Ситуация первая (тождественные признаки).

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 68 из 167Следующая ⇒

Заявитель апелляционной жалобы утверждает, что производит препарат "Дана-2" на основании другого патента N 2181243 с более поздней датой приоритета, вследствие чего суд не вправе ущемлять исключительное право патентообладателя на использование охраняемого патентом изобретения, закрепленное в ст. ст. 3, 10 Патентного закона Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены состоявшегося по делу судебного акта. Как видно из материалов дела, ответчики осуществляли продажу инсектоакарицидного лекарственного средства "Дана-2", содержащего фипронил, изготовителем которого согласно сведениям, содержащимся на упаковке средства, является ООО "АПИ-САН".

В процессе судебного разбирательства было установлено, что вещество фипронил, входящее в состав лекарственного средства "Дана-2", содержит каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте 1 формулы изобретения по патенту Российской Федерации N 2051909, вследствие чего суд пришел к выводу об использовании ответчиками запатентованного истцом изобретения и принял решение об удовлетворении исковых требований в части запрета ответчикам использовать изобретение по патенту Российской Федерации N 2051909 путем введения в гражданский оборот инсектоакарицидного лекарственного средства "Дана-2", в состав которого входит фипронил.

Оспаривая состоявшийся по делу судебный акт, заявитель апелляционной жалобы утверждает, что производит препарат "Дана-2" на основании патента N 2181243, обладателем которого является соучредитель и генеральный директор ООО "АПИ-САН".

Данный довод ответчика судебной коллегией исследовался и не может быть принят по следующим основаниям. В соответствии с п. 2 ст. 10 Патентного закона Российской Федерации в случае, если при использовании запатентованных изобретений используются также все признаки, приведенные в независимом пункте формулы других запатентованных изобретений, другие запатентованные изобретения также признаются использованными. Следовательно, в силу требований, установленных названной выше нормой права, ООО "АПИ-САН" не вправе вводить в гражданский оборот запатентованное изобретение фипронил в составе фипронилсодержащей композиции.

Ссылка ответчика на то, что регистрация Роспатентом изобретения "Состав Дана" на имя ООО "АПИ-САН" подтверждает то, что данное изобретение является оригинальным и не нарушает ничьих прав, судебной коллегией не принимается, поскольку регистрация изобретения Роспатентом по существу свидетельствует о соответствии заявленного изобретения условиям патентоспособности, установленным ст. 4 Патентного закона Российской Федерации.

Принцип главенства старшего права не был подтвержден при рассмотрении коллизий между патентами на изобретения в деле, в котором столкнулись интересы крупнейших производителей майонеза.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, завершая долгий судебный спор между крупнейшими российскими производителями майонезов, своим Постановлением от 01.12.2009 N 8091/09 поставил точку в дискуссиях <193> о том, может ли применяться п. 9 информационного письма Президиума от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" не только в отношении патентов на полезные модели, но и в отношении патентов на изобретения. Напомним, что суть п. 9 данного информационного письма состоит в следующем:

--------------------------------

<193> См.: Джермакян В., Дедков Е. Коллизия патентных прав: обоснован ли новый подход Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации? // Патенты и лицензии. 2008. N 9.

При наличии двух патентов на полезную модель с одинаковыми либо эквивалентными признаками, приведенными в независимом пункте формулы, до признания в установленном порядке недействительным патента с более поздней датой приоритета действия обладателя данного патента по его использованию не могут быть расценены в качестве нарушения патента с более ранней датой приоритета.

Напомним также, что в опубликованном проекте информационного письма эта же рекомендация в п. 9 распространялась также на коллизии между патентами на изобретения, между патентом на изобретение и патентом на полезную модель и между патентами на промышленные образцы. Однако в принятой редакции п. 9 информационного письма осталась только рекомендация по вопросу разрешения столкновения прав, подтвержденных патентами на полезные модели.

У нас тогда создалась иллюзия того, что судьи осознали нецелесообразность такого разрешения коллизии между патентами на изобретения (и патентами на промышленные образцы) и оставили только полезные модели по причине того, что патенты на полезные модели выдаются фактически явочным порядком, что позволяет их якобы легко аннулировать при столкновениях.

Но мы глубоко ошиблись. В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.12.2009 N 8091/09 уже была высказана однозначная позиция о том, что положение п. 9 упомянутого информационного письма распространяется не только на столкновения между патентами на полезные модели, но и на столкновения между патентами на изобретения и, что уже становится очевидным, на столкновения между патентами в любом их сочетании. Сказанное следует из позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда о том, что в возникшей коллизии между патентами на изобретения "до признания в установленном порядке недействительным патента с более поздней датой приоритета действия обладателя данного патента по его использованию не могут быть расценены в качестве нарушения патента с более ранней датой приоритета".

Считается, что изложенная выше позиция проистекает якобы из воззрений профессора В.А. Дозорцева. При этом ему приписывается тезис о том, что единственным правомочием, составляющим содержание исключительного права, является правомочие правообладателя самому использовать объект исключительного права. Исходя из этого делается вывод: запретительная функция исключительного права не может превалировать над правом правообладателя самому использовать принадлежащий ему объект права.

Но из сборника статей <194> профессора В.А. Дозорцева у меня создалось впечатление, что ему напрасно приписывают авторство вышеприведенного тезиса. Обратимся к с. 380 сборника:

--------------------------------

<194> Дозорцев В.А. Интеллектуальные права: понятие, система, задачи кодификации: Сб. статей / Исследовательский центр частного права. М.: Статут, 2005.

С правом "разрешать" использование результата другим лицам как формой распоряжения связано другое недоразумение. Некоторые оппоненты проекта настаивают на сопровождении его указанием о праве "запрещать" такое использование третьим лицам. Но правообладателю не нужно "запрещать" использование. Выделение особого правомочия "запрещения" ошибочно, оно лишь ограничивало бы права правообладателя, означая, что он должен устанавливать такой запрет в каждом отдельном случае, в то время как такой запрет в общей форме установлен законом. Эта система свойственна всем абсолютным правам и нашла свое устоявшееся выражение прежде всего в праве собственности.

Обратим внимание на ключевое, как представляется, выражение из приведенного абзаца: "Выделение особого правомочия "запрещения" ошибочно, оно лишь ограничивало бы права правообладателя, означая, что он должен устанавливать такой запрет в каждом отдельном случае, в то время как такой запрет в общей форме установлен законом.

Вряд ли В.А. Дозорцев, утверждая, что "такой запрет в общей форме установлен законом", думал, что запретительная функция исключительного права не должна приниматься во внимание, если она установлена законом. По мнению В.А. Дозорцева, правомочие запрещать не следует лишь прописывать как некое отдельное составляющее в исключительном праве, но само правомочие "запрещать" не исключается.

В одной из публикаций <195> уже обращалось внимание на то, что недействительность патентов на изобретение или полезную модель не устанавливается, вопреки мнению Президиума Высшего Арбитражного Суда, по эквивалентным признакам, приведенным в независимом пункте формулы.

--------------------------------

<195> Джермакян В., Дедков Е. Коллизия патентных прав: обоснован ли новый подход Высшего Арбитражного Суда РФ? // Патенты и лицензии. 2008. N 9.

Эквивалентные признаки, о которых идет речь, не присутствуют, опять же вопреки тому же мнению Президиума, в формуле изобретения или полезной модели. Эквивалентные признаки привлекаются при установлении использования изобретения или полезной модели в качестве дополнительной информации об известности таких признаков в области техники, к которой относится изобретение или полезная модель, в целях расширенного толкования объема исключительного права, представленного в патентной формуле.

Недействительность патента на изобретение или полезную модель устанавливается в случае несоответствия условиям патентоспособности соответствующего объекта, а не при установлении "эквивалентности" признаков, которых в патентной формуле к тому же нет.

Если "эквивалентные" признаки присутствуют в патентной формуле, то речь может идти о тех признаках, которые уже содержатся в независимом пункте патентной формулы, и они никак не могут квалифицироваться как "эквивалентные" в контексте известных в области техники, но не указанных в патентной формуле.

Сравнение двух патентных формул в целях установления тождественности между признаками может быть осуществлено при оценке новизны изобретения или полезной модели, и точно так же тождественность признаков определяется в сравнении с признаками, раскрытыми в описании сравниваемого изобретения или полезной модели.

Однако в позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации неопределенность вызывает другая ситуация, когда в целях установления использования изобретения нужно сравнить признаки двух патентных формул между собой на предмет установления "эквивалентности" признаков, приведенных непосредственно в самих патентных формулах двух разных патентов.

Эквивалентность признаков устанавливается не при сравнении признаков по независимым пунктам формулы двух (и более) столкнувшихся патентов, а при сравнении "правовых" признаков из независимого пункта конкретного патента с "вещными" признаками конкретного продукта как технического средства, в котором устанавливается использование объекта патентного права.

Президиум Высшего Арбитражного Суда фактически создал прецедент, в соответствии с которым эквивалентность признаков должна определяться не только при установлении использования объекта патентных прав, но и при сравнении признаков по независимым пунктам двух патентных формул, что не предусмотрено нормами части четвертой ГК РФ.

Иными словами, теперь, по мнению Президиума Высшего Арбитражного Суда, эквивалентность должна устанавливаться:

- при установлении использования изобретения или полезной модели;

- при установлении патентоспособности изобретения или полезной модели.

Если первое предусмотрено нормой ст. 1358 ГК РФ, то второе является "вымыслом" Президиума Высшего Арбитражного Суда, начало которому было положено появлением п. 9 информационного письма от 13.12.2007 N 122.

Ситуации, которые будут возникать после указанного судебного решения, проиллюстрированы ниже.

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов