Конституция Республики Беларусь 2 страница

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 43Следующая ⇒

Часто можно слышать: верховенство парламента или диктатура Президента. Истина посредине. Зарубежный опыт свидетельствует, что соотношение сил между двумя институтами непостоянно, но колебания совершаются в определенных границах, с учетом общей расстановки сил.

Необходимо учитывать, что концентрация в руках одного органа и есть тирания. Однако не следует думать, что речь идет об одном человеке. По утверждению Т.Джефферсона, и 173 деспота (имелось в виду законодательное собрание Вирджинии) могут угнетать так же, как и один (Савельев В.А. Президент и принцип разделения властей: история и современность // США: Экономика. Политика. Идеология. - 1992. - N 2. - С. 43).

Исторический опыт свидетельствует, что, даже при наличии конституционной основы для равенства властей, в различные периоды наблюдается доминирование одной из ветвей власти. При создании, например, американской Конституции опасения были в возможном возникновении тирании законодательного органа.

Проблемой, требующей решения, является не только действие Президента в рамках своих полномочий, но и определение пределов законодательного ведения Парламента. Любое его решение должно быть основано на конкретной конституционной норме. Ст. 83 Основного Закона в редакции от 15 марта 1994 г. не позволяла Верховному Совету расширять свои полномочия посредством принятия обычного закона. К такому выводу приводит непредвзятый сравнительный анализ части второй ст. 83 и п. 26 ст. 100 Конституции. Однако вопреки этому Верховный Совет, принимая законы, стремился расширить полномочия за счет ограничения власти Президента или Правительства.

Сотрудничеству Парламента и Президента могло способствовать более серьезное отношение Парламента к вето Президента на принятый закон. В 1994 - 1996 гг. у нас почти в ста процентах случаев вето Президента преодолевалось, и это несмотря на ряд обоснованных возражений Президента относительно расхождения законов и Конституции. Для сравнения: в США лишь около 3 процентов вето Президента преодолевается Конгрессом. Продолжение подобной практики даст Президенту повод все чаще и чаще обращаться к такому институту, как народное голосование.

Конституция сформулировала генеральную схему балансов и противовесов. Однако некоторые оставшиеся пробелы необходимо было восполнить. Например, в Конституции закреплено право Парламента определять дату выборов в высший представительный орган и нет иных органов, которые могли бы поправить позицию депутатов, когда она не основана на Конституции.

Формулировка ст. 7 Конституции, согласно которой государство, все его органы связаны правом, действуют в пределах Конституции и принятых в соответствии с ней законов, также направлена на обеспечение равенства властей. Это формулировка исключает, на наш взгляд, правовую основу высказываемой идеи о "диктатуре" закона. Диктатура - она и есть диктатура. Законодательная власть и исполнительная власть обязаны соизмерять свои решения в рамках Конституции с правом.

Право и закон нельзя отождествлять, как это делают сторонники этатистского позитивизма, иначе значение права можно будет придать любому властному решению, сформулированному в процессе законодательной процедуры. Необходимо помнить, что праву всегда присущи признаки справедливости, равенства и свободы, а присущи ли они конкретному закону, иному нормативному акту - зависит прежде всего от законодателя, и законы могут быть действительно удачными и неудачными, "хорошими" и "плохими". Ключевую роль в процессе законотворчества играет адекватность формулирования в виде норм законов и подзаконных актов того права, которое отражает существующие в обществе ценности социальной справедливости, свободы и т.д. Сущность любого правотворческого процесса, в том числе и законодательного, должна быть ориентирована на высокие идеалы. Не следует упускать из виду, что право включает и нормы международного права.

Если стать на точку зрения, что право и закон - понятия тождественные, то какие могут быть претензии к фашистскому или сталинскому государству.

Говоря о хороших и плохих законах, автор не имеет в виду иногда пропагандируемый принцип: обязательны только первые, т.е. хорошие, и не следует исполнять вторые, т.е. плохие законы. При этом должен действовать важнейший конституционный принцип - признание акта неправовым должно осуществляться уполномоченными органами, если Конституцией не предусмотрен иной механизм действия акта более высокой юридической силы. В переходных положениях Конституции (имеется в виду Закон о порядке вступления ее в силу) было предусмотрено, что законы, указанные в Конституции, должны быть приняты в течение двух лет после ее вступления в силу. 30 марта 1996 г. этот срок истек, однако ряд необходимых законов так и не был принят. Необходимо искать выход из сложившейся ситуации. В случае отсутствия либо недостаточности законодательного массива для реализации в полном объеме основных прав и свобод Парламенту необходимо активно использовать свое право толкования Конституции, возможно, это не должно касаться уголовно-правовой сферы, где должен действовать закон.

По Конституции правом ее толкования обладает белорусский Парламент. Однако за эти годы он лишь раз воспользовался своим правом. Это не способствует установлению единообразного применения конституционных норм. Существует ряд критериев, предъявляемых к актам толкования. Один из них - акт толкования должен адекватно отражать содержание толкуемой нормы. Учитывая, что акт толкования - нормативный акт, он может быть предметом рассмотрения в Конституционном Суде. Таким образом обеспечивается двойная защита Конституции. В законе о Верховном Совете была определена форма акта толкования Конституции - конституционный закон (Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. - 1995. - N 7. - Ст. 95, 98; - N 8. - Ст. 103). В форме закона должны приниматься и решения Парламента о толковании обыкновенных законов. Ведь обыкновенный закон вводится в действие после подписания его Президентом и толковаться этот акт должен не в одностороннем порядке - только Парламентом, а и с участием Президента, который может высказать свою точку зрения по данному вопросу, и которая должна быть рассмотрена Парламентом. Такой подход будет только способствовать исполнению норм Конституции. Толкование Конституции Парламентом уменьшит потребность в ее поправках и сделает Конституцию живой. Изложенный в переходных положениях Конституции принцип, согласно которому законы и иные нормативные акты до приведения их в соответствие с Конституцией действуют в той части, в какой они не противоречат Конституции, означает, что не требуется отмены акта парламентом или соответствующего решения Конституционного Суда для того, чтобы не применять противоречащую Конституции норму. В этом случае правоприменитель берет на себя риск ответственности за ошибочность решения. Однако это касается актов, принятых ранее принятия Конституции.

Достоинством Конституции является то, что она позволяет исключить существование параллельных исполнительных структур на местном уровне, как это было одно время в России.

Одной из проблем конституционных преобразований и самой ближайшей перспективной задачей является обеспечение прямого действия Конституции. Для нашей предыдущей истории был характерен отрыв Конституции от реальной жизни, считалось, что конституционная норма может действовать лишь тогда, когда в ее развитие принят обыкновенный закон или иной нормативный акт. Такой подход девальвировал Конституцию, не утверждал ее верховенство и авторитет в сознании граждан. Ныне ситуация должна измениться. В Конституции есть множество норм, которые и без какой-либо дополнительной правовой регламентации, разъяснения смысла могут и должны применяться на практике. Одна только норма о возмещении не только материального, но и морального вреда в случае нарушения прав и свобод граждан (см. ст. 60) способна изменить к лучшему ситуацию, поднять престиж Конституции в глазах граждан. Это касается не только защиты чести и достоинства гражданина, защиты прав потребителя и т.д., но любого случая нарушения прав и свобод, например в связи с незаконным увольнением, хищением личного имущества и т.д., т.е. принципиально изменен подход к определению объема вреда. У нас ранее более полно было разработано понятие имущественного вреда и обычно с исками в суд обращались именно по данному поводу. Что касается материального возмещения морального вреда, то этот вопрос в законодательстве практически не решался. Новая Конституция, как видим, в корне меняет ситуацию.

Прямой ее характер действия будет обеспечен, когда суды общей юрисдикции в своих решениях будут ссылаться на конституционную норму. За десятилетия советской власти такие примеры были исключительными, за годы действия новой Конституции ситуация несколько улучшилась. Согласно ст. 112, если суд при рассмотрении конкретного дела придет к выводу о несоответствии нормативного акта Конституции или иному закону, он принимает решение в соответствии с Конституцией и законом и ставит в установленном порядке вопрос о признании данного нормативного акта неконституционным. Однако еще не было случаев, чтобы суды ставили вопрос о признании того или иного акта неконституционным. Для того чтобы сдвинуть дело с мертвой точки, полезно было бы предусмотреть в качестве одного из показателей судебной статистики количество внесенных судами предложений о признании актов неконституционными. Кроме того, принцип соотнесения актов с Конституцией следовало бы распространить и на ратифицированные международные договоры. Необходимо, чтобы основополагающие международные документы, ратифицированные республикой, стали настольными книгами судей, парламентариев, всех, кто представляет государство.

Безусловно, мы находимся в начале большой работы по формированию качественно новых отношений между государством и гражданами. Ее успех - залог реального продвижения к демократии. Конституция должна создать для этого надежную основу.

Опыт применения новой Конституции

Многие лица, работавшие над текстом Конституции, исходили не из конъюнктурных соображений, а из необходимости создания такого документа, который стал бы настольной книгой для каждого государственного служащего, депутата, судьи, отдельного гражданина.

Работа над текстом Конституции позволила авторам глубоко понять смысл и содержание ее норм. Действительность же обманула ожидания. Одним из недостатков явилось то, что после принятия Конституции не были проведены новые парламентские выборы, а это необходимо было сделать. Принцип разделения властей до 30 марта 1994 г. не был конституционно закреплен, система власти отличалась монопольным положением Верховного Совета, который и юридически (с июня 1990 г. после изменения ст.ст. 6, 7 и 49 Конституции 1978 г.), и фактически безраздельно господствовал на политической сцене. В этих условиях непросто было поделиться властью с Президентом. Кстати, только в Беларуси Президент как должностное лицо оказался вне конституционного процесса: выборы Главы государства состоялись лишь летом 1994 г. К этому времени, опять же без его участия, был сформирован Конституционный Суд, что нехарактерно для государственного строительства других стран, в том числе и западных. И это тоже обусловлено предшествующим опытом. Были опасения, что Верховный Совет затянет с созданием Конституционного Суда, ведь он в течение четырех лет так и не создал предусмотренный в Конституции 1978 г. Комитет конституционного надзора (возможно, и потому, чтобы ККН "не мешал" строить правовое государство?). В этой связи в конституционном законе от 15 марта 1994 г. "О порядке вступления в силу Конституции Республики Беларусь" было предусмотрено образование Конституционного Суда в течение месяца после вступления Конституции в действие, т.е. до 30 апреля 1994 г. (Конституция Республики Беларусь. - Мн.: Полымя, 1994. - С. 29 - 30). Стали искажаться дух и суть конституционных норм, причем не только со стороны исполнительной, но и представительной властей.

Необходимо признать, что принцип разделения властей в то время не стал нормой поведения властных структур. Например, в части второй ст. 83 Конституции в редакции от 15 марта 1994 г. специально было оговорено, что Верховный Совет может осуществлять только те полномочия, которые предусмотрены в Конституции: ссылка на закон как источник получения дополнительных полномочий Парламентом была изъята в одном из последних вариантов Конституции. Несмотря на это, стало практиковаться принятие законов, наделявших дополнительной властью Парламент. Нередкими стали случаи принятия нормативных актов не в форме законов, а в форме постановлений, т.е. Глава государства лишался юридической возможности наложить вето на такой акт, поскольку он подписывался Председателем Верховного Совета. В массовом порядке продолжалась ратификация международных договоров не законами, а постановлениями Верховного Совета, законы вводились в действие постановлениями, которые подписывались опять же Председателем Верховного Совета. На эти и другие отступления от требований Конституции автор данного комментария указывал в своих публикациях еще в 1994 г. (см., напр.: Васiлевiч Р.А. Канстытуцыя, закон, указ... // Народ. газ. 1994. 15 - 17 кастрычнiка). Не способствовало установлению нормальных деловых отношений между Главой государства и Парламентом то, что вето Президента относительно принятых законов преодолевалось, как уже отмечено, в ста процентах случаев.

У нас стало чуть ли не правилом хорошего тона даже не рассматривать проекты, внесенные Президентом в порядке законодательной инициативы. Нерассмотрение Парламентом предложений Президента о некоторой корректировке Конституции дало ему основание обратиться к народу, т.е. к тому субъекту, который является единственным источником государственной власти.

Несмотря на эти и другие факты, активно создавалась иллюзия одностороннего "отступления" от Конституции Президентом и нахождения в рамках "конституционного поля" Верховного Совета. Этому содействовал и Конституционный Суд. Стало правилом возбуждать по инициативе самого Суда дела о проверке конституционности "старых" законов, т.е. актов, принятых прежними Верховными Советами, и актов действующего Президента (см., напр.: Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. - 1994. - N 36. - Ст. 578; см., напр.: Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. - 1995. - N 30. - Ст. 407). Баланс не был обеспечен. Были годы, когда Конституционный Суд половину дел рассматривал по своей инициативе. В конце концов были проверены на предмет конституционности и некоторые новые законы (см., напр.: Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. - 1996. - N 17. - Ст. 234). По состоянию на сентябрь 1996 г. Верховный Совет в 1,5 - 2 раза больше, чем Президент, принял норм, которые не соответствовали Конституции. Конечно, каждый орган государственной власти должен стремиться к сопоставлению своих действий (решений) с требованиями Конституции. В то же время нельзя подавать рассмотрение того или иного дела в Конституционном Суде как национальную трагедию, "открывать счет", т.е. подогревать в этой области страсти. На то и создаются Конституционные Суды, чтобы юридическими средствами разрешать споры.

Конституционный Суд не смог разумно воспользоваться правом возбуждения производства по делам по собственному усмотрению. В Европе органы конституционного контроля таким правом обычно не наделяются, поскольку всегда есть соблазн, часто подогреваемый извне, вторгнуться в тот или иной конфликт. К сожалению, в Беларуси против такого соблазна устоять не удалось и это явилось ошибкой. За рубежом, часто даже тогда, когда инициатива исходит от уполномоченного субъекта, органы конституционного контроля отказывают в рассмотрении дела, если оно носит преимущественно политический характер. В то же время установление весьма узкого круга субъектов обращения в Конституционный Суд, как это имеет место в действующей редакции Конституции, обязывает их принимать меры по устранению коллизий между Конституцией и иными актами, в том числе и путем использования возможностей Конституционного Суда.

Референдум 1996 г.

В атмосфере острого противостояния стороны (Президент и Парламент) готовились к референдуму, назначенному по предложению Президента Верховным Советом на 24 ноября 1996 г. (Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. - 1996. - N 26. - Ст. 491). И Парламент, и Президент практически повторяли ходы друг друга, т.е. каждая сторона не прочь была получить большинство на референдуме. Когда же проигрыш выявился, то посыпались упреки в адрес другой стороны. Но проигравшим следует "благодарить" тех, кто внес альтернативный президентскому проект Конституции (соперничество вышло на совершенно иной уровень), кто заблокировал обсуждение в Парламенте (не говоря уже о принятии) изменений в Конституцию, предложенных Президентом. В свое время депутатский проект автором данного комментария был оценен, как "возврат к Конституции 1978 г." (Василевич Г.А. Вперед... к Конституции 1978 года? // Народная газета. 1996. 19 верасня). Кстати, на прошедшем в марте 1999 г. пятом съезде Партии коммунистов Белорусской было официально признано, что предлагавшийся проект - это, по существу, Конституция 1978 г. Не случайно ни в одной негосударственной газете не было публикаций в поддержку проекта Конституции, предложенного депутатами. Этим проектом вся государственная власть выстраивалась в вертикаль Верховному Совету, предусматривалось право спикера Парламента назначать судей, Правительство в любой момент могло отправляться Верховным Советом в отставку, оно не наделялось даже правом законодательной инициативы и т.п. В отличие от президентского депутатский проект был роздан депутатам 6 сентября, т.е. в тот же день, когда было принято решение о назначении референдума. Вряд ли депутаты вникли в "свой" же текст Конституции. Таким образом, разработчики поставили депутатов перед тяжелым выбором.

На референдум 24 ноября 1996 г. было вынесено несколько вопросов, в том числе голосование по двум проектам обновленной Конституции, которые были предложены соответственно Президентом и Верховным Советом. Для народного голосования предлагались новые редакции Конституции, в основе которых сохранялось большинство статей Конституции, принятой еще 15 марта 1994 г. Верховным Советом.

За проект, предложенный Президентом, проголосовало 5 миллионов 175 тысяч 664 человека, или 70,45%, против - 689 тысяч 642 человека, или 9,39%, за проект Верховного Совета - 582 тысячи 437 человек, или 7,93%, против - 5 миллионов 230 тысяч 763 человека, или 71,2% (О результатах голосования на республиканском референдуме 24 ноября 1996 года // Советская Белоруссия. - 1996. - 27 ноября).

Необходимо согласие в обществе

Конституционный кризис без танков был разрешен осенью 1996 г. Идеальна ли действующая редакция Конституции? Конечно, нет. Идеальна ли практика ее исполнения? Нет. Об этом приходится указывать и в публичных выступлениях, и в публикациях (см., напр.: Василевич Г.А. Актуальные вопросы становления и развития конституционного правосудия в Республике Беларусь // Конституционное правосудие в Республике Беларусь: пятилетний опыт, проблемы и перспективы: Материалы респ. научно-практ. конф., Минск, 27 апреля 1999 г. / Конституционный Суд Республики Беларусь. - Минск, 1999. - С. 3 - 11; Василевич Г.А. Конституционное судопроизводство в Республике Беларусь: актуальные проблемы // Конституционное судопроизводство: Материалы II международ. научно-практ. конф., Минск, 5 - 6 июня 2000 г. / Конференция органов конституционного контроля стран молодой демократии, Конституционный Суд Республики Беларусь. - Минск, 2000. - С. 6 - 12). На это Конституционный Суд обратил внимание и в своем Послании о состоянии конституционной законности в 1999 году (Ведомости Национального собрания Республики Беларусь. - 2000. - N 10. - Ст. 63). Необходим консенсус, согласие. Мы спорим о редакциях Конституции и упускаем из поля зрения жизненные проблемы людей (именно их разрешением постоянно заняты Президент, Правительство, Парламент), обеспечение прав и свобод, соблюдение обязанностей.

Так и хочется заметить, история повторяется. В преддверии референдума 80 - 90 процентов времени ушло на спор о том, можно на референдум выносить весь текст Конституции или допустимо предлагать для голосования только отдельные изменения. Вместо содержательного разговора о редакциях статей время потратили на это.

Принцип конституционности не может иметь конъюнктурный характер. Мы живем в одной стране - Республике Беларусь. Здесь должны обеспечиваться права и свободы каждого, независимо от мировоззрений, действовать следует строго в рамках права.

Что принципиально новое появилось в Конституции после прошедшего 24 ноября 1996 г. референдума?

В Основном Законе закреплен принцип верховенства права (ст. 7). Это обеспечивает более полную реализацию концепции разделения властей и большую свободу судебным органам по осуществлению правосудия, т.е. вынесению решений, основанных прежде всего не на актах какого-либо одного вида, а на праве как высшей справедливости. Такой подход позволяет нам предъявлять соответствующие требования к органам, осуществляющим нормотворческую деятельность, к судам, которые призваны осуществлять не законо- или указосудие, а правосудие, включая и конституционное правосудие.

Наиболее существенные изменения претерпел раздел IV, посвященный организации и деятельности высших органов государства - Президента, Парламента, Правительства и судов, расширены права граждан.

Произошло перераспределение полномочий между указанными органами, их уточнение. Будет неверным утверждать, что только Президент получил дополнительные права и обязанности, ведь значительно возрос объем полномочий Правительства, более конкретно сформулирован механизм взаимодействия между представительной и исполнительной властью, законодательный процесс сформулирован таким образом, чтобы к минимуму свести споры между его участниками.

По форме правления Беларусь - президентская республика, где Президент обладает весомыми полномочиями, однако по своему объему они не шире тех, которыми обладают Президенты, например, США, России, Франции, Казахстана и других стран. Кстати, Францию очень часто в литературе определяют как президентскую монархию. По Конституции Казахстана (Новые Конституции стран СНГ и Балтии. - С. 227 - 268) Президент единолично утверждает основные направления внутренней и внешней политики государства (Нужны ли еще какие-либо полномочия?). По Конституции Беларуси основные направления внутренней и внешней политики утверждаются Парламентом.

Важнейшие полномочия Президента перечислены в ст. 84 Конституции. При этом следует иметь в виду, что иные полномочия могут быть предусмотрены обычными законами.

Одним из путей предупреждения конфликтных ситуаций является определение предмета и пределов законодательного ведения Парламента. В этих целях в ст.ст. 97 и 98 Конституции указано, какие общественные отношения должны регулироваться законами, а также определено, что палаты могут принимать решения по другим вопросам, если это предусмотрено Конституцией. Такой подход позволяет исключить превышение Парламентом своих полномочий. В то же время Президент в силу особой необходимости и срочности по своей инициативе либо по предложению Правительства может издавать временные декреты, имеющие силу закона. И за рубежом также часто исполнительная власть имеет право издания актов, имеющих силу законов.

В этой связи на практике есть, конечно же, вопросы о соотношении законов и декретов. По существу, здесь могут возникать споры о компетенции Президента и Парламента. Их будет разрешать Конституционный Суд, определяя конституционность того или иного нормативного акта. Издание декретов должно действительно диктоваться особой ситуацией. Например, Президент в условиях реформирования Парламента издал декрет о порядке избрания Совета Республики (Собрание декретов, указов Президента и постановлений Правительства Республики Беларусь. - 1996. - N 35. - Ст. 921). В последующем Парламент принял закон (Избирательный кодекс) по вопросу о формировании верхней палаты Парламента (Ведомости Национального собрания Республики Беларусь. - 2000. - N 6. - Ст. 97).

Парламент Беларуси стал двухпалатным. По Конституции не предусматривается проведение совместных заседаний палат для принятия каких-либо решений. Каждая из них обладает своей компетенцией. И лишь принятие законов - дело обеих палат, причем любой законопроект, если иное не предусмотрено Конституцией, вначале рассматривается в Палате представителей, а затем в Совете Республики.

Существование двухпалатного парламента способствует повышению эффективности законодательной деятельности. Замечу, что в современный период не было случаев перехода от двухпалатного к однопалатному парламенту. Наоборот, отмечается тенденция к созданию двухпалатных парламентов. Они существуют не только в федеративных, но и в большинстве унитарных европейских государств, и обычно в тех, где население составляет более 10 млн. человек.

По Конституции обеспечивается участие двух ветвей власти - представительной и исполнительной - в формировании третьих органов: Конституционного Суда, Центризбиркома, Верховного и Высшего Хозяйственного судов. Здесь также нет принципиально нового в сравнении с зарубежной практикой.

Интересными, с точки зрения наших традиций, являются нормы Конституции, определяющие законодательный процесс. Это проявляется в том, что сужен круг субъектов, обладающих правом законодательной инициативы, в то же время им наделено Правительство. Однако, несмотря на это, круг таких субъектов все же шире, чем это принято за рубежом.

Более продуманному отношению к подготовке проектов будет способствовать правило, согласно которому законопроекты, следствием принятия которых может быть сокращение государственных средств, создание или увеличение расходов, вносятся в Парламент лишь с согласия Президента либо по его поручению - Правительства. Это также не следует оценивать как "открытие" белорусской Конституции, наоборот, за рубежом давно существует подобная практика. Не является также совершенно новой норма, предоставляющая Президенту (Правительству) право потребовать голосования за внесенный проект (его часть) в целом либо сохранить лишь те поправки, которые предложены или приняты главой государства либо Правительством. За рубежом давно осознали, что проект очень часто "обрастал" в парламенте такими поправками, которые меняли первоначальную концепцию документа, поэтому и предусматривали в Конституциях изложенное выше правило.

Конституция, обладая высшей юридической силой, определяет иерархию подконституционных нормативных актов. Вслед за Основным Законом идут акты толкования Конституции, принимаемые Парламентом, затем ратифицированные международные договоры, законы, декреты, указы, акты Правительства.

Особое место среди законов занимают Основные направления внутренней и внешней политики Республики Беларусь, Военная доктрина, которые являются программными. Это означает, что все иные подконституционные акты должны базироваться на программных законах. Полагаю, что, например, международные договоры должны основываться на таком программном законе, как основные направления внутренней и внешней политики, либо, в случае ратификации международного договора, при необходимости должны корректироваться основные направления внутренней и внешней политики.

В случае расхождения закона, декрета или указа с Конституцией действует Конституция. В случае расхождения декрета или указа с законом закон имеет верховенство лишь тогда, когда полномочия на издание декрета или указа были представлены законом (ст. 137 Основного Закона). Таким образом, здесь сформулирован важнейший аспект концепции разделения властей, согласно которому акты Президента и Парламента в первую очередь должны базироваться на Конституции. Безусловно, при издании актов названными органами могут быть разночтения Конституции. В таком случае дело за Конституционным Судом, который должен разрешить возникший спор и определить, какой из актов - декрет, закон или указ - базируется на Конституции, а какой выходит за ее рамки. И только тогда, когда полномочия на издание декрета или указа были представлены законом, верховенство имеет такой закон. Такой подход также основывается на зарубежном опыте.

Президент, как и ранее, имеет право вето на принятый закон. Однако новым является то, что закон не считается подписанным и не вступает в силу, если он не мог быть возвращен в Парламент в связи с окончанием сессии. Это "карманное" вето, которое давно предусмотрено в Конституции США. С учетом опыта работы законодательных и исполнительных органов штатов США в Конституции Беларуси предусмотрено право Президента высказать возражения относительно отдельных положений закона, которые возвращаются для повторного голосования. В этом случае до вынесения соответствующего решения Палатой представителей и Советом Республики закон подписывается Президентом и вступает в силу, за исключением тех положений, относительно которых имеются возражения. Это позволяет исключить ситуацию, когда необходимый для практики закон не может быть введен из-за каких-то частных замечаний.

Одним из важнейших принципов права, возведенных в ранг конституционной нормы, является запись в ст. 104 Конституции о непридании обратной силы законам, за исключением случаев, когда он смягчает или отменяет ответственность граждан.

К сожалению, в нашей истории было немало случаев, когда принимаемым актам придавалась обратная сила. Лишь в Уголовном кодексе и Кодексе об административных правонарушениях есть статьи, согласно которым недопустимо придавать обратную силу актам, которые устанавливают или усиливают ответственность.

Познавательные статьи:



Где возникла философия и почему?

Относительная высота сжатой зоны бетона

Сущность проекции Гаусса-Крюгера и использование ее в геодезии

Тарифы на перевозку пассажиров