В. Две природы в одной личности

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 113 из 606Следующая ⇒

4. Оскар Кульманн

Если Бультман не очень–то доверял истории, то Оскар Кульманн (Христос и время, 1951 г.) настаивал на том, что воплощение Христа и Голгофа имели место во времени. То, что изложено в Новом Завете, — это не экзистенциальное, мифологизированное истолкование Христа — события, но истолкование истории спасения. Выяснить, кем является Иисус, можно лишь установив, что Он фактически сделал для нас в истории человечества. Это стало причиной тщательного исследования Кульманном титулов Христа (Христология Нового Завета, 1959 г.).

5. Христология процесса

Развивая стремление Иринея истолковать воплощение как венец и завершение непрерывного процесса Божьего творения и таким образом достичь гармоничного единства между творением и искуплением, некоторые теологи двадцатого века увидели в философии процесса способ по–новому решить христологическую проблему. Новая теория была подкреплена фактом принятия теории эволюции, которая в это время все больше и больше завоевывала умы людей. Она была убедительно воплощена в философии процесса Альфреда Н. Уайтхеда (1861–1947). Метафизика Уайтхеда была постепенно принята и применена к теологии, а затем и к христологии такими ее поборниками, как Чарльз Хартсхорн (род. в 1897 г.), Норман Питтенгер (род. в 1905 г.), Джон Кобб (род. в 1934 г.) и Давид Гриффин (род. в 1939 г.). В теологии процесса Бог уже не рассматривается как нечто статичное и неподвижное. Он все время движется вперед, творя историю вместе с людьми. Постоянно меняясь через взаимодействие с меняющимся миром, Он находится в процессе изменения и завтра может стать не таким, каким Он является сегодня. Уделяя мало внимания или вообще его не уделяя таким вопросам, как грех, предсуществование Христа и рождение от девы, распятие и воскресение, христология процесса отличается сильным и безоговорочным акцентом на человеческой природе Христа и Его месте в истории. В то же самое время, если Бог явился в Иисусе в непревзойденной степени, в принципе нет ничего невозможного в том, что в будущем это откровение окажется превзойденным.

6. Вольфгарт Панненберг

В одном из главных христологических трактатов столетия «Иисус: Бог и человек» (1968 г.) Вольфгарт Панненберг (род. в 1928 г.) утверждает, что вся история, находящаяся под контролем Бога, является откровением о Нем Самом. Но это откровение нуждается в расшифровке. Теолог может увидеть его в истории и расшифровать с помощью (151) ключей, которые находятся в эсхатологических и апокалиптических книгах Ветхого Завета. В воскресшем Христе его понимание еще более углубляется. Некоторые стороны христологии Панненберга заслуживают самой высокой оценки, особенно его решительная апология воскресения Христа, которое он считает в полном смысле историческим событием. Однако его методология все же приводит в недоумение, поскольку в некоторых случаях он ссылается на библейский текст, в других — на Гегеля, а иногда и вовсе приводит аргументы из области современной антропологической науки.

7. Теология освобождения

Теология освобождения и вытекающая из нее христология представляют собой критику традиционного теологического подхода как в католических, так и в протестантских кругах, который кажется этим теологам слишком философским, слишком заумным и оторванным от реалий жизни. Теология освобождения зародилась в конце шестидесятых годов прошлого столетия в Латинской Америке как реакция на царящее там страдание и угнетение, расцененное как неоправданное посягательство на человеческое достоинство. Ее главными идеологами в католической среде являются Густаво Гутьерес из Перу (род. в 1928 г.), Ион Собрино из Сальвадора (род. в 1938 г.), Леонардо Бофф из Бразилии (род. в 1938 г.) и Хуан Луис Сегундо из Уругвая (род. в 1925 г.). Из протестантских богословов ее активно защищал Хьюго Ассман из Бразилии (род. в 1933 г.). Для них теология представляет собой критическое размышление о сложившемся порядке вещей и должна начинаться с обязательств перед угнетенными. При этом она должна быть направлена преимущественно на изменение этого существующего порядка вещей.

В противовес халкидонской христологии, в которой Христос якобы поддерживает деспотичный политико–экономический строй, в теологии освобождения Христос считается освободителем, политическим бунтарем, переживающим о бедных и обездоленных. По своей сути это христология «снизу», начинающаяся с человека Иисуса, а затем переходящая к размышлениям о Его Божественности. Хотя избирательное использование Писания сторонниками теологии освобождения ставит немало проблем, их христология предложила важную коррекцию чрезмерно «духовного» понимания миссии Церкви.

Подобным образом и «Теология черных» также направлена на решение вопроса освобождения. Если теология освобождения возникла в основном в недрах Римско–католической Церкви Южной Америки, то теология чернокожих появилась в шестидесятые и семидесятые годы в протестантских общинах Северной Америки, преимущественно состоящих из чернокожих. У этого движения есть множество особенностей, проявивших себя в различных моделях, таких как модель Мартина Лютера Кинга (1929–1968), модель Стоукли Кармишеля (род. в 1941 г.), модель Малькольма Экса (1925–1965), модель Джеймса Коуна (род. в 1938 г.) и модель Деотиса Робертса (род. в 1927 г.). Все они подчеркивают уникальность жизни чернокожих людей и необходимость разработки уникальной «теологии черных» и христологии, поскольку до сих пор теологию разрабатывали белые люди, исходившие из принципа превосходства западной культуры и являвшиеся носителями преимущественно западного или греческого мировоззрения. А это еще одна разновидность дискриминации.

«Христология черных» уделяет большое внимание историческому Иисусу, Который Сам был угнетаем и посвятил Свою жизнь служению угнетенным. Даже Его слова о том, что приблизилось Царство Божье, означали, что рабству и тирании скоро будет положен конец. В то же время «христология черных» предлагает преимущественно библейскую точку зрения на Божественность Христа, Его воплощение и воскресение, а принесенное Им спасение обычно рассматривается с точки зрения того, что Он делает или может сделать для изменения сознания черных. «Теология черных» справедливо напомнила нам об универсальности Христа.

Феминистская теология и ее учение о Христе также расценивается многими как разновидность теологии освобождения. Это хорошо видно из ее первоначального названия: «теология освобождения женщин». Усилия этих теологов направлены на достижение справедливости, свободы и равенства женщин.

По сути дела, для всех феминистских богословов правильной отправной точкой для построения феминистской теологии считается не трансцендентный Бог и передача Его Божественных качеств, а человеческий опыт, рассматриваемый как источник и критерий истины. Наряду с латиноамериканской теологией освобождения и «теологией черных», феминистская теология предлагает осмысление фундаментальных проблем бытия, но только в свете опыта, тревог и нужд женщин. В последние годы движение, начавшееся в семидесятых годах, становится все более разнородным. Что касается христологии, то некоторые готовы отвергнуть Иисуса как качественно уникальное воплощение Бога. В качестве примера можно привести Мэри Дейли (род. в 1928 г.). Другие же, например, Картер Хейворд (род. в 1945 г.) и Рита Брок (род. в 1950 г.) обобщают смысл воплощения, включая в него всех людей; третьи склоняются к альтернативному истолкованию Личности Иисуса и предпочитают видеть в Нем поборника прав женщин, как это делает, например, Розмари Рэдфорд Ретер (род. в 1936 г.).

Традиционная христология при всем этом отвергается, поскольку в ней Бог и Спаситель отождествляются с существами мужского пола, а это, по мнению феминистских теологов, поддерживает патриархальное устройство общества и веру в господство мужчин. Они утверждают, что если Иисуса считать мужчиной, то это создает определенный эталон для человечества. Женщина же воспринимается как существо второго сорта или человек, далекий от идеала, что влечет за собой важные последствия, например, в вопросах руководства Церковью. Они также утверждают, что сама идея о том, что Бог в полной мере и уникальным образом воплотился в совершенном человеке мужского пола, Иисусе, и через Него принес спасение всем, не может справедливо отражать динамичные отношения между Богом и всеми людьми. (152)

Поскольку христология создавалась и продолжает создаваться преимущественно мужчинами в конкретной культуре, акцентирующими внимание на мужских вопросах и устремлениях, касающихся взаимоотношений между Богом и людьми, феминистские теологи считают, что они не обращают должного внимания на женщин или просто не берут их в расчет. Следовательно, христологию нужно демонтировать и заново сформулировать на принципах равноправия таким образом, чтобы она внесла свой вклад в феминистские поиски целостности и единства. Наряду с этим феминистские теологи открыли новые грани в доктрине о человеке и спасении. Поскольку и мужчина, и женщина были сотворены по образу Божьему, бесчеловечное отношение мужчин к женщинам — это еще одно проявление греховного состояния рода человеческого. И все же намеки на то, что христиане должны отказаться от таких фундаментальных понятий, как качественно уникальная Божественность Иисуса Христа, являются явным перегибом.

8. Миф о воплощенном Боге

Не так давно изданная британскими теологами книга «Миф о воплощенном Христе» (1977 г.) вызвала шквал дискуссий — возможно, из–за своего провокационного названия, хотя на поверку в ней оказалось не так уж много новых идей. Ее авторы придерживаются мнения, что учение о воплощении не является понятным и вразумительным. В их понимании Иисус — это человек, которого Бог назначил для выполнения особой роли в реализации Божественного плана. Представление об Иисусе как о воплощенном Боге, живущем человеческой жизнью, объявляется более поздней разработкой, мифологическим или поэтическим способом выразить Его значимость для людей. Поскольку авторы книги не признают Новый Завет авторитетным источником и высказывают глубокие сомнения по поводу его достоверности, в ней практически умалчивается о сотериологическом значении Иисуса, а Его воскресение едва ли играет сколько–нибудь существенную роль. По сути дела, книга возрождает старые либеральные взгляды девятнадцатого века и не предлагает никакой реальной альтернативы историческому учению о воплощении.

9. «Иисус–семинар»

С 1985 года члены движения «Иисус–семинар» отстаивают «радикальное реформирование» христианства, утверждая, что Иисуса из Назарета следует освободить из той библейской и вероисповедной темницы, в которую Его посадили христиане. Применяя как критические методы текстового анализа, так и другие еще более спорные правила очевидности, богословы, организовавшие данный сомнительный семинар, в конце концов пришли к выводу, что не более 20 процентов высказываний и еще меньше дел, приписываемых Иисусу в Евангелиях, можно считать подлинными. В числе отвергнутых ими свидетельств Библии рождение Иисуса от девы, молитва Господня, слова, сказанные на кресте, большая часть чудес Иисуса, Его физическое воскресение и все Его притязания на Божественность. Перед нами фактически предстает общественный критик и светский мудрец — что–то вроде иудейского Сократа.

10. Католическая христология

Со времени Фомы Аквинского до середины двадцатого века христология Римско–католической Церкви принципиально была сосредоточена на онтологическом вопросе: кто такой Иисус? Сотериологический вопрос: кем Иисус является для нас, оставался на втором плане.

Переход от некритического к критическому исследованию Нового Завета, перенос акцента со статического на эволюционное и экзистенциальное понимание человеческого бытия, а также развитие историко–политического сознания, нашедшего отражение в теологиях освобождения, привели к замене средневекового метода на новейший подход двацатого века. Здесь, как и в протестантской христологии, просматриваются два основных метода: христологии «свыше», представленные в трудах Пита Шуненберга (род. в 1911 г.), Ганса Урса фон Бальтазара (1905–1988) и даже Тэйлярда де Шардена (1881–1955), начинаются с предсуществующего Слова Божьего, Которое сходит с небес и принимает человеческую плоть. Христологии «снизу», представленные трудами Карла Ранера (1904–1984), Ганса Кюнга (род. в 1928 г.), Вальтера Каспера (род. в 1933 г.) и Эдварда Шиллебека (род. в 1914 г.), начинаются с исторического Иисуса. Более того, латиноамериканские теологи, такие как Леонардо Бофф (род. в 1938 г.) и Ион Собрино (род. в 1938 г.), хотя и ставят исторического Иисуса выше Христа веры, настаивают на том, что ортодоксию всегда нужно связывать с ортопраксией и Божьей заботой о бедных и угнетенных.

Е. Современные веяния

В наши дни христологические дебаты ведутся вяло, и их будущее трудно предсказать. Халкидонское определение «одна Личность и две природы» долгое время принималось даже в двадцатом веке. Существует общее согласие по поводу того, что если мы хотим остаться верными библейскому свидетельству, классическую формулировку следует считать не концом, а началом. Это был символ веры, рожденный в трудное время и долгое время выполнявший свое предназначение. Быть может, он частично утратил свою актуальность и адекватность, но не потому, что данный в нем ответ неверен, а потому, что заданные вопросы предполагают определенную систему координат, которая в настоящее время изменилась. Вопросы, поднятые на Халкидонском соборе, в значительной мере отражены в самом Новом Завете. Их по–прежнему нужно решать.

Ж. Адвентисты седьмого дня

Адвентисты седьмого дня являются защитниками христоцентричной богословской системы. Они считают Христа Творцом, Искупителем, Господином субботы, Первосвященником и Царем, Который скоро грядет.

Однако они не всегда принимали историческое христианское учение о Троице. В первые десятилетия своего существования они отвергали его как небиблейское, как католическую ересь, противоречащую здравому рассудку. (153)

Они также считали, что христология, которая учит, что у Христа две природы, отрицает Божественное искупление. Как бывшие члены движения «Христианская связь» (Christian Connection), Джеймс Уайт (1821–1881) и Джозеф Бейтс (1792–1872), наряду с другими, придерживались разновидности арианства в вопросе происхождения Христа до Его воплощения. Некоторые считали Его сотворенным существом, но большинство — эманацией Отца. Они не отрицали Его Божественность как таковую или Его право называться Богом и право на поклонение. Они утверждали, что, будучи единородным от Отца, Христос имел начало и был создан равным Отцу по изволению Отца. Их понимание воплощения привело к одноприродной христологии, согласно которой предсуществующее Божественное Слово, происшедшее от Отца, но не существовавшее, как Отец, вечно, облеклось в человеческую плоть, чтобы на кресте умереть как Божественная, совершенная жертва искупления и очищения. Утверждение, что во время Своего воплощения Христос был одновременно Богом и человеком, воспринималось как низведение Его смерти до просто человеческой жертвы, тогда в действительности она воспринималась как Божественное искупление.

Серьезные изменения произошли после 1888 года, когда Э. Дж. Ваггонер (1855–1916) начал говорить о воплощении как о вхождении Божественного Слова в греховную плоть, после чего оно как Божественное Слово жило совершенной человеческой жизнью. Божественная природа при этом таинственным образом соединилась с падшей плотью со всеми ее греховными наклонностями, чтобы восторжествовать над человеческим грехом и наделить людей такой же силой. Хотя Ваггонер придерживался, по сути дела, одноприродной христологии, та роль, которую он, говоря о природе Христа, уделял человеческой плоти, подготовила почву для принятия двухприродной христологии и тринитарианского исповедания, как указывает на это Норман Янг. В то же время Е. Уайт сыграла существенную роль в постепенном признании Троицы, хотя и начала высказываться на эту тему только в семидесятые годы девятнадцатого века. С 1931 года тринитарианское понимание Бога, а также представление о полном равенстве Христа с Отцом и двухприродная христология стали важной частью вероучения адвентистов седьмого дня.

Хотя все пришли к согласию, что воплотившийся Христос был безгрешным, среди адвентистов существуют разные мнения относительно сущности Его человеческой природы. Одни считают, что у Него были греховные наклонности, присущие падшей человеческой природе, другие — что их не было. В отличие от большинства первых адвентистов, многие в последнее время приняли точку зрения, согласно которой Христос, хоть и принял падшую человеческую природу, не имел предрасположенности или склонности ко греху.

Точно так же, в отличие от основателей адвентистского движения, которые считали смерть Христа на кресте высшей жертвой, но слово «очищение» ограничивали Его небесным служением, современные адвентисты седьмого дня постепенно расширили свое понимание очищения, включив в него как крест, так и небесное служение Христа. Благодаря этому служению заслуги Его искупительной жертвы на кресте становятся доступными верующим. Каждая его часть воспринимается как законченное дело, но и то, и другое требуется для того, чтобы искупление было полным. Адвентистские авторы традиционно понимали искупительную смерть Христа как замещающую жертву. В последнее время некоторые отстаивают другую точку зрения, которая напоминает теорию нравственного влияния Абеляра.

Начиная со своих первых письменных трудов, адвентисты седьмого дня, как это следует из их названия, настаивали на том, что их Первосвященник скоро вернется на землю, чтобы завершить то дело, ради которого Он приходил в первый раз. Они единодушно подчеркивали, что это Второе пришествие не будет «духовным» событием или индивидуальным опытом в момент обращения или смерти человека, но что оно будет видимой и славной кульминацией земной истории, когда Христос сойдет с неба как Царь царей и Господь господствующих.

V. Комментарии Елены Уайт

Елена Уайт много писала о Личности и служении Иисуса Христа. Мы приведем здесь репрезентабельную выборку ее высказываний по этой теме. Другие статьи, в которых будут затронуты специфические аспекты нашей темы, такие как Христос — Творец, Его Божественность, Его первосвященническое служение и Его второе пришествие, позволяют изучить эту тему более основательно.

А. Слово стало плотью

Относительно познания Христа Елена Уайт пишет следующее: «Во Христе обитает вся полнота. Он [Павел] учит нас почитать все за сор ради превосходства познания Христа Иисуса, нашего Господа. Это знание есть высочайшая наука, которой только может овладеть человек. Оно есть квинтэссенция всякого истинного знания. „Сия же есть жизнь вечная, — сказал Христос, — да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа"» (РукописЬу 125, 1907 г.; Библейский комментарий АСД, т. 7, с. 90S).

Что касается воплощения вечного, предсуществующего Слова Божьего, то она объясняет, что «Христос был Богом в высшем смысле этого слова. Он был с Богом от вечности, Бог надо всем, благословенный вовек. Господь Иисус Христос, Сын Божий, существовал изначально как особая Личность, однако же единая с Отцом» (Избранные вести, т. 1, с. 247). «Христос обладает жизнью — самобытной, незаимствованной, изначальной» (Желание веков, с. 530). «Учение о воплощении Христа является тайной, „сокрытой от веков и родов" (Кол. 1:26). Это — великая и глубокая тайна благочестия. „Слово стало плотью и обитало с нами" (Ин. 1:14). Христос облекся в человеческую природу, низшую по отношению к Его небесной природе. Ничто с такой силой (154) не обнаруживает чудесное снисхождение Бога» (Избранные вести, т. 1,с. 246,247). «Сняв с Себя Свою царскую одежду и царственный венец, Христос облек Свою Божественность в человеческое естество, чтобы поднять людей из состояния вырождения и поставить их на твердую почву. Христос не мог прийти на нашу землю в славе, которую имел в небесных дворах. Грешные люди не выдержали бы этого зрелища. Он сокрыл Свою Божественность под покровом человеческой природы, но не расстался со Своей Божественностью. Спаситель и Богочеловек, Он встал во главе падшего человеческого рода, постигая опыт жизни людей как в детские годы, так и в зрелом возрасте. Чтобы люди могли сделаться причастниками Божьего естества, Он пришел на нашу землю и жил в совершенном послушании» (Ревью энд Геральд, 15 июня 1905 г.).

«Христос, Свет мира, сокрыл ослепительное великолепие Своей Божественной природы и пришел, чтобы жить как человек среди людей, дабы они могли, не погибнув от Божественного сияния, познакомиться со своим Творцом» (Служение исцеления, с. 419). «Став человеком, Христос оставался Богом. Хотя Он унизил Себя, приняв человеческое естество, Он по–прежнему оставался Богом» (Желание веков, с. 663, 664).

Б. Падшее человечество

Иисус из Назарета не только является воплощенным Словом, истинным Богом, Он также является в полном смысле человеком. «Чтобы осуществить Свой план любви в отношении падшего рода человеческого, Он стал костью от нашей кости и плотью от нашей плоти… Божественная и человеческая природа таинственным образом объединились, Бог и человек стали одним целым» (Вера, которой я живу, с. 48). «Христос, не имевший ни единого пятна греха или скверны, принял нашу природу в ее деградировавшем состоянии» (Избранные вести, т. 1, с. 253). «Иисус принял человеческое естество, когда оно было отягощено четырьмя тысячелетиями греха» (Желание веков, с. 49). «Он облек Свою безгрешную природу в нашу греховную природу» (Медицинское служение, с. 181).

Однако в то же самое время Е. Уайт поясняет, что «Ему надлежало занять Свое место во главе человечества, взяв на Себя природу, но не греховность человека» (Знамения времени, 29 мая 1901 г.).

Более того: «Христос был незапятнан, беспорочен и безгрешен, однако Он часто молился со слезами и сильным воплем. Он молился за Своих учеников и за Себя, сопереживая нашим нуждам, нашим слабостям и нашим неудачам, которые так свойственны людям. Он был могущественным Просителем, и Ему были неведомы страсти, которые обуревают нас, падших людей, однако Он имел те же физические немощи и был искушаем во всем так же, как и мы» (Свидетельства для Церкви, т. 2, с. 508, 509).

Иисус «взял на Себя человеческую природу и был во всем искушаем так, как искушаемо человеческое естество. Он мог согрешить и пасть, но ни на одно мгновение в Нем не возникло греховной наклонности» (Библейский комментарий АСД, т. 5, с. 1128).

В трудах Елены Уайт ясно изложено христианское учение о присутствии двух природ в одной Личности Христа.

«Теперь о человеческом: Он „уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти". Он добровольно принял человеческую природу. Это произошло с Его согласия и было Его решением. Он облек Свою Божественность в человеческое естество. При этом Он оставался Богом, хотя внешне это не было заметно. Он скрыл то, что указывало на Его Божественность, внушало почтение и вызывало восхищение Божьей Вселенной. Находясь на земле, Он был Богом, но лишил Себя Божественного вида, сделавшись во всем подобным человеку. Он ходил по земле как человек. Он обнищал ради нас, чтобы мы обогатились Его нищетой. Он сложил с Себя славу и величие. Он был Богом, но на время отказался от славного Божественного облика» (Ревью энд Геральд, 15 июня 1905,; Библейский комментарий АСД, т. 5, с. 1126).

«Была ли преобразована человеческая природа Сына Марии в Божественную природу Сына Божьего? Нет, две природы таинственным образом соединились в одной Личности: Человеке Христе Иисусе» (Рукопись 21, с. 418).  «Он обладал совершенной человеческой природой, соединенной Божеством… при этом каждая природа существовала особо» (Бюллетень Генеральной конференции, 1 октября 1899 года; Библейский комментарий АСД, т. 5, с. 918).

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?