Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
О том, как вели себя во время бури Панург и брат Жан
Содержание книги
- О том, как Пантагрюэль и Панург расхваливали Трибуле
- О том, как Пантагрюэль присутствует при разборе дела судьи бридуа, выносившего приговоры с помощью игральных костей
- О том, как бридуа объяснял, почему, однако ж, почитает он за должное прежде изучить дело, А потом уже решить его с помощью костей
- О том, как бридуа рассказывает историю Про одного мирового посредника
- О том, как рождаются судебные дела и как они созревают
- Как Пантагрюэль оправдывает бридуа в том, что он выносил приговоры с помощью игральных костей
- О том, как Пантагрюэль рассказывает необыкновенную историю, свидетельствующую о шаткости человеческих суждений
- О том, как Панург советуется с Трибуле
- О том, как Гаргантюа доказывал, что не должно детям вступать в брак без ведома и согласия родителей
- О том, как Пантагрюэль готовится к морскому путешествию, а равно и о траве, именуемой пантагрюэлион
- О том, как должно препарировать и употреблять знаменитый пантагрюэлион
- Почему это растение называется пантагрюэлион и о необыкновенных его свойствах
- О том, что одна из пород пантагрюэлиона в огне не сгорает
- Сочинение мэтра Франсуа Рабле, доктора медицины
- О том, как Пантагрюэль вышел в море, дабы посетить оракул Божественной Бакбук
- О том, как Пантагрюэлю доставили письмо от его отца Гаргантюа, и о необычайном способе получать скорые вести из чужедальних стран
- О том, как Пантагрюэль написал отцу своему Гаргантюа и послал ему множество красивых и редкостных вещей
- Продолжение торга между Панургом и Индюшонком
- О том, как Пантагрюэль прибыл на остров энназин, и о том, какие там странные родственные отношения
- Отчего монахи любят торчать на кухне
- О том, как Пантагрюэль побывал в прокурации, и о необычайном образе жизни ябедников
- Избиение ябедников в доме де баше продолжается
- О том, как ябедник восстановил старинный свадебный обычай
- О том, как брат Жан испытывает натуру сутяг
- О том, как Пантагрюэля застигла в море сильная буря
- О том, как вели себя во время бури Панург и брат Жан
- О том, как кормовые матросы поручают корабли воле зыбей
- Продолжение бури и краткое собеседование о завещаниях, составленных на море
- О том, как брат Жан объявляет, что Панург понапрасну трусил во время бури
- О том, как добрый макробий рассказывает Пантагрюэлю о местопребывании и кончине героев
- Рассуждения Пантагрюэля о том, как души героев переходят в мир иной, и о наводящих ужас знамениях, предшествовавших кончине сеньора де ланже
- О том, как Пантагрюэль рассказывает печальную историю, коей предмет составляет кончина героев
- Анатомия внешних органов Постника
- О том, как Пантагрюэль сразил чудовищного физетера
- О том, как дикие колбасы устроили Пантагрюэлю засаду
- О том, как Пантагрюэль послал за полководцами колбасорезом и сосисокромсом, с присовокуплением примечательной его речи касательно имен собственных
- О том, как Пантагрюэль колом бацал колбас
- О том, как сильные ветры стихают от мелких дождей
- О том, как пахарь с Острова папефигов обманул чертенка
- О том, как Пантагрюэль высадился на острове папоманов
- О том, как Гоменац, епископ папоманский, показал нам снебанисшедшие декреталии
- О том, как Гоменац показал нам прообраз папы
- Дружеская застольная беседа, коей предмет – восхваление Декреталий
- Продолжение беседы о чудесах, сотворенных Декреталиями
- О том, Каким хитроумным способом декреталии перекачивают золото из Франции в Рим
- О том, как Гоменац подарил Пантагрюэлю груши доброго христианина
- О том, как Пантагрюэль среди замерзших слов открыл непристойности
- О том, как Гастер придумал способы добывать и хранить зерно
- О том, как гастер изобрел искусство и способ избегать ранения во время орудийной стрельбы
- О том, как Пантагрюэль со своими приближенными поднимает погоду
Пантагрюэль призвал на помощь Спасителя и вслух горячо и усердно помолился, а затем по указанию лоцмана обеими руками стал поддерживать мачту. Брат Жан, оставшись в одной куртке, поспешил на подмогу кормовым матросам. Эпистемон, Понократ и прочие последовали его примеру. Один лишь Панург прилип к палубе и все только плакал да сетовал. Брат Жан, проходя между скамьями для гребцов, увидел его.
– Эй ты, теленок, плакса, хныкало! – крикнул он. – Лучше бы помог нам, чем сидеть на собственных яичках, как мартышка, и реветь коровой, – ей-богу, право!
– Бе-бе-бе, бу-бу-бу! – отвечал Панург. – Брат Жан, друг мой, отец мой родной, я тону, тону, друг мой, тону! Погиб я, отец мой духовный, друг мой, погиб! Ваш меч меня не спасет. Горе нам, горе! Мы уже прошли всю гамму, перевалили за верхнее «до». Бе-бе-бе, бу-бу! Горе нам! А сейчас мы уже за нижним «до». Тону! Папаша, дядюшка, драгоценный вы мой! Вода просочилась через воротник в туфли. Бу-бу-бу, гу-гу-гу, га-га-га-га-га, тону! Увы нам, увы, гу-гу-гу-гу-гу-гу! Бе-бе, бу-бу, бо-бу, бо-бу, го-го-го-го-го! Увы, увы! Сейчас я – точь-в-точь раздвоенное дерево: ноги вверху, голова внизу. Эх, кабы дал мне Бог перенестись на корабль к тем преподобным и блаженным соборничающим отцам, с которыми мы нынче утром встретились, – они такие набожные, такие откормленные, такие веселые, такие ласковые, такие приветливые! Горе, горе, горе, увы, увы! Эта чертова волна (теа culpa, Deus! [763] ), то бишь эта Божья волна, захлестнет наше судно! Увы! Брат Жан, отец мой, друг мой, исповедуйте меня! Вы видите, я на коленях! Confiteor! [764]Благословите меня!
– Эй, чертов висельник! Иди помогать, иди, тридцать легионов чертей!.. – крикнул брат Жан. – Пойдешь ты или нет?
– Отец мой, друг мой, в такой час грешно ругаться! – молвил Панург. – Вот завтра – сколько вам будет угодно. Горе нам, горе, увы! Вода заливает наш корабль. Тону! Увы, увы! Бе-бе-бе-бе-бе, бу-бу-бу-бу! Мы уже на дне! Горе нам, горе! Я обеспечу миллион восемьсот тысяч годового дохода тому, кто перенесет меня, всего как есть в дерьме и г… на сушу, если только найдется такой человек в моей г…нной стране. Confiteor! Увы! Позвольте мне составить самое краткое завещание, хотя бы один параграф!
– Тысячу чертей в утробу этому рогоносцу! – вскричал брат Жан. – Господи, помилуй! Мы на краю гибели, мы должны наизнанку вывернуться, иначе нам всем конец, а ты о завещании? Идешь ты или нет, черт бы тебя побрал? Начальник галер, голубчик мой, помощник начальника, душа моя, сюда! Гимнаст, сюда, на эстантероль! Крест истинный, мы пропали! Вон уж фонарь потух. Сейчас все полетит к чертовой матери.
– Горе нам, горе, горе! – вопил Панург. – Бу-бу-бу-бу-бу! Горе, горе! Неужто нам всем грозит неминучая гибель? Увы мне, добрые люди, тону, умираю! Consummatum est. Конец мой пришел!
– Му-му-му! – сказал брат Жан. – Фу, до чего ж ты мне противен, с…ая плакса! Эй, юнга, береги, черт возьми, насос! Тебя что, зашибло? Ах ты, Господи! Привяжи его к якорному битенгу! Туда его, туда, черт побери! Так, так, мальчик, так!
– Ах, брат Жан, отец мой духовный, друг мой, не ругайтесь! – возопил Панург. – Вы грешите. Горе мне, горе. Бе-бе-бе, бу-бу-бу! Друзья мои, тону, умираю! Прощаю всем. Счастливо оставаться! In manus… Бу-бу-бу-у-у-у! Святой Михаил Орский и святитель Николай! В последний раз взываю к вам! Обещаю вам и Господу Богу нашему: если вы мне поможете, то есть если вы меня избавите от этой напасти и вынесете на сушу, я вам построю хорошенькую боль-шую-пребольшую малюсенькую капеллу, а то и две,
Между Канд и Монсоро,
Где не пасет пастух коров*.
Горе мне, горе! В меня влилось восемнадцать с лишним ведер воды. Бу-бу-бу-бу! Какая же она горькая, соленая!
– Клянусь кровью, плотью, чревом и головой, – сказал брат Жан, – если ты не перестанешь ныть, я угощу тобой морского волка. Какого дьявола мы до сих пор не выкинули его за борт? А ну-ка, гребец, приналяг, славный парень! Так, так, дружище! Эй вы, там, наверху, держитесь! Ого! Вот так полыхнуло, вот так громыхнуло! Не то все черти сорвались нынче с цепи, не то Прозерпина[765]рожает. Весь ад танцует с погремушками.
Глава XX
|
