛЬНЫХ или широко использующих их организационные принципы и моменты).

Но сводить картину перспектив развития военного дела только исключительно к чему-либо выше описанному было бы смешно и глупо. Если выражаться достаточно общо, то высокоточные виды оружия являются очень дорогостоящими по своему исполнению и эксплуатации. Подобная дороговизна превращает его в непозволительную роскошь для подавляющего большинства государств третьего мира или в условно позволительное (допускаемое для применения в особых случаях или исключительных ситуациях) для государств не совсем бедных, но и не очень богатых - типа России или Китая. Но просто говорить о дороговизне такого оружия - это всё равно, что ни сказать о ней ничего. Суть констатации данного факта заключается не только и не столько в высокой стоимости высокоточного оружия и средств его применения, а в необходимости разрешения огромного ряда возникающих в связи с этим проблем. Высокая точность подобного оружия обеспечивается не сама собой, а посредством взаимодействия с ним целого ряда вспомогательных служб - наблюдательных, дальномерных, метеорологических, связи, воздушной и радиоэлектронной разведки - каждая из которых в свою очередь также должна быть наделена самыми совершенными приборами и техническим оснащением. А так как все эти службы являются звеньями неразрывной цепи, выход из строя любого из которых приводит к возникновению сбоев в работе всего комплекса взаимосвязанных служб, то данный факт требует налаживания в войсках сервисного технического обслуживания - перехода от осуществлений нерегулярного и грубого ремонта всего износившегося в моменты его окончательных поломок к его плановым заменам со строгим соблюдением всех технических условий и в чётко регламентированные сроки вне зависимости от степени его фактического износа. Помимо этого такие сервисные службы требуется оснащать сложным диагностическим оборудованием - в целях осуществления регулярных проверок всех точных узлов и хрупких приборов на предмет возникновения каких-либо отклонений в результате бесконечного подвергания их разнообразным внешним воздействиям. С другой стороны обеспечение функционирования как самих комплексов высокоточных видов оружия, так и их вспомогательных и сервисных служб оказывается невозможным без налаживания систем профессионального обучения и переподготовки военных по большому количеству узких воинских специальностей. В то же самое время усилия подобного рода всегда оказываются напрасным, если подготовленные военные специалисты начинают ощущать себя обделёнными. Для того, чтобы при возникновении удобных случаев такие люди не пытались разбегаться в разные стороны им с одной стороны требуется обеспечивать достаточно высокий и гарантированный материальный достаток, а с другой - окружать их жизнь всевозможными ограничительными и запретительными мерами.

В общем и целом из всего здесь уже сказанного можно легко понять, что для тех государств современного мира, которые не имеют в своём распоряжении высокоточных видов оружия (вообще или в сколько-нибудь заметных количествах), следование вышеуказанным путём оказывается возможным лишь ПРИ УСЛОВИИ СТАБИЛЬНОГО ПОЛОЖЕНИЯ существующей в них ВЛАСТИ И ДОЛГОВРЕМЕННОЙ МОБИЛИЗАЦИИ ВСЕХ их СРЕДСТВ И РЕСУРСОВ почти исключительно НА ВОЕННЫЕ ЦЕЛИ. Но в ситуациях, когда в тех или иных странах на протяжении достаточно большого количества лет основная часть их бюджетов начинает тратиться на военные цели, трудно добиться поддержки программ чего-либо подобного со стороны широких масс населения, из которого из соображений обеспечений его наполнения (в виде установления всевозможных налогов и сборов) и привлечения дармовых трудовых ресурсов (типа молодёжи, военнослужащих или заключённых) начинают выжимать все соки. Достичь желаемого в подобных условиях оказывается возможным с одной стороны путём постоянных внушений властями таких государств широким массам своего населения мыслей о недружественности и агрессивной настроенности против них (действительной или мнимой) каких-либо других государств мира, а с другой - посредством выбора в качестве своей социальной опоры каких-либо достаточно широких и многочисленных слоёв населения (по классовому, кланово-племенному или религиозному признаку) и переложения основной нагрузки на плечи кого-то менее дружественного или не столь предпочтительного в надежде на постепенное приведение всех к более или менее равному положению после возведения надёжных фундаментов для создания своих военизированных экономик.

Но подобного рода расклады со стороны третьестепенных государств мира в силу вполне понятных причин совершенно не вписываются в планы великих держав и прямых кандидатов в их число - они всячески противятся увеличению числа себе равных и стремятся не допустить появления вокруг себя новых конкурентов вдобавок к уже имеющимся. Подобное нежелание с одной стороны проявляется в виде ВЫРАЖЕНИЯ откровенных ОТКАЗОВ на просьбы многих государств третьего мира ПО ПОВОДУ ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ тем ПРОДУКТОВ ВЫСОКИХ ТЕХНОЛОГИЙ и совершенного промышленного оборудования, которое так или иначе может быть использованным для производства чего-либо военного либо ПОСТАВЛЕНИЯ РЕШЕНИЙ таких вопросов В прямую ЗАВИСИМОСТЬ ОТ СТЕПЕНИ их ЛОЯЛЬНОСТИ и проявления послушания по отношению к себе. С другой стороны оно находит своё выражение в виде разного рода заманчивых предложений, смысл которых можно свести к следующему. Налаживание высокотехнологичных производств многих видов современного оружия является очень сложным и дорогостоящим делом, на осуществления которого потребуется очень много средств и времени. По этой самой причине вместо того, чтобы напрягать свои усилия на создание собственных военно-промышленных комплексов гораздо проще и легче купить всё необходимое у стран-изготовителей высокоточного оружия. Но так как параметры "необходимого" в большинстве из таких случаев определяется не покупателем, а продавцом, то первый как правило получает в своё распоряжение ОБРАЗЦЫ ВЫСОКОТОЧНОГО ОРУЖИЯ С весьма ОГРАНИЧЕННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ их ИСПОЛЬЗОВАНИЯ (как по дальности и мощности, так и в плане заложения в них скрытых возможностей блокирования их пусков предварительно запрограммированными или дистанционными способами). В общем и целом покупая такое оружие, государства третьего мира получают в своё распоряжение чрезвычайно дорогостоящие и эффектные игрушки, которые при всех заключённых в них высокотехнологичных возможностях оказываются совершенно неспособными обеспечить им решающих переломов в ходе ведения военных действий. Анализируя ситуации подобного рода, многие руководители государств третьего мира приходили, приходят и ещё очень долго будут приходить к твёрдому и неизбежному выводу о том, что в их условиях гораздо БОЛЕЕ ВЫГОДНЫМ И НАДЁЖНЫМ ЯВЛЯЕТСЯ ПРИОБРЕТЕНИЕ ОБЫЧНЫХ (невысокоточных) ВИДОВ ОРУЖИЯ, которые не требуют дополнительных задействований служб чего-либо вспомогательного, неприхотливы в эксплуатации, ремонтируемы в полевых условиях, просты в освоении и в умелых руках (после овладения определёнными практическими навыками) оказываются вполне способным обеспечивать точность попаданий, очень близкую к той, которую обеспечивают образцы высокоточного оружия с ограниченными возможностями использования. Именно данной причиной объясняется тот факт, что на протяжении уже нескольких десятков лет на такие казалось бы достаточно простые виды оружия как танк Т-72, система залпового огня "Град" или автомат Калашникова существует повышенный и неиссякаемый спрос в самых разных уголках современного мира.

С другой стороны в ситуациях возникновения военных конфликтов между государствами третьего мира (или происходящих внутри них самих) применение высокоточного оружия в подавляющем большинстве случаев оказывается неоправданным - выпускаемые из него снаряды по своей стоимости нередко оказываются дороже поражаемых целей, уничтожение которых - из экономических и бедственных соображений представителей многих тамошних группировок - оказывается гораздо более уместным и целесообразным обеспечивать из чего-либо более простого по своему конструктивному и технологическому исполнению. (В свою очередь производители обычных - невысокоточных - видов оружия, быстро улавливая подобные тенденции спроса в государствах третьего мира, принимаются создавать для его дооснащения и существенного повышения возможностей его использования дополнительные узлы и приборы, которые можно легко устанавливать и заменять по мере возникновения надобности и таким образом легко видоизменять его из обычного в высокоточное при существенно более низкой цене его предложения по сравнению с полноценными образцами последнего). Само собой разумеется бесконтрольное предоставление таким государствам больших количеств обычных видов оружия в немалой степени способствует распространению зла и ненависти ко всему инородному в условиях современного мира. Но если оставить в стороне морально-этические оценки данного вопроса, то со всей очевидностью обнаружится факт наличия огромного спроса на обычные виды оружия, который (в отличие от высокоточного оружия) обеспечивается сложившейся практикой его частого и достаточно широкого применения в условиях возникновения самых разных международных и внутригосударственных конфликтов. А раз ЕСТЬ СПРОС на такие виды оружия и продолжают отсутствовать веские основания для осуществления надежд по поводу достижения высокого уровня развития экономик в подавляющем большинстве государств современного мира в сколько-нибудь обозримом будущем, то всё это время и вне зависимости от чьих-либо желаний или нежеланий БУДЕТ СУЩЕСТВОВАТЬ его РЫНОК. А там, где существует рынок, всегда была, есть и будет конкурентная борьба (с далеко не всегда чистоплотными методами её ведения) - с одной стороны между странами-производителями и промышленными корпорации, ориентированными большей частью на производство высокоточного оружия и теми из них, которые занимаются главным образом производством и торговлей обычными вооружениями, а с другой - между самими производителями обычного оружия. Всё это как раз касается разных насмешливых комментариев и едких слов, которые нередко выражаются по поводу возможностей использования обычных (невысокоточных) видов оружия в современных условиях и перспективах развития их рынка в обозримом будущем. Факты распространения подобных точек зрения говорят лишь только об одном - об отсутствии профессионализма у тех военных обозревателей и комментаторов, которые берутся рассуждать указанным образом : они ведут себя так либо по причине своей исключительной некомпетентности в данном вопросе (что в принципе возможно, но маловероятно с практической точки зрения), либо потому, что преднамеренно лгут из стремления к сознательному введению в заблуждение всех окружающих лиц, исходя из каких-либо своих соображений и наличия на то особых причин (что также не может делать им чести).

Смысл осуществления дезинформации подобного рода заключается в навязывании населению всего мира мысли о фантастических возможностях высокоточных видов оружия (и их обладателей) и совершенной неспособности обычных вооружений (и их достаточно убогих и бедных владельцев) каким-либо образом противостоять первым в условиях ведения боевых действий. Но в реальной действительности картины возникающих противостояний далеко не всегда оказываются столь радужными для первых и безнадёжными для вторых. Как уже было указано выше, всякое высокоточное оружие в плане своего применения является очень сложным и многозвенчатым - требующим предварительного и текущего задействования большого количества наблюдательных и технических служб и военных специалистов, во многих случаях разделённых между собой значительными расстояниями. Любые сбои, просчёты, недостаточные согласования или недооценки каких-либо отдельных факторов, возникающие и размножающиеся в процессе прохождения по такой цепи в силу самых разных причин технического и человеческого плана, способны привести к тому, что очень дорогостоящее высокоточное оружие может оказаться направленным мимо цели или хуже того - на сосредоточения или позиции своих войск. (Единственным видом высокоточного оружия, на который у государств третьего мира возникает достаточно высокий и устойчивый спрос, является наиболее простой и удобный из них в своём применении - типа переносных (зенитных и противотанковых) ракетных комплексов).

Но это, как говорится, всего лишь видимая часть айсберга. По настоящему высокую эффективность применения высокоточного оружия можно обеспечить лишь при условии его использования по конкретным позициям и хорошо заметным целям - посредством навязывания воинским силам другой стороны позиционной тактики ведения боя и путём нанесения по ним массированных ударов с расстояний, превышающих дальность действия имеющегося у них менее совершенного оружия (т.е. поставлением их в положение фактически беззащитных и безнаказанно избиваемых). Но печальный опыт первых сражений с противником, значительно превосходящим их по силе и другим возможностям своего оружия, помимо поспешных отступлений и массовых бегств основных масс войск в наиболее боеспособных частях воинских сил государств третьего мира приводит к осознанию того факта, что более сильному и хорошо вооружённому врагу с достаточно большим успехом можно противостоять ПОСРЕДСТВОМ ПЕРЕХОДА К ПАРТИЗАНСКО-ДИВЕРСИОННОЙ ТАКТИКЕ - путём нанесения неожиданных ударов силами небольших мобильных групп из разного рода засад или в результате незаметного подбирания к намеченным объектам с последующими стремительными отходами и затаиваниями в труднопроходимых местах и тайных укрытиях. В ситуациях подобного рода даже при условиях ведения диверсионными группами своих действий случайным и не вполне осознанным образом оказывается достаточно высокой вероятность вызывания нарушений и сбоев в работе каких-либо технических или наблюдательных служб противника, обслуживающих системы и комплексы его высокоточного оружия. А так как по ходу ведения своих действий представители диверсионных сил быстро накапливают практический опыт и переходят к более осознанным действиям, то в скором времени они оказываются способными в нужные и подходящие для себя моменты временно выводить из строя те или иные средства и системы высокоточного оружия противника посредством осуществления неожиданных вылазок и нападений на отдельные группы и посты технических и вспомогательных служб, без взаимодействия и своевременного получения информации от любых из которых системы высокоточного оружия становятся слепыми и неточными.

На практике это означает следующее. В ситуациях, когда вооружённым силам тех государств, которые имеют у себя на вооружении достаточно большое количество систем высокоточного оружия, на начальных этапах ведения военных действий против тех или иных государств третьего мира не удаётся быстро подавить все очаги их организованного сопротивления и внушить их населению мысль о его неспособности самостоятельно изменить создавшуюся ситуацию, проблемы первых начинают возрастать подобно катящемуся снежному кому. При обнаружении перехода сил сопротивления к партизанско-диверсионной тактике, сторонам, выступающим в качестве захватчиков, не остаётся ничего иного, как ПОВЫШАТЬ УРОВЕНЬ ОХРАНЫ всех групп и постов своих технических и вспомогательных служб (что с одной стороны находит своё отражение в увеличении количеств задействованных в этом солдат, а с другой - требует выделения значительных средств на возведение инженерных заграждений и установку охранного оборудования). А так как повышения уровня охраны для таких ситуаций оказывается недостаточно, то силам вторжения приходится ОБЗАВОДИТЬСЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫМ КОЛИЧЕСТВОМ ГРУПП И ПОСТОВ технических и вспомогательных служб, КОТОРЫЕ БЫ МОГЛИ ДУБЛИРОВАТЬ ОСНОВНЫЕ в ситуациях выведения их из строя или возникновения перебоев в их работе. В результате всего отмеченного военные расходы в таких ситуациях начинают возрастать со стремительной скоростью и многократно превосходить всё запланированное и рассчитанное для несколько иных условий.

Помимо всего уже сказанного любое ведение военных действий оказывается немыслимым без понесения людских потерь для каждой из противостоящих сторон. Но такие потери для каждой из них весьма существенным образом разнятся как в количественном, так и в качественном отношении. Для вооружённых сил высокоразвитых государств такие потери при всей их относительной малочисленности очень часто оборачиваются потерями представителей не часто встречающихся воинских специальностей, которых с одной стороны не имеет смысла заблаговременно подготавливать в больших количествах и которым в то же самое время по этой причине оказывается не так-то просто быстро обеспечить полноценную замену. Помимо уже сказанного при подходе с чисто экономической точки зрения к процессу деторождения и воспроизводства полноценных граждан в условиях различных обществ его цена (в пересчёте на одного воспроизведённого человека) может весьма существенным образом разниться между собой. По этой самой причине материальные потери, которыми оборачиваются любые случаи гибелей и получения увечий отдельных граждан государств с высоким уровнем жизни, всякий раз оказываются для последних очень и очень значительными. Что же касательно государств третьего мира, то в условиях их организационных специфик их потери оказываются состоящими из числа представителей массовых воинских специальностей и профессий, которых имеет смысл заблаговременно подготавливать в больших количествах и которым вполне возможно обеспечивать полноценную замену в самые кратчайшие сроки. Помимо этого чисто экономические потери, связанные со случаями гибелей и получения увечий отдельными их гражданами, оказываются для таких государств очень низкими и малозначительными.

Выражаясь же обо всём этом более понятным и простым языком, можно сказать следующее. Для государств третьего мира в ходе ведения на своей территории боевых действий против вооруженных сил высокоразвитых государств С ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ОКАЗЫВАЕТСЯ ВПОЛНЕ ПОЗВОЛИТЕЛЬНЫМ И ОПРАВДАННЫМ НЕСТИ ПОТЕРИ ВО МНОГО РАЗ БОЛЬШИЕ, ЧЕМ их ПРОТИВНИКАМ. Многочисленность, большие возможности воспроизводства населения государств третьего мира и относительная дешевизна организации против захватчиков партизанско-диверсионной войны делают их вполне способными выстаивать в борьбе со своими более развитыми противниками даже при уровне потерь в 8 - 10 раз больше, чем у последних. В то же самое время относительная немногочисленность, небольшие возможности воспроизводства и потребность в регулярном выделении все больших и больших количеств материальных и денежных средств на военные действия, приобретающие затяжной характер, делают для высокоразвитых государств необходимым выведение такого соотношения на уровень как минимум 1 : 50, а ещё лучше 1 : 100. Только при условии создания чего-либо подобного для таких государств оказывается возможным говорить об их потенциальной способности обеспечить себе гарантированный успех в ходе ведения военных действий против сил заведомо более слабых противников. При соотношении же уровня потерь менее чем 1 : 50 вероятность достижения успеха для вооружённых сил высокоразвитых государств становится гораздо более проблемной и спорной и во многом зависящей от степени сплочённости населения тех или иных территорий и государств третьего мира и его решимости продолжать свою борьбу. Вдобавок к уже сказанному следует отметить тот факт, чем меньшим оказывается такое соотношение, тем большим становится размах антивоенных движений и недоверие широких масс населения высокоразвитых государств по отношению к политике своих властей, которые начинают демонстрировать свою неспособность одержать верх на кем-то не до конца задавленным и гораздо более слабым в техническом отношении, но твёрдо верящим в свою правоту. То же самое явление среди населения государств третьего мира (посредством появления свежеиспеченных национальных героев и воодушевления многих к следованию их успешным примерам) наоборот способствует его сплочению - начинает возбуждать у очень многих его представителей мысль об их способности успешно противостоять своим противникам, которые заметно опережают их в техническом смысле, но не так тверды своим духом и не вполне уверены в своей окончательной победе.

Конечно, можно подойти к рассмотрению стоимостного выражения человеческих жизней не с экономической, а с морально-этической точки зрения и назвать прозвучавшие выше оценки не иначе как циничными и безнравственными. Но если они и является таковыми, то исключительно с точки зрения классической западноевропейской и североамериканской морали, фактическими приверженцами которой является далеко не самая большая часть человечества. Устойчивое представление о том, что человеческая жизнь является величайшей ценностью мира может сложиться только в условиях таких обществ, которые способны обеспечить подавляющему большинству своих членов высокий уровень жизни (или возможность для получения всяческих материальных благ и наслаждений) при условии проявления с их стороны добропорядочности, упорства в труде и стремления к профессиональному совершенствованию. Но жизни подавляющего большинства человечества протекает в гораздо более худших условиях. Они оказываются помещёнными в такие УСЛОВИЯ, ГДЕ МАКСИМУМ, ЧТО можно ДОБИТЬСЯ ЧЕСТНЫМ и упорным ТРУДОМ, это обрести возможность для того, чтобы КОЕ-КАК СВОДИТЬ КОНЦЫ С КОНЦАМИ без всякой уверенности в своём будущем, а ДОСТИЧЬ более или менее ОБЕСПЕЧЕННОЙ ЖИЗНИ МОЖНО ЛИШЬ почти исключительно ПОСРЕДСТВОМ ЗАНЯТИЯ полукриминальным или откровенно ПРЕСТУПНЫМИ ВИДАМИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. В отличие от западноевропейцев и североамериканцев, жизнь для подавляющего большинства членов таких обществ является достаточно (или почти) безрадостным существованием. По этой самой причине они оценивают как свои, так и чужие жизни достаточно дёшево и готовы ими без конца рисковать при возникновении перед собой всего кажущегося и соблазнительного - в надежде на то, что кому-то из них может быть улыбнётся удача. То, что с западноевропейской (и североамериканской) точки зрения является безрассудством и фанатизмом, с точек зрения многих других народов представляется единственной возможностью для самосохранения в условиях враждебного мира и достижения благополучия в жизни для себя и своих будущих поколений. Нравится это кому-либо или нет, но подобная мораль существовала, существует и ещё очень долго будет существовать, не смотря на всю свою кажущуюся средневековость. Она оказывается вполне нормальной для своих условий и единственной возможностью для её изменения и приведения к всеобщему и повсеместному восторжествованию идей более гуманного отношения к человеческой жизни, к как таковой, является создание таких условий, при которых живущим там людям во всех отношениях оказалось бы гораздо выгоднее не заниматься чем-либо заведомо предосудительным и откровенно преступным, а честно трудиться и быть законопослушными членами своих обществ. Но так как достижение чего-либо подобного (как по зависящим, так и по совершенно независящим от них причинам) в сколько-нибудь обозримом будущем представляется очень маловероятным, то всякие рассуждения на тему абстрактного гуманизма подавляющим большинством человечества ещё очень долго будут рассматриваться в лучшем случае как факты чего-то смешного и совершенно нелепого, а в худшем - расцениваться как попытки навязывания им более благополучной (и во многом живущей за их счёт) частью человечества чего-то ложного и не соответствующего реальной действительности (в условиях которой политики и граждане наиболее промышленно развитых государств с содроганиями сердец относятся к единичным фактам гибели кого-либо из себе подобных и остаются совершенно безразличными к судьбам представителей других народов, которые изо дня в день десятками и сотнями тысяч гибнут и умирают в разного рода войнах и бедственных катаклизмах).

Единственная реальная возможность направления развития морали большей части человечества в сторону сближения её с западноевропейскими воззрениями в данном вопросе заключается в достижении многими государствами третьего мира такого уровня своего промышленного развития, при котором бы они оказались вполне СПОСОБНЫМИ СОЗДАВАТЬ своё АТОМНОЕ ОРУЖИЕ и достаточно эффективные средства его доставки к целям. В ситуации прихода к чему-либо подобному те государства, которые воспринимают себя в качестве вершителей судеб всего человечества, волей или неволей окажутся вынужденными отказаться от привычной для себя политики фактического понуждения ко всему для себя очень выгодному и оказания грубых давлений в отношении кого-либо заведомого более слабого, но не желающего беспрекословно подчиняться их воле. В таких условия им не останется ничего иного, как стать на путь отыскания общих точек соприкосновения и взаимоприемлемых компромиссов, а если и прибегать к оказанию каких-либо давлений, то лишь чисто экономических и на основании не чего-то явно надуманного или ложно истолковываемого, а фактического и значительного по своей сути. Разного рода спекуляции насчёт того, что достаточно широкое распространение атомного оружия и достаточно эффективных средств его доставки может привести к выходу из под контроля обстановки во всём мире и поставлению его на грань ядерной войны, совершенно не соответствуют действительности. Создание атомного оружия и эффективных средств его доставки требует от стремящихся к этому государств десятилетий напряжённых усилий и кардинальных переустройств своих экономик. А по отношению к тому, что достаётся огромной ценой (как в материальном, так и во временном отношении), всякий оказавшийся способным достичь указанной цели, никогда не станет проявлять безрассудства или руководствоваться вспышками своих эмоций. Если он и пойдёт на какие-либо крайние шаги (с неминуемостью грозящие ему гибелью и полным уничтожением в результате чем-то ответного), то это будет свидетельствовать о только одном - о факте поставления его в безвыходное положение крупными мировыми державами, желающими вопреки жизненным интересам конкретных государств третьего мира во что бы то ни стало навязать им свою железную волю. Чинение со стороны официально признанных ядерных держав всяческих препятствий тем государствам современного мира, которые достигли (или достигают) такого уровня развития своих экономик, при котором оказывается вполне возможным создание атомного оружия и средств его доставки, на самом деле говорит не столько о радении первыми о дальнейших судьбах всего мира, сколько указывает на факт их стремления к сохранению выгодного для них типа мироустройства, при котором (не смотря на все публично провозглашаемые принципы невмешательства и гуманизма) для них оказывается возможным следование двойным стандартам в политике и допустимым применение грубой силы по отношению к заведомо более слабым и не способным организовать сколько-нибудь серьёзного ответного сопротивления.

В общем и целом, если выражаться более кратко, то перспективы развития вооружённых сил заключены в очень широких рамках - от продолжения широкого использования достаточно дешёвых, высоконадёжных и массовых образцов обычного оружия (преимущественно в условия повстанческих формирований и слаборазвитых государств) к дополнению его разного рода устройствами и приспособлениями, которые существенно повышают его точность (в условиях государств, приближающихся к созданию атомного оружия) и принятию на вооружение ещё более совершенных образцов высокоточного оружия (в условиях государств, которые являются давними обладателями ядерного оружия).

Но решение международных конфликтов и споров и обеспечение стабильности внутригосударственной обстановки путём широкомасштабного использования вооружённых сил тех или иных государств является очень дорогостоящим и далеко не всегда оправданным делом. В условиях когда возникающие ситуации не оказываются безотлагательными и не доведёнными до точек кипения гораздо более целесообразным и весьма разумным оказывается ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ОПЕРАТИВНЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ различных СПЕЦСЛУЖБ в целях постепенного и малозаметного приведения окружающей обстановки к чему-то более для себя подходящему и желательному (с точки зрения властей тех или иных государств). В свою очередь всякая оперативная работа состоит из двух основных моментов. Если выражаться в самых общих словах, то с одной стороны она представляет собой процесс осуществления отслеживаний за всеми перемещениями, контактами и взаимодействиями тех или иных лиц (и всего им принадлежащего), заподозренных в осуществлении чего-либо противозаконного с точки зрения своих или совершенно не отвечающего интересам чужих государств, посредством задействования в этих целях оперативных работников и их агентурных помощников и использования ими в своей работе специальных технических средств. С другой стороны оперативная работа является искусством сознательного введения в заблуждение относительно чего-либо истинного, осуществления соблазнов и поставления в тупик, создания невыносимых условий и творения откровенных провокаций или, выражаясь иным языком, подталкивания различными хитроумными (в том числе и преступными) способами в чём-либо заподозренных или неугодных лиц к осуществлению чего-либо двусмысленного, заведомо предосудительного или откровенно преступного. Цель таких действий заключается либо в опорочивании их имёни, отстранении от занимаемых должностей и привлечении их судебной ответственности во всякий удобный для себя момент либо в сознательном поставлении их в тупик и последующем понуждении (путём шантажа и оказания грубых давлений) к негласному сотрудничеству и скрытным действиям в ущерб интересам своих сообществ и государств. Во второй своей части оперативная работа представляет собой ни что иное, как законодательно допустимое ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПРЕСТУПНЫХ МЕТОДОВ якобы В БЛАГИХ ЦЕЛЯХ или во имя достижения высших интересов тех или иных государств, которое в обстановке закрытости спецслужб и сложности толкования (по причине отсутствия всей полноты информации) того, что в том или ином случае может являться допустимым, а что недопустимым, очень часто оказывается выходящим за рамки законодательно позволительного (по причине нередкого использования оперативных возможностей различных силовых структур исходя из соображений обеспечения групповых интересов, достижения высоких показателей в своей работе или стремления к получению банальной корысти отдельными их представителями).

Если в первой из своих составляющих оперативная работа спецслужб всех государств мира по большей части являет из себя несомненное добро и приносит немалую пользу своим обществам, то в плане второй, обеспечивая определённые плюсы в плане достижения чего-либо узковедомственного и тактического, в общем и целом она оказывает на жизнь своих обществ и государств весьма разрушительные воздействия в плане подрыва моральных устоев и возрастанием недоверия к властям самых разных уровней и ведомственной принадлежности. По своей сути в этой своей части она представляет собой ни что иное, как бомбу замедленного действия и изначальную причину возникновения всех международных конфликтов, революций и войн, известных в истории человечества. Постепенно происходящее осознание данного факта рано или поздно приведёт к тому, что в условиях наиболее развитых и благополучных государств мира будет введён ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЙ ЗАПРЕТ НА ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПРОВОКАЦИОННЫХ МЕТОДОВ В ОПЕРАТИВНОЙ РАБОТЕ внутригосударственных спецслужб (типа контрразведывательных органов и полицейских структур) И создана система ОРГАНОВ обеспечения над ними широкого ОБЩЕСТВЕННОГО КОНТРОЛЯ в данном аспекте ведения их деятельности. В свою очередь в целях компенсации таким образом упущенных возможностей внутригосударственным спецслужбам станут предоставляться ПОЧТИ НЕОГРАНИЧЕННЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ - в смысле получения безоговорочных прав на осуществление отслеживаний и ВЗЯТИЙ ПОД своё неотрывное НАБЛЮДЕНИЕ всех и ВСЕГО, ПРЕДСТАВЛЯЮЩЕГОСЯ им хоть сколько-нибудь ПОДОЗРИТЕЛЬНЫМ. Фактом установления подобной практики будет достигнут немалый положительный эффект - все граждане таких государств, оказавшись под угрозой своего разоблачения, окажутся вынужденными либо становиться в своей повседневной жизни такими, какими они хотят восприниматься в глазах окружающих либо отказываться от использования всего показного и представать такими, какими они являются на самом деле. Конечно всё это в значительной мере приведёт к утрате романтики жизненных отношений, но в то же самое время будет способствовать воцарению в них искренности и тому, что каждый гражданин таких государств обретёт реальные шансы на занятие в своём обществе таких мест, которым он будет вполне соответствовать и утратит возможность быть допущенным к тому, чему он (в силу склада своего характера и определившихся внутренних убеждений) окажется не вполне неподходящим или совершенно недостойным.

Что касается спецслужб высокоразвитых государств, деятельность которых окажется направленной не во внутрь, а во вне (типа служб внешних разведок), то ожидать вышеозначенных изменений в характерах их деятельности в сколько-нибудь обозримом будущем не приходится - скорее всего всё будет происходить с точностью до наоборот. Это обусловлено как объективными, так и субъективными на то причинами. Объективная причина такой неизменности кроется в том, что в условиях чужих государств и враждебно настроенных окружений представители служб внешних разведок весьма ограничены в своих возможностях по организации наблюдения и отслеживания всего и всех тем или иным образом привлекающих их внимание и совершенно не питают никаких надежд по поводу того, что власти чужих государств в ущерб своим интересам станут расширять для них возможности ведения оперативной работы. Субъективная же причина заключается в том, что имея о жизни граждан других народов и стран достаточно поверхностное представление и будучи склонными безоговорочно верить в данном вопросе своим властям (по причине того, что те уже ведут или вскоре станут вести себя по отношению к ним более или менее честным образом в сфере всего касательного внутренней жизни), граждане промышленно развитых государств не станут требовать установления над службами своих внешних разведок достаточно жесткого общественного контроля. В результате этого всё придет к тому, что все службы внешних разведок превратятся в сосредоточия лиц, которым будут предъявляться чрезвычайно завышенные требования в плане соблюдения всех законов и норм своих государств и одновременного проявления откровенного цинизма и готовности поступать самым безнравственным образом по отношению ко всему тому, что представляется им чуждым или враждебным, в целях достижения своих достаточно ограниченных (или тактических) интересов. Само собой разумеется, что те или иные высокоразвитые государства и их граждане также не станут переставать подвергаться столь же циничным и безнравственным по своей сути воздействиям со стороны служб внешних разведок недружественных им государств (в задачи многих из которых входит не только подбирание ключей к получению всевозможных иностранных секретов, но и целенаправленное разложение тамошних обществ путём совращения и подкупа различных представителей тамошних элит и активного способствования возникновению на их территориях многочисленных и взаимосвязанных преступных сред). Но суть решения данной проблемы заключается в наличии у контрразведывательных и полицейских служб большинства промышленно развитых государств современного мира высокой степени доверия (и в возможности дальнейшего её повышения) со стороны подавляющего большинства их граждан, которые с готовностью и большой охотой станут сигнализировать в свои спецслужбы о любых фактах нарушения законности и посягательств на общественные интересы и тем самым существенно облегчат их работу по пресечению всего преступного и откровенно враждебного.

Что же касается спецслужб менее развитых стран (в первую очередь государств третьего мира), то там будет наблюдаться совершенно иная картина. Непрекращающимися усилиями со стороны служб внешних разведок промышленно развитых государств мира как верхи, так и низы обществ подавляющего большинства развивающихся стран уже давно являются в значительной степени разложенными и разобщёнными между собой на различные кланы. Лидеры таких государств и их доверенные представители, окунаясь в столь сложные условия и находясь под тяжестью неразрешимых проблем, волей или неволей оказываются вынужденными ПРИБЕГАТЬ К разного рода ЧРЕЗВЫЧАЙНЫМ МЕТОДАМ или выражаясь более простым языком, судить на скорую руку и наказывать по всей строгости - особо не вникая в суть всего ими рассматриваемого. В свою очередь тамошние представители власти на местах из стремления к достижению укрепления чего-либо кланового и местечкового (либо к получению банальных взяток) при всяком случае возникновения каких-либо спорных моментам принимаются ПРОЯВЛЯТЬ СНИСХОДИТЕЛЬНОСТЬ И ПОНИМАНИЕ исключительно К ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ СВОИХ КЛАНОВ И крупным ВЗЯТКОДАТЕЛЯМ, а по отношению ко всем остальным демонстрировать свою суровость и категоричность. В общем и целом по причине всего выше сказанного у подавляющего большинства граждан государств третьего мира быстро накапливается большое количество обид на свою центральную и местную власть, что находит своё выражение в последующем появлении у большинства из них едва скрываемой нелюбви и ненависти к представителям своих полицейских и контрразведывательных структур. В конечном итоге всё это приводит к тому, что подавляющее большинство тамошнего населения предпочитает либо ЗАНИМАТЬ ПОЗИЦИЮ НЕВМЕШАТЕЛЬСТВА во всё вокруг происходящее либо всякий раз ПОСТУПАТЬ, исключительно ИСХОДЯ ИЗ соблюдения ИНТЕРЕСОВ своих родов и достаточно малочисленных КЛАНОВ и сплошь и рядом действуя в ущерб общим интересам своих государств (которые чаще всего рассматриваются ими в качестве чего-то насильственно им навязанного и в значительной мере чуждого).

Спецслужбы государств третьего мира, находясь в подобных условиях, не будут видеть реальных возможностей (и испытывать особых потребностей) для существенного изменения характеров ведения своей оперативной работы из соображений обеспечения искоренения из неё наиболее неприглядных и откровенно преступных моментов. Территории тех государств, власти которых окажутся неспособными или не пожелают предпринять действенных усилий для вырывания из тисков всего сковывающего их развитие и препятствующего их превращению в по-настоящему полноценные государства, в результате протекания подобных процессов и усилиями спецслужб великих держав (а также спецслужб тех государств, которые стремится к попаданию в их ряды) в достаточно скором времени окажутся превращёнными в своего рода клоаки - сосредоточия всего зловещего и преступного, которые станут представлять огромную опасность для более благополучной части человечества. Более того характер современного положения дел в окружающем мире активно способствует развитию таких прогнозов. Если в относительно недавние годы "холодной войны" крупнейшие мировые державы фактически воевали между собой руками разного рода союзников из числа государств третьего мира и по этой причине в отношениях с ними были вынуждены соблюдать хоть какие-то приличия и отвечать многим их насущных потребностях, то в условиях дня сегодняшнего, когда серьёзное противостояние между крупнейшими мировыми державами оказалось законченным, у последних отпала всякая нужда в потакании интересам тем или иных государств третьего мира и стало проявляться потребительское и предельно циничное к ним отношение, выражающееся в стремлении к понуждению их к безоговорочным уступкам во всём им навязываемом со своей стороны.

В общем и целом если рассматривать перспективы развития силовых спецслужб, то они будут разворачиваться в двух направлениях - в виде продолжения следования классическим путём, предполагающим дальнейшее использование негативных и откровенно преступных методов, которые в современных условиях достаточно широко применяются ими в практике ведения своей работы и в виде законодательного запрещения использования провокационных методов в оперативной работе и установления широкого общественного контроля за деятельностью спецслужб при позволении последним в любой момент устанавливать наблюдение за всеми и вся, представляющимися им подозрительным.

Познавательные статьи:



Формы дистанционного обучения

Передача мяча двумя руками снизу

Значение правильной осанки для жизнедеятельности человека

Основные ошибки при выполнении передач мяча на месте