Повеление. Значение крещения. Крещенные в одно тело. Крещение верующих. Крещение и Святой Дух. Б. Вечеря Господня. Значение Вечери Господней. Служение ногоомовения. VII. Авторитет Церкви. А. Высший авторитет. Б. Авторитет апостолов. В. Авторитет Писания.

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 330 из 606Следующая ⇒

2. Повеление

Повеление крестить было частью Великого поручения Христа Церкви — приобретать учеников во всех народах и крестить их (Мф. 28:19). Повеление нашего Господа было добросовестно выполнено учениками. Случаи крещения описаны в Деян. 2:38, 41; 8:12, 13, 16, 36–38; 9:18; 10:47; 16:15. Проповедь Евангелия требовала от людей принятия решения, которое в конце концов приводило их к крещению. В Новом Завете нет намека на существование некрещеных христиан.

3. Значение крещения

По своей сути крещение — это обряд, отражающий смысл Евангелия и плана спасения. Это слово переведено с греческого 6аптизо, что значит погружать «в» или «под». Когда речь идет о водном крещении (Мф. 3:6;(401) Мк. 1:9; Деян. 2:41), это слово также выражает идею погружения, окунания человека под воду. В то же время, поскольку слово баптизо используется по–разному в Новом Завете, включая омовение (Мк. 7:4; Лк. 11:38), а также страдание и смерть Христа (Мк. 10:38, 39; Лк. 12:50), небезопасно использовать значение этого слова в качестве основополагающего аргумента в пользу того или иного способа крещения. Однако не следует пренебрегать тем фактом, что в нескольких случаях крещения, описанных в Новом Завете, имело место полное погружение (ср. Мф. 3:6; Мк. 1:5, 9, 10; Ин. 3:23). Такой способ крещения также подкрепляется тем богословским значением, которое придают этому обряду писатели Нового Завета.

Для Павла смысл крещения в первую очередь связан со спасительными событиями жизни, смерти и воскресения Иисуса, поскольку он пишет об умирании и воскресении со Христом. «Неужели не знаете, — спрашивает апостол, — что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились? Итак, мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни» (Рим. 6:3,4; ср. с Кол. 2:12). Мысль Павла обретает смысл лишь в случае крещения посредством полного погружения в воду.

То, что Христос сделал для всех грешников на Голгофе, принимается каждым отдельным христианином в крещении. Во время крещения христиане умирают с Христом, распинаются с Ним (Рим. 6:6,8; ср. с Кол. 3:3). Его смерть освобождает их от греха (Рим. 6:17, 18). Воскреснув с Христом, они начинают новую жизнь (стихи 11–13; 7:4–6; Кол. 3:1). Погружение в воду — это символ погружения во Христа. Выход из воды — это символ новой жизни во Христе, «облечения» во Христа (Рим. 13:14; Гал. 3:27).

Погружение в воду — это также символ жизненно важного внутреннего посвящения Христу. Это ярко описано в Рим. 6 с помощью нескольких сложных слов с приставкой син, означающей «с» или «вместе». Мы вместе погреблись (синетафемен), мы срослись с Ним (симфитой); ветхая наша природа распята с Христом (синестауроте). Если мы умерли с Христом (син Кристо), то и жить будем с Ним (сидзесомен; Рим. 6:4–6, 8). Эти разные темы фокусируются в фундаментальной мысли о крещении как потоплении старой жизни и погружении в новую жизнь, смерть и воскресение.

4. Крещенные в одно тело

Вместе с тем считается, что христиане не только крестятся «во Христа» (Гал. 3:27), но также и «в одно тело», Церковь, как Тело Христа (1 Кор. 12:13). Если посредством крещения человек отождествляет себя с Иисусом Христом, он также отождествляет себя в крещении с Его Телом, Церковью. По словам Павла, «все мы одним Духом крестились в одно тело» (там же). Христианское крещение — это крещение «во имя Иисуса Христа» (Деян. 2:38; 10:48) или «во имя Господа Иисуса» (Деян. 8:16; 19:5), что, похоже, указывает на богословское значение крещения, а не на различные формулы крещения. Более конкретно оно изображает истину о том, что крещенные принадлежат Христу, становятся частью Его Тела.

5. Крещение верующих

Из всего вышесказанного становится ясно, что речь идет о крещении верующих. Если оно в самом деле символизирует смерть грешника для греха и последующую новую жизнь благодаря смерти, погребению и воскресению Христа, то крещение является действием веры и общественным свидетельством объединения крещенного с Христом в Его смерти и воскресении, свидетельством полной преданности Христу. Этим объясняется тот факт, что в Книге Деяния святых Апостолов проповедь, вера, покаяние и крещение неразрывно связаны друг с другом. В день Пятидесятницы, отвечая на вопрос: «Что нам делать, мужи братия?», Петр ответил: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов; и получите дар Святого Духа» (Деян. 2:37,38). «Когда [жители Самарии] поверили Филиппу, благовествующему о Царствии Божием и о имени Иисуса Христа, то крестились и мужчины и женщины» (Деян. 8:12). Отвечая на вопрос тюремщика в Филиппах: «Что мне делать, чтобы спастись?», Павел просто сказал ему: «Веруй в Господа Иисуса, и спасешься ты и весь дом твой» (Деян. 16:30, 31). Вскоре после этого они крестились (стих 33).

В каждом случае крещение было выражением покаяния и обращения, которое предполагает, что эпизодически упоминаемые дома и семьи (ср. Деян. 11:14; 16:15, 31–34; 18:8) выполняли условия крещения: откликались на проповедь слова, каялись, исповедовали грехи и заявляли о своей вере. В Новом Завете не описано ни одного случая крещения младенцев. Главное в повествовании о крещении — это кардинальное изменение направления жизни человека. В апостольские времена практиковалось полное погружение уверовавших в воду. Введение любой другой формы ничем не обоснованно и неизбежно ведет к неверным представлениям об истине.

6. Крещение и Святой Дух

В разных отрывках Нового Завета дар Духа явно связан с водным крещением, как, например, в Деян. 2:38; 8:14–17; 9:17, 18; 10:44–48; 19:1–7, а также в Мф. 3:11; Мк. 1:8; Лк. 3:16; Ин. 1:33; 3:5. В некоторых случаях крещению предшествует сошествие Духа (Деян. 10:44, 47); в других случаях Дух нисходит после крещения (Деян. 2:37, 38; Мк. 1:8). В двух случаях библейское повествование связывает наделение Духом с возложением рук (Деян. 8:12–17; 19:1–6). Вместе с тем Новый Завет прямо не учит тому, что возложение рук является необходимым условием принятия Духа или моментом, когда крещенному передается Святой Дух. В случае с Корнилием Дух был дан до крещения и без всякого внешнего знака, такого, как возложение рук Петра (Деян. 10:44–48). Однако апостол не сделал вывода, что после такого очевидного знака Божественного благоволения Корнилию и его домочадцам не требуется водное крещение. Одно другому не противоречит.

В Новом Завете обряд крещения — это единое и неразрывное целое, которое нельзя разложить на составляющие. Дух даруется именно в результате этого целостного и единого священнодействия. Без Духа не бывает библейского крещения. Когда речь идет о крещении, то(402) это всегда крещение водой и Святым Духом (см. Священнодействия).

Б. Вечеря Господня

Другим установленным в Библии обрядом, неотъемлемым от жизни Церкви, является Вечеря Господня. Учрежденное Самим Христом в ту ночь, в которую Он был предан (Мф. 26:20–30; Мк. 14:17–25; Лк. 22:14–23), это священнодействие названо в Священном Писании «вечерей Господней» (1 Кор. 11:20), «приобщением Тела Христова» (1 Кор. 10:16) и «трапезой Господней» (стих 21). Некоторые говорят о «хлебопреломлении» или преломлении хлеба, тогда как другие предпочитают термин «евхаристия» от греческого евхаристео — слово, которым называлось благодарение перед принятием хлеба и вина (Мф. 26:27; 1 Кор. 11:24). Похоже, что вечеря была частью общей трапезы (по крайней мере, в Коринфе), которая съедалась вместе с благословенным хлебом и чашей по образцу последней Вечери, описанной в синоптических Евангелиях.

Совместное свидетельство синоптических Евангелий не оставляет сомнений в том, что священнодействие было установлено Самим Христом. Несмотря на то, что остаются трудности в понимании природы последней Вечери и ее связи с иудейской Пасхой, Вечеря Господня имеет все признаки пасхальной трапезы, независимо от того, описывается она евангелистами или Павлом (1 Кор. 10:14–22; 11:23–34), который пишет, что «Пасха наша, Христос, заклан за нас» (1 Кор. 5:7). То, что начиналось как пасхальный обряд, воспоминание об исходе из Египта и заключении завета на Синае (Исх. 24), стало празднованием нового исхода — на сей раз исхода из мира греха — и заключением нового завета, запечатленного Кровью Иисуса.

1. Значение Вечери Господней

а. Взгляд назад. Повеление Христа: «Сие творите в Мое воспоминание» (1 Кор. 11:24) обобщает первостепенное значение Вечери Господней. В первую очередь, это обряд воспоминания, но не обо всем, что говорил и делал Христос, а о Его искупительной смерти. Подобно тому, как иудейская Пасха была взглядом назад, напоминанием о могущественном деянии Бога, когда Он избавил Израиль от египетского рабства (Исх. 12:14; 13:3, 8, 9; Втор. 16:3), Вечеря Господня, в которой христиане вкушают хлеб и вино, напоминает о решающем событии, происшедшем на Голгофе — о новом «исходе» (ср. с Л к. 9:31) Христа и Его победе над грехом и смертью. Преломление хлеба и разливание вина — это непрерывное воспоминание Церковью смысла жертвенной смерти Христа, которая служит основанием нашего спасения (Деян. 20:28).

б. Напоминание в настоящем. Вечеря Господня также возвещает истину в настоящем времени. Те, кто собирается на «трапезу Господню» (1 Кор. 10:21), чтобы «вкушать вечерю Господню» (1 Кор. 11:20), видимым образом выражают свой нынешний союз друг с другом, скрепленный союзом с Главой Церкви, Самим Христом: «Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба» (1 Кор. 10:17). Ясно, что для Павла Вечеря Господня — это повод и основание для единства. В основе непрекращающихся отношений между Богом и Его народом лежит завет — новый завет, который подчеркивается во всех описаниях данного священнодействия (Мф. 26:28; Мк. 14:24; 1 Кор. 11:25).

в. Взгляд вперед. Вечеря Господня, установленная Самим Христом, есть не только воспоминание о прошлом и напоминание в настоящем, но и взгляд в будущее, предвкушение Второго пришествия Господа. Павел пишет: «Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет» (1 Кор. 11:26). Тот же эсхатологический лейтмотив был выражен Иисусом, когда Он сказал: «Сказываю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в Царстве Отца Моего» (Мф. 26:29; ср. с Мк. 14:25; Лк. 22:16, 18). Подобно тому, как иудеи, празднуя Пасху, не только оглядывались назад, в прошлое, вспоминая свое избавление от рабства, но и предвкушали новое, долгожданное избавление Мессией, так и христианское братское общение за трапезой Господней есть возвещение о том, что Тот, Который пришел и присутствует среди нас, обещал прийти опять.

г. Символы. Во время Вечери Господней происходит реальное общение с Христом, но не в том смысле, что хлеб и вино претворяются в буквальные тело и кровь Христа. Они претворяются в них не больше, чем в то время, когда Сам Господь, установивший данное священнодействие, взял хлеб и раздал его ученикам со словами: «Примите, ядите: сие есть Тело Мое», а затем точно так же взял чашу и передал им, пояснив: «Пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26:26–28). Он оставил ясное наставление: «Сие творите в Мое воспоминание» (1 Кор. 11:24, 25). Бездрожжевой хлеб и неперебродивший плод виноградной лозы, которые только и могут надлежащим образом символизировать безгрешное совершенство Личности Христа, разделяются между участниками трапезы «в воспоминание» о Господе; они говорят о жертвенной смерти и спасении и провозглашают их, доколе Он придет.

Помимо беседы Павла, изложенной в 1 Кор. 10, 11, в Священном Писании не много сказано относительно предпосылок для участия в Вечере Господней. Тем не менее если в силу самой своей природы это священнодействие обозначает духовные взаимоотношения между человеком и Господом, то трапеза Господня предназначена только для тех, кто сопричастен Ему и Его спасению. Это непременное условие можно вывести из настойчивого требования Павла, чтобы церковь отлучала от тела Господня тех, кто живет в открытом грехе (1 Кор. 5:1–5). И все же отношение Христа к предавшему Его ученику должно предостеречь христиан от неподобающей исключительности (см. Священнодействия III).

2. Служение ногоомовения

С библейской точки зрения служение Вечери будет неполным без обряда ногоомовения. Подобно тому, как Христос углубил смысл иудейской Пасхи, Он же вложил(403) в омовение ног, древний знак гостеприимства в Ветхом Завете, более глубокое значение, сделав его неотъемлемой частью Вечери Господней (Ин. 13:1–5). Своим примером Господь не только запечатлел в сознании присутствовавших Свою жизнь кротости и служения, но и использовал это событие для того, чтобы подготовить эгоцентричных и гордых учеников (ср. Лк. 22:24) к участию в Вечере Господней.

Ногоомовение должно было сделать нечто большее, чем только омыть их запылившиеся на грязных дорогах ноги, поскольку, омыв им ноги и намекая на Иуду, Иисус смог сказать, что они чисты, но не все (Ин. 13:10, 11). Более возвышенное очищение, очищение сердца, входило в намерение Христа, когда Он учреждал это священнодействие. Вечный характер этого служения ясно вытекает из наставления Христа: «Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам». Он еще более явно подчеркивается Его дальнейшими словами: «Если это знаете, блаженны вы, когда исполняете» (стихи 15, 17).

Имеет ли это священнодействие какое–то отношение к нашему времени, помимо ясного, содержащегося в нем урока о том, что это служение есть знак христианского величия? Обращенное к Петру объяснение Христа о том, что «омытому [лоуо] нужно только ноги умыть [нипто], потому что чист весь» (стих 10), похоже, дает ответ на наш вопрос. Подобно ученикам, ноги которых, обутые в сандалии, то и дело пылились и нуждались в повторном омытии, христиане, крещенные в Христа и очищенные Его Кровью, все время нуждаются в очищающей благодати Христа, которая смывает с них скверну, налипающую вследствие того, что они временами спотыкаются в своей христианской жизни. Им не нужно перекрещиваться: «Омытому нужно только ноги умыть, потому что чист весь». Служение ногоомовения необходимо нам для признания нашего эгоцентризма и нашей нужды в благодати Христовой, а также для обновления обета, данного при крещении. Наставление соблюдать этот обряд: «Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам» (стих 15; ср. со стихом 17) не менее ясно и понятно, чем повеление, касающееся Вечери Господней: «Сие творите в Мое воспоминание» (1 Кор. 11:24). В обоих случаях употребляется тот же самый глагол пойео (делать). Нет никаких библейских оснований для того, чтобы понимать то или другое повеление в чисто символическом смысле. Иисус дал Церкви только два священнодействия: крещение и Вечерю Господню, которая включает в себя также и ногоомовение. Ни одно из них не утратило своей значимости. Оба даны для назидания Церкви и подготовки святых к служению (см. Священнодействия II).

VII. Авторитет церкви

Если первостепенный долг Церкви — поклоняться Богу и прославлять Его (ср. Еф. 1:3, 5, 11–14), то первой задачей, которую поставил перед ней воскресший Христос, была проповедь Евангелия (Мк. 16:15; Лк. 24:45–47; Деян. 1:8). Церковь — это не просто собрание людей, которые встречаются, чтобы прославлять Иисуса Христа и Его учение, но и народ, призванный Богом, чтобы свидетельствовать, нести имя Христа и провозглашать о Нем (ср. 1 Петр. 2:9). При осуществлении этого поручения Церковь постоянно сталкивается с вопросом авторитета. В какой степени она выполняет намерения Христа? Как, например, можно быть уверенным в том, что, уча и проповедуя, она не подчиняется культурным и философским установкам того общества, в котором выполняет свое поручение? Где тот безошибочный авторитет, с помощью которого можно разрешать подобные проблемы?

А. Высший авторитет

Как Творец, Искупитель, Созидатель, Господин и Царь всего творения (см. Творение III) лишь один Бог является источником и основанием церковного авторитета. Однако наше знание о Боге должно исходить от Самого Бога, ибо Его народ может познать Его лишь тогда, когда Он Сам открывает Себя. В откровении Бог раскрывает Себя людям и передает им Свою волю. Эти Божественные изречения достигают потрясающей степени выражения в пророках, которые передавали мысли Бога Его народу (Евр. 1:1; см. Откровение/Вдохновение IV.I). Но при этом высшим выражением Божественного откровения о Себе Самом является Иисус Христос, воплощенное Слово Божье (Ин. 1:1–3, 14; 1 Тим. 3:16), одновременно средоточие и содержание Божественного откровения (Ин. 1:18; 3:31). В Нем, как Спасителе и Господе, Божественное откровение и авторитет находят полное и окончательное выражение.

Слово Божье, поддерживающее своим авторитетом христиан и Церковь, известно в первую очередь как Личность, Иисус Христос, Который пришел, чтобы открыть Отца и возвестить Евангелие спасения. Он также избрал небольшую группу апостолов, чтобы Его слово и свидетельство верно провозглашались и истолковывались после Его смерти (Мк. 3:13, 14). Они не просто свидетельствовали о распятом и воскресшем Христе, но были также посланы и уполномочены Им (Мф. 28:18–20; Деян. 2:1–4; Рим. 1:1; Деян. 13:2–4; 22:21), чтобы проповедовать Евангелие (Деян. 14:7, 21; 16:10; 1 Петр. 1:12) и рассказывать о Нем иудеям и язычникам (Деян. 17:3; Рим. 10:17; 16:25; 1 Кор. 1:23; 2:2; 2 Кор. 1:19; и т. д.). Они были наиболее авторитетными человеческими голосами в церквах.

Б. Авторитет апостолов

Однако их авторитет коренился не в их личностях, ибо Евангелие, настаивает Павел, зиждилось на более раннем авторитете. Любой апостол, который несерьезно к нему относился, не был истинным апостолом Христа (Гал. 1:8, 9). «Словом или посланием» (2 Фес. 2:15), апостолы, покорные Христу, возвещали «слово Божие» (1 Фес. 2:13), которое, как они надеялись, верующие примут как повеление от Господа (1 Кор. 14:37). Говоря с властью, которой их наделил Господь (2 Кор. 10:8), они занимали важное и уникальное положение в передаче слова Божьего и назидании Церкви (Еф. 2:20). (404)

В. Авторитет Писания

Когда их весть воплотилась в Священном Писании — Слово, имевшее власть над христианской общиной и известное, в первую очередь, как Личность, затем обрело форму устного, а потом и письменного свидетельства Нового Завета. Последний обрел свое место и предназначение рядом с ветхозаветными книгами, которые с самого начала были Библией Христа и новозаветной Церкви. Бог по–прежнему был источником и основанием всякого авторитета, ибо Священное Писание, как Ветхий, так и Новый Заветы, есть не просто свидетельство об откровении, но и само откровение. Они не посягают на Божье откровение во Христе, но во многом являются его частью, ибо Христос является их высшим содержанием. В Нем заключен авторитет Священного Писания, поскольку единственный, облеченный властью Христос, известный христианам, — это Христос Библии.

На уровне местной общины наибольшим авторитетом неизменно пользовались пресвитеры (старейшины) и епископы (см. V.Б). Одной из главных их функций было общее пасторское попечение и надзор (Деян. 20:17–28; 1 Петр. 5:1–3); они также выполняли особые задачи, такие как наставление людей в здравом учении и опровержение тех, кто противоречил ему (1 Тим. 3:1, 2; Тит. 1:5, 9). Хорошо служившие или управлявшие были достойны особой чести, особенно если трудились «в слове и учении» (1 Тим. 5:17).

Хотя пресвитеры и дьяконы помогали апостолам совершать служение, в значительной степени управление церквами находилось в руках самих церквей. Очевидно, что местные общины пользовались своими властными полномочиями при выборе местных руководителей (Деян. 6:1–6; ср. с 14:23). Они назначали вестников и отправляли их в другие церкви (Деян. 11:22) или поручали им сопровождать апостолов (2 Кор. 8:19), иногда снабжая их рекомендательными письмами (1 Кор. 16:3). Местные общины также несли ответственность за чистоту в учении и практической жизни. Они должны были испытывать «духов, от Бога ли они» (1 Ин. 4:1) или, как писал Павел, все испытывать, хорошего держаться (1 Фес. 5:21).

То же самое справедливо и в отношении наложения церковных взысканий (Мф. 18:15–17). Сам Господь отметил: «Что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (стих 18). Эта терминология была слишком хорошо знакома ученикам, которые слышали слова Христа по этому поводу. В синагогальном и раввинском понимании это означало прежде всего власть запрещать и разрешать нечто, накладывать взыскания или оправдывать кого–либо. Поддержание дисциплины включало в себя самые разные меры: от личных, заботливых наставлений (ср. Мф. 18:16; Гал. 6:1) до исключения из общины (Мф. 18:18; 1 Кор. 5:11, 13). Вполне очевидно, что местная община должна устанавливать условия членства и определять правила.

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?