Несправедливость современности

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 5 из 12Следующая ⇒

Несправедливость современности

Жить во времена, когда уже вроде бы смылись четкие разделения сословий, когда каждый создаёт себя и определяет свой жизненный путь сам – так знакома эта фраза людям XXI века. Однако, не всегда это высказывание верно, не для каждого открыты двери в светлое будущее. К огромному сожалению, всё ещё ведущую роль в определении судьбы человека играют материальные средства. Высшее образование не гарантирует высокий заработок, талант, не подкреплённый материальной поддержкой, также мало поможет человеку в достижении его цели. Имея диплом о высшем образовании, многие не могут работать по профессии по разным причинам, определёнными действующим строем в мире. Талант тоже не обязателен в современной жизни – имея определённую технику, каждый второй превращает свою бездарность в гениальность. Богатым людям позволено вершить судьбы простых жителей, им всё сходит с рук, многие их проступки остаются безнаказанными, в то время как часть населения нашего мира еле сводит концы с концами, следует законам и моральным нормам.

Получается, в наше время законы и правила, к сожалению, действуют не на всех, существуют некие исключения. Конечно, счастье не зависит только от достатка, существуют настоящие, вечные ценности. Однако, всё же неприятно осознавать, что по-настоящему талантливые люди вынуждены «трудиться на заводах» и зарывать свои уникальные способности, в то время как другие могут получить всё «по щелчку пальцев» и превратить свою жизнь в развлечение.

***

Разочаровывающий мир

Сделай вдох поглубже и открой глаза:

Счастье в каждой капле, что дает гроза.

Заглушая мысли, холод и тепло,

Солнце, град и ветер разуму назло.

Ты лови душою, сердцем ощущай

Разочарованью воли не давай.

Жизнь – череда сплошных разочарований. Это чувство несбывшегося или сбывшегося не так, недостигнутого или достигнутого не вовремя, ранящего или не приносящего той радости, которая ожидалась… Это знакомо каждому разумному существу – терзание из-за чего-то, что не соответствовало ожиданиям.

Эту мысль можно излагать долго, подходя к ней с разных сторон, стеная, плача и скорбя. Ведь так много всего «не так» … Но хочется задать один простой вопрос – зачем?

Штора колыхнулась и в комнату ворвался ветерок. Ваза упала с подоконника, а на место, где она стояла, да и на пол, перемешиваясь с осколками, улегся мокрый снег. По городу гуляла типичная питерская погода – снег с дождем и ветер.

Что делать? Поворчать на того, кто забыл закрыть форточку? Начать проклинать Питер? Климат? Петра I?

А пробовали вы выйти на улицу? Подставить лицо ветру, дождю и снегу. И идти. Без цели – гуляя. Погрузившись в свои мысли, абстрагировавшись от реальности, лишь изредка заставляя внутренний голос замолчать, и отдаваясь целиком ощущению того, как бьёт в лицо мокрый, колючий снег. Мазохизм – подумает скептик. Счастье контраста по приходе домой подумает оптимист.

Нет счастье – именно в этом бьющим в лицо снеге. В этих шагах против ветра. В жизни – реальной и внутренней.

В каждом моменте жизни – своя прелесть, даже в самом тяжелом, сером, будничном. Если погрузиться в него всей душой, прочувствовать каждой клеточкой тела, поймешь, что он – неповторим и чудесен. Он есть. К чему жалеть о том, что он мог бы быть другим? Будет и другой, и будет шанс прочувствовать его иначе, чем этот.

Пессимизм, жалобы и сожаления о жизненных разочарованиях – напрасная трата сил, нервов и времени. Мир таков, какой он есть сейчас. Что можно изменить – счастье. Что нельзя изменить – счастье тоже. Только надо это прочувствовать и принять.

***

***

Раздражение для меня чувство настолько несущественное и хрупкое, что разбивается о другие эмоции и ощущения. Наверное, с возрастом внешние факторы перестали быть бессмысленным шумом на фоне и эгоистичность взяла свое. Собственная политика диктует, что нельзя критиковать и раздражаться из-за того, что люди не могут решить за 5 минут. Но даже у самых спокойных людей есть шарик терпения, которому грозит иголка в самые критические моменты. В первую очередь я испытываю жгучее недовольство по отношению к себе. Чрезмерная мягкость характера, нерешимость, легкая апатия ко всему. К сожалению или к счастью, я совсем пассивный человек, который абстрагируется во время конфликтов и ссор, а соответственно, чтобы кто-то вывел меня из себя – нужно постараться. И все же я раздражаюсь из-за людской нетерпимости к другим: диктуют/навязывают свое мнение, беспочвенно ненавидят подобных себе и агрессируют на пустом месте, не понимают слово «нет» и добивают, втаптывают в землю по шею своими капризами на этой почве. В данном вопросе мне мощный толчок дала психология – понимание людских пороков, личностей и характеров. На самом деле, многие черты, которые нас выводят из себя в другом человеке – наши черты, которые мы игнорируем.

«Будь терпим, умей прощать».

***

“Смерть, одиночество, тоска”

(Риторические этюды)

       "I was the shadow of the waxwing slain

By the false azure in the windowpane;

I was the smudge of ashen fluff – and I

Live on, flew on, in the reflected sky."

В. Набоков

“Tomorrow, and tomorrow, and tomorrow,

Creeps in this petty pace from day to day,

To the last syllable of recorded time;

And all your yesterdays have lighted fools

The way to dusty death. Out, out, brief candle!

Life’s but a walking shadow, a poor player,

That struts and frets his hour upon the stage,

And then is heard no more. It is a tale

Told by an idiot, full of sound and fury,

Signifying nothing.”

У. Шекспир

Пролог:

Плутая средь костей Левиафана

       В размытых, неуклюжих жестах вниз по улице плетущийся толпы – всегда, (от большой скуки), можно углядеть узор будничного дня. Всё гармонично: резкие, быстрые шаги, холодный глухой взгляд; всё гармонично, гармонично до ужаса. Кислые огни мелькают подле. В никуда несутся металлические звери. Шаг – скрип снега, шаг – всхлип слякоти, шаг – безразличный хрип асфальта. Всё гармонично, механизм работает без остановки, ритм беспрерывен, мегаполис без гнева и скорби переваривает россыпь судеб людских, растирая в никуда бесконечный список бессмысленных имён и фамилий. Всё гармонично: не живо, не мертво.

       Мегаполис, не жив и не мёртв, он движим змеящимся потоком людей. Россыпь проблем – перенаселенье, вымиранье деревень, замещенье культуры на гротескный сказ, набитый клише. Мёртвое доживёт и вновь помрёт, потащив свой крест в темень забвенья. И ничего не поделать, ничего не изменить – мы обречены на погибель, на безвозвратную смерть. Стёрты границы – общество без рамок, без бога, веры, – без человека.

       Идея фикс: “прогресс – спасенье!”. Выдумка материалистов и саинтистов, что нужна для оправданья. Оправданья забвения старого людского лика – перехода к постчеловеку.

       Мегаполис – не жив и не мёртв. Действо налажено. Механизм городской полей работает без отклонений, ошибок.

       К вечеру сей мускул (всё тот же связанный узор составного механизма), на миг слабеет, и точно исчезает намёк на общее сплетенье: немые улицы точно рыбьи кости, выстроенный в вострый ряд геометрических безжизненных фигур: весь город – бесконечность проспектный узелков, помноженная бесконечность пространства.

Опустевшие черные глазницы пыльных чопорных домов. Город на мгновенье замедляет пульс, дыханье. И в час ночной, среди рябого краденного света – из шершавых стен проступает – сиплый лепет. Голосит невзрачно, сбивчиво, уныло, ведь знает – лишь светает – всё обратиться вспять, истина станет дешёвым подъязычным пятаком, и всё пойдёт как было: утро, напряженье мускула – узор.

Часть первая:

Расчеловечивание

       Не придёт сын погибели, покуда взят будет от земли катехон. Власть держащий, Империя. Империя – как воплощенье воли мудрого, могущественного правителя, Императора, что беспрерывно – из года в год, из поколения в поколение – будет вести объединённый народ чрез густой гул безвозвратной погибели. И не настанут тёмные времена, покуда живёт Империя.

       И в один день – Империя погибла. Средь шума метропольских бомб, в клубах пыли от навзничь рухнувшего исполина – доживали последние часы фрагменты некогда цветущего Мира. В самом умышленном из городов, в котором и по задумке много антихристианского (тоже до жути явственное соединение двух отличных стихий: востока и запада, язычества и христианства, сфинксов и Христа), взревел белёсый огненный столб, что на фоне злобной тьмы ввысь невозмутимо бил.

       В осколках отмершего царства разбойники во крестах завершили Петербургский период государственности. Существует множество трактовок октября, одной из самых гротескных на мой взгляд будет идея о реванше низших сословий против Романского ига. Занимательно, но слишком точно и пошло: глупые материалистические потуги объяснить разгул стихии.

       И с того дня: искажение, инверсия – становится вездесущим явлением.

       И возвращение к сердцу, возвращению столицы в Москву – есть искажённое второе рождение Империи. Отражённый деспот, снос церквей, новая вера – в собственноручное созданное завтра. Всё обрело обезличенный тон, личность – стала оттенком беспрерывного и стремительного движения к концу всех времён, в возведении и бдению средь пустынной дали смертной тени.

       И в довершении сего: апогей модернисткой идеи – в высшей бесчеловечности. Почти полная растрата русского духа, погибель – лагерь, холод ненадёжного века, предательство, смерть. И всё реальное – лишь сон. Искажение.

       И человек – не человек на деле. От эпохи к эпохе стирается, искажается весь его образ. Старец, традиция, идея – отходят как отжившее своё – культурным героем становится вечный подросток. И не сколько как герой романов (засилье – плутовского романа: авантюрист, что противостоит целому мир вокруг), сколько в образе мысли – в постмодерне нет взрослых людей, есть взрослые дети, есть старые дети. Миром правит импульс ювенильного нескончаемого бунта против настоящего и прошлого. Не случайны броские песни-кричалки с повторяющимся “no future” – это призыв в всей культуры – как популярной, так и немассовой: отказ от прошлого и настоящего во имя прогресса, прогрессивного будущего – рукотворного завтра. И если взять за модель времени – идею Ф. Шеллинга – о сосуществовании прошлого, настоящего и будущего, то согласно оному – настоящее – есть сущее, бесконечная динамика жизни, стремящаяся к будущему, что в свою очередь бесконечно далёко, не достижимо, а прошлое – есть статика жизни, погибель, отжившие или едва жившие мгновенья.

       И парадигма постмодерна – норовит отменить прошлое, и уничтожить настоящее, что как по Ф. Шеллингу, так и по христианской (Америка, Европа – хоть и провозглашают себя как мультикультурные цивилизации без границ, всё же основаны на христианских ценностях, догмах) идеях – есть акт против человека, против жизни как таковой. Акт приближенья будущего – акт начала конца времён.

Часть вторая:

Мужчина и Женщина

       В основе либерализма, как философского течения, лежит понятие об индивиде. Неделимый, чья личность – превозносится над реальностью, высокомерно проецируя воззрения о свободе, равенстве и правах человека, как универсальные для всего мира. Примечательно, что признание личности как важнейшей ценности ведёт также к расчеловечиванию. Поставив индивида над традицией: семьей, государем, богом, природой, мы даруем ему великие возможности. Но человек – не бог, и он не вправе, возомнив себя демиургом, преломлять реальность своей волей.

       И показательный пример такого искажения – пересмотр сути мужичины и женщины. Идёт тенденция отказа от пола – в угоду волевому самоопределению. И всё это искажение – путь к постчеловеку. Отказ от природной сущности, от духа и души – ведёт и к гибели плоти: смена рассудка, тела. И почти не осталось чего-либо живого. И белое – черно, и гибель – жизнь, и торжество – есть поражение. Всем правит – искажение.

       Оттого так часты в современных романах, стихах – восклицании о самости человека, отчего-то человек не в полной мере ощущает себя человеком, он нуждается в подтверждении того, что он есть на деле. Отчего?

       Также, эсхатология – пронизывает всякий фрагмент массовой культуры – пейзажи о разрушенном, мёртвом мире, об окончательно погибшем человеке становятся нормой, крайне популярным явленьем. Отчего так притягательно пустынные пейзажи. Отчего так мил и интересен образ великого ничто, бесконечной тьмы, забвения?

       От человека осталось мало чего. Лишь блеклый образ, бледный пламень в ночи – слишком человечное. Оттого возглас – к небу к земным просторам – без бога, надежды – пронизан болью и отчаяньем. И этот возглас – ты меня перемори.

       И почти не осталось чего-либо живого. И белое – черно, и гибель – жизнь, и торжество – есть поражение. Всем правит – искажение.

Эпилог:

Мимо догорающей зари

       И сейчас как никогда мы нуждаемся в эпистеме, парадигме, что объединит всё общество, возродит Империю. Столь много людей разрознены, обмануты, ввергнуты в тоскливый метафизический транс – из которого единственный выход: возрождение мифа о путешествие живом, о пути человека, о его сплетение с природой, гармонией мира!..

       Ничего. Лишь тишина. По обеим сторонам глупого сказа. Талые рёбра злого города. Рёв моторов. Мир людей, машин, территорий без границ, обществ без людей. Ничего. Ничего. Блистала нежная синь дня, в небесах, точно ненастоящий, пламенел белёсый бесстрастный диск нового дня.

***

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов