Борис Шергин. Сказки (1924–1971)

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 35Следующая ⇒

Борис Шергин. Сказки (1924–1971)

Борис Шергин, замечательный русский писатель, художник, сын архангельского морехода и корабельного мастера, всю жизнь собирал и популяризовал поморский фольклор и в собственном творчестве продолжал ту же традицию. Его вещи написаны ярким сказовым языком, но не стилизованы под народное творчество, а как бы вырастают из него: в мире Шергина Иванушка со своими волшебными помощниками, Ненила Богатырка и другие традиционные сказочные персонажи и мотивы сосуществуют с собраниями благотворительного комитета, аэропланами и справочным бюро. Царь с царицей сетуют на очевидно советские реалии: «Халера бы их взела с ихной непрерывкой… То субботник, то воскресник, то ночесь работа…» Зато капиталисты-«американы», провожая старшего брата в дальние страны, причитают, как пинежская крестьянка:

На кого ты нас оставляешь,
на кого ты нас покидаешь?!
Мы ростом-то велики,
а умом-то мы малы.
Уж мы лягем да не вовремя,
уж мы встанем да не во пору!

Во всей русской литературной традиции, предшествовавшей Шергину, его синтетические по своей природе, уморительно смешные сказки с их фейерверком словотворчества можно сравнить только с лесковским «Левшой» — для пущего сходства в сказке про строптивую Варвару Ивановну, которая всё делает назло («Она и рожалась, дак поперёк ехала»), даже появляется персонаж «Митроба», иначе «иппузория». — В. Б.

Генрих Сапгир. Стихотворения (1960–1999)

Генрих Сапгир — поэт Лианозовской группы; его взрослое творчество только в перестройку было опубликовано в СССР, где Сапгир был к тому времени прославленным детским поэтом и сценаристом множества мультфильмов (самый известный из них — «Паровозик из Ромашково»). Идею писать для детей Сапгиру, по его воспоминаниям, подал Борис Слуцкий: «Вы формалист, у вас должны хорошо получаться детские стихи». Детская поэзия XX века предполагает постоянную игру, неожиданные ассоциации, алогичность, остранение реальности. Она сопротивляется штампам и осмысляет собственную форму, процесс своего создания и способ чтения — неудивительно, что лучшие её образцы оставили нам авангардисты. Над стихотворной формой Сапгир действительно часто рефлексирует и в детских текстах — таких, как медитативные «Стихи о стихах» с неожиданно комичным выводом:

А напишу-ка я стихи
О том,
Как я пишу стихи о том,
Как я пишу стихи о том,
Как я пишу стихи...
Стихи получились
Д
Л
И
Н
Н
Ы
Е,
Длиннее
Шеи
Жирафа.
Их можно читать
Со стула,
Но лучше всего —
Со шкафа.

В стихотворении «Людоед и принцесса» поэт предлагает читателю самому выбрать развитие сюжета (который в любом случае закончится хорошо), а в другом крошечном тексте деконструирует слово, показывая, как оно прямо воздействует на органы чувств, — пример авангардизма для самых маленьких:

Что за ЛИ?
Что за МОН?
В звуках нету смысла.
Но едва шепнут: «Лимон»,
Сразу станет кисло!

«Детский» Сапгир практически так же разнообразен, как «взрослый», но, в отличие от Олега Григорьева, в его творчестве грань между детским и взрослым прочерчена вполне отчётливо. — В. Б.

Познавательные статьи:



Как правильно слушать собеседника

Типичные ошибки при выполнении бросков в баскетболе

Принятие христианства на Руси и его значение

Средства массовой информации США