Мы поможем в написании ваших работ!
ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ?
|
Сильные руки доньи дель Соль ловко справились со шнуровкой.
Содержание книги
- Я поблагодарила кавалера кивком и дернулась, ощутив влажное прикосновение к щиколотке. Снизу на меня скорбно смотрели карие собачьи глаза.
- Пахло деревянной стружкой, псиной, благородными притираниями. Ароматическая какофония казалась вполне уместной, но чихнула я знатно, так что искры из глаз посыпались.
- Тут не один десяток Лет каша заваривалась, и почему ты вдруг решила, что сможешь ее в одиночку разгрести.
- Я не дослушала, ускользая в темноту коридора. Невежливо удаляться, кажется, входило у меня в привычку.
- Фонарь зашипел, фыркнул и зажегся вновь. Но Ни князя, Ни его странного спутника на пятачке перед разрушенным храмом уже не было.
- Я молола какую-то наукообразную чушь, неспешно отыскивая свое оружие.
- Зигфрид покраснел. Неужели сломанная, а потом восстановленная печать так заметна?
- Голос хозяйки доходил до меня искаженным, будто сквозь толщу воды. Кажется, я была под настоящим колдовским колпаком.
- Ленинел показал как, закатив глазные яблоки. Я прыснула.
- От громовых раскатов демонского хохота заходил ходуном весь дом.
- Влад обернулся через плечо. Лутоня спала. Темные волосы разметались по постели.
- Мой пытливый взор наткнулся на лицо некоего господаря и воровато забегал, перескакивая с предмета на предмет. Я зажмурилась, чтоб не выдать охватившее смятение.
- Я придвинулась поближе и положила голову на плечо своего супруга; от задумчивой грусти рассказчика мне самой стало не по себе.
- Ветер услужливо подхватил меня под локотки.
- Повисла пауза, во время которой Ленинел раз двадцать дергал завязки своего головного убора, как будто на что-то решаясь.
- Сестра Матильда поняла причину моих терзаний с полувзгляда.
- Вышеозначенный Дон являлся одним из Четырех кордобских альгвасилов и состоял с хозяйкой пансиона в самых дружеских отношениях. Но на сей раз, к удивлению госпожи пинто, волшебное имя не сработало.
- Сестра Матильда взгромоздила конструкцию в изножье кровати и заправила под косынку седые прядки.
- Просперо поддержал меня за локоть.
- Никто. Ну, может, Вот этот Вот смутно знакомый усач, сидящий по левую руку от ректора, и не желает. А Вот в вас с Пеньяте, дорогой барон, я очень сомневаюсь.
- Альфонсо Ди Сааведра смотрел на меня с таким видом, будто я сама собиралась вскрыть ему яремную вену.
- Идти было больно. И дышать было больно. Жить было больно. Я уговаривала себя, что обо всем подумаю потом — когда останусь одна.
- Я крохотными шажочками отправилась к окну.
- Серьезный взгляд голубых глаз остановился на мне.
- И разгорелся безобразный скандал. Эмелина шипела рассерженной кошкой, Агнешка отбрехивалась визгливо и неуверенно. Надо было прекращать безобразие, Пока они в волосы друг другу не вцепились.
- Сильные руки доньи дель Соль ловко справились со шнуровкой.
- Я вздернула подбородок и кисло улыбнулась. Мой супруг ответил мне такой же равнодушной улыбкой.
- Князь вздрогнул, на мгновение оторвав пылающий взор от бледной ветреницы, и приветливо улыбнулся.
- Я поднялась со всем доступным изяществом, покряхтывая от усилий. Агнешка предупредительно поддержала меня под локоть.
- Я села на постели и уставилась на раскрасневшуюся водяницу.
- Ее взгляд стал внимательным, будто водяница пыталась разглядеть, не шучу ли Я.
- Точеный подбородок водяницы указывал в направлении письменного стола.
- В ответ я склонила голову, решив скользкую тему ухаживаний не поддерживать, и достала из рукава синюю подвеску.
- Княжна сняла пробу, удовлетворенно кивнула и взялась за перо.
- Служанка пролепетала нечто утвердительное.
- Дон Хуан отнесся к предупреждению со всей серьезностью.
- Дон Акватико сидел в кабинете за тем же самым столом, с тем же самым приветливо-лукавым выражением на длинноносом костистом лице.
- Донья Риоскеро наблюдала приближение соперницы с кислой миной.
- Мы стояли в дверях. Он попытался взять меня за руку, но я покачала головой.
- Я вынырнула из воспоминаний. Агнешка налила еще вина.
- Я пожала плечами, решив, что не мое это дело — взрослых элорийских дядек уму-разуму учить, и сбежала по ступеням.
- К тому времени мы уже огибали солярий. До места поединка оставалось всего ничего.
- Ваня обиделся, покраснел, но руками махать перестал.
- Хинянин, прищурившись, отчего глаза его совсем Уж превратились в узкие щелочки, и оскалив острые зубы, водил головой из стороны в сторону. Веер трепетал подобно птичьему крылу.
- Ваня принял ношу без всяких усилий.
- А я отчаянно покраснела и выбежала из шатра.
- Игорь кривит полные губы и кричит, Нет — выплевывает ругательство, грязное противное словцо, из тех, которыми пытаются уязвить других люди, Ни разу не благородные.
- Недоросль отчаянно покраснел.
- Я рассеянно поднялась с камня.
- Агнешка оказалась неожиданно сильной, поэтому платье с меня слетело в мгновение ока. Цай приблизился, спрятал в просторный рукав свой веер и приступил к осмотру.
— С подругами тебе повезло. Лучше Агнешки в Квадрилиуме мага воды нет.
— Я знаю.
— Про ключ я постараюсь разузнать. Ты на встречу ходила?
— На какую? У меня за последнюю неделю этих встреч было…
Я охнула, когда сообразила, что Бланка имеет в виду полуночное свидание с хозяином театра. «Вы познакомитесь с нужными людьми, очаруете короля…»
— Ваш протеже на меня впечатления не произвел, — ответила я нейтрально.
— А он старался?
— Чересчур. Необычное место и время. Пустой, но многозначительный разговор. Я на минуточку почувствовала себя актрисой на сцене, а не…
— Прожженной интриганкой? — иронично заполнила паузу донья дель Соль. — И чьи интересы, по-твоему, представляет этот человек?
— Маркиз? Рискну предположить, что занимается он шпионажем в пользу доксов, которые, в свою очередь, заинтересованы в «Матери четырех ветров».
Бланка с треском раскрыла веер, пустив по комнате прохладный, пахнущий фиалками ветерок.
— Надо же, как быстро распространяются слухи.
— Так это правда? Новый источник существует?
Наставница шаловливо пожала плечами:
— Разве тебя сейчас должны интересовать подобные вещи? Мне тут одна птичка напела, что ты собиралась покинуть нас. Оставить ради большого чувства. И если бы не досадная смерть студента…
— Я собиралась предупредить.
— Не важно. Сейчас это не важно. Наш покровитель встревожен сложившейся ситуацией и в ближайшее время посетит Квадрилиум, чтобы лично во всем разобраться.
— Когда?
— В день осеннего равноденствия, на праздник урожая.
— До того времени я хотела бы избавиться от пояса.
— Я постараюсь, девочка, — тепло улыбнулась Бланка. — Но ты тоже не опускай рук. Твоя удача такова, что полезные люди выныривают, как по волшебству.
— Донью Ягг ожидает портшез. — Покрытая белым платом голова сестры на мгновенье показалась из-за двери и сразу же исчезла.
Гонять медичек с мелкими поручениями считалось среди университетской публики дурным тоном, и я это мнение от всей души разделяла.
— Всем рассказывай о том, что хочешь снова почувствовать стихии, что тяжелый металл ранит кожу (это, я уверена, соответствует действительности), что заточение твоей силы несправедливо. Ведь это не наказание, тебя не за что наказывать, — размеренно поучала меня наставница.
Я послушно кивала, следуя за ней по коридору. Куда запропастилась Агнешка? На брусчатой подъездной аллее, освещенный факелами, стоял портшез, поблескивая глянцем лакированного дерева и посеребренным гербом дома Акватико. Четверо носильщиков переминались с ноги на ногу, а в тени развесистого масличного дерева мне удалось рассмотреть силуэты лошади и человека, видимо долженствующего сопровождать меня к дону ди Сааведра.
— Лутеция! — По ступеням цокотали каблучки туфелек. Запыхавшаяся водяница несла на вытянутых руках шкатулку, Эмелина семенила следом. — У меня не получилось ее открыть.
Я поблагодарила вежливым кивком и отщелкнула хитрый замочек. Заклинание было плевым, но не стихийным — предосторожность в наших пенатах отнюдь нелишняя. Стрекот цикад на мгновение смолк, когда я отбросила крышку. Сапфировая сфера воды лежала на самом дне, под ворохом бумаг и разной важной для любой девушки мелочовкой. Гребень, кинжал, пузатая баночка с притираниями, ароматические палочки, моток ниток, длинная костяная игла, вязальные спицы, клубок белой шерсти, полированная дубовая дощечка с вытравленным знаком…
На внутренней поверхности крышки поблескивало зеркальце. Я взглянула в него, встретив встревоженный взгляд Иравари. Демоница всплеснула когтистыми лапками и покачала головой. Недоумение мое при виде этой пантомимы длилось недолго. Зазеркальная подруга скрылась, явив мне мое отражение. Ох и страшна была донья Лутеция Ягг! Краше, наверное, в домовину кладут. Обветренные губы, лиловые синяки под опухшими от постоянного рева, потухшими глазами, бледная пергаментная кожа, которая, казалось, порвется от любого движения. Я ахнула.
— Кажется, вам следует как можно быстрее набросить морок, — интимно шепнули мне из тени масличного дерева. — Займитесь этим в портшезе, чтобы не привлекать внимания.
|
