Владимир Маяковский. Стихи для детей (1925–1929)

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 9 из 35Следующая ⇒

Иван Крылов. Басни (1804–1834)

Хотя Иван Андреевич Крылов писал и трагедии, и публицистику, и даже оперные либретто, в первую очередь он известен именно как баснописец. Жанр басни, очень популярный в русской литературе рубежа XVIII–XIX веков, идеально соответствовал установкам Просвещения: дидактическое назидание плюс интеллектуальная сатира. Многие сюжеты басен Крылов позаимствовал у Жана Лафонтена, часть восходит ещё к древнегреческому легендарному сочинителю басен Эзопу. Но Крылов писал басни и на собственные сюжеты — самые известные из них посвящены Отечественной войне 1812 года: «Раздел», «Обоз», «Ворона и Курица», «Волк на псарне», «Щука и Кот». Они пользовались огромным спросом, солдаты цитировали их наизусть. Басни Крылова стали детским чтением уже в первой половине XIX века; сегодня это обязательная часть образования в начальной школе. Язык крыловских басен сближает их с живой разговорной речью своего времени, — в свою очередь, многие обороты Крылова входят в поговорку и до сих пор остаются в речи современной. Понятными для детей эти басни делает анималистика: Крылов по традиции использует для создания аллегорий и характеров образы животных. Лиса у него остаётся хитрой, Осёл — упрямым, Заяц — трусливым — тем самым Крылов приближает свой жанр к фольклору. Ведь именно со сказок о животных обычно начинается знакомство детей с русскими сказками. — О. В.

По заявлению Маяковского, детская поэзия была для него социальным заказом: он ставил себе целью внушить детям «некоторые элементарнейшие представления об обществе». В число этих представлений равно входили классовая борьба и чистка зубов — Маяковский объяснял октябрятам, «что такое хорошо и что такое плохо», так же, как в «Окнах РОСТа» учил их родителей не пить сырой воды в холерный год. Скажем, в «Сказке о Пете, толстом ребёнке, и о Симе, который тонкий» метафорически описывается классовая борьба: сын буржуев Петя лопается от собственного обжорства, а пролетарский мальчик Сима становится октябрёнком.

Маяковский не изобретал для детской аудитории особого поэтического языка, а пользовался своим уже сложившимся инструментарием, упрощённым сообразно детскому восприятию. Впрочем, на обсуждении в Госиздате «Сказка о Пете…» всё равно получила такую аттестацию: «Грубо, антипедагогично, юмор может устроить взрослых, стиль сложный, содержания нет».

Вдруг,
откуда ни возьмись,
сто ворон слетают вниз.
Весь оскаленный, шакал
из-за леса пришагал.
За шакалом
волочится
разужасная волчица.

А за ней,
на три версты
распустив свои хвосты,
два огромных крокодила.
Как их мама уродила?!

Если трактовать эту звериную банду, накинувшуюся на «зверячьего угнетателя» — мальчика Петю, — как изображение восставшего пролетариата, портрет получается в самом деле сомнительный, — скорее, поэт просто увлёкся своей фантазией и пошёл за рифмой. Прямолинейная мораль в конце («Полюбите, дети, труд — / как написано тут») уже не вяжется с абсурдистским сюжетом.

Есть у Маяковского и политический дайджест «Прочти и катай в Париж и Китай» о положении эксплуатируемых классов во всём мире, написанный по следам его собственных заграничных путешествий, или милитаристский призыв «Возьмём винтовки новые». Но лучше всего удавались Маяковскому стихи для дошкольников, до сих пор любимые читателями: например, лишённый назидательности текст «Что ни страница — то слон, то львица». В первом его издании текст обыгрывал картинки: например, слоны — такие большие животные, что для них «мала страница — дали целый разворот». — В. Б.

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров