Глава 3. С самого начала: создание персонажа

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 10 из 61Следующая ⇒

Престиж в клане

Престиж в клане – новое Дополнение для определения места вампира в клане. Престиж в клане не имеет никакого отношения к обычному Статусу вампира – он может быть крайне уважаем среди Носферату, но презираем Камарильей в целом, а князь Бруджа могут уважать его коллеги, но презирать соклановцы. Обычно вампир может заполучить Престиж лишь в родном клане, однако в редких случаях Сородиче могут оказать достаточно услуг другому клану, чтобы заполучит Престиж и в нем. Примером может быть Тореадор, который не смотря на свою утонченность постоянно передает слухи из Элизиума и салонов Носферату или архонт Гангрелов, который выполняя свои обязанности раскрыл попытку Шабаша убить князя Вентру.

Престиж в клане обычно бывает не больше 5, однако старейшины и легендарные личности (как например те, которых можно найти в конце книг кланов) могут иметь Престиж в клане вплоть до 10. Престиж в клане нельзя покупать за очки опыта. Его можно получить лишь при помощи отыгрыша от старейшин и других уважаемых фигур клана. Также постыдные или глупые действия, или влияние гарпий могут легко лишить вампира Престижа в клане. Уважения клана тяжело получить и легко потерять, и пути получения Престижа в клане должны отражать это.

Бруджа

Посмотрите, как могучие пали. Обычно так смотрят старейшины других кланов на Бруджа. Молодые Сородичи, которые не помнят ночей философии и славы клана видят в Бруджа неорганизованный анархический сброд. Так или иначе, в эти деградантские времена слишком многие члены клана подходят под это описание, по крайне мере для того, чтобы этот стереотип стал широко распространен.

Когда почитаемый Карфаген стал лишь исчезающим воспоминанием, Бруджа превратились в злобных юношей (и девушек) Камарильи. Сдерживаемые Традициями и безжалостными старейшинами, уличный Сброд компенсирует свое разочарование сбиваясь в банды, принимая участие в Дебатах и выказывая свое недовольство с вынужденной вежливостью в Элизиумах и Вентру.

В эти ночи Бруджа избегают коридоры власти. Молодые члены клана не заинтересованы играть в игры Вентру или быть осмеянными Тореадорами. Вместо этого обычно они являются лояльной (в основном) оппозицией секты, которая жизненно важна для Камарильи, однако слабо заинтересована в правилах и урегулированиях. У старейшин может быть более философское воззрение насчет того, куда двигался клан с момента их Становления, однако сейчас стандартный стереотип Бруджа – это бунтарь в кожаной куртке.

Сила и влияние

В Камарилье Бруджа имеют достаточно мало влияния на князей. Со склонностью клана влипать в неприятности (легендарный темперамент Бруджа может привести к не менее легендарным нарушениям Маскарада и другим Традиций), мало кто из князей даст более нежели ночное время. Князья Бруджа редки, однако многие из них являются шерифами и чистильщиками. Так как этим представителям «Сброда» также приходится иметь дело с другими Бруджа, эти конфликты могут привести к интересной внутреклановой политике.

По правде сказать, у Бруджа есть сильное влияние как на улицах, так и в башнях из слоновой кости. Из всех кланов у них наибольшая связь с обществом смертных, отголосок ночей, когда члены клана были так называемыми философами-королями. Старейшины все усердно работают, чтобы избирать потенциальных кандидатов для Становления исходя из этого, однако в эти ночи интересы клана находятся где-то в другом месте.

Раньше Бруджа правили из крепостей и тренировочных залов, теперь же они правят с улиц, в основном благодаря своей численности. Многие Бруджа до своего Становления вели достаточно грубую жизнь (или по крайне мере были с ней знакомы), и решили продолжать ее даже после смерти. Вампиры, пришедшие с улиц также имеют привычку давать Становление людям с улиц. В клане присутствуют самые разнообразные личности по сравнению с другими кланами Камарильи – во многих случаях лишь проблеск пригодности или демонстрация неповиновения могут принести кому-либо Становление. В конце концов, как говорят Бруджа, любого можно обучить.

Организация

Обычно тот, кто спрашивает Бруджа о структуре их клана слышит лишь смех или же получает удар в живот. Среди всех кланов Бруджа являются самым неорганизованным, они презирают формальные встречи и предпочитают неформальные Дебаты (которые обычно происходят после концертов или особо энергичных вечеринок). У Бруджа нет «Совета директоров» или же формальных признаков статуса – вместо этого одинакова мыслящие Бруджа собираются вместе и делятся слухами и новостямиили же спорят касательно практически чего угодно. Обычно новости распространяются в весьма хаотичной манере, так как того, кто попытается застать всех Бруджа на сидячей встрече ждет жестокое разочарование. 

Есть организация Бруджа – это нечеткое деление по философским течениям. Молодых и более анархичных Бруджа иногда называют Иконоборцами (однако сами они обычно выражаются касательно этого термина непечатными словами) и от эти вампиры обычно являются стереотипным представителями клана. Более старых членов клана называют Идеалистами (сами они в большинстве случаев называют себя каким-то словом на греческом) и они больше заинтересованы в идеалах клана и возврате философии и учености, которые когда-то им принадлежали, многие их них являются сверстниками Карфагена. Идеалисты видят в Иконоборцах неуправляемых детей, а те в свою очередь считают Идеалистов ничего не делающими окаменелостями. Тех, кто находятся посередине называют Индивидуалистами, и они зачитают возраст и темперамент обоих лагерей. Не стоит и говорить, что им достается и от тех, и от тех.

Заботы

У Бруджа столько же забот сколько и самих Бруджа. Так как клан не может придти к решению касательно единой политике или касательно хотя бы чего-либо, одиночное решение или проблема не могут вызвать ярость всего клана. Древние вампиры все еще затаили злобу касательно Карфагена, но это мало кого беспокоит из тех Бруджа, кого создали за последнее тысячелетие. Иконоборцы вопят касательно избирательности законов и угнетения со стороны Вентру, но старейшины обычно глухи к этим воплям.

Единственная проблема, которая способна собрать клан вместе – это вторжение Шабаша. Шабаш действует на улицах и это означает, что Бруджа примут на себя основной удар во время его атаки. В результате многие Бруджа считают (справедливо или же нет, что их используют в качестве буфера между Шабашем и остальными кланами («Сражаться до последнего Бруджа» - распространенная шутка). Некоторые крикуны заявляли, что если они не получат никакой помощи, то в следующий раз Бруджа просто позволят антитрибу идти своей дорогой. Но подобные настроения встречаются в клане не слишком часто.

Порядки и обычаи

Обычаи Бруджа – мешанина из полузабытых смертных ритуалов, пыльных традиций, бездумно передаваемых от сира к дитя и еще всего того, что приходит на ум. Большинство из них разнятся от города к городу в зависимости от того, чему Бруджа придают значение и что считают важным. Кроме того, вряд ли Иконоборцы и Идеалисты вряд ли согласятся делать что-либо одинаково. Обычаи Бруджа просто подстраиваются под основные настроения клана и исполняются в соответствии с ними.

Собрания Бруджа, которые называются Дебатами, не имеют четкого расписания. Они просто происходят, когда случается что-то интересное – концерты, выставки, фестивали, конференции и так далее, и часто смертные, ответственные за них, также вовлекаются. Дебаты открыты для членов любого клана, однако если на них придет Теремер, то получит достаточно грубый прием Бруджа не скрывают, что не любят Колдунов, и с радостью продемонстрируют шпионам Тремеров новые и удивительные способы причинения боли.

Человечность

Возможно Вентру по локоть запустили свои руки в обществе смертных и заявляют, что общаются с ним больше всего, но Бруджа идут сразу же вслед за ними. Разница во взаимодействии этих кланов со смертными заключается в их подходах. Вентру взаимодействуют со структурами, а Бруджа - с индивидуумами. В результате Бруджа не могут оказать давления на кандидата в мэры, но у них могут быть связи с людьми, которые помогали ему взбираться на вершину, и информация от них может быть столь же полезна, как и мульти миллионная кампания Вентру.

Престиж в клане

Престиж в клане Бруджа больше зависит от отношений, чем от специфики. В клане присутствуют зыбкий союз между слабыми авторитетами и активной анархией, и тут кто помогает обоим или же кому-то из них получает престиж в клане. Сказать дерзость князю, сорвать сделку Вентру (и дожить до того, чтобы рассказать об этом), подразнить Тремера или раскрыть мошенничество коррумпированного смертного политика – все это может принести Бруджа уважение среди старейшин и товарищей. К несчастью, привычка Бруджа восставать против власть имущих часто поворачивает молодых вампиров против старейшин, что делает престиж весьма опасным. Вознаградить неоната за то, что он действовал против старейшины Бруджа может привести к большим неприятностям, но таков дух клана. Молодые Бруджа часто имеют привычку игнорировать указания своих старейшин и действовать по-своему. Подобное обычно является вопросом силы или количества приверженцев – обычно Бруджа ходят толпами и следуют за харизматичным лидером.

Малкавиан

Шуты. Дураки. Безумцы. Такое описания дают другие кланы детям Малкава, которых обычно не беспокоит то, что другие о них думают. Малкавиане безумны, но не так, как думают другие. Каждый Малкавиан видит мир неким своим извращенным восприятием, через некое индивидуальное искажение, которое остальные принимают за простое безумие. Однако это искажение является ключом к просветлению, на это настаивают Малкавиане (по крайне мере те, у кого есть философские склонности) и часто Безумцы знают гораздо больше о том, что происходит. Чем их так называемые здравомыслящие собратья.

Что в действительности Малкавиане делают в Камарилье – вопрос открытый. Приверженность клана секте никогда не подвергалась сомнению, однако очевидно, что интересы секты лишь поверхностно пересекаются с интересами клана. В результате Малкавиане испытывают к Камарилье что-то вроде смутной привязанности, а члены других кланов испытывают неясные и тревожные подозрения касательно истинных мотивов Безумцев.

Недавно клан был как-то заражен Дисциплиной Помешательство антитрибу Шабаша. Это было проделано при помощи Сети Безумия Малкавиан, хотя даже они сами не могут толком объяснить, как же это произошло. Похоже, эта Дисциплина не сильно повлияла на общие настроения клана, но в случае с Малкавианами никто не может сказать наверняка.

Сила и влияние

Сила и влияние Малкавиан варьируется от города к городу, в зависимости от индивидуальных заскоков местной популяции Малкавиан. Где-то Безумцы практически выведены из строя из-за своих маний и не являются фактором в политике города. В других знаменитое безумие клана не является преградой или даже подпитывает индивидуальное стремление к власти. Жаждущий власти Малкавиан с навязчивой идеей может быть одинаково пугающ как для друзей, так и для врагов.

Не ничего удивительного в том, что Малкавиане считают систему заботы о психическом здоровье благоприятной средой – многие устраивают свои владения в подобных учреждениях. Разумеется, Безумцы не ограничиваются психиатрическими клиниками – каждый индивидуальный Малкавиан может идти на свои эксперименты. Иногда из этого ничего не выходит, а иногда художникам Тореадоров или бизнесменам Вентру приходится нервно курить в сторонке. Крайне немногие Малкавиане занимаются магией, однако из-за одной мысли о том, что они могут заниматься подобным, заставляет многих могучих Тремеров видеть кошмары.

Организация

Определить организацию Малкавиан – это все равно что пытаться просеять океан через решето. Это попросту бессмысленно, так как способы Безумцев организовываться меняются и мутируют с ослепительной скоростью. Нерегулярные встречи Малкавиан открыты для всех, в основном из-за того, что Малкавиане не стремятся не допускать кого-либо, однако посторонние обычно приходят в шок от того, что видят. Одну из своих встреч Малкавиане могут стилизовать под собрания Вентру или Тремеров, на другой могут изображать Шабаш, или же вести себя так, что происходящие вообще не будет понятно тем, кто не вариться в общем котле безумия.

Не существует локальной, национальной или глобальной организации Малкавиан. Клан просто существует. Пытаться загнать его в какие-то рамки или «нормальное» поведения, что Вентру и другие пытались сделать в течение веков, попросту бесполезно. Малкавиане встречаются когда захотят, делают что захотят и радуются нитям безумия, которые связывают их всех вместе.

Заботы

Есть ли у Малкавиан общие заботы? Никто не знает. Ходят слухи, что сотворенная антитрибу инфекция вызвала хоть какие-то дискуссии среди Малкавиан, но если кто-то и знает правду, то он не говорит об этом. Более социально адаптированные Малкавиане обычно избегают разговоров касательно целей клана, а менее функциональных просто бесполезно спрашивать.

Если можно сказать, что у клана есть какая-то основная цель, то это просветление через новое восприятие (или то, что непросветленные называют безумием). Убрав шоры «нормальности» со своих глаз, Малкавиане заявляют, что видят реальность гораздо четче, чем когда-либо прежде. Многие члены клана хотят поделиться этим новым видением с остальной Камарильей. А затем и миром. Таких вампиров обычно практически все боятся, так как попытки приобщения сводят их жертвы с ума.

Порядки и обычаи

Обычаи Малкавиан тесно связаны и искусством шутовства, с «шутками» над другими Сородичами, чтобы расширить их восприятие. Разумеется, эти шутки могут принимать любую форму и обычно смешны лишь для Малкавиан, которые их разыгрывают - для целей они варьируются от досадных до фатальных. Шутки Малкавиан заключаются не в «шумных подушках» и ведрах с водой на дверях – они пытаются выбить почву обыденной реальности у других Сородичей из-под ног. Шутки могут варьироваться от постоянной перестановки всей мебели в убежище вампира до тонкого использования Помешательства, чтобы навести охотника на несчастную цель, и вампир, который становится целью интереса Малкавиана быстро обнаруживают, что его друзья покидают его, чтобы не оказаться в «радиусе поражения».

Те, кого Малкавиане выбирают для Становления, обычно находятся вне общего течения общества. Они не являются клиническими сумасшедшими до своего Становления, как и образцами стабильности, и многим просто достаточно ужаса Становления чтобы перешагнуть через край. Сиры Малкавиан не слишком внимательны к своим детям, но каким-то образом неонаты знают все, что им положено знать. Чужаки говорят, что это как-то связано с Сетью Безумия, но так как они обвиняют Сеть во всем, начиная с убийства Авеля, обычные теории вызывают лишь зевоту.

Безумие

Среди других кланов часто ошибочно считают Малкавиан милыми или ребячливыми, забавными маленькими шутниками, которые безобидны. Ничто не может быть настолько далеко от правды. Дети Малкава страдают множеством расстройств, от небольших регрессий до полной психопатии и убийственных маний, но обычно они ничуть не милые. Малкавиан, часто использующий отточенное лезвие – более частое зрелище, чем Малкавиан с плюшевым мишкой, и кровавые лохмотья встречаются среди них куда чаще, чем кроличьи тапки. Некоторые Малкавиане регрессируют до детского поведения, однако при этом у них остаются все силы и возможности взрослого вампира. Использования Помешательства при раздражении или приступ безумия в их исполнении выглядят не слишком прелестно, и Сородичи не должны воспринимать их в подобнгом ключе.

Престиж в клане

Нельзя толком сказать, что может возвысить Малкавиана над его товарищами. Вес в клане меняется от ночи к ночи, и Малкавиан, за которым все следовали в одну ночь, на следующую может уже быть презираем. Похоже, это имеет смысл лишь для самих Малкавиан и не для кого более. Приблизительно считается, что любой, кто проделает выдающуюся работу по разрушению общего восприятия реальности (например заставит князя нести околесицу или хранителя Элизиума показать непристойный жест) обычно получает уважение среди своих товарищей, но в других случаях система престижа в клане Малкавиан является просто пародией на подходы других кланов.

Носферату

Носферату не являются чудовищами, по крайне мере не в той степени, что некоторые могут подумать. Да, они обитают в канализации среди нечистот, их облик заставляет смертных вопить, они выращивают странных чудовищ для охраны своих подземных доменов, но они занимаются тайнами, а не кровавыми бойнями. Скрывая свои лица за иллюзиями, они (или их слуги) ищут информацию, которая представляла бы ценность и продают ее тем, кто менее осведомлен (тем, кто по их мнению подходит для этого). Готовность Носферату идти в те места, от которых другие Сородичи воротят нос служит им для множества целей, а их репутация чудовищных существ гарантирует, что любопытные не сунутся вслед за ними.

Носферату обитают в городской канализации, но они не привязаны к ней. Так или иначе, все события происходит на поверхности (оттуда же берется и информация о них). Канализация – это просто удобное место, где можно скрываться, откуда легко проникать на поверхность и где можно прекрасно прятать найденное. Большинство Носферату обставляют свои убежища в канализации смертоносными ловушками, и чем старше вампир, тем сложнее и изощренней ловушки. Носферату крайне ценят свою неприкосновенность, и нарушителю лучше приготовится заплатить цену за свое вторжение.

Информация – это то, с чем клан чаще всего имеет дело, в нем она является разменной монетой, делая его богаче. Носферату не боятся использовать свои знания к большому огорчению других Сородичей, которые оказываются униженными, шантажируемыми или даже убитыми после того, как скажут не то слово Носферату.

Сила и влияние

Канализационная Крыса редко занимает какую-либо должность в городском правлении. Другие Сородичи чувствуют себя крайне неуютно, если значительную должность занимает вонючее и отталкивающие чудище и ищут пути, чтобы держать Носферату подальше от власти. Иногда князь предлагает какую-либо должность Носферату, чтобы показать, насколько свободно он мыслит или чтобы добиться дружбы клана, но большинство просто стараются не давать власти Носферату настолько, насколько это возможно. Князья Носферату почти не встречаются. По правде говоря, Носферату и сами несильно рвутся к власти. Они лучше потратят время на сбор и использование информации, чем на исполнение каких-то там обязанностей.

Носферату являются торговцами информацией, которым нет равных, и это с лихвой может восполнить им недостаток «временной» власти. Широкие информационные сети позволяют найти компромат практически на кого угодно, и Носферату всем дают об этом знать. Поэтому другие кланы вынуждены иметь дело с Носферату, а те при торговли выжимают из них все соки. Оказанные услуги и рассказанные сплетни дают невероятное влияние клану, так как информация является ликвидной валютой как под землей, так и на поверхности.

Организации

У Носферату нет сильной организованности, однако это не означает, что ее нет вовсе. Группы Носферату, которые называются выводками, встречаются на регулярных собраниях чтобы обменятся информацией. Среди выводков обычной практикой является использование послов в качестве делегатов на встречах или для передачи информации, которая слишком ценна, чтобы ее можно было доверить письму или электронной почте. Подобная практика способствует распространению информации по клану с молниеносной скоростью.

Встречи выводков называются Собраниями (и порождают множество шуток о паразитизме), и не являются запланированными. Собрания происходят лишь тогда, когда Носферату решают, что оно необходимо. Самопровозглашенные организаторы Собрания должны предоставить место и условия для встречи, и эти встречи обычно крайне информативны. Носферату с большим уважением относятся друг к другу, ужасный облик многое сделал для единства клана.

В последние годы Носферату сильно доработали ШрекНет, который позволяет выводкам общаться в киберпространстве и быстро обмениваться информацией. ШрекНет стал интернациональной сетью и в течение последних к ней получили доступ около 90 процентов всех Носферату.

Заботы

Носферату знают слишком много, чтобы их ничего не беспокоило. Они знают, почему Гангрелы покинули Камарилью, чтобы происходит среди Малкавиан и в коридорах власти Вентру. У Носферату вызывает опасение будущие Камарильи, и иногда они сами обсуждают вопрос о том, ни пора ли им самим покинуть секту. Если в Камарилье есть какая-либо проблема, Носферату знают о ней и обсуждают ее.

Однако самой привилегированной заботой Носферату являются Никтуку. Согласно познаниям клана, Никтуку являются детьми основателя клана и они настолько уродливы, что даже Носферату выглядят рядом с ними нормальными. Невероятно могущественные и крайне озлобленные, эти чудовища охотятся за своими менее уродливыми родичами по всему миру. Количество сообщений о Никтуку возросло в последние годы, и вызывающее тревогу количество Носферату перестало поддерживать какую-либо связь. Параноики в клане считают, что это знак того, что Никтуку затеяли что-то, и что клан должен подготовиться к защите от их последнего штурма.

Порядки и обычаи

У Носферату существует несколько общих порядков, которые известны остальным. Одним из наиболее эффектных и пугающих (возможно именно из-за него Носферату не позволяют своей информации просочиться куда-либо) является создание бассейнов тварей, при помощи которых создаются гули-охранники. Подобные бассейны представляют из себя водоемы, в которые Носферату регулярно добавляют свое витэ. В результате появляются целые орды искаженных, огромных и крайне лояльных животных-гулей. Носферату так же выращивают грибы и другие подземные растения, создавая из них сады, которым позавидует любой аптекарь или же смертоносные яды.

Обычаи всех Носферату основаны на уважении и вежливости. Носферату искренне уважают друг друга и своих старейшин (Канализационные Крысы являются единственными вампирами, которые регулярно не жалуются о злобных деяниях своих старейшин), что позволяет легко и быстро сотрудничать друг с другом. Среди Носферату ценится высокий ранг, а дела, что отражает мало количество формальных обычаев в этом клане.

У Носферату есть одно хобби, которое им нравиться – доставать других Сородичей. Каждый Носферату знает, что другие кланы предпочитаю иметь с ними как можно меньше дел и делают это лишь в случае крайне необходимости. Носферату играют при помощи худших аспектов своего существования, когда дело касается других кланов, проверяя, как много могут вынести их будущие клиенты. Если Тореадору приходится спуститься в канализацию или Вентру провести встречу в столовой, Носферату не просто испытывают извращенное удовольствие, наблюдая за дискомфортом своих гостей, но и превращают все встречу в испытание того, сколько могут вынести власть имущие.

Престиж в клане

Престиж среди Носферату зависит от приносимой пользы. Тот, кто проделал исключительную работу для клана или добыл особо ценную информацию (и которую затем можно использовать, в водостоках не так-то уж и много применения для теоретических знаний) получает уважение. Так как Носферату крайне сплоченный клан, слава об уважаемом вампире далеко разносится. Верно и обратное. Носферату, который неумело обращается с обменом информации, действует против интересов клана или торгует ложной информацией может обнаружить, что его было полито грязью по всему ШрекНету всего за несколько часов.

Тореадор

Для Тореадоров, или по крайне мере для тех, кто достоин этого имени, красота столь же важна как и кровь. Как высшие эстеты эти Сородичи привержены исследованию, созданию и сохранению искусства во всем многообразии, хочет оно того или нет. Легко парализуемые любым проявлением красоты, Тореадоры также могут быть злобны и холодны, уничтожая то, что им не нравиться. А так одно и то же творение (или смертный) может понравиться или не понравиться одинаковому количеству Тореадоров, иметь дела с кланом может быть весьма опасно. 

Не смотря на то, что их воспринимают как щеголей и позеров, Тореадоры являются одними из самых эффективных манипуляторов Камарильи. Они мастера интриг для собственной выгоды (что для Тореадоров является просто еще одним видом искусства), и слова этих Сородичей могут быть острее когтей Гангрелов. Сверхъестественное восприятие, которое позволяет им наслаждаться трудами Ван Гога также может быть полезно в определении настроений врага и враждебных действий. Знания бессмертного скульптора об анатомии можно одинаково применять для того чтобы резать мрамор или глотки врагов.

Можно называть это экспрессией, искусством или красотой, но у Тореадоров есть что-то, чего нет у других кланов. Надо обладать выдающимся мастерством и артистичностью, чтобы называться Тореадором (или по крайне мере заслужить Становление) и стремление приобретать и сохранять подобное движет кланом. Имея впереди всю вечность, у Тореадоров есть достаточно времени для достижения совершенства. Просто они не всегда ищут его там, где должны по предположению других Сородичей.

Сила и влияние

За исключением Вентру ни один другой клан не адаптировался к Камарилье так, как Тореадоры. Если Вентру – хребет Камарильи, то Тореадоры – ее сердце. В результате существует множество князей, шерифов, сенешалей и т. д. Тореадоров. Даже если князь города принадлежит к другому клану, почти наверняка у него есть советник Тореадор. Полтика – такой же холст для работы для Тореадоров как и все остальное, и многие члены клана достигли в ней больших успехов.

Что вполне ожидаемо, мало кто из хранителей Элизиума происходит не из клана Тореадор. Популярная теория гласит, что такое множество хранителей Тореадоров не могут достаточно хорошо исполнять свою работу, потому что впадают в транс от экспонатов в Элизиуме; Тореадоры адекватно реагируют на эти слухи и пополняют ряды гарпий.

Благодаря гарпиям Тореадоры действительно имеют вес в обществе. Они являются окончательной инстанцией касательно статуса в городе, и гарпии могут создать или разрушить репутацию вампира за секунды. Они могут заставить его в отчаянье работать, чтобы вернуть свое доброе имя или же головокружительно возвысить его за одно-единственное деяние. Князья могут создаваться или низвергаться благодаря стараниям гарпий, и как бы другие Сородичи не принижали влияние Тореадоров, слишком многое говорит об обратном.

Организация

Организация Тореадоров представляет из себя сборище клик в свободном плаванье и артистических коллективов. Как и у многих других кланов, у Тореадоров нет формальной интернациональной организации. Вместо этого отдельные Сородичи переходят от группы к группе, которые могут быть как формальными так и не формальными, в зависимости от характеров их членов. Тореадоры выказывают уважение к выдающемуся возрасту, знанию или таланту, но на каждого неоната, который выказывает почтение старейшине за его труды приходится экзотических танцор, который заявляет, что его физическая красота делает его ходячим произведением искусства. Подобные схизмы раскололи клан на две группы – Художников и Позеров. По правде сказать, ни одна из не является достаточно формальной, чтобы носить подобное название – это просто слова, которыми стороны обзывают друг друга. Художники являются истинными творцами среди Тореадоров, теми, кто создает работы истинных вдохновения и красоты. Их противниками являются те, кто… менее талантливы. В число Позеров входят критики, агенты, нестандартные творцы, которые получили Становления благодаря прихотям и те, кто заявляют что их стиль жизни или анатомия делают их не-живыми произведениями искусства. Между эти двумя размытыми фракциями нет особой любви, и большое количество времени и энергии тратятся на пустяковую борьбу за превосходство на локальном уровне.

Заботы

Большинство забот клана являются внутренними. Схизма между талантливыми и бесталанными, дебаты о том, в чем заключатся искусство, бесконечное стремление влиять на смертный мир, чтобы подталкивать искусство и креативность – все это является причиной бесконечных дебатов среди Тореадоров. Заботы Камарильи являются политическими и непостоянными, а Тореадоры занимаются вечными истинами и вопросами.

Однако нельзя сказать, что все Тореадоры занимаются исключительно эфемерными вещами. Основные места для произрастания культуры на Западном и Восточном побережье были «затоплены», отрезав Тореадоров от этих вместилищ таланта. Похоже, Тремеры хотят играть главенствующую роль в секте, и если они низвергнут Вентру, то будут куда менее щедрыми покровителями искусств, чем Голубая Кровь.

Порядки и обычаи

Наиболее важной вещью для Тореадоров является опека красоты и искусства. Они делают это множеством способов – покровительствуют смертным и бессмертным художникам, приобретая произведения искусства, поддерживая новые веянья в искусстве, действуя в качестве «муз» для смертных и т. д. Однако покровительство Тореадоров может быстро иссякнуть – многообещающий художник, который не оправдал ожиданий может обнаружить, что его покровитель фатально разочарован. Тем, кто остается в живых, везет еще меньше – они обречены жить среды разбитых мечтаний и отчаянно жаждая того, что им однажды показали, а затем отобрали.

В отличие от других кланов Тореадоры любят собрания. Неформальные встречи клана случаются каждую неделю (если не каждую ночь), на которых Тореадоры делятся слухами, сравнивают веянья и наслаждаются видом друг друга. Подобные собрания называются Делами Клана, и присутствие на них строго добровольно. Однако так как Дела жизненно необходимы для того, чтобы получать престиж в клане, на них всегда много посетителей.

Клан (чьи локальные группировки обычно называются Гильдиями, что веселит тех, кто еще помнит, на что были похожи гильдии художников) также каждый месяц собирает формальное собрание в ночь полнолуния. Подобные встречи называются Балами и они открыты для всех Тореадоров. Чужаки могут присутствовать на них лишь по личному приглашению, и за приглашенными обычно тщательно следят, так как Тореадор привел на вечеринку чужака.  

Великий Бал происходит раз в год на Хэллоуин, его устраивают несколько Гильдий. Место проведения Великого Бала меняется от года к году, и за это ведется яростное соревнование. Большинство дел, обсуждаемых на Великом Балу, касаются специфики Тореадоров и практически не интересны остальным.

Раз в 23 года (значение этого числа до сих пор неизвестно) Тореадоры собираются на мероприятие, известное как Карнавал, недельный фестиваль истинной сути Тореадоров. На нем присутствуют смертные и бессмертные художники, демонстрируются великая красота и великие зверства, и те, кто на нем побывал (и пережил) могут рассказать легендарные истории, и в конце этого празднества смертные, которых Тореадоры признают величайшими художниками своего поколения получают Становление и бурные аплодисменты. Дебаты того, кто же достоин получить этот дар являются вопросом интриг и политики, и чаще всего его получают компромиссные кандидаты.

Престиж в клане

Тореадор получает известность в клане создавая или открывая произведения искусства. Особо успешные Балы, манипулирование другими вампирами или меткие замечание в Элизиуме также могут принести очков Тореадору. Стандартные открытия или исполнения, оскорбительные моменты или демонстративные неудачи в социальной сфере могут принести Тореадору жестокое и вечное презрение со стороны его клана. 

Тремер

Рожденные из краденой крови и омытые ею еще до этого, Тремеры подозреваемы своими союзниками и ненавидимы врагами. Менталитет осажденных превалировал в клане тауматургов еще до той ночи, когда Тремер и его помощники пересекли барьер между жизнью и не-жизнью, и ничто из того, что Тремеры видели затем не убедило их в том. что следует ослабить свою бдительность. Вместо этого за прошедшие века клан стабильно становился все более замкнутым и самодостаточным. Сегодня остальные кланы знают еще меньше о том что делают Тремеры чем прежде, и Колдунов это устраивает.

Управляемые из капеллы в Вене, Тремеры постоянно работают над процессом медленных экспансии и управления. Когда Тремеры получают капеллу, они укрепляют и умиляют ее прежде чем продолжать экспансию дальше. Каждая капелла является миниатюрной копией (по функциональности, а не по форме) их основной базы в Вене, с лабораториями, библиотеками, местами проживания для Сородичей и слуг и другими материалами, необходимыми для тауматургических исследований. Усилия, затрачиваемые на создание каждой капеллы гарантируют, что она не сдаться легко или не будет случайно захвачена чужаками.

Также Темеры являются мастера в игре по созданию должников. Множество возможностей, которые им дает Тауматургия дает им возможность оказать множество услуг другим вампирам. А если тебе оказали много услуг, то узначает, что ты также остаешься должен множество услуг, и Тремеры превосходно используют эти долги для своей пользы.

Сила и влияние

Имея сильные позиции в Центральной Европе, Тремеры редко получают должность князя. Это происходит не из-за того, что индивидуальные Колдуны не способны занимать подобную должность или не имеют амбиций, а потому что князю Тремеру придется делить свою преданность между кланом и городом. На первом месте всегда стоит клан и в результате у многих князей есть советники Тремеры, или даже чистильщики, но долг перед кланом у них перевешивает долг перед городом или даже сектой.

Реальная сила Тремеров заключается в едином фронте, который они из себя представляют. Нарвись на одного Тремера и ты нарвешься на них всех. Это не означает, что в клане нет споров или ударов в спину, однако когда появляется внешняя угроза, свары между Колдунами прекращаются. (Напомним, что существуют Тремеры, надеющиеся, что члены других кланов будут уничтожены, но они боятся произнести это вслух из-за страха перед наказанием).

Организация

Без сомнения Тремер является самым структурированным из всех кланов. Организованные по пирамидальной иерархии (Тремер наверху, Совет Семи под ним, каждый из которых контролирует свой географический регион, и т. д.), Тремеры четко знают свое место. Каждый Тремер может отследить свое место в иерархии от самого себя до тех, кто выше его и вплоть до самого Тремера и может комфортно чувствовать себя на своем месте.

Вслед за Советом Семи (который состоит из Тремеров четвертого поколения) идет Орден Понтификов, по семь Понтификов на каждого члена Совета. У каждого Понтифика есть домен, за которым он наблюдает, и подобные домены обычно имеет лишь общее отношение к реальной географии и часто пересекаются друг с другом.

У каждого Понтифика в подчинении находится группа из семи Лордов (котораяв целом называется Орденом Лордов), каждый из которых наблюдает за небольшим географическим регионом (например за небольшой страной или несколькими густонаселенными штатами). У каждого Лорда также находится в подчинении семь Регентов, каждый из которых управляет делами Тремеров в конкретно взятой капелле.

При Становлении неонаты получают должность Учеников Первого Круга. По мере того как молодой Тремер прогрессирует в своих исследованиях, он возвышается через ранги до Ученика Седьмого Круга. Эти гордые «ученики» помогают Регенту управлять капеллой. В капелле могут находится учеников всех рангов, от Первого Круга до Седьмого. Стоит заметить, что для Регентов, Лордов и Понтификов также существуют Семь Кругов Тайн, так как Тремеры никогда не прекращают свои исследования или улучшения своих знаний касательно Тайн.

Строгая иерархия Тремеров начинается со Становлении и затем некогда не прекращается. Каждый Ученик Первого Круга должен раз в неделю встречаться с Регентом, и помимо тауматургических инструкций он обучается организационной мысли Тремеров. Каждый вампир, являющийся частью клана, служит клану в целом, один вампир, который пренебрегает своими обязанностями ослабляет клан в целом, и т. д. Неонатам перво-наперво доводится, что они находятся именно там, где и должны быть, и не без причин, и сперва должно идти благо всего клана.

У Тремеров есть политика множественных и быстрых перебросов Сородичей из капеллы в капеллу. Это делается, чтобы ни один единичный Регент не получил слишком много власти. Постоянные перестановки разрушают группировки, которые наладили слишком тесные связи и позволяет высокопоставленным Тремерам легче засылать шпионов в конкретные капеллы. С другой стороны эти постоянные перестановки Тремеров могут означать, что Регент, который заручился лояльностью своих учеников, может иметь своих агентов в дюжине капелл по всем миру.

Заботы

Вырождение и власть – вот две заботы Тремеров. Колдуны так никогда и не оправились после ужаса своих первых ночей в качестве Сородичей, когда Тзимици вели против них ужасную войну. Сородичам, которые слишком молоды, чтобы помнить эти ночи в Карпатах рассказывают бесконечные истории о битвах против варгулей Тзимици и ночах, когда все были против них. Этот страх не уходит никогда. Тремеры до сих пор уверены (возможно не без причин), что их враги все еще выжидают и просто ищут возможности, когда Термеры ослабят свою бдительность, чтобы нанести удар. Обычно главная роль в этих параноидальных фантазиях уделяется Тзимици, но иногда в них присутствуют Вентру. тореадоры или даже беглые Горгульи.

А что же насчет Салюбри? С тех пор как Тремер диаблеризировал Саулота, его дети опасались мести Салюбри. Разумеется, эти страхи нелепы: Салбри – это несчастные и ненавидимые остатки, которые ушли в глубокое подполье из-за неустанных гонений и пропаганды со стороны Тремеров. Разумеется, они уже не могут представлять никакой угрозы. Но старейшие среди Тремеров помнят странные события, которые заставили Тремеров покинуть свою крепость Цеорис в Валахии, и гадают, так ли это.

Порядки и обычаи

Таматургия требует большого внимания к деталям, и социальная практика Тремеров отражает это. Позиция в пирамиде является наиболее важной вещью, превосходство одного над другим должно быть четко определено.

Тремеры следуют четко регламентированному графику встреч. Также как и каждый ученик Первого Круга встречается со своим Регентом каждую неделю, каждый Регент встречается со своими товарищами и Лордом раз в год. Также каждый Лорд встречается со своими коллегами и Понтификом раз в три года, а Понтифики встречаются друг с другом и своим начальником раз в семь лет. (Примечание: Встречаются лишь Понтифики, Лорды, Регенты и т. д., находящиеся под началом одного из вышестоящих. Перекрестные встрчеи строго запрещены). Совет Семи встречается раз в десять лет в Вене и иногда в случае кризисов в другое время. Однако подобные нерегулярные встречи крайне редки – у Тремеров есть график и они ему следуют. Вариации приводят к хаосу, хаос нарушает контроль, а Тремеры очень-очень любят контроль.

Помимо этих организованных встреч, Тремеры часто собираются по всяким таинственным причинам. Вся капелла собирается на Созыв каждый вторник, нечто среднее между ритуалом и советом директоров. Созывы проходят телепатически, чтобы исключить всякое прослушивание. Также городские Тремеры проводят открытое собрание в третью ночь каждого третьего месяца – они открыты для чужаков и на них общаются как обычно, а не телепатически.

Наконец в конце каждого октября клан проводит две ночи в таинственном общении. Создается что-то вроде общего разума из монотонного декламирования каждого Тремера. Они могут обмениваться знаниями и мудростью (однако глубокое проникновение в разумы друг друга невозможно) и каждому Колдуну напоминают о его месте в общей картине.

Чаша

Не только идеологическая обработка держит Тремеров вместе. Каждый неонат в момент своего создания выпивает из чаши смесь из крови Совета Семи. Отсылка к Граалю и нечто похожее на Братание Шабаша, этот ритуал приводит каждого Тремера на один шаг ближе к узам крови к старейшинам, и это простая и надежная политика. После этого большинство неонатов удерживает страх перед полными узами, а против нарушителей гораздо легче применять Доминирование или посадить их на полные узы. Горе тому Тремеру, кто позволил приковать себя узами крови к кому-то вне клана и об этом узнали, так как это разрушает наиболее эффективное средство воздействия со стороны старейшин. Если подобное нарушение будет раскрыто, Тремера ожидает весьма неприятное времяпровождение, а вампира, к которому он привязан, скорее всего ожидает смерть.

Престиж в клане

Тремер получает престиж в клане медленно, хорошо отмерянными дозами. Следовать приказам и достигать успехов, совершать успешные тауматургические исследования, уничтожать врагов клана и старания по осуществлению целей клана вознаграждаются, но малыми дозами. Тремер, который не подчиняется приказам, участвует в провальных экспериментах или ослабляет клан резко теряет престиж. Из-за строго иерархичной природы Тремеров и постоянного соревнования за превосходство внутри структуры клана, одна ошибка может отбросить Тремера в его амбициях буквально на столетия. 

Вентру

Вентру – это хребет Камарильи, клан, который более всего подходит под идеалы секты. Возможно это из-за того, что он первым предложил создать Камарилью, возможно из-за того, что он честно верит в высшее благо секты, но так или иначе Вентру на иболее тесно связаны с Камарильей. Вентру хвастают, что у них больше князей чем у любого другого клана и похоже испытывают особое удовольствие от организации конклавов. Вентру считают своей обязанностью членство в Камарилье и могут часто напоминать об этом другим вампирам, которые по их мнению недооценивают их вес. Подобные Сородичи обычно отпускают комментарии по поводу комплекса мученика, но Вентру не обращают внимания на подобную клевету. Они знают, что многих аристократов не оценивают по достоинству.

Вентру всегда были кланов аристократов, и в эти ночи они предпочитают давать Становление членам бизнес, а не наследственной элиты. Клан всегда интересовался властью, а в эти ночи она находится в советах директоров, а не при дворах. В результате Вентру глубоко проникли на рынки спекуляций, в промышленность и другие финансовые области. Они хорошо знают, какую власть дают деньги, и крайне хорошо используют эту власть через множество своих смертных пешек. Ни один другой из кланов Камарильи не может сравниться с Вентру в этой области, и мало кто даже пытался.

Вентру любуются плодами своих достижений и являются одними из самых урбанистических, изощренных и формальных Сородичей. У клана множество традиций и обычаев, большинство из которых полностью бессмысленны для других Сородичей, но которым Вентру ревностно следуют. Молодые Вентру, которые спрашивают о том, мудро ли так поступать, обычно получают хорошую взбучку от своих сиров, которые больше ценят инициативность, а не независимость.

Несмотря на свой вежливый облик, жестокость и жадность Вентру ничем не сдерживаемы. Они могут быть вежливы, но они все равно вампиры – вампиры, находящиеся на вершине власти Сородичей, не меньше. Доброта и другие замечательные качества не имеют ничего общего с ними – они предпочитают жесткую эффективность, большие амбиции и неустанную преданность.

Сила и влияние

Вентру остается наиболее могущественным кланом Камарильи. Частично это заключается в том, что они гораздо больше заинтересованы в делах секты, чем их товарищи, частично из-за их стремления к власти, что является объединяющей чертой клана. В большинстве городов Камарильи местная структура власти наводнена Вентру. Даже те, кто не имеет официального титула обычно связаны с каким-либо важным смертным институтом – биржи, финансы, правительство являются обычными областями интереса Вентру.

Одним из продуктов это мощи Вентру является местная иерархия, в которой у молодого Вентру мало путей для возвышения. Они находятся в вечном ученичестве у немертвых учителей, и многие из них становятся своенравными под этим игом. В результате в характере Вентру возникает интересное разделение: являясь обычно наиболее консервативными и урбанистическими вампирами, молодые вампиры также часто проникают на новые территории (физически, как например, в город, недавно отвоеванный у Шабаша, или финансово, как например, в новую многообещающую индустрию) в надежде приобрести что-либо новое.

Организация

У Вентру чрезвычайно формальная организация клана, но она является удивительно гибкой для изменений. Лидерами клана, которых иногда называют «Советом директоров», являются примерно тридцать вампиров по всему миру, наиболее важные из которых находятся в Нью-Йорке, Лондоне и Париже. Встречи Совета происходят нерегулярно, но присутствие на них обязательно – со всей той властью, что обладают его члены, у них нет извинений для того, что они не смогли попасть на созыв Совета откуда угодно.

Структура менее привилегированных Вентру является чем то средним между корпорацией и клубом. В каждом городе, где есть Вентру, имеется штаб клана, который называют Советом и чаще всего он является джентльменским клубом или дорогим офисом. Совет похож на корпорацию и является инструментом, при помощи которого Вентру осуществляют финансовый контроль на локальном уровне.

Одно из приписываемых себе достоинств Вентру является то, что каждый знает свое место в клане – все роли и цепочки приказов ясны и разграничены. Продвижение в рангах является медленным за исключением особых случаев – слишком большие амбиции или инициативность вызывают неодобрение со стороны старейшин.

Заботы

Основной заботой Вентру является Камарилья и как ее поддержать после дезертирства Гангрелов. Хотя Вентру никогда особо не использовали Гангрелов, всеобщим мнением являлось то, что они были крайне полезны в защите от Шабаша. Когда они ушли, Камарилья ослабла, и Вентру почувствовали, что их груз по поддержке секты стал еще тяжелее. Также их беспокоит успешное вторжение Шабаша на восточное побережье Северной Америки, что клан пытается донести до остальной секты.

Внутри Камарильи, основной заботой клана является растущая сила Тремеров, которые похоже через несколько десятилетий могут попытаться сравняться с Вентру в управлении сектой. Как обычно возникают беспокойства касательно растущей активности анархов, однако большинство Вентру глухо к ним. Все это они уже слышали, видели что ни к чему это не привело, и им не интересно слушать это снова.

Порядки и обычаи

У Вентру слишком много формальных порядков (и во многих случаях они достаточно запутанны) чтобы упоминать их все, достаточно просто сказать что их множество. Существуют правила касательно того, кто пьет первым, кто говорит в каком порядке на Совете, какие клубы (только джентльменские, если же их нет, то в качестве замены обычно выбираются учебные клубы или престижные университеты) можно выбрать в качестве места для Совета, как проводить вечерники по случаю Становлении и т. д. Каждому действию соответствует какая-либо традиция или прецедент – инновации принимаются лишь если они не вредят существующей практике.

Наиболее важным обычаем Вентру является поддержка. Клан прежде всего, и любой Вентру может придти в Совет или к соклановцу за поддержкой. По давней традиции Вентру, обратившийся за помощью, должен получить поддержку от соклановцев вне зависимости от личного риска или предпочтений. Вентру, которые не делают этого, теряют лицо у клана, и может больше не надеется, что другой соклановец поможет ему если он обратиться за помощью.

Когда дело касается Становления, Вентру крайне избирательны. Лишь сливки общества подходят для Голубой Крови, лучшие из лучших среди смертных в бизнесе, политике, войсках и т. д. Вентру инструктируют своих детей касательно путей Камарильи, надеясь что обязанности этих неонатов однажды поддержат секту. На самом деле Вентру никогда слишком далеко не удаляются от своих детей если только общество или расстояние не заставят их сделать это – сильная связь между дитя и сиром является одной из деталей, которые помогают объединить клан.

Вентру встречаются в первый вторник каждого месяца на Совете – присутствие обязательно, а тех, кто будет уклоняться, силой приведут слуги «Директора» (местного старейшины и главы совета, который также обычно является примогеном). Эта встреча называется Генеральной Ассамблеей, однако старые Вентру настаивают на более старых названиях на французском, латыни и греческом. Генеральная Ассамблея напоминает встречи смертных, на которых в основном обсуждаются финансовые и политические дела. На этих встречах также регулируются дела клана, на которых производятся «повышения» и «понижения» в публичной форме, выговоры Директоры и обсуждается членства в каких-либо комитетах.

Мир смертных

Одной из величайших сил Вентру является их глубокое взаимодействие с миром смертных. Вовлеченность в политику и финансовые институты для них столь же естественно, как для смертных дышать, и в результате у них больше влияния среди живых чем у любого другого клана. И хотя это иногда ставит Маскарад под удар, это так же предоставляет клану значительные ресурсы. Также Вентру располагают наиболее умелыми, высокопоставленными и многочисленными гулями из всех кланов, и их умение использовать смертных является одной из основ дальнейшего выживания секты.

Внутри самого клана растет негодование против «сети старых парней» старейшин, в которых молодые Вентру видят препятствие для дальнейших улучшений. Молодые Вентру также думают, что структура клана неэффективна, в то время как старейшины говорят о терпеливости молодых и заявляют, что их опыт дает им право сохранять положение вещей как оно есть.

Престиж в клане

Престиж в клане Вентру – продукт успеха. Успешные приобретения, бизнес-маневры, удачные политические ходы и другие действия на пользу клану или секте вознаграждаются престижем, и это обычная практика, что многие Вентру пытаются получить благодарность за любое успешное действие. Действия. Которые нарушают обычные правила Вентру, оцениваются соответственно – если вампир преуспел, но не принес пользы другим Вентру, получил щедрое вознаграждение но потерпили неудачу или нанесли вред клану, наказание будет ужасно. Вентру, которые не держат себя в руках также рискуют потерять статус в клане, как и их сиры и дети. Так или иначе, кровь и происхождение значат многое.

…и один

Гангрел

В качестве клана Гангрелы формально покинули Камарилью. Это не значит, что все Гангрелы до последнего отреклись от своего членства и покинули организацию, так как осталось еще множество Гангрелов, которые считают себя частью этой секты. Однако в целом клан лишен места в правительстве секты, и у него больше нет равных прав с другими кланами. Старейшины клана не заклеймили позором тех, кто решил остаться в Камарилье – так или иначе, у них есть право выбора. Однако теперь следует говорить, что это не Гангрелы относятся к Камарильи, а Камарилья относится к ним.

Те Гангрелы, что остались в секте занимают в ее иерархии не слишком значительные позицию. Без присутствия юстициария, который мог бы защищать интересы Гангрелов, члены других кланов (в особенности Вентру и Бруджа) стали незаметно присваивать себе территории и домены Гангрелов. В конце концов это может вывести из Камарильи и оставшихся Гангрелов, но долгосрочное планирование не является сильной стороной всех Сородичей.

Не смотря на то, что Гангрелы Камарильи одиноки и молчаливы по своей сути, однако в них это проявляется меньше, чем в их теперь независимых собратьях. Гангрелы редко особо интересуются городской политикой, большинство предпочитает передвигаться с места на место или держаться специфической части города (зоопарка, центрального парка, теплиц и т. д.) и яростно защищать их. Гангрел будет зубами и когтями сражаться за свою территорию, а остальной город может катиться к черту.

Вопреки популярному воззрению, Гангрелы не обязательно любят беззаботно носиться по лесу или проводить время с оборотнями, так как большинстве случае люпины относятся к Гангрелам также плохо, как и к остальным кровососам. Слухи о взаимодействии этих двух групп весьма преувеличены, мягко говоря. Большинство Гангрелов предпочитает убраться из города куда подальше, однако на дикой местности они всегда настороже, а не беспечно прогуливаются.

Сила и влияние

Являясь сильнее небольших групп внутри Камарильи, как например Самеди или антитрибу Ласомбра, Гангрелы секты все же уступают шести основным кланам. В каком-либо конкретном городе или регионе может быть достаточно Гангрелов, чтобы защитить клан от посягательств, но когда дело касается всеобщей политики, то Гангрелы больше не имеют веса. У них больше нет представителя во Внутреннем Круге и права выдвинуть юстициария и следовательно нет голоса в высших эшелонах власти, и они еженощно ощущают последствия этих перемен.

В плане географии Гангрелы формируют что-то вроде периметра территории Камарильи. Они предбольшают небольшие или очень большие города (где обычно находятся обширные парки, зоологические сады и т. д.), промежуточные варианты не слишком привлекают Гангрелов.

Организация

Гангрелы что остались в Камарилье не слишком организованны. Среди них существует негласная иерархия уважения, и они страраются держаться от дел секты как можно дальше. Когда между двумя Гангрелами возникает конфликт и один из них не доминирует явно над другим, все заканчивается кровавой дракой. Эти импровизированные дуэли редко приводят к смертельным исходам, но репутация проигравшего сильно пострадает. Некоторые Ганрелы предпочитают умереть вместо того чтобы признать поражение. В последнее время некоторые князья в своих доменах призвали Гангерелов решать вопросы менее жестокими способами или ограничить кровопролитие, но это не возымело особого эффекта.

В общем, Гангрелы существуют в качестве сезонных рабочих и нео-бунтарей, призирающих идею об организации на локальном уровне. Сборища Гангрелов организуются теми, кто видит в них нужду, и его неформальный престиж скорее всего будет означать, как много гостей на него придет.

Князь Гангрел – вещь крайне редкая, и скорее всего он оказался на этом месте из-за обстоятельств, а не амбиций. Если Гангрел занимает должность в правительстве города, то обычно она не связана с жесткой ответственностью (например, шериф). Гораздо больше, чем можно было бы предположить, Гангрелов занимают должности архонтов, возможно из-за бродячей сути этой работы и возможности обходить политику, что соответствует характеру Гангрелов.

Заботы

Основной заботой Гангрелов Камарильи является то, что все может развалиться в любую ночь, что не удивительно. В целом у клана нет проблем с Гангрелами, которые находятся вне секты, однако между индивидуальными членами клана возникало множество трений по этому поводу. Если все развалиться, то престиж в клане выживших серьезно пострадает. Поэтому вопрос выживания и устойчивости Камарильи становится более чем академическим вопросом даже для весьма апатичных Гангрелов.

Меньшей, но достаточно важной проблемой является то, что оставшиеся после схизмы Гангрелы подвергаются нападкам со стороны других членов секты. Территории становится все меньше, детей все больше, и часто Гангрелы обнаруживают, что их изгоняют чтобы предоставить место для привилегированных неонатов, которые произошли от примогенов или тех, кому старейшины задолжали. Ситуация еще не достигла точки кипения, но рано ли поздно кто-то сложит два и два и это будет грозить большими неприятностями.

Порядки и обычаи

Обычаи Гангрелов не столь формализированны как у Вентру или Тореадоров, однако, у них столь строгая ритуальная форма, что даже Тремеры с трудом повторят их. Многие из них были перенесены в современную культуру Гангрелов из Скандинавии, которая была основным место концентрации клана в последние два тысячелетия. Собрания Гангрелов называются всеобщими сборищами (или сборищами, если они проводятся на меньшем уровне), и на них пересказывают истории и деяния как на сборищах викингов. Всеобщие сборища проводятся в ночь равноденствия, а более мелкие сборища обычно проводятся восьмого мая.

Старшинство на сборищах определяется серией индивидуальных соревнований за превосходство. Большинство из них безобидны, однако некоторые являются боевыми. Подобные схватки жестоки, но редко фатальны – Гангрелов не так уж много, чтобы они еще и убивали друг друга на встречах. Подобные дуэли за превосходство обычно происходят между Гангрелами если они встретились впервые, даже если они просто столкнулись в лесу. Когда первенство установлено оно все расставляет на свои места, и нет нужды повторять дуэль при каждой следующей встрече. Единственны исключением является случай, когда проигравший хочет взять реванш и попытаться снова. Победители подобных схваток получают престиж в клане, а проигравшие его теряют (и обычно еще оказываются порядочно избиты), что снижает число фривольных схваток.

Когда первенство установлено, лидер начинает перечислять имена и деяния, как и другую важную по его мнению информацию. Если это не вызывает вопросов, слово передается второму по значимости и т. д. Все собравшиеся, будь то всеобщее сборище или встреча двух членов клана надеются на то, что все запомнят то, что они рассказали, и перескажут особо интересные истории тем Гангрелам, кто не присутствовал. Подобные герои являются посмешищем для других Гангрелов, но необходимые новости тем не менее распространяются.

Гангрелы редко представляются своему потомству во время Становления. Вместо этого они продолжительное время наблюдают предполагаемым дитя прежде чем обречь смертного на существование вампира, а затем наносят удар без предупреждения. Новое дитя оставляется само по себе (однако сир и обычно несколько других Ганрелов наблюдают за ним) и должно само учиться выживать. Если оно преуспеет, то сир может раскрыться перед ним и посвятить в пути клана. Если же нет, то скорее всего для некомпетентного неоната все окончиться печально. Сир, чей неонат потерпел неудачу может потерять престиж, в зависимости от того насколько стремительна и выразительна она была.

Связь с ромами

В независимости от принадлежности к секте, Гангрелы особое внимание уделяют смертным ромам (которых еще иногда называю цыганами). Докучать компании ромов – верный способ быстро разозлить местного Гангрела, особенно если он находится в родстве с кем-то из ромов. Обычно Гангрелы всеми способами избегают компании людей, но нередко можно найти Ганрелов, которые путешествуют вместе с лагерем ромов или даже делят кров с ними.

С другой стороны Равнос, котрых члены других кланов презрительно называют «Цыганами» испытывают вечную враждебность к Гангрелам. Истории о причинах разнятся от нелюбви Гангрелов к стереотипу Равнос до чего, что касалось их Патриархов (или Патриарха, если верить некоторым историям). 

Престиж в клане

Ганрелы получают престиж на всеобщих сборищах, благодаря словам и деяниям, о которых говорят другие Гангрелы. Престиж среди других кланов обычно бессмыслен для Гангрелов, если только чужаки каким-либо способом не получили уважения Гангрелов.

Гордое меньшинство

По собственному определению Камарилья включает всех Каинитов. Не стоит и говорить, что подобные заявления игнорируются или вызывают насмешки со стороны Шабаша и независимых кланов. Что более важно, подобная оценка высмеивается и другими организация которые находятся вне Камарильи или противостоят ей и заявляют, что не являются ее частью. В общем каждый думает что хочет: Камарилья заявляет, что является всеобъемлющей, а чужаки насмехаются над подобными заявлениями.

Другими словами, подобное положение всех устраивает. Но есть еще и индивидуумы, зажатые где-то посередине, вампиры, чья лояльность по идеи должна была принадлежать кому то другому, но кто по каким-то причинам встал под знамена Камарильи. От надменного антитрибу Ласомбра до пугающих Самеди, эти отступники и перебежчики занимают свое место в Камарилье, которое в лучшем случае неоднозначно. Не смотря на то, что по заявлениям Камарильи к этим Сородичам должны относится также как и к остальным, их происхождения вызывает подозрения и плохое отношение (иногда обоснованно). В результате этих отступников не всегда тепло принимают в Камарилье, что делает более сложным других членов оппозиции убедить «пересечь ограду».

Это не значит, что к каждому вампиру, который не принадлежит к одному из кланов-основателей плохо относятся, некоторые даже получили власть и статус и их боятся и уважают в Камарилье. Например, никто не смеет шутить с уважаемым Монтано касательно его сира. Однако большинство так называемых «бесклановых» обычно находятся в самом низу ночного общества Камарильи. Никто в Камарилье толком не знает, что же с ними делать, а они сами, вырванные из своей прежней жизни, не совсем уверенны, что же им делать с Камарильей.

Или хотя бы с самими собой.

Последователи Сета

Сказать, что Сетиты в Камарилье обычное дело – значит соврать. Однако приличное количество Змей, которые откликнулись на изначальный зов Камарильи (и весьма немногие присоединились к ней с тех пор) похожи на искренних членов секты. Еще более диким выглядит то, что независимые Сетиты не предпринимают никаких конкретных шагов, чтобы уничтожить этих немногочисленных отступников. (Змеи Света – это совсем другое дело, как впрочем, и весь Шабаш).

На самом деле мотивация немногочисленных Сетитов Камарильи довольно проста. Говорите что хотите, но Камарилья – наиболее эффективная вещь, которая держит Каинитов вместе. Совершив всего несколько промашек она смогла скрыть существование вампиров от людей не смотря на все попытки врагов уничтожить ее, и поддерживает хотя бы видимость порядка во многих местах мира.

А что если, спрашивают себя Сетиты Камарильи, эту организацию можно использовать для своей пользы?

Это пугающая возможность, поэтому эти Змеи занимают довольно низкое положение.

Отношение с остальными

Сетиты Камарильи держаться границ Элизиума – большинство вампиров здесь обычно предпочитают обсуждать дела, а не завопить по старинке «Сетит все равно Сетит» и открыть огонь. Также Сородичи испытывающее страсть к искусству и дипломатии часто имеют страсть и к другим вещам, которые Змеи могут им предоставить. Тем не менее, Сетиты Камарильи стремятся избегать слишком стереотипного поведения, потому что никто не хочет, что на темной улице или в плохо освященной комнате их перепутали с теми, кто не принадлежит к секте.

Последователи Сета, которые вступили в Камарилью не отказались от высшей цели клана и необязательно считаются своими соклановцами предателями. Истинная слава Сета проявится в низвержении или уничтожении всех других кланов, но нигде не сказано, что все эти кланы нужно низвергнуть одновременно. Использовав Камарилью чтобы низвергнуть Шабаш, затем независимых чтобы низвергнуть Камарилью – идеальная перспектива для Сетитов. Тем временем Сетиты Камарильи делают все возможное для секты чтобы достигнуть этой конечной цели.

Достаточно странно, что чаще всего Сетиты Камарильи имеют дело с Бруджа и Тореадорами, кто защищает их от нападок других Сородичей Камарильи. Оба эти кланы являются жертвами сильных страстей и желаний, которые Сетиты могут помочь осуществить, в то время как Носферату. Тремеры и Вентру достаточно осторожны в отношениях с Сетитами вне зависимости от секты. Как правило Сетиты всячески избегают Малкавиан, предположительно из-за того, что Безумцы могут ясно увидет их планы. Более рациональные Сородичи говорят, что это из-за того, что у Сетитов просто нет ничего, чего бы хотели Малкавиане, но так или иначе все это слухи и спекуляции.

Отыгрыш

Отыгрывать Сетита, скованного законами Камарильи, является еще более тонким делом, чем отыгрыш обычного члена клана. Сетитам Камарильи стоит больших трудов успокоить других членов секты – они добровольно отходят от образа змей просто чтобы показать мнимую разницу между ними и членами «обычного» клана. Некоторые члены секты доходят до того, что избегают традиционной деятельности Сетитов, как например торговля наркотиков, потому что они логически определяют, как их отношения будут соответствовать идеалам Камарильи. Подобное представление зависит от каждого индивидуального Сетита, но все Сетиты Камарильи понимают важность получения доверия со стороны других членов секты любыми способами.

В случае социального общения Сетиты Камарильи крайне вежливы и пристойны, так как любое действие может заставить их выглядить плохо, грубо или недостойными доверия из-за их происхождения. Это не значит, что Сетиты Камарильи неэффективны или ограничены, но они не замарают рук при всех. Бродящий по Элизиуму Сетит может иметь подпольные дела с каким-нибудь Тореадором, но не будет выставлять их на публику. Свой облик нужно сохранять, так или иначе, как и репутацию, чтобы не поставить под удар будущие отношения.

Дочери Какофонии

Лишь в современные ночи Дочери Какофонии стали действительно соответствовать своему названию, очистив свои ряды от мужчин, кастратов и мальчиков по неизвестным причинам. Оставшиеся Дочери не имеют желания говорить об этом, так как похоже полностью увлечены процессом создания и исполнения музыки. Похоже политика и войны мало что значат для этих Сородичей. Лишь одна музыка из всех искусств привлекает их.

Дочери Камарильи похоже вступили в секту из-за удобства, а не убежденности. Если город принадлежит Камарильи, то местные Дочери нехотя подчиняются ее законам и Традициям. Дочери Какофонии не слишком любят секту, но и не слишком недолюбливает, и соблюдает Маскарад вне зависимости от того, навязывается ли он на местном уровне или нет. Также ходят слухи, что Дочери просто претворяются, что имеют дело с кланами Камарильи, чтобы на самом деле иметь дело с Ласомбра и Тзимици, но это всего лишь спекуляции. Тем временем Сородичи Камарильи соглашаются с тем, что лучше иметь Дочерей на своей стороне, чем на чужой, и пусть лучше они отвлекаются на свои проекты и не обращают внимание на остальной мир.    

Отношения с другими

В Камарилье множество кланов, с которыми Дочерям приятно иметь дело, или по крайне мере так говорят. Вентру предлагают покровительство, Малкавиане вдохновение, Тореадоры сотрудничество, товарищество и соперничество. Этих трех кланов вполне достаточно, что Дочерям нашлось дело в Элизиуме. Похоже другие кланы не заинтересованы в Дочерях (по крайне мере не слишком), но па крайне мере они открыто не проявляют своей враждебности. Дочь Какофонии не отшатывается от Носферату в ужасе – она просто ничего не говорит ему.

Сирены (таково прозвище этой линии крови) никогда не получают должностей в правительстве города. Мало кто из них при случае получал должности гарпий, но невозможно представить себе Дочь в качестве примогена, шерифа или князя. Дочери Камарильи не заинтересованы в ее политике.

Отыгрыш

Дочери Какофонии привержены искусству, по крайне мере на публике. Какими бы ни были тайные цели линии крови, индивидуальная Дочь на публике всегда выглядит примерно одинаково – привержена пению и музыке, полностью апатична к политике и с презрением относится к тем, кто не так талантлив как она. Не смотря на то, что они не заинтересованы в военном деле, Дочери могут постоять за себя (некоторые говорят, что их песни способны снижать уровень враждебности) со всеми доступными им силами.

Сирены часто с расположением относятся к тем, кто интеллигентно восхищается их работой: фраза «Ты прикольно поешь» навряд ли принесет расположение Дочери. Дочери часто посещают Элизиумы в поисках могущественных и образованных покровителях. Что именно Дочери делают с этими покровителями лучше оставить для темных фантазий – если вы верите слухам.

Самеди

Самеди Камарильи достаточно любопытны. Являясь по своей сути одиночками, им так или иначе приходится держаться вместе – больше никто не хочет иметь с ними дело. Яыляясь кочевниками, Самеди путешествуют из города в город, из Элизиума в Элизиум, исполняя контракты высокопоставленных членов Камарильи. Со стороны эта миграция выглядит как тактика выживания – останешься в одном месте надолго и местные начнут бояться тебя. Фамильярность порождает презрение, а для Самеди презрение может быть фатально.

Самеди Камарильи не ждут никакого признания. Они с сектой по ножеству причин – нелюбви к тактике Шабаша, желания защищать то, что предлагает Камарилья, а иногда просто более хорошая оплата. Все Трупы Камарильи люто ненавидят Джованни и используют свое влияние, чтобы натравить Камарилью на Некромантов. Влияние отдельно взятого Самеди может быть довольно высоко (однако у Самеди нет никакой достойно упоминания «организации»), так многие из них приближены к вампирам немалой силы.

Отношение с другими

Среднестатистический Самеди выглядит столь отталкивающе (как и его нездоровый юмор, который исключает всякие предположения), что другие вампиры просто не могут иметь с ними дел без каких-либо намеков. Самеди, который служит в городе телохранителем для князя или архонта еще в какой-то мере могут терпеть. Так или иначе, он здесь чтобы делать работу, и даже самые предосудительные Тореадоры признают, что их уникальные таланты позволяют им хорошо ее делать. Но принять Самеди в нормальное общество – это уж слишком. Да, Носферату уродливы, но Самеди вообще походят на трупы и слишком открыто напоминают другим Сородичам об истинной природе вампиризма, чтобы те могли себя спокойно чувствовать в их присутствии.

С другой стороны Самеди нравиться выбивать остальных из колеи, так как это делает их обычную работа телохранителей гораздо легче. Также никто не может угрожать Самеди страхом возмездия, и Трупы пользуются этим преимуществом. Самеди не призирают своих товарищей из Камарильи, они просто удивляются им. Похоже даже для чудовищ некоторые вещи слишком чудовищны.

Отыгрыш

Несмотря на свой чудовищный облик, Самеди урбанистичны и цивилизованны (по-своему) – они не шаркают, истекают или мычат, и большинство из них вполне способны поддерживать разговор. Многие Самеди работали в качестве коронеров, гробовщиков и т. д. и поэтому имели длительные отношения со смертью и другими неприятными вещами. К тому же, похоже всей линии присуще некое садистское чувство юмора, и многие Самеди просто не могут не удержаться чтобы не сыграть на своем уродстве будучи при этом предельно вежливыми, чтобы просто посмотреть как будут кривиться Вентру и Тореадоры.

Однако когда приходит время для дел, Самеди рады запачкать свои руки. Члены линии крови не бояться дерьма – когда ты выглядишь как куча мусора, тебя не интересует ничего кроме результата. Самеди не слишком любят проводить время вместе с Носферату (на которых, однако они не берут контракты на убийство) также как и с остальными вампирами – они предпочитают профессиональные связи социальным. Им так легче.

Джованни

В Камарилье нет Джованни. Разумеется, есть несколько Джованни, которые заявляют о своем членстве в секте и ведут себя как обычные члены Камарильи, однако они являются истинными вампирами Камарильи не больше чем кусок колчедана является истинным золотом. Заявляя, что они порвали с политикой семьи, «перебежчики» Джованни ищут прибежища в секте и несут с собой важную информацию касательно истинных целей и действий Джованни.

Однако не вызывает удивления, что эта «информация» является мешаниной из противоречивой лжи, отступничество является притворным, и так называемые члены антитрибу Джованни просто являются глубоко законспирированными кротами в Камарилье. Кто-то предстает в своем истинном обличье, кто–то пытается сойти за Вентру или Тореадора когда это возможно. Так или иначе, любой Джованни, который заявил о своей приверженности секте находится в ней чтобы ниспровергать, шпионить и дезинформировать и сделает все возможное, чтобы достигнуть своих целей. Некоторые ждут десятилетиями или даже веками прежде чем начать действовать, но все они без сомнения лояльны своему клану.

Если подобных шпионов ловят, то обычно не успевают толком расспросить – для пленных Джованни связь с призраками является эквивалентом капсулы с ядом. В эти ночи предпринимается все более лучшие предосторожности, и «перебежчиков» все более тщательно проверяют, но это означает лишь то, что шпионы Джованни будут лучше подготовлены.

Незначительное присутствие

Нижеперечисленные кланы имеют лишь несколько (если вообще имеют) членов, которые являются лояльными Камарилье. У большинства есть профессиональные дела с сектой, и их присутствие в ней скорее вопрос безысходности чем чего-то другого. Крайне редко возможно (если вообще возможно), чтобы кто-либо из Ассамитов, Равнос или Тзимици присоединился к Камарилье. Другие приверженности для них гораздо важнее.

Некоторые линии крови, например Каэсиды, вообще не присутствуют в Камарилье и поэтому не упоминаются здесь.

Ассамиты

Для детей Хасана Камарилья лишь источник работы и ничего более. Для Ассамитов лояльность клану, прежде всего и камарилья не может предложить убийцам ничего кроме целей или нанимателей. Так как у Камарильи строгие запреты касательно диаблери, то существование Ассамитов и Традиции Камарильи имеют мало точек соприкосновения. Ассамиты счастливы работать на вампиров Камарильи, но лишь в качестве независимых наемников. Если кто-то из детей Хасана заявит, что он привержен секте, то стальные решат что либо он безумен, либо неумело блефует.

[Примечание переводчика: После Схизмы положение дел коренным образом изменилось, и многие Ассамиты присоединились к Камарилье. См. Книгу клана Ассамитов, исправленное издание]

Равнос

Очень мало кто из Равнос заявляют, что являются членами Камарильи и действительно являются таковыми. Все Равнос Камарильи больше не приветствуются членами своего клана и принимают любую помощь. Для некоторых иметь дело с лишенными юмора старейшинами Камарильи предпочтительней быстрой смерти, поэтому они стараются сдерживать свои непредсказуемые социальные тенденции чтобы не получить кол в сердце от своих новых товарищей.

Некоторые князья держат у себя «Фэджинов» Равнос, которые крадут для них власть и информацию их врагов – небольшое диаблери в этом случае будет проигнорировано или даже одобрено, если это навредит тем, кто находится по другую сторону баррикад.

Сказать, что остальные вампиры секты не доверяют Равнос Камарильи – значит ничего не сказать. К счастью, в Камарилье так мало Равнос, что большинство вампиров просто никогда не сталкивались с ними. Те, кто клевещет на них или же еще как-то выказывает свое недовольство всоре обнаруживают, что лишаются ценной вещи – драгоценности, документа или любимого гуля. Если Равнос присоединился к Камарилье, то это еще не значит, что его харктер исправился или что он стал милым.

Тзимици

Если в Камарилье найдется хотя бы пол дюжины Тзимици, то это будет большим сюрпризом. Большая часть клана принадлежит к Шабашу, оставшиеся же крайне аполитичны. Одно только присутствие Тремеров в секте гарантирует, что Тзимици не захотят в нее вступать. Те крайне немногочисленные Тзимици, кто решил присоединиться к Камарилье, сделали это по крайне личным причинам (например, чтобы отомстить за обиду со стороны смертных или для того, что бы использовать Камарилью для низвержения противника в Шабаше). Однако даже в этих редких обстаятельствах немногочисленные Тзимици Камарильи не афишируют своего присутствия, не занимают лидирующих позиций в секте и не имеют привычки оставаться в ней, когда их личные цели достигнуты. 

Каитиффы

Соблазнённые и брошенные своими сирами, Каитиффы всегда находятся на задворках общества Камарильи. Лишённые клана и нежеланные Каитиффы – результаты настроений одной ночи, страстных увлечений, Становлений в порыве безумия и откровенных ошибок. Большинство из них помнит сира и Становление в лучшем случае смутно; некоторые – не помнят вообще. Сделав шаг во мглу нового существования, каждый из них в итоге находит ключ к выживанию – обычно в виде другого Каитиффа, высматривающего новичков – или умирает в ходе поисков.

Единственная отличительная черта Каитиффов – отсутствие отличительных черт. Некоторые теоретики из числа Сородичей утверждают, что со временем между сиром и потомком происходит своего рода «импринтинг», позволяющий вампиру обрести физические характеристики своего сира, диктуемые кровью. Однако у Каитиффов нет подобных отличительных признаков – например, Каитифф, произошедший от Носферату, может быть уродливым, но редко наделён по-настоящему чудовищной внешностью своих вампирских прародителей. Это относится и к прочим Каитиффам; Обращённые Малкавианами могут быть странноватыми, но не обязательно страдают от полноценных психозов, получившие Становление от Вентру могут обрести вкусовые предпочтения, но не полноценную склонность к избирательному питанию, и так далее. Сведущий наблюдатель обычно может с относительной точностью определить вероятное происхождение Каитиффа, но в итоге редко когда подобная попытка того стоит.

Каитиффы занимают в обществе Камарильи те места, которые больше никому не нужны. Хотя иногда Камраилья и может принимать Каитиффов, руководствуясь смутным инстинктом родительской опеки, кланы прежде всего заботятся о своих и оставляют Каитиффам объедки. Некоторые Каитиффы с презрением отвергают право участвовать в городской политике в качестве граждан второго сорта, в то время как другие с радостью ухватываются за эту возможность зацепиться во влиятельных кругах. Тем не менее, пока большинство лишённых клана избегают ввязываться в дела, руководствуясь чувством самосохранения, предпочитая умозрительные преимущества членства в Камарилье без вовлечения в её политику.

Прозвище: Отбросы

Внешность: Каитиффы часто похожи на плохо одетые версии своих признанных собратьев, подражая стилю Тореадоров и Бруджа в рамках ограниченного бюджета. Мало кто из них демонстрирует по-настоящему выдающиеся физические характеристики, отмечающие их происхождение из того или иного клана – высокомерные Вентру назвают внешность Каитиффов «типичной», и Каитиффы принимают это как пренебрежительный и иронический знак отличия. Внимательный взгляд на любую банду смертных недо-вампиров нередко выявляет одного или двух Каитиффов, одетых в имитирующие наряды и вовсю наслаждающихся происходящим.

Убежище: Каитиффы устраивают убежища, когда и где могут. Особенно популярны подвальные помещения и заброшенные дома, поскольку никому больше подобные места не нужны, и расположившихся там Каитиффов вряд ли оттуда вышвырнут.

Происхождение: Каитиффы – по большей части продукт последнего века, особенно периода после Второй Мировой войны. Сородичи-паникёры утверждают, что резкое увеличение числа Каитиффов – признак надвигающейся Геенны, но более уравновешенные вампиры полагают, что это симптом распада традиционных общественных устоев.

Каитиффы часто сбиваются вместе и, побуждаемые отчаяньем и стремлением обрести защиту, образовывают котерии. Срок существования групп бесклановых вампиров обычно короток; они постоянно разбредаются, распадаются и переформировываются. Каитиффы могут происходить из любых социальных слоёв. Большинство из них получает Обращение по воле случайности, а не по умыслу, а это означает, что нет такого понятия как «типичный» кандидат в Каитиффы. Единственное, что есть общего у всех Каитиффов – способность оказаться в неподходящем месте в неподходящее время.

Создание Персонажа: Каитиффам приходится выживать на улицах с незначительной помощью или вообще без помощи, и мало таких неблагоприятных обстоятельств, с которыми большинство неонатов не могли бы справиться самостоятельно. Хотя среди Каитиффов и распространён широкий спектр умственных, социальных и физических способностей, те, кому удаётся выживать дольше всего, часто избирают Умственные или Физические Атрибуты в качестве первичных. У Каитиффов нередко встречаются Знание Улиц, Хитрость и Выживание, но опыт и образование Каитиффов могут быть самыми разными.

Клановые Дисциплины: Любые (По умолчанию - Стойкость, Могущество и Присутствие).

Слабости: В ходе создания персонажа Каитиффы могут приобретать любые Дисциплины, но после этого должны платить за покупку любых Дисциплин [6 х текущее значение] очков опыта.

На бытовом уровне Каитиффы страдают от социальной дискриминации, поскольку не являются частью общепризнанного клана. По этой причине более высокородные Сородичи считают, что они вправе без помех оскорблять и оговаривать Каитиффов. Пока Каитифф не добьётся для себя положения в городе или конкретном социальном кругу, он получает штраф в +2 к сложности всех Социальных бросков при общении с вампирами не-Каитиффами.

Организация: Время от времени кто-нибудь пытается организовать Каитиффов в кланоподобную структуру. Попытка неизбежно проваливается, частично из-за природной раздробленности общества Каитиффов, а частично из-за того, что крупные кланы заинтересованы в том, чтобы Каитиффы оставались дезорганизованными. На обыденном уровне организация Каитиффов работает в лучшем случае локально, а чаще всего – вообще отсутствует.

Цитата: Я не просил, чтобы со мной делали это. Я не просил делать меня вампиром. Но, раз уж один из вас, великих и могучих сукиных детей, сделал это со мной, я теперь – один из вас, и будь я проклят, если собираюсь оставаться шестёркой всю оставшуюся вечность.

Стереотипы

Камарилья: Ну, Шабаш хочет нашей смерти, так что я могу какое-то время терпеть дерьмо камми. Уж лучше пусть меня презирают, чем стреляют в меня, понимаете? Но всё меняется. Неважно, что они не хотят допускать нас до власти. В нынешние дни нас вполне хватит, чтобы самим захватить её.

Шабаш: Ну да, конечно, они предлагают тебе весь мир – а затем вдруг бьют по темечку лопатой и хоронят твою задницу в земле. И то лишь в том случае, если вообще тратят время, чтобы остановиться и поговорить, вместо того, чтобы сразу приложить битой. Я не люблю их, не доверяю им и просто палю в них, как только увижу.

Взгляд со Стороны

Камарилья: Ну, пусть лучше они служат нам в качестве буфера и первой линии обороны, чем перебегут на другую сторону и присоединятся к Шабашу. Позволяя лишённым клана присоединиться к нам, мы способствуем Маскараду, защищаем себя и поддерживаем спокойствие на улицах. Эти выгоды вполне окупают вероятность иногда встретить в Элизиуме Каитиффа.

– Даниэлла Фостер, примоген-Бруджа, Сент-Луис

Шабаш: Эй, приятель, Шабаш – это классно. Тебе не придётся терпеть то дерьмо, которое подсовывают в Камарилье – здесь мы организованны. Нас называют Пандерами, а не Каитиффами, и у нас есть право голоса! Это куда лучше, чем терпеть тореадорское отношение и ждать, кода тебе достанутся объедки с их стола. Просто приди на одну встерчу, приятель – клянусь, если тебе там не понравится, ты сможешь уйти прочь целым и невредимым.

– Кай Симмонс, неонат Шабаша

Независимые: Лишённые клана – средство отвлечения внимания. Суть в том, чтобы сделать так, чтобы они отвлекали наших противников, а не нас. Юстициарий, который занят выслеживанием особенно надоедливой банды Каитиффов, не будет совать нос в наши дела. Тут всё просто.

– Рафаэль Джованни

Горгульи

В зависимости от того, кто задаёт вопрос, существует две (рабы Тремер и свободные), три (стражи, воины и разведчики) или одна (просто куча уродливых ублюдков) классификация представителей линии крови Горгулий. В эти беспокойные времена нередко намного проще подразделить Горгулий согласно их фракции, а не по происхождению – среди свободных Горгулий избегают терминов вроде «разведчиков», как свидетельства более чем неприятного прошлого. С ходом лет всё больше и больше свободных Горгулий дают о себе знать, и многие из них присоединяются к Камарилье. Вызван ли такой выбор секты желанием Горгулий показать нос своим бывшим хозяевам, глубинным стремлением к иерархии и порядку, наблюдением, что расценки Камарильи куда выгоднее расценок Шабаша, или даже фундаментальным согласием с камарильской философией – неважно. На улицах появляется всё больше и больше Горгулий, и всё больше и больше их решительно переходит на сторону Маскарада.

Горгульи, остающиеся рабами Тремер, также принадлежат к Камарилье, но уже без выбора. У большинства них осознание собственной индивидуальности минимально или отсутствует вообще, никаких воспоминаний о существовании до превращения в Горгулью и никакой свободы воли. Принадлежащей Тремер Горгулье, начинающей проявлять более чем рудиментарное осознание себя, лучше скрыть это до того момента, когда она сможет сбежать, или же она познакомится с повторной обработкой или уничтожением. Первый мятеж Горгулий преподал Тремер все необходимые уроки для обеспечения верности своих служителей, и у Колдунов нет никакого желания повторять этот опыт.

Так или иначе, именно свободные Горгульи – лучший выбор для персонажей игроков. (Игроки, желающие взять Горгулью, начинающую в рабстве у Тремер, должны посоветоваться с Рассказчиком – хроника побега может быть захватывающей, но варианты там весьма ограничены.) Свободные Горгульи – потомки так называемых Рабов, сбежавших из-под власти Тремер несколько веков назад, и недавние беглецы – собираются вместе в изолированных общинах и горных убежищах или индустриальных городах, в которых Тремер делать нечего. Более авантюрно настроенные души стекаются в камарильские города, чтобы предложить свои услуги в качестве телохранителей, мускульной силы или для иных видов наёмных работ. Для князя держать в Элизиуме телохранителей-Горгулий – демонстарция престижа, а способность наслать на врагов Горгулий-убийц – демонстрация силы.

Прозвище: Раньше – Рабы, а теперь пёстрая подборка, куда входят Вольные, Беглецы, Каменные Головы – в зависимости от того, кто использует прозвище. Назвать свободную Горгулья Рабом – отличный способ добиться, чтобы каменный кулак несколько раз подряд протаранил вам брюхо.

Внешность:Как и Носферату (у которых значение Внешности также равно нолю) Горгульи невероятно уродливы. Хотя конкретные проявления этого уродства зависят от базового сочетания крови (Носферату-Тзимици, Носферату-Гангрел или Гангрел-Тзимици), породившей изначального предка Горгульи, есть определённые черты, общие для представителей линии крови. Горгульям повсеместно свойственны бородавки и иные наросты, крылья, словно у летучей мыши (которые растут с развитием у Горгульи Дисциплины «Висцератика»), каменные лица, а также в целом «демоническая» внешность. Горгульи двигаются медленно и с ленцой, за исключением кризисных ситуаций, но слух, будто они оставляют за собой небольшие кучки пыли, не соответствует истине.

Убежище:Горгульи, состоящие на службе у Тремер, спят в нишах, подвалах или иных местах, указанных им хозяевами. Свободные Горгульи часто оговаривают для себя жилище как пункт договора, из-за чего результат бывает весьма непредсказуемым. Те Горгульи, что сами находят для себя убежища, обычно останавливаются на заброшенных складах и фабриках – чем выше, тем лучше – или в подземных пещерах или канализационных системах, сложенных из камня. Когда-то излюбленными местами были колокольни, но настолько стереотипное обиталище делало поселившихся там Горгулий лёгкой добычей для гулей Тремер.

Происхождение:Процесс создания Горгулий является особенно напряженным, особенно тех, кого создают сами Тремер. Волна сталкивающихся потоков витэ в сочетании с магической энергией трансформации даже спустя множество веков служит для того, чтобы стереть все имевшиеся воспоминания и привязанности новой Горгульи, оставив лишь чистый лист, с которым могут работать Тремер. Этот процесс проходит чуть спокойнее для Горгулий, получающих Становление от других Горгулий, и они иногда сохраняют хотя бы смутное понятие о своей прошлой жизни, но даже в таком случае большая часть прошлого растворяется под натиском непостижимого (примечание: Свободные Горгульи дают Становление смертным; Тремер предпочитают взять Сородичей из трёх «первичных» кланов и превратить их в Горгулий). Что до того, почему Горгулья решает Обратить смертного – в большинстве случаев это просто навязчивая мысль. Тут нет ни причины, ни смысла, и даже самые красноречивые представители линии крови пожимают плечами и сводят всё к «инстинктивному чувству».

Создание Персонажа: При создании персонажа-Горгульи Физические Атрибуты и Таланты должны быть первичными; Тремер создавали эту линию крови не для философствований и интриг. Все персонажи-Горгульи начинают игру как минимум с одной точкой в уникальной клановой Дисциплине «Полёт» (по сути, это наделяет Горгулий четырмя клановыми Дисциплинами, но здесь хватает негативных эффектов, чтобы уравнять положение). Горгульи не могут брать Дополнение «Ментор» и иметь Внешность выше 0. Кроме того, предыстория персонажа-Горгульи может быть не старше 1167 года, когда Тремер и создали данную линию крови.

Слабости: Как уже упоминалсь ранее, у Горгулий кое-какие проблемы со Внешностью. Вдобавок, природа происхождения линии крови проявляется и в том, что при сопротивлении попыткам Доминирования или иным воздействиям на разум считается, будто Сила Воли Горгульи на два пункта ниже, чем на самом деле.

Клановые Дисциплины:Стойкость, Могущество, Висцератика, Полёт.

Цитата:Теперь хозяин больше не узнаёт меня, но я узнаю его, да. Скоро я заставлю его вспомнить меня, да?

Стереотипы

Камарилья:Камарилья защищает нас от хозяев. Камарилья даёт нам убивать наших врагов – кроме хозяев. Камарилья хорошо платит нам. Мы любим Камарилью, да.

Шабаш: Они никогда не смотрят вверх, бедные несчастные вампирчики. Они никогда не смотрят вверх и не видят, как мы приближаемся, нет.

Взгляд со Стороны

Камарилья: Эти простаки уродливы, а если такое говорю я – уж это точно правда. Но уродливый вовсе не означает плохой боец, и именно для этого мы их и используем…

– Морт, агент-провокатор, Носферату

Шабаш: Каменная кожа и каменная башка. Да, они круты, но они тупее, чем пробка от… – ну, вы поняли. Заставьте их задуматься, и они проиграли.

– Ласло Мирак, епископ, антитрибу Вентру

Независимые:Тот факт, что Горгульи сумели освободиться и даже преуспеть – один из немногих внушающих надежду признаков, о которых мне доводилось слышать за тысячи лет. Но они должны быть осторожны, чтобы не слишком испытывать свою удачу – а как раз на грани этого они и находятся.

– Лазарь, недавно пробудившийся Каппадокиец

Антитрибу Ласомбра

Не существует никакого антитрибу Ласомбра, по крайней мере, с точки зрения самих Ласомбра. Шабашевские Ласомбра отрицают существование подобных «предателей», а так называемые отступники считают себя Ласомбра – не больше и не меньше. Не все Ласомбра, несогласные с позицией клана в Шабаше, присоединяются к Камарилье – значительная доля от их относительно небольшого числа просто становятся независимыми и полностью устраняются от вампирской политики. Оставшиеся, однако, добиваются для себя должностей, облеченных властью – если уж не известностью – в Камарилье.

В смысле мировоззрения камарильские Ласомбра мало отличаются от своих шабашевских собратьев. Отступники по-прежнему рассчитывают одержать полную победу в Джихаде; они просто считают Камарилью более рациональным и эффективным инструментом для достижения этого, чем Шабаш. Отвращение к сброду, который принимает к себе Шабаш, ясно проявляется в камарильских Ласомбра, и они находят шабашевскую тактику массовых Обращений расточительной и оскорбительной. Разумеется, даже те, кто выступает за принятие отступников в Камарилью, считают этих вампиров заносчивыми, надменными и раздражительными. Мало кто из них потерпит, чтобы глупцы и некомпетентные подчинённые продолжали жить, и наказанием за неудачное выполнение задания, назначенного отступником Ласомбра, нередко бывает смерть.

Положение, занимаемое этими добровольными изгнанниками, весьма двусмысленно. С одной стороны, эти вампиры – Ласомбра, основа кошмарного Шабаша, и ни один вампир Камарильи не может быть полностью уверен, что их отступничество искренне. С другой стороны, почти все Отступники Ласомбра – существа без сомнения могущественные и значительные, и они преданы делу уничтожения Шабаша настолько сильно, как мало кто другой. Камарилья не может отказаться от талантов, могущества и знаний о враге, которыми обладают эти каиниты – но также и не может позволить себе полностью доверять им.

Прозвище: Отсутствует. Антитрибу Ласомбра оно не нужно, это ниже их достоинства.

Внешность: Члены антитрибу Ласомбра всегда умудряются выглядеть официально, вне зависимости от обстоятельств. Большинство из них иберийского или мавританского происхождения, хотя горстка молодых обращённых – смешанного происхождения. Старые члены антитрибу Ласомбра, если только есть такая возможность, предпочитают носить одежду, соответствующую временам их молодости; это может означать что угодно – от полудоспеха до халатов владык-поэтов андалузских тайф. Молодые члены антитрибу Ласомбра больше предпочитают элегантные костюмы с намёком на латинский стиль, неброские драгоценности и лакированные чёрные машины, указывающие на то, что их владелец обладает властью. Хотя все члены антитрибу Ласомбра интуитивно осознают необходимость держаться незаметно (те, кто не понимают этого, быстро превращаются в прах), они всё равно упорствуют в том, чтобы, в своём роде, бросать вызов миру. Жертвовать даже такой крупицей своей личности, как манера одеваться – это в некотором смысле подчинение чужой воле, а эти Сородичи лучше умрут, чем подчинятся.

Убежище: Большинство члены антитрибу Ласомбра находятся в постоянном движении, чтобы лучше избегать выслеживания своими бывшими шабашевскими собратьями. У многих есть одна-две квартиры, предпочтительно в богатых высотных комплексах, оснащённых мощной системой безопасности и закрытыми, надёжными парковками. Старые члены антитрибу предпочитают обитать за городом, в больших поместьях, пусть и рискуя подвергнуться нападению люпинов, но взамен получая уединение и отдаление от еженощной борьбы.

Происхождение: Члены антитрибу Ласомбра существуют так же долго, как и Шабаш, а это означает, что далеко не один представитель клана согласился с решением Монтано покинуть своих собратьев. Шабашевские Ласомбра всегда прилагали максимальные усилия, отрицая даже просто существование отступников; подобные вампиры самим своим существованием опровергают утверждение, будто Шабаш и Ласомбра едины. В результате отступники Ласомбра становятся главной целью для любой стаи Шабаша в любом городе. Один лишь слух о присутствии отступника способен вызвать у местных шабашевских Ласомбра приступ убийственного безумия.

Есть два типа членов антитрибу Ласомбра. Большинство (пусть и немногочисленное) старше самой Камарильи; это Ласомбра, присоединившиеся к Монтано в его исходе из зарождающегося Шабаша. Некоторые из них по-прежнему испытывают горечь по поводу смерти Ласомбра; другим попросту не нравился Грациано и то, как он выбирал союзников. Так или иначе, эти старые перебежчики могущественны, благородны и в большинстве своём – ожесточены. Им мало чем полезны вампиры младших поколений, и ещё меньше – Шабаш. При наличии возможности и благосклонной аудитории отступник Ласомбра будет бесконечно говорить о былом, красочно повествуя о давно канувших в лету временах, королях и обычаях – но поразительно мало о самом Ласомбра (примечание: Почти все старые Ласомбра – мужчины; обычай давать Становление женщинам до последнего времени не слишком хорошо приживался среди членов антитрибу Ласомбра).

Другой тип членов антитрибу Ласомбра – молодые, яростные и весьма низкого поколения для столь юных каинитов. Молодые члены антитрибу Ласомбра – потомки старых и жаждущих мести, выбранные из числа смертных в соответствие с древними обычаями самого Ласомбра. Чаще всего этих смертных собирался заполучить для себя Шабаш – как правило, шабашевские Ласомбра – или они невыносимо напоминали отступнику кого-то из его прошлого.

Создание Персонажа: Члены антитрибуЛасобмра обычно выбирают для Обращения выдающихся особей, но считают находчивость и самообладание главными качествами для Ласомбра. Учитывая это, Социальные и Умственные Атрибуты становятся для многих членов антитрибу Ласомбра первичными и вторичными, а Таланты важнее Навыков и Познаний. Самым важным Дополнением для членов антитрибу Ласомбра, пожалуй, является Поколение; они или сами стары, или потомки древних вампиров.

Клановые Дисциплины: Доминирование, Власть над Тенью, Могущество.

Слабости:Как и у их шабашевских братьев, у членов антитрибу Ласомбра кое-какие проблемы с зеркалами и другими отражающими поверхностями. У членов антитрибу Ласомбра нет отражений в обычном смысле этого слова; они не видны на поверхности зеркал, стёкол, воды или на чёрно-белых фотографиях. Эта особенность позволяет легко опознать отступника Ласомбра всем, кто их высматривает, но умудрённый вампир уже давно научился избегать ситуаций, в которых мог бы себя выдать подобным образом. Вдобавок, поскольку Ласомбра тесно связаны с тенью, они получают дополнительный уровень повреждений при соприкосновении с солнечным светом.

Последняя неприятность, с которой сталкиваются члены антитрибу Ласомбра (помимо рудиментарного недоверия со стороны остальной Камарильи), это неистовая ненависть, которую Ласомбра Шабаша испытывают к своим блудным собратьям. Член антитрибу Ласомбра всегда будет главной целью для стай Шабаша, и говорят, что они осаждали целые камарильские города, лишь бы добраться до какого-нибудь особо упорного отщепенца.

Организация: члены антитрибу Ласомбра создали для себя миниатюрную версию Les Amies Noir, так называемых «Друзей Тьмы». Однако отступников так мало, и их встречи настолько редки, что большинство этих вампиров возвращаются к простым отношениям «дитя-сир». В девяти случаях из десяти никаких других отступников в их окружении не будет.

Цитата: Я знаю Исидоро уже шесть веков, и я знал его сира. Вы действительно полагаете, что вам лучше меня известно, как он собирается организовать атаку? Не думаю – можете быть свободны.

Стереотипы

Камарилья:Не стоит заблуждаться, мы не считаем Камарилью более приятной, чем Шабаш – но в нашей жизни имеют значение дюймы и доли. Если Камарилья подходит для наших целей хотя бы на капельку лучше, мы выбираем её.

Шабаш:В Шабаше проявляется всё, что есть порочного и дурного в Грациано и его прихвостнях. Всё, что заставило бы самого Ласомбра содрогнуться от отвращения – здесь, прямо на виду. Пришло время стереть всё с доски и начать заново.

Взгляд со Стороны

Камарилья: Осмелимся ли мы отвернуться от них? Нет, без нас их неизбежно уничтожат, а само их существование – кинжал у горла Шабаша. Осмелимся ли мы доверять им? Нет, с чего бы?

– Филипп де Греффль, шериф Лиона

Шабаш: Если кто-то из этих жалких ископаемых ещё существует – в чём я сомневаюсь – то они просто тянут время в ожидании смерти. Если мне станет известно, что кто-то из них находится в моих владениях, сделаю всё, чтобы им не пришлось ждать долго.

– Франсиско Доминго де Полонья

Независимые:Они какой-то курьёз, ошибка природы? Или есть нечто большее в этом стойком сопротивлении? Все говорит о том, что их должны были истребить ещё много веков назад. Благодаря чему – или кому? – они выжили?

– Лея, наблюдатель Шеффилда

Познавательные статьи:



Организация работы процедурного кабинета

Статус республик в составе РФ

Понятие финансов, их функции и особенности

Сущность демографической политии