Правила бесконфликтного общения

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 12 из 19Следующая ⇒

Глазами другого

Тихий час в детском саду иногда бывает действительно тихим: все дети спят, и нет заседания педагогического совета. В такие моменты мы с коллегой пили чай. Это особый кайф: пить не традиционный садовский компот на ходу, по пути из игровой в спальню, а самим заварить чай и пить его сидя, не спеша, за разговором о своем, о личном, а не о поурочном планировании.

— Аня, ты чайник поставила?

Мою коллегу тоже зовут Аня.

— Поставила! — отзывается она, заглядывая в раздевалку.

В группе все розетки расположены высоко, в целях безопасности, чтобы дети не могли достать. Поэтому единственное место, где можно было включить чайник с его коротким проводом, это высокий шкафчик в раздевалке. (После чего чайник нужно было спрятать. Потому что не положено.)

— Ой, поставила, а не включила, — смеется Аня и идет в раздевалку включать чайник.

— Как ты поняла, что не включила?

— А там лампочка не горит.

— Аня, лампочка на чайнике уже лет пять не горит.

— Как не горит? Всегда горит! Зелененькая сбоку.

— Аня, там есть лампочка, но она не горит. Она перегорела лет пять назад.

Я хозяйка чайника. Я этот чайник хорошо знаю.

— Да что ты мне говоришь! Я вчера чайник ставила, и лампочка там горела. По-твоему, у меня галлюцинации?

— Не знаю, но у кого-то из нас галлюцинации. Так ведь не бывает, чтобы электрический чайник по-разному на людей реагировал. Избирательно зеленой лампочкой подмигивал.

— Вот смотри! Горит! Иди сама убедись!

Я вижу, что горит. Погружаюсь в глубокое недоумение. Анька победоносно смотрит на меня. Я — на чайник. И тут до меня доходит, в чем секрет фокуса.

— Анька, ты же левша! А я правша!

— И как это связано с зеленой лампочкой?

— Я ставлю чайник правой рукой, мне так удобней, ручка чайника при этом смотрит вправо. А ты ставишь левой рукой, как удобней тебе, соответственно ручка чайника при этом смотрит влево, а значит, видна совсем другая сторона чайника. Та, на которой лампочка горит! А с моей стороны, — я поворачиваю чайник, — она не горит.

(Я даже не знала, что с другой стороны тоже есть световой индикатор.)

Карта не равна территории, поэтому карты мира, нарисованные в разных странах, могут сильно отличаться друг от друга. Так и наше восприятие реальности может отличаться от восприятия этой же реальности другим человеком. У нас под воздействием разного жизненного опыта формируются разные картины мира. В моей картине мира лампочка на чайнике перегорела, а в Анькиной — нет. Это ведь не только про лампочки. Это всего касается. Все конфликты происходят потому, что у людей разные картины мира. Выход из конфликта в том, чтобы попробовать понять, как выглядит картина мира другого человека. И попробовать объяснить другому, как выглядит собственная картина мира.

* * *

Есть такое упражнение, называется «Три позиции». Оно помогает увидеть конфликтную ситуацию глазами другого человека. Для удобства можно взять три листа бумаги и нарисовать на них цифры 1, 2, 3, обозначая номер позиции. Сначала, вспоминая конфликтную ситуацию, надо постоять на листе с номером 1. Вспомнить свои мысли, чувства и свои потребности в момент конфликта. Потом надо перейти на второй лист и ту же самую ситуацию рассмотреть из второй позиции, глазами другого участника конфликта, стараясь представить его мысли, чувства и потребности, понять его картину мира. После чего выйти в третью позицию — позицию стороннего наблюдателя. Сторонний наблюдатель рассматривает ситуацию безэмоционально и безоценочно. Сухие факты. Для этого при выполнении упражнения часто вводят субличность не человеческой природы, лишенную оценочности и эмоциональности. Такую, как муха на потолке или мудрая сова. Из нейтральности мухи на потолке легче всего придумать решение, как удовлетворить потребности обеих сторон.

Мне запомнился момент из практики применения этого приема, когда женщина, разбирающая конфликт с коллегой, никак не хотела вставать на листок второй позиции. Ходила вокруг листа со словами: «Вообще не понимаю. Я не знаю, о чем она думает. Я не понимаю, как это выполнять». При этом на прямое указание «просто встать на листок» у нее начиналась новая обвиняющая тирада в адрес коллеги, и от листа она отходила подальше. Настолько сильное сопротивление. А когда все-таки удалось ее поставить на лист № 2, ее прорвало на осуждающую пламенную речь в адрес позиции № 1, то есть своей собственной. После чего женщина выдохнула: «Теперь я поняла, почему моя коллега так себя ведет». Понимание другого уменьшает негативные эмоции и облегчает поиск решения.

* * *

Еще пример.

Рассуждения женщины из первой позиции:

«Спешу на работу, опаздываю, поторапливаю дочь, хочу ее быстро донести на руках, она начинает капризничать, чем вызывает мое сильное раздражение. И сама не идет, и нести не дает».

Рассуждения из второй позиции, от лица дочери:

«Вышли гулять. Вокруг так интересно. Тут голуби. Тут цветочек. Хочу потрогать. Мама тянет за руку, не дает потрогать. Вот ветер пестрый фантик по асфальту гонит. Хочу поймать. Мама берет меня на руки, а я хочу фантик ловить. Мама мне мешает».

Рассуждения из третьей позиции, от вороны на тополе:

«Женщина с маленьким ребенком идут по улицам. Женщина торопится. У нее потребность вовремя прийти на работу. У ребенка потребность исследовать окружающий мир, поэтому он отвлекается на все, что попадает в его поле зрения».

От вороны на тополе появляется совет:

«Женщина, вы либо раньше выходите, чтобы ребенок по дороге успевал все рассматривать, либо добирайтесь до садика на машине».

* * *

Снова женщина в первой позиции. Но уже другая женщина и другая ситуация.

«Утро. Нужно отвести детей в садик. До выхода осталось несколько минут. Поторапливаю детей. Как будто не слышат меня. Один гладит кота, другой ползает под кроватью. Я злюсь и повторяю все громче и громче: „Одевайтесь! Мы выходим!“ Ничего не меняется».

Из детской позиции:

«Ой, кот пришел, брюхо подставил, ждет, что погладят. Надо погладить. А где мой робот? Я робота хотел с собой взять. Он, наверное, под кровать упал».

Из третьей, нейтральной, позиции:

«У мамы потребность вовремя привести детей в садик. Для этого нужно уже выходить, а дети еще не одеты. Выход? Помочь найти робота, забрать кота, чтобы погладить самой и заодно успокоиться».

* * *

Женщина из первой позиции:

«Ребенок уснул быстро и раньше обычного. Есть возможность с мужем кино посмотреть. Муж сел играть на компьютере. Внимания на меня не обращает. Обидно».

Из второй позиции, от лица мужа:

«Договорился с приятелем поиграть в сетевую игру онлайн. Играю. Пришла жена. Посмотрела на меня, губы надула, ушла в другую комнату. Я не могу сейчас за ней бежать. Нельзя прерывать игру и подводить других игроков, с которыми мы в одной команде».

Из третьей позиции:

«У обоих потребность в отдыхе. Муж решил отдохнуть, играя в компьютерную игру, пока жена укладывает ребенка. Обычно это долгий процесс. Но сегодня ребенок быстро уснул. Жена моментально выстроила ожидания, каким будет вечер. Но ожидания не оправдались, она обиделась. Жена не знала, что муж решил поиграть, муж не знал об идее жены посмотреть фильм. Вывод: о своих планах и ожиданиях лучше сообщать заранее».

* * *

Женщина из первой позиции:

«Какое прекрасное утро! Сейчас мы все вместе поедем на выставку художников-импрессионистов, потом погуляем по набережной. Погода хорошая, получатся изумительные фотографии. Эй, вставайте! Вставайте скорее!.. Ну вот, им бы только спать».

Поднять семью к завтраку удается только с пятой попытки. Раздражение. Муж сообщает, что ему надо заехать на работу. Дети ноют, ссорятся. Выходной не удался. Обидно…

Вторых позиций тут будет несколько, от каждого члена семьи.

Муж:

«Хотел выспаться, а потом заскочить на работу, кое-какие дела доделать. Выспаться не дали. Жена на что-то обиделась. Как будто я не для них работаю. Я бы, может, и сам хотел в выходной день на работу не ездить, но…»

Сын:

«Опять мама что-то придумала. Терпеть не могу эти выставки. Еще и вставать рано из-за этого. Почему я должен тащится туда, где мне не интересно?»

Дочь:

«Я не хочу есть этот омлет. Я пойду на выставку, только если потом мы зайдем в пиццерию».

А муха на потолке смотрит на это и думает:

«Женщина построила планы на выходные, опираясь на свои интересы. Семью заранее не предупредила. Решила, что остальные тоже с восторгом воспримут эту идею. Но никто не хочет того, чего хочет она. И это нормально. У каждого могут быть свои интересы и свои планы. Если у нее потребность посмотреть именно эту выставку, тогда надо было одной съездить, пока все спали. Если потребность провести выходной с семьей, то нужно заранее обсуждать варианты, учитывая интересы каждого. А мужу, конечно, лучше заранее сообщать о своих планах, если он собирается в выходные работать».

Для формирования способности взглянуть на ситуацию глазами другого человека советую ежедневно какой-нибудь случай, не обязательно конфликтный, с трех позиций рассматривать.

Позиции и потребности

Конфликт случается тогда, когда каждый участник стоит на своем мнении, на своей позиции, и уходить с этой позиции не собирается. Но за каждой позицией скрывается какая-то потребность. Если понять эту потребность и удовлетворить ее, то можно избежать конфликта.

Однажды четырехлетний Сашка заявил мне, что не пойдет в садик. «Я не пойду в садик» — позиция одной стороны. «Нет, ты пойдешь в садик!» — позиция другой стороны (мне же надо на работу). Компромисс невозможен. Конфликт на уровне позиций неразрешим. Нужно выйти на потребность.

— Санечка, а зачем тебе оставаться дома?

Накануне вечером Сашка вылепил из пластилина яйца динозавров и сделал для них гнездо в подушке. Я стойко вынесла это испытание, предусмотрительно выдав Сашке другую подушку, чтобы утром не выковыривать пластилин из его волос. А утром Сашка отказался идти в садик. Его аргументы были весьма убедительны: «Вдруг динозаврики вылупятся, а меня рядом нет!»

Арсений отреагировал на это вопросом:

— Мам, а он у нас нормальный?

— Конечно, нормальный. Ты в его возрасте переживал, что оставленная в садике машинка будет всю ночь без тебя плакать. Так рыдал, что мы вернулись за машинкой.

Вытаскиваю из коробки с игрушками первого попавшегося динозавра и бодро предлагаю его в роли няньки для маленьких динозавриков на случай внезапного вылупления. Сашкины глаза округлились. Так я и не поняла — от ужаса или от удивления маминой глупости.

— Ты что! Это же хищник! Он может их съесть!

И я понимаю, что если прямо сейчас не найду травоядного динозавра, то велик риск опоздать на работу…

Новая нянька Сашку устраивает. Он инструктирует длинношеего травоядного о том, как обходиться с новорожденными динозавриками, и с чувством исполненного долга отправляется в садик, на всякий случай прихватив с собой хищника. Никакого насилия с моей стороны. Просто потому, что была удовлетворена эта странная для взрослого потребность — потребность в безопасности новорожденных динозавров.

* * *

— Я не пойду в школу!

— Нет, ты пойдешь в школу!

— Я закроюсь в ванной и в школу не пойду!

— Папа выломает дверь! Ты все равно пойдешь в школу!

Близкие люди рубятся на уровне позиций. А если спуститься на уровень потребностей?

— Ты совсем не хочешь в школу или только сегодня?

— Только сегодня. Пожалуйста! А завтра я пойду.

— Почему тебе так важно пропустить школу сегодня? В чем выгода?

— Сегодня физкультура. Я ненавижу физкультуру на коньках. У меня не получается. Я падаю, а все смеются.

Потребность понятна. Дверь можно не выбивать. Мама с дочкой больше не по разные стороны баррикад. Обнимаются, обсуждают возможные пути решения. Мама рассказывает о своих потребностях. О желании избежать неприятностей, которые последуют за прогулом.

— Может быть, ты только физкультуру прогуляешь? Я напишу записку учителю. А вечером мы с тобой на каток съездим, потренируемся, чтобы не падать.

* * *

— Анна, скажите, что делать, если ребенок отказывается ходить на тренировки? Тренер говорит, что хорошие данные. А ребенок упирается. Заставить? Или пойти на поводу у ребенка? А если он потом сам об этом жалеть будет?

Заставить? Позволить бросить секцию? Это опять решение на уровне позиций. Потребность не выяснена. Не просто же так ребенок вдруг решил перестать ходить на тренировки, которые ему раньше нравились. Возникла какая-то потребность, которую, по мнению ребенка, он может удовлетворить, только перестав ходить на тренировки. Если выяснить потребность, взрослый, возможно, предложит какой-то другой выход. Найдет способ удовлетворить потребность, не бросая секцию.

Так было с младшей сестрой моей подруги. Девочка заявила, что больше не пойдет в музыкальную школу. Кинула сумку с нотами в угол и сказала:

— Я туда больше не пойду, и точка!

— Как не пойдешь?! — возмутилась мама. И начала капать себе валерьянки, рассказывать о важности музыкального образования и причитать: — Столько сил вложено!

А подруга спросила сестренку:

— С чего это вдруг?

И тут случился выход на потребность. Днем стали показывать интересный молодежный сериал, который смотрели все девочки класса и обсуждали на переменах. Кто не смотрел — аутсайдер. Как не быть аутсайдером? Смотреть сериал. А так как сериал шел во время уроков в музыкальной школе, девочка не придумала ничего лучше, кроме как бросить «музыкалку». У нее была потребность в общении с одноклассниками, которую она связала с потребностью «быть в курсе того, что происходит у героев сериала». Можно ли удовлетворить эту потребность, не бросая музыкальную школу? Конечно. Какое-то время подруга записывала серии на видеомагнитофон, потом просто пересказывала сестренке ключевые моменты. Сериал закончился, а музыкальная школа осталась.

* * *

Это не только у детей бывает. Взрослые тоже часто попадают в ловушку «стоим на своей позиции, не выясняя потребностей».

Жена говорит:

— Передвинь шкаф.

А муж говорит:

— Я не буду двигать шкаф.

— Тебе что, трудно шкаф передвинуть?

— Отстань ты от меня со своим шкафом!

Если каждый и дальше будет стоять на своей позиции, конфликт не решится. Надо выяснять потребности. И это будет уже совсем другой разговор.

— У меня сейчас очень однообразная жизнь. Поспали, поели, погуляли, поспали, поели, погуляли. Ничего не происходит. Из дома не вырваться, обстановку не поменять. Но моя натура требует перемен. Иначе мне очень тяжело эмоционально. Я как будто засыхаю. Я хочу хотя бы мебель переставить. Хотя бы этот шкаф передвинуть.

— У меня сейчас очень напряженная жизнь. Постоянные стрессы на работе. Меняется руководящий состав, соответственно, меняются требования. Я очень устаю. Я хочу тишины и спокойствия. И стабильности. Хотя бы дома пусть пока все остается на своем месте.

Это реальный пример с супружеской терапии. Конечно, супруги пришли за помощью к психологу вовсе не из-за шкафа. Было еще много других спорных моментов, поводов для конфликтов.

* * *

— Промой нос ребенку!

— Я не буду промывать нос ребенку!

— Почему всегда я должна это делать?!

— Потому что ты мать!

— А ты отец!

Если вы думаете, что конфликт решился бы сразу, как только папа согласился промыть нос ребенку, я вас разочарую. Папа сказал: «Хорошо, я промою!» А мама вмешалась в процедуру с новой волной раздражения: «Ты все делаешь неправильно!» Потому что ее истинной потребностью на тот момент было не чтобы кто-то другой промыл нос ребенку, а чтобы значимый для нее человек — муж — признал ее ценность, выразив эту ценность примерно такими словами: «Мне ценно все, что ты делаешь для нашей семьи и для нашего ребенка. Ты такая молодец». Если что-то подобное говорить каждый день, то можно шкаф и не двигать.

* * *

Еще пример про потребности. Стопа у ребенка имеет свойство расти, и Сашке нужны новые сандалии. Причем исключительно желтые — на другой цвет он не согласен. Производители не учли, что мальчику четырех лет могут понадобиться желтые сандалии. И вот уже третий магазин детской обуви, из которого мы выходим, ничего не примерив…

В каждом магазине Александр деловито интересуется у продавца: «А у вас есть желтые сандалии?» — «Нет», — честно, кратко и свысока отвечают продавцы, а Сашка быстро направляется к другому магазину. Благо в этом торговом центре все детские магазины собраны в одном месте. Мои смутные подозрения с каждым разом все очевиднее: желтые сандалии купить нереально.

В пятом магазине продавщица — «Чем я могу вам помочь?» — приседает до уровня Сашкиных глаз и очень внимательно слушает запрос. Я окидываю взглядом полки магазина. Желтых сандалий тут тоже не вижу. Но продавщица не говорит «нет». Она уважительно начинает вести диалог:

— Ты очень хочешь желтые сандалии?

— Да, — утвердительно кивает Сашка, довольный тем, что его услышали.

— И почему сандалии должны быть желтыми? — Продавщица демонстрирует искреннюю заинтересованность.

Вот оно! Прояснение потребности!

— Потому что желтые — самые быстрые!

Продавщица не оспаривает логичность Сашкиных рассуждений.

— Знаешь, я могу тебе предложить самые быстрые сандалии, какие есть у нас в магазине. Правда, они не желтые. Но у них есть желтая полоска на подошве, которая придает им скорость. Проверишь скорость?

О, чудо! Сашка соглашается примерить синие сандалии!

В синих сандалиях Сашка бежит по магазину несколько кругов.

Возвращаясь к продавцу, он с интонацией удовлетворенного эксперта сообщает:

— Да, они достаточно быстрые.

— Вам упаковать?

— Конечно!

Обычный алгоритм продажи: выяснить потребность и показать, как имеющийся товар может эту потребность удовлетворить, — этому всех продавцов обучают на тренингах продаж. Но продавать Сашке сандалии стала только милая девушка из последнего магазина. Остальные либо не захотели транслировать свой профессионализм на ребенка, либо вообще им не обладали. За позицией «нужны желтые сандалии» скрывалась потребность «быстро бегать». Выяснение потребностей существенно облегчает общение, и не только с детьми.

* * *

Одна девушка, назовем ее Светой, регулярно попадала под аккуратную критику мамы мужа. Очень тонко, но регулярно свекровь намекала, что хозяйка из Светы так себе. Особенно часто свекровь критиковала Светино умение готовить. Это даже не всегда выглядело как критика. Свекровь умела замечание завернуть и преподнести как комплимент.

— Вкусно, Светочка. Правда, сегодня вкусно. Соус очень выигрышный. С таким соусом любое блюдо становится съедобным. Я, кстати, такой соус сама готовлю.

Над блюдом пару часов трудилась сама Света, а соус был покупной.

Света много энергии тратила на то, чтобы доказать, что она тоже хорошо готовит. И как глубокую личную обиду она воспринимала случаи, когда муж хвалил блюдо, приготовленное мамой. Муж недоумевал: «Почему я должен был промолчать, если это было вкусно?»

Пока Света стояла на позиции «я докажу, что умею готовить», а свекровь на позиции «я все равно готовлю лучше», ситуация никуда не двигалась.

Однажды Света устала соперничать и задумалась: почему свекровь ее критикует? Какая потребность стоит за этим? Чего она хочет? Действительно ли какого-то особого порядка в доме сына или особо вкусных блюд? Часто бывает, что на самом деле человеку нужно признание. Критикуя, он принижает других, получая иллюзию, что сам при этом возвышается. Но если такого человека похвалить («возвысить»), дать ему поддержку «ты хороший», то у него отпадает потребность принижать, критиковать других.

Света перестала доказывать, что умеет готовить не хуже свекрови. Она признала, что свекровь готовит лучше. Начала хвалить ее кухню. Специально звонила, чтобы спросить, как приготовить то или иное блюдо. (Не для того, чтобы готовить, а чтобы спросить, тем самым подпитывая для свекрови ситуацию успеха.) Записывала ее рецепты. Готовить продолжала по своим. А записывала, потому что видела, какое это приносит удовольствие свекрови, когда она диктует: «Взять три яйца». Как будто это наивысший момент самореализации.

Через какое-то время свекровь перестала критиковать Свету и торжественно подарила ей свои кулинарные книги. Через год, когда Света пересеклась на ее кухне со второй невесткой, женой младшего сына, свекровь сказала так:

— Ничего, Катенька, вот Света же научилась готовить, и ты когда-нибудь научишься.

Когда потребность в признании у свекрови была удовлетворена, ей стало незачем критиковать. Света смогла дать ей это признание. Сама она при этом ничего не потеряла, а приобрела спокойствие.

Критика

Подумайте, какая эмоция возникает у вас в ответ на критику или упрек? Только без рационализации, без размышлений о виде критики, справедливая она или нет, а просто первая, сиюсекундная эмоция, возникающая сразу после того, как вы столкнулись с критикой или упреком в свой адрес. Что в этот момент чувствуете и какое возникает спонтанное желание? (Внимание! Спонтанное желание может сильно отличаться от реального последующего поступка. Вопрос именно про внутренний импульс, про желание, а не про поведение. Например, спонтанным желанием человека было: «Хочу кинуть что-нибудь в критикующего начальника», а поведение: «Спасибо, я учту замечания».)

Общение через книгу, к сожалению, не дает мне возможности услышать ваш ответ. Поэтому я буду опираться на те ответы, которые уже слышала ранее от людей. Спонтанная реакция на критику и упреки обычно негативная. Возмущение, агрессия, протест, обида.

Парадокс: когда мы сами критикуем или упрекаем кого-то, то ожидаем, что человек нас услышит и станет «вести себя лучше». Но у человека возникает спонтанная реакция в виде агрессии, возмущения и т. п. То есть ведет он себя «еще хуже». Замечали ли вы такую реакцию у ребенка? Вот он буквы в прописях выводит, пыхтит, старается. Мама из лучших побуждений (правда из лучших) говорит ему: «Тетрадь поверни под углом к себе, удобнее будет писать. И голову выше! Спину прямо, что ты сгорбился, как старичок! Не надо так сильно на ручку нажимать». А ребенок этих лучших побуждений почему-то не оценил. Неблагодарный, бросил ручку и скалится, огрызается, что вообще писать не будет. Мама тоже психует: «А я тогда помогать не буду!» — и идет на кухню готовить. Руки в раковине, картошку чистит. А мысли — в комнате. Переживает, как ребенок с заданием справится. В этот момент в процесс вмешивается папа-он-же-муж. Нет, не в процесс заполнения прописей, а в процесс готовки обеда. Конечно, тоже из лучших побуждений. «Поставила бы уже воду на огонь, быстрее закипит. Картошку режь помельче. Она тогда быстрее сварится, и суп вкуснее, когда она мелко порезана. Зачем ты картошку на доске режешь? Можно же в руке держать». Муж-он-же-папа так и не понял, почему после его слов хозяюшка не стала еще более хорошей хозяюшкой, а превратилась в мегеру, швырнувшую нож в раковину со словами: «Готовь сам, если такой умный!»

Помимо того что мы получаем несовпадение ожидания с реальностью — ответную негативную реакцию, может еще подключиться эмоциональное заражение. Это когда на агрессию, вызванную критикой, непременно захочется тоже ответить агрессией. И вот уже муж кричит и машет руками: «Ты всегда так! Тебе, что ни скажи, у тебя на все один ответ: „Не нравится — делай сам!“»

Я не знаю, как в семье обойтись совсем без критики. Но старайтесь уменьшать ее количество. Стремитесь к тому, чтобы количество сказанной за день критики/упреков/замечаний/ недовольства не превышало количество позитивных коммуникаций. Критика не делает нас лучше. Критика делает нас ранимыми или агрессивными.

Предвижу вопрос: «Ну не можем же мы постоянно хвалить, особенно в ситуации, когда есть за что покритиковать! Надо же как-то иммунитет к критике вырабатывать!»

Иммунитет укрепляется не тогда, когда его активно нагружают вирусами, патогенными болезнетворными микробами и токсинами, а когда его подпитывают витаминами, солнцем, прогулками, хорошим настроением. Ну и когда все благополучно, когда есть уверенность, что иммунитет справится, делают прививку.

Если эту аналогию применить к критике, то использовать ее как прививку в отношении близкого человека безопасно только тогда, когда есть хороший иммунитет в виде устойчивой самооценки, уверенности в своей ценности и правильности. Если ребенок работает с прописями в состоянии «Я хороший. Меня любят. У меня все хорошо получается» и к нему подходит мама с единственным замечанием: «Старайся держать спину прямо», то ребенок не сорвется в агрессивную истерику.

Каков психологический иммунитет в вашей семье? Чего больше получают члены семьи: витаминов или болезнетворных микробов? Витамины — это позитивные коммуникации. Это когда мы хвалим, благодарим, признаем ценность, выражаем любовь. Микробы и вирусы — это негативные коммуникации. Это критика, упреки, обесценивание.

Можно практиковать следующее упражнение. В течение недели ежедневно заниматься подсчетом позитивных и негативных коммуникаций с конкретным человеком, с кем хотелось бы улучшить отношения. Пример. Если просто «иди обедать», то это фраза без эмоционального заряда, нейтральная. Если «Пойдем пообедаем, моя дорогая любимая девочка» — то это коммуникация со знаком плюс. Если «Иди за стол! Сколько раз уже повторять! Язык уже стерла тебя звать!» — то это минус. Считайте, сколько плюсов, а сколько минусов за день вы скажете в адрес конкретного человека. Подсчет ведите только по одному человеку, иначе это будет «средняя температура по больнице». При равенстве позитивных и негативных коммуникаций может получиться так, что одному ребенку достанутся все позитивные коммуникации, а другому только негативные.

Задача при подсчете не уйти в минус. То есть если вы заметите, что негативные коммуникации начинают преобладать, прикусите себе язык до того, как с него сорвется очередная критика. Подумайте и скажите что-нибудь позитивное.

В самом начале выполнения этого упражнения многие мамы бывают неприятно удивлены, замечая за собой привычку критиковать своих детей. Минусов так много, что сложно удерживать баланс хотя бы в нулевой отметке, нейтрализуя каждый минус позитивным высказыванием. Постепенно приобретается другая привычка: замечать хорошее.

Есть еще такой прием. Ставите баночку или вазочку — любую подходящую прозрачную емкость. И складываете туда камешки. Но не просто так. Камешек кладется в вазочку за каждое хорошее доброе дело, которое сделает — внимание! — кто-то другой! Вот вы заметили, что кто-то сделал что-то хорошее. Рассказали всем членам семьи или просто похвалили того, кто сделал, и положили в вазочку камешек. Любой другой член семьи тоже может таким образом выразить свое признание, заметив что-то хорошее в поступках другого человека. Как только вазочка заполнилась, всем полагается за это приз. Один на всех. Поход в кино или в кафе или еще какое-нибудь семейное развлечение.

А как же быть, если минусов уже много, но реально есть за что критиковать?

Можно вспомнить, что реальность у каждого своя. Там, где одному человеку из его реальности кажется, что есть повод для критики и упрека, другому человеку, из его реальности, кажется, что все нормально. Удержаться от критики помогает стремление разглядеть в действиях другого человека позитивное намерение. Он хотел как лучше.

Ребенок тянулся за яблоком, зацепил чашку, она упала и разбилась. У него было намерение разбить чашку? Конечно же нет. У него было вполне позитивное намерение самому взять яблоко. Между прочим, полезный продукт.

Картошка порезана слишком крупно. Это позитивное намерение как можно быстрее приготовить обед для семьи. В этом тоже нет повода для критики. Если уж очень хочется видеть в супе картошку непременно другой формы, то можно проявить инициативу и порезать самому. Или рассказать о своем предпочтении не в виде критики, а в виде просьбы: «Порежь, пожалуйста, мелкими кубиками, если тебе не трудно. Мне просто так больше нравится».

Ребенок полез в лужу. Это позитивное намерение исследовать окружающее пространство.

Муж задержался на работе. Это позитивное намерение заработать для семьи больше денег.

Ребенок изрисовал паркет. Это позитивное намерение юного художника украсить квартиру.

Подруга так не вовремя позвонила, разбудила только что уснувшего ребенка. Она просто нечаянно попала на тихий час. А вообще-то это позитивное намерение поделиться новостями, укрепить дружескую связь.

Соседка дает непрошеные советы. Это, конечно, бесит, но за ее поведением тоже есть позитивное намерение быть полезной, «делать добро».

Пришли с работы в надежде, что старшая дочь, студентка, приготовила ужин. А она все это время рисовала с младшей сестрой. Ужина нет. Но в планах дочери не было уморить семью голодом. Она просто хотела научить сестру рисовать.

Подросток забил на домашние обязанности — ушел играть в футбол, хотя должен был вымыть посуду. У него было позитивное намерение использовать благоприятный момент для совершенствования своих спортивных навыков. (В самом деле, не всегда подходящая компания во дворе собирается.)

И даже на чужую критику в свой адрес можно реагировать спокойней, если разглядеть в ней позитивное намерение. Этот милый человек, указывающий мне на мои недостатки, искренне хочет, чтобы я стала лучше.

Главное, не заиграться в поиск позитивного намерения до стадии «бьет — значит любит». Только не спрашивайте меня, где грань. Почувствуйте, улучшает ваши отношения поиск позитивного намерения, делает вашу жизнь спокойней или наоборот? Имеет смысл оставлять в своем арсенале только те приемы и практики, которые делают жизнь спокойней и радостней.

Если все-таки возникает потребность в критике, если хочется выразить свое возмущение, раздражение, обиду, есть способ сделать это наиболее безопасно и конструктивно. В психологии он имеет название «Я-высказывание». Используя Я-высказывание, вы выражаете свою точку зрения, но при этом не задевая границ личности другого человека. Начиная фразу с «я», я говорю о себе, привношу в контакт с другим себя, свои мысли и чувства. И тогда у меня есть шанс быть услышанной. Другой, следуя моему примеру, тоже говорит «я», и у меня есть шанс его услышать. «Я чувствую это, я хочу вот это». — «А я хочу вот это, потому что чувствую это». Получается конструктивный диалог, проясняющий чувства и желания каждого.

Начиная фразу с «ты», я как будто нападаю на другого, и он вынужден защищаться. Он тоже в ответ кидает мне «ты». Но это не про меня. Это его проекция на меня. Я не согласна с такой проекцией, я отбиваюсь. Получается конфликт: «Ты такая». — «Ты сам такой».

Сравните. Вот Я-высказывание:

«Я постоянно волнуюсь, когда ты мне не звонишь, и я бы хотела, чтобы ты обязательно мне звонил, когда задерживаешься».

А теперь то же самое в Ты-высказывании:

«Ты почему опять мне не позвонил? Ты вообще обо мне не думаешь!»

Исход можете сами представить в первой и второй ситуации.

Обычно Ты-высказывания звучат как обвинения, и после них следует выяснение отношений, часто в повышенных тонах.

Можно пользоваться следующей формулой при составлении Я-сообщений.

1. Рассказать о своих чувствах и эмоциях.

2. Рассказать о событии, которое вызвало эти чувства.

3. Рассказать, чего в связи с этим хочется.

Можно без формулы, просто следите, чтобы высказывание начиналось с «я» и чтобы в нем шла речь о ваших чувствах, мыслях и желаниях.

Еще одна ошибка, провоцирующая возникновение конфликта, — это неуместное обобщение. К обобщениям относятся такие слова, как «всегда», «весь», «все», «всё», «никогда», «никто», «ничего», «никому», «ни разу», «вечно», «постоянно».

Рассмотрим примеры.

— Ты никогда не моешь посуду!

— Неправда! Я мыл на той неделе! Вот ты так всегда — не замечаешь того, что я делаю!

— Ах, я не замечаю! А ты много замечаешь, что я делаю? Да я весь дом на себе тащу!

Или так:

— Ты мне никогда ничего не покупаешь!

— Я тебе купила свитер и книгу! Я тебе купила альбом и краски! Я истратила все деньги!

— А я хочу игрушку!

— У тебя весь дом завален этими игрушками!

— Другим детям родители всё покупают!

— Мне надоело! Ты всегда мне в магазине устраиваешь истерики! Я больше никогда не пойду с тобой в магазин!

Как могли бы выглядеть эти диалоги без слов-обобщений, если добавить к высказываниям конкретики?

— На этой неделе посуду мыла только я. Я бы хотела, чтоб сегодня вечером помыл ты.

— Сегодня я очень-очень занят. Давай я помою ее завтра.

Или так:

— Я хочу игрушку!

— Я тебе уже купила свитер, книгу, альбом и краски. Я могу купить тебе игрушку, но не дороже 200 рублей. На большее у меня сегодня нет денег. Можешь что-то выбрать на эту сумму?

Назревающий конфликт в одном случае и конструктивный диалог — в другом.

* * *

Нормальная реакция на обобщающие выводы при наличии контрпримера — это протест: «Я протестую! Это не так! Я могу указать на вот такой факт! Это противоречит вашим выводам, а значит, вы не правы!»

— Женщины и железо понятия несовместимые! Женщины ничего не могут понять в устройстве компьютера, поэтому эту тему я вам давать не буду! — гудел басом наш преподаватель в педагогическом институте, естественно, мужчина.

— А как же Наталья Николаевна? Она при нас материнскую плату переставила.

— Ну, это исключение!

— Если есть пример исключения, то квантор всеобщности использовать нельзя! — парировали мы, ибо алгебра высказываний была сдана еще в прошлом семестре.

Еще примеры обобщающих фраз:

• «Женщин нельзя пускать за руль!»

• «Нормальный человек за такую зарплату работать не станет, поэтому в муниципальных садиках работают только те, кто больше никуда пристроиться не смог».

• «Все бабушки детей балуют и портят».

• «Нормальному человеку психологи не нужны! Он в состоянии во всем разобраться сам!»

• «Женщины ничего не понимают в футболе».

Вот лично мне сразу хочется привести контраргумент.

Хотя если эти фразы построить несколько по-другому, то они не вызовут яростного возмущения.

• «Я убежден, что в своем большинстве мужчины лучше женщин водят машину».

• «Я заметил, что в муниципальных детских садах мало хороших педагогов».

• «Я считаю, что бабушки склонны баловать внуков. Мне кажется, моих детей портит длительное общение с бабушкой».

• «Я не хожу к психологу, потому что считаю, что способен сам в себе разобраться».

• «Я еще не встречал женщины, которая разбиралась бы в футболе лучше меня».

При таких формулировках дискутировать можно, но явного конфликта удастся избежать. Новые высказывания построены по правилам Я-сообщений. Я-сообщение отражает субъективное мнение и не претендует на звание Истины. В этом случае реакция собеседника, скорее всего, будет следующей: «Я уважаю твое мнение, но не разделяю его». Если же субъективное мнение преподносится как объективная Истина — это уже покушение на возможность существования другого мнения, отличного от этого. Своего рода вторжение в личные границы. А естественной реакцией на вторжение в границы личности является агрессия.

Итак, золотые правила бесконфликтного общения:

1. Свое мнение формулировать как свое мнение.

2. Избегать обобщающих слов, если есть или возможны исключения.

3. Обсуждать конкретные факты.

Познавательные статьи:



Коммуникативные барьеры и пути их преодоления

Рынок недвижимости. Сущность недвижимости

Решение задач с использованием генеалогического метода

История происхождения и развития детской игры