То есть проблема была Не в каком-то датчике, который Не показывал, Что есть стыковка.
Содержание книги
- Интервью Владимира Соловьева РИА Новости.
- Насколько эти нештатные ситуации стали неожиданными?
- Действительно ли топлива после всех злоключений осталось только на одну стыковку, А вторую мог обеспечить только переход на ручное управление.
- Разве семь секунд, Не 45 минут.
- То есть проблема была Не в каком-то датчике, который Не показывал, Что есть стыковка.
- Когда космонавты приступят к работе в «Науке»?
- Внутри и на поверхности модуля расположено большое количестве стоек для научной аппаратуры. А сама научная аппаратура под них есть.
- Наука» в свое время была наземным дублером «зари». «заря», как известно, строилась за американские деньги. Не могут ли США каким-либо образом претендовать на модуль.
- А нельзя взять герметик и замазать весь отсек?
- Стыковочный узел, который находится в переходной камере, можно считать потерянным?
- Какие варианты создания новой станции будет рассмотрены в эскизном проекте.
- На основании каких факторов будет в дальнейшем приниматься решение о том, какой из вариантов создания новой станции выбрать. Кто будет принимать такое решение.
- Не станет ли посещаемая высокоширотная станция шагом назад, возвратом к станциям серии «салют», по сравнению с постоянно обираемым «миром» и мкс.
- В какие сроки может быть создана новая станция?
— То есть проблема была не в каком-то датчике, который не показывал, что есть стыковка?
— Проблема заключалась в сложном программном обеспечении, в котором была допущена ошибка. В наших наземных моделях ее нельзя было выловить.
— После включения двигателя «Науки» и разворота МКС американские коллеги перепугались. Насколько обоснованным был их испуг? Насколько понимаю, наибольшая опасность была для приводов солнечных батарей, зубцы которых могли повредиться от нагрузки при незапланированном маневре.
— Через час после случившегося я разговаривал со своим коллегой Джоэлом Монталбано — руководителем программы МКС в НАСА, которого знаю с 1993 года. Спрашивал его насчет солнечных батарей. Он меня успокоил, что воздействие было в два раза меньше, чем предельное. Он сам и его команда управления полета полагают, что ничего ужасного не произошло. Ну развернулось, ну и что?
— То есть никаких претензий к нашей стороне нет?
— Инженерный состав моего уровня и ниже никогда ничего не выдвигал.
— В США каждый успех вызывает бурю эмоций у сотрудников Центра управления полетами. В России эмоции проявляют очень сдержано. Вот и стыковку «Науки» сопровождали редкие аплодисменты. Почему такое долгожданное событие не вызвало всплеска эмоций?
— Я не соглашусь. Когда модуль был состыкован, в рабочем зале, не в главном зале управления, а в рабочей комнате, прозвучал вздох облегчения, даже некие аплодисменты были, что нехарактерно для нашей работы.
— В главном зале управления от радости и облегчения даже плакали.
— Слабаки! (смеется)
— Вы спокойно восприняли факт стыковки или какое-то облегчение испытали?
— Облегчение было, конечно, но воспринял спокойно.
|
