Стационарный. Полевой. Миномётный. Штурмовой. Военно-морские силы ( вмс ). Крейсирующий. Подводный. Сторожевой. Бронетанковые подразделения. Универсальный. Маневренный. Плавающий. Тяжелый. Военно-воздушные силы ( ввс )

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 44 из 46Следующая ⇒

Стационарный

Артиллерия данного типа зародилась от пушек, которые начинали использовать ДЛЯ ЗАЩИТЫ ряда КРЕПОСТЕЙ, специально создававшихся в малообжитых и труднодоступных уголках мира по причине стратегической важности их географических расположений с точки зрения чего-либо будущего и дальнейшего. Из-за того, что постоянно содержание в таких местах крупных воинских подразделений оказывалось делом весьма дорогостоящим, то из соображений обеспечения ОБОЗНАЧЕНИЙ своего ПОСТОЯННОГО ПРИСУТСТВИЯ и одновременной экономии значительных средств, власти тех государств, в средах которых начинали возобладать имперские идеи, приходили к выводу о целесообразности размещения в своих весьма отдалённых крепостях достаточно немногочисленных воинских гарнизонов - в целях решения текущих проблем и конфликтов с представителями туземных племён. На случаи же возникновений непредвиденных обстоятельств (типа прибытий крупных сил враждебно настроенных держав в завоевательных целях) их силы принимались укреплять посредством РАЗМЕЩЕНИЯ НА КРЕПОСТНЫХ СТЕНАХ достаточно больших количеств АРТИЛЛЕРИЙСКИХ ОРУДИЙ.

Из-за того, что подобные орудия изначально предполагалось использовать в качестве стационарных (по той простой причине, что процесс перемещение орудий с одних мест крепостных стен на другие в любых случаях был чрезвычайно сложен и трудоёмок), им не устанавливали ограничений в весе. В то же самое время перед создателями таких пушек всегда ставилась задача, чтобы СНАРЯДЫ, выпускавшиеся из них, ОБЛАДАЛИ МАКСИМАЛЬНО ВОЗМОЖНОЙ РАЗРУШИТЕЛЬНОЙ СИЛОЙ с тем, чтобы мощью своих взрывов и разлётов осколков могли причинять превосходящим силам врагу как можно более многочисленные потери и тем самым подавлять их своей мощью не только физически, но и в психологическом плане. Всё это приводило к тому, что артиллерийские орудия, изначально предназначавшиеся для защиты крепостей, очень быстро начинали набирать в весе и размерах калибров выпускавшихся из них ядер или более современных снарядов - ДОСТИГАТЬ ГИГАНТСКИХ РАЗМЕРОВ и превращаться в монстров от артиллерии. По причине обладания значительной массой и значительной толщины стволов они создавались достаточно КОРОТКОСТВОЛЬНЫМИ (с тем чтобы не перевешивать заднюю часть орудий в свою сторону) и послужили отдалёнными прототипами ГАУБИЦ И МОРТИР. После установки таких пушек на крепостные стены, им обычно ПРОИЗВОДИЛИ ПРИСТРЕЛКУ на окружающей местности - путём придания пушечным стволам различных УГЛОВ ВОЗВЫШЕНИЯ И ВЫПУСКАНИЮ из них СНАРЯДОВ - с тем, чтобы на будущее обеспечить возможность попадания выпускавшихся боеприпасов в цели, возникавших на том или ином удалении от крепостей, с первых же выстрелов.

По причине своей громоздкости будучи изначально приспособленными для производства стрельбы только в одном направлении, большинство крепостных орудий в ситуациях возникновения чего-либо критического простаивало без всякого дела, тогда как некоторая часть из них раскалялась в процессе длительных стрельб по вражеским целям и не могла обеспечить желаемых поражений сил противника по причине недостаточных количеств непосредственно задействованных стволов и низкой их скорострельности. В целях преодоления подобного рода проблем крепостные орудия в скором времени принимались УСТАНАВЛИВАТЬ НА специальные ПОВОРОТНЫЕ ПЛАТФОРМЫ и таким образом приспосабливать их для ВЕДЕНИЯ СТРЕЛЬБ В заданных УГЛОВЫХ СЕКТОРАХ. Но поворотам платформ и установленных на них орудий начинали препятствовать зубцы крепостных стен, которые традиционно возводились по их верхней кромке в защитных целях. Всё это приводило к тому, что артиллеристы оказывались вынужденными сносить по нескольку зубцов перед своими орудиями. В свою очередь воины противника, видя такую их беззащитность, принимались незаметно подтаскивать к осаждавшимся крепостям свои лёгкие пушки и вести прицельную стрельбу по артиллерийским расчетам тяжёлых крепостных орудий. В конечном итоге все это оборачивалось тем, что крепостные орудия начинали ПРИКРЫВАТЬСЯ толстыми БРОНЕВЫМИ ЛИСТАМИ, а затем И ОБРЕТАТЬ ВИД ВРАЩАЮЩИХСЯ цельнометаллических БАШЕН, которые по причине своей чрезвычайной громоздкости, высокой степени защищённости от воздействий всего внешнего и способности обстреливать силы приближавшихся врагов с больших расстояний и по любым направлениям снимались со стен крепостей и выносились для размещения на естественных возвышениях в их ближайших окрестностях.

В качестве наиболее ярких примеров артиллерийских орудий стационарного типа, дошедших до настоящего времени, можно назвать сохранившиеся ещё кое-где (пусть даже в качестве экземпляров чего-либо музейного) батареи береговой артиллерии и корабельные орудия крупных калибров.

Полевой

Кровопролитный характер многих крупных сражений и большое число возникавших потерь приводили многих военачальников к мысли о целесообразности таких пушек, которые можно было бы вполне возможным перемещать вслед за подразделениями стрелков и пехоты и ИСПОЛЬЗОВАТЬ ДЛЯ обеспечения ОГНЕВОЙ ПОДДЕРЖКИ их НАСТУПАТЕЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЙ. Создававшиеся батареи облегчённых (по сравнению с крепостными) или полевых орудий принимались РАЗМЕЩАТЬ ПОЗАДИ ПОЗИЦИЙ стрелков и пехоты - на естественных возвышениях или специально создававшихся насыпных сооружениях и вести из них стрельбу на поражение при виде близких приближений вражеских боевых порядков к боевым порядкам своих основных сил. Суммарной мощью своего огня они разметали в разные стороны большие количества солдат противника и ПРОБИВАЛИ в их строях весьма ОБШИРНЫЕ БРЕШИ. Силы пехоты, воодушевлявшиеся возможностями подобными возможностями своей артиллерии и стремившиеся РАЗВИТЬ обнаруживавшийся УСПЕХ, тут же устремлялись в возникшие бреши с тем, чтобы обеспечить окончательный прорыв противостоявших вражеских порядков и путём создания угроз окружения тех или иных частей сил противника, побудить его к стремительному отходу и отступлению по всей линии фронта.

Но оборонявшиеся стороны, быстро уясняя такие моменты, в ситуациях возникновений чего-либо критического принимались производить лишь ЧАСТИЧНЫЕ ОТВОДЫ своих сил (на тех участках, где возникала угроза прорывов), а возникавшие бреши ЗАТЫКАТЬ частями своих резервных сил, подходивших СО СТОРОНЫ ТЫЛА. По той простой причине, что новые фазы происходивших сражений начинали протекать на достаточно большом удалении от предварительно установленных артиллерийских батарей, артиллеристы по причине недостаточной дальнобойности своих пушек не могли обеспечивать поддержку наступающим силам своей пехоты без осуществления перемещений вслед за ней и приближений к местам непосредственного ведения боевых действий. Но осуществляя такие перемещения, артиллерийским батареям приходилось оставлять свои позиции, заблаговременно оборудованные на всевозможных возвышениях и РАСПОЛАГАТЬСЯ ПОСРЕДИ РАВНИННЫХ УЧАСТКОВ окружающей местности. В ситуациях подобного рода находясь за своей пехоты, артиллеристы оказывались отгороженными от всего их головами и спинами и оказывались вынужденными СТРЕЛЯТЬ по врагу почти В СЛЕПУЮ. Для того, чтобы справляться с задачами подобного рода артиллеристам с одной стороны приходилось ПРИБЕГАТЬ К достаточно СЛОЖНЫМ математическим РАСЧЕТАМ, а с другой - САЖАТЬ НА различные прилегающие ВОЗВЫШЕНИЯ (типа одиночных скал, высоких деревьев или специально сооружавшихся наблюдательных вышек) своих НАБЛЮДАТЕЛЕЙ, которые после при помощи флажков и семафорных сигналов могли давать необходимые поправки по ходу производившихся стрельб. Разрывы тяжёлых артиллерийских снарядов, происходившие посреди группировок воинских сил противника, причиняли им значительные потери и понуждали их к осуществлению таких отработок своих дальнейших действий, которые бы снижали число ранений и гибелей сосредоточенных воинов. Подобные отработки представляли собой либо быстрые РАЗДЕЛЕНИЯ крупных СКОПЛЕНИЙ воинских сил НА МЕЛКИЕ ГРУППЫ И РАССРЕДОТОЧЕНИЯ В РАЗНЫЕ СТОРОНЫ либо УКРЫТИЯ их В СКЛАДКАХ МЕСТНОСТИ, где их не могли разглядеть артиллерийские наблюдатели. Практика ведения боевых действий очень быстро приводила всех к вполне очевидному выводу, суть которого заключалась в мысли о том, что ВЕСТИ боевые СТРЕЛЬБЫ ПО КРУПНЫМ СОСРЕДОТОЧЕНИЯМ СИЛ противника СЛЕДУЕТ как вести ЗАЛПАМИ как можно большего количества собранных орудий с тем, чтобы обеспечить их массированное поражение и не оставить их остаткам возможности отойти в какое-то более безопасное место. Подобные мысли приводили к осуществлению практических наработок, которые находили своё выражение в следующем. Процесс проведения таких стрельб представлял собой первоначальное ПРОИЗВОДСТВО нескольких ПРИСТРЕЛОЧНЫХ ВЫСТРЕЛОВ ИЗ ОДНОГО батарейного ОРУДИЯ И ОПРЕДЕЛЕНИЯ ОПТИМАЛЬНЫХ ПАРАМЕТРОВ НАВОДКИ стволов для всех остальных. Затем производился ПУШЕЧНЫЙ ЗАЛП из всех орудий, КОТОРЫЙ НАКРЫВАЛ МОРЕМ ОГНЯ определённый участок пространства и обеспечивал почти поголовное уничтожение всей живой силы противника, сосредоточенной на нём на тот момент. После этого батарейные орудия принимались вести БЕГЛЫЙ ОГОНЬ или производить выстрелы по мере готовности и при необходимости СМЕЩАТЬ свою СТРЕЛЬБУ в ту или иную сторону в ситуациях обнаружения стремительных перемещений сил противника в целях укрытия от всего для них губительного.

Помимо вышеуказанного уже неудобства в применении - необходимости вести стрельбы не на глазок, а опираясь на сложные математические расчёты - у полевых пушек прошлых времён обнаруживалось и другое. Их батареи (обладавшие достаточно небольшой дальностью выстрелов), не смотря на своё стремление повсюду поспевать за продвижениями основных сил своих наступлений, в подавляющем большинстве случаев ПРОДВИГАЛИСЬ С существенными ЗАДЕРЖКАМИ (вызвавшимися неудобствами перемещения громоздких орудий в условиях окружавших их бездорожий) И по этой причине далеко НЕ всегда оказывались СПОСОБНЫМИ ОБЕСПЕЧИТЬ наступавшим СВОЕВРЕМЕННУЮ ПОДДЕРЖКУ своим огнём. С другой стороны стремясь помешать артиллеристам, способным учинить что-либо разгромное, противник нередко предпринимал ПОПЫТКИ ЗАХВАТОВ АРТИЛЛЕРИЙСКИХ ПОЗИЦИЙ своими специально выделявшимися для этого силами - в целях уничтожения или повреждения установленных там орудий другой стороны и недопущения возможности открытия ими артиллерийского огня в ситуациях начал своих основных наступательных действий. В свою очередь принимаясь испытывая непреодолимое желание во что бы то ни стало и во всякий нужный для себя момент наносить силам своих противников сокрушительные удары ещё до моментов вступлений их в решительные боевые сражения и в то же самое время обеспечивать своей артиллерии гарантированную сохранность, военачальники всех государств мира в ситуациях ведения войн оказывались вынужденными РАЗМЕЩАТЬ свои артиллерийские батарее НА достаточно БОЛЬШОМ УДАЛЕНИИ ОТ ПЕРЕДОВЫХ ПОЗИЦИЙ. Всё это, будучи вместе взятым, требовало от артиллерийских орудий одного - существенного УВЕЛИЧЕНИЯ их ДАЛЬНОБОЙНОСТИ с тем, чтобы они, заняв свои позиции, могли обеспечивать поддержку наступлениям основных сил своих войск подолгу не снимаясь со своего места и НЕ СОЗДАВАЯ ПЕРЕРЫВОВ В своей стрельбе, а лишь перенося её с одних участков окружающих пространств на другие. (При этом им приходилось сталкиваться с другой проблемой, которую были не в состоянии разрешить ни конструкторы орудий, ни артиллеристы. Эта проблема заключалась в отсутствии надёжных средств связи между артиллерийскими батареями и их вынесенными наблюдателями, а факт её наличия на протяжении достаточно долгого времени сильно сдерживал развитие дальнобойной артиллерии как таковой. Принципиальные возможности её разрешения возникли лишь с момента ИЗОБРЕТЕНИЯ ТЕЛЕФОННОЙ И РАДИОСВЯЗИ И развития ВОЕННОЙ ТОПОГРАФИИ, а также принятия армиями различных государств мира на своё вооружение аэропланов, которые первоначально использовались почти исключительно в целях связи и ВЕДЕНИЯ ВОЗДУШНОЙ РАЗВЕДКИ за перемещениями сил противника - Примечание автора). Но для того, чтобы обеспечить орудиям способность стрелять на дальние расстояния требовалось увеличить время воздействия пороховых газов, давивших на вылетавшие снаряды в моменты производства выстрелов. Выражаясь более простым и понятным для всех языком, таким пушкам требовалось существенно НАРАСТИТЬ ДЛИНУ их СТВОЛОВ, не допуская при этом существенных увеличений веса последних (с тем, чтобы не допустить перевешиваний и опрокидываний конструкций орудий в сторону их стволов) - т.е. УТОНЧИВ их СТЕНКИ, что на протяжении достаточно долгого времени оказывалось невозможным по причине достаточно низкого качества выплавлявшейся стали. (Отыскания возможностей для выплавки стали более прочных сортов обернулось для артиллерии стремительным потеснением широко распространённых ранее гаубиц и мортир вновь создававшимися длинноствольными орудиями).

С другой стороны всеобщие стремления и потуги по увеличению дальнобойности артиллерийских орудий приводили к обнаружению того факта, что на завершающих участках своего полёта каждый выпущенный снаряд движется с не очень высокой скоростью и всё более заметным оказывается ТОРМОЖЕНИЕ, ВЫЗЫВАЕМОЕ СИЛОЙ СОПРОТИВЛЕНИЯ ВСТРЕЧНЫХ ПОТОКОВ ВОЗДУХА. Из соображений уменьшения силы такого сопротивления и обеспечения за счёт этого увеличения дальности полётов выстреливавшихся боеприпасов им принимались определять оптимальные геометрические очертания и вес (а значит и размеры калибров). Своё практическое выражение это нашло с одной стороны в ЗАМЕНЕ ШАРООБРАЗНЫХ пушечных ЯДЕР ЦИЛИНДРИЧЕСКИМИ СНАРЯДАМИ с конусообразной головной частью, а с другой - в том, что КАЛИБР подавляющего большинства полевых орудий вполне сознательно ОГРАНИЧИВАЛСЯ РАЗМЕРАМИ ЧУТЬ ВЫШЕ СРЕДНЕГО. Помимо этого особо следует особо отметить тот момент, что на завершающих участках своего полёта снаряды оказываются ЧУВСТВИТЕЛЬНЫМИ не просто к некоему обобщённо понимаемому сопротивлению встречных потоков воздуха, но в первую очередь К их характеру или конкретным ПОГОДНЫМ УСЛОВИЯМ (типа направления и скорости ветра, присутствия в атмосфере тех или иных форм осадков и их интенсивности, давления воздуха), без учёта поправок на которые дальнобойная артиллерия оказывалась обречённой на достаточно сильные отклонения в процессе осуществления любых своих стрельб. Всё это приводило к её быстрому насыщению как самыми совершенными ДАЛЬНОМЕРНЫМИ УСТРОЙСТВАМИ, так и разнообразными ПРИБОРАМИ ДЛЯ осуществления частых ЗАМЕРОВ текущих параметров окружающих АТМОСФЕРНЫХ УСЛОВИЙ. Но несмотря на все вышеупомянутые ухищрения, очень быстро становился понятным тот факт, что в силу присутствия множества различных одновременно воздействующих внешних причин и существования определённых погрешностей у измерительных приборов, обеспечить стабильную точность попаданий по заранее указанным целям с дальних расстояний обеспечить не возможно. После произведения пробных залпов батарей орудий, нацеленных на одну и ту же точку всякий раз наблюдался РАЗЛЁТ СНАРЯДОВ по разные стороны от чего им заданного. По этой самой причине вместо того, чтобы стремиться к достижению чего-то практически не осуществимого, перед артиллеристами батарей дальнобойных пушек всякий раз принималась ставиться задача СТРЕЛЬБЫ не по определённым целям, а по УКАЗАННЫМ им КВАДРАТАМ на местности. Если все снаряды выпускавшиеся в результате залпа из всех имевшихся орудий взрывались в пределах рамок заранее определённых квадратов (вне зависимости от того, каким оказывалось количество прямых попаданий в цели, находившиеся внутри них), то такая стрельба признавалась результативной, если же нет, то результат признавался неудовлетворительным со всеми вытекавшими из этого последствиями.

Возникавший риск понесения огромных потерь в результате нанесения мощных артиллерийских ударов со стороны противника приводил к существенным изменениям в позиционировании войск. Если на этапе первоначального развития артиллерии основная масса воинских подразделений обычно размещалась в непосредственной близости от линии фронта, то с переходом в следующий его этап военачальники армий разных государств мира оказывались вынужденными принимались СОСРЕДОТАЧИВАТЬ свои воинские СИЛЫ В ГЛУБИНЕ своей ОБОРОНЫ с таким расчётом, чтобы они находились за пределами досягаемости вражеской артиллерии, а затем ОСУЩЕСТВЛЯТЬ их СКРЫТНЫЕ ПЕРЕБРОСКИ К ПЕРЕДОВЫМ ПОЗИЦИЯМ своих войск (под покровами темноты ночи или туманов либо посредством осуществления перемещений по лесным дорогам или складкам местности) непосредственно перед моментами начала чего-то решительного.

Стремительное развитие полевой артиллерии и невиданное развитие её практических возможностей очень скоро приводило к тому, что в войсках с полным на то основание её принимались называть не иначе, как БОГОМ ВОЙНЫ. Но будучи богом в плане способности обрушивать море огня точно в указанные ей квадраты на местности, она оказывалась весьма СЛАБОЙ НА НОГИ - или колёса - в том смысле, что обладала весьма ограниченными возможностями в плане обеспечения своим орудиям высокой проходимости и осуществления стремительных передвижений по различным участкам окружающих пространств. В подавляющем большинстве случаев имея в качестве тягловой силы упряжи лошадей, такие орудия с большим трудом и очень малой скорость перемещались в условиях бездорожий и пересечённой местности, что делало весьма проблематичным обеспечение их своевременной доставки в те места, которые представлялись наиболее удобными с точки зрения нанесения артиллерийских ударов по чему-либо предварительно заданному. С другой стороны крупные артиллерийские батареи сами ПРЕВРАЩАЛИСЬ В СОСРЕДОТОЧЕНИЯ ЗНАЧИТЕЛЬНЫХ СИЛ И ТЕХНИКИ И начинали ПРЕДСТАВЛЯТЬ СОБОЙ ЖЕЛАННЫЙ ОБЪЕКТ ДЛЯ НАНЕСЕНИЯ артиллерийских УДАРОВ СО СТОРОНЫ противостоявших им ВРАЖЕСКИХ БАТАРЕЙ (принимавшихся время от времени затаиваться и не подавать признаков своего достаточно близкого присутствия до тех моментов, пока первые не открывали своего огня по достаточно незначительным сосредоточениям сил или ложным целям, которые во многих случаях вполне сознательно ПОДСТАВЛЯЛИСЬ им ПОД УДАР в целях побуждения к обнаружению своих позиций).

Факт постоянного присутствия всего выше сказанного обнаруживал у полевой артиллерии острую ПОТРЕБНОСТЬ В надежных и МОЩНЫХ МЕХАНИЧЕСКИХ ТЯГАЧАХ. Но так как сцепки, состоявшие из тягачей и прицеплявшихся к ним орудий, оказывались очень длинными (а значит хорошо заметными для разведчиков и наблюдателей противника) и достаточно неповоротливыми, то многие конструкторы артиллерийских орудий приходили к мысли о целесообразности установки пушек поверх тягачей (или на их базе, если выражаться техническим языком). Так миру были явлены первые САМОХОДНЫЕ ОРУДИЯ, которые пользуясь своей высокой проходимостью и достаточно неплохими скоростными качествами, а также благодаря закреплению размещённых на них пушек в боеготовом или полубоеготовом положении (по сравнению с обычно транспортируемыми орудиями), могли в самые кратчайшие сроки добираться до указанных мест по любым дорогам (и при полном отсутствии таковых) и открывать батарейный огонь практически сразу же после занятия указанных им позиций. По причине того, что батареи самоходных орудий сами нередко оказывались накрытыми залпами вражеской артиллерии, самоходки принимались ОБОРУДОВАТЬ МОЩНОЙ ЛОБОВОЙ БРОНЕЙ (которая оказывалась вполне способной выдерживать удары снаряды средних калибров) и менее толстой броней с боковых или всех других сторон. Всё это обеспечивало самоходным орудиям и их экипажам высокую степень живучести, а также во всех необходимых случаях ДАВАЛО им почти безболезненную ВОЗМОЖНОСТЬ ВЕСТИ ОГОНЬ по указанным сосредоточениям сил противника, НАХОДЯСЬ ПОД ОБСТРЕЛОМ его артиллерийских батарей и не снимаясь с удачно подобранных позиции ранее наступления моментов достижения чего-то для себя желаемого.

По той простой причине, что батареи самоходных орудий оказывались вполне способными безбоязненно подходить к линии фронта и вести огонь чуть ли не с передовой, то перед ними открывались широкие ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ гораздо БОЛЕЕ БЛИЗКИХ ПОДХОДОВ к конкретным сосредоточениям сил противника в глубине его обороны, чем это могли себе позволить подразделения обычных или несамоходных орудий. Вражеские военачальники в таких ситуациях нередко начинали строить свои расчёты о невозможности накрытия артиллерийским огнём тех или иных сосредоточений своих сил на том основании, что они находились на значительном удалении, которое на первый взгляд казалось вполне достаточным, чтобы обеспечить им недосягаемость для артиллерии противостоявшей стороны. Но подобные расчёты и выводы оказывались ошибочными в тех ситуациях, когда в них принимались вкладывать исключительно возможностные критерии обычной артиллерии, забывая при этом об особых возможностях артиллерии самоходной. Такие недочёты сплошь и рядом оборачивались плачевными результатами для тех военачальников, которые их допускали и одновременно указывали на то, что БЕЗ УЧЁТА всех фактов текущего отсутствия или сосредоточения вражеских ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ САМОХОДНОЙ АРТИЛЛЕРИИ на тех или иных участках фронтов И СОЗДАНИЯ для противника потенциальных УГРОЗ их ПРИМЕНЕНИЯ со своей стороны НЕВОЗМОЖНО ВЫИГРАТЬ НИ ОДНОГО сколько-нибудь СЕРЬЁЗНОГО СРАЖЕНИЯ. Исходя из подобного рода выводов, самоходная артиллерия в глазах военных очень быстро превратилась во вполне самостоятельную игровую фигуру, необходимую для полноценного ОБЕСПЕЧЕНИЯ многих СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЗАМЫСЛОВ И КОМБИНАЦИЙ в ходе ведущихся войн. (Подробнее о стратегиях использования различных родов войск в ходе Советско-финской и 2-й Мировой войны см. в материале Гитлер и Сталин: противостояние двух великих диктаторов" ).

Но по причине того, что в достаточно многих случаях подразделениям самоходной артиллерии приходилось занимать позиции возле передовых линий обороны своих войск, то это нередко оборачивалось для них возникновениями ситуаций лобовых столкновений с атакующими силами пехоты и танков противника. По причине того, что в столь кризисных и неотвратимых ситуациях от самоходных орудий требовалось нечто прямо противоположное способности вести дальнобойную стрельбу по указанным им квадратам, то более лёгкие их образцы принимались НАДЕЛЯТЬ РЯДОМ дополнительных ВОЗМОЖНОСТЕЙ, которые делали их пригодными ДЛЯ ВЕДЕНИЯ ОГНЯ ПРЯМОЙ НАВОДКОЙ ПО возникающим перед ними ЦЕЛЯМ. В свою очередь всё это придавало самоходкам некоторое СХОДСТВО с одной стороны СО ШТУРМОВЫМИ ОРУДИЯМИ, а с другой стороны - С ТАНКАМИ. В свою очередь самоходные орудия с пушками больших калибров, которые обладали способностью выстреливать снаряды на более значительные расстояниями, оставлялись без наличия таких приспособлений, исходя из тех соображений, что они способны поражать противника своим огнём на гораздо больших расстояниях и без осуществления приближений к самым передним краям обороны.

Миномётный

Самые первые артиллерийские орудия, созданные в истории человечества, по своей сути как раз и представляли собой миномёты, которые в силу ряда причин оказались надолго и весьма основательно забытыми и испытали момент своего второго рождения в годы (1904 - 05) русско-японской войны. Русским войскам, защищавшим свои крепости на Дальнем Востоке, тогда пришлось столкнуться с такой ситуацией, в которой позиции японцев находились от них очень близком расстоянии (буквально в нескольких сотнях метров) и по этой причине оказывались в "мёртвой зоне" для крепостной артиллерии (или в ситуации, когда при самом низком угле возвышения пушечных стволов выпускавшиеся из них снаряды летели поверх голов слишком близко и очень низко расположенных сил противника). Но из такой казалось бы безвыходной ситуации был найден выход, нашедший своё выражение в виде сооружения нескольких наклонных площадок для стрельбы из вполне обычных (или полевых) артиллерийских орудий. Наклон подобных площадок подбирался с таким расчётом, чтобы СТВОЛЫ установленных на них пушек СМОТРЕЛИ ПОЧТИ ВЕРТИКАЛЬНО ВВЕРХ - с небольшим наклоном в сторону позиций противника. Снаряды, выпускавшиеся с таких позиций, резко взлетали на высоту нескольких километров, чтобы затем, израсходовав всю приданную им полётную энергию, свалиться на позиции противника в нескольких сотнях метров от мест производства выстрелов. Но взлетая на весьма значительную высоту, выпущенные снаряды достаточно долгое время оказывались подверженными воздействиям воздушных вихрей и потоков, которые принимались кувыркать их в воздухе и в целом ряде случаев сносить обратно на позиции русских войск. В целях УСТРАНЕНИЙ вышеописанных КРУТЯЩИХ И ВОЗВРАТНЫХ МОМЕНТОВ использовавшимся снарядам принимались СМЕЩАТЬ ЦЕНТР ТЯЖЕСТИ в сторону их головных взрывателей ПУТЁМ СНАБЖЕНИЯ их пустотелыми ХВОСТОВЫМИ ОПЕРЕНИЯМИ СО СТАБИЛИЗАТОРАМИ падения с тем, чтобы вне зависимости от любых побочных внешних воздействий они падали вертикально вниз, а не сносились в ту или иную сторону. Так миру был явлен ПРООБРАЗ выстреливающейся МИНЫ.

Факты успешного применения миномётов на базе артиллерийских орудий в скором времени привели многих военных к мысли о том, что артиллерия подобного рода может быть весь полезной в ситуациях, когда обычные орудия не могут ДОСТАТЬ силы противника по причине того, что те оказываются расположенными ЗА какой-либо ПРЕГРАДОЙ (типа холма или стены леса) ИЛИ В УКРЫТИИ, никак НЕ ВЫСТУПАЮЩЕМ НАД земной ПОВЕРХНОСТЬЮ (типа окопа, траншеи или блиндажа). Но так как артиллерийские орудия для стрельбы минами оказывалось возможным использовать лишь только на передовых линиях обороны (в силу достаточной незначительности того расстояния, на которое могла вестись такая стрельба), то тут возникали следующие соображения:

1. Они ДОЛЖНЫ БЫТЬ достаточно ЛЁГКИМИ и удобными для незаметного подтягивания и размещения в непосредственной близости от позиций врага

2. Они ДОЛЖНЫ были ОТЛИЧАТЬСЯ предельной ПРОСТОТОЙ КОНСТРУКЦИИ из-за того, что в ситуации постоянного нахождения на передовой невозможно создать условия для обеспечения технически сложных ремонтов

3. Они ДОЛЖНЫ БЫТЬ достаточно ДЕШЁВЫМИ по стоимости изготовления, так как в условиях передовой постоянно присутствует риск их уничтожения или захвата силами противника

Обычные артиллерийские орудия не соответствовали ни одному из вышеперечисленных требований. Вдобавок ко всему мины, создававшиеся на основе артиллерийских снарядов, обладали весьма избыточной энергией (взлетали на высоту в несколько километров, чтобы упасть в нескольких сотнях метров от места производства выстрела). По этой причине они признавались излишне переоснащёнными пороховыми зарядами и слишком дорогостоящими и для использования в указанных целях, а значит нуждающимися в замене на более простые и дешевые метательные снаряды.

Но не смотря на сложность и многогранность выдвигавшихся требований, выход из возникшего положения был найден достаточно быстро. Вновь созданное оружие для метания мин или МИНОМЁТ представлял собой РАЗБОРНОЕ УСТРОЙСТВО, состоявшее ИЗ ВЕРТИКАЛЬНО ПОСТАВЛЕННОЙ ствольной ТРУБЫ, ЗАКРЕПЛЁННОЙ НА регулируемых по высоте СОШКАХ И УПИРАВШЕЙСЯ В специальную ПЛИТУ, которая воспринимала на себя всю энергию отдачи, возникавшую в моменты производства выстрелов. Для миномётов был также создан и специальный боеприпас, который представлял собой ЕДИНУЮ КАПСУЛУ, с одной стороны которой размещался и выталкивающий пороховой заряд, а с другой - взрывчатое вещество со взрывателем для уничтожения цели. По сути дела такая мина являлась своеобразной ракетой с очень малым запасом топлива, который успевал сгореть до момента вылета такого снаряда из миномётной трубы и инерционно вытолкнуть её на высоту в несколько сотен метров. Из-за того, что таким образом сконструированная мина НЕ ИМЕЛА снарядной ГИЛЬЗЫ или какого-либо остатка от каждого производившегося выстрела, то миномёт не нуждался в оснащении сложным и дорогостоящим устройством для подачи снарядов (замкового механизма) с нижней части его ствола - мина опускалась в канал ствола сверху и под собственной тяжестью, а после чего самопроизвольно вылетала из него в направлении вражеских позиций в результате приведения в действие выталкивающего порохового заряда. Помимо этого миномёты обеспечивались достаточно эффективным прицельным устройством, которое позволяло производить приблизительное наведение его на цель, довершавшееся затем осуществлением нескольких пристрелочных выстрелов и приданием стволу оптимального угла возвышения (в промежутке от 45 до 90 градусов). Подобная конструкция оказалась очень удачной как с точки зрения возможностей своего боевого применения, так и в плане относительной дешевизны изготовления. Всё это привело к тому, что в течение достаточного короткого срока времени миномёты обрели в войсках невиданную популярность и превратились в самую массовую разновидность артиллерии.

В качестве наиболее яркого примера артиллерийских орудий миномётного типа, следует назвать так называемые ротные и батальонные миномёты, которые имеются на вооружении у очень многих мотострелковых подразделений современных армий самых разных государств мира и по сути дела являются их КАРМАННОЙ АРТИЛЛЕРИЕЙ в ситуациях, требующих оказаний их основным составам незамедлительной огневой поддержки в процессе ведения текущих боевых действий.

Штурмовой

По ходу многих сражений нередко встречались моменты, когда пехота оказывалась неожиданно АТАКОВАННОЙ ПРЕВОСХОДЯЩИМИ СИЛАМИ своего врага или наоборот на пути у её наступающих подразделений вдруг обнаруживались отдельные оборонительные порядки и защитные укрепления противника, которые было НЕВОЗМОЖНО ПРЕОДОЛЕТЬ СХОДУ. Пехотинцы в таких ситуациях начинали испытывать острую ПОТРЕБНОСТЬ В достаточно лёгком РУЧНОМ ИЛИ ПЕРЕНОСНОМ ОРУЖИИ, благодаря использованию которого можно было бы РАССТРАИВАТЬ вражеские АТАКИ ИЛИ ПРОИЗВОДИТЬ быстрые ПОДАВЛЕНИЯ и рассеивания чего-либо ОСТАТОЧНОГО в целях развития успеха своих наступательных действий.

Первоначально в указанных целях использовались РУЧНИЦЫ или ручные пушки (типа кулевринов и пищалей), которые стреляли зарядами рассыпной картечи. К концу XIX века их место прочно заняли станковые и ручные ПУЛЕМЁТЫ. Но из-за того, что начало XX века ознаменовалось такими фактами, как появление в войсках ТАНКОВ и иной бронетехники, а с другой стороны нашло своё выражение в виде распространения практики строительства во многих местах мощных оборонительных линий и укрепрайонов с многочисленными ОГНЕВЫМИ ТОЧКАМИ, сооружённых из накатов толстых брёвен и уложенного поверх грунта или мощных слоёв бетона (типа ДОТов и ДЗОТов), этого оказалось явно недостаточно. В подавляющем большинстве случаев пулемёты против танков и укреплённых огневых точек оказывались просто бессильными - у пехоты возникала острая потребность в наделении их подразделений полноценными артиллерийскими орудиями малого калибра, которые бы могли вести стрельбу снарядами, начинёнными взрывчаткой. Первоначально в указанных целях пытались использовать МИНОМЁТЫ, которые были относительно дёшевы в изготовлении. Но в силу специфики ведения своей стрельбы (уже описанной выше) они оказывались весьма неэффективными для поражения таких подвижных и высокоманевренных целей, какими являются танки, а с другой стороны мощность разрывов их небольших мин оказывалась явно недостаточной для разрушения накатов укреплённых огневых точек.

После достаточно долгих и мучительных поисков сему был найден достаточно эффективный выход, обретший своё выражение в виде создания специально для подразделений пехоты сильно УМЕНЬШЕННЫХ ОБРАЗЦОВ обычных ПОЛЕВЫХ ОРУДИЙ (типа знаменитой "сорокапятки"). Такие приземистые и неказистые по своему виду пушки (обозначавшиеся как легкие противотанковые орудия) могли запросто разворачиваться и перекатывать с место на место усилиями всего 3-х - 4-х человек и ЛУПИТЬ ПРЯМОЙ НАВОДКОЙ на цель по гусеницам или иным слабым местам прорывавшихся вражеских танков и неожиданно обнаруживавшим себя амбразурам пулемётных точек. Но вместе с очевидными преимуществами, такие орудия обнаруживали ряд заключённых в себе недостатков. Наибольшим из таких недостатков являлся факт оснащения их ОТКАТНЫМИ УСТРОЙСТВАМИ для гашения энергии отдачи от производившихся выстрелов. На полноценных артиллерийских орудиях откатным устройствам удалось зарекомендовать себя самым положительным образом в силу того, что такие орудия обычно занимали свои позиции в глубине обороны и по большей части не подвергались интенсивным обстрелам. В то же самое время пушкам пехоты в условиях передовой линии обороны почти всегда приходилось находиться ПОД ГРАДОМ ПУЛЬ И ОСКОЛКОВ, которые нередко перебивали штанги откатных устройств и хрупкие элементы миниатюризированной пушечной оснастки, что делало их непригодными для дальнейшего использования в процессе боя. Всё это в конце концов привело к тому, штурмовые орудия начинались делать БЕЗОТКАТНЫМИ и лишенными каких-либо хрупких и тонких деталей. С другой стороны с них принимались снимать защитные броневые листы, от которых в условиях передовой было мало толку. Благодаря этому штурмовые орудия становились гораздо более лёгкими и их оказывалось возможным ДЕЛАТЬ легко РАЗБОРНЫМИ и удобными для переноски и или перевозки (в виде ящиков и тюков) на лошадях и легковом автотранспорте.

Дальнейшее развитие штурмовой артиллерии в её чистом или классическом виде оказалось почти полностью остановленным по причине нахождения ей более лёгкой, удобной и дешёвой замены в лице станковых и ручных ГРАНАТОМЁТОВ, которые по сути дела представляют собой куски труб, приспособленных для производства стрельб небольшими реактивными снарядами очень малой дальности. В ситуациях же, когда из-за больших количеств летающих пуль и осколков возможность применение гранатомётов оказывается весьма осложнённой или выявленные вражеские цели оказываются вне пределов их досягаемости, в армиях многих государств современного мира в качестве штурмовой артиллерии принимаются использовать лёгкие танки (находящиеся на вооружении подразделений их мотострелков или пехоты) или надёжно бронезащищённые САМОХОДНЫЕ ОРУДИЯ наименьших из существующих у них калибров.

Военно-морские силы ( ВМС )

Это есть силы, предназначенные для патрулирования морских пространств, охраны караванов торговых судов и своих морских побережий от всяческих на них посягательств, а также для нанесений ударов по вражеским флотам, береговым объектам и позициям сил противника.

Первые военные корабли и их флоты появились за многие века и тысячелетия до наступления времён средневековья. Но до той поры они представляли собой весьма несовершенные конструкции, пригодные для плавания при благоприятной погоде и почти исключительно вдоль морских побережий. О зарождении самодостаточных и полноценных военно-морских флотов стало возможным говорить лишь после того, когда морские корабли и суда обрели МНОГОРЯДНУЮ (или регулируемую по своей общей площади), а затем И КОСУЮ (позволявшую ходить галсами против ветра и обеспечивать хорошую маневренность) ПАРУСНОСТЬ, мощное АРТИЛЛЕРИЙСКОЕ ВООРУЖЕНИЕ (подробнее см. об этом раздел "Артиллерийские подразделения ") И ВЫСОКУЮ СТЕПЕНЬ НЕПОТОПЛЯЕМОСТИ своих КОРПУСОВ, задававшуюся рёбрами-шпангоутами и стенками-переборками, а их экипажи - ВОЗМОЖНОСТЬ при помощи специальных приборов и путём достаточно несложных табличных расчётов ОПРЕДЕЛЯТЬ ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ КООРДИНАТЫ своего текущего местонахождения. Всё это сделало военные флоты способными к ОСУЩЕСТВЛЕНИЮ ВЫХОДОВ В ОТКРЫТОЕ МОРЕ ПРИ ЛЮБЫХ ПОГОДНЫХ УСЛОВИЯХ И НЕСЕНИЮ ДЛИТЕЛЬНЫХ ВАХТ ВДАЛИ ОТ родных БЕРЕГОВ И БЕЗ ЗАХОДОВ В какие-либо МОРСКИЕ ПОРТЫ.

По той простой причине, что различные государства принимались использовать свои военные флоты на различный манер - применительно к своим условиям, сами флоты усилиями своих кораблестроителей приступали к осуществлениям разработок таких разновидностей кораблей, которые представлялись им наилучшим образом приспособленными для быстрого достижения чего-то заранее определённого и представлявшегося им наиболее важным, в ущерб всему для них не столь значимому и второстепенному. Именно из этого момента происходит выделение всех существующих базовых типов военных кораблей и их флотов, среди которых можно выделить следующие:

Крейсирующий

В качестве родоначальника военных флотов данного типа следует указать знаменитого английского пирата Френсиса Дрейка, который в XVI веке с тайного благословления своей королевы и под видом занятия пиратским промыслом фактически вел необъявленную войну против Испании. Суть ведения такой войны заключалась в следующем. Небольшие группы английских военных парусников - предшественников несколько позднее появившихся ФРЕГАТОВ - принимались регулярно отправляться в Атлантику для поисков посреди океана загруженных под завязку испанских кораблей - галеонов, которые возвращались к берегам Европы из далёкой Америки (а точнее из той её части, которая на сегодняшний день называется Латинской).

Встречая испанские галеоны где-либо посреди их пути и пользуясь тем своим преимуществом, котороё заключалось в наличии большого количества КОСЫХ ПАРУСОВ, позволявшим осуществлять продвижения вперёд при боковом ветре, английские фрегаты принимались ЗАХОДИТЬ на корабли испанцев с какой-либо боковой стороны - ПЕРЕСЕКАЮЩИМИСЯ с ними КУРСАМИ. Будучи всё время ПОВЁРНУТЫМИ НОСОМ К БОРТАМ галеонов своих врагов, английские военные корабли имели МАЛЫЕ УГЛОВЫЕ РАЗМЕРЫ или выражаясь более простым и понятным для всех языком, испанцам при таком расположении английских фрегатов гораздо труднее было поразить их из своих пушек чем в том случае, если бы те были повёрнутыми по отношению к ним не носами, а одним из своих бортов. Пользуясь данным обстоятельством, английские фрегаты без особой опаски принимались подходить к испанским галеонам на расстояние прицельной дальности выстрелов из своих корабельных орудий. Дождавшись чего-то им очень удобного, англичане (при помощи рулей и путём перебрасывания своих косых парусов) ОСУЩЕСТВЛЯЛИ неожиданные БОЕВЫЕ РАЗВОРОТЫ И в те моменты, КОГДА БОРТА их фрегатов ОКАЗЫВАЛИСЬ РАСПОЛОЖЕННЫМИ ПАРАЛЛЕЛЬНО БОРТАМ КОРАБЛЕЙ их ПРОТИВНИКОВ, ПРОИЗВОДИЛИ в них ЗАЛПЫ из всех орудий. Не останавливаясь в продолжение своих разворотов, английские фрегаты после производства пушечных залпов тут же ПОВОРАЧИВАЛИСЬ к галеонам КОРМОЙ, что по причине стремительного уменьшения их угловых размеров такой маневр давал им ВОЗМОЖНОСТЬ легко УКЛОНИТЬСЯ от запоздалых ответных залпов со стороны испанцев И ОТОЙТИ НА БЕЗОПАСНОЕ РАССТОЯНИЕ, чтобы вновь и вновь повторять уже описанные последовательности действий.

Всё это приводило к тому, что и без того неповоротливые испанские галеоны (по причине почти полного отсутствия у них косых парусов или обладания почти исключительно прямой парусностью, которая позволяла им перемещаться лишь только по направлению ветра) ПОЛУЧАЛИ МНОЖЕСТВА ПРОБОИН И ОКАЗЫВАЛИСЬ В ПОЛУЗАТОПЛЕННОМ СОСТОЯНИИ. Пользуясь создававшимся положением, английские фрегаты без всякой опаски принимались подходить к истерзанным испанским галеонам почти вплотную и сериями своих завершающих залпов ОСУЩЕСТВЛЯТЬ их ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ ПОТОПЛЕНИЕ.

В ответ на это испанцы вместо того, чтобы отправлять свои корабли и суда малыми группами, принимались СОБИРАТЬ их В большие ФЛОТИЛИИ, которым совместными усилиями было гораздо легче отразить нападения английских фрегатов. С другой стороны они рекомендовали своим флотилиям возвращаться в Испанию не по каким-либо точно определённым маршрутам, а в пределах полосы шириной в несколько сот миль. В складывающейся ситуации английские фрегаты оказывались вынужденными ОБЪЕДИНЯТЬСЯ В небольшие ЭСКАДРЫ и выходить в Атлантику для поиска ускользавших испанских флотилий посредством ВЫСТРАИВАНИЙ В редкие ФРОНТАЛЬНЫЕ ЛИНИИ (с расчётом на то, чтобы с каждого корабля можно было разглядеть сигналы, подаваемые с двух соседних) И такими порядками ПЕРЕСЕКАТЬ как ВДОЛЬ, так И ПОПЕРЁК огромные участки площади океанских пространств (по причине чего они в последующем времени получили название крейсеров - от немецкого слова kreuz или крест). В результате продолжительных поисков военным эскадрам новоявленных крейсеров рано или поздно удавалось обнаружить смешанные испанские флотилии. Но принимаясь атаковать испанцев привычным для себя образом, англичане с удивлением обнаруживали, что те шли не в разнобой, а образовав определённые охранительные или СТОРОЖЕВЫЕ ПОРЯДКИ. В центре таких порядков обычно располагались транспортные суда, которые по своему внешнему периметру охранялись линиями своих военных кораблей. При виде приближения парусных крейсеров англичан испанцы исключительно при помощи рулей принимались разворачивать свои корабли к ним носом и поперёк направления дувшего ветра, сохраняя при этом прежнее направление движения или двигаясь вперёд не носом, а одним из своих бортов. Английские корабли оказываясь повёрнутыми нос к носу с испанскими для того, чтобы произвести по ним эффективные прицельные залпы из своих БОРТОВЫХ ОРУДИЙ, оказывались вынужденными всё время двигаться прямолинейно и вклиниваться в их боевые порядки, так чтобы оказаться борт о борт. Но действуя указанным образом, англичане утрачивали эффект неожиданности, который ранее обеспечивался за счёт осуществления боевых разворотов. С другой стороны вклиниваясь между испанскими кораблями, каждый английский крейсер подставлял сразу оба свои борта для пушечных залпов испанцев и таким образом ставил себя в заведомо проигрышное положение.

Обнаруживая потери некоторых своих крейсеров, англичане прекращали свои атакующие заходы и возвращались к чему-то исходному. В свою очередь испанцы, обнаруживая, что их боком идущие вперёд корабли движутся слишком медленно, опять принимались разворачивать их по ветру носом и наращивать темпы своих продвижений. Англичане в ответ на это принимались повторять свои атакующие заходы, обычно не доводя их до завершающей стадии или выражаясь иным языком - ПРОИЗВОДЯ их ИМИТАЦИЮ. Испанские корабли в таких ситуациях опять и опять оказывались вынужденными разворачиваться носом к англичанам и к ветру боком. Но так как испанские галеоны представляли собой более устаревшие конструкции (имевшие на своём вооружении главным образом прямые паруса и почти не имевшие косых), то ВСЯ НАГРУЗКА при без конца повторявшихся поворотах ЛОЖИЛАСЬ почти исключительно НА их РУЛИ, что рано или поздно К их ПОЛОМКАМ на отдельных из кораблей. В последующих своих атаках те английские крейсера, которые обнаруживали непосредственно перед собой отдельные испанские галеоны, утрачивавшие способность поворачиваться к ним носом, устремлялись к ним для осуществления боевых разворотов и производства прицельных залпов. Те испанские корабли, которые в результате осуществления подобных залпов получали ряд пробоин (в которые начинали захлестывать морские волны и обеспечивать быстрое поступление воды внутрь трюмов) и разрушений своих мачт, оказывались НЕСПОСОБНЫМИ ПОДДЕРЖИВАТЬ прежнюю СКОРОСТЬ своего ХОДА И НАЧИНАЛИ ОТСТАВАТЬ от своих флотилий.

Испанцы, анализируя такие ситуации, приходили к следующему выводу. Двигаясь все вместе замедленным ходом или разделяя свои силы и оставляя их часть для обеспечения защиты кому-либо слишком израненному и через чур тихоходному, они подвергали чрезмерной опасности все остальные корабли и суда, которые могли идти полным ходом. Всё это находило своё отражение в специально создававшихся служебных наставлениях, согласно которым израненные корабли и суда следовало БРОСАТЬ НА РАСТЕРЗАНИЕ крейсерам противника, чтобы за то время, пока они сумеют завершить нечто подобное, постараться успеть ВЫЙТИ ИЗ их ПОЛЯ ЗРЕНИЯ И ОТОРВАТЬСЯ ОТ дальнейших преследований. А так как флотилиям тяжело загруженным испанских кораблей и судов было очень трудно оторваться от преследований более лёгких крейсеров англичан, то в процессе таких отрывов им рекомендовалось смещаться севернее или южнее линии своего прежнего маршрута - в надежде на то, что преследующие их крейсера проскочат мимо и более не увидят своей потенциальной добычи. В ответ на это крейсера англичан опять растягивались в редкие фронтальные линии и по признакам чего-либо издалека видимого или проплывающим мимо обломкам определять в какую именно сторону сместились флотилии их противников.

Обнаружив и сократив расстояния с флотилиями испанцев, крейсера англичан собирались в более плотные сосредоточения, а наиболее лёгкие и быстроходные из них принимались образовывать головные ДОЗОРНЫЕ ГРУППЫ, которые должны были идти за сосредоточениями вражескими кораблей и судов на значительном отдалении, но при этом не теряя их из своего вида. Согласно вновь вырабатывавшейся тактике, такой характер преследований имел место до моментов ВХОЖДЕНИЯ всеми кораблями обеих сторон В ПОЛОСУ ШТОРМОВ и сильного волнения. Как только это происходило, англичане посылали свои лёгкие крейсера для того, чтобы те зашли справа и слева и начали производить имитацию атак на флотилии испанцев. Испанцы в таких ситуациях будучи вынужденными развернуть свои корабли и суда поперёк направления ветра и сосредоточить своё внимание на право и на лево - в стороны маневрирования лёгких крейсеров, гораздо меньшее внимание уделяли тому, что находилось от них позади. В свою очередь тяжелые английские крейсера, стараясь ИДТИ СО СКОРОСТЬЮ ВЕТРА И всё время НАХОДИТЬСЯ МЕЖДУ одними и теми же ГРЯДАМИ ВЫСОКИХ ВОЛН, которые катились от них спереди и сзади, СТРЕМИЛИСЬ под их прикрытием НЕЗАМЕТНО ПРОСКОЧИТЬ ВНУТРЬ испанских ПОРЯДКОВ, чтобы учинить там расстрелы слабо вооружённым транспортным судам. По причине того, что в шуме штормов трудно было расслышать раскаты пушечных залпов, а за стеной мелких капель воды рассмотреть клубы порохового дыма, испанцам чаще всего удавалось обнаружить опасность уже после того, как англичанам удавалось обеспечить немалый урон их транспортным судам. Обнаруживая в своём поле зрения отдельные испанские военные корабли, которые шли на помощь транспортным, тяжёлые английские крейсера ОТВОРАЧИВАЛИ ВПРАВО ИЛИ ВЛЕВО с таким расчётом, чтобы НЕОЖИДАННО для других кораблей испанцев ПРОРВАТЬСЯ ИЗНУТРИ СКВОЗЬ их внешние ОХРАНИТЕЛЬНЫЕ ПОРЯДКИ в то время, когда основное внимание последних было сосредоточено на лёгких крейсерах англичан, которые совершали свои отвлекающие действия извне. После этого английские крейсера огибали флотилии испанцев и принимались наседать на них сзади. Сближаясь на расстояние пушечных выстрелов, англичане поворачивались к испанцам своими бортами и начинали СТРЕЛЯТЬ им ВДОГОНКУ. Поступая указанным образом, они стремились ПОБУДИТЬ испанские флотилии К МАКСИМАЛЬНОМУ УВЕЛИЧЕНИЮ СКОРОСТИ своего ХОДА. Но так как в испанских порядках оказывался целый ряд кораблей и судов, которые начинали заметно отставать от своих флотилий по причине разбитости своего состояния, возникшего в результате предшествовавших нанесений артиллерийских залпов тяжёлыми английскими крейсерами, испанцы оказывались вынужденными бросать их на растерзание англичан и устремляться в отрыв основной своей массой. В свою очередь англичане, расстреляв в упор и потопив израненные морские посудины, брались продолжать погоню за уходившими от них испанскими флотилиями и производить свои действия по уже описанной схеме, в результате чего при подходах к берегам Испании от её огромных флотилий оставались лишь жалкие остатки. Используя ТАКТИКУ ВОЛЧЬЕЙ СТАИ, эскадры английский крейсерный флот в своё время завоевал себе всемирную славу, а своей метрополии обеспечил звание владычицы всех морей.

Но при всей блистательности тактических замыслов вышеописанные схемы с течением времени начинали давать всё более частые сбои по причине того, что косая парусность становилась обязательным элементом оснащения всех кораблей и судов - все они становились на порядок более маневренными и скоростными). Для того, чтобы выходить победителями в таких ситуациях появлявшимся эскадрам парусных крейсеров различных государств мира, помимо хорошо замысленных тактических выкладок, требовалось ОБЕСПЕЧИТЬ себя заметными ПРЕИМУЩЕСТВАМИ в скоростных характеристиках и вооружении. Добиться чего-либо подобного оказывалось возможным лишь путём ОТЫСКАНИЯ более СОВЕРШЕННЫХ ТЕХНИЧЕСКИХ ИДЕЙ использования чего-либо уже имевшегося И предварительного ПОДКРЕПЛЕНИЯ ИХ научно ОБОСНОВАННЫМИ РАСЧЁТАМИ (по причине дороговизны практического построения чего-либо пробного и достаточно большого по своему размеру). В целях обеспечения повышения скоростных характеристик парусные крейсера начинали получать резко ЗАОСТРЁННУЮ ФОРМУ НОСА (благодаря наличию которой оказывалось возможным легко разрезать морские волны и обеспечивать лучшую обтекаемость корпуса). Так как вскоре этого оказывалось недостаточно, крейсерам принимались ЗАУЖИВАТЬ ШИРИНУ КОРПУСОВ И соответственно УВЕЛИЧИВАТЬ их ДЛИНУ (в целях обеспечения достаточных объёмов трюмных пространств, требовавшихся для размещения экипажей и хранения больших запасов пороха, ядер, запасных парусов, такелажа, пищи и пресной воды). Поверхность самих корпусов с определённого момента времени начинали ПОДВЕРГАТЬ тщательной обработке и ОКРАСКЕ водостойкими красками в целях ПРИДАНИЯ им ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ ГЛАДКОСТИ И УМЕНЬШЕНИЯ СОПРОТИВЛЕНИЯ водной поверхности, оказываемого ею на них в процессе движения.

Вскоре после изобретения ПАРОВЫХ МАШИН их принимались УСТАНАВЛИВАТЬ на крейсера В КАЧЕСТВЕ ВСПОМОГАТЕЛЬНЫХ ДВИГАТЕЛЕЙ - в целях наращивания скоростных и маневренных возможностей в ситуациях хождения поперёк и против ветра. По мере своего совершенствования паровые машины в достаточно скором времени переходили из вспомогательных в разряд основных двигателей, а затем и вовсе вытесняли паруса, делая таким образом крейсера полностью независимыми в своих продвижениях от направлений и скорости дувших ветров. В целях обеспечения неуязвимости В НОСОВЫХ ЧАСТЯХ кораблей данного типа принимались УСТАНАВЛИВАТЬ БАШНИ С ОРУДИЯМИ БОЛЬШИХ КАЛИБРОВ. Имея такие орудия, крейсера получали возможность ОТКРЫВАТЬ МОЩНЫЙ ОГОНЬ по вражеским кораблям НЕ ПОДСТАВЛЯЯ тем СВОИХ БОРТОВ с их значительными угловыми размерами. Но берясь устанавливать на крейсера мощные паровые машины и тяжелые орудийные башни, их создатели очень скоро обнаруживали, что столь громоздкие корабельные сооружения в условиях морской качки способны достаточно сильно смещаться из стороны в сторону и тем самым оказывать разрушительные воздействия на основные корабельные конструкции. Всё это приводило кораблестроителей к неизбежному выводу о необходимости УСТАНОВКИ под ними ПРОЧНЫХ ФУНДАМЕНТНЫХ ОСНОВАНИЙ, которые в свою очередь также требовалось к чему-то крепить максимально жёстким и незыблемым образом. С другой стороны неизбежное утяжеление крейсеров приводило к тому, что их длинные и достаточно узкие корпуса во многих случаях оказывались не способны противостоять воздействиям морских волн. Это находило своё выражение в том, что В УСЛОВИЯХ сильных ШТОРМОВ, крейсера, будучи поднятыми на гребень какой-либо одной большой волны, на какие-то мгновения времени оказывались провисшими в воздухе значительными частями своих носов или кормы и в результате этого ПЕРЕЛАМЫВАЛИСЬ ПОПОЛАМ как спички, а затем быстро уходили ко дну. В целях избежания катастроф подобного рода скелетные или НЕСУЩИЕ КОНСТРУКЦИИ корпусов крейсеров принимались делать не из дерева, а ИЗ МЕТАЛА, а затем и вовсе переходить к ПРОИЗВОДСТВУ ЦЕЛЬНОМЕТАЛЛИЧЕСКИХ КОРПУСОВ, которые таким образом обретали как дополнительную жёсткость, так и обеспечивали надежную защиту от попаданий снарядов малых и средних калибров. Для того же, чтобы снизить вероятность попадания вражеских снарядов в КОРМУ крейсеров и таким образом свести к минимуму риск выведения из строя расположенных там корабельных двигательных установок, её принимались ДЕЛАТЬ максимально ЗАНИЖЕННОЙ и почти сходящейся с водной поверхностью. Так в ходе длительных раздумий и изобретательских мук происходило зарождение и формирование того облика крейсеров, который ныне воспринимается всеми в качестве чего-то очень привычного и классического.

После того как вышеописанный облик оказался сформированным, дальнейшее техническое совершенствование крейсеров шло главным образом по линии НАРАЩИВАНИЯ ДАЛЬНОБОЙНОСТИ И ПРОБИВНОЙ МОЩИ орудий их главных калибров И ОБЕСПЕЧЕНИЯ им ВЫСОКОЙ МАНЕВРЕННОСТИ И ЗНАЧИТЕЛЬНЫХ СКОРОСТЕЙ ПРОДВИЖЕНИЯ, которые давали им возможность легко уклоняться и уходить от ответных ударов в условиях бурного и неспокойного моря. Но в связи с началом стремительного развития систем ракетного оружия (с 60-х годов XX века) подобная линия стала быстро утрачивать свою перспективность. Ракеты, становясь способными заключать в себе гораздо большие (чем снаряды) заряды взрывчатых веществ, управляться в процессе своего полёта и обеспечивать высокую точность попадания в цель на очень больших расстояниях, принципиально недостижимых для артиллерии, делали легко уязвимыми как наиболее защищённые тяжёлые крейсера классического типа, так и наиболее лёгкие из них - обладавшие высокой степенью маневренности. В связи со всем выше указанным с этого времени на смену крейсерам обычным начинали приходить РАКЕТНЫЕ КРЕЙСЕРА, оснащённые мощными системами ракетного и противоракетного оружия, а те из их предшественников, которые продолжали оставаться в строю - ДОВООРУЖАТЬСЯ РАКЕТНЫМИ УСТАНОВКАМИ с тем, чтобы хоть каким-либо образом соответствовать современным условиям ведения боевых действий в морских просторах.

Маломерный

Малые корабли данного типа или парусные КАТЕРА начинали по настоящему широко ИСПОЛЬЗОВАТЬСЯ со времени изобретения косых парусов В ЦЕЛЯХ ОБЕСПЕЧЕНИЯ малыми силами БЛОКИРОВАНИЙ важных СУДОХОДНЫХ МАРШРУТОВ, КОТОРЫЕ в силу разных причин ПРОХОДИЛИ ЧЕРЕЗ узкие ПРОЛИВЫ, испещрённые множеством мелких бухточек ИЛИ ГРУППЫ небольших ОСТРОВОВ. Такие катера вследствие незначительности своих размеров имели достаточно небольшую осадку и обладали высокой маневренностью, что в сочетании с хорошими знаниями их экипажами всех окружающих мелей, делало их фактически неуязвимыми. Пользуясь своей малоразмерностью, парусные катера обычно ЗАТАИВАЛИСЬ В ПРОТОКАХ И БУХТОЧКАХ В непосредственной БЛИЗИ ОТ тех МЕСТ, ГДЕ судоходные ПУТИ ИМЕЛИ крутые ИЗГИБЫ И ПОВОРОТЫ. В определённые моменты группы наиболее скоростных из имевшихся парусных катеров принимались неожиданно возникать из своих укрытий перед военными кораблями и транспортными судами противника и ПРОИЗВЕДЯ по тем или иным из них ПУШЕЧНЫЕ ЗАЛПЫ, БРОСАТЬСЯ НАУТЁК. По той простой причине, что маломерные катера не могли иметь на своём вооружении больших корабельных орудий, им приходилось использовать небольшие пушки. Ядрами от таких пушек было очень трудно пробить борта больших кораблей, но зато с их помощью оказывалось вполне возможным УРОНИТЬ корабельные реи и ПАРУСА ИЛИ ВЫЗВАТЬ ПОВРЕЖДЕНИЯ выступающие ЧАСТИ РУЛЕВЫХ УСТРОЙСТВ. Берясь производить прицельную стрельбу по мачтам и рулям, экипажи парусных катеров очень быстро ДЕЛАЛИ атакованные ими КОРАБЛИ противника фактически НЕУПРАВЛЯЕМЫМИ или неспособными осуществлять резкие поворот, по причине чего те вскоре НАСКАКИВАЛИ НА МЕЛИ И полностью ОСТАНАВЛИВАЛИ свой ХОД.

Те корабли противника, которые шли вслед за уже атакованными, завидев убегающие катера открывали по ним интенсивную пушечную стрельбу. Но по причине того, что катера были малоразмерными и в добавок принимались ЛАВИРОВАТЬ или перебрасываться ИЗ СТОРОНЫ В СТОРОНУ на полном ходу, то такая стрельба оказывалась малорезультативной. В своём стремлении нагнать наглецов и расстрелять их в упор, многие из кораблей устремлялись в погоню. Но по причине своей большой осадки и слишком поспешных действий своих экипажей подобные корабли вскоре наскакивали на другие мели, которые встречались в столь узких местах морских путей в больших количествах. Помимо этого ОГРОМНЫЕ КОЛИЧЕСТВА ПОРОХОВОГО ДЫМА, возникавшего от бесконечной пушечной пальбы, в условиях зажатости скалистыми берегами проливов СОЗДАВАЛИ ПЛОТНУЮ непроглядную ЗАВЕСУ. Остальные корабли противника, которые шли вслед за бросавшимися в погоню за катерами, в непроглядном дыму начинали ТЕРЯТЬ ПРОСТРАНСТВЕННУЮ ОРИЕНТАЦИЮ И ВРЕЗАТЬСЯ в уже ставшие корабли или другие мели. Выражаясь языком автомобилистов, группы скоростных парусных катеров своими дерзкими выходками и хорошо согласованными действиями обеспечивали своим противникам СОЗДАНИЕ ДЛИННЫХ ТРАНСПОРТНЫХ ПРОБОК С МНОГОЧИСЛЕННЫМИ АВАРИЯМИ.

После того, как движение кораблей противника оказывалось застопорённым из окружающих бухточек начинали возникать более тихоходные катера и гребные лодки. ПОЛЬЗУЯСЬ ПРИКРЫТИЕМ ДЫМА И С продвигаясь предельной ОСТОРОЖНОСТЬЮ - ЧТОБЫ НЕ ПРОИЗВОДИТЬ обнаруживающих их ШУМОВ, такие катера принимались ПОДХОДИТЬ К ставшим вражеским кораблям И ПОДТАЛКИВАТЬ шестами К ИХ БОРТАМ БОЧКИ С ПОРОХОМ и подожжёнными фитилями. Быстро отходя в сторону, экипажи таких судёнышек производили взрывы, которые ВЫЗЫВАЛИ у атакованных кораблей противника ПРОБОИНЫ НА УРОВНЕ ВАТЕРЛИНИИ, что приводило К БЫСТРОМУ ЗАТОПЛЕНИЮ их ТРЮМОВ и окончательной утратой возможности их снятия с мелей.

Обнаруживая возможности уничтожения полноценных военных флотилий усилиями групп мелких и дешёвых в своём изготовлении катеров, флотоводцы очень многих государств мира принимались обращать к ним самое пристальное внимание. Стремясь обеспечить военным катерам ещё большие преимущественные возможности, они принимались постоянно ЗАБОТИТЬСЯ ОБ УЛУЧШЕНИИ ТЕХНИЧЕСКОГО ОСНАЩЕНИЯ маломерного флота И ПРИБЛИЖЕНИЮ ЕГО К УРОВНЮ полноценных боевых КОРАБЛЕЙ. Всё это оборачивалось ОТЫСКАНИЕМ для корпусов катеров более ПОДХОДЯЩИХ ОБВОДОВ, заключавшемся В ПРИДАНИИ им ПЛОСКОДОННОСТИ, которая помимо обеспечения возможности достижения высоких скоростей (в ущерб мореходным качествам в штормовых условиях) существенно УМЕНЬШАЛА их ОСАДКУ и тем самым давала им возможность безопасно продвигаться по прибрежным отмелям (там, где проход для кораблей остальных кораблей оказывался попросту невозможным), а затем приводило к СОЗДАНИЮ для них КОМПАКТНЫХ И МАЛОШУМНЫХ ДВИГАТЕЛЬНЫХ УСТАНОВОК. По той простой причине, что бочки с порохом, использовавшиеся для подрывов кораблей противника, обладали недостаточной мощностью ему достаточно быстро была найдена более подходящая замена в лице таких ВЗРЫВЧАТЫХ ВЕЩЕСТВ, как динамит и аммонал. Вскоре явленные миру образы первых ПЛАВАЮЩИХ МИН (мощность взрыва каждой из которых на уровне ватерлинии оказывалась вполне достаточной для потопления больших кораблей) показали высокую эффективность от своего применения и послужили мощным импульсом для развития как морского, так и сухопутного минного оружия. С другой стороны благодаря появлению мин, на мощные взрывчатые вещества оказалось обращённым внимание артиллеристов и создателей боеприпасов - ими (вместо пороха) принимались снаряжать пушечные снаряды и таким образом существенно повышать их разрушительную и пробивную силу.

Из-за того, что в связи с осознанием той опасности, которую могут представлять собой катера и сбрасывавшиеся с них плавучие мины, на многих кораблях принимались усиленно бдить за окружающими пространствами в целях своевременного обнаружения и уничтожения источников такой опасности. В таких условиях в головах многих моряков начинала зреть идея создания самодвижущейся мины или ТОРПЕДЫ. Стремление к практическому её осуществлению приводило к началу СОЗДАНИЯ широкого спектра удобных для практического использования ЭЛЕКТРОДВИГАТЕЛЕЙ И мощных АККУМУЛЯТОРНЫХ БАТАРЕЙ, которые по причине своей компактности и отсутствия потребности в окислителе (или в постоянном притоке атмосферного кислорода для обеспечения своей работы) представлялись идеальным двигательным устройством для полупогружных (а затем и подводных) торпед. Помимо уже сказанного у маломерных катеров выявлялся другой недостаток в вооружении, заключавшийся в том, что они оказывались неспособными нести на себе орудий больших калибров. В целях его восполнения наиболее крупные и тяжелые катера принимались снабжать специально создававшимися АВТОМАТИЧЕСКИМИ ПУШКАМИ средних калибров, которые оказывались способными непрерывно выстреливать небольшими сериями снарядов (по 3 - 5 шт.), что при условии попадания в одну точку приближало их в своей совокупности к мощности одиночных снарядов гораздо более крупных калибров. В свою очередь для вооружения катеров более лёгких и малых принимались создавать и использовать крупнокалиберные пулемёты и автоматические пушки малых калибров, способные стрелять как короткими, так и длинными очередями.

Появление большого количества высокоэффективных видов боевого вооружения, создававшихся различными конструкторами специально для катеров или переделывавшихся под их условия, приводило к осознанию факта невозможности объединить всё перечисленное в чём-то едином. В то же самое время относительно небольшая стоимость производства таких катеров давала возможность СОЗДАВАТЬ их ПОД КОНКРЕТНЫЕ ЦЕЛИ И ПРАКТИЧЕСКИЕ НУЖДЫ и выпускать в большом количестве разновидностей. Наиболее легкие или ПАТРУЛЬНЫЕ КАТЕРА, вооружённые одной или двумя автоматическими пушками или крупнокалиберными пулемётами, в современных условиях обычно используются службами береговой охраны различных государств мира в целях обнаружений и преследований катеров контрабандистов, браконьеров и прочих нарушителей всевозможных водных границ в своих территориальных водах и прибрежных экономических зонах. Катера покрупнее - типа ТОРПЕДНЫХ или РАКЕТНЫХ (которые в современных условиях пришли на замену торпедным) - предназначены для осуществления неожиданных торпедных (ракетных) атак кораблей противника, которые движутся вдоль линий береговых отмелей (в целях производства обстрелов береговых укреплений другой стороны с максимально близких к ним расстояний) и далеко не всегда оказываются способными своевременно отвернуть свои борта от неожиданно направленных в них торпед (или ракет) без того, чтобы в результате осуществления резких разворотов на 90 градусов не сесть на ближайшую мель своими сильно заносящимися в таких случаях (в сторону берега) кормой или носом. Катера ещё более крупные - типа СТОРОЖЕВЫХ (которые обычно включаются в составы эскадр и силы сопровождения крупных морских кораблей в прибрежных плаваниях) - активно задействуются для обследований извилистых морских побережий и мелких проливов на предмет отыскания в них затаившихся вражеских катеров и последующего их отогнания или уничтожения. Наконец катера наиболее крупные - типа МОРСКИХ ОХОТНИКОВ (занимающих промежуточное положение между катерами и лёгкими крейсерами и отличающихся от последних отсутствием орудийных башен крупных калибров, а также ограниченными возможностями по взятию на борт значительных запасов топлива и боеприпасов) - обнаружив одиночные корабли противника, стремятся их обойти и АТАКОВАТЬ СО СТОРОНЫ МОРЯ. Действуя группами и ПОД ПОКРОВАМИ специально выставляемых ДЫМОВЫХ ЗАВЕС и пользуясь своими скоростными возможностями, они неожиданно выскакивают из полос дыма в целях производства артиллерийским залпов по атакуемым кораблям и тут же заныривают обратно с тем, чтобы сделать невозможным открытие по себе прицельного огня. Всё время ведя себя на подобный манер и стремясь ПРИЖАТЬ атакуемые корабли с большой осадкой дна как можно ближе К ЛИНИИ БЕРЕГА, группы катеров морских охотников стремятся ВЫТОЛКНУТЬ их НА ближайшие прибрежные ОТМЕЛИ и минные поля И ПРЕВРАТИТЬ В УДОБНЫЕ МИШЕНИ, как для своих пушек, так и для сил специально вызываемой авиации и береговой артиллерии.

Помимо этого (по причине своих небольших размеров и относительной дешевизны) катера зачастую являются тем удобным фундаментом, на базе которого создаются различные ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ их ОБРАЗЦЫ (типа катеров на подводных крыльях, воздушной подушке и экранопланов). Отрабатывая на таких образцах различные оригинальные идеи и доводя их до совершенства, кораблестроители затем внедряют наиболее удачные из них в практику создания более крупных кораблей и тем самым обеспечивают существенную экономию государственных средств, идущих на военные цели.

Подводный

Практика создания и применения подводных лодок берёт своё начало с конца XIX века и заключает в себе два совершенно разных изначальных подхода. Первый из них возник в прямой связи с появлением морских орудий и тяжёлых броненосных флотов. Непрерывное соревнование между бронёй и снарядом приводило к существенному утяжелению морских кораблей, что с неизбежностью сказывалось на их скоростных и маневренных качествах и требовало установления на них всё более и более сильных двигательных установок. Ощущая тупиковость данного пути в развитии военного кораблестроения, многие конструктора принимались заниматься поиском и разработкой более удачных и перспективных идей. Одна из них состояла в мысли о целесообразности создания таких кораблей, неуязвимость которых обеспечивалась бы не наличием тяжёлой брони по всей поверхности их корпусов, а путём придания им ВОЗМОЖНОСТИ ПОЧТИ ПОЛНОСТЬЮ УХОДИТЬ ПОД ВОДУ так, ЧТОБЫ НАД ВОДНОЙ ПОВЕРХНОСТЬЮ ТОРЧАЛИ лишь ТОЛЬКО РУБКИ их УПРАВЛЕНИЯ И БАШНИ АРТИЛЛЕРИЙСКИХ ОРУДИЙ. По пути создания броненосцев, способных двигаться в полупогруженном состоянии, которые имели внешний облик весьма сходный с обликом подводных лодок, в конце XIX века пошли например в Соединённых Штатах Америки. Но быстрое развитие торпедного оружия, оказывавшегося способным вызывать пробоины в подводных частях корпусов кораблей, очень скоро свело идею создания полупогружных броненосных флотов на нет и вызывало потребность либо полностью от неё отказаться, либо доработать весьма существенным образом. Результатом осуществлений таких доработок явилось создание таких военных кораблей, которые оказывались способными двигаться, находясь в полностью погруженном положении (за исключением выступавших над поверхностью воды воздухозаборных труб). Именно они явились прообразами подводных лодок больших типов и современных ПОДВОДНЫХ КРЕЙСЕРОВ.

Другим путём создания подводных лодок приблизительно в это же самое время пошли в России. В тот достаточно узкий исторический промежуток времени, когда уже были созданы плавающие мины, но ещё не были изобретены торпеды, в своём стремлении отыскать способы ДОСТАВКИ МИН К БОРТАМ вражеских КОРАБЛЕЙ С достаточно безопасных дистанций на русском флоте приходили к идее о необходимости СОЗДАНИЯ МАЛЫХ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК. Первые образцы таких подводных лодок представляли собой весьма примитивные и наглухо закупоривавшиеся вместилища, обладавшие очень небольшим радиусом действия. Обычно они прикреплялись к днищам миноносцев, которые выходили в открытое море. При сближениях с кораблями противника, такие подлодки отцеплялись от своих маток и принимались самостоятельно двигаться в направлении стоявших или неспешно продвигавшихся вражеских кораблей с тем, чтобы, пользуясь своей невидимостью, прикрепить под их днища МАГНИТНЫЕ МИНЫ и тут же уйти обратно.

Быстро осознавая ту реальную опасность, которую создавали малые подводные лодки фактами своего присутствия, на многих флотах принимались отрабатывать целые КОМПЛЕКСЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ПРОТИВОЛОДОЧНЫХ МЕР. Самая первая из них заключалась в необходимости осуществления постоянных маневров (или перемещений из стороны в сторону) при обнаружении на горизонте любых вражеских кораблей - в целях уклонений от могущих быть направленными от них подводных лодок. Другая выражалась в необходимости выставлений (на случай возникновения чего-то неожиданного) специальных ПРОТИВОЛОДОЧНЫХ СЕТЕЙ вокруг крупных кораблей во время их стоянок. Помимо использования таких достаточно пассивных мер, корабли принимались вооружать ГЛУБИННЫМИ БОМБАМИ, специально создававшимися в целях борьбы с подводными лодками и оснащать ГИДРОАКУСТИЧЕСКИМИ ПРИБОРАМИ, которые позволяли издалека улавливать шумы двигателей приближавшихся подводных лодок и их текущее местоположение.

В свою очередь развитие подводных лодок (как малых, так и больших и чуть позже возникших средних или промежуточных типов) тоже не стояло на месте. Помимо повышения степени живучести (путём обеспечения ударопрочности и высокой степени герметичности соединений и корпусов), подводные лодки получали на вооружение специальные торпедные аппараты, которые позволяли ВЕСТИ СТРЕЛЬБУ ТОРПЕДАМИ ИЗ ПОДВОДНОГО ПОЛОЖЕНИЯ. Для наблюдений за процессом маневрирования и выбора наиболее подходящих целей их принимались ОСНАЩАТЬ ПЕРИСКОПАМИ (специальными оптическими устройствами в виде набора выдвижных телескопических труб, которые в необходимых случаях можно было поднимать из глубины над водной поверхностью) И ГИДРОАКУСТИКОЙ (для наблюдения за поведением кораблей противников и определением их типов по издаваемым шумам в тех ситуациях, когда осуществление подъёмов перископов представлялось нецелесообразным или крайне опасным для самих подлодок), а также ОБЕСПЕЧИВАТЬ КОМБИНИРОВАННЫМИ ДИЗЕЛЬНО-ЭЛЕКТРИЧЕСКИМИ ДВИГАТЕЛЬНЫМИ УСТАНОВКАМИ, вращения которых в процессе надводного плавания и нахождения на перископной глубине (за счёт подачи атмосферного воздуха с поверхности через специальную воздухозаборную трубу) обеспечивались дизелями, а на больших глубинах электромоторами - за счёт аккумуляторных батарей, регулярно подзаряжаемых от вращения дизелей.

В связи с разницей, существовавшей в изначальных подходах к процессу создания подводных лодок, а также - отличиями в возникавших потребностях их использования, подлодки начинали строиться под какие-либо конкретные условия их применения и в связи с этим разбиваться на целый ряд классов. Малые подводные лодки, имевшие у себя минимальные количества торпед и маломощные двигательные установки, которые в силу указанной причины издавали незначительные шумы, принимались ИСПОЛЬЗОВАТЬ ДЛЯ НЕЗАМЕТНЫХ ПРОНИКНОВЕНИЙ в хорошо охранявшиеся бухты и стоянки кораблей противника в целях потопления наиболее и тяжелых из них и ЗАКУПОРИВАНИЙ их затонувшими ОСТАНКАМИ ПУТЕЙ ДЛЯ ВЫХОДА в открытое море для всех остальных.

Часть подлодок средних классов оказывалась предназначенной для использования в целях осуществления незримых ПАТРУЛИРОВАНИЙ ШИРОКИХ морских ПРОЛИВОВ И ЗАТАИВАНИЙ вдоль УЧАСТКОВ своих БЕРЕГОВ, ВБЛИЗИ ОТ КОТОРЫХ ПРОХОДИЛИ активно использовавшиеся МОРСКИЕ ПУТИ. Заметив в море что-либо достаточно внушительное и представлявшееся вполне подходящем, экипаж любой из подобных подлодок немедленно сообщал об этом в свои штабы в целях вызова в указанные им квадраты моря надводных сил своего флота и авиации, а также оповещал обо всём им готовящемся экипажи всех других подлодок, которые курсировали по разные стороны от них. Дождавшись моментов начала надводных сражений или налётов авиации, стаи собиравшихся подводных лодок С РАЗНЫХ СТОРОН НАБРАСЫВАЛИСЬ на флотилии и караваны шедших кораблей и судов и ПОЛЬЗУЯСЬ возникавшей СУМАТОХОЙ И ПРИКРЫВАЯСЬ ШУМОМ БОЯ обеспечивали потопления целого ряда из них. Как только шум боя на время стихал, подлодки отходили чуть в сторону из опасений быть обнаруженными и уничтоженными ничем не связанными кораблями противника, а с началом последующих этапов происходивших надводных сражений и бомбардировок с воздуха всё повторялось снова и снова. Другая часть подводных лодок их класса начинала использоваться ДЛЯ СОПРОВОЖДЕНИЯ надводных ЭСКАДР В дальних МОРСКИХ ПОХОДАХ в целях отогнания от них опасно приближавшихся подводных лодок противника и сковывания инициатив экипажей его надводных кораблей фактами своего близкого от них присутствия и потенциальной способности осуществить в отношении них неожиданные торпедные атаки.

Подводные лодки больших классов создавались ДЛЯ АВТОНОМНЫХ ВЫХОДОВ В ОТКРЫТОЕ МОРЕ И ОКЕАНИЧЕСКИЕ ПРОСТРАНСТВА для охоты за большими транспортными судами и тяжёлыми кораблями противника в таких местах, где они меньше всего ожидали встреч с опасностями подобного рода. В целях недопущения своего преждевременного обнаружения гидроакустическими средствами экипажи таких подлодок принимались задавать своим двигательным установкам такие режимы, при которых СОЗДАВАЕМЫЕ ими ШУМЫ СЛИВАЛИСЬ С ШУМАМИ МОРЯ И ПРОИЗВОДИТЬ торпедные СТРЕЛЬБЫ большей частью БЕЗ ПОДНЯТИЯ ПЕРИСКОПОВ (с ориентацией по улавливавшимся звукам). Из соображений обеспечения гарантированных попаданий в цели с достаточно больших расстояний и в столь сложных условиях, такими подводными лодками обычно ВЫПУСКАЛОСЬ ПО НЕСКОЛЬКУ ТОРПЕД ОДНОВРЕМЕННО (направления движения которых задавались с небольшими углами отклонений друг от друга или небольшим разбросом - на случай вкрадывания в предварительно производившиеся расчёты небольших ошибок или в предвидении моментов того, что на кораблях или судах противника могут заметить следы от приближающихся торпед и попытаться изменить скорость своего хода или осуществить какие-либо маневры в стремлении уклониться от чего-то для них гибельного). Будучи обнаруженными надводными кораблями противника, большие подлодки в целях ухода от их преследований принимались ОСУЩЕСТВЛЯТЬ очень сложные и ЗАПУТАННЫЕ МАНЕВРЫ - типа частых изменений курса своего движения, скорости и глубины погружения, полной остановки двигателей, залегания на дно и опусканию на запредельные глубины. При этом следует заметить, что всё это большей частью относится к большим подводным лодкам постройки времён середины XX века. Современные подводные крейсера строятся с таким расчётом, чтобы избегать перипетий подобного рода. Залогом этого служат факты УСТАНОВОК на них МАЛОШУМНЫХ ДВИГАТЕЛЕЙ, ПОКРЫТИЯ их внешних ПОВЕРХНОСТЕЙ СЛОЯМИ ЗВУКОПОГЛОЩАЮЩИХ МАТЕРИАЛОВ, а также МОНТАЖА ЯДЕРНЫХ РЕАКТОРОВ В КАЧЕСТВЕ основных ЭНЕРГЕТИЧЕСКИХ УСТАНОВОК (запасов топлива которых хватает на многие месяцы непрерывного хода). Подводные лодки подобного типа если и подходят к сосредоточениям военно-морских сил противника на достаточно близкие расстояния, то главным образом в разведывательных целях и в подавляющем большинстве случаев для определения и выбора наиболее подходящих целей используют целеуказания, поступающие с разведывательных самолётов или военных спутников. Современные подводные крейсера способны производить ЗАПУСКИ (в том числе из подводного положения) КРЫЛАТЫХ противокорабельных РАКЕТ, которые благодаря использованию авиационного и спутникового наведения (а также бортовых систем распознания вражеских кораблей) способны поражать предварительно определённые и зафиксированные цели на расстояниях в сотни морских миль, находясь при этом вне поля зрения обнаруженных сил своего противника. В ситуациях обнаружения достаточно беззащитных целей или наоборот при возникновении вблизи от себя чего-либо очень критического с таких подводных лодок по ним могут производиться ПУСКИ САМОНАВОДЯЩИХСЯ (гидроакустических) ТОРПЕД, обеспечивающих гарантированное их поражение.

Но все выше описанное при всей важности отмеченных моментов вовсе не является основным в смысле достижения понимания того, что лежит во главу угла любых стратегических замыслов использования подводных сил. Суть всей военной логики, которая существовала до момента создания и сформирования подводных флотов наиболее развитыми государствами мира можно выразить в следующей фразе - ГЛАВНОЕ ВСТУПИТЬ В СРАЖЕНИЕ, А УЖЕ потом ПО ХОДУ ДЕЛА ОПРЕДЕЛЯТЬ ЧТО СЛЕДУЕТ ДЕЛАТЬ В КАЖДЫЙ ПОСЛЕДУЮЩИЙ МОМЕНТ. Нельзя сказать, что до этого в военном деле полностью игнорировались предварительные оценочные моменты - они делались, но весьма и весьма приблизительно или что называется на глазок. Если в сухопутных войсках и надводном флоте оказывалось вполне возможным одерживать победы даже в ситуациях допуска определённых просчётов относительно чего-то имеющегося или присутствующего у сил противника и неожиданного получения от него весьма ощутимых ударов - путём быстрого выправления положения за счёт проявлений твёрдой решительности и осуществлений неожиданных маневров, построенных на использовании ранее накопленного военного опыта, то применительно к подводным силам всё оказывалось повёрнутым совершенно иным образам. Вследствие того, что подводным лодкам приходилось вести боевые действия всё время находясь под водой, ЛЮБЫЕ (даже самое незначительные) ПОВРЕЖДЕНИЯ ИЛИ ПРОБОИНЫ МОГЛИ ИМЕТЬ для них (и их экипажей) САМЫЕ ГИБЕЛЬНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ. По этой самой причине для подводников ОКАЗЫВАЛСЯ ОЧЕНЬ ВАЖНЫМ ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ УЧЁТ ВСЕХ даже самых незначительных и второстепенных БОЕВЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ как своих подлодок, так и встречных кораблей противника.

Но если с выяснением своих боевых возможностей всё обстояло достаточно просто, то с кораблями противника дело оказывалось гораздо сложнее. В целях выхода из таких затруднений для подводных сил (а затем и для надводных флотов) принимались СОЗДАВАТЬ КОНТУРНЫЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ различных военных кораблей и транспортных судов. Благодаря этому подводники получали возможность, ЗАВИДЕВ вдали от себя корабельные СИЛУЭТЫ, по наиболее выразительным деталям их контуров ОПРЕДЕЛЯТЬ их ТИП И вероятную ГОСУДАРСТВЕННУЮ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ. Но этого оказывалось очень мало - само по себе определение типов и классов встречных кораблей и судов противника почти ничего не давало. Подводникам требовалось знать какими разновидностями оружия располагают те или иные классы кораблей противника, а так же - какими являются их скоростные и маневренные характеристики. Знания подобного рода оказывалось возможным ДОБЫВАТЬ ПУТЁМ предприятия неустанных и никогда НЕПРЕКРАЩАЮЩИХСЯ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫХ УСИЛИЙ (по причине того государствами явных и потенциальных противников постоянно создаются всё новые и новые разновидности кораблей и корабельного оружия, а также переоснащаются те из них, которые продолжают оставаться в строю с предыдущих времён), а затем передавать их подводникам (и другим военным морякам) В ВИДЕ специальных СПРАВОЧНИКОВ, содержания которых те принимались заучивать на зубок и помнить до самой последней цифры.

Располагая информацией подобного рода, подводники получали возможность для быстрого определения того, КАКИЕ ЦЕЛИ ЯВЛЯЮТСЯ для них ПРЕДПОЧТИТЕЛЬНЫМИ И ПРЕДСТАВЛЯЮТ собой НАИМЕНЬШУЮ УГРОЗУ для подводных лодок, а какие лучше всего обойти далеко стороной (если на данный счёт не было получено специальных приказов) из соображений обеспечения своей безопасности и либо отправиться на поиски чего-то другого либо поджидать подходов на помощь дополнительных сил. В ситуациях отыскания в обнаруженных вражеских порядках кораблей и транспортных судов различных классов и получения приказов на их атаки подводники принимались НАМЕЧАТЬ В КАЧЕСТВЕ ПЕРВООЧЕРЕДНЫХ ЦЕЛЕЙ крупные транспортные суда и те военные корабли, которые представляли наибольшую опасность для подводных лодок с таким расчётом, чтобы нанести врагу максимальный урон и одновременно с этим по возможности обезопасить себя от дальнейших проявлений всего наиболее гибельного. Но как бы ни складывались ситуации в процессах происходивших сражений экипажи вступавших в бой подводных лодок всегда ИМЕЛИ ЧЁТКОЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ О ТОМ, ЧТО в принципе МОЖЕТ И ЧЕГО НЕ МОЖЕТ ПРЕДПРИНЯТЬ ПРОТИВ НИХ конкретный ПРОТИВНИК исходя из наличествовавших у него сил и возможностей И исходя из этого СТРОИТЬ чётко ОБОСНОВАННЫЕ РАСЧЁТЫ своих дальнейших тактических действий и конкретных маневров.

Главным результатом создания и развития подводных сил во флотах различных государств мира в стратегическом плане явился постепенный приход к тому факту, что в современных условиях ИСКУССТВО ВЕДЕНИЯ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ в строгом смысле этого слова уже ПОЧТИ ПЕРЕСТАЛО БЫТЬ ИСКУССТВОМ (за исключением таких ситуаций, при которых военные действия ведутся партизанскими или полупартизанскими методами - в силу разных причин, связанных с чрезвычайной бедственностью положения или жуткой государственной коррумпированностью) И ПРЕВРАТИЛОСЬ В сложную ИНЖЕНЕРНУЮ НАУКУ, где всё сплошь и рядом строится на предварительных и точных расчётах.

Сторожевой

Своё начало берёт от выше упоминавшихся испанских галеонов, охранительные порядки которых обеспечивали защиту флотилиям торговых судов в процессе их пути из Америки в Европу. Охранительные порядки таких кораблей представляли собой ФОРМУ овала или ТРЕУГОЛЬНИКА, внутрь которого помещались слабо защищённые транспортные суда. Но по той простой причине, что в ситуациях начал атак со стороны эскадр парусных крейсеров, сторожевым кораблям позднего средневековья приходилось разворачивать свои корпуса поперёк ветра и тем самым существенно замедлять скорость своего хода к спасительным побережьям своих государств, у флотоводцев последних начинали вызревать идеи на счёт того, как можно ПРОТИВОСТОЯТЬ АТАКАМ вражеских крейсеров БЕЗ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ бесконечных РАЗВОРОТОВ своих кораблей И ЗАМЕДЛЕНИЙ СКОРОСТИ ПРОДВИЖЕНИЯ всего состава флотилий. Суть таких идей сводилась к мыслям о необходимости ПОСТРОЙКИ НЕПОТОПЛЯЕМЫХ сторожевых КОРАБЛЕЙ, которые бы могли продвигаться вперёд в изначально заданном темпе, не взирая на любые помехи в пути и не нарушая заданных им положений в своих общих охранительных порядках. Своё практическое выражение всё это находило в постройках больших многопалубных парусных кораблей (называвшихся ЛИНЕЙНЫМИ) с большим количеством пушек. Корпуса таких кораблей оказывались способными выдержать попадания очень больших количеств вражеских ядер, а огромное количество парусов, устанавливавшихся на их высоченных мачтах, были способными обеспечивать заданную скорость хода даже при условии потери значительной части из них. Размещение большого количества корабельных пушек (сразу на 3х - 4х палубах) обеспечивало парусным линейным кораблям возможность СОЗДАВАТЬ посредством производства стрельб залпом ПОЛОСЫ СПЛОШНОГО ПОРАЖЕНИЯ АРТИЛЛЕРИЙСКИМ ОГНЁМ. Благодаря этому они оказывались вполне способными поражать атаковавшие их крейсера даже тогда, когда те оказывались повёрнутыми к их бортам носами и имели малые угловые размеры и тем самым побуждать последних к поспешным отходам во избежание наступления окончательных потоплений или получений таких повреждений, которые оказывалось на грани чего-либо гибельного.

Но факты начала использования артиллерийских снарядов, начинённых вместо пороховых смесей детонирующими взрывчатыми веществами, оборачивались гораздо более разрушительным последствиям и приводили к осознанию необходимости обеспечения защиты бортам линейных и иных сторожевых кораблей специальной броневой защиты, а также - установки на них в качестве двигателей мощных паровых машин. Всё это приводило к тому, что в военно-морских флотах всех государств мира на смену лёгким и стремительным парусным кораблям начали приходить тяжелыё БРОНЕНОСЦЫ или сторожевые корабли (согласно современным классификациям).

Однако первоначальный опыт использования броненосных эскадр очень быстро выявлял у них одно достаточно слабое и уязвимое место - со стороны кормы броненосцев, вдогонку за которыми нередко устремлялись более лёгкие и стремительные крейсера флотов государств их противников. В своём стремлении оградить себя от нападок со стороны преследующих крейсеров противника на броненосных флотах очень скоро приходили к идее о необходимости начала ШИРОКОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ МИННОГО ОРУЖИЯ. Суть этой идеи сводилась к тому, что ПОЗАДИ броненосных ЭСКАДР, идущим в чётких порядках следует ПУСКАТЬ РЯД КОРАБЛЕЙ их СОПРОВОЖДЕНИЯ, с которых при виде начал преследований крейсерами противника можно было бы СБРАСЫВАТЬ в воду ПЛАВУЧИЕ МИНЫ. Оставляя позади основного состава своих эскадр широкую полосу заминированных водных пространств, такие корабли сопровождения могли обеспечивать подрывы на минах тех крейсеров противника, которые пытались подходить к их эскадрам со стороны кормы и тем самым побуждать остальных к осуществлению атак на порядки своих сторожевых кораблей исключительно со стороны их хорошо вооружённых бортов. Практическое претворение всего вышесказанного находило своё отражение в виде появления в составах флотов небольших МИНОНОСНЫХ КОРАБЛЕЙ и катеров, которые предназначены для походного осуществления установки мин под огнём вражеских крейсеров и тяжёлых ЭСМИНЦЕВ (эскадренных миноносцев), которые с одной стороны представляют собой плавучие базы снабжения минами, топливом и всем прочим для своих миноносцев, а с другой - обеспечивают последним огневые прикрытия от достающих их вражеских крейсеров путём огрызания из своих достаточно мощных кормовых орудий.

Быстрое расширение технических возможностей и создание сторожевых кораблей, располагавших тяжелыми орудиями, толстой броней и мощными паровыми двигателями в сочетании с фактами того, что многие государства в связи с устанавливавшейся практикой принимались обеспечивать ЗАЩИТУ своих ПОБЕРЕЖИЙ путём РАЗМЕЩЕНИЯ ВДОЛЬ них баз катерных флотов, батарей береговой артиллерии и всевозможных береговых укреплений, в скором времени приводило адмиралов целого ряда государств мира к мысли о целесообразности создания ПЛАВУЧИХ БАТАРЕЙ ТЯЖЁЛЫХ ОРУДИЙ, которые можно было бы легко перемещать вдоль вражеских побережий и пользуясь их фактической непотопляемостью производить безжалостные расстрелы всех обнаруженных целей. На практике это оборачивалось появлением во флотах наиболее развитых государств мира таких огромных и весьма неповоротливых кораблей, как ЛИНКОРОВ, которые отличались от всех остальных немыслимой толщиной своей брони и целым лесом орудий крупных калибров, торчащих с носа и обоих бортов. Но достаточно скоро выяснялось, что линкоры при всей грозности своего внешнего вида и обладании колоссальной разрушительной мощи являются не таким уж эффективным средством, как это виделось изначально. Флоты многих государств мира в целях борьбы с последними в условиях побережий принимались практиковать УСТАНОВКУ ЯКОРНЫХ МИН (которые находились между дном и поверхностью, а значит не были видны над водой) и целых минных полей, а так же использовать торпедное оружие, устанавливавшееся на лёгкие катера и подводные лодки средних классов. И хотя в подавляющем большинстве случаев использование такого оружия не приводило к потоплению линкоров, но тем не менее факты успешного его применения ПРИВОДИЛИ К фактическому ОБЕЗДВИЖИВАНИЮ последних и понуждению к их отбуксировкам для длительных капитальных ремонтов в заводских условиях.

Чрезвычайная дороговизна постройки линкоров и вынужденных их ремонтов при вполне очевидных стремлениях и не прекращавшихся попытках со стороны флотов государств противников вызвать их потопления приводили осознанию необходимости увеличения для них количеств и разновидностей кораблей сопровождения. Так в целях обеспечения эффективных противодействий вражеским крейсерам в составы эскадр сторожевых кораблей принимались включать группы своих крейсеров, которые периодически отделяясь от основных порядков своих кораблей и заходя по отношению к первым со стороны их бортов, в нужные моменты могли легко срывать их атаки. В целях недопущения подрывов на якорных минах перед эскадрами сторожевых кораблей выпускались пары специально создававшихся минных ТРАЛЬЩИКОВ, которые своими тралами подрезали троса установленных мин и тем самым обеспечивать их взрывы или всплытия к верху (после чего мины оказывалось возможным заметить и обойти или произвести их принудительный подрыв). В целях оказания противодействий нападениям со стороны торпедных катеров противника в эскадры сторожевых кораблей оказывались вынужденными включать большие количества сторожевых катеров, а в целях борьбы с подводными лодками - катеров морских охотников. Помимо этого стремительное развитие военной авиации, для которой крупные эскадры сторожевых и сопровождавших их кораблей становились хорошо заметными целями, приводило к тому, что на них требовалось УСТАНАВЛИВАТЬ ЗЕНИТНОЕ ВООРУЖЕНИЕ в таких количествах (и с таким расчётом), чтобы с его помощью оказывалось возможным обеспечить защиту от авианалётов не только себе самим, но и сопровождавшимся линкорам.

Всё это приводило к тому, что линкоры из мощной ударной силы стали превращаться в чрезвычайно дорогостоящую и весьма несамостоятельную обузу, не приспособленную для выхода в открытое море без сопровождения больших эскадр других кораблей. Практика второй мировой войны оказалась весьма показательной в этом смысле : основную часть её времени линейные корабли различных государств мира находились на стоянках в условиях акваторий портов и хорошо защищённых (силами береговой артиллерии и морской авиации) бухт. Вместо мощной ударной силы они по большей части оказывались превращёнными в силу сдерживания и чрезвычайно дорогостоящее дополнение береговых батарей с ограниченной дальностью поражения из своих орудий.

Как не оправдавшие возлагавшихся на них надежд, броненосные линейные корабли в скором времени были признанными неперспективными с военной точки зрения, а их дальнейшее строительство прекращено и повёрнуто в сторону создания сторожевых кораблей не столь больших размеров. Но помимо очевидной тупиковости линии своего развития, линкоры сумели обеспечить военно-морским флотам огромный задел на будущее. Своё практическое выражение это находило в том, что линкоры по своей сути представляли собой ОГРОМНЫЕ СОСРЕДОТОЧЕНИЯ МЕХАНИЗМОВ (вращавших орудийные башни, подававших снаряды из трюмов, обеспечивавших загрузку на борт и текущую перегрузку - в процессе морских походов - на не столь большие корабли сопровождения боеприпасов, топлива, пищи и воды для пополнения всего израсходованного, обеспечивавших подъём огромных якорей). Сосредоточения всех этих механизмов изначально ПРИВОДИЛИСЬ В ДЕЙСТВИЕ ПОСРЕДСТВОМ МЕХАНИЧЕСКИХ ПРИВОДОВ (типа шестерёнок, валов, цепей и ремней). Эти приводы оказывались чрезвычайно громоздкими, требовали постоянного обслуживания (типа смазки и слежения за текущим состоянием их рабочих поверхностей и подшипников), были подвержены быстрому износу, поглощали значительную часть передававшейся ими энергии вращения (в результате неизбежно возникавшего трения), сплошь и рядом наталкивались и пересекались друг с другом и по этой причине зачастую требовали создания сложных обводных конструкций. В таких условиях со всей очевидностью начинала назревать потребность в нахождении чисто механическим двигательным установкам более совершенной замены. Такая замена достаточно быстро была найдена в виде высокоэффективных во всех указанных отношениях ЭЛЕКТРИЧЕСКИХ ДВИГАТЕЛЕЙ И ЭЛЕКТРОПРОВОДОВ, которые до этого получили достаточно широкое распространение на флоте по причине невозможности отыскать им приемлемую альтернативу в плане создания двигательных установок для торпед и подводных лодок (в условиях нахождения их в подводном положении). А так как для приведения в действие электрических двигателей требовалось ОБЕСПЕЧИВАТЬ постоянную ВЫРАБОТКУ ЭЛЕКТРИЧЕСКОГО ТОКА, то значительная часть энергии двигательных установок, которая не предназначалась для приведения во вращение гребных винтов, начинала использоваться для обеспечения вращений турбин и якорей генераторов, обеспечивавших выработку электрического тока для всех остальных корабельных механизмов. Использование электрических двигателей и электропроводов показало свою высокую эффективность и дало возможность ОБЕСПЕЧИТЬ МЕХАНИЗАЦИЮ не только большим, но и СРЕДНИМ И МАЛЫМ корабельным ПРОЦЕССАМ, что в свою очередь позволяло обслуживать их меньшими количествами людей и увеличивать возможности кораблей в плане обретения дополнительных полезных боевых качеств с учётом всех возникавших требований и без увеличения численных составов их экипажей.

Благодаря этому наиболее крупные корабли военно-морских флотов всех государств мира в скором времени оказывались до предела оснащёнными самыми разными (в том числе и вспомогательными) механизмами, что на момент 30 - 40х годов XX века превращало их в сосредоточения всевозможных технических совершенств, для экипажей которых становилось вполне обыденным и широко употребимым многое из того, что всем другим людям представлялось каким-то несбыточным и необыкновенным чудом. Всё это оборачивалось стремительным РАЗВИТИЕМ ЭЛЕКТРОТЕХНИЧЕСКИХ ОТРАСЛЕЙ ПРОИЗВОДСТВА, что с одной стороны находило своё выражение в постепенном налаживании производства электрогенераторов и различных видов турбин (широко используемых в современных условиях для выработки электроэнергии в промышленных целях или в качестве автономным источников питания отдельных объектов и больших механизмов), а с другой - приводило к поэтапному насыщению всевозможными механизмами сначала более мелких кораблей, а затем другой военной техники и заводов по их производству и в конечном итоге - к началу широкого использования в мирной жизни и повседневном быту подавляющим большинством людей современности.

Бронетанковые подразделения

Это есть подразделения, предназначенные для нанесения опрокидывающих ударов путём подавления сил противника своим огнём и накатываемой бронированной мощью, а также для осуществления стремительных и глубоких прорывов его обороны на основных направлениях ведения наступательных действий.

Стремительное развитие артиллерии, происходившее на стыке XIX и XX веков, превращало её в незаменимое средство разрушения боевых порядков и оборонительных укреплений противника. Сразу после производств таких разрушений через них оказывалось возможным пускать в прорыв более подвижные пехотные силы в целях пробивания брешей с последующим осуществлением охватов устоявших частей сил противника и побуждением их к отступлению по всей линии фронта. Но лёгкое осуществление войсковых операций, построенных на идеях всего вышеуказанного, оказывалось возможным лишь на бумаге и топографических картах. На практике же в подавляющем большинстве случаев вырисовывалась следующая картина. После нанесений массированных артиллерийских ударов по заранее определённым участкам вражеской обороны и в ходе последующих лобовых атак пехоты выяснялось, что далеко не все силы находившегося там противника оказывались уничтоженными. Весьма значительная их часть из стремления уберечь себя от верной смерти принималась укрываться за окружающими холмами и возвышениями или попросту ЗАЛЕГАТЬ В ВОРОНКАХ ОТ РАЗРЫВОВ артиллерийских СНАРЯДОВ и из них вести прицельный ружейный огонь по атаковавшим силам другой стороны, понуждая тех к остановкам в наступательных продвижениях, а значит выигрывать время, которое требовалось для осуществления стремительных перебросок туда своих дополнительных сил путём взятия их из резерва или снятия с других участков фронта, на которых продолжало стоять относительное затишье.

В свою очередь наступавшим войскам в ситуациях захлёбывания начатых атак наоборот требовалось КАК МОЖНО СКОРЕЕ ПРЕОДОЛЕТЬ ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ ПОРЯДКИ ПРОТИВНИКА на указанных им участках фронта с тем, чтобы УСПЕТЬ ОПЕРЕДИТЬ основные силы ВРАГА - НЕ ДАТЬ его спешно перебрасывавшимся подразделениям ВОЗМОЖНОСТИ ЗАНЯТЬ ПОЗИЦИИ В ГЛУБИНЕ своей ОБОРОНЫ И УСПЕТЬ ПЕРЕКРЫТЬ ПУТИ подготовленных НАСТУПЛЕНИЙ. По этой самой причине интересы ведения наступательных действий требовали от наступавших сторон осуществления самых решительных и незамедлительных действий, которые в таких ситуациях обычно заключались в СПЕШНОМ ПОДТЯГИВАНИИ к таким участкам ведения боевых действий ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ СИЛ АРТИЛЛЕРИИ и нанесении повторных залпов по уцелевшим частям сил противника. Но так как своевременное обеспечение осуществления чего-либо подобного оказывалось далеко не всегда возможных в силу самых разных причин - начиная от испытывавшихся недостатков в количествах имевшихся орудий и недостаточно быстрой скоростью передвижения артиллерийских батарей, кончая несогласованностью действий между командирами артиллерийских и пехотных подразделений, возникавших в силу обнаружения у отдельных из них неудовлетворённых амбиций и возникновений общей неразберихи в многочисленных сосредоточениях специально собранных войск.

Осознание острой потребности в отыскании более надёжных и эффективных способов быстрого РАЗВИТИЯ УСПЕХА В ХОДЕ первоначально начатых НАСТУПАТЕЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЙ в среде военных приводило к возникновению сразу нескольких подходов к решению подобных проблем. Наиболее простой из них заключал в себе идею ИСПОЛЬЗОВАНИЯ КАВАЛЕРИИ, наступательным порядкам которой предписывалось ПРЕОДОЛЕВАТЬ НАИБОЛЕЕ ОПАСНЫЕ УЧАСТКИ ПРОСТРЕЛИВАЕМЫХ ПРОСТРАНСТВ НА МАКСИМАЛЬНО ВОЗМОЖНОЙ СКОРОСТИ (тем самым значительно снижая вероятность своего поражения вражескими пулями) и на полном скаку врубаться в боевые порядки стрелков. Но подобное использование кавалерии оказывалось сильно затруднённым в условиях сильно пересечённой и лесистой местности, а также в пределах населённых пунктов, что вносило определённые ограничения в плане возможностей её применения. С другой стороны факт появления на вооружении ТЯЖЁЛЫХ СТАНКОВЫХ ПУЛЕМЁТОВ (более 200 кг. весом), которые изначально использовались в качестве стационарных и почти исключительно в оборонительных целях, давало возможность производить уничтожения плотных наступательных порядков противника за считанные минуты, окончательно сводил на нет вышеуказанный скоростной эффект конницы и делал её непригодной для осуществления лобовых атак хорошо изготовленных сил противника.

Частые неудачи, связанные с попытками использования конницы в наступательных целях, приводили к упадку духа среди многих военных и возбуждению в их средах различных безбрежных фантазий, источником вдохновения которых становился факт появления в войсках скорострельных механических пулемётов-монстров. В идеале военным для таких случаев хотелось ЗАПОЛУЧИТЬ некую УДАРНУЮ СИЛУ, которая бы СОЧЕТАЛА В СЕБЕ ПРОБИВНУЮ МОЩЬ артиллерии С НАСТУПАТЕЛЬНЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ пехоты и кавалерии. Мысли о чём-либо подобном находили своё выражении в виде появлении ИДЕЙ О СОЗДАНИИ бронированных механических колесниц типа ТАНКОВ. Но по причине отсутствия для создания чего-либо подобного технических возможностей, такие идеи долго не получали материального воплощения или (чуть позже) представали в виде единичных и малочисленных образцов чего-либо весьма уродливого и неуклюжего.

Не желая подолгу витать в облаках и размышлять по поводу чего-то технически на тот момент не осуществимого, многие из военных принимались ограничивать свои фантазии рамками того, что представлялось им вполне возможным или достижимым в самое ближайшее время. Один из таким образом возникавших подходов по быстрому развитию успеха первоначально начатых наступательных действий представлял собой мысль о необходимости ВООРУЖЕНИЯ наступательных сил ПЕХОТЫ ЛЁГКИМИ СТАНКОВЫМИ ПУЛЕМЁТАМИ (которые можно было бы быстро перекатывать с места на место и открывать интенсивный огонь по обнаруживавшим себя группам оборонявшегося противника) И РУЧНЫМИ ГРАНАТАМИ (которые было бы удобно метать в воронки от снарядов и ОКОПНЫЕ УГЛУБЛЕНИЯ в целях гарантированного уничтожения залегавших на их дне солдат противника). Другой заключал в себе идею необходимости ВКЛЮЧЕНИЯ В СОСТАВЫ всех крупных пехотных подразделений ОТДЕЛЬНЫХ ВЫСОКО ПОДВИЖНЫХ стрелковых ЧАСТЕЙ (или формирования их из числа пехотинцев), воины которых умели бы хорошо ориентироваться в обстановке боя и в ситуациях возникновения каких-либо затруднений в преодолении обороны противника в лоб быстро обходить позиций его сил со стороны более уязвимых флангов. Вооружать же таких стрелков полагалось СКОРОСТРЕЛЬНЫМ РУЧНЫМ ОРУЖИЕМ (типа ручных пулемётов или позже появившихся автоматов), чтобы таким образом существенно повысить их огневую мощь и наделить их способностью в случаях возникновений особой необходимости быстро подавлять численно превосходящие силы обороняющейся пехоты противника. Но как только практическое осуществление подобных наступательных идей становилось возможным и технически осуществимым, то в противовес им начинали развиваться военная мысль, направленная на ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ВЫРАБОТКИ у военных людей УМЕНИЙ ПРАВИЛЬНО ВЫСТРАИВАТЬ свою ОБОРОНУ. Суть вышесказанного заключалась в том, что быстро обучаясь на своих ошибках и изучая возможности широкого использования совершенно новых видов оружия, оборонявшиеся войска в большинстве случаев принимались РЫТЬ полнопрофильные ТРАНШЕИ, СО СТОРОНЫ ФЛАНГОВ РАЗМЕЩАТЬ свои ПУЛЕМЁТЫ ИЛИ СОЗДАВАТЬ там ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ПОЗИЦИИ, а против наступающей в лоб пехоты вести ЗАГРАДИТЕЛЬНЫЙ ПУЛЕМЁТНЫЙ ОГОНЬ с тем, чтобы не позволить солдатам противника подобраться к своим окопам на расстояние броска ручной гранаты.

Но наступательная мысль тоже не стояла на месте. Помимо уже перечисленного пехотные подразделения вскоре начинали получать на вооружение МИНОМЁТЫ, из которых оказывалось возможным метать мины на гораздо более значительные расстояния, чем ручные гранаты и таким образом достаточно легко ПОДАВЛЯТЬ ПУЛЕМЁТНЫЕ ГНЁЗДА И ПРОИЗВОДИТЬ УНИЧТОЖЕНИЯ вражеских СОЛДАТ, обнаруживающих своё присутствие В тех или иных ТРАНШЕЯХ или окопах. В ответ на это оборонявшиеся стороны принимались строить УКРЕПЛЁННЫЕ ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ ЛИНИИ. Их извилистые траншеи и многочисленные ходы сообщений со стороны позиций противника ПЕРЕКРЫВАЛИСЬ МИННЫМИ ПОЛЯМИ И РЯДАМИ КОЛЮЧЕЙ ПРОВОЛОКИ - в целях создания максимальных затруднений атакующим действиям его пехоты, а также ПЕРЕМЕЖАЛИСЬ врытыми в землю ОГНЕВЫМИ (орудийными и пулемётными) ТОЧКАМИ, мощные бревенчато-земельные и бетонные ПЕРЕКРЫТИЯ которых невозможно было пробить достаточно маломощными минами от пехотных миномётов.

В общем и целом всё это приводило к тому, что В СИЛУ обоюдного УСИЛЕНИЯ ОГНЕВОЙ МОЩИ И ПОРАЖАЮЩЕГО ЭФФЕКТА ВСЕХ вновь введенных ВИДОВ ВООРУЖЕНИЯ пехотных подразделений БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ окончательно УТРАЧИВАЛИ ЧЕРТЫ БАТАЛЬНЫХ ПРОТИВОСТОЯНИЙ (или сражений выстроенных друг напротив друга воинских порядков различных сторон) И ПРИОБРЕТАТЬ ОБЛИК ПОЗИЦИОННОЙ ВОЙНЫ (или противостояний различных позиций, с которых большей частью обстреливают друг друга вместо того, чтобы сходиться в открытом рукопашном бою). В какой-то момент начинало казаться, что сражения будущего в скором времени окончательно превратятся в противостояния орудийных фортов и мощных укреплённых районов различных государств и великих держав. Но у защищённых огневых точек очень скоро обнаруживалось одно СЛАБОЕ МЕСТО - ЩЕЛИ их АМБРАЗУР, требовавшиеся для обеспечения вставленным в них стволам орудий и пулемётов желаемых секторов обстрела. Обнаруживая такие места пулемётчики и стрелки, принимались в них метить и стрелять с завидным упорством - в надежде поразить находившиеся внутри пулемётные или орудийные расчёты либо каким-либо образом повредить их коллективное оружие. Но по причине дальности разделявших их расстояний и узости амбразурных щелей, большинство пуль проходило мимо намеченных целей, а в случаях редких попаданий - слабо ударялись о предохранительные броневые плиты таких пулемётов и пушек. Наиболее сообразительные головы тут же начинали приходить к выводу о необходимости НАДЕЛЕНИЯ всех сколько-нибудь крупных подразделений пехоты уменьшенными образцами существовавших пушек или выражаясь иным языком - ЛЁГКИМИ ШТУРМОВЫМИ ОРУДИЯМИ, стреляя из которых прямой наводкой оказывалось вполне возможным быстро гасить любые стационарные огневые точки противника. Но при всей положительности практики применения лёгких штурмовых орудий обнаруживался один неприятный момент - под непрерывным огнём обнаруживавшего их противника такие орудия с учётом их достаточной увесистости не так то просто было приблизить к вражеским позициям на расстояние прямого выстрела. В ситуациях подобного рода становилось понятными и ясным - для поддержки наступательных порывов пехоты крайне НЕОБХОДИМЫ быстроходные и бронезащищённые ТАНКИ, которые после предваряющей артподготовки могли устремляться в сторону позиций противника и практически НЕ ЗАМЕДЛЯЯ СВОЕГО ХОДА ПРОИЗВОДИТЬ УНИЧТОЖЕНИЕ уцелевших ОГНЕВЫХ ТОЧЕК И остаточных СКОПЛЕНИЙ ЖИВОЙ СИЛЫ ПРОТИВНИКА посредством открытия огня из своих пулемётов и пушек или раздавлениях их своими тяжелыми гусеницами. (Подробнее о линиях развития и стратегиях использования различных родов войск в 20-х - 30-х годах 20-го века см. в материале Гитлер и Сталин: противостояние двух великих диктаторов" ).

Именно с этого времени становилось возможным говорить о появлении настоящих боевых танков, которые из никем серьёзно не воспринимавшихся "гадких утят" и предметов, пригодных разве что для устроения военизированных игрищ к 30-м годам 20-го века быстро превратились в наглядный пример невиданного развития технической мощи и главную наступательную силу армий наиболее передовых государств того времени. И именно с этого времени становилось возможным говорить о создание полноценных танковых подразделений и самих танков, предназначенных для выполнения наступательных задач каких-либо заранее определённых для них планов, среди которых можно выделить следующие их основные типы:

Универсальный

Момент появления танков в войсках в достаточно больших количествах совпал с тем историческим периодом, когда на вооружении у передовых подразделений пехоты имелись лишь пулемёты, лёгкие миномёты и (в лучшем случае) орудия небольших калибров, а находившиеся за их спинами артиллерийские батареи, которые были способными наносить удары в слепую - по указанным им квадратам, не обладали достаточной скорострельностью и огневой мощью для того, чтобы обеспечивать сплошное поражение сил противника на тех или иных участках пространства (подробнее о возможностях артиллерии см. в разделе " Артиллерийские подразделения").По этой самой причине на указанный момент времени войскам требовались такие танки, которые бы с одной стороны ОБЛАДАЛИ ВЫСОКОЙ СКОРОСТЬЮ ХОДА ПО ПЕРЕСЕЧЁННОЙ МЕСТНОСТИ - с тем, чтобы они могли как можно скорее преодолевать наиболее опасные участки пространств перед позициями пехоты противника, которые накрываются огнём его артбатарей, а с другой - достаточно МОЩНОЙ БРОНЕВОЙ ЗАЩИТОЙ, которая бы была способной выдерживать прямые попадания пулемётных пуль и снарядов из пушек малых калибров, размещенных посреди позиций самой пехоты.

Помимо сказанного в войсках желали видеть такие танки, которые бы были ВООРУЖЕНЫ ПУШКОЙ (в целях обеспечения возможности поражения огневых точек и отдельных орудий противника с первого же выстрела) И ПУЛЕМЁТОМ (для уничтожения обнаруженных скоплений его живой силы). Для подобных танков оказывалось желательным, чтобы они СОЗДАВАЛИСЬ НА ШИРОКОМ ГУСЕНИЧНОМ ХОДУ, который с одной стороны мог обеспечивать высокую проходимость в условиях распутиц и бездорожий, а с другой - гарантированно давить живую силу противника и разрушать оборудованные им позиции, которые вдруг обнаруживались в непосредственной близости от продвигавшейся бронетехники и уничтожение которых по этой самой причине оказывалось невозможным при помощи таковых пушек и пулемётов. Из-за того, что в подавлявшем большинстве случаев цели, обнаруживавшие себя на путях продвижений атакующих танков, находились не прямо по их курсу, а гораздо правее или левее, то им из соображений обеспечения возможности уничтожения таких целей без изменения предварительно заданных направлений своего движения требовалось ПРИДЕЛЫВАТЬ ВРАЩАЮЩИЕСЯ БАШНИ.

Быстрое осознание той опасности, которую могут представлять собой танки в наступательном бою, приводило к ускорению темпов вооружения подразделений пехоты собственной артиллерией малых калибров и СОЗДАНИЮ для них специальных БРОНЕБОЙНЫХ СНАРЯДОВ, которые оказывались вполне способными пробивать листовую броню первых серийных танков. В целях обеспечения универсальных танков надёжной броневой защитой БРОНЮ для их последующих серий приходилось ДЕЛАТЬ гораздо более ТОЛСТОЙ и цельной по своему конструктивному исполнению. Всё это наряду с фактами наличия у таких танков механизмов вращения башен и широких гусениц ПРИВОДИЛО К существенному УВЕЛИЧЕНИЮ их ОБЩЕЙ МАССЫ, что в условиях отсутствия достаточно мощных танковых двигателей превращало их в ГОРЫ МЕТАЛЛА, КОТОРЫЕ ЯВЛЯЛИСЬ УДОБНЫМИ ЦЕЛЯМИ для артиллерийских батарей. Осознание потребности в быстром решении возникших проблем, которые остро давали о себе знать в связи с началом Второй мировой войны, приводило к революции в деле танкостроения. В целях снижения общей массы танков их БРОНЮ принимались ДЕЛАТЬ РАЗНОЙ ПО ТОЛЩИНЕ НА РАЗЛИЧНЫХ её УЧАСТКАХ - лобовую делать наиболее мощной, а с боковых сторон и сзади гораздо менее толстой. В свою очередь БАШНЯМ таких танков начинали придавать иные формы - вместо выступающих и угловатых, СОЗДАВАТЬ их ПРИЗЕМИСТЫМИ И ЗАКРУГЛЁННЫМИ, что уменьшало вероятность в них попаданий и способствовало отскакиванию большинства из попадавших в них снарядов. Орудийные башни указанных танков в целях снижения степени стесненности и неудобств для находившихся внутри них экипажей принимали СНАБЖАТЬ МЕХАНИЗМАМИ ДЛЯ ПОДАЧИ СНАРЯДОВ, а устанавливавшиеся в них ПУШКИ ИЗГОТАВЛИВАТЬ В СПЕЦИАЛЬНОМ ИСПОЛНЕНИИ, не допускавшем попаданий внутрь значительных количеств пороховых газов сразу после моментов производств выстрелов, что позволяло оградить танкистов целого ряда отвлекающих и мешающих моментов и обеспечить им возможность для всецелого сосредоточения своего внимания на процессе ведения боя. В совокупности с начинавшими устанавливаться на них дизельными и бензиновыми ДВИГАТЕЛЯМИ ПОВЫШЕННОЙ МОЩНОСТИ И ПУШКАМИ СРЕДНИХ КАЛИБРОВ, универсальные танки подобного исполнения превратились в главную ударную и наступательную силу Второй мировой войны и послевоенного времени.

Одновременно с серьёзными конструктивными изменениями универсальных танков происходило не менее существенное изменение тактики их применения в ходе ведения боевых действий. Если в условиях середины 30-х годов ХХ века была вполне оправданной широко исповедовавшаяся тогда доктрина, согласно которой танковые подразделения ДОЛЖНЫ ДВИГАТЬСЯ только ВПЕРЁД - в направлении чего-либо им указанного, НЕ СВОРАЧИВАЯ В какие-либо СТОРОНЫ И тем более НЕ ПРЕДПРИНИМАЯ каких-либо ПОПЯТНЫХ ДЕЙСТВИЙ, то к применительно к условиям начала 40-х годов она становилась совершенно неправильной и ошибочной (именно по причине допущения таких ошибок в начале Великой отечественной войны советские войска, имевшие многократное превосходство в количестве танков, теряли их в огромных количествах и почти безостановочно отступали под ударами танковых клиньев армии нацистской Германии - Примечание автора). С появлением в войсках целого ряда государств мира достаточно большого количества танков и противотанковых орудий (высокая степень мобильности которых обеспечивалась за счёт задействования с ними в парах автомобильных тягачей), ТАНКИ наступающих сторон сплошь и рядом начинали СТАЛКИВАТЬСЯ в открытом бою С ТАНКАМИ и противотанковыми средствами, выкатывавшимися против них для стрельбы прямой наводкой. В ситуациях подобного рода наиболее важной оказывалась СТЕПЕНЬ ПРОЧНОСТЬ танковой БРОНИ и факт наличия или отсутствия у сил врага под руками достаточно большого количества мощного артиллерийского оружия. Если броня выдерживала прямые попадания снарядов противника, то танки принимались двигаться в заданном направлении, не сворачивая ни вправо, ни влево. Но если в результате таких попаданий многие танки оказывались подбитыми, экипажи уцелевших танков принимались ОТВОРАЧИВАТЬ В СТОРОНЫ с тем, чтобы ИСПОЛЬЗУЯ СКЛАДКИ окружающей МЕСТНОСТИ НЕЗАМЕТНО ОБОЙТИ силы упорно обороняющегося противника И НАНЕСТИ по его позициям НЕОЖИДАННЫЕ УДАРЫ СО СТОРОНЫ ФЛАНГОВ - подавить его противотанковые орудия, направленные своими стволами в сторону общей линии фронта или УДАРИТЬ своими снарядами В БОРТА вражеских танков (стремясь при этом никому не подставлять своих бортов), со стороны которых броня у универсальных танков является менее толстой, чем лобовая. В общем и целом такая тактика ведения наступательного боя явилась по своей сути ничем иным как творческим переосмыслением тактики эскадр военно-морских крейсеров на сухопутный манер (подробнее о тактике ведения боевых действий на море различными классами военных кораблей см. в разделе"Военно-морские силы ").

Помимо существенного изменения тактики ведения наступательных действий факт появления в войсках всё более увеличивавшихся количеств танков, самолётов штурмовой авиации и батарей противотанковой артиллерии и постоянного их присутствия в прифронтовых полосах приводил к осознанию необходимости не менее существенным образом ИЗМЕНИТЬ и СТРАТЕГИЮ проведения общевойсковых НАСТУПАТЕЛЬНЫХ ОПЕРАЦИЙ. Если до середины Второй мировой войны основной стратегический замысел наступлений заключался в стремлении как можно дальше войти своими основными силами вглубь обороны противника и обеспечить захваты как можно более протяжённых участков вражеских территорий с их природными и людскими ресурсами и производственными мощностями (рассмотрение всех особенностей стратегических замыслов подобного типа см. в разделе "Пехотные подразделения"), то со второй его половины всё оказывалось перевёрнутым с ног на голову. В ситуациях начал осуществлений стремительных продвижений вглубь обороны противника по направлениям нанесения основных наступательных ударов практически в тылу у устремлявшихся вперёд ударных группировок оказывались оставшимися достаточно значительные силы врага. Но если раньше такие силы представляли собой почти исключительно людские сосредоточения, то с данного момента в них помимо людей начинали оказываться достаточно большие количества танков и артиллерии, которые не были ещё полностью отрезанными от своих тылов и по этой самой причине оказывались способными не только успешно выдерживать противостояния с отдельными механизированными корпусами наступавших сторон, но и ОРГАНИЗОВЫВАТЬ против них УСПЕШНЫЕ КОНТРНАСТУПЛЕНИЯ. Для осуществлений разгромов сил таких контрнаступлений в своём тылу наступавшим сторонам нередко приходилось снимать значительные части сил своих основных группировок с направлений главных ударов и тем самым СТАВИТЬ ПОД УГРОЗУ СРЫВА НАМЕЧАВШИЙСЯ было НАСТУПАТЕЛЬНЫЙ УСПЕХ.

Не желая рисковать чем-либо подобным, многие военачальники времён Второй мировой войны приходили к выводу о том, что в подобных условиях становится гораздо более уместным совершенно иной характер ведения войны. Суть всех их выводов сводилась к мысли об ОТЫСКАНИИ по линии фронта БОЛЬШИХ ВЫСТУПОВ со стороны противника (со значительными количествами военной техники, размещёнными на них) И незаметном СОСРЕДОТОЧЕНИИ ПО обеим их СТОРОНАМ СВОИХ МОЩНЫХ танково-механизированных ГРУППИРОВОК ДЛЯ НАНЕСЕНИЙ неожиданных ОТСЕКАЮЩИХ УДАРОВ, а также РАЗМЕЩЕНИЙ ВДОЛЬ ВСЕЙ ЛИНИИ таких УЧАСТКОВ ФРОНТА ЗНАЧИТЕЛЬНЫХ КОЛИЧЕСТВ своих АРТИЛЛЕРИЙСКИХ ОРУДИЙ. В заранее определённые моменты времени силы всей выставленной артиллерий принимались ОТКРЫВАТЬ МАССИРОВАННЫЙ ОГОНЬ ПО предварительно выявленным СОСРЕДОТОЧЕНИЯМ СИЛ ПРОТИВНИКА и тем самым обеспечивать их частичное уничтожение. Противник, воспринимая факт нанесения массированных артиллерийских ударов как явный признак готовящегося наступления, в спешном порядке принимался ПЕРЕБРАСЫВАТЬ ЗНАЧИТЕЛЬНЫЕ ЧАСТИ своих СИЛ со стороны флангов ПО НАПРАВЛЕНИЮ К ЦЕНТРУ. В свою очередь ударные танковые группировки, незаметно сосредоточенные со сторон вражеских флангов, дождавшись сообщений своей разведки об отведении оттуда значительной части сил противника, БЕЗ всякой АРТИЛЛЕРИЙСКОЙ ПОДГОТОВКИ НАНОСИЛИ танковые УДАРЫ В ОСЛАБЛЕННЫЕ МЕСТА В ОБОРОНЕ ПРОТИВНИКА. Легко прорывая такую оборону и фактически в мановение ока ВЫХОДЯ НА ОПЕРАТИВНЫЙ ПРОСТОР, танковые группировки УСТРЕМЛЯЛИСЬ НАВСТРЕЧУ ДРУГ ДРУГУ, ДВИГАЯСЬ ПО ЛИНИИ НАИМЕНЬШЕГО СОПРОТИВЛЕНИЯ. Как только кольцо окружения оказывалось замкнутым и противник лишался тылового снабжения, действия его механизированных подразделений (начинавших испытывать острый недостаток в топливе и боеприпасах) становились всё более вялыми и неуверенными. Пользуясь возникавшей скованностью в действиях окружённых группировок сил противника, наступавшая сторона принималась РАССЕКАТЬ их НА ОТДЕЛЬНЫЕ ЧАСТИ И окончательно лишив их подвижности, УНИЧТОЖАТЬ ОГНЁМ быстро подтягивавшейся АРТИЛЛЕРИИ, а уцелевшие и обескровленные остатки брать в плен силами сосредотачивавшейся вокруг пехоты.

Строя свои последующие наступательные операции на подобный манер, наступавшая сторона всякий раз ПРОИЗВОДИЛА УНИЧТОЖЕНИЯ И ЗАХВАТЫ больших количеств ВОЕННОЙ ТЕХНИКИ ПРОТИВНИКА (значительные потери которой просто невозможно было быстро восполнить по причине сложности её промышленного производства и постоянно испытывавшихся недостатков в материальных и людских ресурсах) и таким образом ОБЕСПЕЧИВАЛА своим ВОЙСКАМ постоянно увеличивавшееся и ПОДАВЛЯЮЩЕЕ ПРЕВОСХОДСТВО. Достигнув чего-либо подобного, она оказывалась вполне способной ОРГАНИЗОВЫВАТЬ свои ДАЛЬНЕЙШИЕ НАСТУПЛЕНИЯ ОДНОВРЕМЕННО ПО очень МНОГИМ НАПРАВЛЕНИЯМ и обеспечивать свои стремительные продвижения по всей линии своих фронтов, таким образом быстро приближая момент наступления своей окончательной победы над своим врагом.

Стратегия и тактика современных танковых подразделений данного типа со времени окончания Второй мировой войны более не претерпевали сколько-нибудь серьёзных изменений, но вместе с тем пополнились целым рядом новых моментов. Такие дополнения оказывались связанными с фактом ПОЯВЛЕНИЯ в самом конце Второй мировой войны лёгких противотанковых средств типа современных ГРАНАТОМЁТОВ. Танки, будучи надёжно закованными в броню, в то же самое время никогда не представляли возможностей для осуществления надёжных обзоров танкистами за всем происходящим вокруг (особенно за тем, что находится от них поблизости). Зная об этом, многие пехотинцы Второй мировой принимались метать в танки ручные противотанковые гранаты и добиваться немалых успехов. С появлением же гранатомётов такие возможности существенно расширялись - танки оказывалось возможным поражать из подворотен, глубины внутренних помещений или просто лёжа в окопе, совершенно не поднимаясь над его поверхностью и не подавая признаков своего присутствия. По этой самой причине очень скоро становилось понятным, что танк при всей своей силе является достаточно уязвимым и БЕЗ СОПРОВОЖДЕНИЯ ЧАСТЯМИ подразделений своей ПЕХОТЫ НЕ СПОСОБЕН ПРОДЕРЖАТЬСЯ В ближнем НАСТУПАТЕЛЬНОМ БОЮ хоть какое-то время. В свою очередь по причине неспособности сопровождающих групп пехоты самостоятельно поспевать за стремительными перемещениями своих танков их принимались САЖАТЬ НА танковую БРОНЮ и таким образом обеспечивать их быстрые перемещения к нужным местам, а затем использовать для указанных целей бронетранспортёры и лёгкие танки, которые создавались специально приспособленными для транспортировки небольших групп воинов. Участие групп такие бронетранспортёров и лёгких танков (с размещавшимися внутри них пехотинцами) во всех сколько-нибудь серьезных наступательных операциях подразделений универсальных танков в скором времени становилось обязательным их элементом и обернулось фактами создания в армиях целого ряда государств мира специальных мотострелковых частей, которые предназначались для использования в целях оказания непосредственных и опосредованных воспомоществлений действиям танковых подразделений своих войск.

Помимо этого с 60-х годов ХХ века в войска начали широко поступать ЛЁГКИЕ ПУСКОВЫХ УСТАНОВКИ для поражения танков УПРАВЛЯЕМЫМИ РЕАКТИВНЫМИ СНАРЯДАМИ, которые отличались поразительной неприметностью своего внешнего вида и могли устанавливаться на любые транспортные средства, легко замаскировываясь под нечто вполне обыденное. Из-за того, что такими ракетами оказывалось возможным поражать танки и ПРОЖИГАТЬ самую ТОЛСТУЮ их БРОНЮ с достаточно больших расстояний, группы пехоты или мотострелков, сопровождавшие танкистов в наступательном бою, в подавляющем большинстве случаев оказывались бессильными им чем-то помочь. В то же самое время возникавшая потребность в создании высокоточного оружия для поражения малоразмерных противотанковых целей и обеспечении высокоэффективной защиты для самих танков приводила к тому, что их в обязательном порядке принимались оснащать СТАБИЛИЗАТОРАМИ СТВОЛОВ их пушек в предварительно заданных положениях, которые позволяли постоянно держать на прицеле что-либо издалека запримеченное при продвижениях по любым ухабам и кочкам и производить точное его поражение что на полной скорости хода. Несколько позже была начата разработка идей по созданию АКТИВНОЙ БРОНИ, сводившихся к мысли о необходимости размещении по всей поверхности танковых башен большого количества специальных зарядов и установки поверх специального датчика, который бы подавал сигналы в моменты подлёта к танку направленных в него ракет и снарядов. Своевременная передача такого сигнала на специальное устройство приводит к автоматическому выстреливанию и подрыву в воздухе одного из зарядов, который силой своего направленного воздействия обеспечивает отбрасывание подлетающего вражеского снаряда в сторону и тем самым спасает свой танк от получения серьёзных повреждений и оставляет его способным к дальнейшему продолжению боя.

Само собой разумеется, что в современных условиях, характеризующихся высокой степенью технической оснащённости многих армий мира, универсальный или средний танк в большинстве случаев перестал быть их главной наступательной силой, но в то же самое время следует особо отметить тот момент, что ещё нескоро наступит то время, когда его можно будет окончательно списать со счетов.

Маневренный

Факт стремительного увеличения количеств универсальных танков в армиях многих государств и их постоянного задействования в целях организации широкомасштабных наступательных действий с неизбежностью приводил к тому, что ТАНКОВЫЕ АРМАДЫ различных государств-противников всё чаще и чаще начинали СТАЛКИВАТЬСЯ друг с другом В ОТКРЫТОМ БОЮ. Но всякий случай задействования в открытом бою друг против друга приблизительно равных по своим возможностям танковых группировок с неизбежностью ОБОРАЧИВАЛСЯ для каждой из противостоявших сторон ЗНАЧИТЕЛЬНЫМИ ПОТЕРЯМИ ДОРОГОСТОЯЩИХ боевых МАШИН. После сражения на Курско-орловской дуге, в процессе которой каждая из противостоявших сторон потеряла сразу помногу сотен танков, всем сразу стало понятным, что сложившиеся на тот момент ПРИЁМЫ И МЕТОДЫ ведения наступательных боевых действий с использованием больших количеств универсальных танков НУЖДАЮТСЯ В серьёзной ДОРАБОТКЕ применительно к изменившемуся характеру войны.

Выражаясь более простым и понятным для всех языком, войскам становился нужным такой танк, который был способен ДЕЙСТВОВАТЬ ИЗ ЗАСАДЫ - при виде чего-либо, начинавшего складываться не в его пользу, мог быстро СВЕРНУТЬ в сторону И СПРЯТАТЬСЯ ПОСРЕДИ каких-либо ЗАРОСЛЕЙ И НАГРОМОЖДЕНИЙ ИЛИ НЫРНУТЬ В лощину или ГЛУБОКИЙ ОВРАГ и дождавшись чего-то для себя подходящего, ВЗОБРАТЬСЯ вверх ПО ПОЧТИ ОТВЕСНОМУ СКЛОНУ, чтобы неожиданно для сил противника поразить запримеченную цель, а затем снова спуститься во избежание наступления чего-то для себя весьма нежелательного. Но вся загвоздка заключалась в том, что явно преобладавший в войсках универсальный танк был совершенно неприспособленным к проделыванию чего-либо подобного. Не смотря на свой значительный вес, он был наделён мощным двигателем и мог с разгона мог перепрыгивать рвы и овраги. Но при всяком случае оказания на их дне и возникновении необходимости с места забраться вверх по сыпучим склонам такой танк с неизбежностью начинал СПОЛЗАТЬ К НИЗУ И ЗАРЫВАТЬСЯ своими тяжелыми ГУСЕНИЦАМИ В мягкий грунт или ПЕСОК по самое днище. С другой стороны имея мощные гусеницы и будучи приспособленным к тому, чтобы давить ими всё попадающееся на пути, такой танк по сути дела вел себя подобно слону в посудной лавке - везде и повсюду оставлял за собой издалека заметный след гусениц и многочисленные разрушения окружающих объектов в результате случайных наездов. Помимо всего он издалека ОБРАЩАЛ на себя ВНИМАНИЕ своими ЗНАЧИТЕЛЬНЫМИ ГАБАРИТАМИ И торчаще-длинным СТВОЛОМ своей ПУШКИ.

В силу всего выше сказанного всем вскоре становилось ясно, что В ДОПОЛНЕНИЕ к уже имевшемуся универсальному танку войскам НУЖЕН БОЛЕЕ ЛЁГКИЙ И МАНЕВРЕННЫЙ ТАНК. По этой самой причине создававшиеся образцы таких танков оказывались наделёнными гораздо более тонкой броней, которая была способной выдерживать пулемётные очереди и попадания одиночных снарядов из пушек малых калибров. Вместо огромной танковой башни каждый из них получал НЕБОЛЬШУЮ БАШЕНКУ И вооружался лёгкой АВТОМАТИЧЕСКОЙ ПУШКОЙ (которая не смотря на свой малый калибр во многих случаях оказывалась способной пробивать толстую броню универсальных танков при условии выпускания в одну и туже точку очереди из нескольких снарядов). Достижение подобной уменьшенности оказывалось возможным благодаря ВЫСОКОЙ СТЕПЕНИ АВТОМАТИЗАЦИИ УПРАВЛЕНИЯ такими танками и отдельными их узлами, что в свою очередь позволяло сократить численный состав их экипажей с привычных 3-х до 2-х человек и соответственным образом уменьшить объём внутренних пространств их размещения без ущерба боевым качествам таких боевых машин. В качестве двигательных установок мобильные танки чаще всего получали специально создававшиеся для них ОБЛЕГЧЁННЫЕ ДИЗЕЛЬНЫЕ ДВИГАТЕЛИ, а их ГУСЕНИЦЫ из массивных и цельнометаллических СТАНОВИЛИСЬ более ЛЁГКИМИ И КОМБИНИРОВАННЫМИ - их принимались изготавливать из очень прочных металлических сплавов и во многих случаях с покрытием их рабочих поверхностей синтетическими материалами.

Благодаря такому техническому оснащению мобильные танки оказывалось возможным использовать как в целях ОБЕСПЕЧЕНИЯ НЕПРЕРЫВНОЙ ОГНЕВОЙ ПОДДЕРЖКИ ДЕЙСТВИЯМ подразделений ПЕХОТЫ на второстепенных участках ведения боевых действий (путём их размещения чуть позади позиций или движения вслед за атакующими порядками поддерживаемых подразделений), так и для ПОДДЕРЖКИ НАСТУПАТЕЛЬНЫХ ДЕЙСТВИЙ ОСНОВНЫХ ТАНКОВЫХ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ в ситуациях наталкивания их на упорное сопротивление танков и противотанковых средств сил противника (путём осторожного приближения к вражеских позициям или боевым порядкам со стороны флангов в те моменты, когда силы последних оказывались скованными атакующими действиями средних танков).

Однако в скором времени выяснялось, что будучи весьма существенно облегчённым, мобильный танк на гусеничном ходу далеко не всегда был способен эффективно решать все ставившиеся перед ним задачи. В ходе ведения широкомасштабных наступательных действий всякая из наступавших сторон оказывалась ЗАИНТЕРЕСОВАННОЙ В СОХРАНЕНИИ В целостности и СОХРАННОСТИ тех СТРАТЕГИЧЕСКИ ВАЖНЫХ ОБЪЕКТОВ (типа мостов, транспортных узлов и аэродромов) В БЛИЖНЕМ ТЫЛУ сил ПРОТИВНИКА , которые находились на путях наступательных продвижений её войск. Основная причина подобной заинтересованности заключалась в хорошо понятном стремлении приспособить такие объекты под свои нужды или обеспечить их пропускную способность с минимальными для себя издержками и сразу же после завершения их окончательных захватов - в целях использования всего указанного в интересах развития своего успеха в ходе дальнейших наступательных действий. А так как силы противника наоборот стремились производить уничтожения таких объектов незадолго до моментов своих отходов, то наступавшие стороны в целях предотвращения попыток чего-либо подобного оказывались вынужденными предпринимать СПЕЦИАЛЬНЫЕ МЕРЫ. Суть таких специальных мер заключалась В ВЫДВИЖЕНИЯХ к стратегически важным объектам в ближнем тылу сил противника ПОДВИЖНЫХ ПЕРЕДОВЫХ ГРУПП своих войск (типа отдельных десантно-штурмовыхподразделений ВДВ), которые бы были способными производить их захваты и удержания до моментов подхода своих основных сил). В свою очередь для осуществления стремительных прорывов и выдвижений к указанным стратегическим объектам, таким подвижным передовым группам требовались МОБИЛЬНЫЕ СРЕДСТВА их ДОСТАВКИ, которые бы обладали определённой броневой защитой и в то же самое время оставались достаточно лёгкими для того, чтобы обеспечивать высокую скорость своего продвижения.

Таким мобильным средством доставки стали вскоре появившиеся в войсках БРОНЕТРАНСПОРТЁРЫ. По сути они представляли собой средства передвижения, которые создавались на базе грузовых автомобилей повышенной проходимости. Вместо монолитной брони, бронетранспортёры ПОКРЫВАЛИСЬ лёгкой ЛИСТОВОЙ БРОНЁЙ (которая составлялась из множества пластин, состыкованных между собой под разными углами с таким расчётом, чтобы большинство попадавших в неё пуль и снарядов ударялись не под прямым углом, а отскакивали от неё рикошетом). Такая броня оказывалась вполне достаточной для обеспечения защиты транспортировавшейся живой силы от вражеских пуль и гранатных осколков в процессе осуществления их стремительной доставки к заранее определённым местам и стратегическим объектам. В целях обеспечения дополнительного снижения веса и повышения скорости движения их принимались оснащать лёгкими КАРБЮРАТОРНЫМИ ДВИГАТЕЛЯМИ, делать не на гусеничном, НА КОЛЁСНОМ ХОДУ, а вместо достаточно тяжёлой автоматической пушки с вращающейся башенкой, вооружать их КРУПНОКАЛИБЕРНЫМ ПУЛЕМЁТОМ, которые высовывался своим стволом наружу через специальные бойницы или закреплялся поверх брони. В целях восполнения недостаточной огневой мощи вооружение многих бронетранспортёров принимались дополнять лёгкими УСТАНОВКАМИ ДЛЯ ПУСКА управляемых РЕАКТИВНЫХ СНАРЯДОВ, при помощи которых можно было поражать танки и укреплённые огневые точки противника.

Весь смысл использования колёсных бронетранспортёров в целях обеспечения стремительных выдвижений передовых групп наступающих войск заключался в следующем. Их колонны ОСУЩЕСТВЛЯЛИ незаметные ОБХОДЫ позиций противника В МОМЕНТЫ НАНЕСЕНИЙ ОТВЛЕКАЮЩИХ УДАРОВ другими частями сил своих войск и на полной скорости устремлялись вглубь вражеского тыла по какой-либо из дорог, ведших к указанному им объекту. По причине совершенной неожиданности своего появления в тех или иных местах на пути своего следования (а также вследствие творившейся неразберихи, которая специально возбуждалась среди отступавших сил противника хорошо скоординированными действиями небольших групп спецназа, заблаговременно десантированных в его тылы) колонны бронетранспортёров в подавляющем большинстве случаев НЕ ВСТРЕЧАЛИ на своём пути сколько-нибудь СЕРЬЁЗНОГО ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ И НА ПОЛНОМ ХОДУ ПРОСКАКИВАЛИ МИМО случайно встреченных частей сил своего врага. В ситуациях же когда те или участки выбранных дорог проскочить сходу (без понесения серьёзных потерь) оказывалось невозможным, колонны бронетранспортёров поворачивали на 90 градусов в наиболее подходящую для себя сторону и по бездорожью ШЛИ ДО ПЕРЕСЕЧЕНИЯ С другой - ПАРАЛЛЕЛЬНО ИДУЩЕЙ - ДОРОГОЙ, чтобы повернув еще раз, уже ПО НЕЙ ДОБРАТЬСЯ до интересовавшего их стратегического объекта.

Практический эффект от использования бронетранспортёров оказывался столь высоким, что их принимались производить в больших количествах и использовать не только решения специальных задач, но и широко передавать в войска, тем самым создавая реальную предпосылку для сформирования в них высокоподвижных мотострелковых подразделений. В свою очередь причине того, что гарантированный успех сколько-нибудь серьёзных наступательных действий универсальных танков оказывалось невозможно обеспечить без наличия сопровождающих групп пехоты, многие военачальники начинали приходить к выводу о целесообразности создания таких мобильных танков, которые помимо выполнения своих основных задач во всех необходимых случаях могли бы (подобно бронетранспортёрам) осуществлять попутную доставку небольших групп воинов в целях обеспечения их своевременных высадок непосредственно перед позициями обороняющегося противника и убережения от случайных потерь в пути следования. Всё это приводило к появлению в войсках БОЕВЫХ МАШИН ПЕХОТЫ, которые (по примеру бронетранспортёров) в дополнение к имевшимся у них автоматическим пушкам начали наделяться возможностями производства пусков управляемых реактивных снарядов по каналу пушечного ствола. С другой стороны некоторые колёсные бронетранспортёры (по примеру БМП ) в качестве основного оружия начинали получать автоматическую пушку и оснащаться вращающимися башенками, что делало их удобным для использования в качестве боевых разведывательно-дозорных машин ( БРДМ ). В свою очередь для обеспечения стремительности продвижений передовых групп наступающих войск к заранее определённым местам в тылу противника в условиях преобладающих бездорожий и одновременного усиления мощи наносимых ими ударов по примеру боевых машин пехоты принимались создавать их уменьшенные и предельно облегчённые образцы на гусеничном ходу (типа БМД - боевых машин десанта). В общем и целом это привело к тому, что к настоящему времени лёгкие танки и бронетранспортёры - по причине своей относительной дешевизны и многообразия своих возможностей - стали наиболее массовой технической составляющей современных войск.

Плавающий

В ходе ведения всевозможных военных действий войска крупных мировых держав нередко сталкивались с такими ситуациями, когда им для развития своего успеха требовалось произвести ВЫСАДКИ своих КРУПНЫХ СИЛ НА МОРСКИЕ ПОБЕРЕЖЬЯ государств своих противников. По той простой причине, что в подавляющем большинстве случае дно прибрежных пространств было пологим, военные корабли и морские суда с размещенными на их бортах десантными силами не могли подойти к самому берегу, самих десантников приходилось затем пересаживать на менее мореходные мотоботы и катера и только затем осуществлять их окончательную доставку под непрерывным огнём береговых батарей противника. Но даже если кораблям наступавших сторон в достаточно полной мере удавалось подавить береговые батареи противника при помощи своей артиллерии, по приближавшимся мотоботам и катерам оказывались под обстрелом с многочисленных огневых точек, рассредоточенных по всей линии берега. Так как корабельная артиллерия в это самое время занималась поражением более крупным из имевшихся целей, то для подавления отдельных огневых точек противника начинали использовать специальные БРОНЕКАТЕРА с орудиями средних и малых калибров. Но вся загвоздка заключалась в следующем. Отдельные орудия и танки, ведшие огонь по приближавшимся катерам и мотоботам с десантами, в ситуациях начал интенсивных обстрелов нередко начинали НЕНАДОЛГО ОТВОДИТЬСЯ противником В ГЛУБЬ БЕРЕГА и таким образом выходить из поля зрения бронекатеров, чтобы затем быстро возвратиться на прежнее место сразу же после их прохода в непосредственной близости.

По результатам производств операций по высадке крупных сил своих войск на побережья государств противника многие военачальники, начиная со времён окончания Второй мировой войны, принимались приходить выводу о целесообразности производства ЗАМЕНЫ БРОНЕКАТЕРОВ ПЛАВАЮЩИМИ ТАНКАМИ. Подобные танки, по мысли таких военачальников, ещё находясь НА ПЛАВУ, должны были ЗАСЕКАТЬ конкретные ОГНЕВЫЕ ТОЧКИ противника И ПОДАВЛЯТЬ ИХ ОТВЕТНЫХ ОГНЁМ. После своих выходов из воды, плавающие танки, согласно создававшимся теоретическим выкладкам, должны были прямым ходом УСТРЕМЛЯТЬ ВГЛУБЬ побережий и подобно ударным группировкам универсальных танков, АТАКОВАТЬ В ЛОБ отошедшие туда силы противника, чтобы таким образом БЫСТРО СОЗДАТЬ ПЛАЦДАРМЫ для беспрепятственной высадки основных частей своих сил.

Но конструктора, которым поручалось создание образцов плавучих танков с указанными им возможностями, начинали сталкиваться с целым рядом неразрешимых проблем. Так подобные танки должны были обладать достаточно высокими мореходными качествами и ЗАПАСОМ ПЛАВУЧЕСТИ с тем, чтобы быть способными производить десантирования при волнении в несколько баллов. В то же самое время для того, чтобы такой танк был способен поражать обнаруженные цели противника с первого же выстрела и быстро переходить на другие, его требовалось ВООРУЖАТЬ достаточно ТЯЖЁЛОЙ по своему весу ПУШКОЙ средних калибров, а чтобы обеспечить возможность долгого сохранения подвижности в условиях тяжёлого боя его требовалось делать не на колёсном, а НА более тяжёлом ГУСЕНИЧНОМ ХОДУ. Для того, чтобы обеспечить таким машинам, вооружённым слишком тяжёлой пушкой и дополнительно утяжелённым гусеницами, необходимый запас плавучести, их приходилось ОСНАЩАТЬ НЕДОСТАТОЧНО МОЩНЫМИ облегчёнными ДВИГАТЕЛЯМИ и существенно УМЕНЬШАТЬ ТОЛЩИНУ их БРОНИ - до такой степени, что её оказывалось вполне возможным прострелить очередью из крупнокалиберного пулемёта, не говоря уже о снарядах пушек малых калибров.

В общем и целом плавающий танк с неизбежностью НАСЛЕДОВАЛ ХУДШИЕ СТОРОНЫ и средних и лёгких танков - с одной стороны оказывался достаточно неповоротливым, а с другой легко уязвимым. Кроме того выявлялось ещё одно слабое место такого танка. Будучи предназначенным для схода в воду на достаточно большом удалении от берега, он в случаях получения нескольких пробоин УТРАЧИВАЛ свою ГЕРМЕТИЧНОСТЬ И во многих случаях достаточно быстро ТОНУЛ, НЕ УСПЕВАЯ ДОБРАТЬСЯ ДО спасительного БЕРЕГА. Всё это в конечном итоге обернулось признанием плавающих танков неперспективными с точки зрения их дальнейшего развития и привело к осознанию всеми факта о необходимости СОЗДАНИЯХ в составах своих военно-морских флотов специализированных ДЕСАНТНЫХ КОРАБЛЕЙ. Будучи плоскодонными по конструкции своего исполнения (что несколько ухудшало их мореходные качества и ограничивало возможности их применения) и располагая мощными двигательными установками, такие корабли оказывались способными ВПОЛЗАТЬ своими НОСАМИ НА песчаные и галечные ОТМЕЛИ И ЧЕРЕЗ открывающиеся в них ВОРОТА ПОЗВОЛЯТЬ находящимся внутри вполне обычным танкам и бронетранспортёрам сразу же СЪЕЗЖАТЬ НА сухой БЕРЕГ для начал осуществлений чего-либо дальнейшего. Плавающие же танки в современных условиях сняты с вооружения большинства некогда использовавших флотов различных государств мира, а если кое-где их всё еще продолжают использовать, то почти исключительно для задействования в ходе военно-морских парадов - в целях производства их хорошо отрепетированными эффектными действиями глубокого впечатления на неискушённую людскую публику.

Но при всей отрицательности опыта использования плавающих танков из него был ряд положительных моментов, что нашло своё выражение в виде создания целого ряда бронетранспортеров и боевых разведывательных машин, которые наделены способностью преодолевать вплавь водные преграды типа равнинных рек и небольших озёр.

Тяжелый

Появление во флотах тяжелых бронезащищённых линкоров, которые чаще всего использовались в качестве подвижных батарей мощных артиллерийских орудий, систематически задействовавшихся для хладнокровного и безнаказанного уничтожения береговых укреплений противника, приводило к возникновению идеи о создании чего-либо подобного, но способного перемещаться в условиях суши. Своё практическое выражение такие идеи достаточно скоро нашли в виде всем известных БРОНЕПОЕЗДОВ. Но возможности использования бронепоездов ограничивались тем, что подобные монстры могли передвигаться только по железнодорожным путям и легко блокироваться посредством вызова их разрушений. Предпринимавшиеся попытки создания многобашенных танков, которые бы могли передвигаться по земной поверхности без наличия под собой рельсов, оказывались весьма плачевно. Имея огромный вес, страдая из-за отсутствия достаточно мощных двигателей и недостаточной уравновешенности своих конструкций, они то и дело застревали (закапываясь своими гусеницами по днище в земной грунт) или заваливались на бок (в случаях перемещений по склонам или наездов на какие-либо неровности). В общем и целом в данном направлении развития танков происходили достаточно долгие топтание на месте, пока в самом конце 30-х годов в их появлении не возникла особая необходимость.

Такая необходимость была вызвана стремительным развитием возможностей артиллерийских орудий и специально создававшихся снарядов, оказывавшихся способными пробивать всё более толстую и толстую броню. Это приводило к тому, что танки наиболее массовых предыдущих серий (защищённые тонкой листовой брони) практически одномоментно становились непригодными для успешного ведения наступательного боя. Начинавшие широко пускаться в серию средние танки (с толстой лобовой броней и гораздо более тонкой бронёй с боковых сторон) также обнаруживали свою уязвимость в ситуациях попаданий под перекрёстный огонь вражеской артиллерии и танков. Для учащавшихся ситуаций подобного очень нужны были такие танки, которые бы, ни смотря на любые обстрелы, могли всё время двигаться вперёд по кратчайшему расстоянию до позиций противника и быть совершенно неуязвимыми для его артиллерии. И они в скором времени были созданы. Учтя опыт всего предыдущего, подобные танки становился однобашенными, наделёнными мощной броней, одинаково толстой по всем направлениям, широкими гусеницами и мощными двигателями, появившимися к этому времени. Так как создававшиеся тяжелые танки предназначались для использования в качестве ИСТРЕБИТЕЛЕЙ вражеских ТАНКОВ и для подавления особо укреплённых позиций противника, их чаще всего комплектовали одной ТАНКОВОЙ ПУШКОЙ БОЛЬШОГО КАЛИБРА и несколькими пулемётами (как крупных, так и обычных калибров).

Первоначально появившись на фронтах Второй мировой войны, тяжелые танки, помимо вызывавшихся ими разрушений, производили на своих противников очень удручающее впечатление. Попадавшие в них снаряды отскакивали как горох от стенки, что порождало в войсках противника мифы о их полной неуязвимости и побуждало всех видевших такие картины к безоглядному бегству с оборонявшихся ими позиций. Но в скором времени у таких казалось бы совершенно неуязвимых танков также начали обнаруживаться свои слабые стороны. Так не обладая той относительной лёгкостью и достаточно высокими скоростным качествами, которыми обладали средние танки, они оказывались НЕСПОСОБНЫМИ ПРЕОДОЛЕВАТЬ ПРЕПЯТСТВИЯ типа противотанковых рвов и оврагов, либо просто перемещаться вдоль достаточно крутых склонов и по этой самой причине требовали осуществления предварительной разведки окружающей местности на предмет наличия или отсутствия вокруг чего-либо подобного и выработки на данной основе конкретных указаний для танкистов.

С другой стороны помимо же сказанного широкому использованию тяжёлых танков начинали препятствовать факты создания ТЯЖЁЛЫХ АВИАБОМБ и появления у фронтовой бомбардировочной авиации большого количества самолётов, способных нести значительную бомбовую нагрузку, а также начало широкого использования против танков КУМУЛЯТИВНЫХ БОМБ И СНАРЯДОВ, которые при незначительности своего веса оказывались способными прожигать самую толстую танковую броню. После завершения Второй мировой войны создание тяжёлы танков быстро сошло на нет, а их остававшиеся экземпляры за ненадобностью были пущены на переплавку либо (подобно танкам ИС - 2, вкопанных в землю вдоль укреплений на советско-китайской границе) какое-то время продолжали использоваться в качестве стационарных орудий на случай возникновения вооруженных конфликтов.

Это есть силы, предназначенные для нанесения ракетно-бомбовых ударов по выявленным расположениям сил и походным порядкам противника, его коммуникационным путям и промышленной инфраструктуре, а также для осуществления патрулирований воздушных пространств, обеспечения прикрытий своих основных сил и перехватов различных воздушных целей.

Своё начало летательные аппараты с весом тяжелее веса воздуха берут от ВОЗДУШНЫХ ЗМЕЕВ, которые изображали собой летающих драконов и являли собой весьма удачное средство, широко применявшееся целым рядом племён юго-восточной Азии во времена раннего средневековья в целях производств устрашительных психологических воздействий на обитателей противостоявших им вражеских городов. Помимо чисто устрашающего воздействия, подобные летательные аппараты нередко поднимали в воздух специально прикреплявшиеся к ним камни и тлеющие горшки с горючими смесями, которые при помощи систем из специально прикреплённых дополнительных верёвок и рычагов сбрасывались на расположения сил противника и могли им причинять некоторые потери и незначительный материальный ущерб. Но практическое воплощение возникшей тогда идеи о создании полноценного летательного аппарата, способного сбрасывать на головы врагов огонь и стрелы и легко уходить от его ответных преследований оказалось возможным лишь много веков спустя - в самом начале ХХ столетия.

Создание самолетающих аппаратов с весом тяжелее веса воздуха с одной стороны оказывалось предварённым этапом длительного ИЗУЧЕНИЯ АЭРОДИНАМИЧЕСКИХ СВОЙСТВ различных наклонно расположенных плоскостей и подъёмной силы, возникающей в результате набегания на них стремительных воздушных потоков, а с другой - определёнными УСПЕХАМИ В АВТОМОБИЛЕСТРОЕНИИ, которые выражались в виде создания достаточно компактных двигательных установок и изобретением лёгких трубчатых рам (вместо использовавшихся до них массивных станин), как удобных основ для создания лёгких и скоростных самодвижущихся конструкций. Как только самолёты начали демонстрировать первые успехи в плане способности преодолевать значительные расстояния и без особого для себя риска исполнять в воздухе простейшие развороты и круги, на них очень быстро оказалось обращёно внимание военных. Первоначально военные принимались использовать подобные летательные аппараты почти исключительно в целях налаживания надёжной и высокоскоростной связи на больших расстояниях (между главными штабами и различными участками своих фронтов своих войск) и ведения воздушной разведки за сосредоточениями вражеских войск в их ближних тылах, а затем находили самолётам и иные виды применения. Именно из этого момента берёт своё начало военная авиация, среди подразделений которой можно выделить следующие её основные типы:

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов