Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Я поднялась со всем доступным изяществом, покряхтывая от усилий. Агнешка предупредительно поддержала меня под локоть.
Содержание книги
- Я не дослушала, ускользая в темноту коридора. Невежливо удаляться, кажется, входило у меня в привычку.
- Фонарь зашипел, фыркнул и зажегся вновь. Но Ни князя, Ни его странного спутника на пятачке перед разрушенным храмом уже не было.
- Я молола какую-то наукообразную чушь, неспешно отыскивая свое оружие.
- Зигфрид покраснел. Неужели сломанная, а потом восстановленная печать так заметна?
- Голос хозяйки доходил до меня искаженным, будто сквозь толщу воды. Кажется, я была под настоящим колдовским колпаком.
- Ленинел показал как, закатив глазные яблоки. Я прыснула.
- От громовых раскатов демонского хохота заходил ходуном весь дом.
- Влад обернулся через плечо. Лутоня спала. Темные волосы разметались по постели.
- Мой пытливый взор наткнулся на лицо некоего господаря и воровато забегал, перескакивая с предмета на предмет. Я зажмурилась, чтоб не выдать охватившее смятение.
- Я придвинулась поближе и положила голову на плечо своего супруга; от задумчивой грусти рассказчика мне самой стало не по себе.
- Ветер услужливо подхватил меня под локотки.
- Повисла пауза, во время которой Ленинел раз двадцать дергал завязки своего головного убора, как будто на что-то решаясь.
- Сестра Матильда поняла причину моих терзаний с полувзгляда.
- Вышеозначенный Дон являлся одним из Четырех кордобских альгвасилов и состоял с хозяйкой пансиона в самых дружеских отношениях. Но на сей раз, к удивлению госпожи пинто, волшебное имя не сработало.
- Сестра Матильда взгромоздила конструкцию в изножье кровати и заправила под косынку седые прядки.
- Просперо поддержал меня за локоть.
- Никто. Ну, может, Вот этот Вот смутно знакомый усач, сидящий по левую руку от ректора, и не желает. А Вот в вас с Пеньяте, дорогой барон, я очень сомневаюсь.
- Альфонсо Ди Сааведра смотрел на меня с таким видом, будто я сама собиралась вскрыть ему яремную вену.
- Идти было больно. И дышать было больно. Жить было больно. Я уговаривала себя, что обо всем подумаю потом — когда останусь одна.
- Я крохотными шажочками отправилась к окну.
- Серьезный взгляд голубых глаз остановился на мне.
- И разгорелся безобразный скандал. Эмелина шипела рассерженной кошкой, Агнешка отбрехивалась визгливо и неуверенно. Надо было прекращать безобразие, Пока они в волосы друг другу не вцепились.
- Сильные руки доньи дель Соль ловко справились со шнуровкой.
- Я вздернула подбородок и кисло улыбнулась. Мой супруг ответил мне такой же равнодушной улыбкой.
- Князь вздрогнул, на мгновение оторвав пылающий взор от бледной ветреницы, и приветливо улыбнулся.
- Я поднялась со всем доступным изяществом, покряхтывая от усилий. Агнешка предупредительно поддержала меня под локоть.
- Я села на постели и уставилась на раскрасневшуюся водяницу.
- Ее взгляд стал внимательным, будто водяница пыталась разглядеть, не шучу ли Я.
- Точеный подбородок водяницы указывал в направлении письменного стола.
- В ответ я склонила голову, решив скользкую тему ухаживаний не поддерживать, и достала из рукава синюю подвеску.
- Княжна сняла пробу, удовлетворенно кивнула и взялась за перо.
- Служанка пролепетала нечто утвердительное.
- Дон Хуан отнесся к предупреждению со всей серьезностью.
- Дон Акватико сидел в кабинете за тем же самым столом, с тем же самым приветливо-лукавым выражением на длинноносом костистом лице.
- Донья Риоскеро наблюдала приближение соперницы с кислой миной.
- Мы стояли в дверях. Он попытался взять меня за руку, но я покачала головой.
- Я вынырнула из воспоминаний. Агнешка налила еще вина.
- Я пожала плечами, решив, что не мое это дело — взрослых элорийских дядек уму-разуму учить, и сбежала по ступеням.
- К тому времени мы уже огибали солярий. До места поединка оставалось всего ничего.
- Ваня обиделся, покраснел, но руками махать перестал.
- Хинянин, прищурившись, отчего глаза его совсем Уж превратились в узкие щелочки, и оскалив острые зубы, водил головой из стороны в сторону. Веер трепетал подобно птичьему крылу.
- Ваня принял ношу без всяких усилий.
- А я отчаянно покраснела и выбежала из шатра.
- Игорь кривит полные губы и кричит, Нет — выплевывает ругательство, грязное противное словцо, из тех, которыми пытаются уязвить других люди, Ни разу не благородные.
- Недоросль отчаянно покраснел.
- Я рассеянно поднялась с камня.
- Агнешка оказалась неожиданно сильной, поэтому платье с меня слетело в мгновение ока. Цай приблизился, спрятал в просторный рукав свой веер и приступил к осмотру.
- Вынужденная пауза свела мне судорогой губы.
- Она молчала, будто взвешивая все «за» и «против».
- Цай многозначительно пошевелил глянцевитыми бровями.
— Желаете отдохнуть перед ужином?
Взгляд льдисто-серых глаз алькальда ощущался щекоткой на скулах, плечах, от подбородка до кончиков пальцев. Опасность! Какой, к лешему, отдых? Бежать надо, да так, чтоб только пятки…
— Желаем, — ответила за меня Агнешка и ойкнула, ощутив, как мой каблук наступает на ее ножку. — Лутеции нужен отдых.
Не знаю уж, какие великие планы на ближайшее время были у дона ди Сааведра, но Агнешка их пресекла на корню. Вежливо отказавшись предоставить меня заботам алькальда, отдала распоряжение слугам и под руку дотащила меня до какой-то полутемной спальни. Я без сил упала на застеленную атласным покрывалом кровать.
— В полночь, говорят, звездопад намечается?
— После ужина будем им на террасе любоваться, — ответила водяница, ослабляя шнуровку моего платья. — Тебе для полного счастья зрелищ недостает?
— Желание загадать хочу заветное, — серьезно ответила я. — Чтоб достопочтенный мэтр Пеньяте в таком же поясе, в который меня обрядить велел, сам пожил — недолго, седмицы две всего.
— А потом?
От прикосновений тонких пальцев девушки мне стало немного легче.
— А потом я на его могиле летку-енку сбацаю!
— Неужели все настолько плохо? — В серебристом голоске мне послышалась искренняя тревога. — Может, тебя обрадует, что Дракон осведомлен о твоих затруднениях?
— Рыдаю от счастья! — фыркнула я. — Валашский господарь мизинцем не пошевелит, если в том его выгоды не будет.
— Не плачь, ну не плачь, пожалуйста. Он что-нибудь обязательно придумает. В конце концов, его сила вместе с твоей заперта.
Я приподнялась на локте и грозно шмыгнула носом.
— Мне приятно твое сочувствие, только я князя давно знаю. У него этой силы — хоть ложкой ешь. Знаешь, какие он чудеса при мне вытворял?
— Какие?
Водяница сосредоточенно творила какую-то волшбу.
— Ты, Лутеция, подробно мне про его чародейства рассказывай. И не шевелись пока. Говори, только не дергайся. На спину ляг, вот так… Расслабь члены…
Я прикрыла глаза.
— Агнешка, ты единорогов когда-нибудь видела?
— Нет. А ты?
— А я видела, и князь наш мне в этом немало поспособствовал…
История моя выходила запутанной и многословной. Воспоминания о зеркальных лабиринтах, тысяче радуг, индриковом племени, которое вернулось в наш мир, духе серебряного озера и старой колдунье извергались из меня бурным потоком.
— И оказывается, вассальную клятву поцелуем скреплять требовалось. Вот тогда я первый раз увидела, как двое мужчин целуются.
Агнешка расхохоталась и прилегла рядышком.
— А сегодня твое образование пополнилось еще и зрелищем целующихся женщин. Что, донья Ягг, можешь теперь сказать, что все в этой жизни повидала?
— Не могу. В этом мире еще столько всего! И не только в этом мире — есть же и другие… У меня планов-то громадье.
— Я тоже многое успеть хочу, — кивнула княжна. — Только в Элории у меня это не получится…
Тихая дрема исподтишка утаскивала меня в далекие дали. Магичкой Агнешка была отменной — своей железной сбруи я почти уже не чувствовала. Скрыть протяжный зевок не получилось.
— Я тебе столько всего наговорила, кроме главного: не рассказала, какой Влад сильный колдун.
— Великий колдун Влад Дракон, — так же сладко зевнула девушка. — Пример для подражания… Ходят слухи, он женат?
— Ненадолго. Как только его случайная супруга соизволит с ним поговорить, будет твой эталон свободен как ветер.
— Ну, значит, ты эта «случайная супруга» и есть? Демон тебя раздери, Лутеция, я из-за твоих секретов кругленькую сумму товаркам проспорила!
— Никто ничего не знал! — обиженно возразила я. — И не узнал бы никто, если бы…
— Наивное дитя! Что значит — никто? На твои поиски лучшие боевые маги направлены были. Ты, что ли, с каждого клятву молчания стребовала?
— Нет, но…
— Кому надо было, тот осведомлен, уж будь уверена! Погоди… Ах, какая комбинация! Почему мне сразу это в голову не пришло?
|
