Недопустимость распространения статуса потребителя на субъектов деликтных отношений.

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 2 из 3Следующая ⇒

2. Необходимость отграничения понятия "потребитель" в рамках Закона о защите прав потребителей от аналогичного понятия, сформулированного применительно к иным правовым конструкциям.

Понятие "потребитель" используется законодателем не только в отношении розничной торговли, но и в рамках публичного договора, Федерального закона "О рекламе", Федерального закона "О защите конкуренции". Однако смысловое наполнение данного понятия, равно как и круг субъектов, потенциально охватываемых им, в каждом случае будут существенным образом отличаться.

Так, в качестве потребителя в публичном договоре могут выступать как физические, так и юридические лица вне зависимости от того, при каких обстоятельствах был заключен соответствующий договор - в рамках осуществления предпринимательской деятельности или нет. Данный вывод следует из буквального смысла положения, закрепленного в п. 1 ст. 426 ГК РФ, устанавливающего обязанность продавца (подрядчика, исполнителя) по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится.

При этом наделение юридического лица статусом потребителя в рамках конструкции публичного договора (с учетом цели данного механизма) означает лишь то, что такое юридическое лицо вправе обратиться с требованием о понуждении заключить публичный договор в случае необоснованного отказа контрагента от его заключения, а также возможность требовать признания ничтожными условий публичного договора при установлении различной цены, установления иных предпочтений в пользу определенной категории потребителей, а также в случае нарушения продавцом нормативных правил, обязательных для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (п. 5 ст. 426 ГК РФ).

Однако указанный факт вовсе не означает предоставление такому юридическому лицу всего комплекса прав, гарантий, закрепленных Законом о защите прав потребителей. По этой причине недостаточно убедительной представляется высказывавшаяся литературе позиция, основанная на расширении понятия "потребитель" в рамках потребительского законодательства в связи с квалификацией договора розничной купли-продажи в качестве публичного <5>.

--------------------------------

<5> Анализ высказанных в науке точек зрения по данному вопросу см.: Белов В.А. Понятия "потребитель" и "слабая сторона": сравнительно-правовой анализ // Вестник арбитражной практики. 2018. N 3. С. 10 - 23; N 4. С. 11 - 18.

В пользу сказанного свидетельствует разъяснение Президиума ФАС России от 07.06.2017 N 8, согласно которому определение понятия "потребитель" в Законе о защите конкуренции существенным образом отличается от определения аналогичного понятия в Законе о защите прав потребителей, которое в рамках антимонопольного законодательства неприменимо. Антимонопольное законодательство рассматривает в качестве потребителя любое лицо, вступающее (потенциально могущее вступить) в правоотношения, опосредующие переход к данном лицу прав на такие объекты гражданских прав, как товары, результаты работ, оказание услуг независимо от целей приобретения. Так, например, потребителями являются: физическое лицо, приобретающее товар для личного потребления (конечный потребитель); завод-изготовитель, приобретающий сырье или полуфабрикаты в производственных целях; дилер, приобретающий товар с целью последующей перепродажи <6>.

--------------------------------

<6> Разъяснение Президиума ФАС России от 07.06.2017 N 8 "О применении положений статьи 10 Закона о защите конкуренции" (утв. протоколом Президиума ФАС России от 07.06.2017 N 11) // СПС "КонсультантПлюс".

В свете изложенных доводов следует обратить внимание на положение, закрепленное в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49, согласно которому для целей применения ст. 426 ГК РФ потребителями признаются физические лица, на которых распространяется действие законодательства о защите прав потребителей, а также индивидуальные предприниматели, юридические лица различных организационно-правовых форм, например, потребителями по договору оказания услуг универсальной связи являются как физические, так и юридические лица (подп. 30 ст. 2, ст. 44 Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ "О связи").

Обоснованность обозначенного подхода вызывает определенные сомнения ввиду следующего. Следуя логике Пленума Верховного Суда РФ, мы должны прийти к выводу о том, что любые физические лица, на которых распространяется действие законодательства о защите прав потребителей, должны признаваться потребителями для целей применения ст. 426 ГК РФ, что помимо прочего означает возможность признания ничтожными условий договора, не являющихся одинаковыми для всех потребителей публичного договора.

Вместе с тем есть множество случаев, когда участие гражданина, признаваемого потребителем с точки зрения потребительского законодательства, не обусловливает публичность соответствующего договора. Так, договор банковского счета по общему правилу не является публичным. М.И. Брагинский вполне обоснованно отмечал в свое время, что, если бы договор банковского счета действительно являлся публичным, из этого следовало бы, что даже при отсутствии соответствующего указания в ст. 846 ГК РФ цена оказываемых услуг и другие условия соответствующего договора должны были бы быть одинаковыми. И соответственно, отклоняющиеся от этого требования условия договора банковского счета должны признаваться ничтожными. Однако в действительности это не так <7>.

--------------------------------

<7> Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М., 2001. С. 203.

В свою очередь, непубличный характер данного договора вовсе не исключает возможности участия потребителя на стороне клиента при наличии вышеобозначенных критериев, предусмотренных потребительским законодательством (непредпринимательская цель приобретения товара, участие на стороне клиента физического лица).

В этой связи полагаем, что соответствие лица критериям потребителя в рамках потребительского законодательства само по себе не обусловливает квалификацию соответствующего договора в качестве публичного и наоборот. Использование законодателем термина потребитель применительно к указанным случаям имеет различное целевое назначение.

В литературе высказывалась точка зрения, согласно которой следует наделить статусом потребителя граждан, которые пострадали в результате недостатков работ или услуг, не заказывая их и не собираясь пользоваться результатами таких работ и услуг. Необходимость подобного расширения понятия потребителя обосновывается тем, что при причинении вреда гражданину факт состояния его в договорных отношениях с продавцом не имеет принципиального значения. В этой связи, по мнению И.С. Иванова, если любые граждане-потерпевшие автоматически будут признаваться потребителями, это даст им как минимум значительные процессуальные гарантии, облегчающие доступ к правосудию: подсудность по выбору истца и освобождение от уплаты государственной пошлины <8>.

--------------------------------

<8> Иванов И.С. О распространении понятия "потребитель" на граждан, не связанных с продавцом (изготовителем, исполнителем) договорными отношениями // СПС "КонсультантПлюс", 2011.

С указанной позицией согласиться нельзя по нескольким причинам. Во-первых, для подобных ситуаций в рамках гражданского законодательства существует специальное правовое регулирование (имеется в виду п. 3 гл. 59 ГК РФ). Так, согласно ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет. В том же параграфе сформулированы отдельные правила применительно к данной группе деликтных отношений, а также зафиксирован тот объем гарантий, который, по мнению законодателя, является достаточным для защиты имущественных интересов потерпевшего в данной ситуации, а именно:

а) возможность потерпевшего предъявить требования о возмещении вреда, причиненного вследствие недостатков товара, альтернативно к продавцу или изготовителю (ст. 1096 ГК РФ);

б) увеличенные по сравнению с обычными сроки возмещения вреда, причиненного в результате недостатков товара, работы или услуги (ст. 1097 ГК РФ);

в) упрощенный порядок привлечения к ответственности в том смысле, что продавец (изготовитель товара, исполнитель работы или услуги) освобождается от ответственности лишь в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

Во-вторых, как было отмечено выше, необходимость повышенной защиты прав потребителя обусловлена рядом факторов, имеющих значение именно в рамках договорных отношений потребителя и продавца (неравенство переговорных возможностей, недостаточная степень профессионализма и пр.). В этой связи подавляющее большинство гарантий сформулированы для потребителя как стороны по договору либо на преддоговорном этапе (право на обмен товара, на получение необходимой и достоверной информации о товаре, на взыскание законной неустойки и пр.). Насколько оправданно при таких обстоятельствах распространять статус потребителя на лицо, которому был причинен вред в процессе использования товара, тем более при наличии специального правового регулирования подобных ситуаций? Думается, что ответ должен быть дан отрицательный.

Познавательные статьи:



Техника нижней прямой подачи мяча

Комплекс физических упражнений для развития мышц плечевого пояса

Стандарт Порядок надевания противочумного костюма

Общеразвивающие упражнения без предметов