Глава 16. Искусство превращения

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 3 из 5Следующая ⇒

Глава 13. Неожиданный визит

- Просыпайся! Немедленно! Люси! Просыпайся!!! - Нет, это должно быть сон. Это может быть лишь сном. - Люси, чёрт возьми, у нас мало времени. Его нет? Он ведь убрался, не так ли? О Боже, надеюсь, он убрался, иначе я потерян...

Что-то дёргало за моё одеяло. Я вскинула голову вверх. Это не было сном, это был ... Я попыталась что-то разобрать, но в моей комнате было очень темно. Как долго я спала?

- Наконец-то ... Ты меня видишь? Оно у меня ещё есть? Оно ведь у меня всё ещё есть, не правда ли?

- Леандер?

- Слава небесам, она меня слышит, по крайней мере, она слышит меня ... но видишь ли ты меня?

- Нет.

- О нет, нееет, она меня не видит, оно действительно исчезло, я потерял его, навсегда, о Боже ... - Я протянула руку и включила прикроватную лампу. Два широко распахнутых глаза хаски смотрели на меня. Я знала только одного человека, нет охранника, у которого были такие глаза. Один голубой, другой зелёный. Могвай начал угрюмо рычать.

- Теперь я вижу тебя. Было темно.

- Ты меня видишь? - воскликнул Леандер и с воодушевлением вытянул руки в воздух. Я только кивнула. Внезапно я больше не могла говорить. Моё горло сдавило. Я моргала, потому что была всё ещё сонной и перед моими глазами танцевали разноцветные линии. Да, это были его волосы, его коричневая кожа, его сияющие светлые глаза. Только голубое мерцание было слабым и выглядело болезненным. Теперь я увидела, что у него под глазами образовались тёмные круги.

- Коснись меня, пожалуйста, тебе нужно дотронуться до меня, Люси. Сделай это! Прежде чем он вернётся. Давай же! - Да, это был без сомнения Леандер. Я затолкала свои руки глубоко под одеяло и села поудобнее.

- Сначала ты скажешь мне, кто этот дурак.

- Какой дурак? - спросил Леандер растерянно и поспешно огляделся. - Неужели ты имеешь в виду его? Он что здесь? Его ведь здесь нет, не так ли? Я думал, я слышал, как он улетел ...

- Блин, успокойся, его здесь нет. Да, я имею ввиду твою замену, кого по твоему ещё. Он - он вроде инвалид.

Леандер начал звонко смеяться и при этом облокотился о батарею. Мне пришлось приложить много усилий, чтобы не присоединиться к нему, так как смех Леандра был ужасно заразительный. Но я находила всё это несмешным.

- Он глух и слеп и нем, он придурок, ты можешь мне поверить! - прошипела я. Леандер вытер две блестящие слезинки со своего голубого как снег глаза.

- Я должен рассказать это матери ... она расстроится. Нет. Я же не могу, - прервал он себя с досады. - О, мне так этого не хватало, разговаривать. И купаться под душем! Могу я быстро принять душ?

- Ты никогда быстро не принимал душ. Ты этого не можешь. А теперь скажи мне, кто он такой и как мне от него избавиться. Почему я получила дурака в ангелы-хранители? - При слове ангел-хранитель Леандер резко прекратил смеяться. Он ненавидел это слово.

- Значит, ты его тоже заметила? Ты можешь его видеть?

- Да. И он меня раздражает. Я не могу больше выносить его дотошную, уродливую морду. Уголки губ Леандера снова начали дрожать, но он остался серьёзным.

- Он мой двоюродный брат. Витус. Блин, Люси, он один из лучших.

- Один из лучших? Да ты, наверное, шутишь!

- Нет, Люси, - ответил спокойно Леандер. Это правда. Он интуит.

- Интуит? - повторила я обеспокоенно. Леандер кивнул.

- Интуиты полностью себя от всего ограждают и отключают всё кроме своего инстинкта. От своих клиентов они ничего не видят и не слышат. Моя труппа подумала, что интуит в твоём случае самое лучшее решение.

- Они что, никогда не смотрят, что делают люди? Как же они тогда могут, если надо вмешаться?

- Нет. Конечно, иногда они смотрят и слушают. Но это случается редко - и всегда только, когда вы меняетесь. Тогда им нужно заново настроиться на вас. Эй, Люси, ты можешь гордиться Витусом, интуит выпадает не каждому ...

- Мне не нужен интуит. Мне никто больше из вас не нужен. Я считаю всё это - о Леандер, это ведь нелогично, охранник, который никогда на тебя не смотрит! Я считаю это глупым!

- Это не так, - настаивал Леандер. - Я тоже подумывала об этом, стать ли мне интуитом. Мой инструктор говорит, что у меня есть для этого инстинкт, но нет дисциплины ...

- Твой инструктор? - переспросила я. - Я думала, ты ... ты ...

- Переподготовка, - признался Леандер тихо и пристыжено посмотрел на пол. - Меня отправили на переподготовку. Так должно быть.

- Ты никого не защищаешь? Тебе не дали другого человека?

- Нет, не человека, а морскую - э-э, нет, ничего. - Леандер поправил бандану и посмотрел на свои ногти. Этот вопрос видимо был ему неприятен, но меня это радовало. Значит, его подхалимство не принесло результатов. Преемницы вовсе не было.

- И как это было, когда они пытались избавить, избавить тебя от тела?

- Моё тело! - Леандер вскочил. – О, Люси, я чуть не забыл, почему я здесь! Коснись же меня, наконец! Мне нужно знать, действительно ли оно ещё существует!

Он требовательно протянул свою правую руку. Вздохнув, я освободила свою из под одеяла и быстро провела по его коже. Покалывающее тепло прошло через кончики моих пальцев.

- Всё как всегда. И температура у тебя всё ещё такая же высокая.

Освобождёно он опустился на пол и несколько раз глубоко вздохнул. Я спрятала своё лицо за подушкой, чтобы скрыть улыбку, которая была такой широкой, что даже щекотала мне уши. Они не смогли сделать это, забрать у него тело. Он ещё был жив! И он вернулся и сидел у меня в комнате. Абсолютно настоящий.

- Это было неприятно, Люси. Реально неприятно. Но это не имеет значения. Я должен всё это вынести, чтобы можно было продолжить работу. Они испытали все методы. И для них это выглядит так, будто его больше нет. Но для тебя я всё еще здесь, правда?

Я кивнула, потому что моё горло снова сдавило.

- Да, ты здесь, - сказала я хрипло.

- Но ненадолго. Я должен скоро вернуться, и оберегать мою морскую сви ... э-э ... я имею ввиду ... хммм ...

- Морскую свинку? Ты защищаешь морскую свинку? - загоготала я и от смеха чуть не упала с кровати.

- Это просто тренировка! Тренировка! Не смейся! Морские свинки очень не осторожные животные с короткой жизнью - тьфу, ты когда-нибудь стерегла морскую свинку? А именно свинку дочки знаменитости? Нет, не стерегла, не так ли!?

- Кстати собака меня тоже раздражает, - хихикала я, после того, как немного успокоилась. - А теперь скажи мне, пожалуйста, как мне избавиться от Витуса. - Леандер посмотрел на меня с сомнением.

- Витус - охранник, Люси. И от охранника невозможно избавиться. Когда наступит время, решает он сам или штаб-квартира. И никто больше.

- Но тебя я ведь тоже ...

- Ты не сделала этого, шери. Я просто подготавливался и собирал магическую силу. Я никогда не собирался покидать тебя полностью. Но теперь я откомандирован моей труппой, а у тебя новый охранник - всё в полной норме! Как ты думаешь, время ещё есть для душа?

- Убирайся! - закричала я. - Да ты только заботишься о своей дерьмовой карьере! Давай проваливай! Возвращайся назад к своим дурацким морским свиньям и подхалимничай дальше, чтобы повысить свое звание, как твой отец! И если в следующий раз ты захочешь знать есть ли у тебя тело, советую тебе не приходить сюда, не то я лично подожгу тебя! Тогда ты станешь моей рождественской свечкой!

- Но у меня есть тело только потому ...

- Отвали!

- Пфф, - сказал Леандер и открыл окно. На подоконнике он ещё раз повернулся и посмотрел на меня - глубоко оскорблено, но так же как-то грустно.

- С Витусом ты находишься в хороших руках. То, что он может, я бы никогда не смог.

Я прикусила подушку и от чистого гнева пнула по краю кровати. Я всё ещё не хотела иметь Губку Боба, как охранника. Да, даже ещё меньше, чем раньше. Но Леандера я тоже больше не хотела. Как только я могла так радоваться его появлению? Он хотел только знать, было ли у него ещё тело и ничего больше. И принять душ. Он заботится не обо мне. У меня ведь теперь был придурошный интуит.

- Да вы все идиоты, - прошептал я, когда серый свет Витуса примерно через час юркнул в комнату. Но я вдруг снова стала такой уставшей, мой гнев улетучился, и я в течение нескольких минут крепко уснула.

Глава 14. Предательство

Два дня спустя я разработала что-то похожее на план. После того как я неоднократно прокляла Леандра, весь его клан и вообще всех телохранителей, я начала размышлять. Леандер сказал, ни один человек не может окончательно прогнать своего охранника.

Но в другой раз он говорил мне, что большинство людей теряют своего ангела-хранителя, когда они достигают переходного возраста и становятся взрослыми. На самом деле у меня не было вообще никакого желания, становиться взрослой и разумной, а слово переходный возраст звучало не так сногсшибательно, но это была единственная возможность избавиться от амёбы. Мне надо одурачить его и сделать вид, будто я изменяюсь. Что я достигла переходного возраста.

К сожалению, я не так много знала о переходном возрасте и даже никогда об этом не задумывалась. Мне было ясно, что рано или поздно я достигну его, и мама в прошедшие дни постоянно рассказывала какие-нибудь истории о том времени, когда ей было тринадцать, четырнадцать лет, но я никогда не слушала её, и на уроке биологии я тоже в основном не следила. Но ведь существовал интернет и поисковые системы, и как-нибудь я выясню, что мне нужно сделать, чтобы, по крайней мере, сделать вид, будто я становлюсь взрослой.

- И я сделаю это, - сказала я решительно.

- Что? - спросил Билли в замешательстве. О. Я была с парнями в парке. И я даже ещё не делала разминочные упражнения.

Я просто сидела и думала, в то время как Могвай скулил наблюдая за Серданом, а Сеппо упорно отрабатывал свои трюки. Он пришёл сегодня позже, не поприветствовал меня должным образом, и даже не взглянул в мою сторону. И это тоже должно изменится. Буду ли я всё ещё нравиться Сеппо, если стану взрослой?

- Эй, Катц, где ты снова блуждаешь сегодня своими мыслями? У тебя стресс? - переспросил Билли. Теперь Сеппо перестал прыгать и посмотрел подозрительно в мою сторону. Мне что, теперь даже нельзя разговаривать с Билли?

- Нет, нету, - сказала я коротко. - Мне нужно домой, кое-что проверить.

- Что проверить? - Ого. Сердан открыл свой рот. - Что ты хочешь проверить?

- Кое-что в интернете. Это вас не касается. - Сеппо посмотрел ещё более мрачно, но не сказал ни слова.

- Что, теперь ты слишком хороша для нас, а? - крикнул Билли мне в след. - Потому что у тебя теперь есть пять звёзд на YouTube?

- Оставь её, - услышала я ещё, как сказал Сеппо, и на один момент обрадовалась, что он защищал меня. Но мыслями я была уже в планировании. Мне нужно подходить к этому медленно. Не спешить. Но и вечно это тоже не должно продолжаться, не то я сойду с ума из-за амёбы, но прежде всего потом не смогу вернуться назад к старой Люси. Старая Люси должна обязательно остаться.

Последние шаги до дома я бежала. Снова и снова в прошедшие два дня я пыталась избавиться от Витуса, начиная быстро бежать, но он находился всегда как раз надо мной. Я из-за этого нервничала. Но теперь у меня был план, наконец-то я могла что-то против него предпринять.

И если с меня будет достаточно, то я просто пойду к ребятам в парк и немного потренируюсь, чтобы совсем не потерять себя. Амёба хотя и висела надо мной, когда я находилась с парке, но по крайней мере она не пыталась, как Леандер, удерживать меня он упражнений. Она присматривала. Ну, или делала то, что интуиты понимают под словом присматривать. В любом случае тренировка останется, стану я взрослой или нет. Без тренировки я не смогу быть счастливой, это я точно знала. Быстро я открыла входную дверь. Мне не терпелось включить компьютер и ...

- Люси Марлен Моргенрот! - Мамин голос прозвучал как сирена грузового судна на Рейне через лестничную площадку. Это ещё разбудит мёртвых в папином подвале! Что такое я опять натворила?

Уже поднявшись на половину по лестнице, я посмотрела наверх. Мама стояла с красным лицом и дико развивающимися локонами в двери и смотрела на меня сверкающими глазами.

- Что случилось, мама ...

- Тихо! - закричала она. - Теперь я говорю! - Она мне немного напоминала Леандера. Она махала, наподобие него руками в воздухе. Но потом она вдруг разразилась слезами. Быстро её щёки стали мокрыми.

- Люси, как ты могла это сделать с нами? Ты лгала нам, день за днём ты нас обманывала - моя собственная дочь обманывала меня! - Её голос сорвался, и она начала всхлипывать. - Как долго уже? - воскликнула она и стала рвать на себе волосы.

Между тем я уже поднялась, но не решалась пройти мимо неё в квартиру. Но мне и не надо было этого делать. Она схватила меня непреклонно за плечи и толкала меня через коридор, пока мы не достигли моей комнаты. Дверь была открыта, а мой ноутбук стоял раскрытым на письменном столе. Разве я его не закрыла и как всегда не поставила на режим ожидания, когда уходила?

- Вот! - закричала мама и показала на компьютер. Я освободилась от её хватки и сделала шаг вперёд. Не веря своим глазам, я смотрела на экран. О нет ... это была я ... я в моём забеге и к тому же крупным планом ... Когда мама научилась использовать ноутбук?

- Почему он включен? - спросила я в замешательстве. - Почему - я не понимаю ...

- Давай не притворяйся глупой! Я захожу в твою комнату, потому что хотела занести твоё постиранное бельё, вижу, что компьютер ещё включен, хочу закрыть его - и потом, потом вижу это ... - Мама опустилась, всхлипывая на мою кровать. - Ты прыгаешь с крыши! Ты бежишь по балконным перилам! Тонким, скользким ...

- Они были не скользкие, и я могу хорошо держать равновесие ...

- Люси, мне принести твои медицинские записи? Рассортированные в трёх толстых папках, три папки, а тебе только тринадцать!!!

- Мама, пожалуйста, не так громко. - Я зажала уши руками. - И перестань реветь.

- Боже дитя, ты хочешь себя убить? Папа сидит внизу, в своём подвале и смертельно бледен, почти так же бледен как его - да, как его клиенты! Он чуть не заплакал, когда я показала ему клип. Мы всегда думали, ты встречаешься с Сеппо и ребятами, и вы разговариваете и играете, но вместо этого - вместо этого ты вот чем занимаешься!

В первый момент я хотела сказать ей, что я, само собой разумеется, встречаюсь с ребятами, и мы занимаемся этим вместе. Что Сеппо всегда был рядом и присматривал за нами. Что вообще-то он научил меня всему этому. Но в фильме можно было видеть только меня. А не ребят. Я не могла предать их. Ни Сеппо, ни Сердана, ни Билли. Мы были одной командой.

- Это доставляет мне удовольствие, мама. Я чувствую себя при этом хорошо.

- Мне всё равно, - ревела она. Ей действительно нужно присоединиться к Леандеру. - Есть и другие вещи, когда можно чувствовать себя хорошо! Вещи, которыми не убьёшь себя! Ты когда-нибудь задумывалась, как это будет для нас, если вдруг перед дверью появиться полиция и скажет: Здравствуйте госпожа Моргенрот, мы нашли вашу дочь рядом с домом под снос. Она упала с крыши. Что мы должны тогда думать, а? Что?

- Что за вздор, мама, я до сих пор жива, и делая это, я ещё никогда серьёзно не была ранена. Ну ладно, окей, иногда, но я не погибла, и ... я хочу этим заниматься, это часть меня и я буду продолжать.

- Нет. Нет, Люси, ты не будешь. - Мама прекратила плакать, поднялась и высморкалась, прежде чем посмотреть на меня. Ещё никогда она так не смотрела на меня, как она теперь сделала это. Вообще-то мама смотрела всегда мило, даже когда была злой. Как толстенький, пушистый плюшевый медвежонок, на которого невозможно злиться. Но теперь - теперь было по-другому. Теперь в её лице не было ничего милого.

- Ты не можешь запретить мне это!

- Нет, могу, я твоя мать и с этого дня запрещаю тебе делать это! Следующие два месяца ты будешь находиться под домашним арестом, а я буду здесь и следить за каждым твоим шагом, моя барышня, за каждым, слышишь! После школы ты будешь приходить сразу же домой, а затем и оставаться здесь. Я так же уже позвонила твоим учителям и предупредила их, чтобы они следили за тобой.

- Ты этого не сделала ..., - прошептала я. Что только случилось с моей матерью? Она всегда позволяла мне делать то, что я хотела, и доверяла мне. Никогда не контролировала меня. - Как ты только могла такое сделать? Это же неловко!

- Я должна была, Люси. Ты обманула меня. Любая история о всех твоих несчастных случаях была ложью. Я не могу тебе больше доверять. Твой ужин я принесу тебе в комнату. Сегодня я не хочу тебя больше видеть.

- Я тоже больше не хочу видеть тебя! - воскликнула я, после того, как она хлопнула дверью, и услышала, как снаружи она снова начала всхлипывать. - И твой рёв я не могу больше слышать. Ты считаешь, наверное, это смешным, не так ли? - прошипела я и бросила взгляд на Витуса. Ослеплённая я покачнулась назад. Его глаза были открыты! Нет, это были не глаза, это был белоснежный, ослепительный свет, как два блестящих озера, без зрачков, без радужной оболочки, без единого контура. И уже его веки снова закрылись и он неподвижно завис.

Неужели он только что услышал меня? Что всё это значило? Действительно ли он смотрел на меня? Но, прежде всего: Был ли он тем, кто включил клип? Я ломала себе голову, но не могла вспомнить, что уже смотрела его сегодня. Так что это должен быть кто-то другой, кто включил его. Неужели Витус? Мог ли интуит обращаться с компьютером?

Конечно, нет, если они никогда не наблюдали за людьми и не слушали их. С сердитым щелчком мышки я закрыла окно клипа и снова перед мной на экране появились бесчисленное количество версий Stille Nacht, heilige Nacht и Il n’y a pas d’amour heureux.

Леандер ... Леандер мог обращаться с ноутбуком. И он мог открывать мои фавориты в YouTube. Он, должно быть, был здесь и включил фильм! В конце концов, он никогда не мог привыкнуть к тому, что я занималась паркуром, а я оскорбила его морскими свинками; да он был глубоко оскорблён, когда улетал - и такое подлое действие подходило к нему. Да, это подходило.

Леандер предал меня.

- Я ненавижу тебя, - прошептала я, и слёзы ярости текли по моему лицу. - Ты снова сделал это и в этом раз выиграл. Я ненавижу тебя всем сердцем.

О да, я ненавидела его. Он всё мне испортил. И как он мог понять меня, почему спорт столько много для меня значил? У него ведь не было чувств. А если он человечил, то его труппа выбивала это из него.

Никто не понимал, что я при этом чувствовала - кроме Сеппо и Сердана и Билли, но они не смогут объяснить это моим родителем, потому что мама тут же побежит к маме Сеппо, а она будет бушевать ещё больше, чем моя мама. Никогда я не смогу убедить Сеппо помочь мне, если при этом натравлю на него его же мать.

Мама без стука зашла в комнату и поставила поднос с чашкой чая, булочкой и фрикадельками рядом с моей кроватью. Да это было как в тюрьме. А фрикадельки я вообще не хотела. Она напоминали мне о Леандере.

- Люси, я не хочу запирать тебя, но ты моя дочь, я несу ответственность за тебя. Я не могу позволить тебе продолжать делать такое дальше, это опасно для жизни. Не можешь ли ты пообещать мне, без всякой лжи, что ты не будешь больше заниматься этим? Посмотри мне в глаза...

Я посмотрела на неё, но не смогла выдержать её зарёванного взгляда. Такой мама мне не нравилась. Внезапно она стала для меня как чужой. Я хотела мою недалёкую, неуклюжую маму, как раньше, но не эту.

- Нет, я этого не могу. О, мама, разве ты не понимаешь? Я хочу заниматься этим!

- Это меня не интересует. Хорошо, тогда мне придаётся присматривать за тобой. Приятного аппетита, - сказала она вызывающе и вышла наружу. Я позволила Магваю съесть мои фрикадельки, выпила чай и не могла забыть, что мама до этого сказала о папе. Папа и слёзы?

Бледный, как смерть? Из-за меня? И почему тогда он не поговорил со мной? Почему он оставался там внизу в своём подвале и не потребовал объяснений?

Я решила спуститься к нему вниз, может быть я смогу ему объяснить, почему паркур был так для меня важен, и как-нибудь смогу с ним помериться. Но когда я стояла перед железной дверью, то больше не могла пошевелиться. Сегодня в полдень доставили гробы. Сразу два. А это чаще всего означало, что случилась авария. Не бабушки и дедушки, которые умерли мирно во сне. А что-то по-настоящему плохое. Что-то подлое.

Я не могла пойти к нему. Я боялась. Первый раз в жизни я боялась собственного подвала. А это я понимала ещё меньше, чем всё остальное, что случилось в этот чёрный день.

Глава 15. Толчок в сознание

- Чтоооо? - закричали Билли и Сердан в унисон. Только Сеппо ничего не говорил. Он молчал и смотрел на меня так обстоятельно и интенсивно, что мне стало жарко в моей толстой зимней куртке.

- Ты больше не будешь заниматься паркуром? - заблеял Билли и посмотрел на меня ошеломлённо.

- Тише. Не так громко! - набросилась я на него. - Не каждый должен знать об этом. - Я подала знак ребятам следовать за мной к углу за входом в спортивный зал. Снова я попыталась проглотить странное сжимающее горло чувство, но оно не ушло. Я только что сказала ребятам, что больше не буду приходить на тренировки. А перед школой я почти целый час ругалась с мамой о тысячах дурацких вещей. Она теперь хотела точно знать, кто вообще снял это видео и выставил в сеть. Что же Дэвид Белль был взрослым, его мне не нужно было защищать. Он сам придумал паркур. Он не кому не позволит запретить себе заниматься им. Кроме того это был его собственный отец, у кого он перенял технику. Поэтому я сказала ей это. Конечно мама не знала кто такой Дэвид Белль.

- Дэвид Белль? Ни разу не слышала. Он живёт здесь?

- Он француз, - ответила я неохотно. - Актёр и самый лучший трейсер в мире.

- Француз? Ты поэтому улучшила свои оценки по французскому? Херберт, твоя дочь влюбилась во француза!

- Мама, ему уже больше тридцати ...

- Ради Бога! - воскликнула мама. - Взрослый мужчина! Моя дочь позволила соблазнить себя взрослому мужчине!

В этом момент в разговор наконец вступил папа, который всё утро даже ни разу нормально не взглянул на меня. Он сказал, что это сущий вздор, что у меня отношения с 36-летнем французом, и мама должна держать себя в руках. Но это ничего не изменило в запрете. Что касается паркура, с этим раз и навсегда было покончено.

После этого мама с поджатыми губами схватила телефон и отказалась от своих учебных часов в спортивном зале с тем аргументом, что в будущем ей нужно будет больше заботиться о своей дочери. После этого она поругалась с папой, потому что он считал, что нам нужны деньги и мама должна ходить на работу.

- Ты что хочешь похоронить свою собственную дочь? Я останусь здесь, рядом с ней! - кричала мама, и таким образом эта тема была на время прекращена, так как папа сбежал в подвал, а мама снова ревела.

Атмосферу в доме невозможно было выносить. Неудивительно, что мне было плохо, болела голова, и вообще я чувствовала себя совершенно несчастной. Мне было даже настолько плохо, что я иногда забывала про Витуса. Но теперь Сердан и Билли и Сеппо уставились на меня как три окоченевшие рыбы, не понимая, что случилось, а расплывчатое колыхание Витуса до смерти меня раздражало.

- Я правильно тебя понял - ты бросаешь заниматься? - спросил Сеппо осторожно.

- Мои родители обнаружили клип. У меня дома одни неприятности. Мама сходит с ума, - сказала я коротко и постаралась состроить равнодушное "воздушный пузырь в голове" лицо. Ни в коем случае мне нельзя плакать, иначе они тут же сбегут. Я их знала.

- Я теперь буду сидеть в течение двух месяцев под домашним арестом.

- О Боже, - пробормотал Билли.

- Уф, - сказал Сердан. По крайней мере, это прозвучало сострадательно.

- А ты рассказала им что-нибудь о нас? - спросил Сеппо, а Билли и Сердан одновременно вздрогнули.

- Конечно я этого не сделала! - Я скрестила руки не груди, потому что начала дрожать. - Я сказала, что скопировала движения с интернета и тренировалась всегда одна, а Дэвид всё-равно был в гостях в Людвигсхафане. Ни слова о вас. Вы можете продолжать заниматься дальше.

Горький привкус появился у меня на языки. Сердан твёрдо похлопал меня по плечу, так что я почти упала вперёд, и пробормотал что-то, что конкретно я не поняла. Я не могла сказать было ли это на турецком или на немецком.

- О Боже, - снова пробормотал Билли. Он выплюнул свою жвачку, которая сделав большую дугу прилипла к стене и подарил мне признательный взгляд. – Спасибо, Катц. Ты поступила клёво.

Мне нужно было выбираться отсюда, прежде чем я начну плакать. Я не могла себе этого представить, что они каждый день будут тренироваться дальше и завоёвывать город без меня. И как раз теперь, после того как Дэвид нашёл меня и хотел снова приехать. Я точно без тренировки стану толстой и неповоротливой и у меня выскочат прыщи, как у Софи, когда я буду весь день сидеть в своей комнате и не смогу выйти на свежий воздух. Не каких больше забегов, никакого коллективного молчания с парнями, никакого Сеппо ...

Я развернулась и, спотыкаясь, пошла через двор к заднему входу. Господин Рюбзам, мой классный руководитель, высунулся наверху из окна нашей классной комнаты и смотрел на меня вниз. Всхлипывая, я хотела открыть дверь, но большая, знакомая рука опередила меня, толкнула меня в коридор и мягко отвела в сторону.

- Эй, Катц. Не грусти. - Сеппо взял меня за подбородок и поднял его вверх, так что мне пришлось смотреть не него. Он улыбался. Как он только мог так спокойно улыбаться?

- Да тебе всё-равно, не так ли? - спросила я дерзко. - Разве не здорово, теперь вы снова одни.

- Блин Катц, мы живём напротив, мы можем видеться в любое время, если захотим. Я ведь не пропал без вести.

В любое время? Но почему тогда на протяжении всех рождественских каникул мы встретились только каких-то неудачных два раза?

- Но мне будет не хватать тренировок! Ведь это ты всему научил меня, а теперь я не могу быть с вами и ...

- Иди сюда, малышка. - Сеппо взял меня за руки, которые свисали безжизненно вдоль моего тела, как две палки, и притянул к себе. Было ли это то, о чём я думала? Он обнимал меня? Да, это должно было быть объятием. Он прижал моё лицо к своей куртке и крепко держал меня. Двадцать один, двадцать два, двадцать три, считала я про себя, и теперь дольше, чем три секунды. Да, это было объятие, настоящее объятие. Объятия парня. Объятие Сеппо!

Он потрепал меня за волосы и коротко провёл по заплаканной щеке.

- Честно говоря, Люси, я думаю это хорошо, что ты бросаешь заниматься. - Возмущённо я вывернулась из его рук.

- Ты считаешь это хорошо!?

- Не волнуйся, ладно? Я считаю это хорошо потому, что всегда беспокоился о тебе, поэтому. Если бы ты была моей младшей сестрой, я бы давно тебе запретил это.

- Но я не твоя сестра!

- Я знаю, - Сеппо коротко рассмеялся, прежде чем стал снова серьёзным и посмотрел мне твёрдо в глаза. - Знаешь, я чувствую ответственность за тебя, мы знаем друг друга уже вечность, наши родители знают друг друга - я никогда не смогу справиться с тем, если с тобой что-то случиться при паркуре. В конце концов, я был твоим учителем.

- Сеппо, ты несёшь чепуху. - Билли с Сердан померли бы со смеху, если бы услышали его. Но почему-то мне нравилась эта его чепуха. И я была бы не против, если бы он ещё раз обнял меня.

- Ну да, может быть, - согласился Сеппо с улыбкой. - Но это правда. Иногда правда - это чепуха. А чтобы поесть пиццу, твоя мама ведь выпустит тебя из дома, не так ли? Мы не потеряем друг друга из виду, обещаю.

Я всхлипнула и пожала плечами. Моя мама была способна на то, чтобы даже взять и не отпустить меня к Ламбарди. Это была действительно мрачная перспектива для следующих восьми недель. Но даже когда они пройдут, станет не на много лучше. Ходить к парням в парк и только смотреть?

Или может быть, всё-таки принять участие? Снова начать тренироваться? Заберёт ли Сеппо свои объятия тогда назад? Благодаря им я так хорошо себя чувствовала.

- Эй, Люси, всё в порядке? - спросила меня Софи обеспокоенно, после того, как я проскользнула в классную комнату и села на своё место. Я храбро кивнула и выпила большой глоток Bitter Lemon. Отрыжку я в виде исключения подавила, потому что Софи не могла выносить, когда я так делала. Всё как-то перепуталось, но на самом деле это было не так ужасно. С одной стороны я чувствовала себя заплаканной, но с другой такой лёгкой и счастливой, что смогла бы пройтись на руках. Кроме того я была голодна и одновременно чувствовала трепет в животе.

- Скажи мне ..., - прошептала я Софи тихо, так как господин Рюбзам снова пронзительно смотрел на меня. Он уже всегда испытывал благоговение перед мамой. Он не выпустит меня из виду, если пообещал ей это.

- Да? - Софи склонилась ко мне, и запах её лака для волос защекотал мне нос.

- Как ещё раз это было, насчёт ночи в честь Ханны Монтаны?

Восторженное кваканье Софи, из которого я почти не поняла ни слова, всё ещё преследовало меня, когда я села вечером за мой ноутбук. Я только знала, что в субботу вечером у меня будет с ней встреча, и я должна буду ночевать у неё (чего мама мне никогда не разрешит), и что Ханна Монтана вила двойную жизнь. Моя же двойная жизнь закончилась.

И поэтому теперь прежде всего я буду следовать моему плану: изгнать Витуса. Времени для этого у меня было достаточно, а с прошлой ночи я ненавидела не только Леандера, но и всех охранников. Кроме того Витус был двоюродным братом Леандера, а я не хотела, чтобы хоть один родственник Леандера носился по близости, когда Сеппо будет меня обнимать. Без ГубкиБоба объятие было бы в тысячу раз прекраснее. Но было ли оно вообще прекрасным? Молния от куртки Сеппо оставила отпечаток на моём лице, а от него немного пахло чесноком, но это, наверное, было нормально, если кто-то жил над пиццерией и каждый день там ел.

Это не имеет значения. Теперь мне нужно было найти нужную информацию. Первым делом я открыла Википедию и внесла "переходный возраст". Но это не помогло. Статья описывала только всевозможные половые признаки, семенные канатики, яичники и рост волос на самых неподходящих местах. Весь этот бред я уже знала с урока биологии, хотя почти не следила за материалом. А то чему я не научилась на биологии, рассказала мне мама пару лет назад. Мама с удовольствием и долго рассказывала о таких вещах, и ей было наплевать, хотела ли я её слушать или нет.

Нет, волосы и грудь меня не интересовали. С этим Витус ничего не сможет начать. Он держал глаза закрытыми и не заходил со мной в ванную - слава Богу. Я вернулась обратно в Google, рылась там и сям в интернете и в конце концов наткнулась на сайт, который звучал немного более полезно. Хм, посмотрим ...

В период полового созревания ты изменишься не только физически, нет, скорее всего, тебе придётся пройти через тот или иной эмоциональный кризис.

Ага. Эмоциональный кризис. Я могла бы поклясться, что как раз сейчас у меня такой кризис. По крайней мере, один. На самом же деле моя жизнь состояла только из кризисов. Заинтригованная, я стала читать дальше: Твоя прежняя жизнь кажется тебе теперь, наверное, проще и счастливей. Более беззаботней! Но теперь кажется, что ты спотыкаешься из одного конфликта в другой, особенно в школе или в совместной жизни с твоими родителями.

Бинго! Хотя проблемы в школе у меня были уже всегда, но ссоры с родителями ещё никогда. По крайней мере, не такой скверной, как сейчас. Я придвинулась чуть ближе к экрану. На эти новые проблемы тебе не нужно смотреть как на наказание, а видеть в них задачу. Потому что если ты её решишь, то создашь рубежи твоего созревания и таким образом станешь взрослее.

О Боже. Да это звучало ужасно. Рубежи созревания. Может, это Леандер написал этот текст? Да ещё этот совет, проблему не рассматривать как наказание: Моей самой большой проблемой на самом деле было наказание - мой домашний арест. И как же мне из этого смастерить рубеж? Правда это будет рубежом, если я как единственный человек смогу самостоятельно избавиться от моего охранника.

Так что я, пожалуй, уже как раз находилась на этапе подросткового периода и только сама ещё не знала об этом? Я с сомнением посмотрела на себя вниз. Бюстгальтер мне всё ещё был не нужен, и я не имела представления, как правильно краситься и при ходьбе двигать бёдрами или укладывать красиво волосы. Я считала свои волосы красивыми такими, как они были. Мне что, присобачить к виску блестящую заколку, как мама на Новый год?

Подожди, что Леандер сказал об интуитах? Что они тогда смотрят, и заново настраиваются, если люди меняются. Имел ли он в виду внешние изменения?

И означало ли это, что мне нужно начинать выглядеть как девчонки и вести себя как девчонки, чтобы амёба мне поверила эту вещь с переходным возрастом и, наконец, оставила одну?

Ещё раз я критически осмотрела свою внешность. Ой-ой, я даже уже немного изменилась. Мама сегодня утром во время нашей ссоры спрятала мою спортивную обувь, а все мои удобные штаны-карго и кофты с капюшоном забросила в стиральную машинку, потому что она точно знала, что на мне всегда были надеты эти вещи, когда я "выходила гулять".

Мне пришлось надеть мои кожаные сапоги, которые я обычно носила только на рождество, а к ним узкие тёмные джинсы, подаренные мамой на день рожденье, и которые впивались мне в зад. Поэтому ли Сеппо так обстоятельно меня разглядывал, когда я сказала парням что бросаю заниматься? Может быть, ему понравилась моя одежда...

- Это всё ужасно сложно, - констатировала я разочарованно. Переходный возраст казался утомительной вещью. И мне нельзя подходить к этому слишком быстро. Не то ГубкаБоб насторожиться.

Может, мне нужно просто помериться с мамой. Но не сегодня. Завтра или послезавтра. И потом мне придётся волей-неволей пережить эту ночь Ханны Монтаны. Так как в конце этого сайта в интернете о переходном возрасте было написано: Ты сможешь лучше преодолеть все подводные камни, если на твоей стороне есть хорошие друзья и близкое доверительное лицо, с которым ты обо всём можешь поговорить, что тебя терзает.

Близкое доверительное лицо. У меня была всего одна единственная подруга и это была Софи. И может быть Сеппо станет хорошим другом. Может быть даже больше, чем просто другом.

- Люси, осторожно! Берегись! - Слишком поздно. Мой лоб уже врезался в край стола - и к тому же так сильно, что наши стаканы зашатались и упали, так что я оказалась облита двумя сортами лимонада: диетной фантой и моим горячо любимым Bitter Lemon. Фыркая я выползла из-под стола.

- Не двигайся! - приказала Софи решительно. - Там везде осколки! Я принесу что-нибудь, чтобы вытереть. Я оставалась на четвереньках на мокром ковровом покрытие, пока Софи не вернулась с рулоном бумажных полотенец и ручным пылесосом, а мои штаны полностью не впитали сладкие напитки.

- Боже, за тобой надо приглядывать, даже когда ты спишь, - сказала она укоризненно.

- Я что снова уснула?

- Дааа, уснула, - Софи улыбнулась мне криво и собрала кончиками пальцев осколки. - Кстати в пятый раз. Ты действительно считаешь всё это таким скучным?

- Нет, конечно, нет, - солгала я. По правде говоря, я находила это ужасно скучным. Лучшая подруга Ханны была ещё относительно клёвой, но эти постоянные игры в прятки Ханны и её небрежные замечания о себе и все её детские фантазии - мне хотелось зевать, если я только об этом думала.

- Можешь вставать, - дала Софи отбой, после того как запылесосила осколки и вытерла лимонад. Всё на мне было липкое. А мокрые места на моём пуловере и брюках начали становиться неприятно холодными.

- Ой-ой, ну ты и выглядишь ..., - забавляясь, смеялась Софи. – Пойдём, я одолжу тебе что-нибудь из моих вещей. Или может, ты всё-таки уже хочешь надеть свою пижаму?

Нет, я этого точно не хотела. Так собственно Софи это себе представляла сегодня вечером: Мы сидели перед телевизором в пижамах, пили лимонад, ели шоколад (я не любила шоколад) и смотрели весь сезон Ханна Монтана. Но по не понятной причине вдруг бесследно пропали все мои удобные вещи и серые пижамы (мама не сознавалось, но я знала, что это её рук дело), и я нашла только ужасно розовую, фланелевую пижаму, которую мама подарила мне после моего последнего падения для больницы. А её я хотела надеть лишь, когда станет темно. Кроме того в комнатку на чердаке постоянно врывались родители Софи и проверяли, была ли я всё ещё здесь, потому что моя мама каждые пол часа звонила им, чтобы проконтролировать.

Вздохнув, Софи выключила телевизор.

- Пойдём, я дам тебе кое-что из моих вещей. Снимай липкие шмотки, - она открыла свой шкаф и приложила, предельно сосредоточившись, палец к губам, в то время как её глаза блуждали по переполненным полочкам и вешалкам.

- Пожалуйста, ничего разноцветного, - сказала я быстро, когда её рука приблизилась к блузке цвета фуксии.

- Ах, Люси, не будь занудой. Попробуй что-то ещё!

- Но не цвет фуксии или розовый или фиолетовый. Ни в коем случае. Это не подойдёт к моим волосам.

- Ну, хорошо. Но цвет хаки подойдёт. Хаки подходит всем рыжим, я об этом читала. Вот, это для верхней части... - она протянула мне футболку цвета зелёного шпината со слишком глубоким вырезом... - А это для нижней части.

- Для нижней части? - Я поворачивала чёрный кусочек ткани беспомощно туда-сюда.

- Это юбка!

- Ни в жизнь, - запротестовала я, но Софи начала уже натягивать футболку мне на голову. А я не хотела стоять с голыми ногами в её комнате, если вдруг её отец или мать снова засунут голову в дверь. Так что я позволила уговорить себя одеть и юбку.

- О Боже, это выглядит очень мило, ты не находишь? - Софи потащила меня к её огромному зеркалу на стене. - Если бы я была такой же худенькой, как ты ... я бы каждый день одевала юбку. У тебя такая изящная фигура, как у куклы.

Увиденное мной, откровенно говоря, было ужасным. Казалось, будто я нарядилась в костюм. Футболка сидела слишком тесно и врезалась в подмышки, а мои ноги были определённо слишком белыми для такой крошечной, чёрной юбочки. Я захотела раздражённо посмотреть на потолок, но яркая серебристо-серая вспышка ослепила меня - Витус! Он открыл глаза! Но в этот раз я не отшатнулась назад, а сделала вид, будто все нормально. Если он именно сейчас заметит, что я могу его видеть, то мой план будет бесполезен. Хотя я была почти полностью ослеплена, я снова посмотрела в зеркало и улыбнулась себе так дружелюбно, как это было возможно. И уже яркий свет погас.

- О-о, - Софи скептично указала на мои икры. - Тебе нужно побрить ноги. - Сбитая с толку я провела себе по колену.

- Но зачем? У меня ведь нет волос!

- Есть. У любой женщины есть волосы на ногах. У тебя они только очень светлые. Но они есть. А парни это видят. Им это не нравится, поверь мне. Они ведь уже тоже бреются. Грудь, например.

- Ребята бреют грудь? - спросила я в ужасе. - Но зачем?

- Ты на самом деле ничего не знаешь, не так ли? - Софи взяла меня за руку и усадила рядом с собой на диван. - Они бреют даже иногда кое-где ещё. А что ты вообще всё это время делала? Ты ведь проводила время почти только с парнями. Ты должна знать об этом лучше меня!

- Гм. Да, - пробормотала я и вдруг обнаружила, что у меня на самом деле были волосы на ногах. Хотя я не находила, что выглядела как горилла, но раньше этих волос там не было. А Леандер бесчисленное количество раз злословил, какой Сеппо волосатый или, по крайней мере, станет им. Он точно бы сказал мне об этом, если бы заметил мои ноги. Но вернёмся к вопросу Софи: Она хотела знать, что я делала. А на этом сайте в интернете был дан совет, что являясь девушкой тебе нужно близкое доверенное лицо, которому можно всё рассказать.

- Могу я выйти в интернет? Я хочу кое-что показать тебе на YouTube, - Софи кивнула.

- В YouTube можно, его мои родители ещё не заблокировали. Но в остальном они постоянно что-то блокируют. Я даже не могу выйти в чат.

Мы сели за письменный стол перед экраном компьютера, и я включила клип. Молча, Софи смотрела его. Я же сама почти не могла это делать. Мне было больно смотреть.

- Это было то, что я делала всё это время, - сказала я наконец тихо и заметила, что мой голос дрожал. - Но с этим теперь покончено. Моя мама обнаружила видео и потом - ну да. Сама можешь догадаться.

Софи сидела с открытым ртом перед компьютером. Она один раз сухо сглотнула и посмотрела на меня.

- Тогда то, что ты в прошлом году делала на крыше навеса школы, значит тоже - вот это.

- Паркур. Именно так. К сожалению, в школьном дворе не получилось как надо.

- Это слишком часто получалось не так как надо, не так ли? - Софи озорно улыбнулась мне со стороны. - И этим ты занималась всё своё время? Это ведь скучно, так в одиночку.

О, теперь всё становилось запутанно. Я была не одна. Но могла ли я настолько довериться Софи, чтобы можно было всё рассказать ей? Нет, лучше не надо. Может быть, она проговорится своим родителям, а потом моя мама сделает следующий контрольный звонок и потом ... нет!

- Ну, иногда я была у Сеппо в пиццерии.

- Сеппо, - размышляла Софи и нахмурилась. - Это тот тип из десятого, не так ли? С вьющимися волосами и тоскливыми глазами.

- У Сеппо нет тоскливых глаз.

- Нет, есть!

- Нет, нету! У него совершенно нормальные чёрные глаза с длинными ресницами ...

- С загнутыми ресницами, - добросовестно добавила Софи и подмигнула мне.

- Да, - сказала я смущенно и уличённая опустила голову. - С длинными загнутыми ресницами.

- И ты влюблена в него, - отметила Софи трезво, прежде чем начала сиять. - Ха, ты влюбилась! Никогда бы не подумала ... Давай, ты должна рассказать мне какой он. Ты уже один раз целовалась с ним?

- Нет! - воскликнула я оборонительно. - Между нами ничего не было. Ну ладно, вчера он заключил меня в объятия и немножко утешил...

Софи была заинтригована. Следующие два часа мы провели с тем, что с огромным количеством диетной фанты и Bitter Lemon (один раз мне пришлось отрыгнуть, не то я бы лопнула) перечисляли все детали о парнях в нашем классе и сравнивали. И после каждого раунда сравнения мы всегда останавливались на Сеппо и Кэмале, парне из одиннадцатого, который якобы выглядел так, как Бюлент Цейлан, только без длинных волос. Я его ещё никогда не замечала, но Софи тайно сфотографировала его своим мобильным телефоном и показывала мне его фотографии в минутном такте.

- Я знала одного, у него был один глаз голубой, а другой зелёный, - вырвалось у меня.

- Ух ты. Это невообразимо, - прошептала Софи благоговейно.

- Да весь парень был невообразимым, - ответила я. - Голубой глаз ярко светился, почти как снег. Он выглядел как хаски.

- И что с ним стало?

Да, что же с ним стало. "Он охраняет, став прозрачным световым явлением, стадо морских свинок одной из дочерей знаменитостей" Ха-ха-ха. Некогда в жизни я не смогу такое сказать.

- Я не знаю, - вместо этого ответила я, и мой голос прозвучал при этом так жалко, что Софи погладила меня по руке. - Он просто вдруг исчез. - Софи кивнула, полная понимания, как будто такое случается постоянно. Парни были то здесь, то вдруг исчезали.

- Ты ... могу я тебя кое-что спросить?

- Всегда! - Софи придвинулась ближе ко мне. Я смотрела на мои белые волосатые колени и не знала, как мне начать.

- У тебя есть ... хм. У тебя иногда появляется такое чувство, что ты не одна? Ну... что там что-то есть, кроме тебя, что-то ... ах забудь ...

- Другая сила? Бог или что-то такое? - Софи взволнованно вцепилась своей рукой в мою. - Дааа, я знаю это. Иногда это так, а иногда нет. Это точно, что там существует ещё какая-то большая сила; мой учитель по религии даже абсолютно в этом уверен!

Софи показала через закрытое окно на тусклое ночное небо, с которого снова шёл проливной дождь. При том что это высшая сила, которую я имела в виду, скорее всего висела в воздухе как раз над её светлой головой, так же как Витус над моей рыжей. Потому что я имела в виду не Бога. А телохранителей.

- И при школьных богослужениях, когда мы вместе поём - блин, это так красиво, не так ли? Ты не находишь? - увлеклась Софи. - В последний раз я даже сидела позади Кэмаля!

- Да, конечно.

Пока на всех школьных богослужениях я спала или пропускала их. Этого никто не замечал, потому что я сидела на уроке этики с моими мусульманскими одноклассниками, и в основном проводила его, играя с Серданом в палочки. Меня ведь не крестили.

Я подавила вздох. Кому-нибудь всё рассказать невозможно. Этого я никогда не смогу сделать. Софи посчитает, что я сошла с ума. И всё же. Каким-то образом это помогло мне, поговорить с ней о Сеппо, а не быть вынужденной состряпывать всё время лицо, как будто в голове воздушный пузырь. Да я могла даже смеяться и сказать что чувствую. С мальчишками такое было не возможно. Они боялись чувств.

А юбку я ведь могла позже снова снять. Ночью мне приснился сон, что у меня везде на теле длинные рыжие волосы. Даже на спине.

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров