Введение. Материалы и методы. Результаты и обсуждение. Тревожно-астенический вариант

↑

▷ Содержание

Стр 1 из 2Следующая ⇒

Никонов В.П., Козловский И.И., Славнов С.В.

"ОСОБЕННОСТИ ПСИХИЧЕСКОЙ АДАПТАЦИИ СОТРУДНИКОВ МВД РОССИИ, НЕСУЩИХ СЛУЖБУ В РАЙОНАХ ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ(СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ РЕГИОН)" РМЖ. 1996

Оригинальная статья опубликована на сайте РМЖ (Русский медицинский журнал): https://www.rmj.ru/articles/obshchie-stati/OSOBENNOSTI_PSIHIChESKOY_ADAPTACII_SOTRUDNIKOV_MVD_ROSSII_NESUSchIH_SLUGhBU_V_RAYONAH_VOORUGhENNYH_KONFLIKTOV_SEVERO-KAVKAZSKIY_REGION/#ixzz7xH7ssxgD

Under Creative Commons License: Attribution

Никонов В. П., к. м. н., ведущий научный сотрудник, Научно-исследовательский центр проблем медицинского обеспечения МВД России

Козловский И. И., к. м. н., старший научный сотрудник, НИЦ проблем медицинского обеспечения МВД России

Славнов С. В., психолог-эксперт, Главный центр психологической диагностики МВД России

В статье рассматриваются особенности личностной декомпенсации, способной привести к нарушениям психической адаптации участников вооруженных конфликтов. Подчеркивается, что нарушения на поведенческом уровне в первую очередь обусловлены особенностями индивидуального реагирования личности на боевую ситуацию. Приведены краткие характеристики вариантов психической дезадаптации, для каждого варианта дан прогноз возможного углубления нарушений. Намечены направления психологической подготовки участников вооруженных конфликтов, имеющей целью профилактику психической дезадаптации.

Введение

Проблема медико-психологических и психосоциальных последствий воздействия на психику человека экстремальных переживаний военного времени или других событий катастрофического характера изучается уже в течение почти двух тысячелетий. Так, одно из первых упоминаний о военной психотравме принадлежит историку Геродоту, который рассказал об афинском воине Эпизелосе, ослепшем от переживаний после Марафонской битвы. Лукреций (I век до н.э.), по-видимому, впервые указал на реминисценции как основной элемент травматического невроза у воинов. Вопрос о последствиях психической травматизации, связанной с переживаниями военного времени, затрагивался и П.Б.Ганнушкиным (1927 г.) задолго до появления исследований об отдаленных нервно-психических последствиях психотравм военного времени [1].

В конце 40-х годов В.А. Гиляровский выдвинул понятие о тимогениях, вкладывая в него представления о патогенном начале, воздействующем на чувства человека в глобальном понимании, т.е. приводящем к различным клиническим состояниям, объединенным общим аффективным генезом. В.А. Гиляровский отличал предлагаемое им понятие тимогенеза от широко распространенного понятия психогенеза. Для возникновения последнего он считал необходимым наличие не аффекта вообще как чего-то беспредметного, а аффективного переживания с конкретным интеллектуальным содержанием. Эти ценные теоретические положения В.А. Гиляровского о психической травме опирались на огромный и уникальный материал, который был накоплен психиатрами во время Великой Отечественной войны с ее эксвизитными, сверхсильными психическими травматизациями самого различного плана.

Однако целенаправленные исследования, посвященные адаптации к экстремальным стрессогенным факторам окружающей среды и последствиям боевого стресса, со времени второй мировой войны проводились преимущественно зарубежными исследователями. Однако и отечественные и иностранные авторы указывают на целесообразность выделения в самостоятельную категорию психических расстройств, возникающих в условиях локальных войн и вооруженных конфликтов [2-5, 9, 10]. Так, в полевом наставлении по гигиене и профилактике для военнослужащих сухопутных войск и ВВС США (1986 г.) эти реакции определяются как "временные, обратимые состояния, обусловленные психогенным воздействием обстановки на военнослужащих".

Наиболее распространенными в настоящее время терминами для обозначения данных состояний являются: "боевая психотравма", "стресс боевой обстановки", "боевое истощение". В дальнейшем у лиц, подвергшихся воздействию стресса боевой обстановки, могут развиваться оставленные во времени дезадаптивные состояния, называемые посттравматическими стрессовыми расстройствами. Основная масса исследований в этой области была посвящена наблюдению ветеранов вьетнамской войны, хотя все локальные войны и вооруженные конфликты оставляют аналогичный психический след [6-13].

В последнее время интерес к данной проблеме среди отечественных исследователей актуализировался в связи с осознанием гуманистического аспекта вооруженных конфликтов, т. е. приложением общечеловеческих ценностей к жизни, физическому и психическому здоровью военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, задействованных в этих событиях. Внимание к проблемам боевого психического стресса возросло также и в связи с тем, что в последнее десятилетие увеличилось число локальных вооруженных конфликтов на территории бывшего СССР. Отечественные авторы указывают, что структура возникающих при этом психических нарушений сдвинулась в сторону острых психологических стрессовых реакций, которые можно рассматривать как личностные декомпенсации, при значительном уменьшении реактивных психозов [14].

Однако несмотря на то, что к настоящему времени проблема посттравматических стрессовых расстройств получила широкое освещение в отечественной и зарубежной литературе, многие ее аспекты остаются недостаточно изученными.

Особенностью наших исследований является изучение психической адаптации человека, активно работающего в условиях вооруженных конфликтов на бывшей советской территории. Своеобразием деятельности в таких условиях являются высокая сложность, а зачастую и противоречивость оперативно-тактических и морально-психологических составляющих обстановки.

Задачи нашего исследования совпадают с основными задачами военного психиатра в условиях вооруженных конфликтов: обеспечение сохранения состояния психической нормы и связанной с этим возможности оптимального функционирования личного состава. В основу оценки психических нарушений была положена способность личного состава сохранять необходимый уровень бое- и работоспособности достаточно длительное время. Поскольку в большинстве случаев степень выраженности психиатрической симптоматики не достигала уровня, существенно сказывающегося на профессиональной деятельности, наибольшее внимание было уделено рассмотрению поведенческого варианта психической дезадаптации.

Материалы и методы

В основу исследования был положен комплексный подход, включающий сравнительный анализ и интерпретацию полученных нами данных о структуре и распространенности психических нарушений в сопоставлении со степенью напряженности обстановки, возрастными и личностными особенностями обследованных. Основными методами психолого-психиатричес- кого обследования являлись собеседования с личным составом, тестирование по укороченной методике многофакторного изучения личности (СМИЛ) и 8-цветовому тесту Люшера; применялись шкала реактивной тревожности Спилбергера, опросники Аппелса и Ридера.

Работа проводилась в 1993-1995 гг. в группировках МВД России в зонах вооруженных конфликтов в районах Северного Кавказа: во всех точках дислокации на территориях Северной Осетии и Ингушетии, в отдельных тактических группировках зоны Чеченского конфликта.

В первом случае задачи задействованного контингента заключались в обеспечении режима чрезвычайного положения, во втором случае велись активные боевые действия. Для объективизации оценки окружающей обстановки и особенностей психического реагирования на нее обследование проводилось в местах временного проживания личного состава, во время боевых операций, дневных и ночных объездов постов.

Обследовали преимущественно сотрудников отрядов милиции особого назначения (ОМОН) и отрядов специального назначения внутренних войск МВД России. По углубленной программе были выборочно обследованы 327 сотрудников различных служб. Научные исследования проводились наряду с практическим медицинским и психологическим обеспечением деятельности личного состава органов внутренних дел.

Как правило, для обследования привлекались группы в первые дни адаптации и в конце срока командировки в связи с тем, что эти два периода являются наиболее рискованными в плане возникновения явлений психической дезадаптации: в первом случае это обусловлено резким изменением привычных условий службы, включая напряженность окружающей обстановки, климатические, гигиенические условия и т.д., во втором - ослаблением психической мобилизации в связи со скорым возвращением домой.

Результаты и обсуждение

Данные, полученные нами в зонах вооруженных конфликтов в районах Северного Кавказа, демонстрируют влияние условий несения службы, возраста и личностных особенностей на психическое состояние сотрудников органов внутренних дел, командированных для несения службы в этих условиях. Природно-климатические, психосоциальные, военно-политические и оперативные факторы также накладывают патопластический отпечаток на картину возникающих расстройств психической деятельности. В результате развиваются состояния от психологических реакций адаптации в рамках психической нормы до психической патологии с проявлениями, достигающими в отдельных случаях уровня психозов.

По результатам комплексного обследования, в зависимости от сохранности и устойчивости бое- и работоспособности в ситуации стрессового воздействия боевой обстановки, наблюдаемые были разделены на три группы (без четких границ между ними): 1-я - норма (группа условно-продуктивной адаптации) -- 43,4%; 2-я - группа риска (промежуточная группа) - 35,5%;

3 - я - группа патологии (группа условно-непродуктивной адаптации) - 21,1%.

Основное внимание было уделено 3-й группе. У обследованных, отнесенных к этой группе, отмечались следующие основные типы дезадаптации: невротический, психосоматический, поведенческий. Поскольку бое- и работоспособность наиболее существенно страдают при преобладающем поведенческом типе дезадаптации, варианты, относящиеся к этому типу, будут описаны подробнее.

При анализе возрастного состава внутри каждой из трех выделенных групп было обнаружено, что в группе риска 58,6% составили лица до 25 лет; в группу патологии были отнесены сотрудники более старшего возраста (лица 36 - 40 лет составили 24,7%).

Приведенные данные свидетельствуют о необходимости уделять в период адаптации усиленное внимание молодым сотрудникам, особенно впервые попадающим в зоны вооруженных конфликтов, и более тщательно отбирать личный состав в возрастной группе старше 35 лет.

Для проведения анализа распределения обследованных по трем выделенным группам в зависимости от условий служебной деятельности были определены следующие критерии напряженности:

- отдаленность от основных сил и возможность блокады места временной дислокации при обострении отношений с местным населением;

- интенсивность суточных дежурств;

- частота участия в операциях экстренного характера;

- частота огневых контактов;

- бытовая обустроенность.

В целом риск развития психической патологии возрастает по мере увеличения напряженности служебной деятельности. При этом если в группе риска возможность психического срыва находится в прямой зависимости от уровня напряженности служебной деятельности, то в группе патологии процентное соотношение обследованных, находящихся в условиях средней и высокой степени напряженности служебной деятельности, примерно одинаково, что говорит об определяющей роли базовых личностных предвестников в возникновении психической патологии и, следовательно, о необходимости их выявления при отборе кандидатов для командировки в зону вооруженных конфликтов.

Представляется крайне важным, что при ведении активных боевых действий (Чеченский вооруженный конфликт) не наблюдалось ожидаемого значительного увеличения случаев психической дезадаптации по сравнению с более спокойной ситуацией при обеспечении режима чрезвычайного положения (территории Северной Осетии и Ингушетии). Дезадаптация, существенно снижающая бое- и работоспособность (группа условно-непродуктивной адаптации), встречается у 20 - 25 % личного состава, задействованного в зоне Чеченского конфликта, что приблизительно соответствует показателю, зафиксированному при обследовании на территории Северной Осетии и Ингушетии - 21,1% (данные получены при одинаковых сроках пребывания - до 45 сут).

Как было сказано выше, особую опасность в плане нарушения бое- и работоспособности в экстремальных условиях представляет поведенческий тип психической дезадаптации (3-я группа). В рамках данного типа дезадаптации были выделены различные варианты, из которых здесь рассматриваются следующие: а) тревожно-астенический; б) ригидно-агрессивный ("успешный" и "неуспешный"); в) истероаффективный; г) псевдоинициативный; д) стенично-девиантный; е) депрессивно-тревожный.

Среди указанных вариантов психической дезадаптации в группе патологии на первый план выступают тревожно-астенический и истероаффективный, причем именно при этих вариантах в экстремальных условиях могут возникать наиболее опасные нарушения поведения. При значительном увеличении длительности пребывания личного состава в зоне боевых действий можно прогнозировать рост числа сотрудников с депрессивно-тревожным вариантом психической дезадаптации, что объясняется неизбежным нарастанием астенизации и психическим истощением.

Приводим краткую суммарную характеристику выделенных вариантов психической дезадаптации с прогнозом возможного углубления нарушений при увеличении силы или продолжительности стрессового воздействия и прогностической оценкой.

Эти люди всегда плохо переносят психические нагрузки, давая реакции избегания трудностей и задач (уход из ситуации), неосознанно ощущаемых как невыполнимые. Тревожны, из-за нерешительности многократно перепроверяют правильность понимания приказа либо полученной информации. Иногда с преувеличенной уверенностью дают указания, бросаются исполнять поручения, однако целенаправленность и результативность быстро сменяются тревожной неуверенностью. В обычных условиях работоспособность длительно остается в пределах личностной нормы. В экстремальной же ситуации уже в первый период адаптации нарушаются сон, аппетит, снижается настроение, обнаруживаются явления раздражительной слабости, ослабевает концентрация внимания, снижается способность к продуктивной деятельности. Одной из особенностей данного варианта является выраженная фиксация на собственном здоровье с частичным уходом от действительности, проявляющимся наличием жалоб соматического плана. Резкие декомпенсации невротического характера обычно возникают при неожиданных и интенсивных эмоционально-стрессовых воздействиях.

Использование сотрудников, относящихся к этому типу, на оперативной работе (особенно на руководящих должностях), связанной с высокой ответственностью и опасностью (например, вероятность огневых контактов) нецелесообразно ввиду возможности возникновения реакции растерянности в острых ситуациях.

Познавательные статьи:



Психологические особенности спортивного соревнования

Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрации

Занятость населения и рынок труда

Социальный статус семьи и её типология