VII. Адвентисты седьмого дня и Церковь Остатка

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 525 из 606Следующая ⇒

1. Весть первого ангела

Первая из вестей трех ангелов (Откр. 14:6–11) была принята Уильямом Миллером и его последователями (1831–1844) как Божий призыв последнего времени осуществить реформу в поклонении и воистину подготовиться ко Второму пришествию Христа. Он проводил параллель между фразой «наступил час суда Его» (Откр. 14:7) и сценой суда, описанной в Дан. 7:9, 10, применяя «час» Божьего суда к папству времен Французской революции (7, с. 45). Однако в 1843 году он начал истолковывать эту фразу как предупреждение о скоро грядущем судном дне, Втором пришествии Христа (там же, Великая борьба, с. 375). Елена Уайт приняла такое истолкование Откр. 14:7 как правильную весть в нужное время, заявив: «Первая весть [Откр. 14:7] говорит о наступлении суда» (Великая борьба, с. 311; ср. Духовные дары, т. 1, с. 133–140; Великая борьба, с. 379). Она заявляла: «Здесь [в Америке во время миллеритского движения] наиболее полно исполнилось пророчество первой ангельской вести» (Великая борьба, с. 368). Таким образом, весть первого ангела из Откр. 14:7 расценивалась как «символическое изображение миллеритского миссионерского опыта» (7, с. 46).

После великого разочарования 1844 года небольшая группа миллеритов повторно исследовала апокалиптические пророчества Даниила и Откровения. Они по–новому истолковали «очищение святилища» в Дан. 8:14 как завершение судного служения Христа во Святом святых небесного святилища, а не очищение Церкви или Земли при Втором пришествии Христа. Они указали на то, что фраза первого ангела «ибо наступил час суда Его» (Откр. 14:7) указывает на небесный суд, к которому Христос приступил в 1844 году (Дан. 7:9, 10) и который продлится до окончания испытательного срока, отпущенного человечеству. Такое истолкование Откр. 14:7 послужило толчком для подготовки народа к заключительному суду. Средоточием этого истолкования была молитвенная, освященная жизнь в согласии с нравственным законом Бога, как он описан в Откр. 14:12. Это более ясное понимание вести первого ангела из Откр. 14 выявило новые обязанности Остатка и сыграло важную роль в образовании Церкви адвентистов седьмого дня.

2. Весть второго ангела

Как и в случае с первым ангелом, миллериты применили весть второго ангела к своей исторической ситуации. До 1843 года они разделяли общую для протестантов точку зрения, что Вавилоном является Римско–католическая церковь. Ее падение (Откр. 14:8) расценивалось как падение Рима и его подчинение гражданской власти Франции в 1798 году (7, с. 47).

Когда ведущие протестантские церкви начали отвергать воодушевление миллеритов по поводу приближающегося возвращения Христа в 1843 году, Миллер применил к протестантским церквам весть Христа, обращенную к Лаодикийской церкви из Откр. 3:14–22. Чарльз Фич назвал протестантские церкви «Вавилоном» за их раздробленность, ереси и жажду власти (там же, с. 79, 80). Летом 1844 года некоторые предводители миллеритского движения начали призывать к отделению от всех церквей. Это отделение поддерживалось богословским аргументом о том, что Вавилон есть «мать блудницам и мерзостям земным», согласно Откр. 17:5. Считалось, что «дочери» Вавилона символизируют прогнившие протестантские конфессии. Их разные символы веры отождествлялись с «вавилонским» столпотворением или замешательством (там же, с. 82,83). Следовательно, небесный призыв Откр. 18:2, 4 «выйди от нее, народ Мой» истолковывался в 1844 году как Божий призыв порвать со всякими формами организованной религии.

После создания Церкви адвентистов седьмого дня термин «Вавилон» стал применяться как к протестантским, так и к католическим церквам, которые образовали незаконные союзы со светскими правительствами. «Падение» Вавилона (Откр. 14:8) и небесный призыв выйти от нее (Откр. 18:4) теперь понимались конкретно как духовное падение протестантских церквей после их отвержения призыва первого ангела к отречению от греховного союза с миром (Великая борьба, с. 383). Великий грех, вмененный Вавилону вторым ангелом, состоит в том, что «он яростным вином блуда своего напоил все народы» (Откр. 14:8). Это пьянящее «вино» было истолковано как «лжеучения», которые противостоят «ясным утверждениям Слова Божьего» (там же, с. 388).

Представляя субботствующих адвентистов, Дж.Н.Андрюс (51–53; 68, 69) указывал на несколько серьезных заблуждений, превративших различные фракции христианского мира в Вавилон: (1) учение о крещении младенцев; (2) незаконный и преступный союз Церкви с гражданской, государственной властью, который превращает чистую Церковь в нетерпимую и гонящую блудницу из Откр. 17; (3) учение о тысячелетии мира и процветания на земле перед пришествием Христа; (4) изменение четвертой заповеди в требование святить воскресный день; (5) учение о естественном бессмертии души, заимствованное из языческой мифологии; (6) отказ от буквального понимания Второго пришествия Христа.

Поначалу считалось, что ярлык «Вавилон» в большей мере обращен «к церквам Соединенных Штатов» (Великая борьба, с. 389), поскольку именно они отвергли вести миллеритов о суде. Следовательно, нравственное падение Вавилона «не достигло полноты в 1844 году» (там же). Вавилон еще не опоил все народы. Союз Церкви с миром еще не достиг кульминации.

Следовательно, нравственное падение Вавилона было истолковано как постоянно идущий, нарастающий, всемирный процесс. Елена Уайт констатировала: «Церкви перерождаются постепенно, и полное исполнение того, что предсказано в восьмом стихе 14–й главы Откровения, — дело будущего» (там же, с. 390). Оно будет следствием отвержения троекратного предостережения Откр. 14 и предсказано во 2 Фес. 2:9–12. Подобное сопротивление оправдывало заключительный призыв выйти из павших церквей и заключительный «громкий клич» Откр. 18:1–5. Следовательно, пионеры адвентизма признавали, что многие дети Божьи, включая служителей Евангелия, все еще остаются в павших церквах. (634)

Весть второго ангела верна, только если она сопровождает правильную проповедь апостольского Евангелия первого ангела и следует за ней (Откр. 14:6, 7). Ложное поклонение наиболее полно разоблачается посредством демонстрации истинного богослужения.

3. Весть третьего ангела

Теологическое понимание вести третьего ангела в конце концов появилось среди субботствующих адвентистов во время серии библейских конференций 1848 года. По мере развития у них теологии святилища они с верой последовали за Христом во Святое святых. Из Откр. 11:19 они почерпнули идею о непреходящей действенности Божьего завета с его священным ковчегом, содержащим Декалог. Что касается Откр. 14:12 как центральной истины в вести третьего ангела, то они отождествляли заповеди Божьи с Десятью Заповедями. В 1846 году Джозеф Бейтс убедил Джеймса и Елену Уайт, что истинное поклонение Богу требует восстановления четвертой заповеди.

Елена Уайт рассматривала седьмой день субботу как «стену разделения между истинным Израилем Божьим и неверующими» (Ранние произведения, с. 33), хотя в то же время она признавала, что у «Бога есть дети, которые не знают о субботе и не соблюдают ее» (там же). Подобная трактовка возвысила истину о субботе до статуса запечатлевающей вести (Откр. 7:2) или испытующей истины, определяющей принадлежность к Церкви Остатка из Откровения 14:12. «Вера Иисуса» (стих 12 по др. переводу) истолковывалась как «все учения Иисуса в Новом Завете» (7, с. 194) или «евангельские учения и предписания» (1, с. 135).

Хотя в течение нескольких лет фраза «свидетельство Иисуса» (Откр. 12:17) использовалась в качестве синонима «веры Иисуса», в пятидесятые годы девятнадцатого века появилось новое истолкование. Теперь «свидетельство Иисуса» связывалось с пророческим даром, проявлявшимся в служении и сочинениях Елены Уайт (ср. с Откр. 19:10). Это истолкование стало опознавательным знаком Церкви Остатка по Откр. 12:17 и неотъемлемой частью миссионерской проповеди Церкви адвентистов седьмого дня.

Истолкование «зверя и образа его» (Откр. 14:9–11) приобрело важное значение для понимания вести третьего ангела. В 1851 году Дж. Н. Андрюс отождествил зверя из Откр. 14:9–11 со зверем из Откр. 13:1–10, который представлял собой пророческое развитие четвертого зверя из Дан. 7. Оба символических зверя (Дан. 7 и Откр. 13) выходят из моря. Перечислив пять других сходств, Андрюс пришел к следующему выводу (76): «Очевидно, что этот зверь представляет папскую разновидность четвертой империи, ибо она принимает престол и власть от дракона, императорского Рима (стих 2)». Будучи средневековой государственной церковью, она будет господствовать над святыми 42 месяца (Дан. 7:23–26; Откр. 13:5–8). Этот период закончился в 1798 году после получения «смертельной раны» (Откр. 13:3), от которой зверю предстояло оправиться. Андрюс заключил, что «под образом зверя должна подразумеваться другая церковная организация, облеченная силой и властью, чтобы предавать святых смерти. Она может означать не что иное, как прогнивший и павший протестантизм» (1, с. 105).

Андрюс и Бейтс соглашались с тем, что начертание зверя символизирует «насаждение протестантизмом институтов папства» (13, т. 4, с. 1101). Андрюс истолковал это «начертание» как навязывание воскресного отдыха ради противодействия святым, соблюдающим заповеди Божьи: «Хотя четвертая заповедь недвусмысленно требует соблюдать освященный покой дня Господнего, почти весь мир в настоящее время дивится, следя за зверем, и соблюдает языческий праздник воскресного дня, которым была подменена святая суббота в период великого отступления» (1, с. 108). Однако он отмечал, что «соблюдение воскресного дня — это еще не начертание зверя и не будет им до тех пор, пока не выйдет указ, заставляющий жителей земли почитать эту идольскую субботу. Наступит время, когда этот день будет испытанием, но это время еще не наступило» (Рукопись 118, 1899 г.).

С таким пониманием вестей трех ангелов как последней вести предостережения адвентисты седьмого дня уверовали в то, что они стоят на «твердом, непоколебимом фундаменте» (Духовные дары, т. 1, с. 169); они объединили теологию святилища и истину о субботе в «истину для настоящего времени». Своевременность вести третьего ангела, призывающей восстановить апостольское Евангелие и поклонение, особенно явственно выделяется на фоне современной либеральной теологии и теории эволюции, которые истолковывают историю Божьего творения, описанную в первой и второй главах Книги Бытие, в духовном ключе. Главная особенность вести адвентистов седьмого дня заключается в том факте, что она «прямо противостоит главной ереси нашего века — теории эволюции и призывает всех, желающих выйти из Вавилона, из отступничества, принять истинный знак преданности живому Богу–Творцу» (22, с. 709).

Елена Уайт следующим образом подчеркивала неразрывную связь между субботой и вестями трех ангелов: «Отделите субботу от вестей, и она потеряет свою силу; но когда она проповедуется в связи с вестью третьего ангела, сила сопровождает ее, сила, убеждающая и обличающая неверующих и безбожников, выводящая их из мира и укрепляющая на то, чтобы жить, возрастать и процветать в Господе» (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 337).

Следовательно, в соответствии с теологией адвентистов седьмого дня принятие седьмого дня субботы предполагает принятие эсхатологии троекратной вести по Откр. 14. Однако главное в вестях трех ангелов — это срочный призыв избрать Иисуса личным Господом и Спасителем и оставаться верным Ему во время заключительного кризиса, что важнее любых реформ в богослужении (Откр. 14:1–5).(635)

Согласно статье 12 Основ веры, изданных в 1980 году, адвентисты седьмого дня верят, что «вселенская Церковь состоит из всех истинно верующих в Христа; но в последние дни, время повсеместного отступления, Остаток призывается соблюдать заповеди Божьи и веру Иисуса. Этот Остаток возвещает о наступлении часа суда, проповедует спасение через Христа и предупреждает о приближении Его Второго пришествия. Эта проповедь символически представлена в образе трех ангелов из Откровения 14» (Годовая книга АСД 1981 г., с. 6).

Адвентисты рассматривают свое движение как исполнение апокалиптического пророчества, призванное приготовить людей, живущих в разных концах земного шара, к явлению Христа. Они считают себя коллективным исполнением обетовании об Илии согласно Мал. 4:5, 6, посланного Богом, чтобы «устроить всё» (Мф. 17:11). Вот почему они твердо намерены восстановить все библейские истины Нового Завета, преданные забвению. Они видят свою весть окончательным исполнением пророчества Ис. 58:12–14, сочетающим в себе идеи восстановления и приготовления.

Они делают упор на некоторых истинах, открытых в пророчествах о последнем времени, как на испытующих истинах, отражающих их понимание и историческое истолкование вестей трех ангелов. Они делают акцент на восстановленных евангельских истинах оправдания по вере во Христа Иисуса и освящении посредством соблюдения от всего искупленного сердца Божьего закона завета — закона, по которому Бог будет судить Свой народ завета (Иак. 2:12; Рим. 2:13; 2 Кор. 5:10). Они веруют, что библейский седьмой день суббота по четвертой заповеди, измененный послеапостольской Церковью в воскресную субботу, теперь должен быть восстановлен как знак поклонения Творцу в Духе и истине (Ис. 56; 58; Дан. 7:25; Мал. 4:5,6). Они рассматривают восстановленную субботу как ниспосланную Богом испытующую истину, противодействующую современной догме эволюции — одной из главных ересей последнего времени. Празднование субботы для них — это не тест на правильное понимание дней недели, но определенное знамение истинного поклонения Творцу искупленным и освященным народом. Они почитают библейское учение о том, что верующие по исповеданию спасаются благодатью и судятся по делам, которые являются плодом их отношений с Христом.

Адвентисты седьмого дня верят, что их роль как Церкви Остатка заключается в восстановлении открытой истины о поклонении Богу как Творцу и Искупителю посредством восстановления библейской субботы, седьмого дня — памятника Его творения и знамения Бго правильного прославления. Учитывая безотлагательность этой вести, они призывают детей Божьих во всех церквах бежать от исторического отступничества, чтобы избежать наказания за грехи Вавилона во время излития последних семи язв и вместо этого принять полноту Духа Божьего и быть готовыми встретить Христа во славе Его (Откр. 18:1–5).

Призыв первого ангела воздать Богу «славу» как Творцу (Откр. 14:7) побудили адвентистов серьезнее воспринимать свою ответственность за сохранение в наилучшем виде тела и разума как храма души для Божьего Духа (1 Кор. 6:19, 20). С самого начала своего существования адвентисты седьмого дня отстаивали здоровый образ жизни и воздержание от вредных привычек (1 Кор. 10:31), чтобы дать возможность своему свету светить перед людьми (Мф. 5:14–16).

Другое конкретное применение библейского пророчества стало визитной карточкой Церкви адвентистов седьмого дня. В Откр. 12:17 общество Остатка описано как «прочие от семени жены, сохраняющие заповеди Божий и имеющие свидетельство Иисуса Христа (буквально «свидетельство Иисусово»).

Пионеры адвентизма отождествляли «свидетельство Иисуса» не только с тем свидетельством, которое христиане несут, когда рассказывают о своем Спасителе, но и более конкретно — со свидетельством Самого Иисуса, которое Он нес во время Своей земной жизни и продолжает возвещать на протяжении всех веков через рабов Своих пророков.

Они обнаружили, что их понимание подтверждается Иоанном, который, передавая слова ангела, пояснил, что «свидетельство Иисуса есть дух пророчества». Ангел сказал, что он «сослужитель тебе и братьям твоим, имеющим свидетельство Иисусово» (Откр. 19:10). Впоследствии он почти в точности воспроизвел это изречение: «Я — сослужитель тебе и братьям твоим пророкам» (Откр. 22:9). В первом случае он говорит о «братьях твоих, имеющих свидетельство Иисусово»; во втором случае речь идет о «братьях твоих пророках». Следовательно, люди, имеющие свидетельство Иисуса, суть пророки, воспреемники духа пророчества и обладатели духовного дара, дарованного Церкви до конца времени.

Когда Писания говорят о том, что Церковь Остатка будет иметь свидетельство Иисуса (Откр. 12:17), они тем самым характеризуют ее как имеющую дар духа пророчества, который проявлялся в библейские времена через пророков. В течение многих лет адвентисты седьмого дня верили, что дар пророчества проявляется в их среде в трудах Елены Уайт. На протяжении семи десятилетий, будучи Божьей вестницей для адвентистского народа, она возвещала вести совета и предостережения, которые принимались как истинные вести от Бога, подобно вестям, возвещенным через древних пророков. Однако эти вести были неканоническими (см. Дары XI.A—Д).

Подобное отождествление с пророческой Церковью Остатка (Откр. 12:17; 14:6–12) не дает основания для духа исключительности или триумфаторства. Вместо этого адвентисты седьмого дня понимают свою миссию как прообраз древних движений исхода Израиля из Египта и Вавилона. Это сравнение обостряет чувство ответственности и критичного отношения к себе. В 1867 году Елена Уайт писала: «Современному Израилю угрожает еще более серьезная, чем этим древним людям, опасность забыть Бога и увлечься идолопоклонством. Даже соблюдающие субботу поклоняются сегодня многим идолам»(636) (Свидетельства для Церкви, т. 1, с. 609). Эта самооценка делает Церковь Остатка полностью ответственной перед Христом. Люди, являющиеся последним народом Божьего Остатка в истории, будут духовным народом, в который «войдут все истинные и верные последователи Христа» («Адвентисты седьмого дня отвечают на вопросы по вероучению», с. 194) из многих конфессий и религий.

Когда Святой Дух сойдет в силе Пятидесятницы на Церковь Остатка во всем мире в скором будущем (Откр. 18:1), вопросы борьбы между Христом и сатаной станут понятными всем (стихи 2–8). Тогда очищенная Церковь Остатка станет ядром, вокруг которого сгруппируются все истинные дети Божьи. Лишь во время последнего излития Божьего Духа Евангелие во всей полноте разделит всех людей на два видимых лагеря: «Вавилон» и «Израиль Божий». Эта апокалиптическая перспектива побуждает верующих христиан сделать сейчас чистосердечный выбор в пользу Христа как Господа и Спасителя, превознести Христа и Его дело искупления перед всем миром и продемонстрировать своим христианским образом жизни, что Христос живет в их сердцах и освящает их.

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов