Расскажите нам, как вы попали В мир финансовых рынков.

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 10 из 14Следующая ⇒

— Перед тем, как перейти к вашим трейдерским начинаниям, я должен спросить. Ранее вы упоминали, что у казино были черные списки. Приходилось ли вам сталкиваться с владельцами казино или с местной охраной? У вас, вероятно, была нарисована мишень на спине. Я видел в фильме «Казино», что делают с теми, кто считает карты, и это зрелище не из приятных!

— И книга «Казино», и сценарий к фильму были написаны лет через десять после того, как я сам играл. В мое время дела обстояли еще хуже. Пятидесятые были ужасными. Застрелили Багси Сигала, гостиницу El Rancho Vegas сожгли во время разборок, и так далее. В шестидесятых людей избивали, насколько я знаю, одного человека почти убили. Хотя, другой человек действительно погиб. А вот семидесятые уже были, как в фильме «Казино». Ну, а в восьмидесятых стало получше, потому что в дело пришли корпорации. Люди переходили в легальный сектор, осознав, что у такой жизни есть определенные преимущества по сравнению с жизнью мафии. Конечно, я занимался опасным делом, но тогда я не вполне осознавал это, хотя, по прошествии лет это становилось мне все более очевидным. Одна часть моей книги посвящена тому, как я разобрался, как можно побить побочные ставки в игре под названием баккара. В эту игру играл Джеймс Бонд в «Казино Рояль» в первой версии фильма. Это одна из самых дорогих игр в мире, игроки ставили от двух до десяти тысяч долларов за руку, как нечто само собой разумеющееся, а побочные ставки могли доходить и до ста тысяч. Я нашел метод, позволявший систематично обыгрывать их, и мы делали это ночь за ночью, ночь за ночью, до тех пор, пока меня не накачали, подсыпав что-то в напиток, и не выгнали из казино, запретив возвращаться. По дороге домой с моей машиной случилось что-то странное, педаль газа запала, педаль тормоза не реагировала. Я катился с холма в Аризоне, и скорость достигла восьмидесяти миль в час (129 км/ч). Я дернул ручник, зажал педаль тормоза, переключился на меньшую скорость, и, используя торможение двигателем, наконец, смог остановиться. Проезжавший мимо водитель помог мне осмотреть машину и сказал, что не видел раньше ничего подобного. С педалью газа было что-то не то, но ему удалось починить ее, и мы смогли вернуться домой. Так что дело было серьезное.

— Да, и правда, страшно. В вашем интервью для Джека Швагера и его книги «Hedge Fund Market Wizards» вы упоминали, что позже вам стало известно, что некоторые владельцы казино планировали «вывести вас из игры». Что за история с этим связана?

— Во время изменения правил блэкджека имел место большой спор, о котором стало известно позднее, три года спустя, когда газеты Лас-Вегаса опубликовали интервью с одним из ответственных людей. Была дискуссия о том, что делать с теми, кто считает карты и со мной конкретно. Одним из предложений было переломать нам колени или даже хуже, но сторонникам этого подхода объяснили, что это не лучшая идея. Так что этот вариант отвергли и решили изменить правила. На этой встрече присутствовали самые разные люди, проходила она в одном из казино, входившем в Ассоциацию курортов Невады. Изменить правила было хорошей идеей. Это не оказалось эффективно, но лучше уж это, чем то, к чему они могли бы прийти.

— Ну, играми и книгами мне удалось заработать немного денег, и я начал инвестировать их. Получалось у меня так себе, и, хорошенько все обдумав, я решил, что если я хочу этим заниматься, то нужно изменить подход. Тогда все лето 1964 я потратил на чтение книг по инвестированию. Летом 1965 я снова решил заняться этим, и в самом его начале я наткнулся на брошюру по тому, что называлось варрантами. Это как колл-опционы, только торговались они не на рынке, а вне биржи. Иметь дело с этими штуками было настоящей головной болью, приходилось работать с людьми ужасающей алчности, заламывающими спреды на бид-аск. Однако практически мгновенно я заметил, что большую часть неопределенных моментов можно учесть математически, поскольку наибольшее влияние на варрант оказывала цена базовых акций. Если хеджировать, продавая варранты и покупая акции, или наоборот, то можно было избавиться от риска акций, что привело бы к тому, что остался бы только риск неверных цен. Но и этого риска бы не было, если я мог сказать, переоценены или недооценены варранты. Если они переоценены, я мог продать их и купить акции, избавившись от риска акций, потому что они с варрантами, как правило, шли бок о бок. Если варранты были недооценены, были дешевыми, я мог купить их и продать акции, опять же, избавляясь от риска. Если акции начинали движение, меняли цену, я мог изменить соотношение варранты/акции. Я осознал, что это была задача, которую я мог решить математически. Чем я и решил заняться.

  Тогда я переезжал в новый кампус Калифорнийского университета в Ирвайне, который как раз открывался осенью 1965. Я рассказал там приятелям о своей идее, и они ответили, что один их знакомый, экономист по имени Шин Касуф, как раз этим и занимается. Мы поговорили с ним, поняли, что идея у нас одна, правда, он уже пытался воплотить ее на реальных деньгах в течение двух-трех лет и написал об этом диссертацию. Я предложил ему объединить усилия, чтобы добиться большего. Мы провели множество встреч, я внес значительную лепту, и со временем нам удалось улучшить свой анализ ценных бумаг, которые мы хеджировали, что отражено в нашей книге «Beat the Market». Эта книга вдохновила многих людей. Примерно неделю назад я обедал с обладателем Нобелевской премии Гарри Марковицем, и он рассказал, что провел три года в Нью-Йорке, занимаясь трейдингом, после того, как прочел ее. Но потом все-таки предпочел вернуться к научной жизни, в которой не нужно постоянно отвлекаться на цены, финансы и трейдинг. Два других академика, Фишер Блэк и Майрон Шоулз, после прочтения книги пришли к идее, что возможно создать в принципе безрисковое хеджирование, если не завышать темпы роста. Если возможно это, значит, возможно и рассчитать верное снижение цены и для акции, и для варранта, двух неизвестных, и верную цену варранта. Им удалось воплотить свои идеи, но так вышло, что я пришел к этой мысли еще раньше. Я предположил, что если хеджирование варрантами, можно сказать, безрисковое, то можно взглянуть на него с позиции нейтрально-рискового человека. Сделав это, мы придем к формуле Блэка — Шоулза. К моменту прочтения мной их публикации в 1973, в которой, кстати, говорилось, что одним из источников вдохновения для них была книга «Beat the Market», у меня уже была эта формула, и я уже использовал ее в течение четырех лет, потому что я осознал вероятные причины, которые легли в ее основу. Ясное дело, у меня был другой условный алфавит, но формула была та же. Их работа была опубликована в то же время, когда открылась Чикагская биржа опционов, и одной из причин этого открытия был как раз тот факт, что они доказали, что можно определить верную стоимость варранта, используя эту формулу. Это делало варранты, вернее сказать, опционы, более легитимными по сравнению с тем положением вещей в трейдинге, что существовало ранее.

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии