Глава 5. Ссора в комнате подруги детства.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 7 из 15Следующая ⇒

Похоже, Чива узнала об этом благодаря е-мейлу от моих одноклассниц.

Тема: Что будешь делать, Чивава?

Э-кун поцеловал Нацукаву Масузу!

Вот же чертовы Свидетели любви со своей религией. В чем попало умудряются видеть «любовь-любовь-поцелуйчики!», сворачивая разговор на это. И как прикажете разгребаться с этим?

Впрочем, жаловаться сейчас не время.

Информация, приобретя странный оттенок, уже дошла до Чивы — это факт.

Разумеется, я немедля объяснил всё. Ведь за ужином я решил выяснить, она ли отправитель того любовного письма.

— Не поцелуй это. Искусственное дыхание. Учитель спасал другого ученика, так что мне ничего не оставалось. Ведь в борьбе за человеческую жизнь важна каждая секунда.

— Это даже я понимаю, — недовольно скривившись, отвела взгляд Чива.

— Тогда и не переживай. Ведь искусственное дыхание — это же всего лишь соприкосновение губ с губами.

— Тогда и со мной сделай...

— Что?

— Искусственное дыхание.

Я аж мисо-супом подавился. Водоросли, выпав изо рта, умудрились попасть в нос.

— Т-ты ч-что говоришь-то такое?

— Так ведь, но ведь... — Чива перебирала пальцами на уровне груди. Детская привычка, когда она просит о чем-то излишне нерациональном. Режим «угрюмая Чива» активирован.

Впрочем, думается мне, я знаю причину.

Как бывшая участница клуба кендо, она прекрасно понимает важность быстрой первой помощи и её цену, причём гораздо лучше меня. Не будь это Масузу, она бы наверняка не возмущалась и не вела себя так.

Так что в итоге ужин закончился в неприятной атмосфере, и Чива вернулась домой, оставив из трех тонкацу одно несъеденным. Для Чивы оставить мясо — это что-то из ряда вон выходящее.

И я так и не смог прояснить дело с письмом.

Уууу...

Как-то в последнее время всё не очень удачно проходит.

И почему, интересно, Чива с Масузу в столь плохих отношениях?

Быть может, по той же причине, что и жена со свекровью не в ладах. И у меня вместо жены — девушка, а как свекровь — подруга детства.

Но ведь не все же на свете жены со свекровями не ладят, наверное.

Неужто нет никакой уловки, чтобы подружить «девушку» и «подругу детства»?

◇

Следующее утро.

Ожидая, что и сегодня мы с Чивой пойдём в школу вместе, я замер перед воротами дома.

Нужно как можно скорее помириться. Я не могу долго ждать шанса проверить любовное письмо.

Я, слушая пение цикад в саду, ждал около десяти минут… Но сколько ни стоял, Чивы не было.

Неужели обиделась и ушла раньше?

Позвонил в звонок дома Харусаки, вышла мать Чивы.

— Надо же. Э-кун, ты ли это? Давно не виделись! Как поживаешь?

— Д-да, давно не виделись.

Я оказался в замешательстве. Ведь мать Чивы крайне редко бывает дома в это время. Журналистка некой локальной газеты, она покидает дом рано утром и возвращается поздней ночью. Отец Чивы работает там же, но бывает дома ещё реже.

— Гляжу, вы в последнее время снова вместе в школу ходить начали?

— Да, впрочем, не так уж давно решили.

— Вот как, Чива рада тогда, наверное! — и голос её поник. Хоть она и невысокая, и на первый взгляд не очень схожа с Чивой, но когда вот так сузит глаза — одно лицо. Сразу видно — мать и дочь. — Вот только Чива вечером слегла с температурой.

— Э?

— Я сегодня взяла на работе отгул до обеда, отвезу до больницы её. Но домой опять попаду поздно, поэтому, Э-кун, уж извини, но не мог бы ты присмотреть за ней?

— Не вопрос, сделаю.

Не удивительно, что Чива вдруг ужин вчера не доела. Так как она простужается крайне редко, я всё списал на плохое настроение.

Черт…

Почему я не заметил-то, а? А ещё какого-то во врачи хочу.

Весь день я не мог сосредоточиться на занятиях. Хоть перед тестами это и крайне важно, я никак не мог выбросить Чиву из головы. Интересно, спит ли сейчас Чива и прочее — всё время думал о подобном.

Передав Масузу, что сегодня в клуб не приду, поспешил домой.

Переодевшись и запустив стиральную машинку, сразу направился в дом Чивы. Открыв запасным ключом дверь, немедля начал подниматься по лестнице… Когда до меня дошло, что она может просто спать, я уже был на верху лестницы.

— Чива, это я, — постучался в дверь. Подождал десять секунд, ответа нет. — Вхожу, я вхожу, ладно? — во второй раз переспросив, медленно повернул ручку двери.

Комната Чивы, в которой очень давно не был, довольно сильно отличалась от моих воспоминаний. Как бы сказать?.. Розового прибавилось. Прежде были развешаны постеры с кендо, во множестве валялись упаковки бинтов и размочаленные синаи, теперь же им на смену пришли подушечки и всякая прочая мелочь, но особенно в глаза бросались несколько зеркал.

Не изменился лишь этот запах, как от тёплого молока.

Запах Чивы.

Лежа в той же постели, что и прежде, Чива спала. Сонное дыхание было слегка затруднено. Да и лицо покраснело.

В момент, когда я раздумывал, а не принести ли с первого этажа полотенце, футон дёрнулся.

— Ммм… Э-кун?

— Извини, Чива. Разбудил?

— А?.. И правда Э-кун. Но почему Э-кун в моей комнате? — не до конца очнувшись, распахнула она глаза.

— Тётя попросила присмотреть. Ну-ка, не вставай, спи дальше.

— Да не, я в порядке. Вот же, мама… — прошептала Чива не особо расстроенно. Да и глаза радостно сузила.

— Похоже, у тебя ещё жар. Хочешь чего-нибудь?

— Тогда... Оботрёшь меня?

Кхе-кхе?!

— Т-точно этого хочешь? — мой голос дрогнул, когда решил переспросить на всякий случай.

Налив на кухне воды в тазик и взяв полотенце, я вернулся в комнату Чивы.

Она, усевшись на кровати на колени, сняла верх розовой пижамы. Пред моим взором предстала её обнаженная спина.

— Пожалуйста, будь нежен.

— П-п-по-понял, — и подступил с мокрым полотенцем к постели.

При близком рассмотрении спина Чивы крайне гладкая и прекрасная. Я-то думал, что она ни капли не выросла, но девичья округлость проступает там и сям. Особенно мягкие белые руки крайне привлекательны.

— Хья, — от прикосновения полотенца к спине Чива вздрогнула. — Ну, я же просила быть по-нежнее.

— П-прости…

Я нежно повёл рукой, обтирая её маленькую спину. Сердце при этом дико стучало, я беспокоился, не услышит ли Чива этот стук. Медленно-медленно рука двигалась по спине, она сладко вздыхала: «Ммм...» — от этих звуков сердце, казалось, вот-вот улетит в потолок.

— Спасибо, Э-кун. Спереди сама оботрусь.

— У, угу.

Наконец-то закончилось…

Покуда Чива вытирала тело, я, отвернувшись, обозревал комнату. Да уж, и впрямь различных мелких вещичек прибавилось. Сумочка, словно из журнала моды, сёдзё-манга, ароматические свечи и прочее. Всё же вкусы у неё уже не те, что в прошлом.

Так, стоп?

Вон та, приспущенная с настольной лампы вещичка, помнится мне…

— А!? Н-нельзя! Э-кун, нельзя, говорю же!

Поднявшись, я взял в руки.

Алые палочки для еды.

Перевязанные милой розовой ленточкой.

Интересно, почему в таком месте висят палочки-то?

Мало того… они часом не из моего ли дома?

— Извини, Э-кун, без спроса из твоего дома взяла.

На этих словах меня озарило.

— Это что, с той ночи палочки, что ли?

Чива слегка кивнула.

Не зря подруга детства. Вмиг поняла о какой «той ночи» речь.

Ведь для нас обоих сочетание «та ночь» значит лишь одно.

Вечер, когда я не мог и слова сказать, узнав, что родители сбежали. Тем вечером Чива сбежала ко мне из больницы, где находилась после дорожного происшествия. День, когда мы вместе ели стейк. День, когда я впервые в жизни готовил.

Тогда мы ели именно этими палочками.

— Но зачем ты их взяла-то?

— Так ведь они мне напоминают о самом дорогом, — лицо Чивы полностью покраснело. Да и глаза увлажнились. Из-за температуры… вряд ли. Точно. — Те воспоминания — единственное неизменное во мне. Даже если у Э-куна появится девушка. Даже если он полюбит другую.

— Вот как… — я кивнул, наконец убедившись. То письмо, его написала не Чива.

Ведь нам нет необходимости «восстанавливать узы, что прежде были».

Знак моих уз с Чивой долго-долго, с того самого времени, висел здесь.

◇

В итоге я остался на ночь присматривать за Чивой.

От её родителей был звонок, что сегодня они не вернутся. Поскольку такое у них в семье частенько, в такие дни она обычно ко мне с ночёвкой приходила Правда, дело было ещё в начальной школе.

Тетушка, конечно, по телефону извинялась, но мне кажется, с этим ничего уж не поделать. Я в любом случае намеревался допоздна засидеться за подготовкой к тестам. А покуда у меня есть с собой записи, я где угодно учиться смогу.

Хоть Чива всё это время спала, жар никак не спадал. Вот, казалось бы, только положил мокрое полотенце, как оно уже стало тёплым. Воду в тазике тоже надо сменить.

Я собрался было встать, как мой рукав крепко ухватила Чива.

— Будь рядом...

— Чива? Проснулась уже?

Нет, глаза закрыты. Спит. Может, из-за лихорадки кошмар привиделся?

— Нацукава лучше?

— Э?

Чива болезненно повела головой.

— Нацукава лучше? Лучше меня? — слабый, словно сдавленный в груди голос. — Я — не гожусь? Почему? Всё, всё время рядом же была?

Щёки Чивы крайне побледнели.

— Никуда не уходи. Будь рядом, всегда. Э-кун…

Я снова уселся рядом с Чивой. И крепко сжал её руку, выбившуюся из-под одеяла.

— Не бойся, Чива.

— …

— Я здесь. Я всегда рядом с тобой.

Болезненное выражение её лица практически тут же смягчилось.

Сонное дыхание снова выровнялось. Наверное, более глубокий сон пришёл.

В опустевшую руку я взял словарь по английскому.

Нужно больше, больше учиться.

Ради той цели, достичь которой я поклялся тем вечером.

◇

Очнувшись, я обнаружил, что за неплотно прикрытыми занавесками занимается слабый утренний свет.

Похоже, в какой-то момент я просто уснул. Сидя, положив голову на постель. И кто-то набросил мне на плечи розовое покрывало.

В кровати — никого.

— Чива?

— Я здесь, Э-кун.

Обернувшись, я увидел улыбающуюся Чиву, сидящую на стуле, поставленном спинкой вперёд.

— Т-ты что творишь-то?

— Э-хе-хе, за лицом спящего Э-куна наблюда-аю♪

— Да не о том я! Температура уже спала, что ли?

— Да. Благодаря тебе.

Показывая, что она в порядке, Чива встала и крутанулась разочек.

— Точно? Смотри ведь.

— Да в порядке всё! Вот же, Э-кун, ты чересчур беспокоишься, — и, хихикнув, попыталась улизнуть, чему я воспрепятствовал, ухватив за руку.

Да... В порядке. Температура почти нормальная.

Чива со словами: «Вот видишь? Я же говорила», — гордо стукнула себя в грудь.

— И чтобы Э-кун вместо меня простуду не подхватил, я прикрыла тебя покрывалом, видишь? Вот же, Э-кун, ты и правда без меня пропадёшь.

— Э… ты что говоришь-то такое?

Ну, раз она вернулась к насмешкам, значит, с ней и впрямь всё в порядке.

Я взглянул на часы: 7 часов 10 минут утра.

— А? Э-кун, ты куда собрался? Скоро Мама вернётся, позавтракаешь с на…

— Нет, сегодня я раньше в школу уйду. Потому что хочу подготовиться к тесту в тихом классе.

— С чего вдруг-то? Прежний Э-кун не вёл себя так холодно.

— Да-да.

Чива недовольно надулась:

— Может, ещё раз заболеть…

— А? Ты что-то сказала?

— Нет, ничего, — резко замотала она головой. — Кстати говоря, Э-кун. По поводу искусственного дыхания.

— Что опять? Снова припомнить хочешь?

— Вовсе нет. Я думаю, что ты замечательно справился. Подобное, даже зная теорию, в реальности не всякий сможет применить. Э-кун, где научился?

— Ну, как где?.. В книге. Ну и на уроке физкультуры как-то пробовали.

— Только с этого научился? Поразительно.

— Э-хе-хе. Больше хвали. Восхваляй меня!

А на самом деле всё было по-другому...

Когда Чива попала под машину и лежала в больнице, я записался на курсы по спасению людей на пожарной станции. Я прошел полный курс от ветеранов-пожарников.

Чтобы, если Чива вновь попадёт в инцидент, не быть бесполезным, не способным ничего сделать.

Поэтому я решил слегка обучиться, да до автоматизма запомнить…

Разумеется, я держу это от Чивы в строгом секрете.

Если скажу, она ж тут же этим воспользуется!

— Пока, Чива. До встречи после занятий в комнате клуба.

— А, постой, Э-кун! Я тоже с тобой пойду. Подожди ещё пять минут, хорошо?!

Шумное утро.

Обычное утро с подругой детства.

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров