Реально в толпо-“элитарном” обществе эта «моральная поддержка» и оказывается самым страшным и опасным явлением.

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 3 из 4Следующая ⇒

Этот общий для толпо-“элитаризма” принцип проявляет себя и в построении всякой внутрикорпоративной иерархии под знамёнами какой-либо идеи, если корпорация под давлением обстоятельств или по воле её участников заботится о поддержании и наращивании эффективности своей деятельности (в общем всем «внешнем мире»)[16]. В этом случае претенденты на продвижение вверх по внутрикорпоративной иерархии, не обладающие необходимыми личностными качествами, если они не удовлетворены своим положением и не могут сдержать свои амбиции, перестают подчиняться дисциплине корпоративной деятельности и отторгаются корпорацией.

При этом во многом внутрикорпоративная дисциплина «под­чи­няясь — подчиняй» это — дисциплина личностно-иерар­хи­ческая:

· в направлении “вверх” — дисциплина подчинения (испол­ни­тельности) личности вышестоящим в иерархии и ответственности перед ними,

· а в направлении “вниз” — дисциплина распорядительности, проистекающей из подчинённости высшим (допус­ка­ется инициатива «в меру» — «по чину») и требовательности в отношении личностей, стоящих в иерархии ниже.

И вовсе необязательно, чтобы эти принципы внутрикорпоративной дисциплины были высказываемы в ходе коллективной деятельности. Корпорация «подчиняясь — подчиняй» может формироваться и на основе умолчаний, которые могут быть как реальными требованиями одних, предъявляемых ими к другим, так и плодом воображения носителей холопско-господской нравственности и этики даже в тех случаях, когда им предлагают равноправно товарищеский характер взаимоотношений. Вслед­ствие последнего обстоятельства корпорация может формироваться на этих принципах дисциплины даже вопреки оглашениям прямо противоположного смысла.

Сама же идея как таковая при господстве такого рода корпоративной личностно-иерархической дисциплины уходит в коллективной деятельности даже не на второй, а на третий план, поскольку:

· на первом плане — внутрикорпоративная дисциплина в указанном смысле;

· на втором плане — келейные (с глазу на глаз) интерпретации идеи субъектами соответственно положению каждого из них в личностной иерархии корпорации;

· на третьем плане сама идея — как таковая — витает в корпорации в качестве знака-идентификатора в «фоновом режиме», вовсе не обязательно проявляя себя в деятельности её участников и корпорации в целом.

Соответственно ссылки по жизни кого-либо из приверженцев идеи на саму идею как таковую участниками корпорации не воспринимаются, если они не признают за ссылающимся на идею внутрикорпоративного иерархического статуса, предоставляющего внутрикорпоративное право ссылаться на идею непосредственно и трактовать её по жизни с тою степенью свободы, которую находит для себя допустимым её приверженец, конечно, если его интеллект позволяет трактовать и развивать идею.

Такой характер внутрикорпоративной дисциплины приводит к тому, что возникает особая категория приверженцев «большой идеи», не принадлежащая ни к первому ни ко второму потоку[17] её освоения толпо-“элитарным” обществом: они искренне и непреклонно (разве что за исключением возможных в жизни почти каждого человека краткосрочных эпизодов нравственно-психо­ло­ги­чес­ких или иного рода эмоциональных срывов), не взирая ни на что, служат идее как таковой в их понимании, не подчиняя своё поведение ни культовым интерпретациям идеи в обществе и в его социальных группах, ни внутрикорпоративной личностно-иера­р­хической дисциплине «подчиня­ясь — подчиняй». Они действуют каждый соответственно своему пониманию целесообразности в конкретных складывающихся обстоятельствах, и при этом они могут как соучаствовать в деятельности корпорации, так и служить идее как таковой (в её понимании каждым из них) вне корпорации. Однако, при взгляде извне образуя особую категорию — независимых от мнений толпы, включая иерархов-толкователей идеи, — они внутренне психологически могут быть различны по типам строя психики каждого из них. К этой особой категории «независимых» могут принадлежать:

· «зомби» — фанатики, запрограммированные (т.е. порабощённые) свойственной каждому из них интерпретацией идеи, и блюдущие неизменным свой “канон” её толкования и применения к обстоятельствам жизни;

· демоны и носители человечного типа строя психики — способные к развитию идеи, обусловленному их нравственностью, информированностью, интеллектом, волей. Различие между демонами и человеками определяется содержанием «большой идеи» (не все «большие идеи» приемлемы человекам, не все «большие идеи» приемлемы демонам и эти множества приемлемых для каждого из нравственно-психоло­ги­чес­ких типов идей не во всём совпадают), которой верен каждый из них, и их сокровенной религией — личностными взаимоотношениями с Богом по жизни каждого из них.

Соответственно, если на основе принципа «подчиняясь — подчиняй» вокруг «большой идеи» складывается корпорация, то вне корпорации (или на её нижних ступенях, что во многом — одно и то же) оказываются субъекты:

· не способные осуществить вторую половину принципа «под­чи­няй!» по своему безволию или по неспособности освоить идею на интеллектуальном уровне так, чтобы донести её до понимания других;

· не способные осуществить первую половину принципа «под­чи­няйся!», причиной чего может быть:

Ø либо также безволие, при наличии которого субъект оказывается не способным к поддержанию корпоративной дисциплины под воздействием разного рода природных факторов (в частности, — инстинктов, климатических и т.п.), а также и социальных факторов;

Ø неудовлетворённость своим иерархическим положением в сложившейся корпорации безотносительно к волевым качествам;

· «агенты влияния», выявленные или ложно опознанные в качестве носителей принципа «подчинись — добейся признания в качестве своего, после чего — подчини».

В двух последних случаях (неудовлетворённость и разоблачение «агентов влияния»), если субъект обладает некоторыми волевыми качествами и освоил необходимые знания и навыки, то он может положить начало построению параллельной корпорации вокруг всё той же идеи (как-то специфически её интерпретируя или обвиняя прежнюю корпорацию в её извращении или узурпации с целью своекорыстной эксплуатации).

Но неудовлетворённость своим иерархическим положением в корпорации (или разоблачение в качестве «агента влияния») он может попытаться реализовать и в построении корпорации “бор­цов” за искоренение «большой идеи», вокруг которой сложилась отторгнувшая (или не принявшая) его корпорация.

Кроме того, если деятельность корпорации «подчиняясь — подчиняй» оказывается обусловленной деятельностью тех или иных людей персонально, вследствие того, что именно они оказываются носителями необходимых для неё знаний, навыков, ключей и каналов доступа к каким-либо ресурсам и управления ими, то алгоритмика принципа «подчиняясь — подчиняй» в личностных взаимоотношениях или в эгрегориальном управлении может выражаться в создании и устойчивом поддержании системы зависимости такого рода личностей от корпорации и обстоятельств, порождаемых корпорацией вокруг этой личности. Эта система тем более развита, чем более зависит сама корпорация, принявшая на вооружение ту или иную «большую идею» от деятельности такого рода личностей.

Выстраиваемая в такого рода алгоритмике корпоративной деятельности система зависимости определённых личностей ориентирована не на подкуп и возвышение личности во внутренней иерархии корпорации, как могло бы показаться многим, а на обеспечение наиболее эффективной работы личности на корпорацию при целенаправленном создании обстоятельств, исключающих возможность произвольного ухода такого рода личностей из корпорации.

Соответственно этому принципу максимума эффективности в работе на корпорацию, корпоративная алгоритмика порождения и поддержания системы зависимости некоторых определённых людей в личностных и эгрегориальных её проявлениях выражается разнообразно: в изоляции личности от чуждых корпорации потоков информации; в удалении реальных и потенциальных помех работе на корпорацию, что может выражаться в создании семьи для обеспечения быта личности; в её разрушении, если члены семьи расцениваются корпоративной алгоритмикой в качестве помех работе; в поставке кандидатов в друзья и в удалении друзей из круга общения и их уничтожении; в порождении бытовой, и в частности финансово-экономической зависимости от корпоративной алгоритмики, в результате чего трудоустройство вне корпорации или без санкции корпорации (личностной или эгрегориальной) может оказаться невозможным при достигнутом личностью качестве своего развития; в целенаправленном создании проблем со здоровьем, чтобы оказывать поддержку через подконтрольную корпорации медицину; в поощрении наклонностей к избыточному комфорту или поддержанию быта «на всём готовом», создаваемом формальной или неформальной прислугой и т.п.

По существу в такого рода случаях корпоративная алгоритмика работает на обеспечение той степени несвободы личности, которой в прошлом обладал раб-гребец на галере, хотя в жизни — вследствие разнообразия необходимых корпорациям видов деятельности и личностной специфики — выражаться это положение «галерника» или близкое к таковому может в самых разнообразных вещественных и ситуационных проявлениях, вовсе не похожих на галеру, тюрьму и т.п.

При этом внутрикорпоративный иерархический статус личности, обладающей степенью несвободы «галерника», близкой или устремлённой к ней, может быть любым: от «никакого», даже самого низкого статуса во внутрикорпоративной иерархии, если эта личность расценивается корпоративной алгоритмикой просто в качестве принадлежащего ей «ресурса», однако обладающего высокой ценностью, — до первоиерарха в системе личностных взаимоотношений в корпорации или в её эгрегоре (т.е. до одной из двух внутрикорпоративных вершин, которые не всегда совпадают, поскольку могут быть локализованы в разных личностях).

Однако, если личность, вокруг которой строится или построена такого рода система жёсткой зависимости от корпорации, осознаёт этот факт и выявляет систему и алгоритмику функционирования её привязок, то для неё открываются возможности обрести свободу от этой системы зависимости, даже не разрывая своих взаимоотношений с корпорацией, по мере того, как она вырабатывает личностные качества и навыки, приобщающие её к соборности (в случае достижения ею человечного строя психики и соответствующей ему алгоритмики психической в целом деятельности) или приобщающие её к какой-то другой корпорации, которая властвует или способна обрести власть над первой корпорацией по принципу «подчиняясь — подчиняй» в обеих его модификациях (в случае выработки необходимых качеств и навыков при сохранении личностью нечеловечных типов строя психики).

Второй поток освоения толпо-“элитарным” обществом «боль­ших идей» (а равно их иллюзий) — в смысле эксплуатации их в интересах стяжательско-потребительской деятельности — составляют:

· те, кого корпорация волевых субъектов, складывающаяся на принципе «подчиняясь — подчиняй», не приняла в свои ряды или отторгла, спустя какое-то время, и которые не приняли участия в построении параллельных корпораций «за» и «про­тив» идеи;

· а также и те, кто занят какой-то иной деятельностью настолько интенсивно, что у них нет ни времени, ни сил для того, чтобы приобщиться к этой корпорации, хотя идея как таковая их заинтересовала и они не возражали бы, чтобы она (в их адекватном или иллюзорном понимании) воплотилась в жизнь. Поэтому воплощению идеи в жизнь они готовы содействовать своими эпизодическими действиями (но не систематически целесообразными, что отличает их от участников корпорации, которые действуют волевым образом систематически) и оказывать «боль­шой идее» и её систематически деятельным приверженцам так называемую «моральную поддержку».

Дело в том, что она по своей сути представляет собой энергетическую накачку эгрегора, складывающегося под знаками-сим­во­лами[18] «боль­шой идеи» (а равно иллюзий «большой идеи») и достаточно типичных для этого общества её субъективных интерпретаций. Если заправилы корпорации «подчиняясь — подчиняй!», а также более или менее близкие к реализации себя в качестве человека люди в этом обществе оказываются неспособными управиться с этим эгрегором, то в эгрегоре происходит «энер­ге­ти­чес­кий пробой личности».

Энергетический пробой эгрегором личности характеризуется следующими свойствами:

· кто-то из входящих в эгрегор приверженцев идеи слабоволен или утрачивает самообладание в какой-то момент и становится невольником или почти невольником;

· поскольку он замыкается на эгрегор, энергия, накопленная в эгрегоре, прорывается в отсутствие активности его воли в его психику, сминая, подавляя и снося остатки его воли;

· энергетическая «подпитка» от эгрегора «большой идеи», признанной субъектом своей, опьяняет и дурманит (если эмоции и не хлещут через край, то всё же субъект переживает эмоци­о­нальный подъём, будучи не в силах его осознанно осмыслить: т.е. смысл и эмоции должны быть всегда в осознаваемом соответствии друг другу);

· в процессе энергетической «подпитки» эгрегориальная алгоритмика, сформированная отчасти идеей как таковой, а отчасти алгоритмикой психики входящих в эгрегор людей — в режиме адаптирующегося к обстоятельствам многовариантного автомата — ретранслируется через этого же опьянённого и одурманенного безвольного субъекта.

Познавательные статьи:



Алгоритмические операторы Matlab

Конструирование и порядок расчёта дорожной одежды

Исследования учёных: почему помогают молитвы?

Почему терпят неудачу многие предприниматели?